Мелисса Флосмун
Мрак алого цвета

Глава 1. Собаки и кошки

За обедом было хорошо, тепло и светло. Уже начался июнь – прекрасная пора, когда лето ещё юное, весёлое и задорное. Школа позади, а новый учебный год придёт ещё не скоро. На улицах уже жарко, солнышко сияет, грея всех своими тёплыми лучами и не делая различий между маленькими и большими, добрыми и злыми, котами и собаками. Можно бегать, веселиться и заниматься всем, чем захочется!

Тейра – ротвейлерша бурого цвета с оливковыми глазами – сидела за обеденным столом, болтая своими лапками. Рядом сидели её родители: Гризельда, тоже бурая, но красноглазая, и Фридрих – обычный черный с рыжими подпалинами ротвейлер, но вот его глаза были такие же зелёные и весёлые, как у дочери.

Родители обсуждали между собой работу отца – Фридрих работал следователем в полиции. Тейра в силу возраста не очень разбиралась в этих взрослых делах, но кое-что понимала и запоминала. Она ясно видела, что, когда папа говорил о работе, он обычно бывал мрачным, но теперь он казался куда как более оживлённым, а глаза горели примерно так же, как во время игры с Тейрой в мяч.

– Я нашёл новые доказательства невиновности, – рассказывал Фридрих Гризельде. Его голос всё же звучал спокойно и размеренно. Всегда создавалось впечатление, что он уверен в том, о чем говорит, и не отступит от своих слов. – В общем, этот пёс – светлый маг, ни одного тёмного заклинания не знает, а у убитого была рана именно от чëрной магии. Да и не получится у него, я думаю, изучать черную магию. У меня такое впечатление сразу же создалось. Он добр, и в в его душе нет ни капли ненависти и злобы.

– Только суду-то до его души дела нет, – ответила Гризельда.

Фридрих кивнул, сжав губы, признавая правду в её словах, хоть она и была неприятной.

– Всё равно у меня есть доказательства, что он не чёрный маг. Сегодня разберусь со всем и, думаю, уже подпишу бумаги. Надеюсь, что сегодня он уже вернётся домой.

– О, так уже пришли результаты магической экспертизы?

– Да, конечно. Это всё основано на них.

– Тогда понимаю, – проговорила Гризельда (и папа, и мама Тейры были магами, так что в этих вещах они точно разбирались). – Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы вынести вердикт о невиновности.

– Может и нет, но я думаю, что это доказательство очень нам поможет. Может, получится убедить начальство.

– Он против? – немного встревоженно спросила Гризельда.

– Есть такое, – словно нехотя признал Фридрих, – но я перепроверил, я могу вынести это постановление без согласования с ним.

– Тогда он не обрадуется.

– Да. Но я больше не хочу идти на сделку с совестью и невиновного под суд не отдам. Довольно. Ладно, я пойду, а то опоздаю. Не хотелось бы создавать лишние проблемы. – Фридрих отвёл взгляд от часов, встал из-за стола и поправил свой галстук.

– Пока, папа! – попрощалась Тейра, вильнув хвостом.

– Пока, Тей, – Фридрих улыбнулся. – Увидимся вечером!

Он прошёл по коридору. Тейра вновь принялась за еду и вспомнила кое-что, что она задумала ещё давно.

– Я сегодня хочу погулять на площадке рядом с парком, можно, мам? – спросила Тейра.

Она на днях договорилась со своими друзьями там поиграть. Эта площадка была очень большой и прекрасно заменяла крепость. Но проблема в том, что она была далеко, и Тейру обычно туда не отпускали одну.

– Почему ты хочешь именно туда? – спросила Гризельда с опаской.

– Просто мы хотели поиграть в королевские бои. И я ее люблю, но мне никогда туда нельзя. Пожалуйста, мама!

– Ну… – Гризельда хотела договорить, но замолчала, потому что услышала, что дверь в дом открылась.

Они обе повернули голову в сторону коридора, и через несколько мгновений перед ними снова предстал Фридрих. Он держал в лапе какую-то бумажку.

– Что это? – спросила Гризельда.

– Нашёл на пороге. Меня смутило вот это, – лапа Фридриха указала на место на конверте. – Адрес и моё имя напечатаны, да ещё и на отдельной бумажке. Почему же отправитель не пишет лапой, раз уж решил отправить письмо?

Тейра встала передними лапами на стол, чтобы лучше видеть конверт. В самом деле, к нему была приклеена небольшая бумажка, на которой был напечатан адрес и слово «Фридриху».

Он вскрыл конверт и стал читать письмо. Тейра не видела, что было написано, но она видела, что с каждой строчкой лица родителей становились всё мрачнее. Она ещё раз заглянула внутрь и увидела текст, тоже напечатанный:

«Предупреждаем.

Не затягивайте и передайте в суд то дело, которым занимаетесь сейчас. Продолжите пытаться выгораживать Бруно Энтрипа – не сохраните свою жизнь».

– Что… Что это? – испугалась Тейра. Ей никто никогда не угрожал, поэтому письмо напугало её, хотя она не видела врагов и угроза могла казаться неявной. Тей совершенно не знала, как ей реагировать, не понимала она и того, кто же отправил это послание и приведёт ли он свою угрозу в исполнение. Что же будет делать папа? Он же знает, как поступить, верно?

– Я отнесу это в полицию, – Фридрих совладал с собой и отправил письмо в карман. – Пусть там этим и занимаются. У этого пса наверняка полно врагов. Даже не знаю, откуда они взялись… Хотя у меня появились некоторые подозрения… – он оборвал свою фразу, не закончив.

– Возможно, его кто-то подставил, – с охотой продолжила за него Гризельда. – И эти враги не хотят, чтобы его оправдали, – бодро предположила она, но её голос слегка дрожал. – Слишком вовремя – точнее, не вовремя – этот юноша там оказался.

– Этого мы точно не знаем, – Фридрих, как и всегда, не хотел гадать, не зная всего. – А письму самое место в отделении полиции, куда оно и отправится.

Фридрих ушёл, а Тейра с мамой остались сидеть за столом. Тей набирала ложкой суп и тут же выливала обратно в тарелку. Ей никак не давало покоя письмо.

Гризельда тоже была задумчивой, она устремила рассеянный взгляд в окно, где ветви деревьев шептали свои неслыханные никем стихи. От тишины Тейре было не по себе, хотя она не отличалась любовью к шуму.

– Ты можешь пойти на площадку, – наконец сказала Гризельда, заметив тоску дочери и, наверное, захотев её приободрить, – только поосторожнее.

Тейра перевела взгляд на доброе лицо матери и немного успокоилась. В любом случае, родители точно все решат. Не похоже, чтобы они сильно беспокоились. Значит, все в порядке.

– Ты чего, испугалась из-за письма? – Гризельда ласково улыбнулась.

Тейра слегка кивнула, отведя взгляд.

– С папой все будет хорошо, – продолжила мама, – скорее всего, это чья-то глупая шутка. Или пустая угроза с надеждой нас напугать. Не переживай, все будет нормально.

– Точно?

– Ну конечно. А когда было иначе?

