Алексей Мессинг
Легенды старого городка. Том 4

Автомобиль

1997г.

Зов, донёсшийся издалека, разбудил его, вырвал из спячки, из небытия. Адский холод пронёсся по телу, неся боль и будя ярость. Так тяжело было заснуть, и вот кто-то осмелился разрушить его спасительное забвение! Это не могло не отразиться в его чёрной душе негодованием и злобой. И всё-таки зов пришёл. Неизмеримо далёкий, тихий, слабый голос мага-дилетанта. Но он достиг его ушей, пройдя сквозь пространства и измерения. Удивительно, но призыв был направлен именно к нему. Кто-то ещё помнит его имя на старой Земле? К гневу от пробуждения примешалось любопытство. Возможно это его шанс. Не часто к тебе обращается смертный, даря попытку вырваться из этой юдоли скорби – ледяного мрака. Он обязан был ответить на призыв, и горе вызвавшему, если он допустит хоть малейшую ошибку.

***

Начинающий колдун корпел над вычислениями уже второй день подряд. Приходилось выверять каждый угол печатей, символов и пентакля с именем демона, чтоб не облажаться, как в прошлый раз. Как в прошлые несколько раз. Имматериальные сущности легко проникают в лазейки между углами и у него уже случались неприятные инциденты, когда призванная нечистая сила сбегала из запирающего символа, когда он немного ошибался с расчётами. Погрешность в углах не должна превышать одной десятой градуса. Как жаль, что он так плохо изучал геометрию в школе. Но кто мог знать, что это станет его магической профессией. Символы. Так много можно добиться от правильно нарисованной пентаграммы, гексаграммы или ещё какого-нибудь знака! От перспектив захватывало дух. Однажды у него уже получилось, и теперь он не оставлял попыток повторить случайный успех. Пока тщетно. Духи, которых он призывал, были или бесполезны, или бессильны, или попросту сбегали из-за его оплошностей. Ну, да и пусть гуляют по миру, – не его забота. Шестнадцатилетнего парня это ничуть не смущало. Наибольший ущерб, причинённый ему этими духами – бардак квартире. Полдня приходилось после них убираться, а иногда кое-что и чинить. Бабушка ему потом выговаривала, но больше не за беспорядок, а за безалаберность в отношении работы с магическим миром.

– Когда-нибудь ты откусишь кусок, который не сможешь проглотить, – пророчила она внуку.

– Когда-нибудь я стану великим и превзойду даже тебя, ба! – отвечал парень и снова брался за дело.

Сегодня, как никогда, стоило сконцентрировать внимание на запирающем символе, ведь он замахнулся не на какую-то там заурядную нечисть, а рискнул призвать одного из демонов ада. Мелкого, конечно, но от этого ещё более злобного. Как говорит бабушка: “Чем меньше клоп, тем больнее кусает”. Хотя в потустороннем мире это, возможно, не совсем так. Всё требовало проверки и практики.

На гладком отполированном до блеска полу стали проявляться первые намётки. Сначала контур, потом заливка цветом. Парень использовал импортные фломастеры, чтобы рисунок был достаточно долговечным, но при этом его можно было стереть моющими средствами после использования и не повредить пол.

Начертив основу, колдун принялся расписывать пентакль символами разрешающими или запрещающими что-либо вызванному духу. Их изображение уже не требовало строгой геометрической точности. В расчёт принималось только их наличие.

Закончив работу, парень лёг передохнуть на диван. До полуночи ещё далеко, и следовало быть максимально собранным для встречи с потусторонним.

***

Он уже битый час читал призыв с именем демона, но проклятая тварь не хотела появляться. Парень уже почти сдался, когда чуткие язычки пламени тринадцати чёрных свечей колыхнулись в защищённой от сквозняков комнате, и вокруг стало так холодно, что можно было видеть собственное дыхание.

Колдун поёжился, шмыгнул носом и продолжил ритуал призыва. В центре круга, расписанного символами, из пола начал струиться туман. Грифельного цвета маленький вихрь вращался против часовой стрелки, облекая демона в призрачную плоть. Два биения сердца спустя формирование потусторонней сущности закончилось. Демон, наконец, явился на зов. Он был похож на человека, с которого содрали кожу, только плоть его была не красной, а антрацитовой и блестела в пламени свечей. Мелкие острые зубы то и дело клацали друг о друга, словно демона била дрожь от холода. Он будто бы улыбался, но улыбаться ему было нечем. Оскал на безгубом лице застыл, в мёртвой ухмылке. Глаза демона походили на человеческие, если бы не бешеный огонь внутри. Этот взгляд мог принадлежать только маньяку-шизофренику в острой стадии. Демон излучал ядовитую ауру презрения, что чувствовалось даже сквозь защитный барьер охранных символов.

– Что тебе надо, смертный? – прошелестел демон в образе чёрного человека.

Шёпот его разносился по всем уголкам комнаты. Пронзительный и резкий, казалось, он одинаково хорошо мог слышаться как вблизи говорившего, так и на очень далёком расстоянии.

– Я выз… – колдун дал петуха от волнения, но, собравшись, заговорил привычным голосом, тщательно, но безуспешно пряча возбуждение и страх. – Я вызвал тебя, чтобы ты ответил на мои вопросы.

– С чего мне отвечать тебе, букашка? – Весь вид демона говорил о ещё более возросшем презрении к этому колдуну-выскочке, осмелившемуся призвать его. Он вполне по-человечески расправил плечи и вздёрнул подбородок, показывая своё превосходство.

– С того, что я вызвал тебя, потому что имею власть над тобой, – сказал колдун, задетый обращением демона, но тут же отпрянул назад, напуганный стремительным броском пришельца в его сторону.

– Боишься меня, – не то утверждая, не то спрашивая, произнёс демон.

Защитная стена устояла. Парень смотрел, как демон начал крутиться по сторонам в поисках изъяна в символе на полу, но не находил его. Глубоко вздохнув, он поблагодарил себя за настойчивость в пятикратных перепроверках рисунка.

– Я заплачу тебе, – поспешнее, чем следовало, выпалил колдун.

– Своей душой, – ответил демон.

– Это вряд ли. – Колдун слегка осмелел, видя, что демон не нашёл прорехи в начертанном символе и не может преодолеть его защиту.

– Тогда тебе нечего предложить мне, недоучка! – заявил демон, скалясь и сверля колдуна ненавидящим взглядом.

– А я думаю, есть, – возразил парень и подошёл к столу. Он сдёрнул с клетки, стоявшей на нём, покрывало, показывая наживку – трёх месячных котят. Он специально ходил на рынок и выбирал чёрных без единой белой шерстинки.

– Хочешь накормить меня кошатиной?! – возмутился демон, хотя взгляд его не отрывался от трёх пушистых комочков, разбуженных шумом. Они потягивались и просовывали лапки сквозь прутья клетки. – Сам её жри, червяк!

– Брось. Я же вижу, как ты на них смотришь. – Колдун улыбнулся, понимая, что попал в точку с угощением. Этот демон обожал кошек. – Душа есть душа, не так ли? А ты, видимо, давно ничем не питался.

– Что ты понимаешь в этом, болван? Ты даже не знаешь, о чём говоришь.

– Так значит, в принципе, ты согласен? – спросил колдун, видя, что гость не возразил ничего на его замечание о скудном демонском пайке. На оскорбления парень вообще не обращал внимания. – Договоримся о деталях?

Договариваться пришлось долго. Демон не хотел отвечать на несколько вопросов разом, но котят собирался получить всех. Колдун же настаивал на том, что за три души он вправе задать три вопроса.

– Чего ты упираешься? Чего тебе стоит ответить? – недоумевал колдун.

– Не тебе устанавливать цену, ничтожество! Я сам решаю, на что мне отвечать и какую плату за это брать.

“В чём-то он прав” – рассуждал колдун. – “Как такового, ценника на демонические услуги не существует, а заставить его пойти на уступки я не могу. Был бы посильнее, вот тогда…”.

– А если я принесу тебе в жертву человеческую душу, ты ответишь на мои вопросы? Я, наверное, тогда вообще всю ночь тебя расспрашивать могу. Да?

– Ты не можешь принести мне в жертву человечека, – проговорил с сожалением демон. – Так что, м-м…, – он замолчал на секунду, подыскивая соответствующее слово из мира, в котором оказался, – обломайся!

– Это почему ещё? – искренне удивился колдун.

Заявление демона не укладывалось в его знания об истории жертвоприношений и всего остального, что связано с магией и Высшими Силами.

– Да потому что ты не можешь владеть ничьей душой, кроме своей, чтобы принести её в жертву! – презрение демона к невежественному мальчишке, возомнившему себя великим колдуном, возросло настолько, что если бы не защитный барьер, то он плюнул бы ему в лицо ядовитой слюной. А потом разорвал на мелкие кусочки. – Высшая жертва должна быть добровольной или человек должен зависеть от тебя, отдать себя тебе в полное и нераздельное властвование. Так же добровольно. Или…, – демон облизнул зубы чёрным, как уголь языком, – мать может принести своё дитя нам в жертву. Это допустимо. – Он закатил глаза, словно вспоминая сладость вкуса младенческой души.

– Тогда остановимся на этих трёх. – Колдун кивнул в сторону котят, которым уже надоело сидеть в тесной клетке, и они сновали туда-сюда в поисках выхода.

– Одну ты мне уже должен, – заявил демон, и, видя непонимание на лице колдуна, снизошёл до объяснений. – За ликвидацию твоей безграмотности! В итоге, ты можешь задать ещё один вопрос, но отдашь мне за него две души, плюс одну, которую уже должен.

Ходить в должниках у демона парню не хотелось, и он согласился.

– Идёт. Но сначала я задам вопрос, а уже потом отдам плату.

– Спрашивай.

– Когда и как я умру?

– Это два вопроса.

– ?

– “Когда” и “как”! – Невозможно было понять, тупость колдуна веселит демона или раздражает. Скорее всего, и то и другое одновременно.

– А… – спохватился парень. – Понял. О´кей. Как я умру? Это мой вопрос.

– Тебя убьёт твой ребёнок, – ответил демон и с удовольствием стал наблюдать, как шквал недоумения захлестнул колдуна. Тот совершенно перестал себя контролировать и засыпал нечистого духа градом вопросов. Демон лишь хохотал в ответ, и когда возбуждение парня стихло, заключил. – Теперь плата!

Немного успокоившись, юный колдун отдышался, поднял клетку с котятами и поднёс к защитному барьеру. Хоть тот и был невидим, но его присутствие почти ощущалось физически. Помедлив секунду у самой кромки, колдун, держа клетку с одной стороны, пронёс её за край барьера и встряхнул так, чтобы котята оказались на стороне демона. Тот с вожделением посмотрел на три пушистых комочка, испуганно жавшиеся друг к другу, и сделал один глубокий вдох. Котята перестали двигаться. Колдун от страха выпучил глаза на мёртвых животных, даже не заметив, как сильно похолодела клетка.

