Андрей Мельник (Ascold Flow)
Законы Рода. Том 3

Глава 1

Я сидел в расщелине, накинув на себя какие-то найденные Фомой лохмотья. Хоть чем-то можно прикрыться, и на этом спасибо. Всё-таки эфир – чрезвычайно мощная и опасная сила. Только одежда или доспехи из изменённых материалов могут выдержать воздействие этой таинственной стихии, пропуская её наружу.

Надо будет подумать о приобретении комплекта одежды, что может спокойно выдерживать напор эфира, обращённого хоть в кислоту, хоть в огонь, хоть в любую другую стихию. Боюсь представить, сколько это будет стоить… Ой, да неважно сколько! Я не беспомощный котёнок. Деньги зарабатывать умею.

С довольной улыбкой закрыл рюкзак с тремя металлическими шарами, которые необходимы для завершения задания. Что ж, миссия выполнена! Осталось дождаться штурма и слиться с толпой. Надеюсь, Фома в этот раз принесёт что посолиднее…

Долго его не было. Уже больше часа я слушал чудовищной силы сражение, что велось где-то на входе в излом. Грохот, треск и дрожь земли свидетельствовали о мощи человеческих орудий. Только вот в глубину подземелья они не доставали. И твари, что сидели здесь и время от времени проносились вперёд, к шумящим бойцам, явно не переживали на сей счёт. Опять же, нельзя просто так взять и начать работать самым мощным оружием. Может завал образоваться, и в таком случае добраться до монстров окажется невозможно. Они продолжат вариться в своих пещерах и становиться сильнее. И однажды вылезут через какой-нибудь разлом. И тогда никому мало не покажется. Плохо станет всем.

Не знаю, как там успехи с отражением нашествия на город, но один неудачно открывшийся разлом может принести столько горя, что даже закрытие излома будет не в радость…

Помню, мне было двенадцать лет, когда в новостях сообщили, что разлом открылся в небольшом посёлке где-то на задворках России. Там был всего один садик, где находились практически все дети, привезённые родителями селения, что ушли на работу. Последствия той атаки потрясли не только меня, но и всю нашу страну и мир.

Как потом выяснилось и подтвердилось величайшими умами человечества, раскрытие разлома было спровоцировано сбросом в излом сверхмощной бомбы. И это послужило одной из причин, почему ввели запрет на использование столь разрушительного оружия для зачистки изломов.

Мои ожидания были вознаграждены. Фома нашёл добротную новую экипировку военных подразделений! Правда, не моего размера… Ботинки не налезли, штаны по щиколотку, майка плотно прилегала к телу… Рубашку не смог застегнуть, поэтому её тоже не стал надевать. А вот военная куртка пришлась в самый раз.

Оглядел себя. Н-да уж… Кроссов и семечек только не хватает для полного образа… Ладно, пора выбираться!

Щит в одной руке, копьё во второй, рюкзак за спиной. Выпрыгнул прямо перед трёхглазыми саблезубыми кроликами, которые толпой тут же прыгнули и снесли меня с ног, словно кеглю. Это было неожиданно и довольно быстро! Благо не очень больно.

Прикрылся от очередной атаки щитом и занёс над головой копьё. Ну а дальше начались своеобразные кошки-мышки. Меня таранят эти толстенькие слабенькие Просты, я принимаю атаку на щит и прокалываю их ценный мех копьём.

Одного проколол, второй отскочил от щита и поцарапал. Третий промазал по мне и налетел со всей дури на копьё, едва не выбив его у меня из рук. Зато засел как хорошо, словно шашлык… Жаль, их мясо несъедобно…

– Ж-ж-ж-ж.

Жужжа вцепился в одного из них и, как крокодил, начал мотать головой, рвя на части соперника.

Вот ему их есть можно. Да не просто есть, а ещё и наслаждаться! Они для него – деликатес! Зависть…

– Ладно, развлекайся. Фома, как закончатся пушистые саблезубые кроли, Жужжу надо спрятать.

– Пи… – устало закатил глаза хомяк.

– Не ной, рядовой Фомченко! Ты в глубинах подземелья тварей, что мы убили у последней металлической ягодки, забрал?

В ответ хомяк отвернулся и начал демонстративно умываться.

– Эй, жопа ленивая! Я их даже разделал на части! А головы не вскрывал! Там могут быть редкие зёрна! Их знаешь, как хорошо менять на шоколадки можно?! Так что давай, арбайтен! Если по-русски не понимаешь…

Хомяк как-то совсем по-человечески вздохнул, строя из себя полуживого, замученного тираном бедолагу. Ладно, бог с ним… Вечером попробую ему шоколадку с изюмом дать. Может, взбодрится немного…

Впереди раздавались верещания тварей и шум выстрелов. Было бы неплохо не получить пулю в лоб. Судя по звукам – пулемёты, автоматы. За их вспышками можно сразу и не заметить, в кого стреляешь. Они, конечно, не близко ещё, но… Стоит оказаться на линии огня и жизнь может резко измениться. Ну как измениться… Оборваться! А мне такое не надо. Значит, ищем возможность добраться до своих не в лоб. Например, вот на тот ярус подняться и там подождать, пока в эти коридоры не явится гвардия. Да, отличный план! Туда случайно не выстрелишь: место скрыто от всех остальных. Есть шанс переждать бурю, а затем крикнуть, мол, здесь свои. Заодно будет мне легенда на тему: «А как я вообще выжил».

Мимо время от времени проносились монстры. В основном слабенькие: все сильные и мощные давно уже добрались до верхних ярусов и выхода из излома. Тут же были лишь опаздуны и потеряшки. Поэтому я никак не ожидал встретить опасного врага в месте, где хотел затаиться. Благо хоть на часы додумался заранее глянуть…

Лез я по этой двадцатиметровой стене осторожно, и не зря. Как только забрался наверх, в меня резко ударил хвост с жалом. Удалось ограничиться лёгким испугом и падением вниз. Спасибо безрукавке и щиту! Баба Нина, я вам уже две жизни задолжал…

Скорпиона-переросток, значит… Лапы и клешни у него странные. Не уверен, что он хорошо ползает по стенам. Хотя туда он каким-то образом залез…

Зачерпнул своего любомого эфирчику и закинул наверх несколько десятков жидких шаров. Попадал в трёх случаях из четырёх, что вроде как неплохо… Вниз уже начали стекать тонкие ручейки эфирной воды, что плавила камень и не позволяла наглому монстру, засевшему под потолком, приблизиться к краю.

– Ну-с, дубль два.

Размял руки-ноги и полез наверх.

– Ого, как тебя разварило…

Полумёртвая тварь, большую часть тела которой разъел эфир, билась в конвульсиях. Пара лапок и хвост дёргались, сочилась кровь и грязь. Быстро забрался и добил её. Расковыряв тушу, забрал короткое овальное зерно, внешне напоминающее малахит. Какое необычное… Ещё одна красота в мою коллекцию!

Хм. Если собрать коллекцию из сотни удивительных и уникальных зёрен монстров, то можно её продать за круглую сумму… В целом для меня это вполне реально и намного выгоднее, чем продавать по одному или по два или же обменивать на что-то полезное для ликвидатора.

Скинул вниз тушу монстра и начал подготавливать себе место под ночлег. А тварь та ещё говнюшка. Грязи тут, конечно… Смыть её всю вряд ли удастся, а вот сжечь – легко. Главное – собственные портки не превратить в пепел.

За дефицит маны я не переживал, поэтому сперва выжег одну половину временного убежища, обращая в пепел всё, что там есть. Даже чутка камень подплавливал. Затем вторую часть. Себе оставил лишь маленький пятачок, на котором и ждал, пока всё прогорит и погаснет. Осталось дождаться, пока остынет, а это дело не быстрое… Дезинфекция по-берестьевски, мать её!

– Пу-пу-пу… – оценивал обстановку вокруг, наблюдая за прибытием подкрепления со стороны тварей. – И в какой жопе вы только сидели, что только сейчас выбрались на свет божий? Или вы свита местного царька-химеры? Последний резерв, отправленный спасти ситуацию?

– ГИ-И-И-И? РЬЯ-Я-Я-Я-Я-Я! – заметил меня один из монстров.

Вполне себе продвинутая Гидра. Напоминала какого-то облезлого динозавра с головой индюка, парой кривых рудиментарных лап и выпирающей огромной грудной клеткой, аномальной для монстра таких размеров.

Тварь владела магическим покровом, который защищал монстров рядом. Она стремительно подбежала к моему выступу вместе со своими сородичами, осмотрела труп недоскорпиона, обнюхала его, а затем начала шуметь и вызывать меня «честный» на бой.

– Ага, разбежался! Лови, рептилоид, гранату!

И бросил жидкую сферу огня, что взорвалась каплями горящего, словно лава, эфира и обдала всех вокруг.

С первого раза твари не поняли и продолжили ещё более настойчиво орать и верещать. От этого визга у меня натурально разболелась голова, появилась апатия, слабость и другие ненормальные явления и эффекты.

– У-у-у-у… Колдунство!

Встряхнул головой, через силу подполз к краю обрыва и скинул вниз ещё эфирных «гранат».

Смесь стихий земли и огня… Очень эффективно, хоть и манозатратно. Но не так сильно, как эфирное копьё или даже эфирный луч. Бьёт по площади, вцепляется, как клещ, в магические покровы тварей и прожигает их. Интересно, почему я раньше это не додумался использовать?.. Ах, так потому что это вторая форма сферы эфирного огня, по сути! Нужна была практика, я её получил, теперь вот, движемся дальше по стезе магического мастерства.

«Нюх»

– О, запахло жареным. Вернее, даже палёным! – обрадовался я, слушая изменившуюся тональность визга монстров.

Что любопытно, крики одних привлекли других, поэтому моя работа здесь не закончилась. Стараясь не высовывать носа за пределы моего защищённого пространства, я лежал на боку, подперев одной рукой голову, а второй швырял вниз время от времени эфирные бомбы.

– Эх, скучно. Хоть бы Жужжа тут пожужжал над ухом. Или с Фомой обсудили бы философские течения тибетских старцев…

– ВОН ТВАРИ! У СКАЛЫ! – раздался громогласный крик, и из тьмы тоннеля сотнями засвистели разрывные патроны, дырявя оставшихся под моим убежищем монстров.

Я быстро развеял очередную эфирную бомбу и, прокашлявшись, голосом полной надежды на всё подземелье заорал: «БРАТЬЯ! ПОМОГИТЕ!»

Три минуты, и штурмовая группа в полной экипировке, выдерживая натиск тварей, дождалась прибытия магов и воителей, после чего одни и вторые залили подножие моей террасы для релакса огнём, молнией, льдом, каменными шипами… Даже разрушительная магия смерти, чем-то мимолётно напоминающая мою разъедающую силу эфира, промелькнула.

Маги проявили себя замечательно: все следы моих убийств уничтожили. Лужи эфирные высохли, пламя эфирное потухло. Молодцы, что ещё сказать. Даже историю про то, как я всего себя выжал досуха, сливая вниз яд рода Крастов рассказывать не пришлось.

– Фома… Рюкзак себе забирай, мне отдашь, как только я один буду. Всё, следи за Жужжей. Не забывай его подкармливать и выгуливать в безлюдных местах. Хорошо? Будешь за старшего.

– ПИ! – недовольно фыркнул Фома, явно теряя терпение без подкормки.

Наркоман, блин, шоколадный…

– Не ной. В городе буду, в первую очередь куплю шоколад. Главное – не забудь вернуть рюкзачок. Там лежит всё, что интересно продавцам шоколада.

В общем, меня «спасли» и всего такого счастливого тут же вывели наружу да передали в заботливые руки медиков.

– МИРОСЛАВ! ТЫ ЧТО ВЫТВОРЯЕШЬ, МАТЬ ТВОЮ! – пробрался через толпу людей Дуб, лавируя между ранеными, получающими первую помощь в развёрнутом полевом госпитале, а затем продолжил: – СЕЙЧАС ОТРЯД ВЕРНЁТСЯ, ТЕБЕ ВСЫПЯТ ПО ПЕРВОЕ ЧИСЛО! СОКОЛ ТАК ВООБЩЕ ЧУТЬ НЕ ПОМЕР, ТАК РВАЛСЯ ТЕБЯ НАЙТИ!

– Не ори, братишка. Сам тут как оказался? Ранили? – поинтересовался я, пока мне зелёнкой обмазывали края раны на шее.

Камушек откололся, поцарапал… Вообще, мне было совершенно плевать на эту царапину, просто хотел зафиксировать «чудесное спасение». Без ран оно бы выглядело через чур подозрительно.

– Да, с уступа сорвался… Повезло ремнём за камень зацепиться. А там вытянули. Руки вон разодрал… – вытянул он перемотанные руки, на которые я не сразу обратил внимание, – пока тормозить пытался.

– Ух… Ну, не сломано хоть ничего?

– Нет, всё нормально. Не переживай. Было бы хуже, если бы жопу подстрелили или цапнули, как в прошлый раз…

– Понял я. Ладно, пойдём, коллега-горемыка. Не будем занимать место тех, кому действительно нужна помощь.

Операция заканчивалась. Бойцы постепенно возвращались, а им на смену выходили добытчики родов и города. Начался делёж зон подземелья. Картографы доносили обо всех обнаруженных тоннелях. В какой-то момент я ощутил чудовищный выплеск энергии. Даже земля задрожала у всех под ногами. Люди возликовали.

– Померла Химера… – констатировал Дубов, сидящий рядом со мной.

– Жив, сукин сын! Ну ты и засранец, Ярл! – злобно испепеляя меня взглядом, заявил барон Соколовский, вылезший из середины большой группы ликвидаторов, с головы до ног покрытых ядовитой, липкой, отвратительной кровью тварей из подземелья.

– Я тоже рад тебя видеть! Давно уж спасли меня. Сижу, вас тут жду…

– Ага… И что, стоила разведка того? Набрался впечатлений? Идиот…

Так… Кажется, демонстрация того, что я немного не тот, за кого себя выдаю, прошла мимо Сокола… Ладно, ещё раз с ним пообщаемся. Объясню, что мозги у меня на месте и не стоит столь сильно драматизировать. А хотя пусть драматизирует. Вокруг столько непонятных людей…

– Прости, командир. Глуп и юн… Юн и глуп… Больше такого не повторится!

– Конечно не повторится! Ладно, собирайтесь. Транспорта нет и не будет. Своим ходом возвращаемся. Встречаемся во всё той же гостинице. Я попробую урвать хоть немного трофеев.

– Есть, командир! Удачи! Встретимся в номерах! Подготовим с Дубом за это время полноценный ужин, чтобы герои отряда Сокола восстановили свои силы, – с улыбкой ответил ему, приложив ладонь к голове.

Сокол же подошёл ко мне поближе и тихо прошептал на ухо:

– Потом расскажешь, что это за чертовщина была. Если хочешь работать со мной в тандеме, согласовывай ту бесовщину, что ты творишь…

Я лишь кивнул в ответ на его слова, и мы с Дубом побрели в сторону города. Ребята если и вернутся, то через несколько часов, так что нам с лихвой хватит времени на дорогу в город и всё прочее. Помощник из него, правда, так себе… Но хотя бы компанию составит.

– Стойте… Оружие, выданное во время обороны города, прошу сдать! – указал на автомат на плече Дубова служивый.

Всё моё оружие осталось у ребят, кроме холодного, а насчёт этого автомата…

– Это то, что я выдал или военных?

– Твоё, – ответил Дуб.

– Тогда, уважаемый…

Я посмотрел на погоны обратившегося к нам бойца, стоящего в оцеплении. А погон то там и не было, только лычки.

– …Старший сержант. Это оружие нашей группы. Выдавались лишь боеприпасы взамен отстрелянных.

– Извольте переписать номер и модель оружия, а также сдать обратно патроны.

И указал военный на палатку, у которой толпились люди.

Ну, делать нечего, пришлось подчиниться. Строго тут у них всё. Я даже догадываюсь, после какого случая стали проводить столь полноценный досмотр… Морозов… Как ему там, в сказочном Тибете?

– Другие ценности и добыча из излома имеется? – уточнил сержант, пока шли в конец очереди.

– Лишь свои. Зёрна, артефакты, – ответил ему.

– Продемонстрируйте проверяющему. Он отметит ваше имя, количество и тип предметов. Спасибо за службу! – сказал он и вернулся к своему посту.