Тейра задумалась, понимая, что это правда так. Родители никогда не допускали, чтобы с ними или Тейрой что-то случилось. Беспокоиться и правда не о чем.

– Доедай и можешь идти гулять, – сказала Гризельда и встала из-за стола, уходя в свою комнату.

Тейра доела кое-как суп, и со временем страх ее почти отпустил. Теперь логика вернула себе власть, и Тейра понимала, что доводы Гризельды абсолютно рациональны. Собачка успокоилась и стала думать только о предстоящей встрече с друзьями.

Тейре часто было обидно, когда что-то происходило без нее. У нее было несколько друзей, и Тей обожала играть с ними. Но вся компания жила близко к тому самому главному парку города. Все, кроме Тейры. А из-за того, что Гризельда не всегда могла с ней туда пойти, Тейра зачастую пролетала. А на площадке около ее дома они не играли, ведь она была для них дальше, да и неинтересная она. Это разумно. Но Тейру это обижало.

Сегодня был первый раз, когда Тейра шла сама на площадку. Не то что бы ей было стыдно гулять с мамой, нет, но все равно другие, должно быть, теперь ее зауважают. Тейра шла по проспекту, а вокруг красновато-рыжей дороги росли кипарисы и какие-то другие деревья.

Когда собачка дошла до высокой стройной пальмы, она перешла дорогу и оказалась на узком тротуаре. Перед ней зеленели деревья, неблизко, но конец пути уже манил ее нетерпеливым и влекущим огоньком. Тейра, переполняясь радостью и волнением, зачем-то припустила галопом вперед. Детство красится способностью радоваться сущей ерунде, и Тейра находилась именно на этом этапе своей жизни, так что некоторые прохожие смотрели ей вслед с легкой, рассеянной завистью, напоминающей утреннюю дымку над озером. Вот она была, а вот уже нет, и жизнь продолжается, как ни в чем не бывало.

Тейра быстро устала, и в легких неприятно щипало, но в то же время подвижная деятельность принесла ей столько радости, что она боли даже не заметила. Вот она уже на входе в парк, высокие ворота дружелюбно приглашали ее войти. Они состояли из высоких и тонких прутов, к которым крепились декоративные каменные щиты с разными резными рисунками. Тейра иногда их рассматривала, но не сейчас. Она зашла на широкий сквер, вымощенный все таким же рыжим камнем, и свернула налево. Оттуда уже возвышались башенки ее площадки.

Когда Тейра пришла, ее друзья, конечно, уже собрались. Шпиц Дон, бигль Милка, колли Ирина, французский бульдог Пит и джек-рассел-терьер Андрей. Все они были удивлены, увидев Тейру, а ротвейлерша, понимая это, с гордостью зашагала к ним, уже представляя, как они начнут наперебой высказывать, что думают по поводу случившегося.

– Тейра, привет! – крикнула Милка, моргая своими милыми добрыми глазами. Нежная тихоня нравилась Тейре больше всего из этой компании.

Но Тейра не успела ей ответить, потому что другие как раз подоспели.

– Ты одна гуляешь? – спросил Пит.

– Почему ты одна? – сказала Ирина. – Я думала, тебя не отпускают.

– А может ты без спросу ушла?! – с надеждой спросил поджарый Андрей, который славился своей непоседливостью и нежеланием соблюдать правила.

– Стоп-стоп! – важно сказала Тейра, подняв лапу. Как же здорово оказаться в центре внимания!

Щенки замолчали, ожидая, что скажет их подруга.

– Я не сбегала, Андрей, – сперва сказала Тейра, посмотрев на джек-рассела, а он разочарованно вздохнул, заметно ослабив интерес к ситуации.

– Тебя отпустили? – спросила Ирина.

– Да. Моя мама мне доверяет. Я буду осторожной и смогу гулять одна.

Щенки переглянулись. Ох, дети и правда поражаются вещам, которые того не стоят!

– Я ответила на ваши вопросы? – спросила через некоторое время Тейра. Она запомнила, как классный персонаж в театре сказал так, когда шокировал всех окружающих своим необычным заявлением. Тейра, конечно, не поняла ничего, это был взрослый спектакль, на который она потащилась из-за тети и дяди, но все же этот момент ей в душу запал.

Щенки промолчали, но было видно, что они все еще удивлены.

– Давайте играть, – сказала Тейра.

– Давайте, – кивнула Милка.

Малыши скучковались вместе, чтобы обсудить игру и ее правила.

– Я так и не поняла, как играть в эти ваши замки и короли, – сказала Тейра.

– Я тоже, кстати, – ответила Ирина. Когда ребята последний раз об этом говорили, Ирины не было. Кажется, ее возили на дачу, как скоро отвезут Тейру.

– Смотри, – сказал Дон, который эту игру и придумал, – первое королевство – это синяя горка, – он указал лапой на левую горку с тремя башнями, окрашенную в синий цвет.

– Давайте назовем ее Ледяным Дворцом, – сказала мечтательница Милка.

– Зачем?

– Чтобы было интереснее. «Ледяной Дворец» звучит красивее, чем «Синяя Горка».

– Мне тоже так кажется, – сказала Ирина.

– И мне, – согласилась Тейра.

По остальным щенкам было видно, что и они хотят остановиться на таком названии.

– Ладно, – кивнул Дон, – а красную давайте назовем «Огненный Дворец». У каждого замка есть свое сокровище.

Тейра поглядела на землю и быстро отыскала два камешка, кругловатый кусок гранита и кремень.

– Подойдет? – она продемонстрировала друзьям находку.

– Думаю, да, – сказал Пит. – У каждого замка будет свой король или королева, а также двое стражей. Главная задача – принести в свой замок чужое сокровище. Король или королева хранят сокровище и защищают его, а стража должна как раз выполнять «военную функцию».

– То есть? – обеспокоенно спросила Милка.

– То есть как раз они и проникают внутрь замка, пытаясь выкрасть сокровище.

– И да, важно, – добавил Дон, – если тебя коснулся вражеский стражник, то ты заморожен до тех пор, пока не коснется свой.

– А что насчет короля или королевы? – спросила Ирина.

– У них все так же, только им не стоит покидать свой замок. Но если их коснуться, то и они замораживаются, и можно по правилам забирать сокровище.

– Мне кажется, нам нужно больше игроков, – выразил свои сомнения Андрей. – Неудобно, когда три на три. Может позовем кого-то?

Друзья начали оглядываться по сторонам. Тейра увидела трëх кошек, которые выглядели сестрами. Все три были почти белыми с кремовыми спинками, только у одной глаза были ярко-зелеными, а у двух других – голубыми. Отличались их глаза лишь оттенками, у одной он был сероватым, а у другой насыщенно-небесным.

– Может быть, их? – спросил Андрей, который глядел туда же.

– Давайте! – крикнула Тейра и подбежала к кошкам. Не то чтобы она хотела играть с этими малявками, но они и правда могли бы оказаться полезными.

– Привет, – сказала Ирина, дружелюбно улыбаясь кошкам.

– Привет? – зеленоглазая малявка с каким-то опасением взглянула на Ирину. – Что вы хотите?

– Привет! – сказала синеглазая, а сероглазка промолчала, но глядела очень внимательно.