– Дай мне ещё! – зарычал демон и кинулся на парня.

От неожиданности и испуга колдун отпрянул и шлёпнулся на задницу. Клетка вылетела из его рук и разлетелась на части, её содержимое вывалилось на пол. Демон упёрся лбом в защитный барьер, и облизнул невидимую стену длинным языком.

– Придурок! – машинально выпалил колдун, приходя в себя. Демон только мерзко захохотал в своей ловушке, давая понять, что если бы не она, то парень умер бы раньше, чем успел наплодить детей. – Убирайся в свою дыру, откуда вылез!

– Не могу. Ты запер врата с этой стороны. – Казалось, демона это совершенно не злило, а наоборот – забавляло.

– В смысле? – не понял колдун.

– Вот здесь должен быть отпирающий знак. – Демон ткнул пальцем ноги в свободное место на пентакле. – Но ты забыл его нарисовать, и теперь я заперт здесь. Вернее ты заперт здесь со мной.

– Этого не может быть! – крикнул в испуге колдун и бросился к своим записям.

Действительно, знак позволяющий открывать портал в обе стороны присутствовал в его набросках, но почему его не было на полу, парень не понимал, ведь он перенёс рисунок на пол в точности.

– Я помню, что нарисовал его, – удивился колдун. Он произнёс эти слова вслух.

– И всё-таки его нет. А значит, я не могу уйти, если конечно ты не зайдёшь в круг и не нарисуешь то, что положено. Сам я этого делать не имею права.

– Я не могу этого сделать. Сам знаешь. – Колдун понимал, чем всё кончится, если он зайдёт в круг к демону.

– Ну, тогда я с тобой надолго. И я превращу твою жизнь в ад, – пообещал демон. Он поднял лицо вверх, широко раскрыл рот и закричал. Вопль был настолько пронзительным и громким, что колдун закрыл уши, чтобы не оглохнуть. Через секунду в стену постучали недовольные соседи.

– Ещё? – Демон улыбнулся и закричал снова. – Я могу так до бесконечности.

– Хватит, хватит. Не надо, – взмолился колдун. – Чего ты хочешь?

– Выпусти меня!

– Я не зайду к тебе в круг, даже если ты поклянёшься меня не трогать. – Колдун судорожно помотал головой в знак отрицания возможной перспективы. Даже если демон оставит его в живых, то открыв ему путь назад, парень и сам отправится в бездну, вслед за гостем.

– Этого и не надо, – ободряюще воскликнул демон. – Просто выпусти меня отсюда.

– Чтобы ты убил меня или кого-то ещё?

– Нет.

– Скажи это! – потребовал колдун.

– Я клянусь собой и миром Ада, что не трону ни тебя, ни кого бы то ни было ещё в этом доме, если ты освободишь меня из этого круга!

Колдун вгляделся в демона пристальнее, затем кивнул и пошёл за чистящими средствами на кухню. Побрызгав на губку жирорастворителем, он вернулся. Демон стоял на том же и ждал. Парень склонился над рисунком так, чтобы боковым зрением следить за действиями демона. Нельзя было рассчитывать, что он успеет что-либо сделать, если нечистому духу захочется прикончить его, но так у юного колдуна складывалось впечатление, что он контролирует ситуацию.

Стерев часть защитного барьера, парень встал и отступил на несколько шагов назад. Демон сделал едва уловимое движение и оказался вне ловушки.

– Пока, недоучка! – бросил он парню и вылетел в окно, высадив при этом все стёкла и деревянную оконную раму.

– Вот скотина! – возмутился парень, представляя, что на всё это скажет бабушка.

***

Демона выворачивало наизнанку. Такие ощущения могла бы испытывать пылинка металла, застрявшая между двумя магнитами или кусок мяса, прокручиваемый через мясорубку. Ловушка колдуна не только сдерживала демона, но и защищала его от влияния внешнего мира. Сейчас же его корёжило, выжимало, словно мокрое полотенце в открытом мире, где нахождение демона было таким же противоестественным, как и пребывание человека на дне Марианской впадины. Нужно было найти себе подходящее тело, и как можно скорее. Демон заметался по улице из стороны в сторону не находя ни единой жертвы для одержания. По ночному Богородицку мало кто ходит даже тёплой весной.

На серо-белом здании над входом в круглосуточный магазин горел фонарь. Его ровный чёрный свет лился на близлежащие кусты сирени. Демон цветов не различал и видел окружающее в негативе, поэтому ночная тьма для него была светлее дня. Хлопнула обитая старой жестью дверь. Из магазина вышел мужчина и направился к своему автомобилю. Демон помедлил всего секунду, а потом бросился к человеку. Он не успел. Десятую долю секунды. Дверь машины закрылась перед демоном, когда тот уже готов был вселиться в человека. Вместо этого потусторонняя сущность влетела в автомобиль и растеклась по его корпусу, салону, мотору. Демон не сразу понял, что произошло, а когда осознал, что стал одержателем неодушевлённого предмета, было уже поздно, он слился с механизмами своего нового тела.

***

Руслан радовался, как ребёнок своей покупке. Сбылась его давняя мечта, мечта детства. Он купил себе “Мерседес”. Мужчина так и светился от счастья, соревнуясь в этом со своим железным конём, сверкающим сталью и стеклом в лучах заходящего солнца. Парень давил на газ, кайфуя от того, как послушно ведёт себя его автомобиль на междугородней трассе, как плавно он двигается в потоке машин. Как нельзя, кстати, недавно прошёл дождь и прибил всю пыль. Руслан сможет показать своего “мерина” невесте во всей красе, а не заметённым дорожной пылью за час езды от Тулы до Богородицка.

Уже совсем стемнело, когда Руслан въехал в маленький городок. Чтобы побаловать Светлану, а также особо угодить её требовательной мамаше, парень заехал в один из немногих круглосуточных магазинчиков на улице Победы. Он купил фруктов, шампанского для себя и невесты, бутылку красного сухого вина для будущей тёщи и вышел из магазина. Вдохнув полной грудью сырой ночной воздух, Руслан покачал головой, словно не веря самому себе, насколько чистым, насыщенным запахами природы был этот воздух. “И это в городе!” – подумал он. – “А что здесь тогда в парке или в лесу творится?!” К дурманящему кислородом воздуху примешивалось нечто тонкое, нематериальное. Запах, характерный только для Богородицка. Смесь ароматов опавшей листвы, болотной травы, цветов и свежести усиливалась или ослабевала в зависимости от времени года, но никогда не исчезала полностью.

– Интересно, это во всех маленьких городах так или только здесь? – сам себе задал вопрос Руслан и направился к автомобилю, послушно ждущему его у обочины настолько старой дороги, что казалось, будто она грунтовая, настолько обветшал асфальт. – Аномальная зона, говорят, этот Богородицк. Хм!

В соседнем доме грохнуло, послышался звон битого стекла. Неестественно громкий шум эхом прокатился по сонной улице и вывел парня из мечтательного настроя. Стоило убираться отсюда побыстрее. Руслан уже был наслышан о разборках местной шпаны и не хотел попасть в очередной замес. Он поставил пакет с покупками на переднее пассажирское сидение и захлопнул дверь. Машина слегка качнулась. Это случилось всего на долю секунды позже, чем должно было после закрытия двери, но Руслан не придал этому значения. Он попросту ничего и не заметил.

Машина не завелась. Ни с первого раза, ни со второго. Руслан откинулся на спинку кресла, соображая, что будет делать, если застрянет здесь. Напряжённо вздохнув, он ещё раз тщательно прокачал сцепление и, прежде чем повернуть ключ зажигания, произнёс:

– Бог троицу любит.

Мотор фыркнул несколько раз и завёлся. Руслан облегчённо выдохнул и нажал на педаль газа. Ехать оставалось минут пять.

***

Свадьба прошла роскошно по меркам Богородицка. Для праздника Руслан и Светлана арендовали ресторан “Садко”. С обеих сторон пришло человек по пятьдесят родственников и друзей. Молодым сняли на ночь номер в единственной в городе гостинице “Кристалл”, а на следующий день, кто хотел и мог остаться, продолжили праздник в деревне Болотовка в доме матери невесты, Галины Игоревны. Ещё через день Руслан и Света поехали в Москву, оставив самых стойких гостей догуливать праздник без них.

– У нас часто так, – смеялась Света по дороге в столицу. – Редко когда свадьбы меньше двух дней празднуют. В деревнях – неделю, так это чуть ли не закон такой.

– Когда же все работать успевают? – усмехнулся Руслан. Он вёл автомобиль по трассе М4-Дон.

– Так свадьбы обычно осенью справляют, когда в полях вся работа заканчивается. Это мы с тобой…. Говорила, давай подождём до осени, так нет же! В мае! Ох, Русик, намаемся мы с тобой!

– Брось. Всё это бабушкины сказки. Да и не могу я до осени ждать…, сама понимаешь! – парень наклонился к девушке и поцеловал её в щёку.

Светлана хихикнула, и, не ответив на поцелуй, повернула голову мужа в сторону.

– Смотри на дорогу, любимый, не то маяться нам и не придётся совсем.

– Да дорога пустая, – не унимался молодой муж, но попытки поцеловать жену всё же оставил.

– Не стоит рисковать. У нас полно времени на это, – примирительно произнесла Светлана.

Парень театрально вздохнул.

– Ничего, – сказал он, – приедем в Египет, я тебя на багги покатаю. Вот там всё, что хочешь можно делать.

Света застенчиво промолчала. За окном промелькнул знак, говорящий, что молодожёны въехали в Москву.

***

Демон ощупывал сознанием каждую деталь, каждый провод и каждый самый мелкий винтик в теле автомобиля, в который вселился не по своей воле, а по прихоти Судьбы. Он ещё не понял, проиграл он или, наоборот, приобрёл что-то ценное тем, что захватил не человека, поэтому решил не давать воли гневу, сдерживаясь до поры. Чтобы освоиться и понять, что к чему требовалось время, и даже если ему не понравится жить в одержимом им теле, это будет лучше, чем прозябать в насквозь промёрзшем аду, мучаясь от голода и прячась от демонов посильнее.

Что-то затрепетало в нём, взревело мощью сотен лошадиных сил. Демон осознал это нѐчто как собственное сердце. Тепло мотора растекалось по его телу. Автомобиль мчался, повинуясь воле водителя. Ничего! Скоро этой воле придёт конец, и демон начнёт жить своей жизнью. Надо только до мельчайших деталей изучить строение нового обиталища. Демону было чем гордиться. План его сработал на отлично.