Ну и ладно… Надо – сделаем. Всё то, что ценное и мне бы хотелось оставить чисто себе, чтобы никто не знал, я передал Фоме. А так пусть им будет спокойнее. Скрывать мне нечего. Единственное, что напрягает, – вдруг у оружия, что было взято у того проклятого излома в Сибири, найдутся настоящие владельцы… Ну да ладно. Тогда меня в Центр Ликвидаторов вызовут, а там сообщу, что нашёл в лесах и оставил себе как трофеи. Если и накажут, то не сильно. Я же из него никого не застрелил, а право на ношение и хранение оружия у меня есть. Так что пофиг.

В район гостиницы вернулись мы уже поздно вечером. Благо такси ещё ездило и адрес ночного магазина я знал. Контингент в нём был примерно тем же. Стоят, шатаются, как колосья в поле на ветру, и ждут, пока их дружок купит и притащит бутылку водки или чего-то совсем уж химозного.

– Дуб, ну ты хоть телегу ногами притолкай сюда. Я один сразу четыре штуки не утащу… – подбадривал я зевающего коллегу, да только это было почти бесполезно.

– Стоять… – перед нами возник амбал со знакомым лицом. – Это же ты, да?

Я вопросительно посмотрел на него, после чего сообразил, что это тот воитель, которому в прошлый раз наставник сохранил жизнь, когда он решил повыпендриваться в нашем номере.

– Ага, это я.

Он кивнул.

– Сейчас помогу. А НУ, ЧЕРТИ, РАЗОШЛИСЬ! ТЕЛЕГУ ВЗЯЛИ, К КАССЕ ПРИВЕЗЛИ, СМЕРДЯЩУЮ ГВАРДИЮ РАЗОГНАЛИ С ПУТИ! ТУТ НАСТОЯЩИЕ ЛИКВИДАТОРЫ ЕДУТ! ЗАДНИЦЫ ВАШИ СПАСАЛИ! – потребовал мужик, чьего имени я даже не надеялся вспомнить.

Он быстро и оперативно доставил всё до касс и начал помогать выкладывать, перегружать всё в пакеты и сумки. Алкоголики и сбившиеся с пути люди от его приказов и голоса задрожали и трясущимися руками стали спешно помогать всё делать, значительно ускоряя нам процесс.

– НЕ УРОНИ, ИДИОТ! – рявкнул он на особо трясущегося «бойца», в чьих руках ходуном ходило ведро с квашеной капустой. – Многовато еды на двоих… Ждёте кого?

– Да. Остальные должны скоро вернуться с излома. Финальную зачистку делают… – кивнул ему.

– Хорошо. Вам помочь довезти? Я с парнями на машине.

– Не откажусь, если честно. Такси сейчас очень тяжело заказать. Они все нарасхват после нашествия.

– Да, вечная проблема… Эх, я бы тоже когда-нибудь сходил долг свой исполнить, в поход на тварей…

– Так чего не сходишь? Ты здоровенная детина, силы в тебе за троих.

– Да я два раза был в юности в походах… Дважды чуть живым возвращался. Во второй нас, как мясо, у госпиталя сгрузили, мест не было… Бабка старая шла, цыганка, сказала, что в третий раз меня уже не привезут… – поделился он своей историей.

Ну, я в такое не верю… Все знают, что истинные способности прозрения возможных вариантов будущего в руках сильнейших из псиоников. И они уж точно не побираются среди простолюдинов, блуждая по улицам.

– Каждый сам кузнец своей судьбы. И все мы смертные. Ты ведь знаешь девиз ликвидаторов?

Мужик нервно проглотил слюну, белея на глазах.

– Да, знаю… Я пока не готов.

Я ничего не ответил. Это личное дело каждого. Храбрость, она живёт внутри нас, как и неуступчивость, несогласие с тем, что смерть пришла… Сколько есть историй, когда человек должен был умереть, но буквально выцарапал, выгрыз своё право на жизнь. И наоборот: сидишь себе в безопасности и вдруг на голову падает кирпич или ещё какой-нибудь «сюрприз» выскакивает, несовместимый с жизнью. Увы и ах, такова жизнь. Единственный вопрос, сможем ли мы оставить что-то после себя, запомниться миру как следует. И умереть ликвидатором – одна из немногих признанных по всему миру почётных смертей. И семьи таких героев всегда получают хотя бы небольшую, но помощь от страны.

– Каждый выбирает сам… Ну что, – посмотрел я на колышущихся бухозавриков с кучей пакетов, – поехали?

Вернувшись в гостиницу, закинули всё в единственный работающий на этаже холодильник и стали заниматься готовкой. Работали с Дубом в тандеме. Я руками, а он – травил мне байки. Вот под его заливистый смех и порой, прямо скажем, идиотские истории и прошла эта ночь. Ну, ещё иногда мимо проезжали машины с сиренами. То скорая, то полиция, то пожарные. Отголоски нашествия…

Я закончил кашеварить на купленной под это дело миниатюрной плите, вкинув дорогую и пахучую тушёнку в макароны. Эх, у самого аж слюни текут!.. Где же ребята там запропастились? Если им разрешили добывать ресурсы, то не факт, что они хотя бы к обеду следующего дня прибудут… Ну и ладно. Сейчас ещё микроволновку закажу. Если что, разогреем еду.

Приняв микроволновку от круглосуточного курьера, прилёг отдохнуть. Дорого он берёт, однако! Считай заплатил ему вдвое больше, чем за саму технику! Ну это ладно, то что такой сервис вообще есть – это хорошо. Спасибо, Дуб, вовремя подсказал. Но почему у меня на сердце кошки скребут? Что не так? Не понимаю…

Встряхнул головой, прогоняя наваждение, оставил на столике шоколадку и принялся читать о зёрнах, в том числе редчайших, об их градациях у алхимиков и аукционистов.

Шло время. Внимательно читал, погрузившись с головой в крайне интересные материалы, пока солнечный луч не ударил из приоткрытой шторы прямо мне в глаз.

– Ай… Так, что-то я залип… Опа, шоколадка тут… Дружище, ты чего за шоколадом не зашёл? Держи!

Я переложил вкусняшку на тумбочку, но… Фома ни ответил, ни появился, ни шоколад не забрал.

Я вышел в другую комнату, заглянул в шкаф, посмотрел под кровать, достал ещё десять шоколадок, но всё было тщетно. Сколько бы я его не звал, он не приходил.

– Куда же ты пропал, мой друг щекастый?..

«ВИУ-ВИУ-ВИУ»

Звуки сирены вновь раздались под окном. Неужели до сих пор где-то бушуют монстры?!

– Или один маленький пушистый монстр?..

Я мигом достал мобильник и открыл новостную ленту города, где в режиме реального времени описывали всё с момента начала нашествия.

«Новосибирская шоколадная фабрика подверглась атаке неизвестного мутанта. Район фабрики оцеплен, всех жителей просим соблюдать правила комендантского часа. Проводится спецоперация».

– Ну, Фома… Ну песец ты, а не хомяк!..

Глава 2

Весь опухший от недосыпа Дуб выполз из комнаты:

– Ты куда?

– Монстры в городе. У меня бессонница. Пойду разузнаю. Может, помогу. Встретишь ребят, хорошо? – сказал я и накинул на себя кольчужную безрукавку. – Телефон взял, заряд есть. Если что – звони.

И начал собирать снаряжение.

Меч в ножны, ножны на пояс, что входил в притащенный Фомой комплект. Так… Щит и Копьё… Брать не брать? Ай, беру! Зелий нет, огнестрела нет… Хотя у Дуба автомат оставался…

Я вопросительно глянул на соратника, чьи повязки на руках уже нуждались в смене…

Нет, патронов нет. Да и с кем я там воевать собрался?!

– До скорого! – откинув ногой с пути коробку, в которой вчера притащили ящик бананов, я помчался вниз по лестнице.

Внизу встретился в коридоре с местной каравеллой – Ольгой Павловной.

– Утречко! Могу попросить вас о помощи?

– Чего тебе, буйный?.. Гостиница после твоего появления ходуном ходит… – недовольно пробубнила невыспавшаяся мегера.

– Дуб, соратник мой. Ликвидатор. Раны на руках обработайте, перебинтуйте… А то он даже дверь нормально открыть не может, не говоря уж о том, чтобы позаботиться о себе.

– Сам чего не поможешь? Все вы только и делаете, что бегаете туда-сюда. А потом: «ОЛЬГА ПАВЛОВНА, ПОМОГИ!..»

– Так монстры в городе! Пойду беречь ваши покой и гнездо… Ой! – увернулся от скрученной в трубку газеты: – Гостиницу то есть.

– Вали давай! Защитничек… Помогу твоему Дуболому. Только пускай сам спустится…

Конечно сам! Если она пойдёт наверх, лестница может и не выдержать…

Я на ходу набрал оставшегося в номере бедолагу и с минуты три ждал, пока тот ответит.

– Да, есть же!.. Наконец-то! Мля, Ярл! Чё звонишь?! Я чуть не родил, пока по кнопкам попасть пытался!

– Вот если раны не обработаешь, они заживать и не будут. Тогда реально ты скорее родишь, чем снова на монстров пойдёшь. Давай дуй вниз! Я с Ольгой Падловной договорился. Она раны обработает. И это, чтобы дракона не злить, курочку копчёную захвати.

– Да ты что такое говоришь?! Ну уж нет!.. Я лучше наших дождусь ребят. Может, ты забыл, как она вчера ребят, разгружавших машину и продукты, заставила грязь на полу отмывать? А они ж, как я понял… не совсем легальные дела делают.

– Ой, да пофиг на них! Сами виноваты, что на дракона нарвались, пока тот бодрствовал. Я уже договорился, так что иди. Иначе он сам придёт к тебе. Представляешь, какому риску ты подвергаешь все наши припасы? Давай, всё, дуй. Я в такси сажусь…

И скинул трубку, прыгая в удачно словленную прямо у гостиницы машину.

– Привэт, брат ликвидатор. Копьё прашу салон не царапай… Куда едэм? – обратился ко мне водитель со странным акцентом. Странным, потому что это был краснощёкий, рыжий и конопатый молодой парень.

– Шоколадная фабрика. Где шум, гам и драки, – сориентировал я, и парень тут же отреагировал, давая по газам:

– Аа-а-а! Понэл, брат! Ужэ вазу!

Копьё пришлось выставить в окно и следить, чтобы не повредить пролетающие мимо автомобили.

– Пят минут! И приедэшь прямо к битва! Но я стану подальше. Не обессудь, брат.

– Хорошо. А ты откуда?

– Ирландия, брат.

– А чего у тебя такой акцент странный?

– Я приехал учит русский язык в первый Кавказский институт культуры. Чут-чут решил задержатса, страна ваш посмотрэть. Подзаработат надо.

– Понял. Нравится страна?

– Очэн, – кивнул рыжий.

– Я рад. Всё, стой! Давай здесь выйду: дальше заслоны начинаются…

Я выпрыгнул из такси под взгляд «турыста» и, демонстрируя свои знаки отличия: оружие, щит, кольцо и военную экипировку, пусть и изрядно испачканную, пошёл напрямую к закрытому проходу.

– Стоп. Дальше место проведения спецоперации!

– Да, знаю. Поэтому и прибыл. Помощь нужна?

– Ну… Сейчас у начальства уточню.

И служивый потянулся к рации, удивлённо смотря на моё ярко-алое кольцо ликвидатора, которое разрослось до приличных размеров после всех стычек, что возникли за последнее время.

Я подождал несколько минут, и боец покачал головой:

– Нет. Спасибо за вашу активную позицию, но у меня приказ никого больше не пускать. Там подтверждено нахождение всего одного монстра.

Служивый на миг запнулся, глянув ещё раз на моё кольцо ликвидатора, и продолжил:

– Завод сильно повреждён, местами короткое замыкание вызвало пожары. Тварь ищут бойцы, сканеры даже прибыли от наших местных родов. Скоро его вычислят, так что не переживайте.

Ага, конечно, не переживайте! Фома там наверняка обожрался шоколада и теперь в эйфории валяется где-нибудь ни черта не соображая. Его сейчас повяжут или пристрелят и всё: нет у меня больше друга, нет помощника, нет всей многочисленной добычи, с которой я планировал озолотиться и начать мутить воду в Москве!..

– Спасибо! Пойду в оцеплении постою тогда. Мало ли гражданские где начнут дуростью заниматься, – кивнул ему и пошёл вдоль ограждений, выискивая место, где можно было бы пройти внутрь оцепления.

Поиски привели меня в подъезд многоквартирного дома. В нём имелся сквозной проход, запертый на навесной замок. Две минуты простоял рядом с дверью. Рядом никого…

Насытил эфиром пальцы и, расплавив замок, бросился внутрь. Так, надо действовать быстро! Чтобы меня никто не трогал, надо изображать очень спешащего по делам посыльного…

Двигался то быстрым шагом, то пробежкой, стараясь при этом держать спину прямо и проговаривая раз за разом: «Найти майора Свиридова… Найти майора Свиридова».

В общем, это помогло. Раза три останавливали, спрашивали, кого ищу, строили недоумённый взгляд, пытались уточнить, что за подразделение и так далее. Но все в итоге отступали перед моим напором и внушительными артефактами и отходили, пропуская меня вперёд. И вот я приблизился к фабрике. Никакого майора Свиридова, конечно же, не существовало.

Впереди работали пожарные бригады, «кареты» скорой помощи забирали простых людей, что работали на этой фабрике, и увозили отсюда. Вот жопа мохнатая! Если узнаю, что кто-то пострадал… Всю душу вытрясу!

Посмотрел влево, посмотрел вправо. Вроде никого… Ну-с, поехали!

Шаг вперёд и я на территории предприятия. И как мне это пушистого диверсанта найти?.. Точно, часы! Надеюсь, ты сейчас не в своём пространственном кармашке прячешься… Есть! Засёк! В пятистах метрах, значит… Засада! Тут же, мать его, целый лабиринт! Разные цеха, лестницы, тьма тьмущая помещений… Да многие из подземелий с монстрами не были такими запутанными, как эта долбанная фабрика! В общем, напрямую не пройти…

Да уж… Сканер мне тут прям не помощник. Ну, хотя бы «союзников» людей показывает, и на том спасибо. И ближайший из них к моему хомяку всего в пятидесяти метрах… Надо сокращать расстояние. Осторожно только. Главное – остаться незаметным.

Чутьё обострилось до предела, когда подошёл к зданию. И тут я осознал, что зря взял копьё с щитом. В форточку с ними не пролезешь и оставить тут не оставишь…

Нашёл взглядом ближайшую дверь и подошёл к ней. О, не заперта… Это хорошо. Плохо то, что ведёт она не внутрь фабричных помещений, а в ангар с погрузчиками, что отделены отделённых металлическим профилем от остальной части предприятия. Ну… Эфир в помощь…

Глянул на часы. Хм-м. На той стороне людей поблизости нет, а до Фомы всё те же четыреста – пятьсот метров…

Аккуратно эфиром прожёг тонкие стальные листы и выдрал металл из стены. За ним пустота и точно такой же лист, покрытый каким-то материалом. Вероятно, звукоизоляция.

Содрал как мог звукоизоляцию и вырезал дыру в стене внутренней части фабрики. Хорошо, что не кирпич и не бетон. Видимо, это современная часть предприятия, пристроенная к старой.

Быстро закончил и снова глянул на часы. Так, что-то слишком близко подобрались господа штурмовики к ужасному монстру – уничтожителю шоколадных фабрик… И нырнул в дыру.

До самого потолка возвышались поддоны с будущей упаковкой для шоколадок. Впереди метров пятьдесят свободного пути, а дальше моя дорога начнёт пересекается с вояками. Хм-м… Надо их отвлечь.

Глазами нашёл какой-то проржавевший мусор и прокрался мимо поддонов. Впереди виднелись частично раскрытые ворота. Быстро подтянул поддон с картоном и сделал путь к отступлению: вырезал дыру в соседнее помещение, что ещё ближе к пушистому террористу.

Взял, что первое попалось под руку, прицелился и бросил кусок чего-то вперёд и попал между створок. Полёт прошёл хорошо, врезавшись в несущую колонну в метрах ста от меня. Крадущиеся спецназовцы переполошились, и Фома тоже очнулся и, судя по данным со сканера, переместился на метров тридцать – сорок. Вроде остался в том же помещении. По крайней мере надеюсь на это.