– Хотите поиграть с нами? – спросил Дон.

– А во что?

Щенки быстро объяснили котятам правила игры, и кошки охотно согласились. Дети вернулись к горкам и начали делиться на команды.

– Я хочу быть королевой ледяной горки, – сказала Ирина.

– Я буду королем огненной! – сказал Дон.

– Нет, я! – влезла Тейра. Она еще в начале игры выбрала себе эту роль, поэтому считала своей, а Дон, по ее мнению, присваивал себе чужое.

– Почему ты?!

– Потому что я!

– Я первый сказал!

– Мне плевать, а я первая подумала.

– Это не считается!

– Считается!

– Это я игру придумал!

– Мне все равно.

Оба щенка оскалились друг на друга, а Тейра так злилась, что Дон отказывается признать ее «корону», что была готова вцепиться в него зубами. Она должна быть лидером! Она главная, а не этот мелкий шпиц!

Остальные видели, что конфликт между двумя властными площадочными монархами может привести к серьезным последствиям (особенно для Дона, который был чуть ли не в пять раз меньше Тейры). Поэтому и они принялись спорить между собой.

– Пусть Тейра будет королевой! – сказала Ирина. Это было очевидно, потому что колли считала Тейру более близкой подругой, чем Дона.

– Вот! – сказала Тейра. – Послушай собаку, которая умнее тебя!

– Я не тупой! – возмутился Дон.

– Все шпицы тупые, – сказал новый голос. Это была кошка с травяными глазами.

Остальные взглянули на нее с некоторым удивлением.

– Почему? – спросила Милка.

– Какая разница?! – горячо воскликнул Дон. – Это чушь кошачья!

– Что?! – возмущенно переспросила зеленоглазая. – По-твоему, кошки несут чушь?

– Ну вообще-то да, – нагло сказал Андрей, – вы точно тупее шпицев.

– Я тебе глаза выдеру, если еще раз это скажешь! – зеленоглазая угрожающе распушила загривок и двинулась на джек-рассела.

Дон и Андрей оскалились, Ирина глядела на кошек с презрением. Тейра совсем не понимала, что происходит, ей уже не было сильно важно, кто станет огненным монархом. Она не понимала, почему кошки и собаки вдруг поругались. Ведь они же так прекрасно общались.

Но и Тейра быстро вышла из себя, а после слов зеленоглазой о том, что собаки безмозглые и только кусаться и умеют, захотела сама же вцепиться ей в хвост. Она ринулась на нее, но вдруг тонкий голосок звонко крикнул:

– Перестаньте! Что вы ссоритесь на ровном месте?!

Это кричала Милка. Тейра отвернулась от кошки, глядя на тихоню. Ее глаза, блестящие и печальные, были слегка наполнены слезами, и собачка закрыла часть лица длинными висящими ушами.

– Не надо ругаться. Какая разница, кошки, собаки? Мы все живые и одинаковые. Не надо из-за этого кричать друг на друга. Относитесь ко всем одинаково…

Щенки и котята переглянулись между собой, осознавая ее правоту. Они хотели поиграть, а не устроить скандал. Да и из-за чего? Не случилось ничего плохого. Тейра остыла и почти не чувствовала злости. Но это не значит, что ей перестала быть противной та зеленоглазая дура. Она кричала ужасные вещи про собак, и было ясно, что так она и думает. Но ничего не поделаешь, она уже играла с ними.

– Будем играть? – неуверенно спросила остальных сероглазая.

– Да, – ответила Ирина, – на чем мы остановились?

– Мы выбирали монарха для огненного дворца, – напомнила ей Милка, – Тейра или Дон.

– Может, провести голосование? – сероглазая кошка окинула взглядом товарищей. – Я знаю, что иногда так делают при решении политических вопросов.

– О, да, давайте! – крикнул Андрей. – Голосование!

– Точно, – сказала Тейра, – нас как раз нечетное количество, ничей быть не может. Голосуют все!

– Какое-какое количество? – спросил Андрей, но никто ему не ответил.

Дон не выглядел очень довольным таким решением. И Тейра понимала, почему. Как-то так получалось, что он часто ссорился со всеми в классе из-за своей заносчивости, и гораздо чаще Тейры, несмотря на её вспыльчивый и немного взрывной характер. Поэтому ротвейлерша была уверена в своей победе.

Оба кандидата встали по разные стороны от песочницы.

– Вставайте рядом с тем, за кого голосуете! – крикнула Тейра.

Дети начали думать. Ирина и Пит сразу встали напротив Тейры, а Андрей принял сторону Дона. Остались кошки и Милка. Тейра понимала, что Милка не хочет принимать ничью сторону, потому что не любила кого-либо обижать.

– Если ты не за меня, то мы больше не друзья, – сказала Тейра, надеясь, что это достойный стимул проголосовать за нее.

В глазах Милки мелькнул испуг, и она поспешила подойти к сторонникам Тейры. Ротвейлерша самодовольно улыбнулась, глядя с какой-то немного властно на подругу, а она потупила взгляд и тоже улыбнулась.

Остались котята. Они не знали никого из щенков хорошо, поэтому им было сложнее всего сделать выбор. Зеленоглазая кошка скривилась и смотрела на щенков змеиным взглядом. Было видно, что она не хочет голосовать ни за кого, потому что оба ей не нравятся. Но ее изумрудные глаза остановились на Тейре, и та увидела в них ненависть. Зеленоглазая медленно прошествовала на сторону Дона. Зато голубоглазая энергично прыгнула к Тейре, улыбаясь. Она создавала впечатление беспечной и даже немного легкомысленной особы, но радости от жизни ей точно не занимать. Похоже, она даже не поняла, почему ее сестры поругались с щенками.

Сероглазая кошка осталась одна. Оба конкурсанта пронзали ее жадными взглядами, ведь она была надеждой каждого. А сероглазка с выбором не спешила. В отличие от легкомысленной сестры, эта кошка выглядела не по возрасту серьезной. С виду она – потухший уголек, пламя которого неизвестным образом умерло слишком рано. Бесцветные глаза не выражали душевных процессов, однако было в них что-то глубокое и живое, но по-своему.

– Я тебе дам один золотой, если проголосуешь за меня! –сказал Дон.

– А я… – Тейра быстро начала думать, как перетащить кошку к себе, – а я отдам мою коробку с конфетами.

– У меня есть дорогой набор печенья, и я дам тебе половину! – сказал Дон.

Тейра разозлилась, но не подала виду. Дон был ужасно избалованным, потому что его родители очень много зарабатывали! Тей как-то ходила к нему в гости и видела, как он буквально купается в дорогих вещах. Поэтому нужно задавить его, орудуя неприятными фактами.

– А у Дона блохи! – сказала Тейра. – Ты можешь подцепить! И тебя постригут налысо!

– Что?! – Дон сердито выпучил свои и без того большие глаза, а Тейра ухмыльнулась, довольная тем, что вышла вперед.

– А еще он писается во сне! – сказала она. – Я сама видела, мы к нему с ночевкой ходили!

– Ах так… – Дон уже захлебывался слюной, так его переполняла досада. – Зато Тейра…!