***

Мотор новенького мерседеса гулко шумел под капотом, маня испытать его мощь. Педаль газа, слишком чувствительная, отзывалась ускорением даже на легчайшее нажатие. Руслану хотелось гнать ещё и ещё, будто трёх часов по почти свободной трассе не хватило, чтобы насладиться скоростью. Но молодожёны уже въехали в Москву, где движение по дорогам на высокой скорости могло привести к неприятностям. Самих москвичей это не особо смущало, и они носились по дорогам как сумасшедшие, обгоняя менее уверенных в себе заезжих автомобилистов.

– Задолбали уже! – возмущался Руслан то и дело, нервно реагируя на очередного подрѐзавшего его водителя. – Думают, если они на полкорпуса впереди, значит, могут творить всё, что вздумается!

– Успокойся, Русь. Не нервничай так, – успокаивала мужа Светлана. – Мы здесь ненадолго.

– Конечно, родная. – Руслан улыбнулся жене. – Заберём путёвку в агентстве, и ноги нашей здесь больше не будет.

– Ног, – поправила девушка.

– Что?

– Наших ног, – повторила Светлана. – У нас же не одна нога на двоих.

– Говорила мне мама – не женись на умной! – съязвил Руслан.

– Не говорила она такого, не ври!

Ребята дружно рассмеялись.

– У нас теперь всё общее, – заметил Руслан, выруливая на почти свободную от машин улицу. – Ну, вот вроде вырвались из толкотни. Теперь посвободнее будет.

– Ты всё равно не гони особо, хорошо?

Руслан кивнул.

– Классная тачка, правда? – в очередной раз он восхитился своим автомобилем.

– Ты мне уже все уши прожужжал с этой машиной! – Светлана слегка нахмурилась. – О чём-нибудь ещё, может, поговорим? Ой, осторожнее!

Чёрный джип, ехавший впереди, резко затормозил. Расстояния до него хватило ровно для того, чтобы успеть вырулить на соседнюю полосу. Прямого столкновения удалось избежать, но, как назло, по параллельной полосе тоже шло движение. Точнее, ехал всего один автомобиль. Руслан чиркнул бортом своего мерседеса такую же, как и у него, тачку, только, кажется намного дороже, – представительского класса. Машины встали, перегородив две полосы проезжей части. Лишь только случилось ДТП, джип дал по газам и скрылся за ближайшим поворотом. Из дорогого мерседеса вышли двое в чёрных кожаных куртках с бритыми головами и физиономиями уголовников.

– Сиди тихо и не высовывайся, – произнёс обречённым голосом Руслан побледневшей и вжавшейся в кресло Светлане. – Всё будет хорошо. Слышишь меня?

– Да. – Девушка кивнула. Ей так хотелось сейчас верить словам мужа.

Руслан вышел из машины. Светлана отдышалась и взяла себя в руки. Лёгкое шоковое состояние постепенно прошло. Испуг был вызван аварией, а не присутствием братков. Она насмотрелась на разборки подобных бритоголовых в своём маленьком городке и не очень боялась бандитов. Светлана снова могла ясно мыслить. Было понятно, что они попали в автоподставу, а значит, это всего лишь вопрос денег. Чего ещё могут хотеть бандиты?

Руслан вернулся через двадцать минут. Всё это время он препирался с автоподставщиками, пытавшимися завысить урон своей тачки. В итоге, договорившись о чём-то, он вытащил из багажника два чемодана и отдал ключи от машины одному из бритоголовых.

– Солнышко, выходи, – произнёс парень, убитым голосом, заглядывая в салон. – Они забирают машину.

Светлана всё ещё бледная, но спокойная, вышла из автомобиля. Руслан стоял на обочине, кусая губы и чуть не плача. Его машина уезжала с другим водителем. Девушка подошла к парню и положила руку ему на грудь.

– Не беспокойся, любимый. Ты её обязательно вернёшь.

– Я знаю, моя хорошая, но с медовым месяцем придётся обломаться. Денег они накрутили ого-го!

– Настолько неподъёмная сумма?

– Не то чтобы очень, но внушительная. Придётся напрячь родителей и брата тоже. Срок – десять дней.

– Рус, не переживай так! Достанем мы денег. Я к маме обращусь. У меня и свои сбережения есть.

– Я не могу на твои деньги рассчитывать. – Парень покачал головой.

– Брось! Сам сказал – у нас всё общее.

– Я не это имел ввиду. Тут моя вина, и я не могу…

– Так, всё! – оборвала мужа Светлана, не желающая ни продолжать этот бесполезный спор, ни унывать по поводу потерянных денег. – Ты мне обещал медовый месяц, так что давай, исполняй обещание. Разве наши путёвки уже не оплачены?

– Оплачены, – смутился Руслан.

– Вот и не вижу препятствий не ехать со мной в Египет! Нас ждут Красное море, пятизвёздный отель и неделя валяния на пляже. Вперёд, лови такси!

– Ты никогда не унываешь! – удивился Руслан, немного по-новому взглянув на жену, и пошёл ловить машину. За неделю он успеет решить проблему с деньгами, а когда вернётся из Хургады – заберёт свой ненаглядный автомобиль.

***

Демон ликовал. Он не чувствовал себя так хорошо уже многие сотни лет. Кто мог знать, что быть духом машины так весело! Он слышал когда-то о подобном. Некоторые его братья становились одержателями неживых предметов, но, как правило, ничем для них хорошим это не заканчивалось. Их или уничтожали, или изгоняли, или закрывали в такие тайники, что те со временем теряли силы от невозможности подпитываться живительной энергией людей-обладателей этих предметов. Мало кто вселялся в автомобили, а у кого получалось, не рассказывали о том, как это прекрасно.

Он мчался по гладкой асфальтированной трассе, наслаждаясь скоростью и сопротивлением встречного ветра. Мимо проносились придорожные леса и посадки, поля и маленькие деревеньки. Наверное, так должен чувствовать себя верховный демон, князь наделённый крыльями. Конечно, ему – мелкому нечистому духу никогда не взлететь над ледяными пустошами ада, зато теперь он вдоволь погоняет по дорогам старой Земли. А хозяин этой машины побудет у него в качестве подкормки. Никуда не денется. Сильно уж этот человечишка привязан к своей тачке. Ну, ему же хуже.

Демону не понравилось в городе. Вокруг куча бездушных машин, снующих туда-сюда с такими же бездушными водителями за рулём. После простора межгородской трассы постоянные остановки в пробках раздражали. Он выдохнул немного злобы в салон. Мужчина хорошо на неё среагировал, разозлил подругу. Можно было сказать, что первый контакт удался. Теперь настроиться на этого слабенького человечка будет проще простого. А дальше всё пойдёт как по маслу, если его жена не испортит всю игру своим бесячим оптимизмом и врождённой чувствительностью к Свету.

Не успел демон порадоваться грядущим планам, как хозяин чиркнул боком какую-то машину. И это на почти пустой дороге, болван! Демон замер в ожидании. Спустя некоторое время в салон сел посторонний человек, завёл мотор и поехал. “Неужели это новый владелец машины?” – подумал демон. Смена хозяина не входила в его планы. Ему нравился прежний – наивный, увлечённый, слабохарактерный. Мечта для такого паразита, как он. Но тот, кто сейчас сидел за рулём, демону совсем не подходил. Упрямый, угрюмый, злой. Настоящий бандит и по внешности, и по характеру. Таких ломать очень сложно, да к тому же можно напороться на своего собрата, уже сидящего внутри такого экземпляра. Встречаться с братьями демону не хотелось по одному ему понятным причинам. Пришлось ждать и прислушиваться ко всему, что говорилось вокруг его автомобиля.

Его пригнали в большой гараж на окраине Москвы до отказа забитый машинами разных марок. Бизнес автоподставщиков процветал.

– Свободно только напротив входа, – бросил механик водиле, сидящему в одержанном “Мерседесе”. – Ставь пока туда. Потом перепаркуем, если что. Чё за тачка?

– Терпилы одного. Если бабло не отдаст, расчленим этого “мерина”, – ответил водитель.

Бандит встал на свободное место, вынул ключи зажигания, прихватил документы на машину и вышел. Демон остался один. Огляделся по сторонам, прислушался и если бы он сейчас находился в человеческом теле, то довольно ухмыльнулся бы. Место, куда он попал, ему нравилось. Вернее нравилось то, что он собирался сделать, чтобы вернуться к прежнему владельцу и избежать разбора на детали. Такой лёгкой добычей, как Руслан, не разбрасываются.

***

Неделю спустя.

Сторож, перепуганный грохотом, вскочил с неказистой койки, накрытой засаленными покрывалами, протирая глаза. Заспанный, с жутким похмельем, он выбежал из своей каптёрки в зал гаража. Стучало снаружи. Вернее не стучало, а бу̀хало во входные стальные ворота, словно кто-то кидал в них огромные булыжники или долбил кувалдой. Мерно, с одинаковыми промежутками времени, страшно.

Раздумывать было некогда. Хозяева этого шутника на ремни порежут, когда сторож его поймает. Будет знать, в чей гараж ломиться по ночам. Только бы поймать его. Не то его самого на ремни пустят, особенно если незваный гость повредил что-нибудь.

Сторож, не старый ещё мужик, стукнул по кнопке электрического замка, и ворота начали открываться. Не дождавшись окончания небыстрого процесса, он схватил лежащую у входа монтировку и выскочил наружу проверить, кто это поднял его среди ночи.

То, что грохот прекратился ещё минуту назад до сознания сторожа, одурманенного алкоголем, так и не дошло. Пока он бежал через двор к главным воротам, ничего не нарушало ночной идиллии подмосковного бандитского гаража.

– Кто там?! – крикнул мужчина, силясь рассмотреть хоть что-нибудь в щель между створками внешних ворот.

Он поудобнее перехватил монтировку и нажал кнопку замка, такого же, как в гараже. Заскрипели на всю округу электроприводы. Ворота медленно распахнулись. Снаружи было пусто. Лишь ветер колыхал молодую листву придорожных кустов.

– Кто тут? Ща вот бо̀шку-то проломлю! – крикнул в темноту сторож, но никто не отозвался.

Мужчина хоть и разочарованно, но с некоторым облегчением нажал кнопку закрытия дверей, развернулся, чтобы уйти и ахнул от неожиданности. Из ворот гаража сам собой выехал “Мерседес”. Тот самый, что уже неделю стоял напротив входа и не хотел заводиться. И именно, что сам собой! Сторож готов был поклясться, что не видел за рулём автомобиля никого.

– С ручника что ли забыли снять? – в полголоса спросил себя сторож и побежал к своевольной машине. Та выкатилась на середину двора и встала, как вкопанная.