Люди разделились, и пока одни остались на месте прикрывать тыл, другие отправились проверить источник шума. Пара человек выдвинулась и в мою сторону. Видимо, заметили траекторию полёта неопознанной ерунды…

Быстро юркнул в дыру, прикрыл её картоном и очутился в лишённом света хранилище с тысячами мешков какао. Рядом горела надпись со стрелкой к хранилищу сухого молока и прочих продуктов. Туда я и пошёл, сокращая дистанцию до хомяка.

Стена за стеной. Я тихо и быстро крался по этому лабиринту. Максимальная концентрация. Щитом прикрывал свечение, исходящее от указательного пальца, насыщенного страшной энергией эфира. Порой и вся ладонь светилась. Так я и продвигался вперёд, надеясь успеть до того, как обнаружат местоположение мелкого утилизатора шоколада.

Услышал жужжание. Чёрт, дроны с камерами! Не успеваю…

Ножом перерезал большой многотонный мешок с какими-то сыпучими гранулами и чуть не улетел носом вперёд, когда моя нога поехала на – орехах! Не гранулы это, ярл… Не гранулы.

Шум от орехопада вновь заставил служивых замереть. Хорошо. Так. Меня, скорее всего, от нужного цеха отделяет всего одна стена…

Я уже хотел было резать стену, когда в отблеске зелёного пальца заметил металлическую ручку двери. Так даже лучше…

Дверь легко открылась, и я оказался в многоуровневом помещении, где, судя по температуре и аромату, топят шоколад. Одна из установок была вся обляпана… Благо мне не к ней, а к другой вышке.

Только я сделал несколько шагов, как из-за обляпанной установки появилось несколько дронов.

Так, ну, это не дроны камикадзе – уже хорошо. Лицо засветил – это плохо. Хотя… Оглядел себя. Вот это я вымазался, пока через склады пробирался! Экипировка, волосы – всё в чём-то белом… Крахмал? Мука? Не знаю. Да неважно!

Дрон подлетел ко мне и замер рядом. До хомяка оставалось тридцать метров. Соперникам моим – несколько больше.

И что делать?.. Договориться?.. Как? Скажу, что хомяк – мой фамильяр, и меня обвинят в разрушении, организации нападения на фабрику. И прощайте перспективы возвысить род Краст в империи! За такое не только тюрьма грозит…

Скажу, что могу провести переговоры с монстром, в психушку тотчас отправят… Может, прикинуться частью подразделения, попытаться первым добраться до монстра, привести его в чувство и велеть сбежать? Тоже такой себе вариант: выгляжу я как кто угодно, только не часть элитной группы бойцов, присланных кем-то. Не удивлюсь, если это окажутся гвардейцы рода, что владеет фабрикой. Аккуратно так двигаются, не штурмуют, как сумасшедшие, массовым огнём подавляя противника… Это было бы логично. Всё же имущество хозяина надо беречь!

Засада… Всем засадам засада! Ладно… Наглость – второе счастье! Да ещё и города берёт! Узнать, кто я такой, они смогут лишь в том случае, если поймают. А значит, план прост: хватаю кайфушника за шкирку и бежать! Выбраться из окружения, конечно, будет той ещё морокой, но у меня есть радар. Есть неплохие шансы обойти патрули и оторваться от преследователей. Главное, чтобы меня не попытались убить. А они наверняка попытаются…

– Я не враг, – произнёс я слегка изменённым голосом, вонзая копьё в слишком близко подлетевшего дрона.

Через мгновение мои мышцы, сухожилия и кости насытились эфиром. Раз и я у высокого чана. Мельком глянул на часы: соперники зашевелились в мою сторону. Оставил копьё и щит на полу и – прыжок. Зацепился за край восьмиметрового чана, к которому приделана механическая рука для размешивания. Подтянувшись и свесившись, я увидел с кайфом плавающего на спине хомячеллу, что вымахал до своей, судя по всему, предельной величины в один метр. Этот блаженный засранец на меня даже внимания не обратил!..

Недолго думая, ухватил его за лапу. Само собой, это не очень-то и помогло… Наркоша резко начал барахтаться, уходя с головой под расплавленный шоколад. Я уж было испугался, что он захлебнётся, но нет! Это чудо, раскрыв рот, стало втягивать в свой бездонный желудок тягучую жидкость, постепенно превращаясь в шарик.

В какой-то момент хомячелло достиг предела. Его магия прервалась, и струя коричневого молочного шоколада вырвался из пушистого колобка. Он попытался закрыть рот лапами, но зацепил щёки, отчего напор стал таким, что фонтан едва не достиг потолка.

Истерящее, покрытое слоем шоколада чудо едва удалось вытянуть из чана и спрыгнуть вниз. На ходу подхватил копьё под мышку, как и щит, после чего сверкая пятками понёсся в сторону склада с орехами.

Ну да, так они мне и поверили, что я не враг… С ходу спиной вынес дверь, любуясь направленными в мою сторону автоматами, и едва успел уйти от обстрела.

Так я и метался по фабрике, прикрываясь от пуль здешним оборудованием и временно скрываясь в помещениях. Покоя мне было не видать. И всё из-за истерящего Фомы: то фундук ему подавай, то арахис!..

Вразумить его вообще не получалось. Всё, сошёл с ума рядовой Фомченко от счастья… Никакие просьбы не доходили до него. Даже копьё с щитом спрятать не мог, а ведь это помогло бы упростить задачу.

Да успокойся ты! Если не придёшь в себя и не угомонишься, тебя прикончат и ты больше никогда шоколада не поешь!

– Пи! – застучал он, как ребёнок, лапками, требуя вернуть его в «бассейн».

– Всё, достал!

Пока мы прятались в столовой, я прижал его рукой к полу. Минуты две у меня есть, пока эти идиоты стреляют по пустому помещению, думая, что загнали врага в ловушку.

Нежная и мягкая энергия эфира потекла по моим магическим каналам и вышла во внешнюю среду, начиная таинство подчинения. Хоть бы первый этап успеть выполнить… Выбить из него всю его магическую энергию и опустошить запасы магии, чтоб успокоился…

– ОНИ ЗДЕСЬ! – рявкнул боец, наводя на меня ствол оружия.

Сука!

От злости я подкинул металлический стол свободной рукой, наполненной эфирным маревом подчинения.

– МОРДОЙ В ПОЛ! СДАВАЙСЯ! РУКИ НА ЗАТЫ… – прокричал боец.

Спасибо, дорогой, за соблюдение инструкций! Дал мне лишнее мгновение! То самое мгновение, когда поле зрения закрыл стол, и я треснул по нему, отправляя в полёт в сторону входа в столовую.

Шум, грохот, треск ломающихся входных дверей и битого стекла. Паника, выстрелы и крики бойца, который испугался, что стол и его снесёт.

Стол никого не снёс, но работу свою выполнил: закрыл обзор, шуганул военного и дал мне возможность выпрыгнуть в окно второго этажа.

Приземлился и быстро оценил ситуацию: я на внутренней части фабрики – открытое, опасное место…

Я ринулся дальше, прикрываясь всем, что только оказывалось на моём пути, пока не добрался до отдельно стоящего здания мастерской. Меня видели, но нас разделяло расстояние. Да и опасаются они меня: не летят вперёд, как сумасшедшие.

Как только оказался вне области обстрела, посмотрел в замыленные глаза хомяка.

– Давай уже, очнись, морда шоколадная, – проговорил я, возобновляя процедуру подчинения.

Минута, две, три… Опасливо глянул на часы, которые показали, что меня взяли в кольцо.

Чёрт… Бежать больше некуда. Разве что… на крышу. А оттуда перепрыгнуть на крышу другого здания. Но там двадцать метров, не меньше!..

– Пи…

– Что, плохо тебе? Жди. Сейчас полегчает. И очнись уже, Фома! Если будешь адекватным, построю тебе персональную шоколадную фабрику. Будешь заведующим дегустатором там.

– Пи? Пи-пи?

– Честно-честно, не сразу – но построю! – кивнул я и ощутил, словно исчезла какая-то магическая преграда, что не давала проникнуть эфиру в самые глубины организма Фомы.

– Пи…

Хомяк откинул голову назад, закатив глаза.

– СДАВАЙСЯ, КТО БЫ ТЫ НИ БЫЛ! ТЫ ОКРУЖЁН! ПОПЫТКА СОПРОТИВЛЕНИЯ ПРИВЕДЁТ К МОМЕНТАЛЬНОМУ УНИЧТОЖЕНИЮ! – чей-то зычный голос донёсся со стороны закрытых ворот.

– Я НЕ ВРАГ! Я СПАСАЛ ИМУЩЕСТВО ГОСПОДИНА! – продолжал я гнуть свою линию, думая над следующим шагом.

Замысел был прост: запутать, обмануть, заставить размышлять и задавать вопросы, а не стрелять.

– КАКОГО ГОСПОДИНА? КАКОЕ ИМУЩЕСТВО?

– ТО, ЧТО ВЫ ОБОЗВАЛИ МУТАНТОМ! ЭТО НЕ ТВАРЬ! ПРОСТО ПРОИЗОШЛА ОШИБКА! Я НИКОМУ ИЗ ВАС НЕ ПРИЧИНЮ ВРЕДА! НЕ СТРЕЛЯЙТЕ!

Глаза Фомы задёргались, и сам он задрожал, а потом повернулся на бок и исторг из себя излишки шоколада. Он весь на пару мгновений позеленел и забился в конвульсиях, словно у него приступ эпилепсии.

– Пи… – тяжело вздохнул он.

– Вот тебе и «Пи»! Ты вернул себе разум? Понимаешь меня? Мы в полной жопе, благодаря тебе.

– Пи… ПИ?

– Ага, тут некуда бежать. Мы окружены.

– Пи…

***

Командир отряда, занимавшийся нейтрализацией опасной твари, посмотрел на своего помощника и жестом приказал начинать штурм. Помощник его тут же начал громко кричать спасителю монстра, чтобы тот открыл дверь и вышел с поднятыми руками. Само собой, он был достаточно опытным, чтобы понимать: шанс на подобный исход чуть выше нуля. Уже целых пять минут их противник сидел в западне.

– Выходи! Время истекло! Не выйдешь сам, тогда мы войдём и любое сопротивление приведёт к открытию огня!

Но внутри мастерской не было слышно ни звука.

«Сам напросился, идиот», – решил командир и заменил обойму в автомате на противомагические патроны, что пробивают магические щиты намного лучше, нежели обычные.

Они уже давно поняли, что имеют дело с магом. И пусть это крайне редкие и дорогие боеприпасы, но…

«Каждый, кто осмелился нанести ущерб роду Савельевых, должен понимать, что расплата неотвратима!» – рычал про себя командир группы.

Взрывотехник обвесил входную дверь гирляндой, начинённой взрывчаткой, и отошёл в сторону, демонстрируя всем пальцы с обратным отсчётом.

Три… Два… Один…

«БТУ-У-У-У-УМ»

Глава 3

– Да чтоб ты ещё раз без спросу свалил куда! Ты хоть понимаешь, что мы оба могли помереть?! И я! И ты! Шоколада тебе мало?! Недостаточно я тебя кормлю им? Ну как, наелся?! Теперь доволен и счастлив? Или мало? – негодовал я, намыливая хомяка самым обычным хозяйственным мылом, что нашлось в ванной гостиницы.

– Пи! Пхи! Пфи! – сопротивлялся грызун, пытаясь вырвать лапками лейку, из которой лилась чуть ржавая вода.

Терпи, рядовой Фомченко, терпи!.. Как говорится: любишь устраивать диверсии на шоколадных фабриках, люби и отмываться!

Мы с Фомой еле ноги унесли! Еле успели свалить из ловушки. Я уж думал – всё… Повяжут и, если повезёт, не прикончат сразу. Тогда был шанс встретиться с главой рода Савельевых, на чью фабрику напал пушистый террорист.

Меня, конечно, кое-что связывает с этим внушающим трепет магом, но очень не хотелось дёргать за эту ниточку до того, как я сделаю хоть что-то для восстановления своего рода.

К счастью, Фома, получив очищающий душу и разум эфир, сообразил телепортировать нас обоих за пределы западни. И вот мы попали в ближайший дом, в одну из запертых и безлюдных квартир, которую людям пришлось освободить из-за действий потрошителя шоколадных фабрик. Надеюсь, он больше никогда так делать не будет!..

Полчаса… Полчаса я умирал в уборной, пытаясь прийти в себя после переноса. Глаза норовили лопнуть, голова бешено пульсировала, и шум в ушах стоял такой, будто рядом со мной гудел самолёт. В какой-то момент кровь хлынула из носа водопадом. Не будь моё тело физически крепким и закалённым, точно бы отключился и остался там лежать валенком сибирским, пока меня не арестовали…

Кое-как восстановившись и всё ещё пребывая в полном ахере, скинул с себя экипировку и велел Фоме, который официально стал моим фамильяром, забрать её с собой в гостиницу. Да, пришлось отправить его в одиночку, потому что ещё одного такого «прыжка» я бы точно не пережил… И, слава всем богам, пушистый террорист спорить не стал.

Как только Фома ушёл, я залез в первый попавшийся шкаф, где нашёлся мужской костюм то ли строителя, то ли ещё кого. Башка соображала туго. Как мог быстро переоделся и, прикинувшись ничего не соображающим простым жителем, что якобы продрал глаза только к полудню, вышел из дома. Меня чуть ли не сразу подхватил отряд служителей правопорядка и спешно выпроводил за оцепление. А там уже поймал такси до гостиницы. Только когда я пообещал тройную плату, водитель согласился отменить заказ, на который как раз ехал.

В общем, на этом эпопея и закончилась. И теперь вот сижу, хомяка купаю…

– Не дёргайся! Лапу правую давай!

– ПИ-И-И-И!

– Я тебе спрячу!.. Давай сюда, а то на сухой паёк посажу. Траву есть будешь…

Хомяк тяжело и грустно вздохнул, протягивая лапку. Большую такую лапку…

– Ну ты и свинтус, – констатировал я.

– Ярл, слушай… А как вы понимаете друг друга? – напомнил о себе Дуб, который стоял в дверном проёме, продолжая пялиться на метрового грызуна, и уже минут пять охреневал с увлекательной истории.

– Не знаю. Интуитивно. Считай, ментальная связь, – ответил я сквозь шум воды.

– Минтайная? – переспросил Дуб.

– Пи? – подал голос Фома и возбуждённо задёргался.

– А тебе лишь бы пожрать! Рыба это. Ты ешь рыбу?

– Пи…

И, подав мне вторую лапу, хомяк с задумчивым видом почесал пузо.

– Не орехи и не сладкое. Как мясо, только которое под водой плавает.

– Пи-пи? Пи-и-и-и-и?

– Нет, не как та Химера злоеб… В общем, это не мутант. Обычная такая рыба. Вполне съедобная. Короче, стой смирно, потом продегустируешь. А вообще… На-ка мыло. Мыль жопу. Сам, без пап, мам – и даже без меня.

Пока мыл хомяка, и свои мысли прочищал. Между мной и хомячеллой, как и Жужжей, теперь имеется видимый лишь мне магический канал. Чем ближе мы находились, тем проще мне контролировать все процессы, влияющие на хомяка. Например, наполнять его источник эфиром. И вот что интересно: я уже половину своего запаса источника ему перевёл и всё ещё не заправил этого проглота.

– О, Ярл. Это вас показывают?

Дуб принёс мне телефон. Любительское видео демонстрировало внезапно вспыхнувшее зелёным светом здание мастерской и бойцов, что с испуганными рожами сначала унесли оттуда ноги, а потом осторожно вернулись и, само собой, уже никого в помещении не увидели.

Ха-а… Остаётся лишь надеяться, что запись с дрона уничтожена или что я на ней похожу больше на призрака, чем на одного бедного ярла без ярлства. Видок у меня там был тот ещё…

– Ага… – протянул я в ответ.

– А как вы… Если там были, то выбрались?

Дубу я, само собой, не изливал душу. Лишь коротко поведал, что хомяка спасал.

– Сам не понял. Да и неважно это. Главное, что там никто не пострадал, так ведь?

– Ну, кроме самой фабрики… А, тётку одну ещё, технолога, увезли на скорой. Говорит, монстр шоколадный вылез из чана при ней, вот и сердце что-то прихватило, – поделился прошедшими мимо меня новостями.

– Плохо… Сможешь узнать, что за тётка?

– А тебе зачем?

– Денег переведу за доставленные неудобства. Только надо подумать, как, чтобы не спалиться. Ах да, ещё одна вещь… – Я замер с феном в руках и серьёзно глянул на Дуба: – Никому не говори, что мы хоть как-то причастны. Сокола удар хватит. Ещё не дай бог пойдёт на поклон к Савельеву. С него станется.