Тейра устремила на шпица победный взгляд, видя, что никаких аргументов он привести не может. Повисло напряжение, и Дон уже издал звук, собираясь что-то сказать, как вдруг сероглазка его прервала, взмахнув хвостом и подняв лапу.

– Перестаньте. Это унизительно, вы не находите? Вы сами себя позорите, когда так себя ведете. Это просто игра.

– Но ты должна проголосовать! – крикнула Тейра.

– Я вас обоих не знаю. Но ты, – она кивнула на Тейру, – физически сильнее, поэтому будет разумно выбрать тебя.

Сероглазка медленно прошествовала к Тейре. Она ожидала увидеть на морде кошки достоинство и высокомерие, но все ее движения были свободны, она ничего из себя не строила. Никогда еще Тей не видела детей, говорящих, словно взрослые.

Дон понурил голову, понимая, что он проиграл. Он насупился и отвернулся от остальных, чтобы не видеть триумфального злорадства Тейры. А она, словно подлинная королева, поднялась по ступеням на горку и положила лапы на перекладину, сверху вниз глядя на друзей и площадку, как на свои владения.

– Теперь что? – спросила Ирина.

– Теперь надо распределиться по королевствам, – сказал Андрей, – королевы должны выбрать тех, кто будет в их команде.

– Выбери меня, Тейра! – сказал Пит, глядя на ротвейлершу.

– Подождите, – сказала сероглазка, – как мы разделимся на две равные команды, если нас нечетное количество?

– Какое количество? – Дон, наконец, повернулся к остальным.

– Нечетное, мы пополам не поделимся. Кто-то один лишний.

– Пусть Дон не играет! – крикнула Тейра, а Дон в ярости сверкнул на нее глазами.

– Принимается ли должность судьи? – спросила сероглазка.

– Судьи? – Тейра взглянула в ее серые серьезные глаза.

– Да. Если вы поругаетесь (а это точно случится), то судья рассудит, кто прав. А еще он может следить, чтобы правила не нарушались.

– Ооо, давайте я! – Дон снова прибежал на середину площадки, желая приобрести важную должность.

– Из Джейн судья получится лучше, – сказала зеленоглазка, кинув на шпица ядовитый взгляд.

– Согласна! – поддержала ее голубоглазая сестра.

– Я так и хотела сказать, – кивнула сероглазка Джейн, – я собиралась предложить свою кандидатуру.

Дон снова насупился и уселся на скамейку, скрестив лапы на груди.

– Ладно, пусть Джейн будет судьей, – сказала Тейра, – Милка, ты иди в мою команду.

– Кстати, – сказала Джейн, – может, нам стоит познакомиться? То что вас двоих, – она по очереди оглядела Дона и Тейру, – зовут Тейра и Дон, я поняла. А остальных?

– Меня зовут Милка, – сказала собачка-бигль с горки Тейры, где она уже сидела.

– Я Ирина, – сказала колли, – Андрей, давай ко мне.

Джек-рассел поднялся к ней на синюю горку и взглянул сверху на кошку.

– Ну, ты уже поняла, что я Андрей, да.

– Я Пит, – сказал бульдог, – Тейра, так возьмешь меня?

Ротвейлерша закатила глаза, а потом кивнула.

– Ладно, так и быть.

Пит обрадовался и поднялся к ней на красную горку.

– Ээээ… – Ирина поглядела на синеглазую киску, не зная, как ее назвать.

– Я Салли, – сказала синеглазка, – мне к тебе?

Ирина кивнула, и Салли изогнула лапы, напрягая их, как пружины. Через секунду она подлетела в воздух и оказалась рядом с колли. Тейра тут же почувствовала укол зависти, ей сильно хотелось почувствовать, что значит прыгать так высоко, как кошка. Как жаль, что собаки так не умеют…

Тейра посмотрела на зеленоглазку, а та на нее. Выбора не было, эту токсичную придется принять…

– Ну иди сюда, – буркнула ротвейлерша.

Зеленоглазка снова обожгла щенят своим зеленым пламенем глаз и неторопливо забралась наверх по перекладинкам.

– Можете начинать, – сказала Джейн.

Тейра взяла из лап Милки свой кремень и крепко сжала. Ее «подданные» тотчас ринулись вниз, в гущу войны между ее государством и владениями Ирины, ставшей теперь королевой-противницей. Тейра села наблюдать, чувствуя удовлетворения от того, что они будто сражаются за нее. Но зеленоглазка не очень-то хотела спускаться.

– Эй, – Тейра строго на нее посмотрела, – алло? Вперед.

– Пошла ты, – процедила кошка в ответ.

Тейра тут же вспыхнула. Она капитан команды, как эта кошка смеет! Пора научить ее правильно себя вести! Тейра пихнула ее к горке, но кошка в ответ больно прошлась по ее лапе когтями.

– Ай! Ты что такая вредная?! – крикнула Тей. – Дура!

Зеленоглазая зашипела и снова приготовилась ее поцарапать, но Тейра увернулась. В этот момент Джейн запрыгнула на горку.

– Хватит, – сказала она, и ее тон внушал некое уважение, так что Тейра невольно расслабилась и отошла от зеленоглазой.

– Кейт, иди выполняй свою роль, или не играй, – сказала Джейн.

Кейт громко фыркнула и спрыгнула вниз, на резиновое покрытие. У Тейры не было желания смотреть, куда она пойдет дальше. Тей вместо этого с интересом поглядела на Джейн, которая села рядом и начала внимательно наблюдать за игрой.

– Ты старше своих сестер? – спросила Тейра. Эта кошка ее очень интересовала своей необычностью.

– Нет, – ответила Джейн, – я младшая.

– А… почему ты тогда умнее них?

Джейн перевела взгляд на Тейру, и уголок ее рта слегка приподнялся, словно ротвейлерша сказала что-то смешное.

– Биологический возраст не всегда соответствует ментальному.

Тейра сощурила один глаз, потому что ничего не поняла, но переспросить не решилась.

– Вы придумали интересную игру, – сказала Джейн, снова наблюдая за тем, как Андрей преследует Милку, – я интересуюсь политикой. Игры должны развивать детей, и эта развивает.

– Но разве в игры играют не ради веселья?

– Обычно да, но я предпочитаю более интеллектуальные занятия. Мне нравятся книги по истории и психологии.

– Ты что, сама читаешь книги? – удивилась Тейра. – И тебе нравится?

– Да, а тебе нет?

– Обычно нет… мне нравится, когда мне кто-то читает.

Джейн хмыкнула.

– Андрей, кусаться нельзя! – крикнула она вниз, а потом снова взглянула на Тейру. – Книги дают нам знания, а знания – это то, для чего мы рождаемся. Негоже быть бесполезной биомассой, на то есть дождевые черви.

– Эээ, что?

– Не важно, – Джейн тихонько вздохнула, – ваша игра показывает упрощенную реальную жизнь. Мне легко в ней разобраться, потому что я читала в одной фантастической книге о похожем. Эту книгу написал один умный кот, который прекрасно разбирался в обществе. Вместе с интересной историей я получила прекрасные знания.

– Может, ты знаешь, как нам победить?

– Знаю. Но я судья, и должна сохранять нейтралитет. Я никому не помогаю.