Сторож заглянул в окно автомобиля. Салон действительно был пуст. Мужчина помотал головой и потёр глаза, бросив монтировку. Рычаг ручного тормоза сам поднялся вверх, зафиксировав намертво машину там, где она остановилась.

– Чертовщина какая-то! – прошептал сторож и подёргал ручку двери. Та не открылась.

Сторож бы ещё долго крутился вокруг чудно̀го автомобиля, но что-то странное отвлекло его. Во дворе гаража стало заметно светлее. Он глянул в открытые гаражные ворота и присел от ужаса. Внутри разгорался пожар.

Мужчина бросился внутрь, в миг забыв о чёртовом автомобиле, так удачно выехавшем из гибнущего гаража. А гараж действительно погибал, пожираемый адским пламенем. Сторож метался в разные стороны, не зная за что хвататься. Выводить машины? От большинства из них у него и ключей-то не было. Тушить огонь? Он слишком быстро распространялся, словно всё вокруг было полито маслом. За минуты пламя охватило половину территории гаража. Взорвался первый автомобиль, окатив сторожа волной жара. Ещё немного и машины все взлетят на воздух, вместе с канистрами бензина, хранящимися тут же. Сторож сделал неуверенный шаг к выходу, потом ещё один, и ещё, и, наконец, побежал.

– К чёрту всё! Вернусь к мамке в деревню. Авось пронесёт!

Он сделал единственное, что могло его спасти. Не от огня, а от расправы бандитов за потерянное добро – сбежал, надеясь, что успеет спрятаться до того, как хозяева поймут, что он не погиб вместе с их гаражом. Он не был ни в чём виноват, но кого волновали эти тонкости, когда более пятидесяти ворованных машин было уничтожено адским огнём.

***

Руслан и Светлана ехали в своём “Мерседесе” в Богородицк. Автоподставщики вернули им машину за оговорённую сумму, но сами от чего-то были не очень довольны сделкой. Супруги не знали о том, что из всех отжатых у простых людей автомобилей их “Мерседес” был единственным выжившим при пожаре, а сами бандиты не спешили делиться с ними своими проблемами.

– Я же тебе говорила, что всё обойдётся, – с неунывающим видом напомнила Светлана мужу свои слова. – Зря ты весь отпуск дёргался.

– Ты всегда оптимистируешь, – невесело произнёс Руслан. – А мне теперь эти долги хрен знает сколько отдавать!

– Не надо меня за это осуждать. Я всегда такая была и такой останусь. Ну, не могу я серьёзно относиться к деньгам. Их же всегда заработать можно. Я вот отдала тебе свои и не жалею.

– Нам теперь поприжаться придётся в расходах, – напомнил парень.

– И что? Я, знаешь, всё детство в деревне прожила. Для меня твоё “поприжаться” – детский лепет. Меня ничем не напугаешь.

– Хотел тебя обеспечить всем, а теперь… – Руслан с благодарностью и сожалением взглянул на жену. Она не корила его, хоть это он попал в аварию. Не попрекала своими потраченными на выкуп автомобиля деньгами. Наоборот, поддерживала его, вселяла оптимизм, придавала сил.

Демон наблюдал за изменениями настроения Руслана и начинал ненавидеть Светлану. Она и раньше ему не очень-то нравилась, а теперь он жаждал её уничтожить, во что бы то ни стало.

– И обеспечишь, – заверила Светлана. – Я в тебе не сомневаюсь. Ведь ты же особенный!

– Это ты у меня самая что ни на есть особенная! – улыбнулся Руслан и потянулся поцеловать супругу.

– Но вот от моей мамы ты теперь наслушаешься, – усмехнулась Светлана, отклоняясь от мужа и спуская того на землю.

– Да уж, это точно, – буркнул Руслан, и хотел было перестроиться в левый ряд, но резко ударил по тормозам. На скорости больше ста километров в час мимо пронёсся, заполошно сигналя, грузовик, обдав “Мерседес” волной рассекаемого воздуха. – Тьфу, чёрт! – выругался Руслан. – Там ведь никого не было! Я же смотрел в зеркало, там было пусто!

– Давай просто доедем целыми до дома, – предложила Светлана, едва справившись с испугом. – Не надо гнать быстро. Мы никуда не спешим. Ведь так?

Парень молча кивнул.

***

Руслан сидел в машине с открытыми окнами, наслаждаясь запахами летней ночи. Последнее время он часто так делал. Ставил автомобиль у подъезда и подолгу сидел в нём, слушая тишину и внутренний голос. А голос всё чаще подсказывал ему, что со Светланой что-то не так. Она странно вела себя, особенно когда находилась в салоне его “Мерседеса”. Её настроение резко портилось, она становилась излишне придирчивой и нервной. Можно было подумать, что всему виной испуг, который испытала женщина тот раз в Москве, когда они попали в подставное ДТП и второй – когда парень чуть не вырулил под колёса нёсшегося сломя голову грузовика. Но это было месяц назад. И даже если так, то к чему отнести вечные жалобы Светланы на автомобиль? То ей двери не открываются, то багажник сам собой бьёт её по голове, когда та в него заглядывает. Это же бред какой-то! Не живёт же машина своей жизнью, чтоб такое вытворять. Однажды, правда, Руслан сам стал свидетелем того, как Светлана, выйдя из машины, наклонилась за сумкой, чтобы поднять её с земли. Она опёрлась одной рукой об автомобиль, а дверь в это время закрылась и хлопнула девушке по пальцам. Обошлось без травм. Супруга отделалась лишь синяком на ногте указательного пальца. Кажется, как раз после этого случая она и невзлюбила автомобиль Руслана, но понятно же, что это ветер захлопнул дверь. Сама она закрыться не могла. Расстраивало то, что Светлана ни в какую не принимала версию с ветром, утверждая, что того и в помине не было. Зачем ей надо было это выдумывать? Зачем сваливать свою неосторожность и неуклюжесть на его любимую машину? Руслан понять этого не мог. А там где нет понимания, незаметно рождается недоверие. Светлана знала, как дорог Руслану его автомобиль, но всё время пыталась очернить его в глазах мужа. Если так пойдёт дальше, она предложит его продать.

Руслан сидел в “Мерседесе” долго, пока тяжёлые мысли не сменялись воспоминаниями окрыления, когда он летел на своём железном коне из Богородицка в Тулу и обратно. Это удовольствие нельзя было выразить словами. Парень просто сливался с автомобилем в одно целое. Он чувствовал каждую его деталь. Ощущал, как работает мотор. Почти видел ход клапанов, взрывы топлива, что толкали их, приводя в движение маховик. Он воспринимал колёса как собственные ноги. Он словно бежал по асфальту, ловко маневрируя между колдобинами и ухабами дороги. Машина безупречно его слушалась, даже лёгкого движения руля, даже микроскопического нажатия на педали, она слушалась даже мысли хозяина. Вот только хозяином ли был Руслан, или постепенно превращался в раба этого одержимого механизма?

***

Светлане не спалось. Мысли вихрем крутились в голове, мешая расслабиться и снова погрузиться в сон. Она не любила, когда это происходило. Проснувшись посреди ночи, девушка долго не могла уснуть, а поутру вставала разбитая, словно сутки провела на ногах.

Сон не придёт как минимум час. Это Светлана знала точно, поэтому скинула с себя одеяло и тихо вышла из комнаты. Руслан спал как убитый. Его и будильник не в силах был поднять после долгой дороги. Он работал в Туле, а жили они в Богородицке. На этом настояла девушка. Здесь были её друзья, мама жила недалеко. Своя квартира, опять же. А что их ждало в Туле? Жить с родителями Руслана или снимать у чужих людей? Супруг был не против Богородицка. Казалось, он даже был рад тому, что может гонять туда-сюда между городами на своём “Мерине”.

– Это занимает всего час времени, – сказал как-то Руслан. – В Москве, вон, если человек может добраться до места работы за час, считается, что он хорошо устроился!

У Руслана уходило гораздо меньше времени на дорогу в семьдесят с небольшим километров между Богородицком и Тулой. Он тратил максимум минут сорок. А это значит, что он гонял по трассе как сумасшедший. Вот бы его гаишники тормознули! Отобрали бы этот дурацкий “Мерседес” и облегчили бы им жизнь. Им? Скорее всего только Светлане. Руслан в своём автомобиле души не чаял. Не замечал, как все разговоры то и дело скатывались к его любимой машине, будто больше и поговорить не о чем. А Светлана…. Нет, она не недолюбливала автомобиль мужа. Она его боялась. Девушка чувствовала, что с этим агрегатом что-то не так. Когда она садилась в него, её настроение резко портилось, кресла становились неудобными, как она не пыталась их отрегулировать. Климат-контроль отказывался нормально работать, всегда переключаясь на жару, которую Светлана плохо переносила. Запах в салоне стоял неприятный, словно сварили суп из тухлого мяса, налили в него бензин и нагрели. Руслан запаха не чувствовал и говорил, что Светлане показалось. Такое недоверие злило её больше всего. Она не неврастеничка какая-то, чтобы выдумывать то, чего нет. Девушка вешала в салон “вонючки”, но они выдыхались за день. Руслан же лишь смеялся, мол, ей продали “палёные” ароматизаторы. На предложение купить освежитель воздуха самому – отнекивался, утверждая, что его и так всё устраивает. И вообще, отношения с мужем после приезда из отпуска стали какие-то натянутые. Между ними словно что-то стояло, мешая наладить контакт, снова понимать друг друга с полуслова, как раньше. Незримая стена возникла между ней и Русланом. Толстая прозрачная стеклянная стена, мешающая слышать и понимать собеседника. И стена эта с каждым днём всё сильнее и сильнее тускнела.

Светлана вышла на балкон. Она взяла сигарету из пачки, лежащей тут же на полке, и закурила. Девушка делала это только в минуты тяжёлых раздумий. Сигарета помогала сосредоточиться, собраться с мыслями и, одновременно, успокоиться. Но сегодня успокоиться не получилось. Затянувшись и взглянув вниз на припаркованный Русланов “Мерседес”, Светлана зашлась горьким кашлем. Салон автомобиля мерцал приглушённым красным светом. Неяркое свечение пульсировало в глубине машины. Воры? Откашлявшись, Светлана пригляделась. Вокруг стояла тишина “ведьминого часа”. Никто не копошился ни возле машины, ни в ней. Двор был пуст. Да и откуда бы взяться угонщикам в Богородицке? Светлана вздохнула то ли с облегчением, то ли, наоборот, с бо̀льшей насторожённостью и продолжила наблюдение. Ничего не изменилось. Мерцание не исчезло. Светлана ещё раз затянулась и выстрелила едва прикуренной сигаретой в “Мерседес”. Бычок прочертил трассирующий путь с третьего этажа вниз и разбился искрами о лобовое стекло. Красное мерцание на секунду вспыхнуло ярче и погасло. Светлана почувствовала дурноту. Вбежав в квартиру, она бросилась в туалет и склонилась над унитазом. Кажется, с сигаретами ей теперь придётся завязать. Совсем.