– Нет, ну я, конечно, «дуб», но не дебил. Совсем уж не надо считать меня таким придурком… – с обидой в голосе ответил забинтованный в свежие повязки ликвидатор.

– Вот и славненько, – кивнул я, направил фен на хомяка-переростка и включил.

– ПИ-И-И-И-И-И-И-И! – раздался из-за шторки полный ужаса визг, но я был неумолим и не щадя приводил пушистое бедствие в достойный фамильяра вид.

***

Как закончились банные процедуры, Фома стал совсем мелким, прям как домашний хомяк, и обиженно забился на верхнюю полку шкафа, где соорудил себе гнездо из женских тряпок. Я же завалился на кровать. «Спасательная операция» меня так умотала, что уснул практически сразу. И спал сном беспробудным.

Проснулся от автоматического будильника техночасов. М-м-м… Ещё часик был бы не лишним, но всё! Время, что себе отвёл на отдых, закончилось. Нечего лениться.

Потянулся, чутка размялся и, подойдя к двери, замер. Вернулись!

– Здесь бы базу сделать… – копошась, судя по всему, в сумке с консервами, вещал Потешкин. – Слушай, Сокол… Здание паршивое, ремонта требует, но места – дохера! Выкупить бы этаж, обновить, покрасить всё…

– Ага, ещё родных привезти, семьи завести, детишек… Ты в городе засиделся, я смотрю. Надо тебя в Сибирь, Потешкин! А то какой-то ты домашний становишься…

– Босс, – раздался хриплый голос Щавеля, – так я не понял… Что это за излом такой был? Вроде твари молодые, да только лезло их столько, будто они там десятилетия мариновались…

Бедолага… Возлежание на целебных салатах после попойки ему не особо-то помогло.

– Не знаю, ребят… Не знаю. Он и не старый, и не новый, но вот так, как язва, взял и открылся. Одно в нём странно – это даже командование отметило: тварей более сильных и опытных не было видать. Говорят, в каких-то отнорках на глубине нашли место побоища. Твари сгоревшие, кислотой разваренные валялись. Говорят, мол, друг с другом передрались, оттого нам и оказалось легко зачистить его. Из серьёзных соперников лишь Химера, считайте. Никого из свиты не было, – высказался глава отряда.

Моё место битвы нашли… Что ж. Хорошо, что именно так его все восприняли.

Я открыл дверь и вышел в коридор, где за притащенным бог знает откуда верстаком сейчас крутили, разбирали, чистили и смазывали многочисленное оружие. Наше оружие. С ним ушли, с ним и пришли.

– Утро доброе! Или что там сейчас?..

– Уже вечер скоро, Ярл. Всю жизнь так проспишь! – улыбнулся Хрустальный от уха до уха, и я заметил, что одного зуба ему не хватает.

Ещё и посвистывает теперь… Получается, не только Дуб раны получил.

– Где так умудрился сменить имидж? – ухмыльнулся в ответ, на что парень фыркнул и взмахнул рукой в сторону нашего мага воды.

– Да Филин, гад, воды налил, когда корни вымывали. Я и поскользнулся…

– И что? Руки не смог выставить?

– Дык в них ящик с корнями был! Урони, поцарапай – столько денег потеряли бы! Ты чего?! А зуб… Хрен с ним, – и стукнулся он кулаком с Филином. – Новый вставлю.

– Вам хоть из этого дали что-нибудь?

– Ага, целой «Тридцаткой» наградили! – вздёрнул голову Хрустальный.

– Чем наградили?..

– Тридцатка! Что, не слышал никогда? – удивился Потешкин, и все посмотрели на меня как на дурачка.

– Впервые слышу.

– Десятка, двадцатка, тридцатка – награды для групп ликвидаторов, которые выделились при зачистке, – начал пояснять Карбат. – Грубо говоря, дают десять, двадцать или тридцать минут ковыряться в изломе наравне с владельцем или, как в нашем случае, военными города и местными боярскими родами, что прислали людей для закрытия. Что нашли, то наше. Что вынесли, то можно продавать.

– О, урвали высшую награду, получается! И что, на сколько улов оцениваете?

– Хех! Трепещи, малой! Мы сорвали куш! Двенадцать корней Азалиуса чернокоренного! На аукционах от десяти до двенадцати тысяч рублей за один такой выходит! Мы одной битвой двухмесячную норму выполнили! А ведь ещё заплатят за участие из Центра! Там тоже, может, тыща рублей, может, больше обломится! Лепота! – радостно хлопая в ладоши, сообщил мне Бобёр.

– Оу, ну да. Действительно неплохо. По вашим меркам, – пожал я плечами, заставляя всех нахмуриться, а Сокола – вопросительно поднять бровь.

Ну, ещё бы. С учётом их политики разделения трофеев, ребята подняли солидный куш. Десять процентов от добычи отрядов подлежат возвращению государству в виде налога. Из оставшейся части половина уходит на обеспечение будущих походов: на покупку провианта и расходки, на ремонт машин и снаряжения и прочие нужды. А вот уже всё остальное делится между парнями – и мной. Соколу, само собой, чуть больше остальных достаётся. Всё-таки лидер.

– Ярл, а что значит «по нашим меркам»? – уточнил Сокол.

– Ну, сколько вы заработали на одного? По пять тысяч примерно каждый, да? Я уже говорил и повторю ещё раз. Я знаю, как увеличить эту сумму в разы. У каждого из вас своя история. Каждый из вас здесь по своей причине: кому-то нужны деньги долг вернуть, кто-то на помощь родным зарабатывает, кто-то просто плывёт по течению… Я же хочу, чтобы мой род процветал. Для этого надо закрепиться и заработать много денег. Очень много. И я знаю, как это сделать. Не просто так в Сибирь приехал. Вопрос лишь в людях. Готовы ли вы помочь мне? Готовы ли сотрудничать вдолгую? Или как только я дам вам в ваши руки условный миллион рублей или даже больше, вы уйдёте, а я останусь один на один со своими проблемами?

Все чуть ли не синхронно повернулись к Соколу в тишине, а затем громко рассмеялись.

– Гля, босс! Прям как ты и предсказывал! Совсем сопляк. Ни черта не понимает ещё! – заявил Бобёр.

Я удивлённо глянул на него:

– И чего же я не понял?

– Ты уже в нашей команде, парень, – встал Филин и хлопнул меня по плечу. – И ты доказал своё право зваться ликвидатором. Отныне твои проблемы – наши проблемы. И наоборот. Так что давай выкладывай. Не томи. Сокол по дороге предупредил о твоём предложении, и мы единогласно согласились идти бок о бок с тобой.

– Юный и глупый, – констатировал Кощей.

– Ничего, мы научим, – добавил Сохатый, и они оба дружно заржали как кони.

– Вы не до конца понимаете, во что ввязываетесь… – покачал я головой.

– Да мы так уже давно живём… – заговорил Карбат. – Кто пять лет, а кто все двадцать. Идём куда глаза глядят. Убиваем тварей неописуемых… В любой момент сдохнуть можем. Думаешь, твои слова хоть что-то изменят в нашей жизни? Нет, – покачал головой, – не изменят. А когда решишь отправляться в академию, мы с ребятами отпуск возьмём, проводим тебя. Да и сами перерыв возьмём на пару месяцев свои дела порешать.

– ДА! Мне вот ещё двадцать тысяч, и я дом выкуплю отцовский из залога банка! – улыбнулся Щавель и начал, предвкушая, хрустеть пальцами на руке.

– Эх, а мне ещё почти миллион на усадьбу копить… – высказался Филин.

– А у меня вообще дома нет. Казарма была, да и оттуда попёрли… – сокрушённо вздохнул Потешкин.

Ну, с таким подходом, думаю, всё у нас получится!

Остаток дня мы провели спокойно и весело. Весь вечер общались, прикалывались друг над другом, мечтали о собственной базе и тренировочном полигоне. Слово за слово, а там турнир по метанию ножей прошёл, в котором всех нас уделал Сохатый. Он так свободно ими владел, что даже казалось, будто они – продолжение его руки.

И всё было бы прекрасно, не сработай предупреждение на моих часах… Предупреждение о том, что где-то рядом с нами появился мутант. Не Жужжа, и не Фома. Кто-то другой. Повезло, что артефакт завибрировал, когда я отошёл за перекусом.

Убедившись, что никого рядом нет, голосовой командой открыл сканер. Хм, судя по всему, он прямо за гостиницей… Надо бы устранить по-быстрому, пока ничего не случилось.

Некоторые уже вовсю содрогали стены храпом, потому я решил тревогу не поднимать, а самостоятельно по-тихому разобраться с этой проблемой.

– Ярл, ты куда? – окликнул меня Потешкин, заметив за сборами.

– Пива взять… Только Соколу не говори.

– О-о-о-о-оу-у-у-у! – Резко закрыл себе рот рукой, а затем тихо добавил: – Дерзай, парень. И мне бутылочку прихвати!

И отправился обратно в «штабной» номер, снятый на Сокола, где мы все и обитали большую часть времени.

По дороге глянул на сканер. Почти вышел из поля обнаружения! И я помчался по лестнице. Выскочив на улицу, понёсся со всех ног, не вкладывая при этом эфир в тело.

Расстояние между мной и монстром начало сокращаться, и в какой-то момент мы оказались в пятидесяти метрах друг от друга. И где он?..

Мы были на загруженном в это вечернее время перекрёстке, но я не видел ни следов паники людей, ни самого монстра.

Я поднял голову, пытаясь найти его в воздухе. И тут не видно… Может, под землёй? Но я видел, как он поворачивает и движется по тротуару вдоль зданий… Что-то не сходится.

Отметка вновь двинулась вперёд, и я осторожно последовал за ней, изучая взглядом всех впереди. Одни люди… Не дай бог невидимка! Он же таких бед натворить может…

Глубоко вздохнул и наспех сократил расстояние до десяти метров.

Два квартала спустя отметка исчезла в одном из баров. Только и успел заметить, как закрывается дверь. Бар… Там же сейчас резня начнётся!

Положив руку на рукоять клинка, что покоился в ножнах, подлетел к двери бара и, встав сбоку, прислушался. Ничего необычного…

Дверь передо мной распахнулась, и наружу вышел мужчина в обнимку с женщиной. Оба пьяные, оба весёлые… Хорошо, что они полностью сосредоточились друг на друге и не заметили меня. Иначе явно восприняли бы мою позу как-то не так…

– Ладно, разберёмся… – подбодрил сам себя и юркнул в открытую дверь.

Бар. Место, где много свежего пива и пивных напитков, своя нехитрая кухня, дающая всё, что прекрасно сочетается с пенным. И здесь было совершенно обычно. Никаких дебошей и криков ужаса. Ничего…

Удивлённый, я аж за ближайший свободный столик сел, глянул мельком на часы и понял, что моя цель – вот она! Сидит ко мне спиной в паре метров впереди. Ну, только дёрнись, монстр… Мигом тебя на куски порежу!

– Что будете заказывать? – подойдя ко мне, очаровательно улыбнулась официантка.

Пожалуй, только за счёт улыбки и ясных красивых глаз она может получать щедрые чаевые. Остальным её природа не то чтобы обидела… Глаз ни за что другое не цепляется.

– Пива… И поесть что-нибудь.

– Какое пиво будете? – уточнила она, переворачивая меню на страницу с напитками.

– Красавица, давай просто набор номер один. Самый популярный, – протараторил я, чтобы она поскорее ушла.

Вид загораживает…

– Хорошо, сейчас всё организуем, – кивнула она всё с той же улыбкой и ушла, а я принялся ждать.

Ждать и следить. Смотреть и оценивать. Словно сталкер какой-то, ей-богу…

Какой необычный монстр… Ведёт себя как одинокий грустный мужик, что пришёл выпить пивка и поесть сухариков.

– Пожалуйста! Стандартный набор от нашего бара «Хоругвь».

– Ой, это что такое? – удивился я набору блюд и пива.

– Это наш самый обычный набор. Сет номер один для трёх друзей.

Ух… Надо ж было попасть в один из сетов… В меня ж столько не влезет!

– Спасибо большое, – кивнул я.

Впрочем, а почему нет? Всё равно за весь вечер я так и не перекусил. Побежал за этим… мужиком. Хм, а может, у него кто-то вроде моего Фомы? Сидит себе во внутреннем кармане, сухари жуёт…

И я стал наблюдать ещё внимательнее. Даже в туалет сходил, чтобы мимолётно глянуть на лицо своей цели, проходя мимо. И ничего… Обычное кирпичное лицо побитого жизнью работяги. Вообще никаких странностей, но это точно он! Точка двигается вместе с ним туда-сюда. Не думаю, что радар сбоит. Будь так, тут бы этих точек было…

Единственное, что отличало его от всех прочих посетителей заведения, – он выпивал по кружке каждые три минуты. И к исходу часа, когда я почти наелся, он уже пропустил через себя больше пятнадцати кружек и был, как говорится, в «зюзю».

Он громко позвал официантку пьянющим голосом, после чего потребовал назвать ему время и принести счёт. Причём время он просил назвать раз десять. Попросту не понимал, что говорит ему сотрудница бара. А как он расплачивался!..

Из карманов он достал мятые купюры в огромном количестве и кинул их на стол, спрашивая, хватает ли этого. Официантка, надо отдать ей должное, быстро всё собрала, пересчитала и вернула большую часть денег мужику. Даже на чай не взяла. Ну и зря! Надо было.

Мужик-мутант кое-как всё собрал и походкой моряка во время шторма поплыл подышать свежим воздухом. Я уж хотел было последовать за ним, но притормозил, заметив странные телодвижения мутной группы личностей.

Они синхронно кивнули друг другу, поднялись и двинули за моей целью.

Пожалуй, придержу коней. Если это городские грабители… Даже интересно, как поведёт себя человек-аномалия. Если же нет, то… А чего гадать. Лучше посмотреть.

Оплатив еду и выпивку, вышел на улицу и двинулся за необычной целью и её загадочным хвостом. Никуда не торопился. Спокойно держал дистанцию. И вот мы прошли несколько улиц, обошли большой круглый дом, пересекли миниатюрную площадь и оказались в большом городском парке, где практически никого не было. Ну, оно и понятно: время уже позднее. Район откровенно стрёмный.

Заросли парка – отличное место для грабежа. И меня этим не запугать. А вот аномалию… Сейчас посмотрим.

Всё произошло очень быстро. Сперва четвёрка ускорилась и нагнала пьянчугу. Затем один из них ударил его по затылку, отправляя поваляться. И не успел я даже подумать над выбором: помогать ли мне и кому, как вся четвёрка в ужасе закричала и, развернувшись, бросилась наутёк. Вернее, тройка. Тот, что ударил пьянчугу по затылку, прямо сейчас огребал от аномалии по первое число.

Хоть и с виду обычная драка, но и мне захотелось убежать, потому что я вообще не понимал, что происходит, несмотря на весь багаж знаний. Однако удивление и любопытство взяли верх. Я стоял на плохо освещённой дорожке и смотрел, как здоровенный двухметровый кенгуру скачет и мутузит грабителя, как заправский боксёр с грушей работает… На бедолагу такой град атак сыпался, что парень, может, и хотел бы убежать, да не мог.

– Охренеть… Обратный перевёртыш! Да ещё и – кенгуру?! Как он вообще тут оказался и умудрился скрываться столько времени?!

Желание найти ответы на эти вопросы настолько сильно взыграло во мне, что я побежал вперёд, планируя скрутить этого попрыгунчика-боксёра и доставить его до гостиницы любой ценой. Там дождаться его обратного превращения и поговорить с человеческой половиной. Как монстр докатился до жизни такой?..

– Фома!

– Пи?

Тут же рядом со мной появился хомяк.

– Этого берём живьём!

– Пи!

Как богат Новосибирск и окрестности на тварюшек диковинных… И, что немаловажно, разумных! Почему я раньше не ушёл в ликвидаторы? Это же безумно интересно!

Глава 4

Напитав тело эфиром, подлетел к мутанту и разрядил ему в челюсть двоечку, отчего кенгуру тут же и слёг. А?..

Как только парень понял, что свободен, тут же дал дёру. Я же стоял и хлопал глазами, смотря на то, как кенгуру-переросток медленно превращается обратно в человека, уменьшаясь в размерах. А куда одежда делась?! А, точно… Порвалась из-за трансформации.