Тейра слегка обиделась, хоть и понимала, что она права. Но эта кошка была слишком необычной и умной, чтобы портить с ней отношения. Поэтому собака решила продолжить разговор.

– А у меня сегодня интересная штука случилась. Тоже как в книге.

– Какая?

– Папе сегодня пришло письмо с угрозой. Я сначала испугалась, но мама сказала, что это шутка.

– Почему ему пришло это письмо?

– Он работает следователем. И сейчас он пытается защитить какого-то пса-мага, который якобы убил кого-то там.

– Этого пса обвиняют?

– Ну, да. И папин начальник, похоже, не хочет, чтобы его оправдали.

– А ты видела этого начальника?

– Нууу, нет. Я иногда наблюдаю, сижу в полиции в коридоре, когда жду папу. Меня пускают. Но в этот раз нет, не видела.

– А что ты знаешь об этом псе?

– Папа говорит, что это точно не он. Убили этого чувака темной магией, а он светлый маг. Папа сегодня так сказал.

– Если это так, то, возможно, кто-то его подставил. И этот кто-то мог быть темным магом. Я читала нечто подобное в одном детективе, он назывался «Ветер за окном». Жертве присылали письма с угрозами, а потом ее убили.

– Но… кто и зачем это сделал? И почему они хотят убить папу, а не этого пса?…

– Все просто, это было бы подозрительно. А твой отец стоит у них на пути. Они пытаются его запугать, но если не получится… кто знает, что может быть.

Тейра забеспокоилась. Спокойный тон Джейн и ее серые суровые глаза заставляли ей верить.

– Что теперь делать?…

– Может быть, это и не так. Я не знаю. Но мне почему-то кажется, что враги этого пса-обвиняемого – коты. Или еще кто-то, кто недолюбливает приезжих собак… Ты видела, что произошло перед игрой. У взрослых все так же, только сложнее. Последние годы очень напряженные, неприязнь двух видов растет. Да и не только между котами и собаками. Например, между коренным населением Итриландии и потомками переселенцев, как мы с тобой. И я уже слышала о случаях, когда кому-то причиняли вред из-за того, что он принадлежит к другому виду. Или, например, за то, что владеет магией. Ты же знаешь, многие не доверяют магам. Дай угадаю, босс твоего отца – кот?

– Не знаю…

– Не удивлюсь, если кот.

– А п-почему мы просто не можем дружить друг с другом?

Джейн пожала плечами.

– Мы слишком разные. Так, что они там опять подрались? Я пойду их разнимать.

Джейн спустилась вниз и пошла к дерущимся Питу и Андрею. Тейра уже не наслаждалась игрой, ее всерьез обеспокоили слова Джейн. Она много знает, и, похоже, она права. А если с папой действительно что-то случится?

Тейра чувствовала ком в горле, и ей хотелось поговорить с мамой. В конце концов она не выдержала.

– Ребят! – крикнула она, скатившись с горки вниз. – Стоп-игра!

Остальные прекратили играть и посмотрели на Тейру.

– Я домой пойду, – сказала она, – Джейн может меня заменить.

– Лучше я! – крикнул Дон.

– Нет, Джейн! – оскалилась Тейра.

– Пока, – сказала Милка.

Ирина помахала лапой, и Пит тоже тихо попрощался. Он каждый раз расстраивался, когда Тейра уходила. В классе шептались, что бульдог в нее «втюрился».

– Пока, – сказала друзьям Тейра и пошла к дороге. Внизу, среди травы напевали свои стрекочущие песенки кузнечики. Гуляющие в парке наполнялись умиротворением леса. Мир будто желал добра, однако внутри Тейры разгоралась буря.

– Дон, ты можешь быть королем, – услышала Тейра голос Джейн сзади, – я не возражаю.

Тейре было почти все равно, так что она даже не обернулась. Почему-то сейчас ей было страшнее, чем когда она говорила с Джейн. Ее слова звучали в ушах, словно тревожный колокол на крыше ее школы, в который звонят при пожарной тревоге. Папа в опасности! Нужно что-то сделать!

Тейра обычно с осторожностью переходила дорогу, но сейчас почти не смотрела по сторонам. Благо, все кончилось хорошо. Тей прошла по тротуару, дойдя, наконец, до своего дома. Она открыла ключом ворота, не забыв запереть изнутри. После этого на всякий случай окинула взглядом двор. Ничего примечательного, все те же качели-скамейка с резным узором, тот же белый стол на тонюсеньких ножках с корзиной, наполненной красными нектаринами. Тейра вздохнула и поднялась по ступеням, открывая дверь в дом.

Внутри все было спокойно. Тейра поднялась на второй этаж и заглянула в комнату родителей. Дверь туда была открыта, и собачка сразу увидела свою маму, читающую на кровати роман.

– Мам.

– Тейра? – Гризельда подняла на нее свой удивленный взгляд. – Ты что не гуляешь?

– Я нагулялась…

Тейра зашла в комнату и села рядом с мамой.

– С папой… точно все будет хорошо?

– Тей, – Гризельда провела лапой по макушке Тейры, успокаивая ее, – не переживай. Говорю же, это просто угрозы. У тех, кто работает в полиции или в суде, иногда это бывает. Может быть, этого беднягу убили какие-то бандиты, а они всегда стараются прикрыть себя. В любом случае, если папа не волнуется, то и ты не переживай. Полиция скоро разберется, они ничего не успеют сделать.

– А мне одна кошка сказала…

– Что?

Тейра набрала в легкие побольше воздуха и пересказала маме ее разговор с Джейн. Ей стало так не по себе, что она испугалась, как бы ей не прослезиться.

Когда она закончила, Гризельда улыбнулась и обняла дочь.

– Глупенькая ты моя, эта кошка сама ничего не знает, а стоит из себя умную. Не слушай ты кого попало. Все будет хорошо. Эта кошка, по всей видимости, сама ненавидит собак, вот и захотела тебя напугать.

Тейра посмотрела в ее рубиновые глаза, но мама говорила искренне. Да и почему бы она должна лгать? Мама всегда говорила правду и редко ошибалась.

– Иди поиграй, – сказала ей Гризельда, – не переживай.

Тейра перешла в свою комнату, оглядев полки с многочисленными игрушками. Обычно она легко придумывала, чем ей заняться, но сейчас игрушки выглядели такими бестолковыми. Думала Тей только о Джейн и ее словах. Ее умные серые глаза перевидали много страниц книг, и, казалось, она и правда знает все.

Тейра села на стульчик, скинув с него плюшевого мишку. Она положила подбородок на лапу, глядя в одну точку на столе. Ей ничего не хотелось.

Спустя несколько минут Тейра вдруг встала и спустилась вниз, в гостиную. Там стоял большой шкаф, а на его полках пестрели самые различные книги. Родители Тейры очень любили читать и пытались привить дочери это качество, но ей чтение всегда наводило скуку. Глупые буквы на глупых белых страницах, еще следи за ними…

Но сейчас Тейра как-то по-новому смотрела на чтение. Ведь это тот же разговор, только мысленный. С автором, но через бумагу. Нужно найти книгу, где могут содержаться подсказки!