***

Утро выходного дня выдалось пригожим и солнечным. Руслан и Светлана проснулись почти одновременно в десятом часу.

– Доброе утро, любимый, – промурлыкала девушка.

– Доброе утро, Светик, – ответил Руслан.

– Какие планы?

– Может, съездим куда-нибудь?

– Дорогой, в Богородицке можно всюду пешком дойти. – Светлана поднялась и пошла на кухню ставить чайник.

– А, да, я и забыл, – произнёс Руслан, лениво выбираясь из-под одеяла. – А если нам что-то нужно будет купить? Что-нибудь большое

– И что, например? – Светлана вернулась в спальню с двумя чашками кофе.

– Ну, не знаю. – Руслан принял у жены чашки, позволяя ей удобно устроиться на кровати.

– Вот как узнаешь, так и поедем. – Девушка обвила шею мужа руками и поцеловала, пока тот пытался удержать чашки в равновесии и не расплескать горячий напиток ни на себя, ни на жену, ни на кровать.

– А чего бы хотела ты этим прекрасным днём?

– Надо в поликлинику сходить. Пойдёшь со мной?

– Ты заболела?

– Пока нет.

– Тогда пойду.

Выйдя из платного кабинета женской консультации, работавшего и в выходные дни, Светлана не нашла мужа в коридоре, чему нисколько не удивилась. Руслан не любил врачей, и даже, кажется, побаивался. Девушка нашла его сидящим на улице у входа в поликлинику.

– Всё в порядке? – спросил парень.

– Всё в таком порядке, что лучше и быть не может, – заявила Светлана.

– ?

– Возможно, я беременна.

– Офигеть! Я стану папой, – твердил Руслан всю дорогу до дома.

– Ага. А я мамой! Не забывай об этом, – усмехнулась Светлана, когда услышала восклицание мужа раз в шестой. – И пока это только предположение. Ещё нужно получить анализы.

– Ну, теперь-то мы точно не обойдёмся без автомобиля. Не отрицай это. – Руслан будто и не услышал сказанного

– Я и не отрицаю. – Светлана заметно погрустнела. – Скажи, у тебя на нём противоугонка же стоит?

– Конечно.

– Она таким красным светом мигает, когда работает? Да?

– Ага. Только не красным, а синим.

– Ты уверен?

– Я что, свой автомобиль не знаю?! К чему эти вопросы?

– Да так. Ни к чему. Ты прав, я хочу сегодня кое-куда съездить.

Автомобиль остановился на площадке перед церковью Успения Пресвятой Богородицы, что недалеко от городского рынка. Рынок уже давно закрылся, да и в самой церкви прихожан уже не было, кроме старых бабок в чёрных похоронных одеждах – прислужниц, выполняющих распоряжения священников и зорко следящих за тем, чтобы женщины, намеревающиеся зайти в храм, непременно покрывали головы платками.

– Хочешь со мной сходить? – предложила Светлана.

– Что я там забыл? Я не особо верующий. Да и за тобой я раньше набожности не замечал. Чего это тебя в церковь потянуло?

– Верующий-неверующий, не важно. Всё равно все крещёные. Вот и ребёночка нашего тоже надо будет покрестить. Хочу заранее всё узнать, – ответила Светлана и вышла из автомобиля.

Пока жены не было, Руслан решил заглянуть под капот своей “ласточки”, которую Светлана назло ему называла “мерином”. Появился посторонний звук в моторе, и парень решил взглянуть, в чём дело. Возможно, это начали постукивать клапаны. Рановато, конечно. Машине и года нет. Звук появился внезапно только сейчас, когда въехали на парковку перед церковью. Не найдя ничего при внешнем осмотре, Руслан вернулся в салон, твёрдо решив сгонять, при случае, на техосмотр. Он не мог позволить, чтобы его автомобиль обошёлся без должного внимания.

– Ну, что, всё узнала? – спросил Руслан, когда Светлана открыла дверь.

– Да, всё отлично, – ответила она, и, споткнувшись о корпус автомобиля, пролила на пассажирское сидение воду из пластикового стаканчика, что держала в руке.

– Осторожнее, блин! – воскликнул Руслан, поспешно стряхивая с сидения воду, но та уже успела частично впитаться. – Садись теперь сзади. Чёрт!

– Извини, зай. Я нечаянно, – смущённо сказала Светлана, пряча в сумочку постой стакан.

– Повнимательнее, пожалуйста, – обиженно произнёс Руслан, вытирая остатки воды салфетками. – Что с тобой такое?

– Ничего такого! – в тон ему ответила Светлана. – Может это из-за того, что я беременна.

– Прости, малыш. Я не хотел. – Руслан обернулся назад, где устроилась Светлана. – Не сердись на меня. О´кей?

– Поехали уже, – нетерпеливо скомандовала девушка. Ей очень трудно было скрывать за деланной обидчивостью то, что она специально пролила воду в салоне автомобиля. Святую воду.

Машина завелась лишь со второго раза. По дороге Руслан всё удивлялся подобным поведением автомобиля, не давая и слова вставить Светлане. Казалось, радость по поводу беременности супруги была полностью вытеснена заботами об этом драндулете. Светлана достала из сумочки маленькую пластиковую бутылку. Машину тряхнуло на колдобине. Успокоившийся было Руслан, снова завёлся, возмущаясь, как это он не заметил очередную трещину на дороге.

– Да что не так-то? Чисто же было! – удивлялся парень неуклюжести автомобиля.

Светлана открыла бутылку и, глядя на мужа, чтобы не быть застигнутой врасплох, вылила пол литра святой воды прямо на пассажирское сидение рядом с собой. На кресле образовалась небольшая лужа, которая через минуту впиталась в материал сидения. Остатки воды Светлана выплеснула под ноги на коврик. Автомобиль заглох и встал как вкопанный посреди дороги. Руслан разразился трёхэтажным матом, не зная кого или что проклинать за эту напасть.

– Теперь эвакуатор надо вызывать, – обречённо произнёс парень, безуспешно пытаясь завести машину.

– Зай, а в Богородицке нет эвакуаторов. Только в Туле, – сочувственно, но в то же время насмешливо сказала Светлана.

– Да что в вашем Богородицке вообще есть-то? – зло выпалил Руслан и тут же пожалел о своих словах. Светлана вышла из машины, громко хлопнув дверью.

– Солнышко, Светик, подожди, – воскликнул парень, догоняя супругу. – Ну, извини. Не сердись на меня. Просто я весь на взводе из-за поломки.

– Только и слышно от тебя: “моя машина, моя машина”, – возмутилась Светлана. – А про меня ты забыл?!

– Нет, конечно. Ну, просто…, – Руслан не знал, какие доводы привести в своё оправдание.

– Ладно, дома поговорим, – сказала Светлана, видя, что парень так и будет мямлить, если не прервать разговор. – Будешь эвакуатор вызывать?

– Дотолкаю до дома сам. Тут недалеко, – пообещал Руслан и сел в машину.

Через час он весь в мыле ввалился в квартиру.

– Я сначала в душ, – оборвал он на полуслове супругу, видя, что та пытается ему что-то сказать.

Освежившись, Руслан зашёл на кухню.

– Ты хотела что-то сказать? – начал он.

– Я хотела серьёзно с тобой поговорить о твоём автомобиле, – ответила Светлана.

– О нашем, – поправил жену парень.

– О твоём! – надавила Светлана.

***

Автомобиль ревел мотором в такт биения сердца своего хозяина. Возмущение и обида ядовитой гнилью разъедали душу парня, гнавшего по гладкой трассе свыше ста тридцати километров в час. Он то и дело злобно колотил по рулю, цедя сквозь сжатые зубы, будто через силу:

– Да как она посмела такое предложить?! Ещё чего! Я атеист, между прочим. Я в своё время и пионером был, и комсомольцем. Хочется ей, пусть ходит по своим церквям, сколько влезет, а мне свою веру навязывать не надо! У меня и родители всю жизнь атеистами прожили и меня правильно воспитали!

Так он ехал больше двух часов, сыпля аргументами и доказательствами в пользу ошибочности и неуместности предложения супруги, а, по факту, разговаривая сам с собой. Он никак не мог понять, к чему клонит Светлана, рассказывая, как она себя странно чувствует в его автомобиле и почему она ощущает угрозу от него.

– Ну что в нём такого страшного? – недоумевал Руслан. – Он новый. Надёжный. Что может в нём быть опасного? Уж не опаснее отечественных тачек!

Светлана сдерживалась изо всех сил, чтобы не сказать то, что она на самом деле думала про Русланов автомобиль. И без того накрученный, муж счёл бы её замечание о неадекватной реакции автомобиля на святую воду сумасшествием и уже никогда бы не поддался разумному влиянию жены. Следовало действовать тоньше и продвигаться понемногу. Для начала, заставить Руслана повесить в салоне иконки. Она часто видела такие у водителей автобусов. Они клеились на приборную панель и всегда были на виду. Но Руслан категорически отказался это делать, а от слов Светланы: “После свадьбы ты сильно изменился”, выскочил из дома.

Гадать, куда мог направиться муж, Светлане не приходилось. Не имея друзей в Богородицке, дальше своего любимого автомобиля он не мог деться. Она вышла на балкон, взяла пачку сигарет, понюхала их и её чуть не вывернуло. Запах табака показался девушке настолько ужасным, что она смяла пачку и отбросила её в сторону.

Руслан возился с автомобилем. Он открыл капот и ковырялся внутри, отыскивая поломку. Ничего не обнаружив, он достал из багажника чистую тряпку и стал вытирать переднее пассажирское кресло. Вскоре послышались его приглушённая расстоянием ругань. Парень обнаружил, что и заднее сидение мокрое. До самого вечера Руслан сушил автомобиль. К девяти часам случилось чудо. Именно так воспринял он то, что машина, наконец-то, завелась. Светлану же этот факт ещё больше убедил в чужеродности автомобиля. Ну не глохнут обычные машины от святой воды и не заводятся снова после просушки. Надо будет поговорить об этом с кем-нибудь в церкви.

Сначала Руслан не отдавал себе отчёта, в том, куда он едет и зачем. Он просто ехал по трассе и очнулся, лишь когда в нём пробудилась жажда скорости. Парень нажал педаль газа, но усилием воли сбросил скорость. По дорогам Тульской области не погоняешь свыше сотки, – останешься без подвески. Побуждаемый почти неосознаваемым чувством, он вырулил на федеральную трассу М-4 “Дон”, на секунду замер в предвкушении, врубил музыку так громко, будто хотел заглушить собственные мысли и сомнения, и вдавил педаль газа в пол.