Огляделся, быстро утянул голозадого мужика с разбитой губой за кусты, пока нас никто не увидел, и сел рядом с ним на траву.

– Пи… – сладко зевнул хомяк, откусывая небольшой лист и начиная махать им на манер веера. – Пи!

– Куда ты? В смысле дело сделано?

Н-да… Честно говоря, ожидал большего. Так бодро мутузил грабителя, а тут взял да и рухнул от простой двоечки. А ведь усиление тела эфиром было раз в десять слабее из-за кулона… Ну, не помер, и на том спасибо.

Кстати! А на фабрике-то усиление работало на полную, хоть я и не снимал ограничитель… Хм-м-м. Точно, я же эфиром тело напитывать стал чуть ли не сразу, как проник туда. И поддерживал всё время. Получается, эффект накапливается! Что ж, это хорошо, что могу использовать эту технику на максимум даже с кулоном. Главное – не забывать начинать процесс укрепления тела заранее.

Э-эх… А я-то уж было думал, что мой контроль над эфиром лучше стал… Ладно. С этим потом. Сейчас надо что-то с голозадым делать.

– Фома-а-а… Ты тут?

Ответом стало стрекотание сверчков.

– Ну да, ну да, пошёл я на…

Вот же пушистая жопа!.. Уже небось десятый сон видит… Когда успел свалить только? И зачем?

– Ну и что мне с тобой делать? – пробормотал, смотря на мужика.

Ну, допустим, куртку на него свою надену, а остальное чем прикрыть?.. Штаны я ему точно не отдам! Могу, конечно, и так понести… В новостные сводки уже точно не попаду в качестве клоуна, что таскает на плечах избитого кенгуру по ночному сибирскому городу. Но почти голый мужик на спине – это, конечно, не так необычно, зато как минимум подозрительно…

Вздохнул и потёр переносицу. Не, надо раздобыть ему портки. Правда, сделать это в парке посреди ночи – задача из области фантастики…

И тут раздались приближающиеся голоса и хохот. Судя по речи, местная гопота. Как удачно! Впрочем, так себе удача: парк всё-таки в одном из отмороженных районов города находится…

Когда пацаны подошли ближе и остановились (видать, на скамейку сели), я вышел из кустов, отряхиваясь и не замечая их. И уже было сделал шаг в противоположную от них сторону, как услышал:

– Эу, шустрый! Тормозни! Закурить не найдётся?

Обернулся и с удивлённым видом посмотрел на трёх… особей мужского пола, лузгающих семечки.

– Не курю, и тебе не советую, – ответил я самому мелкому из троицы.

– Опачки! Ля, Гвоздь, у нас тут советчик нарисовался! Хе-хе-хе. А ты вообще в курсе, чья эта территория?

И длинный кривоносый искатель приключений сунул руки в карманы. Видать, полез за чем-то колюще-режущим…

Все трое поднялись с облюбованной скамейки и в свете тусклого света лампы начали меня обступать. Двое спереди, один обошёл по кругу и стал сзади.

– Явно не ваша. Я тороплюсь, так что милосердно даю вам шанс исчезнуть в той дыре, из которой вы вылезли.

«ЩЁЛК»

– Такой борзый… А теперь давай-ка, дружок, выворачивай карманы, если не хочешь, чтобы твои мозги дворники соскребали утром, – сказал, само собой, тот, кто стоял за моей спиной.

Вот это кадры мне попались… У меня на поясе меч, а они ни капли настороженности не проявляют. Либо совсем отбитые, либо просто его не заметили, либо…

– Знаете, я очень люблю Новосибирск и этот район, – честно признался я, улыбаясь и медленно поднимая руки.

…Передо мной дилетанты. Никто из опытных бойцов в здравом уме не станет держать пистолет на вытянутой руке, уперев его в спину.

– Чё ты там мелешь? – заявил любитель сигарет, которого, как я понял, кличут Гвоздём.

– Хочешь анекдот про жареные гвозди? – глянул я на этого нервного, что напряжённо сжимал свою зубочистку в кармане.

К слову, чего это он так за неё ухватился, когда я под прицелом?..

– Ха, у нас ещё и развлекательная программа будет?! Ну давай, рассказывай, – ухмыльнулся мелкий.

– Закройся, Фарш! Цацку его сними с пояса, – дал указание коротышке главарь гоп-стоп компании.

– Ща… – Сделал он мне шаг на встречу и остановился. – А хули он такой зелёный?..

Да потому! Вмиг развернулся, уходя с пути возможного выстрела, и зарядил локтем в лицо дилетанта. Даже с минимальным усилением я бы мог отправить его в нокаут одной лишь пощёчиной, а тут целый удар… Явно много чего треснуло да сломалось. Может, и вовсе помрёт… Всё-таки я этими руками черепа тварям крошил, а уж их шкура и кости прочнее будут.

Ещё миг – и я вырвал пистолет из рук теряющего сознание гопаря.

«Хруст»

Ещё и пальцы сломал… Н-да уж… Ну, что тут можно сказать? Карма подвела.

С ухмылкой направил пистолет на пытающегося достать нож упыря. Пацан явно нервничал: у него ничего не получалось. А его подельник уже вовсю нёсся на меня.

Направив пистолет чуть в сторону, спустил курок и – тишина. Так и знал, что не заряжен…

Недолго думая, запустил бесполезную железку прямо в лоб мелкому. Раздался глухой удар. Ноги молодого подкосились, и парниша рухнул, поцеловав мордой асфальт.

В этот момент Гвоздь наконец-то достал свой «клинок».

– О, месье желает устроить дуэль на клинках?

И я вытащил в ответ свой меч, отчего бедолага просто-напросто задрожал, заозирался по сторонам, криво кинул в меня нож, после чего бросился наутёк сквозь ближайшие кусты.

– Вот ушлёпок… – буркнул я, увидев торчащую зубочистку из ягодицы мелкого.

Не то чтобы мне было его жалко… Но мне тут как раз штаны нужны. Блин, ещё снимать с них…

– М-м-м-м-м, – застонал «подстреленный», качая головой.

– Не шевелись. У тебя нож в заднице. Прощальный подарок от Гвоздя. Погоди…

Ловко вытащил неплохой, как для дворовой шпаны, ножичек и откинул в сторону.

– Всё, давай поднимайся. Раз ты такой крепколобый… Молча выполни, что скажу, и можешь валить на все четыре стороны.

Даже хорошо, что очнулся. Не придётся самому с идиота с раскуроченным лицом штаны стягивать.

***

– Ярл! Ну где тебя черти!.. Что?.. Это кто? А пиво где?

Потешкин встретил меня в фойе.

Я устало скинул здоровяка на кресло и вытер пот со лба.

– Когда уже эта жопа ленивая проснётся?.. – устало размяв плечи, буркнул я и проверил карманы.

Пистолет, документы – всё на месте. Пистолет, к слову, хреновенький, ржавенький. Не факт, что он и с патронами-то сможет стрелять. Надо его Бобру отдать. Он в огнестреле разбирается на удивление даже лучше Потешкина, который, между прочим, за время службы на этом деле собаку съел.

– Мирослав, так кто это? – допытывался Потешкин, с любопытством осматривая неряшливо одетого мужика без сознания.

Ну, с раненой жопой тяжело голых мужиков одевать…

– Помоги вверх затащить, – тихо произнёс я и глазами стрельнул в сторону бронтозавра Ольги Павловны, что заставляла храпом взмывать вверх многолетнюю пыль в фойе гостиницы. – Там расскажу.

Тот без раздумий кивнул.

Вдвоём дело пошло веселее. Жаль, лифт не работал. Это сильно бы упростило нам работу.

Оказавшись наверху, где властвовал не менее дружный храп бойцов, мы уложили боксёра на кровать, и я пошёл рыться в наших общих вещах.

– Привязывай его. Крепко привязывай.

– На хера? – удивился Потешкин.

– Потому что этот мужик – не мужик.

– Иди ты! А по виду и не скажешь… Всякого я в своей жизни видал, но с такими бабами развлекаться… Знаешь, я пас!

– Да ну тебя, извращуга армейский!.. Не мужик это, и не баба! Мутант это… И ни фига не простой. Так что надо дежурить до утра, пока не очнётся. Вмазал я ему капитально.

– Мутант? Ярл, что-то ты мне ерунду заливаешь… Какой мутант? Обычный мужик же…

– Когда я его вырубил, он в это превратился. Оборотень это. Перевёртыш. Как хочешь называй. Он сперва в баре нажрался, куда я за пивом пришёл. Потом смотрю, гопота местная за ним выдвинулась. Что-то во мне взыграло, и я тайком за ними двинулся. В парке они его нагнали, вырубить попытались. Дубинкой по башке хрясь. А он как упал, так и встал. Только вот уже ни фига не пьяным мужиком, а злобным, мать его, кенгуру. Парни врассыпную дёрнулись, но одного мутант поймал и как давай мутузить… Гопник, конечно, сам заслужил, но что я, не ликвидатор, что ли? Монстры в парке города людей убивать будут? Впрягся я, как только успел, ну и свалил гопник, а этот… В нокаут жёсткий ушёл.

– Хр-р-р-р-р…

– Нокаут, переросший в пьяный сон… Перегарище от него… Окна сейчас запотеют.

– Вяжи давай, потом форточку откроем, – сказал я и отправился будить Соколовского.

Тот хоть и был злым и заторможенным от недосыпа, а хороший вопрос мне задал после рассказа…

– И почему ты решил, что это монстр, что умеет становиться человеком, а не маг с магией трансформации?

Засада… Не говорить же, что у меня часы его просканировали и вынесли вердикт?

– Ну, потому и не прикончил. Решил дать возможность объясниться. Но, если что, я на девяносто девять процентов уверен, что это монстр. И в его голове можно будет найти зёрна. Хочешь, на МРТ его загоним, просканируем?

– Хм-м… Ладно. Хорошо, что сюда привёл. Я про такие способности, честно говоря, и не слышал. Я ведь правильно понял, что ты с ним в бой вступил, когда он уже обернулся этим… – скривился лицом барон, – кенгуру?

– Ну да. Так что, если что, я просто сражался с мутантом, встреченным в парке, – пожал я плечами.

Теперь, даже если очнувшийся окажется гражданином империи с паспортом и потребует какой-либо сатисфакции за причинённые неудобства, можно не переживать. Аргументы железные, особо не прикопаешься.

Только вот я не ошибся. Прибор чётко показал, что это монстр. И стоит мне его активировать, уверен, отреагирует он так же. В общем, вяжем туже, дежурим поочерёдно.

Ну и денё-ё-ёк… В целом всё сложилось более-менее: никто из товарищей особо не пострадал, Фому добровольно-принудительно из шоколадной ломки эфиром вывел, заодно связав наши жизни воедино… И тут ещё большой вопрос, как он к этому всему будет относиться, когда оклемается. Он явно был уставшим, когда я ему в парке сказал, что кенгуру живьём берём. Кстати…

Я закрыл дверь в свою комнату и полез в шкаф за рюкзаком с добычей для миссии. Нашёл его на верхней полке, где хомяк соорудил себе лежбище из женского белья. Фома тоже был на месте. Так вымотался, что даже скрываться в свой мирок не стал? Или причина в другом? Ну да ладно.

Я сел на кровать, скинул обувь и посмотрел на три металлических шара в рюкзаке, которые меня попросили достать.

Странные они… Вроде магические, но магию не проводят совсем. Даже не впитывают… Что они, интересно, такого делают, что за них целых пять очков решили дать?..

В глазах резко потемнело, и вот я уже на своём диванчике.

Дождался, пока пройдёт головокружение, и сел на край. Так-так-так… Значит, призвать меня они могут не только когда я излом закрыл, да? Хотя, если подумать, они такое и раньше проворачивали… Взять хотя бы первый раз, когда они меня из поезда выдернули. О, рюкзак тоже перенесли.

Я поднялся, схватив рюкзак, и отправился по длинным коридорам. Бр-р-р… Чего пол такой холодный?! Я как-то думал, тут потеплее будет…

Маршрут был мне знаком, но я отчего-то замер в нерешительности перед последним поворотом. Там меня ждёт самая красивая девушка из всех, что я когда-либо видел. Девушка неземной красоты. Только вот это всего лишь иллюзия, которая обманывает и стимулирует меня, как ослика морковка. Удручает…

– Максим! Наконец-то вы дошли. Что-то вы долго в этот раз, – улыбаясь, словно ангел, пожурила меня Джуди.

– Я, честно говоря, думал, что вы меня призовёте намного раньше, – замявшись на миг, ответил я со скромной улыбкой, после чего достал из рюкзака три стальных ягодки внушительного размера.

– Так, дайте-ка… Что тут у нас?.. Ох, отличные, великолепные экземпляры! Поздравляю, вам положена повышенная награда. В будущем, если найдёте подобные, не стесняйтесь занести их нам. Мы купим их по достойной цене. Правда, не такой щедрой, как в этот раз.

– Да? И какая цена на эти шары? И что эти ягодки вообще делают? Конечно, если это секрет, я не настаиваю. Обычное человеческое любопытство, – ответил я этой шикарной красотке, неимоверной силой воли сопротивляясь желанию нагло смотреть на её шикарные формы.

– Что же, пойдёмте со мной. Нам стоит немного пообщаться.

Красавица стала сбоку от меня, и мы побрели по технологичным коридорам в обеденную зону. А здесь, как обычно, никого…

– А у вас всегда так пусто? Где другие члены вашей команды?

– Не переживайте, Максим. Мы находимся в разрешённой для посещения зоне. И конечно же, чтобы соблюдать анонимность, мы призываем своих контрактеров по очереди. И ваш черёд пришёл только сейчас, поэтому мы и не вызвали вас, когда вы спали. Гостевая зона была занята несколько часов подряд, – объяснила мне моя дорогая Куратор.

Мы присели за стол. Я физически, а она – виртуально, создав голографический стул под собой.

– Вы ведь считаете себя деловым человеком с большими амбициями, сильной волей и умением сохранять голову холодной вне зависимости от обстоятельств, верно?

– Ну, вроде того… Со стороны, пожалуй, виднее.

– Тогда я буду говорить прямо. Надеюсь, вы сумеете доказать, что я в вас не ошиблась. Во-первых, вы успешно выполнили две внеочередные миссии, закрыли несколько изломов и уже перевыполнили средний годовой план людей вроде вас. Причём с солидным запасом. Вы – полезны. И сильны. И мы ценим вас. Поэтому мы приняли решение о вмешательстве, выдав вам внеочередную миссию в надежде, что вы согласитесь и сделаете это, невзирая на риски. Думаю, вы и сами понимаете, что просто так мы этого делать не стали бы. Как думаете, в чём причина?

– В шарах? Они вам очень нужны?

– На данный момент запасов данных «ягодок» у нас на несколько лет вперёд. Даже несмотря на все наши регулярные расходы. Они не совсем ягоды, на самом деле. Это аномальные объекты, позволяющие заряжать устройства для переноса вас на нашу базу и обратно.

– А, так телепортация возможна благодаря им? Удивительно… Они как ядра изломов, тоже своего рода ресурс, помогающий вам поддерживать работу станции! Ясненько. И это что же получается?.. Они связаны с перемещением в пространстве? Так может, это они ещё и причиной разломов являются?

– Ох… У меня, можно сказать, мурашки по коже. С полуслова уловили суть этих чудесных даров… магии. На этом предлагаю перейти к более важному вопросу. У вашего рода большие проблемы.

– Да уж, я заметил… – с горькой улыбкой покачал я головой.

– Вы не представляете, насколько они большие. Вы знаете, где сейчас находится ваша мать?

– Вероятно, в своём или дедовском поместье… – предположил я, не понимая, куда она клонит.

– К сожалению, это не так. Сейчас Мария Васильевна находится в палате интенсивной терапии. Вот копия её медицинской карты. Мы тайно проверили её состояние, и прогнозы неутешительны. С вероятностью восемьдесят два процента она умрёт в течение недели. С вероятностью девяносто шесть процентов – в течение двух недель. Ваш брат освобождён и находится рядом с ней, как и лучшие врачи и целители империи. Однако… ваши технологии ограничены, а магия не всесильна, – говорила она.

С каждым её словом моё дыхание учащалось, кровь в моих жилах закипала всё сильнее, а мысли уносились туда, далеко-далеко, за тысячи километров, к матушке.

Кто это был?! Какой подонок?! Я этих тварей до атомов эфиром расплавлю! Испепелю этих крыс, вместе с их логовами!