Тейра начала оглядывать книги, читая их название. Одна красная обложка с золотыми буквами показалась ей заманчивой. Она называлась «О кошках и собаках». Тейра вытащила ее и осмотрела обложку. Такими же золотыми линиями были вырисованы силуэты лабрадора и кота, которые стояли напротив друг друга, а глаза их выражали взаимную неприязнь.

«Мы две стихии, вынужденные жить бок о бок. Но что, если вдруг пламя решится уничтожить лед? Тогда на него хлынет вода, которая потушит огонь, и обе стороны будут стерты с лица Земли».

Тейра не понимала, как связаны лед, пламя, собаки и кошки, но все же унесла книгу к себе в комнату. Ротвейлерша легла на кровать, открыв ее и начала читать.

Поскольку Тейра обычно дремала на литературе, она не поняла, что книга относится к научно-публицистическому жанру. Она все ждала, когда же начнутся события и закончатся описания поведения собак и котов, но страница за страницей была наполнена этой многочисленной теорией. Тейра, тем не менее, сильно зачиталась. Она все ждала, когда же закончится интересное, чтобы пролистать вперед и поискать само начало сюжета. Но не могла оторвать глаз от статей.

Надо же, оказывается собаки и кошки правда много чем отличаются! Тейра всегда считала, что единственное отличие – разная внешность, но коты даже думают иначе! И чувства у них тоже другие. Тейра увидела, что, оказывается, некоторые коты считают собак глупее себя. И якобы , по мнению этих котов, псовым хуже даются технические науки и политика, и вообще они слишком эмоциональны и предаются чувствам. Думают сердцем, а не головой. А собаки, в свою очередь, считают, что кошки не способны кого-либо любить, привязываются только к обстановке и пользуются друзьями и семьей. Автор опровергал обе эти точки зрения. Тейра читала и узнавала невесть сколько нового.

Но факт был в том, что Джейн оказалась права. Автор приводил аргументы в пользу того, что коты с псами и правда не ладят только из-за разных видов. И да, вполне возможно, что какие-нибудь коты могли желать папе зла… Тейра чувствовала, как внутри нее все тряслось.

Наконец Тейра поняла, что ее голова больше не работает. Она отложила книгу и вернулась в гостиную, садясь на диван. На стене висели такие часы, с которыми Тейре было просто разобраться, там были прописаны все цифры, тогда как на ее часах цифры были римскими, и прописаны были только «3», «6», «9» и «12». Родители повесили их Тейре с расчетом на то, что она выучит римские цифры и научится ориентироваться во времени, но Тейра вместо этого бегала в гостиную. Для энергичного щенка это проблемой не было.

Тейра смотрела и смотрела на часы, ожидая, когда вернется Фридрих.

***

Фридрих опоздал к ужину. Гризельда не сильно беспокоилась – в дни, когда у него было много работы (а сейчас её явно было немало), такое случалось часто. Но вот Тейра перепугалась не на шутку. Она каждую секунду изводила себя сильнее и сильнее.

Но когда в двери послышался ключ, Тейра облегченно выдохнула и вышла из гостиной. Гризельда как раз тоже шла к двери и заметила дочь.

– А ты что там делала? – удивленно спросила она.

– Эээ… – Тейра потупила взгляд, потому что ей было неловко признаваться, что она не удовлетворилась словами мамы и весь вечер переживала.

– Что? – Гризельда настороженно склонила голову набок.

– Я читала просто, – выпалила Тей.

– Ты? Ты читала?

Тей кивнула, отводя взгляд. А Фридрих в это время как раз вошел в дом.

– Привет, дорогие, – сказал он и улыбнулся. Гризельда на время отвернулась от Тейры и подошла к нему, чтобы чмокнуть в нос.

– Представляешь, Тей читала, – сказала она.

– Правда? – Фридрих с явной гордостью посмотрел на смущенную Тейру. – А что ты читала?

– Ту красную книгу про собак и кошек…

– Ээээ… Это же взрослая книга. Она сложная для твоего возраста.

– Мне было интересно, – Тейра пожала плечами.

Родители переглянулись, но было видно, что они в любом случае очень довольны дочерью.

– Ладно, Тей, можешь идти есть, – сказала Гризельда, – только книгу за стол лучше не бери.

– Испачкается?

– Да, и вообще это вредно для желудка. Это я тоже из литературы знаю.

Тейра кивнула.

– Хорошо.

Через пять минут семья уже сидела за столом. На этот раз Тей внимательно следила за беседой по поводу папиной работы, стараясь уловить все слова и движения родителей, чтобы понять, что они на самом деле думают.

– Пока не могу подписать. Нужно учесть, что он может скрытно владеть тёмной магией. Я знаю несколько способов доказать, что это не так, но на это потребуется некоторое время, – рассказывал Фридрих за ужином. – Я говорил с его адвокатом сегодня и передал ему, что ему стоит сделать, если все-таки эти… Бандиты попытаются как-то мне помешать. В таком случае у него останется всё, что я сумел найти и что ещё можно будет доказать, и в случае чего он сможет помочь своему подзащитному.

– Папа, – Тейра решила, что спросит побольше об этом деле. Ей хотелось знать все.

– Да?

– А твой начальник, он… кот, да?

– Почему кот? Коты не всегда желают нам зла, это всего лишь стереотипы, – он улыбнулся, но Тейра видела, что не так уверенно, как всегда. В глазах отца поселилась какая-то едва заметная печаль.

– Но он же кот?

Фридрих вздохнул, сделав глоток чая.

– Да, кот. Этот, похоже, очень не любит нас. Я уже второй раз поругался с ним сегодня, и он за весь разговор несколько раз использовал слова «псина» и «слюнявый». Пока из другого кабинета не вышел начальник повыше, он не успокоился.

– Это он про тебя так сказал? – удивилась Гризельда. Лицо её было спокойным, но глаза, отливающие красным, передавали настороженность и неодобрение.

– Нет, конечно, такую грубость по отношению ко мне он все-таки прямо допустить не может. Это он Бруно так назвал.

Тейра сжала губы, глядя в свое отражение в кружке. Как же она ненавидела эти слова! Но Джейн оказалась права… несмотря на слова мамы.

Гризельда бросила растерянный взгляд на Тейру, не понимая, почему она так рассердилась.

– Кстати, я тут рекламу видел, открывают новый парк. Хотите, на выходных сходим? – Фридрих улыбнулся, и Тей забыла о своих тревогах.

Она радостно завиляла хвостом:

– Конечно, конечно, пап!

– Я тоже за, – усмехнулась Гризельда. – Хотя если Тейра решила, мы её всё равно не переубедим.

Глава 2. Освобождение

Тейра начала с нетерпением ожидать выходных. Они договорились сходить в парк в воскресенье, а в тот день была среда. Каждый день Тей смотрела на календарь со странной надеждой, что число волшебным образом перепрыгнет на воскресенье, но такого, разумеется, не происходило.

Но ожидание и приятное волнение омрачались тем, что и в четверг, и в пятницу приходили схожие с первым послания. Никаких новых требований неизвестный не выдвигал, ему нужно было только чтобы Фридрих отказался от своих планов насчёт оправдания Бруно Энтрипа. Но он этого не делал. Все письма он относил в полицию, где ему говорили, что уже расследуют это.