Оказалось, Руслан проехал половину расстояния до Москвы. Он вспомнил, как брат рассказывал ему про гонки стрит-рейсеров. Любители хороших тачек и больших скоростей собирались на безлюдных или попросту заброшенных трассах и гоняли друг с другом наперегонки. Руслан давно хотел побывать на таких неофициальных, а точнее – незаконных, соревнованиях, да всё не решался.

– Так теперь сам Бог велел, – радостно воскликнул парень. Машину слегка качнуло, хоть он и держал руль ровно.

От брата у Руслана был контакт человека, занимавшегося нелегальными гонками. Из ближайшей придорожной кафешки он позвонил по номеру. Назвав нужные имена, он получил заветный адрес. Осталось лишь найти нужную трассу. В ночной Москве парень не сразу смог сориентироваться, поэтому опоздал к началу гонок почти на час. Оставалось всего пара заездов. Вписаться удалось в самый последний момент.

– Что ставишь? – поинтересовался организатор, лысый мужик лет за сорок в военной камуфляжной куртке.

– Да у меня с собой почти ничего нет, – признался Руслан. – Так только, на бензин.

– А чё припёрся тогда?! – рявкнул организатор. – Ты сказал, что от уважаемого человека, а сам, получается, поглазеть приехал.

– Я же не знал…, – попытался оправдаться Руслан.

– Слушай сюда, – перебил его организатор. – Если твой знакомый присылает таких лохов, как ты, передай ему, чтобы больше сюда не совался. Понял? Давай, вали!

– Эй, аллё! – крикнул Руслан, уже было отвернувшемуся организатору. – Я машину ставлю.

– Что? – Мужик сделал вид, что не расслышал.

– Машину ставлю, говорю, – повторил Руслан.

Организатор осмотрел автомобиль и, видимо, остался доволен, так как подошёл к группе рейсеров, сказал им что-то, после чего они все повернулись в сторону Руслана, прицениваясь к призу.

– Выезжай на старт, – скомандовал организатор.

Когда Руслан вырулил на условленное место, то обнаружил двух соперников, уже стоявших от него по бокам. Водители двух низеньких спорткаров жадно пожирали глазами автомобиль Руслана, предвкушая лёгкую победу.

Правила были просты – доехать до условленной точки на трассе, развернуться и приехать обратно быстрее всех. Ставки соперников превышали сумму, которую Руслан когда бы то ни было держал в руках. По пять тысяч долларов с человека. Ставка Руслана – автомобиль. Он рискнул поставить его по двум причинам. Первая – не хотел подставлять брата, ведь воспользовавшись его поручительством, приехал на гонки, как последний кретин, без денег. Вторая – он чувствовал, нет, он знал, что победит. Или то, что жило в автомобиле, знало это, а он лишь послужил реализатором желания истинного хозяина машины. А хотел демон скорости и победы.

Помощники выровняли автомобили по линии, чтобы ни у кого не было и сантиметра преимущества. Вперёд вышла высокая девушка в коротких шортах и белой блузке с флажками в руках. Она подняла их над головой. Пошёл отсчёт. Девушка опустила флажки, давая команду “старт”. Гонка началась.

***

Всё замедлилось, словно во сне. Спорткары вырвались вперёд, обдав “Мерседес” Руслана сизым дымом из-под колёс. Набрав скорость больше ста километров в час за считанные секунды, они превратились в две сверкающие точки где-то впереди на ночной трассе. Мощный, но не такой стремительный, автомобиль Руслана разогнался до нужной скорости, потеряв много времени на старте. Страха не было. Не было даже смутного беспокойства ни за свою жизнь, ни за возможную потерю автомобиля своей мечты. Сознание Руслана залепила серая паутина сновидения наяву. Происходящее воспринималось, словно со стороны. Его тело занял кто-то другой, оставив парню лишь возможность наблюдать. Наблюдать, как приближаются спорткары. Затем не быстро, но уверенно “Мерседес” проехал между ними. Руслан видел, как вытягиваются от изумления рожи водителей, как они судорожно теребят переключатели скоростей, давят на педали газа в безуспешной попытке не дать неповоротливому “мерину” обойти себя.

До поворота оставалось несколько десятков метров, когда произошло нечто странное. От “Мерседеса” отделилось багровое облако и вошло в автомобиль справа. Его водитель резко повернул руль вбок, колоссальная сила инерции развернула машину, и та начала кувыркаться. Приземлилась она на крышу в нескольких метрах от точки разворота.

Резко сбросив скорость, оставшиеся участники гонки, шлифуя покрышками асфальт, развернулись вокруг большого костра и снова ударили по газам. Водитель второго спорткара пошёл на хитрость. Он врубил встроенный ускоритель с закисью азота. Убивающая двигатель система давала невообразимую скорость. Его машина мигом ушла в отрыв. “Мерседес” Руслана отставал недолго. Призрачная рука тёмно-красного цвета вытянулась вперёд и уцепилась за ускользающего противника. Словно подтягиваясь за него, “Мерседес” навёрстывал бешеную скорость. На спидометр смотреть было бесполезно. Таких цифр он не предусматривал.

“Мерседес” почти поравнялся со спорткаром, когда до финиша оставалась пара сотен метров. Багровая рука не отпускала гоночный автомобиль и за секунды до окончания трассы столкнула его в кювет, вывернув в сторону руль. Тот просто крутанулся вбок вместе с вцепившимся в него мёртвой хваткой водителем. Спорткар подскочил, как на трамплине, на придорожном холмике и тяжело рухнул за пределами трассы, так и не достигнув её конца.

“Мерседес” ворвался победителем в финишные ворота под аплодисменты и весёлые крики, наблюдавших за гонкой людей. Но были среди них и недовольные. Друзья тех, кто проиграл в гонке. Организатору уже успели донести, что первый водитель погиб. Что со вторым – пока выяснялось.

Руслан, как пьяный, вышел, шатаясь, из автомобиля. Его приветствовали, поздравляли, хлопали по плечам, а он словно не понимал, что с ним только что произошло. Парень водил ошарашенным взглядом по лицам людей, соображая, где он находится, кто он и как сюда попал.

Когда к Руслану подошёл организатор гонок с несколькими мужиками крепкого телосложения, тот уже немного пришёл в себя.

– Нам надо осмотреть твою тачку, – заявил организатор.

– Зачем? – искренне удивился Руслан.

– Ты не мог победить. Только не на “мерине”.

– В смысле?! Вы тут подставами занимаетесь, что ли?

– Никаких подстав, чувак. Ты бросил вызов, его приняли. Никто не говорил, что против тебя должны гонять такие же тачки, как у тебя, – сказал организатор.

– И чё?

– И то, что “мерин” не может обогнать спортивку! – вставил один из приятелей погибшего гонщика.

– Так и не обогнал, – заметил другой. – Они с трассы сошли.

– Вот мы и хотим проверить твою машину на незаконные вставки, – заключил организатор, не давая разгореться скандалу. Гибель участников на его гонках была хоть и не частым происшествием, но никого не удивляла, и разборки из-за нечестных модификаций машин его беспокоили больше.

– У меня всё чисто, – ответил Руслан. – Смотрите сами.

– Открой капот и багажник, – скомандовал организатор.

Руслан сделал, как его просили. Организатор с помощниками облазили весь автомобиль, даже заглянули под днище, но не нашли никаких прибавляющих скорость устройств. Машина как машина, ничего необычного.

– Чисто, я ж говорил, – произнёс Руслан после тщательного досмотра его автомобиля.

– А как ты объяснишь это? – организатор сунул под нос парню видеокамеру с записью его гонки.

– И что я тут должен увидеть? – не понял Руслан.

– Вот это, – организатор ткнул пальцем в изображение его автомобиля на маленьком мониторе камеры, где было видно, как салон его машины светился тусклым красным светом.

– Я не знаю, мужики, – пожал плечами Руслан. – Вы тачку сами смотрели. У меня ничего лишнего, а что там светится, я сам фиг его знает. Какие ещё вопросы?

К организатору подошёл невысокого роста паренёк, видимо тоже его помощник, и зашептал что-то боссу на ухо. Руслан смог лишь уловить слово “азот”. Остальное он не услышал. Прикинув что-то в уме, организатор поспешил замять проблему с последней неудачной гонкой. Видимо помощник выяснил, что во втором спорткаре обнаружилась запрещённая система ускорения. В его интересах было не поднимать волну дальше, и он произнёс угрюмо и зло:

– Никаких вопросов. Вот твои бабки. Минус мои проценты, разумеется. Больше здесь не появляйся!

Руслан сел в автомобиль и пересчитал выигрыш. С десяти тысяч организатор забрал себе целых двадцать пять процентов. Но даже так, это были очень большие деньги. Помня, что где бабло, там и бандиты, Руслан как можно скорее уехал с места гонок. Попетляв по городу и убедившись, что за ним нет хвоста, парень направился домой.

***

За окном автомобиля мелькали то поля, то перелески, неспешно проскакивали деревеньки. Нога сама собой норовила надавить на газ и выжать из машины максимум скорости, но Руслан осаживал себя и ехал медленнее, чем обычно. Мешали тяжёлые мысли. Удовольствие от быстрой езды уже не будоражило. Хотелось успокоиться и основательно поразмыслить. О произошедшем на гонках, об отношении Светланы к автомобилю и к нему, Руслану, лично. О её последних словах, что так взбесили его, заставив умчаться аж в саму Москву.

– Да ничуть я не изменился. – Руслан не заметил, что произнёс свои мысли вслух. – Я также её люблю. Ничего не поменялось.

Где-то далеко на задворках сознания раздался тихий далёкий голос, очень похожий на собственные мысли, но то, что этот голос подсказывал, никак не укладывалось в голове Руслана, вызывало протест и шло вразрез с его чувствами. А ещё посторонние мысли рождали неуверенность в себе и раздражали, потому что частично были основаны на правде. Вернее на том, что казалось парню правдивым, ведь он сам видел происходящее со Светланой, не удосуживаясь проанализировать причины, по которым жена стала вести себя с ним не как прежде.

– Она тебя не любит, – шептал голос в голове.

– Не может быть. Она бы сказала, – ответил Руслан, будто разговаривал сам с собой.

– Она никогда не скажет, ведь она боится тебя потерять. Ты её обеспечиваешь.

– Света самостоятельная. Я ей нужен не для обеспечения.

– Ты ей должен за разбитую тачку бандитов.

– Она сама дала мне эти деньги и знает, что я их верну. Вот они. В сто раз больше. – Руслан потряс увесистым веером долларов у себя перед носом.