– Кто это был? – глубоко вздохнув и еле сохранив спокойствие, уточнил я.

– Прошу меня простить, но эту информацию я не смогу предоставить. Впрочем, я уверена, вы или ваш брат обязательно докопаетесь до сути. Что же касается вашей мамы… Как я уже сказала, магия не всесильна. Хотя многие думают иначе. Я с трудом представляю, как вы пережили весть о гибели отца, но догадываюсь, что произойдёт с вами, если погибнет ваша мама… Поэтому и только поэтому вы здесь. Мария Васильевна не наш контрактер, и помогать ей мы не имеем права. Но вы – ценный кадр. И если вы пожелаете… Мы поможем. Дело за вами. Всё, что нужно было сделать, вы сделали, хоть и не подозревали об этом. И знайте: я здесь для того, чтобы помочь вам. Если вам будет нужно, я сижу здесь. Приходите, поговорим. Если же вы решите вернуться в гостиницу, просто отдайте голосовую команду «Вернуться назад».

Я поднялся и на негнущихся ногах пошёл прочь, к терминалу выбора наград.

Среди них было исцеление… Пять очков. Пусть мне помогут новые технологии Собирателей и не дадут душе упасть в пропасть пустоты и злобы.

А тварей… Да, я их всё равно найду… Всех найду! И пусть они уже начинают молиться за свои за грехи.

Интерлюдия. Волжские

Несколькими днями ранее. Казань.

Столица княжества, управляемая родом Волжских, выдохнула с облегчением, когда нашлась дочь главы правящей семьи. О ней люди Казани беспокоились гораздо сильнее, нежели о второй юной девице, которая, в сравнении с Дарьей, была целой Великой Княжной, дочерью почившего императора и сестрой нынешнего малолетнего правителя.

Как ни пытались скрыть эту новость, а всё равно стала достоянием общественности. Бурлили новостные порталы. Разрывались мессенджеры. Удивлённо читали заголовки газет представители других государств, что прибыли с дипломатической миссией, и задумчиво обменивались шифрами главы разведок разных стран. В общем, всех эта новость поставила на уши. Кроме Казани…

Казанцы радовались и праздновали. И у людей на это было несколько причин. Во-первых, Волжский Александр Дмитриевич объявил праздник для жителей города и на три дня отменил налоги для всех торговцев. Во-вторых, в столицу княжества вернулась многочисленная гвардия правящего рода, состоящая из бойцов семьи, вассалов и вольных групп различных близких к Казани городов, и жители княжества наконец смогли расслабиться.

«Ну и о какой безопасности может идти речь, когда большая часть защитников штурмует Сибирь!» – думали тогда многие жители Казанского княжества. В их сердцах до сего дня покоился страх, и это неудивительно: со всего мира приходили новости о том, что изломы стали появляться даже рядом с крупными городами.

Пока в Казани царила атмосфера праздника, над поместьем князя сгущались тучи. Называлось оно так только из-за традиций. По факту же это внушительная крепость с бастионами, защитными рвами и насыпями, башнями и стенами, погребами с запасами провианта на случай осады и прочими элементами как современной системы защиты и обороны, так и устаревшей, но всё ещё активно использующейся при борьбе с тварями. Такие вот «поместья» имелись у большей части крупных и сильных родов. Исключения могли быть разве что у московских дворян. У них своя атмосфера. И армия под боком. Огромная, могущественная и, как многим хотелось бы верить, непобедимая…

В одном из залов этой самой крепости сидела в одиночестве Великая Княжна. Девушка была взволнована, так как её подруга ещё три часа назад ушла на аудиенцию к своему отцу.

Уже пришло время обеда, но без Дарьи Романова Елизавета идти трапезничать не желала, на что слуги могли только вздохнуть.

«Что же она так долго… Не к добру это…» – размышляла Елизавета, валяясь на огромной кровати и смотря на расписанные известным итальянским мастером потолки.

Дверь вмиг распахнулась, и в комнату влетела княжна.

– Отстаньте от меня! – прогнала она многочисленных слуг, что хвостиком вились за ней, и, захлопнув дверь, со слезами на глазах бросилась в объятья подруги.

– Дашка, что случилось? – встревожилась Елизавета и начала гладить её по голове, но успокоить подругу оказалось не так просто.

Лишь через пять минут девушка слегка угомонилась и внесла немного ясности:

– …Говорит, втянула род в дворцовые интриги! Если раньше мы хоть какой-то нейтралитет соблюдали, то теперь явно стали в оппозиции к регенту! И что у нас слишком много своих проблем, а первые подарки от этой мымры нам уже прилетели! Налоги подняла! Квоту на исследования отменила! Даже с завода нашего сталелитейного приоритетность отправок приказом поменяла… А это означает срывы поставок партнёрам, штрафы, удар по деловой репутации рода! Отец говорит, что несколько ранее не особо прибыльных заводов теперь закрыть придётся, иначе они нас за полгода разорят с новыми условиями… И это всё за пару дней! Кто знает, что ещё она придумает, чтобы палки нам в колёса вставить?!

– Вот ведь сволочь… А сама там небось сидит, довольно ручки потирает. Легко может выкупить закрытые заводы и своим прихлебателям за копейки раздать, из казны поддерживать будет и населению показывать, какая она, мол, молодец, беспокоится о тех, на кого князь наплевал… Так и свой авторитет повысит в глазах народа, и паразиты больше власти получат.

– Да, отец тоже самое говорил!

– И что делать?

– Замуж идти… Сказал, чтобы я готовилась. Он выберет пару. Я заварила эту кашу и расхлебать её без крови можно только брачным союзом…

– ДА КАК ТАК-ТО! ОН У ТЕБЯ ЧТО, СОВСЕМ?!..

Елизавета проглотила остаток своих слов, ведь как минимум некрасиво обзывать тех, кто дал кров и пищу.

Обе девушки тяжело вздохнули. Сама Елизавета тоже должна была стать частью рода Волжских в ближайшие несколько лет. Но её никто не торопил. Да и брат Дарьи всё ещё был крайне занят собственным развитием и освоением магического искусства, поэтому она терпеливо ждала. У неё имелось неплохое приданое, но с учётом того, что ни матери, ни отца у неё и младших сестёр не осталось, бразды правления данной ветвью семьи, в связи с отсутствием мужчин в ней, легли на её дядю. А тут ведь такое дело…

Если где-то небеса расщедрились и подарили династии Романовых великолепного и крайне сильного и любимого народом правителя, коим был её отец, то вот с его братом они изрядно пошутили. Неказистый, слабый, неуверенный в себе, легко поддающийся влиянию страстей и привычек… Его никогда не выпускали на публику. В лучшем случае он мог на каких-нибудь сборах да советах имперского масштаба постоять, пошататься и уйти веселиться в одну из комнат закрытой части дворца, отданных под его «хобби». Мелкий и злобный. Завистливый и слабый. Будь он умнее, он был бы ещё и опасным, так как такой человек легко всадит нож в спину. Но природа отыгралась на полную. Да и он ещё сам усугубил всё то, что было ему даровано, уничтожив в себе романовский стержень, что был присущ всем членам этой династии.

Само собой, им было довольно легко управлять, что и делала регент, легко сдружившись с ним. Это было просто. Хватило всего двух десятков распутных девиц для обновления его гарема удовольствий и создания этакого рая для мужчин с играми, вином, куртизанками и прочей гадостью, которые брат императора так жаждал. И теперь в случае чего он для своей благодетельницы любую бумажку подпишет.

В общем, с их свадьбой и сам глава рода Волжских не спешил. С учётом складывающейся ситуации, единственное, что ему «подарят» получившие власть в империи люди, так это либо бесполезный земельный участок, либо какой-нибудь хлам или акции обанкротившейся компании. А в худшем случае – такой же минусовой завод или полуразрушенное здание в столице с обязательством отремонтировать и привести в божеский вид в течение года или что-то ещё подобное. В общем, это будет кот в мешке. И у этого кота, скорее всего, будет бешенство или ещё какая зараза.

С Дарьей же ситуация была иная. Чем раньше она выйдет замуж, тем быстрее это начнёт приносить пользу роду. И девушка это прекрасно понимала. Понимала, что как невеста и будущая жена она представляет из себя отличную партию. Крепкое здоровье, красота, сильный источник и уже маг воды пятого ранга… Во многих странах, с её возрастом и красотой, Дарью называли бы гением и дарованием небес! Впрочем, это неудивительно: семья Волжских – одна из сильнейших в Российской Империи. Так что среди родственников девушки всегда было много выдающихся личностей.

– Господи, хоть бы не с заграничными родами… Слышала, там от наших девушек у некоторых варваров слюни текут… Если я к какому-нибудь шейху или султану попаду в гарем… Лиз, я не вынесу этого позора!.. Я лучше действительно в Сибирь сбегу и там буду жить! Месяц ведь жила?! Жила! И дальше буду жить! Прибьюсь к ликвидаторам каким-нибудь.

– Как Мирослав? Он, к слову, тоже иностранец…

– Ну, он хотя бы настоящий мужчина. Да и красивый, сильный к тому же… С ним, знаешь, было как-то спокойней. Жаль, что он нищий… Я даже была бы не против, если бы он оказался одним из кандидатов. Реальных кандидатов…

– Так, а ты рассказала о нём отцу?

– Да. Они даже созванивались… Но мой папа, видимо, не очень хорошо отнёсся к этому знакомству. За спасение поблагодарил, даже пригласил в имение, но делал это всё настолько… Как бы сказать… В общем, я бы после такого приглашения не приехала бы. А после этого разговора он даже меня к врачу отправил, чтобы убедиться, что я всё ещё ни-ни… Мало ли, говорит, чем я там в лесах занималась и как развлекалась… Мне от этих его слов так обидно и противно стало… – продолжала изливать душу княжна.

– Всё будет хорошо, Дашуль. Не переживай! Мы с тобой ух какие! Не пропадём! И знаешь, раз уж вся проблема в том, что твоему отцу нужны новые союзники и деньги… Давай подумаем, как мы сможем ему с этим помочь без твоей свадьбы? Если вдруг у него всё сложится, то, может, и свадьбы никакой не будет? Спокойно доучишься в академии, как и хотела, и уже там станешь решать свою судьбу.

– Лизка… Я сейчас в таких чувствах, что мне вообще не думается, – честно призналась девушка, перевернулась и уткнулась головой в подушку.

– Да уж… Вот тебе и день рождения, подруга…

И Елизавета начала гладить по волосам Дарью, понимая, как той тяжело, ведь и сама была в подвешенном состоянии.

«Как же я много тебе задолжала, Дашенька… Это ведь всё из-за меня: весь этот побег, все эти лазания по диким лесам, травма наставника… Реальный мир не такой радужный, как мне казалось все эти шестнадцать лет… Жизнь намного сложнее».

***

В это самое время в приёмной князя Волжского находился ещё один гость. Гость неожиданный, и Александр Дмитриевич не мог его не принять. Пусть тот и имел титул всего лишь барона, но с их последней встречи кое-что изменилось…

– Присаживайтесь, Павел Святославович. Поздравляю вас со становлением главой рода Бортниковых. Уверен, с вашей силой и опытом род ваш будет процветать!

Совсем иным тоном, нежели с собственной дочерью, разговаривал князь с этим Архимагом тьмы, что, по слухам, серьёзно пострадал, пока спасал его непутёвую дочь и свою подопечную. Этот могущественный маг являлся одним из наиболее способных стать Верховным Архимагом. Если только травма, следов которой и видно не было, не внесла каких-либо серьёзных изменений. Разумеется, спрашивать об этом Волжский не собирался. Это было бы по меньшей мере неуважительно.

– Приветствую вас, ваше высочество. Прошу простить меня за столь внезапное вторжение. Очень уж спешил прибыть к вам, сохраняя при этом мой новый статус в тайне от любопытных глаз и ушей. Дело в том, что у нас внезапно пересеклось много интересов, и я считаю, что нам крайне важно это обсудить.

Князь приказал стражам никого не впускать, и двое мужчин, взяв по бокалу вина, присели у камина. Каждый достал по артефакту, что блокировал возможность записи разговора и выход звука за пределы комнаты.

– Итак… – начал князь, пригубив вина.

– Жизнь – сложная штука… – начал издалека Бортников. – Так много изменилось за последние полгода. И ещё больше изменится, судя по всему… Я пришёл к вам, как к человеку мудрому, сильному и дальновидному, ибо некоторые вещи я больше не смогу удерживать в своих руках под абсолютным контролем. Ситуация с Сибирью тому подтверждение.

– Сибирь… Мне бы хотелось узнать, что там произошло. И как вы там вообще оказались с моей дочерью. Спасибо вам, конечно, за опеку над ней, но то, что она мне рассказывала, прикрывая Елизавету… Простите, но я слишком умён, чтобы поверить в этот бред. Я ожидаю от вас услышать истинную причину этих злоключений, подвергших опасности весь мой род. Отныне я нахожусь в очевидной оппозиции к правящему нашей империей регенту. Думаю, вы понимаете, что это означает…

– Понимаю, ведь и я сам являюсь частью этой вынужденной оппозиции. Нехорошая тенденция. Раскол элитарной верхушки власти… Буду честен, идея с побегом на самом деле моя. Внушить эту мысль Елизавете было не так уж и сложно. И причины намного серьёзнее, чем вы себе представляете. Все мы знаем, что война, раскол и смута – это не то, чего мы хотим для нашей Родины и нашего нового Императора. Но именно это подкралось к нашему порогу.

Маг отпил вина и продолжил:

– Во дворце слишком напряжённая обстановка. Взрывоопасная, я бы сказал. Не зная, к чему это всё приведёт, но я решил снизить градус напряжения, выведя из-под удара свою ученицу и по сути крестницу. Я дал клятву Романову Александру Всеволодовичу и намерен её нести до самой смерти.

– Слышал о ней, слышал… И что же там такое назревает в столице? Что такого делает регент, что в воздухе слышится запах пороха?

– Многое она делает… И я её по-своему понимаю. Она пытается взять всё в свои руки. Пытается быть дипломатичной, насколько это возможно. Но она изначально обладала слишком низким авторитетом. Если бы не род, из которого она вышла, ей бы и вовсе не удалось стать регентом. Впрочем, вы и сами знаете эту историю с выборами… Альтернатива в виде брата Александра Всеволодовича…

– Даже не вспоминайте об этом недоразумении… – скривился князь Волжский, словно съел лимон.

– Ха-ха, не буду… Проблема в том, что у Стефании появились амбиции. И то, как она решила их их реализовать… На мой взгляд, ошибка, что боярские рода не вмешались. Но теперь уже и поздно вмешиваться, ибо это создаст проблемы для всей империи. Можно было бы её сдерживать, да только пока нечем. Нет на неё управы. Вокруг неё сплошь лояльные жополизы, – фыркнул Павел, отпил вина и продолжил: – После побега Елизаветы многие несогласные с политикой Стефании старожилы дворца отправились на поиски, да так и не вернулись. Сидят сейчас в своих резиденциях, решают собственные проблемы. Отпуск у них… Через месяц, а может, и раньше, она организует перевыборы в совет, и большую его часть, крайне вероятно, займут пришлые аристократы. В общем, дворец сейчас полностью под её властью. Я сделал свой шаг, чтобы уступить ей. Таким образом, исчез риск обострения конфликтов и дальнейшего госпереворота. А ведь ещё до сих пор на слуху эта ситуация с Берестьевыми… В общем, нездоровая буря закрутилась в империи. И наша оппозиция, если наберёт вес, сможет стать теми самыми сдерживающими факторами, что не даст принимать Стефании откровенно провальные решения.

Двое глав родов сидели, выпивали вино и размышляли о превратностях судьбы империи и их семей. Оба были достаточно разумными, чтобы не бросаться обвинениями друг в друга, хотя каждому было что предъявить. Князь испытывал неугасаемое желание врезать по лицу барона за то, что он использовал в своих планах его дочь. Барон же с удовольствием отвесил бы полный неуважения удар тыльной стороной ладони по щеке князя за то, что он не имел достаточно храбрости для того, чтобы надавить на регента в первый год её правления и не допустить всей этой ситуации.

Каждый при этом понимал, что лишь у объединения таких, как они, будут шансы добиться хоть чего-то, пока ситуация не стала совсем уж скверной. Политика – сложная наука. С множеством проблем, противоречий… И поддерживать баланс, чтобы все были довольны, практически нереально.