– Знаешь, что странно? – спросила Гризельда в пятницу утром, прочитав новое письмо. – Обычно во всяких детективных романах и ужастиках преступники запрещают адресату обращаться в полицию. А тут им как будто всё равно.

– Я бы понадеялся, что они просто не знают, но мне это не кажется вероятным. Возможно, они самоуверенны и верят, что их не найдут. Хотелось бы мне, чтобы они переоценили себя!

В четверг Тейра услышала из разговора Фридриха и Гризельды, что папа наконец-то собрал всё, что ему было нужно, и решился завтра же подписать документы. Тейра весь день ходила будто на иголках, и изо всех сил старалась не подавать вида, потому что не хотела, чтобы родители беспокоились еще и из-за нее.

***

В пятницу Тейра проснулась поздно. Она села на кровати, протирая глаза, а потом взглянула на часы. После некоторых усилий ей удалось понять, что уже пол-одиннадцатого.

После пробуждения, как это всегда бывает, Тейра плохо помнила ночь. Во сне всë кажется реальным, но, стоит проснуться, оно улетает.

Однако эта ночь была напряжённой. Тейра вспомнила, как она проснулась где-то в три часа. Из окна в лицо светила полная луна, бросая на пол зловещие призрачные разводы. Тейре кто-то говорил, что при полной луне часто могут сниться кошмары, но до сегодняшнего дня она не верила.

Во сне Тейра была одна в заброшенном здании. Где-то издалека слышались крики, казавшиеся ей знакомыми, но сколько собачка не бегала по темным пустым коридорам, найти их источник она не могла. Тейра в раннем детстве боялась темноты, но быстро смогла избавиться от этого страха. Но сейчас ротвейлерша будто снова стала младенцем, беспомощным и трусливым. Такой она себя чувствовала среди этих темных стен.

Тейра, после двухчасовой, как ей казалось, беготни, выбилась из сил и просто плелась вперед, не задумываясь ни над чем. Теперь крики причиняли ей лишь печаль, и не более. Но каким-то образом она вышла в большой зал, который был наполнен лунным светом. Он пробивался внутрь через большое круглое окно, заполнявшее почти всю стену. Ночное светило круглой тарелкой блистало на беззвездном иссиня-черном небе.

Тейра испуганно вжала голову в плечи и осторожно начала идти по залу. Это место не внушало ей доверия, почему-то казалось, что оно проклято. Когда собачка дошла до середины зала, она заметила около окна небольшой силуэт с треугольными ушами. Крохотный незнакомец имел щуплую фигурку, узкие плечи и вообще выглядел одиноким и беззащитным. Тейра немного успокоилась, останавливаясь и стараясь его разглядеть, но видела только безликую черную тень. Подать голос она так и не решилась, но смогла подойти поближе.

Тейра подошла совсем вплотную к незнакомцу, и только тогда ей удалось получше его рассмотреть. Это был кот, а точнее, кошка. Об этом говорило маленькое и изящное телосложение. У нее была светлая шерсть, а глаза в темноте походили на блестящие капельки.

Луна за окном будто подползла поближе, как ленивая черепаха, заглядывая внутрь. Тейра увидела лицо кошки. Это была Джейн. Только сейчас ее глаза казались до ужаса холодными и жестокими, и она с кровожадной ненавистью глядела прямо на Тейру.

Ротвейлерша отпрянула, когда на нее нахлынула волна злобы. Ее вдруг бросило в дрожь.

– Мы никогда не сможем жить с вами мирно, – прокурлыкала Джейн с явной угрозой в голосе, – мы слишком разные. Кто-то из нас выживет другого из Итриландии. Собакам здесь не место. А ты упустила момент. Слишком поздно. Мы доберемся до вас.

– Что?! – Тейра вскричала с ужасом, но все вокруг начало гаснуть.

Сила притяжения неумолимо тянула ее вниз, а пол рассыпался на миллионы крохотных осколков. Темная бездна заглатывала собаку, а вокруг билось о стены эхо от слов Джейн.

– Мы доберемся до вас, – шептало оно.

Тейра зажмурилась от ужаса, и ей казалось, что ее сердце сейчас выпрыгнет из груди. Она вся тряслась, но неумолимо проваливалась дальше во тьму.

– Мы доберемся до вас.

Тейре после пробуждения было нехорошо на душе, и из-за этого она сердилась. А Джейн казалась ей врагом, хоть собачка и понимала, что настоящая кошка к ее сну не может иметь никакого отношения. Кошки действительно слишком холодные, тихие и злые. Даже когда они на горке говорили с Джейн, та не проявила ни тени эмоций! Они просто не способны заботиться и сострадать.

– Тейра? – откуда-то издалека послышался голос Гризельды.

Мама открыла дверь в комнату Тейры и заглянула внутрь.

– О, ты уже встала? – приветливо спросила она. – Иди завтракать, омлет на столе.

– А папа ушел?

– Да… а почему ты спрашиваешь?

– Да так… просто. А можно мне сегодня опять погулять в парке?

– Ну, да, можно. Только сначала завтракать, – она улыбнулась и кивнула головой в сторону лестницы, – умывайся и садись за стол.

Тейра кивнула, и Гризельда ушла вниз. Собачка неохотно встала и оделась, заправила кровать и спустилась вниз, в ванную, чтобы умыть мордочку.

Когда Тейра все сделала, она пришла на кухню и кое-как заставила себя съесть жареное яйцо с сырным бутербродом.

– Ты же любишь яичницу, – сказала Гризельда, сидя за противоположным стулом, – что такое? Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да… просто нет аппетита, прости. Можно не доедать этот бутерброд? В меня не лезет.

– Не лезет так не лезет… – Гризельда взяла бутерброд и сунула кусок себе в рот.

Тей встала со стула и пошагала прочь с кухни.

– Тей, точно все нормально? Ты же не волнуешься из-за писем, да?

Тейра помешкала, потому что врать она не очень любила. Но все же выдавила:

– Конечно нет. Полиция же все уладит.

Она оглянулась назад, посмотрев маме в глаза. Та улыбнулась, но Тейре показалось, что в ее глазах она видит беспокойство.

– Главное будь осторожна на улице, – тихо сказала она, – и не ходи с чужими никуда.

Старые правила! Тейра давно их знает, чуть ли не с младенчества. Но всё же она кивнула и пошла в коридор, быстро схватив с крючка свой ключик. Она отперла дверь и вышла на улицу, особо тщательно закрыв за собой.

Тейра шла на площадку неторопливо, обдумывая последние события. Она понимала, что ей не стоит беспокоиться, но почему-то сильно хотелось все узнать о том, что происходит в полиции. Это было так странно, что Тейра больше не могла гадать.

Собачка дошла до парка, а потом и до площадки. Она выглянула из-за инжирного дерева, смотря на их детское королевство с двумя горками. Ребята снова увлеченно играли, бегая и визжа. На этот раз монархами стали Дон и Джейн.

