Милуша эмираевна
От ненависти до любви

Глава 1.Взрыв в проекте

Взрыв в проекте

Зал для презентаций стоял на стыке стекла и бетона, на котором под чистым светом ламп выстраивались графики и карты. На стене, как витринное окно будущего, светились крупные изображения долины: узкие ущелья, скалы и городок у подножья, который собирался стать сердцем новой «ГидроЛинии». Хасан Беков вошёл в зал без лишних движений и остановился в трёх шагах от подиума. Его окружали люди в костюмах, чужие и знакомые лица, телефоны в руках, лица настроены на аплодисменты или, скорее, на осторожное согласие. Он посмотрел на них как на карту, которую можно разложить и по которой можно выиграть или проиграть целый регион.

Зал наполнился запахом кофе и свежевыжатого воздуха из кондиционеров, где-то на заднем плане шептались служащие техподдержки и монтажники. Впереди на сцене – гигантский экран с названием проекта: «ГидроЛиния: модернизация водоснабжения долины». В центре сцены была громоздкая таблица, где каждый столбец – цифра, каждый график – обещание или риск. Хасан не улыбался. Его лицо было жестким, как каменная плита, и в любом движении угадывалась холодная точность, свойственная человеку, который считает числа своей бронёй и оружием.

Сцена оглядывала зал, будто проверяла каждого гостя, каждого инвестора, каждого чиновника. В зале нашлась место и Айне Оразовой – молодой врач-дерматолог, основатель и руководитель НКО «Эхо Кавказа» – организация, которая боролась за доступ к базовым медицинским услугам и за транспортировку врачебной помощи в удалённые районы. Она сидела ближе к центру, в ряду перед ним и слева от него. Её взгляд, спокойный и внимательный, не искал поддержки глаз – он искал правду. На её коленях лежал толстый конверт с дополнительными данными: списки населённых пунктов, адреса клиник, графики доступа к чистой воде, порученные ей местные волонтёры и письма от учителей, которым не хватало воды для школьной раковины.

– Добрый день, господа. – Хасан начал без лишних удовольствий, его голос резким ударом прошёл по залу, как острый клинок. – Мы собрались ради проекта, который изменит жизнь миллионов людей к лучшему. ГидроЛиния – это не просто инфраструктура. Это система, которая даст устойчивость, прозрачность и контроль над водоснабжением долины.

Он кивнул в сторону большого экрана, и графики ожили: маршрут труб, график подачи воды по часам, карта источников воды, объекты очистки и лаборатории, которые должны обеспечивать качество. Он говорил уверенно, повторяя цифры, как молитву: сроки, бюджеты, KPI, риски, методы контроля качества.

Айна не подглядела в сторону Хасана, а смотрела на людей в зале с тем же спокойствием, что и прежде. Но в глубине её глаз проскользнула иная искра: она знала, какие руки дергают за ниточки на местах, и как часто обещания превращаются в пустые карманы для людей, в чёрный хлеб для тех, кто умеет считать деньги. Её задача здесь – не подыгрывать проекту, а заставлять людей помнить о тех, для кого он предназначен.

– Я уважаю стремление к модернизации, – сказала она, не подслушивая, а делая прямой шаг вперёд. – Но мы должны помнить: модернизация без людей – это не развитие, а навязывание. Ваша карта учёта расхода воды и графики по подаче – важны. Но где люди, где их голос? Где учёт того, что к каждому кубометру воды – свои задержки, страхи и нужды?

Её голос, мягкий и ровный, разрезал зал. В аудитории зашептались: кто-то кивнул, кто-то сузил глаза. Репортёры начали записывать, камеры ловили каждый жест – и в то же мгновение с экранов вокруг нависла тишина, тяжёлая, как перед штормом.

Хасан не стал отвечать немедленно. Он смотрел прямо на Айну, и в его взгляде можно было прочитать не только уважение к её аргументам – но и лёгкую раздражённость. Он считал себя тем, кто держит ситуацию под контролем, и его административный инстинкт не желал делиться контролем с кем бы то ни было.

– ГидроЛиния – это технократическая реальность, господа, – ответил он. – Мы не можем позволить себе семейные тени и местечковые эмоции, когда речь идёт о времени и качестве воды. Мы должны обеспечить прозрачность закупок, открытые тендеры, чёткие ответы о том, кто отвечает за поставку, кто отвечает за квотирование, кто отвечает за экологический мониторинг, и – самое главное – как проект будет работать во взаимодействии с местной властью и бизнесом.

– Прозрачность – это хорошо, – возразила Айна, – но прозрачность без реального влияния граждан – это пустой звук. Государство, которое не слушает голос людей в деревнях, – оно будет расходиться на самое начало процесса модернизации, и тогда траты пойдут не на развитие региона, а на отчетность перед инвесторами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.