Спустя час, когда бутылка вина уже была выпита, барон странно посмотрел на князя и тяжело вздохнул:

– Александр Дмитриевич. У меня к вам ещё один вопрос… Мне жениться надо бы…

Князь был застигнут врасплох. Глаза его расширились до удивительных размеров. С крайней степенью возмущения смотрел мужчина на барона.

Да, он хотел выдать свою дочь замуж и сейчас выбирал кандидатов. Но он не желал при этом мучить свою дочь и выдавать её замуж за старика. Бортников пусть и моложе него, а всё равно в глазах молодёжи был на рубеже получения почётного звания «деда».

«Надо же! Какая наглость! Ваш род хоть и обладает удивительными талантами, но он нищий. Даже мои вассалы побогаче будут!»

Кровь ударила в голову Волжского, когда он представил, что Бортников всё это время был рядом с его несовершеннолетней дочерью.

«С его способностями… Он мог даже подсматривать за тем, как моя дочь переодевается!»

– …А я в этих делах амурных настолько слаб, – продолжал Бортников, не обращая внимания на выражение лица князя, – что вынужден просить у вас совета… В каких родах сейчас есть невесты одарённые, годков этак тридцати? Чтобы и родить могла, и при этом здравомыслящей являлась?.. То, что старая дева, меня не смущает. Лишь бы девой была… Хотя это мне мой отец так сказал. Мне, на самом деле, плевать. Просто брать простолюдинку, молодую и красивую, пусть даже и одарённую… Это можно, но как-то… Ну, не первой женой точно. Мне же надо о роде заботиться и с точки зрения репутации… Простите, что докучаю вам с этими глупыми вопросами. Просто мне и спросить-то особо не у кого.

– Фу-ух… – облегчённо выдохнул князь. – Не бережёшь ты этого старика… Надо срочно что-нибудь для сердца принять…

Князь поднялся с кресла и начал выбирать ещё одну бутылку с вином, радуясь, что его мимолётные глупые размышления остались лишь плодом его воображения.

– А что не так? Ох… Простите, князь, если докучаю вам своими проблемами…

– Ничего-ничего, мой друг. Дело такое и впрямь не простое… Давай-ка посидим с тобой и подумаем, кто мог бы с тобой хорошей парой быть. О, вот это подойдёт.

Князь на радостях достал самую хорошую бутылку вина из коллекции и с улыбкой сел обратно в кресло.

– Буду честен, в империи будет множество родов, что хотели бы связать себя с родом тёмных магов. Тем более что вы владеете разными аспектами этой магии. Сокрытие… Во многих странах подобные таланты ценятся даже больше, чем целители. Один тайный убийца может решить намного больше проблем в государстве, нежели целый полк лекарей.

– Ну, это явно не про Россию сказано.

– Верно! Но всё равно желающих будет много, если новость об этом разнесётся… И знаете что я вам скажу? Самую крупную и редкую рыбу невозможно словить, копошась в луже… Как насчёт сообщить о вашем желании на весь мир? Думается мне, даже из-за границы к вам поступит множество предложений, что будет полезно для вашего рода. А значит, и мне. Ведь мы с вами, Павел Святославович, в одной лодке находимся…

Глава 5

Когда вновь оказался у себя «дома», в грустном, сером, старом и пропахшем сыростью номере гостиницы, меня наконец-то начало отпускать. После общения с Джуди мысли лениво всплывали в моей голове. Мозг словно дремал, не желая работать. Тем не менее…

А ведь она владела информацией! Знала кто напал, зачем… Все мои мысли крутились вокруг того, что это была регентша, и в голове всплывали жестокие картины того, как она отвечает по заслугам за свои грехи перед моим родом…

– Сука, как же тяжело… – потёр лицо руками. – Где набраться сил и терпения, чтобы сделать всё по уму? – пробормотал я и поднялся с кровати, радуясь хотя бы тому, что вскоре моей матери «внезапно» станет лучше.

Не представляю, как они это провернут, но уверен, что жизнь её теперь в безопасности. И то, что брат, оказывается, на свободе уже… Это тоже хорошо.

Я тяжело вздохнул и полез в телефон. Надо глянуть новости… Много в России их происходит. Страна-то ведь огромная. Что ж, поиск в помощь!.. Главное – не писать конкретные имена и фамилии. Просто ознакомимся с недельной сводкой событий столицы…

Очень любопытно… Оказывается, регентша даже речь произнесла по случаю нападения боевиков на кортеж матери. А ведь там столько людей погибло… Всем семьям защитников компенсацию выплачивать надо, а мы лишены всех средств для заработков. На счета наложены ограничения. Золотарёвы, конечно, помогут, но всё равно… Наше имение, наши богатства рода, артефакты, документы, счета – всё это арестовано. Надеюсь, сможет хотя бы какую-то часть вернуть под свой контроль. Впрочем, без доверенности и печати главы рода брату вряд ли удастся вернуть что-нибудь ценное… И явить себя миру сейчас – это всё равно что положить голову на плаху. Тяжело будет… Долги будут накапливаться, а репутация продолжать улетать в трубу.

С этими мыслями я и отправился освежиться под струи холодного душа. Горячую воду отключили… Впрочем, мне на это плевать. Я в ледяных сибирских реках больше месяца купался. Привык.

В такой ситуации наличие необременённых легальностью происхождения денег актуально как никогда. Печатного станка у меня нет, зато есть сила, есть Фома, есть команда! Осталось проговорить детали и начать процесс накопления богатств. Что-то продастся здесь и сейчас, что-то пойдёт на чёрный рынок через посредников, к одному из которых надо будет заехать. А может, к Кармазовым сходу наведаться? Нет, слишком рискованно. Не стоит плодить между мной и вассалом Савельева новые связи.

Блин, завод ещё этот… Да мне совесть не позволит сделать вид, что ничего не было, и просто уйти. Тоже надо вернуть должок будет… Только вот одному богу известно, какая там сумма разрушений. Ещё и та женщина в больнице… Там тоже надо помочь хоть как-то. Хм-м… Всё-таки пошлю весточку Савельеву. Инкогнито, само собой. Подумаю только, как именно. Ну и принесу извинения. Скажу, мол, это всё случайность, и я рад, что никто серьёзно не пострадал. Выплачу компенсацию и попрошу направить магов-целителей рода к той тётушке.

Я вышел из-под ледяного душа, взял ручку, нашёл среди вещей отряда нитки и кучу листов бумаги. Чтобы план сработал, его неплохо для начала разработать. Надо оценить все препятствия и сложности, риски и выгоды. А затем, когда всё будет разложено по полочкам и мозг запомнит, что и зачем делать, можно будет и уничтожить его.

И вот я принялся творить. Ночь длинная, а мотивации у меня, хоть отбавляй. Ситуация с матерью дала понять, что тот, кто не контролирует ситуацию, не обладает ресурсами, людьми и возможностями, всегда будет жертвой. Достаточно с меня быть этой самой жертвой! Соколовский станет моим верным сторонником, когда исцелится. Другие ребята тоже не промах. Все десять членов отряда – люди непростые. Сильные и опытные воины, которых можно сравнить с гвардейцами рода. Будет просто замечательно, если и они станут моими людьми. Но будет непросто… Для этого надо не только дать им возможность заработать, чтобы они смогли решить свои финансовые вопросы: долги вернуть, усадьбу выкупить, родным помочь, но и проявить заботу о них, их проблемах. Показать себя сильным лидером и сильным воином! То есть магом… Впрочем, тут главное, чтобы меня признал и пошёл за мной Соколовский. Остальные – может, и не все, но большая часть – я думаю, подтянутся.

С первыми лучами солнца в дверь постучали.

– Ярл, выходи! Проснулся твой голубчик. Наглый, высокомерный до ужаса. Словно царя связали…

Я осмотрел взглядом созданную за несколько часов созидательного труда картосхему, где расписал множество элементов плана по возрождению рода, и мысленно кивнул сам себе, запоминая всё, что родилось этой плодотворной ночью.

– Две минуты, и я приду… – ответил я, срывая листы, нитки и верёвки.

Всё сжёг эфиром и умылся, после чего вышел в коридор. Шумный и буйный пьянчуга-кенгуру неплохо так бранился на русском. И где тут высокомерие?

– Да только развяжите меня, суки безродные, я вас всех хлебалом по земле прокачу! Будете камни жрать! – обещал он всевозможные кары, извиваясь как уж на сковородке.

Ребята вопросительно смотрели на лидера группы.

– Мож кляп вставить? Потешкин, тащи портянки свои вонючие, – предложил Дуб, выспавшийся больше всех остальных за время отдыха.

– Господа, прошу прощения за опоздание. Эй, кенгурёнок, ты чего рот свой раскрыл? В парке ты и двух ударов не выдержал.

– Так это ты меня ограбить решил?! Знай же! Я маг с удивительной способностью! И ещё я граф! Если сейчас же не развяжете меня и не отпустите, вы все сдохните!

– Слышь, граф… Я так-то какого-то идиота от смерти спас, когда тебя вырубил. Лучше ответь мне на вопрос, что целый граф в простецкой пивнухе забыл? А потом пьяный пошёл приключений в парке, полном отморозков, искать? Какой у тебя был план, когда ты всю одежду после своего превращения порвал на части? Назови-ка мне свой род, граф-нудист.

– Я! Я! Довлатов я! Граф Довлатов! – ответил, видимо, лишь на «удобный» пленник.

– Ничего себе! Довлатов… Прям глава рода?

– Нет, брат его! Этот… Э-э-э… Пётр Игнатьевич… Вот, – вспомнил он имя и фамилию.

– А документы есть? Не-а. Ну, оно и понятно… Вон твой кошелёк, и там никаких документов нет, – ухмыльнулся я. – Впрочем, в наш век не такая уж и проблема узнать, как выглядит Довлатов Пётр Игнатьевич… Ну-ка, ребят, вбейте в поиск…

Уже через минуту несколько ребят показали нам фотографии Петра Игнатьевича.

– Нестыковка получается, граф. Тебе семьдесят один год?

– Э-э-э-э… – замялся он, явно пытаясь придумать какой-нибудь вразумительный ответ. – Да, мне семьдесят один год.

– Ладно, ты хотя бы попытался придумать легенду. Для мутанта вполне достойно, – похлопал я в ладони и вздохнул: – Короче… Кончай свой цирк. Графу на самом деле шестьдесят. Он тоже старик, но магия у него огненная. Так что твоя лапша не для наших ушей. Я знаю, что ты мутант, научившийся в человека превращаться и нажираться пивом. Так что рассказывай всё о себе, раз уж ты разумный. Если нет, вызываем подкрепление из центра с учёными. Отдадим тебя в лабораторию, и всё на этом. И не пытайся найти оправданий. Я тоже маг с удивительными способностями. Зверьё и мутантов за километр чую. Так тебя и нашёл, оборотень. Давай, мы все ждём. А там уж будем думать, что с тобой делать.

– Да не монстр я! – начал вырываться здоровяк.

– Давай тебя на МРТ свозим. А, ты наверняка не знаешь, что это… В общем, такой прибор, что позволяет получить снимок внутренних органов. Типа такого… – показал я первый найденный в интернете снимок лёгких человека. – Спорим, если твою голову просветим, там не одно и не два зёрнышка окажется? Таких, что есть во всех мутантах.

Страх в его глазах читался слишком откровенный. И тут уж вряд ли хоть у кого-то из присутствующих, кто слушал мой рассказ, остались сомнения.

– Наберите Центр, мужики. Пусть транквилизаторы с собой привезут, – обернувшись к соратникам, сказал я, и кенгуру начал едва ли не визжать от страха.

Задёргался он при этом так сильно, что одну руку чуть не высвободил из петли.

Пришлось его урезонить, приставив меч к шее.

– Ладно… Но пообещайте не отдавать меня в Центр и учёным! И вообще… Пообещайте освободить меня. И дайте наконец пива! У меня в горле пересохло.

– Сперва рассказ, затем решения. Ты здесь не командуешь, – зыркнул на него Соколовский, присаживаясь на свободный стул. – Пива у нас мало, и оно только для своих.

– Ух… Хреново-то как. А можно мне к вам присоединиться тогда?

– Мы ликвидируем монстров, а не водим с ними дружбу, – заявил барон и перевёртыш тяжело вздохнул, после чего начал свой рассказ.

Он не помнил, как появился на свет. Как рос, как жил. Первое воспоминание: он лежит у сломанного забора, кругом огромные поля и холмы, камни и горы. А рядом чернеющий провал пустоты. Что-то звало его туда. Да и страшно ему было, поэтому он спрятался в этой темноте, найдя глубокую расщелину.

Снаружи рвали и метали монстры, убийственные крики разносились на всю долину. Он был голоден, потому выбрался из своей пещеры. Что-то звало его вперёд, но голод отвлекал. Сознание то прояснялось, то терялось, пока мутант не наткнулся на странный цветок, чей синий, сияющий во тьме пещеры бутон был похож на звезду в небе. Кенгуру съел его. Ему стало плохо, и он спрятался как мог в каком-то отнорке. Отключился снова и пролежал так непонятно сколько времени.

Когда очнулся, во тьме раздавались крики, стрельба и взрывы. Люди. Их он время от времени видел. Они шли вперёд, уничтожая всех монстров на своём пути. Один из них светил в него фонарём и целился дулом автомата. Что-то не дало ему прикончить ещё совсем молодого кенгуру. И эта заминка дорого стоила человеку. Спустя миг его пронзило жало огромного скорпиона, и кровь брызнула на лицо кенгурёныша. И тут с ним стало что-то происходить. Его скрутило. Он увидел, как исчез в жвалах монстра человек, и отключился.

Когда мутант открыл глаза, его уже несли на носилках другие люди. Все посчитали, что спасённый немного тронулся умом, ведь он даже говорить нормально не мог. Да и был полностью голый и весь в крови. Так прошло его первое обращение. Повлиял ли цветок или это были природные особенности кенгуру – он не знал. Его назвали Дереком, опознав в нём убитого солдата и комиссовали. Начался долгий процесс восстановления под руководством врачей. Кенгуру было тяжело, но его человеческий мозг смог понять, что это редкий шанс и возможность. Так и началась его история.

Кенгуру научился говорить. Научился сочинять, придумывать и врать. Он стал получать небольшую, как для Австралии, пенсию для инвалидов – а именно им его и признали, и прожил так пять лет. А потом он попробовал пиво.

– А что пиво-то? – сказал я.

– Ох!.. Сей божественный напиток пробудил во мне нечто, что можно назвать звериным инстинктом. Я тогда пошёл драться против байкера, что возил на плечах шкуру кайота. Никогда не понимал этих вредителей животных. Мы подрались, он вырубил меня, и я отключился вновь. Впервые, кстати, за время жизни в образе человека. Очнулся же я вновь кенгуру. Я бежал, вернее, прыгал оттуда как мог быстро. Впрочем, я стал, как вы правильно заметили, мутантом. Мой мозг – он развился. Я стал умнее, я стал запоминать и строить логические цепочки. Я понял, что жить человеком намного лучше. Мне понравилось это, и я попытался вновь им стать. Единственное, что я помнил, это как людская кровь попала на меня, и я обратился. Ну и стал искать возможность обернуться человеком вновь. Начал драться…

– И как, успешно?

– О да… В теле кенгуру во мне силы очень много. Лапы только коротковаты…

– Нет, ну ладно люди-гопники. Но кенгуру-гопник… – почесал я затылок ухмыляясь.

– Проблема была в том, что я, когда получал нужное, убегал и ждал превращения. И когда превращался, то всегда были трудности с тем, что я голый, что далеко от обитаемых городов и дорог, что без денег и документов, что использую чужую личность, чтобы жить. Мне ведь хватало, чтобы кровь попала на мои кулаки. А для этого хватит и губу разбить или бровь рассечь. И каждый раз эти проблемы с полицией… Я устал!

– А здесь ты как оказался? – удивлённо спросил Щавель, смотря на связанного по рукам и ногам бойца уже совершенно иным взглядом.

– Долгая история… Мне удалось немного подкопить деньжат и достать документы человека, чью личность я занял. Некрасивая история… Меня уже начали подозревать полиция и ликвидаторы. И я решил валить. Туда, где никто ничего обо мне не слышал. Планировалось, что это будет место, где варят много вкусного пива, а животных не убивают ради меха. Тем более что я немного освоился со своей силой и сейчас могу без проблем перевоплотиться в одного и того же человека несколько раз. Новой крови для этого не нужно.