– Она бросит тебя, как только ты вернёшь ей долг.

– Такого не будет.

– Правильно! Долг ей не возвращай.

– В смысле, она меня не бросит после того, как я ей деньги верну!

– Бросит. Вот увидишь. Ещё и машину у тебя отберёт при разводе.

– Чушь собачья. Никогда в это не поверю.

Руслан помотал головой, отгоняя мрачные мысли и ещё более мрачные предчувствия. Не хотелось верить в предательство Светланы, в её мелочность и меркантильность. Не такая его супруга. Совсем не такая.

***

В Богородицк Руслан вернулся рано утром. Он всю ночь провёл за рулём. Дорога, а главное гонка, вымотали его. Хотелось закинуть в себя что-нибудь съестное и завалиться спать. Именно закинуть, а не съесть или перекусить. Но прежде всего надо было сказать жене пару слов.

– Рус, – позвала его Светлана из спальни, разбуженная стуком входной двери. – Это ты?

– А ты ещё кого-то ждала? – шутливо переспросил Руслан.

– Кроме тебя, никого, – сонно ответила жена, протирая глаза обеими кулачками, словно ребёнок. В шортиках и цветной ночнушке она напоминала подростка, девчонку, излучающую море света, тепла и уюта. – Ты где был?

– Катался. Я кое-что хотел тебе сказать.

– И я тебе.

– Тогда, чур, я первый.

Светлана с интересом уставилась на мужа, слегка склонив голову набок.

– Я был на гонках. Свет, Свет, подожди. – Руслан поймал жену за руку. Он знал, что она была против подобных забав, и поехал туда отчасти в пику ей, обидевшись после ссоры. – Я больше туда не поеду. Меня даже не пустят. Но вот, смотри….

Руслан достал из кармана куртки две пачки долларов и протянул Светлане.

– Это что? – спросила девушка, осторожно принимая у мужа деньги.

– Выигрыш, – пояснил парень. – И второе, что я хотел сказать….

– Да.

– Вешай иконы в машину, сколько хочешь.

– Правда?

– Угу. Теперь твоя очередь. Рассказывай.

– Я беременна. Инфа сто процентов. Даже без анализов понятно.

Несколько секунд в комнате стояла полнейшая тишина. Руслан от неожиданности потерял дар речи, а когда снова стал способен соображать, подхватил Светлану на руки и закружил по комнате. Та весело пищала, и слегка отбивалась от опьянённого радостью мужа.

– Ой, ой. Осторожнее, – смеялась девушка. Она выронила деньги, и купюры разлетелись по полу тёмно-зелёным ковром.

– Прости, прости, – спохватился Руслан. – Тебе же нельзя волноваться. – Он бережно поставил жену на пол.

– Я беременна, а не больна! – возмутилась Светлана, но в голосе её ясно читались весёлые нотки. – Будешь относиться ко мне как к инвалиду, обижусь, – предупредила она.

– Я с тебя теперь пылинки буду сдувать, – пообещал Руслан, за что тут же получил звонкий шлепок по затылку.

– Иди, мойся и спать. Устал, наверное.

– А ещё голодный, как вол, – усмехнулся парень.

– Как волк!

***

Руслан уже битый час возился с тремя маленькими иконами, что купила для него Светлана. Они никак не хотели клеиться к приборной панели, то и дело отваливаясь. Не помогали ни двусторонний скотч, ни канцелярский клей. Руслану до того это надоело, что он рискнул и присобачить их на суперклей. Он больше не мог позволить себе терять время, а обещание, данное жене, надо было его выполнить. Сегодня приезжала тёща, или, как её называла Светлана, – мама. Это ещё больше заставляло Руслана нервничать и злиться. Стоило этой невыносимой женщине узнать, что её дочь ждёт ребёнка, как она мгновенно бросила хозяйство в деревне и выказала жгучее желание заботиться о внуке. Или внучке. Кто там разберёт на втором-то месяце. Надо бы подумать о переезде. Куда-нибудь в Воркуту или что ещё есть в России севернее. Лишь бы подальше от матери жены, которую, кстати, Руслан обещал встретить сегодня вовремя.

Дорога до автовокзала заняла минут семь. И всё равно Руслан опоздал.

– Не спешите маму встречать, да? – вместо: “здравствуй, любимый зятёк” произнесла Галина Игоревна. – А где Светочка-то? Почему она не приехала? И чем это у тебя в машине воняет? Ты дохлых собак в ней перевозишь?

– Некогда ей парад устраивать, – огрызнулся Руслан, с сожалением наблюдая, как тёща пачкает своей обувью новейший половичок на полу автомобиля. – Готовить обед осталась. И ничем тут не воняет. Обычный запах.

– Вот значит как! Парад. А ты тогда чего приехал?

Руслан долго соображал, что бы ответить на такой наезд, но решил благоразумно промолчать. Всю дорогу до дома парень разрывался между желанием поддать газу и нежеланием выслушивать последние деревенские новости. Обратный путь занял в три раза больше времени, так как Галина Игоревна попросила прокатить её чуть ли не по всему городу. Она хотела посмотреть, что изменилось в Богородицке за последнее время, что, по мнению Руслана, было лишней тратой времени, ведь в этом городе ничего не менялось с Советского Союза. Наконец они добрались до дома. Стоило людям выйти из автомобиля, иконки снова отклеились.

Дома Светлана всячески обхаживала маму, давая ей понять, что она желанный гость в её доме. Галина Игоревна же бросала едкие замечания по поводу всего, что ей казалось неправильным в быте и жизни дочери, весь смысл которых сводился к одному – не того ты себе мужика выбрала.

***

Не прожила Галина Игоревна и месяца у дочки, как супруги решили снова укатить в отпуск. На этот раз в Турцию. Посетовав на негостеприимность Светланы и зятя, тёща уехала обратно в деревню

На самом деле Светлана очень любила маму, но та не принимала выбор дочери в отношении Руслана. Чем ей так не понравился парень, Светлана понять не могла, а быть уравнителем между двумя взрослыми людьми, не выносящими друг друга, она уже не могла. Сглаживать углы становилось всё тяжелее, а напряжение только росло. Чтобы не обижать маму, они с мужем отвезли её в деревню с комфортом, задарили подарками и помогли навести порядок на огороде. Руслан, сделав над собой титаническое усилие, весь день не отвечал тёще на провокации и вёл себя максимально любезно. Под конец, Галина Игоревна даже разрешила супругам оставить автомобиль на большом дворе перед домом, чтобы им не пришлось искать платную автостоянку в Москве. Это могло влететь в кругленькую сумму за две недели что Руслана и Светланы не будет. К тому же после гонок, в которых погиб один из его оппонентов, второй серьёзно пострадал, парню не хотелось светить “Мерседес” в столице.

***

Идея осветить автомобиль зятя пришла Галине Игоревне, когда Светлана поделилась с ней своими наблюдениями. Дочь рассказала про то, как стал изменяться Руслан после приобретения этой машины. Из улыбчивого весёлого парня он превратился в погружённого в себя неврастеника, увлечённого лишь своим автомобилем. И про свой эксперимент со святой водой, и про красное свечение внутри салона тоже.

Когда Светлана украдкой, неуверенно намекнула матери, что они с мужем хотели бы оставить автомобиль у неё на время отпуска, Галина Игоревна неожиданно быстро и с радостью согласилась. Возможность схлестнуться с силами ада, а если повезёт, то и с самим Сатаной, тешила гордыню набожной женщины.

Сходив в церковь с соседнем селе, Галина Игоревна договорилась со священником о ритуале освещения автомобиля. Тот прибыл в воскресенье после обедни и осмотрел фронт работы. Его очень удивило наличие у деревенской бабы импортного агрегата, и он назначил цену:

– Тысячу долларов.

– Ой, батюшка, а чёй-то так дорого? – всплеснула руками Галина Игоревна.

– Машина не православная, – пояснил священник со знанием дела.

– А не уж-то доллары православные? – не унималась бойкая баба.

– Мы их на благое дело пустим, не сомневайся, – ответил священник. – Бей беса его же оружием! – Он многозначительно поднял указательный палец, придавая своим словам больше веса.

– А может и верно. А может и правильно, – согласилась Галина Игоревна. Священник кивал в такт её словам, поглаживая седую бороду. – Только опося обряда!

Священник словно лбом в стену ударился.

– Не положено так!

Они долго торговались, пока не сошлись на семистах долларах, но оплата должна быть проведена незамедлительно. Пришлось Галине Игоревне растормошить свою заначку.

Священник пересчитал деньги, спрятал в один из потайных карманов рясы, сходил к своей старенькой “Ладе” и принёс всё необходимое для обряда. Он обрызгал “Мерседес” святой водой и наклеил особый знак и восьмиконечным православным крестом внутрь салона. Обошёл несколько раз вокруг автомобиля, размахивая кадилом, и встал перед капотом, читая молитвы.

Галина Игоревна стояла неподалёку, крестясь и нашёптывая “Отче наш”. Она не сразу поняла, что произошло неладное, и не успела среагировать. В автомобиле что-то щёлкнуло, и он покатился вперёд. Странным было то, что катился он с ускорением и в горку.

Священник, погружённый в чтение Псалтыря, тоже сообразил, что с автомобилем происходит какое-то непотребство, только когда было уже совсем поздно. Тяжёлая машина прижала его к стене дома и сломала обе ноги стальным бампером. Священник упал на капот, крича от боли, а Галина Игоревна бегала вокруг и причитала:

– Одержимая! Как есть, одержимая!

Священника увезли на скорой в бессознательном состоянии, когда Галина Игоревна смогла взять себя в руки и сбегать к соседке, которой недавно сын провёл телефон. Приехала и милиция. Долго разбирались в произошедшем и, в итоге, списали всё на несчастный случай. Мол, священник, лазя по салону, сам стронул ручной тормоз автомобиля, за что и поплатился. Галине Игоревне они пригрозили, что упекут её в Петелино в “мягкую комнату”, если она продолжит болтать про одержимость и злых духов.

– Вот были бы воры, другое дело. А с нечистой силой мы бороться не можем, – усмехнулся сержант, с завистью глядя на новенький “Мерседес”.

– Ясное дело! Как же вы со своими-то бороться будете! – тихо проговорила Галина Игоревна, обиженная на угрозы милиционера. Тот нехорошо глянул на женщину и ушёл писать отчёт о несчастном случае.

Руслан приехал за автомобилем на следующий день после возвращения из отпуска. Галина Игоревна была только рада, что избавилась от ненавистной колымаги. За две недели, что Руслан со Светланой отдыхали за границей, женщина замучалась обходить её десятой дорогой. Она боялась приблизиться к автомобилю, и вынуждена была пользоваться калиткой за огородом, чтобы выйти со двора.