– И что это за место такое ты выбрал для путешествия? Точно на Новосибирск не похоже… – справедливо заметил Карбат.

– Ну, вообще, я в Корею ехал… Там нет этих проклятых звероубийц-провокаторов. Пиво варят, но их производства я до сих пор не пробовал. Да и драки на улице запрещены. Там всё по законам, по канонам: в залах для дуэлей решается… Только вот напрямую туда попасть не получилось. Ехал с пересадкой и – не на тот корабль сел. Буквы перепутал… Оказался в Новороссийске. Узнал и расстроился. Денег на новые билеты не было, поэтому решил добираться своим ходом.

– Это как ты корейские иероглифы с кириллицей перепутать умудрился? – удивился и я и многие другие мои соратники.

– Так я читать не умею… Они все похоже выглядят.

– Ну, русский ты неплохо подтянул за это время.

– Я уже два года почти путешествую. Вот, считайте, полпути пройдено. Но тут вы меня словили. Эх… – как-то совсем уж по-человечески вздохнул этот пропойца кенгуру.

– Сохатый, Кощей. Постерегите нашего буйного зоозащитника. Мало ли чего этому гринписовцу в голову взбредёт. Все остальные – за мной, – скомандовал Сокол, и мы отправились на совещание.

– Итак, что делать с этим экземпляром будем, – задал интересующий всех вопрос барон.

– За такой экземпляр в центре ликвидаторов сумасшедшие бабки дадут… – предложил Дуб.

– Не согласен. Он больше человек, чем монстр. Думает, живёт, идёт по своему пути. Может где-то и косячный: в драки лезет, балагурит, но за два года, если не соврал, его не поймали. Я против того, чтобы отпускать на опыты такой экземпляр. Столько лет жил… – противостоял ему Филин, один из наших аристократов.

Мнения разделились. Кто-то был за свободу, кто-то за эксперименты, ссылаясь на усиление и развитие империи с этим удивительным экземпляром монстра, что стал человеком. Но тут слово взял Сокол:

– Прекратите шум. Те, кто за то, чтобы отпустить, упускают одну очень важную вещь… Если он всё-таки накосячит и попадёт за решётку и там узнают о его способностях и поймут, что он не человек, то это станет делом государственных интересов! Крайней степени важности! Пришлют псиоников, вытянут из него всё, все его воспоминания. И тогда империя узнает, что отряд Сокола, наш с вами отряд, взял и отпустил его! Как думаете, кем нас тогда назовут? Погладят ли нас по головке или схватят за горло, как баранов, что не понимают, что творят?

– Ох… – осознали многие слова босса.

Истину говорит…

– Тогда только центр вызывать… – с грустью отметил Карбат, что тоже склонялся в сторону того, чтобы эта удивительная история приключений мутанта-человека продолжилась. – Жалко-то как… Честно, я не воспринимаю его как монстра. Скорее как человека. И от подобных действия мне тошно! Ощущаю себя сволочью…

– Та же фигня… Словно в рабство продаю человека, как пиндосы из Южных Штатов… Вот уж не хотел бы, чтобы меня с этими сволочами сравнивали! – скривился Бобёр в лице от одного упоминания об этих «Кровавых» штатах Северной Америки.

– Ну, других вариантов-то и нет… – с грустью заметил Филин.

– Ну… Вообще-то есть. Но я сам не могу понять, насколько он мне нравится… – обратил я на себя внимание. – Да и не знаю, понравится ли он нашему безымянному гостю…

– Что за план? – заинтересованно начали смотреть на меня сторонники освобождения боксёра.

– Он же монстр. А из них могут выходить неплохие фамильяры, если есть подходящие магические техники…

– А у тебя они есть, да? – задал риторический вопрос командир и задумчиво уставился в окно. – Это не лишено смысла, но накладывает на нас всех ответственность. Общую ответственность. Если он накосячит, мы все будем исправлять его косяки. По сути, это равносильно его просьбе взять его к себе в группу… Только вот он не обладает силой воителя, магия его специфическая и не особо полезная в битве. Плюс проблемы с алкоголем… Такого в Сибирь не возьмёшь, и на базе оставлять опасно… У нас ведь появится своя постоянная база, да, Ярл?

– Появится… – кивнул в ответ. – Ну а насчёт косяков… Я могу перекрыть кран с подачей энергии, отчего таким, как он, будет, мягко говоря, плохо. Из минусов – мне надо будет делиться своей энергией. И я не знаю, хватит ли моих запасов… – сказал я, вспомнив про одного проглота, что отбирал львиную долю моих запасов источника.

Шоколадный наркоман, пивной «граф»… Что у меня за долбанутый отряд фамильяров собирается?!

И вот мы начали обсуждать этот вариант, находя слабы места и проблемы, предлагая способы из разрешения. Так самозванный граф стал худородным простолюдином, рождённым с магическим талантом. Более того, он был бездомным, так как имел проблемы с алкоголем. Всё это сделали частью его легенды, чтобы он мог спокойно жить и легализоваться в глазах ликвидаторов, а то те ещё прикончат его, если в форме кенгуру увидят…

В общем, проблем хватало, но ничего нерешаемого не было. Всё утвердив мы вернулись в коридор.

– Ну что же, граф. Есть у нас для тебя две новости. Хорошая и плохая. Хорошая – на опыты тебя мы не отдадим, – заявил Сокол.

Пленник облегчённо выдохнул и поинтересовался:

– А плохая?

– Твоё путешествие в Корею на этом закончено. Ты хотел стать частью нашей группы? Мы предоставим тебе эту возможность, но…

– Но что?

– Но есть нюанс… Ярл! Объясни ему, какие существуют варианты?

– Обязательно. Мы же не рабовладельцы, и у каждого должна быть возможность самому сделать свой выбор.

Глава 6

С этого дня мы стали звать его Кен – одно из прозвищ, что были приняты в среде ликвидаторов. Кенгуру-перевёртыш стал частью нашей группы и моим новым фамильяром. Если говорить о его силе… По уровню развитости своего источника его можно разместить посерединке между Жужжей и Фомой, а вот по степени полезности в бою, к сожалению, он уступал обоим. Фома мог хотя бы врагов шишками отвлекать. Ну или валунами. Блин, когда я уже научу его гранатами кидаться?..

Мы устроили проверку боем после того, как природную ману кенгуру заменил мой эфир. Приручители относительно недавно стали набирать популярность, и ни Кен, ни другие бойцы понятия не имели, как это всё работает. Даже примерно. Я же не горел желанием что-либо рассказывать, поэтому при первых же вопросах сослался на запреты рода.

Во время проверки оказалось, что в форме человека Кен более-менее сносно боксирует, и на этом всё. Ману использовать был неспособен. Намагичить мог лишь обращение. И в кенгуру он очень не хотел перевоплощаться по той причине, что мозг у него в этой форме раньше работал слабовато. Я не стал лишний раз тратить время на эксперименты, помня, как поумнел Жужжа после становления фамильяром. В общем, с его габаритами и устрашающей мордой с широкими скулами он создавал впечатление крутого вышибалы, а если приодеть, то даже может сойти за телохранителя… В крайнем случае в качестве грузчика поработает. Да и с закупкой и доставкой продуктов должен справиться. Но, надеюсь эфир повлияет на него также, как и на Жужжу. А то и посильнее даже.

Когда мы были наедине, я подробно рассказал Кену, каким образом работает наша с ним связь, и он прям впечатлился, узнав, что в случае моей гибели его и самого ждёт смерть от магического обезвоживания. И неслабо так струсил, предлагая никогда не ездить в Сибирь. Ну, я его понимаю.

К слову, во время спарринга ему сломали нос, неудачно уронив на пол. И пока искали в сумках аптечку, повреждение само по себе исцелилось. Я списал это всё на великую удачу и скрытые возможности кенгуру, хотя знал, что всё дело в моём эфире, что пропитал каждую клеточку его тела. Сильнее и быстрее не стал, крепче тоже не стал… Зато хоть регенерирует на ура, и на том спасибо. Ха-а… Будем надеяться, в будущем и другие свойства моей магии у него откроются. Москва не сразу строилась. Великими ликвидаторами не за одну ночь становились. Вот и Кену надо время, чтобы доказать, чего он стоит. А я помогу ему стать кем-то большим. Ведь его природные способности, шпионские задатки – идеально подходят для того, чтобы стать крутым исполнителем тяжело выполнимых заданий. А так как он мой фамильяр – некоторые вещи я смогу доверять ему, а не посторонним.

Мы начали разгребать накопившиеся дела. Кто-то отдыхал, кто-то поехал в банк, некоторые отправились за покупками, так как у трёх человек сдохли телефоны во время рейда в излом. Слишком нежные модели оказались. Сокол каждому дал по затрещине, так как знал, что эти дорогие и недолговечные цацки служили всего лишь одной цели – понтануться перед барышнями в «Короне». А они, к слову, были там в большом количестве. Многие даже оставили телефончики… Не аристократки, само собой (в «Короне» не только они бывают благодаря пригласительным билетам). И те, кому из ребят повезло больше, на утро могли бы найти их номера в своих записных книжках. Особенно понтовщики. Кому повезло меньше, должны были искать в карманах. Я вот у себя в пиджаке четыре номера нашёл. Парни спьяну даже поздравляли меня, мол, вон как рыбка клюёт. Только вот, в отличие от них, я тогда был трезвым. И мне эта рыбка… Нет, ну, камбала – тоже рыба. На любителя, правда…

После того как я имел честь лицезреть совершенные формы и улыбку Джуди, элегантность и красоту Елизаветы, женственность и бойкость юной прелестницы Дарьи… А ещё Светлова! На их фоне обычные девушки – просто замарашки. Некрасивых женщин не бывает, но мой взгляд за них совсем не зацепился после всей той красоты, что мне довелось видеть. Пусть и были они прелестны, накрашены, разодеты… Да даже та нахалка из магазина Горлика, что содрала с меня и наставника неадекватно огромные деньги, на их фоне выделяется! Такая вся дикая и по-своему прекрасная. Даже та бедняжка молодая и симпатичная из аптеки вызывала намного большее желание позвонить, нежели эти девицы, что напрашивались на коктейли и уточняли размер моего… Кошелька и перстня. Кстати, пока все шарахаются не пойми где, а я жду барона Соколовского, чтобы расписать ему, что мы будем делать и о каких деньгах уже сейчас, на старте, идёт речь, можно и впрямь позвонить той милой мечтательной девушке из аптеки. Благо старая симка не пострадала.

В телефоне раздались гудки. Я прождал, кажется, с минуту, прежде чем она ответила.

– Ало? Кто это?

Кроме неё в трубке были слышны звуки работающей кассы и зычный голос коллеги-телохранительницы, что в прошлый раз попыталась меня избить.

– Добрый день, Мария. Это Мирослав, ликвидатор, который от вашей голосистой напарницы по голове чуть не получил, пока мы чаёвничали, – ответил я ей, понимая, что позвонил не очень вовремя.

– ОЙ! МИРОСЛАВ! А мне говорили… Секундочку…

Она отодвинула телефон, но фразу «я отойду на перерыв» я услышал. Всё-таки, хорошего мнения она обо мне, раз ради звонка малознакомого парня решила взять перерыв в работе.

– Здравствуйте ещё раз, Мирослав. Так неожиданно было услышать ваш звонок.

– Я и сам не ожидал, что позвоню. Как у вас дела? И мы вроде на «ты» общались до этого…

– Да, прости, профессиональное. Мозг не успел перестроиться… – ответила мне девушка, а у меня своевольно на лице появилась улыбка.

– Так что, как дела у тебя? Всё в порядке? Больше проблем не было? Не приставали ребята эти?

– Ой, да что ты! Там такое побоище было! Я три дня работала практически без сна. Днём в аптеке, вечером и до поздней ночи при госпитале помогала, волонтёрила. Я боялась увидеть там знакомые лица, но ничего поделать не могла. А потом узнала, что ты пропал без вести… И тут ты мне звонишь. Наврали?

– Ну, не совсем. Помотало меня по Сибири. Потом за кружечкой ароматного чая расскажу, если ты не против. В понедельник-вторник мы в Горлик вернёмся. Потом и в Сибирь отправимся. Пора навёрстывать упущенное.

– Что-что а чай я тебе обеспечу. У меня такие наборы разнотравья сибирского есть, прям на все случаи жизни! Так что милости просим! Ну а насчёт Сибири… Мирослав, может, не торопись? Только из одной передряги вылез и уже снова туда лезешь?

Девушка явно не была в восторге от моей идеи вернуться в Сибирь, и проявляла удивительную заботу, что было, чёрт побери, весьма приятно.

– Предпочитаешь, чтобы я, как Обморок, по посёлку шарился взад и вперёд? Ха-ха… Нет, Маша, я не такой. Да и два месяца осталось у меня до поступления! А там в столицу поеду. Ты как? Когда будешь поступать?

– Я ещё не решила. Знания, экзамен – это всё ерунда. Сдам без проблем. Но я всё ещё не воитель. Хотя, между нами говоря… Ай, нет, лично лучше расскажу! Может быть, мне повезёт, и тогда я тоже в этом году отправлюсь поступать. Денег только не хватает на жизнь столичную. Квартиру одна я не потяну. Придётся кого-то искать, чтобы вдвоём снимать.

– Даже так? Ну, я тоже буду искать. Кстати, а где твой институт? Могу и для тебя подобрать варианты, идёт?

Мне-то услуги риелтора оплатить труда не составит, в отличие от неё. Наверняка решит лишние деньги не тратить.

– Посмотрим. Я пока ещё даже не знаю, буду ли поступать… Как твоё здоровье? Ты не ранен? Прости, я сразу не спросила…

– Раз собираюсь в Сибирь – значит, здоров как бык! Не переживай, красавица.

И тут дверь открылась, и в комнату вошёл Сокол, приветливо помахивая ладонью. Понял, пора закругляться.

– Всё, Маша, увидимся, как приеду. Будь на связи и – можешь мой номер записать. Будут приставать отморозки… Какой бы статус у них ни был, сама им по голове не стучи. Мне звони – я настучу. Всё, точно пора бежать. Глава отряда зло зыркает…

– Ой, да, хорошо! Беги конечно! Была очень рада тебя слышать! И вдвойне рада, что ты жив и здоров! До скорого!

– Адьос, сеньорита, – попрощался по-испански, напомнив и ей, и Соколу, и самому себе, что я вообще-то иностранец.

А то слишком уж быстро обжился, русифицировался…

– Ну что, поговорим? – отставив в сторону сумку с покупками, обратился ко мне Сокол.

– Поговорим, – кивнул я. – И начнём с самого основного. Констатирую факты, хочешь верь им, хочешь нет. За свои слова я в ответе. Облажаюсь, можешь меня послать куда подальше и всё, что я дам группе, оставить себе.

– Так, лошадей не гони. Тебе никто ничего не предъявляет и не собирается.

– Хорошо, если так. Факт первый. Даже без искры и прочего, без магического щита, покрова воителя и всего остального, – я уже сильнейший член группы. Моя магия гораздо мощнее, чем я вам показывал. И на тестах я её не применял, потому как шанс смертельного исхода был слишком велик. Это не просто яд. Просто ядом не приручишь тварей. И с тех пор, могу сказать тебе с уверенностью, я стал только сильнее.

– Прости, что прерываю… На одном из нижних ярусов было найдено побоище монстров. Много сильных и не очень Простов и Гидр было изувечено до состояния, когда невозможно понять, как они выглядели. Это ты?

– Да. И даже больше. Свиту Химеры тоже я убил. Практически всю. Маги и воители лишь добили подранков. Излом закрылся возле Горлика, когда армейцы поехали в тех краях искать пропавших аристократок, – тоже моих рук дело. Но там и Морозов постарался. Даже больше, чем я, пожалуй… Я только Химеру прикончил. А дальше давай уже без вопросов. Я просто говорю, а ты сам решай – верить мне или нет.

Я вздохнул, смотря на барона, и выставил перед собой сжатый кулак.

– Хомяк с магией пространства… – первый палец указал в потолок, – это мой фамильяр и друг. В его пространственном хранилище, – разогнул второй палец, – лежат сотни, а может и тысячи туш монстров. Я сбился со счёта… Всех их уже можно продать за огромные деньги.

– Я могу в одиночку зачищать большую часть изломов, – сказал я, и третий палец указал вверх.

– У нас с вами есть пара месяцев, чтобы использовать мои способности и организовать поставки и продажу товаров. Выручка с этого закроет потребности нашей группы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.