О происшествии в деревне Руслан узнал позже, когда к нему пришли из милиции. Документы на машину и техосмотр были в порядке, поэтому к хозяину автомобиля претензий не было. Зато у Руслана остался неприятный осадок в душе. Своих чувств парень не стал высказывать ни Светлане, ни, тем более, Галине Игоревне, но что-то тревожное закралось в его мысли. Он уже не смотрел на свой автомобиль с прежним обожанием. Лёгкий укол тревоги он получил, когда взглянул на нѐкогда любимый “Мерседес”. Руслан решил снова повесить иконки на прежнее место. Порывшись в бардачке, он отыскал их под кипой аудиокассет, каких-то пакетиков и другого хлама. Всего за несколько дней, что иконки пролежали в машине, они выцвели и кое-где тронулись плесенью.

– Надо купить новые, – сказал Руслан и выбросил прежние в окно.

– Не вздумай это делать, произнёс голос где-то на задворках сознания.

***

Руслан стоял на балконе и курил уже больше двух часов к ряду. Он смотрел на свой автомобиль, что был покрыт густыми ночными тенями, и словно видел его впервые. До этого парень весь вечер разговаривал со Светланой о покалеченном священнике, проводившем обряд. Руслан поделился с женой своими соображениями. Он всё ещё полагал, что это был несчастный случай, но высказал и крамольную для себя мысль: “А что если нет?” В ответ Светлана решилась поделиться своими наблюдениями за странным автомобилем. А Руслан, наконец-то, готов был её слушать. Для начала, Светлана посоветовала мужу не садиться в автомобиль хотя бы неделю. Было неудобно ездить на работу в Тулу на автобусе, но Руслан вытерпел. Настроение с каждым днём, что он держался вдали от странного автомобиля, улучшалось. С сознания словно спадала пелена. Медленно. Но внутренних изменений Руслан не мог не заметить.

Сейчас перебирая в уме все факты, что собрала Светлана за несколько месяцев наблюдения за его автомобилем, Руслан уже не воспринимал их с враждебностью, хоть большую часть происшествий можно было оспорить или списать на случайность. Свечение в салоне ночью можно было объяснить отсветом уличных фонарей. Невозможность завестись – неполадками в карбюраторе. Несчастный случай со священником – действительно несчастным случаем. Но наводящие вопросы рождали сомнения. Почему свечение, виденное Светланой, зафиксировали и камеры на гонках. Что это было на самом деле? Почему автомобиль не завёлся именно тогда, когда в салоне была пролита вода? И не какая-нибудь, а святая. Почему придавило священника? Именно его и именно во время обряда освящения. А иконки? Списать невозможность прицепить их на панель банальным бракованным клеем можно раз-другой, но не пять раз подряд. При том, что каждый раз Руслан использовал клей другой марки. А что стало с самими иконками? Выцвели, словно на солнце пролежали, да ещё плесенью покрылись. Ни одна другая вещь в бардачке не испортилась, а иконы – пожалуйста! Вспомнилась и странная победа Руслана на гонках. Во-первых, ему правильно сказали, что “Мерседес” не в силах победить спортивную тачку. Это Руслан и сам прекрасно понимал. Во-вторых, он не победил. Он пришёл к финишу единственным. Принявшие его вызов, сошли с дистанции. Ему подфартило? Или это им так сильно не повезло, что один погиб, а другой оказался в больнице. В-третьих, почему после гонки он так странно чувствовал себя, словно из наркоза вышел? И Руслан практически не помнил деталей заезда. Только старт и финиш. А ещё дикий азарт и эйфорию. Не от победы, а от самой гонки. И в-четвёртых, насколько он мог понять позже, машины ехали на скорости недоступной его “Мерседесу”. Да, автомобиль у него классный, но ехать быстрее заложенной конструкцией скорости неспособен. Но он ехал. Именно поэтому его осматривали. Искали систему впрыска закиси азота. Только её наличием можно было объяснить небывалую скорость. Или не только ей? А такие мелочи, как отвратительный запах в салоне, на который жаловалась Светлана и Галина Игоревна? Правда ли, что это мелочи, на которые не стоило обратить внимание?

Да, некая толика сомнений во всей этой чертовщине с автомобилем сохранялась, если бы не случай, после которого Руслан и поговорил начистоту с женой. Неделю назад они со Светланой ездили в магазин. Супруга как бы невзначай обмолвилась, что коль скоро у них будет ребёнок, то и машина им понадобится побольше. Минивен, например. Только она произнесла эти слова, как произошло три вещи. Настроение Руслана резко сменилось с радостно-положительного на яростно-агрессивное, словно кто-то переключил тумблер в его голове, машину повело влево на встречную полосу, хоть Руслан и держал руль крепко, и, наконец, агрессию парня сменил страх, когда он начал бороться с автомобилем, возвращая его обратно на свою часть дороги. Кто-то будто вырвал руль из рук Руслана и направил машину на встречный транспорт. Парню так и не удалось вырулить самому. Тот, кто перехватил управление, тот же и вернул его обратно в самый последний момент перед столкновением со встречной легковушкой. Такое уже было однажды, тем необъяснимее казалось то, что автомобиль реагирует на слова людей, если они обсуждают то, что может ему повредить или изменить текущее положение вещей. Если бы речь шла о человеке, то Руслан счёл бы это за предупреждение: “Не вздумай ничего делать, или убью!” Но это был всего лишь автомобиль. Всего лишь? Или за бездушной машиной стояло нечто большее?

Поверить в то, что автомобиль одержим демоном, бесом или ещё чем-нибудь нехорошим оказалось нетрудно. Не таким уж ярым атеистом был Руслан, каким хотел казаться. Сложнее было пересилить себя, переломить, согласиться с тем, что его бабушка, которую все в семье считали сумасшедшей – права, и существует как божественный светлый мир, так и тёмный, демонический. Вот только бабушка Руслана действительно была не в себе и очень не любила его в детстве. Как-то раз даже избила его черенком от лопаты. С тех пор он её возненавидел, а вместе с ней и её отношение к религии. И раз ты уже не веришь в Бога, то и в Сатану тоже не поверишь, будешь считать всё, что связано с тонкими материями – чушью и сказками для простаков. Это-то сейчас и ломалось в Руслане. Крошилось по кирпичику, рассыпалось под воздействием фактов и доводов, какими бы абсурдными они не казались Руслану раньше. “Странно, как быстро рушится атеистическое мировоззрение при контакте с потусторонним! Вот только зачастую контакты эти до добра не доводят! Наверное, из-за того, что у верующих существует логика продолжения видимого мира, а позиции атеистов не на что опереться за гранью материи” – думал Руслан.

– Ну ладно, – тихо произнёс парень. – Последний эксперимент.

Он щелчком отправил непотушенный бычок сигареты в свободный полёт и ушёл с балкона. Парень не заметил, как окурок, очертив широкую дугу, опустился на крышу “Мерседеса” и рассыпался искрами.

***

Наутро Руслан поехал в Церковь Пресвятой Богородицы, что за городским рынком. Он купил там иконки для автомобиля и большую восковую свечу в два пальца толщиной.

Ещё до того как окончательно удостовериться в невменяемости своей бабушки и полностью разорвать с ней контакты, Руслан часто приезжал к ней на лето в маленький посёлок, где она жила в частном доме. Парень помнил, как она каждое воскресенье, придя из церкви, обходила весь дом с горящей свечой. Вся семья посмеивалась над ней, говоря, что когда-нибудь она сожжёт дом, но бабушка всё равно выполняла этот странный и немного пугающий обряд на протяжении многих лет. Она утверждала, что если освещённая в церкви свеча зачадит, значит, в доме поселился злой дух. Злых духов старуха не нашла, но опасения родни оправдала. Она погибла в пожаре. Сгорела вместе с домом за минуты, пожарные даже из депо выехать не успели. Но с потусторонними силами её смерть никак не была связана. В этом была уверена вся родня.

Руслан решил провести окончательный эксперимент, призванный раз и навсегда убедить его в том, что автомобиль одержим. Если это так, то со свечой и правда должно будет что-то произойти.

Для чистоты эксперимента, отъехав на приличное расстояние от церкви, Руслан сначала приклеил иконки к приборной панели, затем достал свечу. Поставив её в углубление для стакана между водительским и пассажирским сидениями, Руслан включил прикуриватель. Тот, не успев нагреться, отрубился. Потыкав его несколько раз, парень убедился в поломке прибора. Выругавшись, он попытался зажечь свечу зажигалкой, но она тоже отказывалась работать. Тогда Руслан вышел из автомобиля и, прихватив с собой свечу и зажигалку, отошёл от машины на несколько метров. Зажигалка сработала безотказно, вскоре, огонёк затеплился и на кончике свечи. Руслан вернулся к автомобилю и сел на водительское кресло. Лишь только свеча оказалась в салоне, она потухла. Парень глянул на приборную панель. Иконки отклеились и лежали на полу. Парня передёрнуло. Холодок пробежал по мерзко влажной от пота спине. Огляделся по сторонам. Ничего. Тихая безлюдная улица, пустой автомобиль.

Парень снова вышел, зажёг свечу и вернулся. Она опять погасла без всякого сквозняка. Руслан открыл багажник и достал шланг. Он отсосал немного горючего из бензобака и намазал им свечу. Снова поджог. Моментально расплавившийся воск залил ему пальцы, но парень перетерпел боль и вернулся в салон с полыхающей, словно факел свечой. Бензин прогорел и надёжно запалил фитиль. Пламя свечи достигало сантиметров пять в высоту, достаточно сильное, чтобы не поддаться не только сквозняку, но и ветру. Руслан уселся на водительское сидение, держа свечу двумя руками. До этого момента ровное пламя начало метаться туда-сюда, будто на него дули сразу с нескольких сторон, но на этот раз не потухло. Спустя пару секунд оно выровнялось, но начало… чадить! Чёрный едкий дым поднимался от огонька, оседая копотью на потолке салона. Руслан судорожно сглотнул. Столько совпадений разом любого атеиста способны сделать праведником!

– Наигрался? Послышался резкий, похожий на звук трещотки гремучей змеи, шёпот.

Чёрный человек без кожи сидел на заднем сидении “Мерседеса” и со злобой и ненавистью смотрел на парня, освещённого пламенем свечи. Руслан вскрикнул, уронил мгновенно потухшую свечу и попытался выскочить из автомобиля, но не успел. Дверь захлопнулась, едва не отдавив парню ногу.

Руслан обернулся и вжался в дверь автомобиля, безуспешно пытаясь хоть немного увеличить расстояние между собой и неизвестно откуда взявшимся пришельцем. Тот сидел неподвижно и рассматривал парня внимательным колючим взглядом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.