Тейра подняла глаза на Джейн, восседавшую наверху синей горки. Одна ее маленькая лапа лежала на перекладине, а бесцветный взгляд окидывал все, что происходило внизу. Тейра прекрасно видела ее безэмоциональный взгляд, почти такой же, как во сне. Она вспомнила этот холодный и кровожадный голос и как невидимые лезвия, которыми Джейн управляла взглядом, будто вонзились ей в грудь, вскрывая ее и доставая душу.

Тейра наполнилась каким-то непонятным ужасом. Ей не хотелось идти туда, и она поняла, что не сможет больше находиться рядом с Джейн. Тейра словно в тумане развернулась и зашагала в обратную сторону, боясь обернуться и столкнуться с серыми глазами.

Тейра опомнилась, когда оказалась на перекрестке, возле самой дороги. Рядом росла старая пальма, словно зонт закрывая голову собачки от безжалостных лучей солнца. Тей села на скамейку, чтобы решить, чем ей заняться. Но она знала точно, что играть на той площадке больше не захочет очень долго.

Тей посмотрела по сторонам. Справа длинный проспект, ведущий к ее школе. Сзади жилые дома, в том числе ее дом. Впереди парк, а слева, если пройти, культурный центр их городка. Большинство взрослых ходило на работу именно туда. Там был и полицейский участок, где сейчас работал папа.

Тейра встала, и, перейдя дорогу, направилась к самому оживленному месту. Там будет точно интереснее, чем дома.

Тей шла примерно полчаса, и постепенно вокруг нее появлялось все больше крупных зданий и народу. Здания были выполнены в каком-то королевском стиле, с колоннами, треугольными крышами, башнями. Вот Тейра увидела центральный банк, куда ее родители часто ходили. А сзади какой-то гигантский торговый центр с большими стеклянными окнами. Тей сначала хотела пойти туда, но испугалась, что ее там одну просто затопчут. Нужно найти более спокойное место и подождать чуть-чуть до приближения конца папиного рабочего дня, потому что Тейра собиралась прийти и подглядеть. Как правило, ближе к вечеру никто уже не возражает, чтобы её пустить.

Тейра решила пойти в библиотеку, которая виднелась впереди. Это было темное здание, выполненное в готическом стиле, с острыми возвышениями, башнями, царапающими небосвод, и узкими, высокими окнами. Тейра была там только один раз, в пять лет, с папой, когда ему нужно было взять какую-то книгу по истории.

Тейра зашла через главный вход, и над ней запестрели изображения, нарисованные на потолке тоннеля. Это были какие-то мистические и сказочные персонажи, которых Тей не знала. Среди них было много крылатых кошек и собак, многоглавых чешуйчатых монстров, птиц с жуткими головами и прочего. Тейра торопливо вышла в главный зал.

Потолок выглядел как большая стеклянная пирамида. Зал был круглым, и возле стен стояли высокие лабиринты книжных полок. Рядом с ними были многочисленные подвижные «балконы», с помощью которых можно было подниматься наверх и брать книги сверху.

– Здравствуйте, – сказала Тейра, подходя к столу библиотекаря.

– Привет, девочка, – сказал старый орангутан за столом, на которого Тейра смотрела, почти не поднимая головы.

– Можно мне книгу взять?

– А ты у нас зарегистрирована?

– Эм, не думаю.

Дедушка взял черную книжку и ручку, нажав на кнопку на ее конце.

– Как тебя зовут? Я тебя запишу и можешь брать любую книгу.

– Тейра Лайшер.

Орангутан нацарапал в книжке ее имя, а потом снова повернулся к Тейре.

– Какую книгу хочешь?

Тейра задумалась, глядя в сторону.

– А есть у вас детектив… Ветер… Ветер у окна?

– Ветер за окном?

– Да, вот, точно.

– Сейчас-сейчас.

Орангутан повернулся к маленькому магическому шарику, который Тейра заметила только сейчас. Он дотронулся до него, несколько раз провел по нему рукой. На столе появилась толстая и не очень новая книга в твердом переплете, на обложке которой виднелась картина в тёмных тонах с окном, за которым бушевал шторм.

– Возьмешь домой? – спросил орангутан.

– Тут почитаю, – сказала Тейра и забрала книгу.

Тей прошла вдоль столов, держа в лапах книгу, и села за свободное место. Рядом с ней сидела какая-то овчарка в очках, которая бросила на ротвейлершу мимолетный взгляд и снова погрузилась в книгу.

Тей положила свой роман на стол и открыла на первой странице. Она пододвинула поближе вазу со свечой, чтобы было лучше видно. Для этого пришлось отрегулировать ее положение, но наконец Тейра добилась желаемого результата. Она оперлась на передние лапы и наклонилась над книгой, начиная ее читать.

Книга была написана очень твердым и ярким слогом, и Тейра чувствовала себя на месте главной героини, юной кошки, учащейся на врача. Книга погружала ее с головой в черные и мрачные образы, а сердце каждый раз билось на напряженных моментах. Тейра, сама того не замечая, проносилась по страницам со скоростью ветра. Десять страниц, двадцать, тридцать пять, пятьдесят…

Тей не могла поверить, что в мире настолько много жестокости, но книга передавала ей реалистичные образы, и, казалось, все это происходит на самом деле.

Главная героиня училась у какой-то старой собаки, которая попала в тяжелую ситуацию. Не было понятно почему, но наставницу начала преследовать криминальная банда котов. Ей присылали письма с угрозами, где собаке говорили, что она обязана перестать лечить одного из своих пациентов. Этот пациент, по всей видимости, был их врагом, которого они тяжело ранили, но им не дали завершить злодеяние, а жертва попала в больницу.

Хоть Тейра и помнила, что Джейн сказала о смерти этой собаки, она все же до последнего надеялась, что та выживет. Вдруг Джейн соврала? Но нет. Тейра едва ли не прослезилась на этом моменте.

А вслед за учительницей погиб и пациент. А автор очень хорошо раскрыл пациента как личность и персонажа, много раз показывая читателям что-то из его воспоминаний. И Тейра, как и героиня, была смертельно напугана. Вместе с ней она чувствовала себя в опасности, они с ней были одиноки, брошены и находились в смертельной опасности. Тейре начало казаться, что она живет в этой книге.

Героиня показала себя как умная личность. Она прошла через трудности и в конечном счете вывела преступников на чистую воду. Всех это шокирует, ведь общество не привыкло, что такие молодые девочки могут оказаться прекрасными детективами.

Тейра с сожалением взглянула на последнюю страницу и закрыла книгу. Она подняла глаза на огромные часы, висящие над библиотекарем. Там тоже были римские цифры, но Тейра все же поняла, что просидела за книгой четыре часа! Папа уже скоро домой пойдёт!

Тейра встала с места и подошла к библиотекарю, кладя книгу на стол.

– Вот, я прочитала. Спасибо.

– Не за что, приходи еще, – улыбнулся старичок.

Тей торопливо вышла из библиотеки и отправилась к зданию полиции. Дорогу она туда помнила хорошо. Путь был не такой простой, как до её школы: Тейра прошла уже несколько перекрёстков. Но дорога её не пугала, Тейра видела перед собой только цель.

Большое здание полиции нависло над Тейрой. Но она взбежала по ступеням и прошла внутрь.

Прямо за дверями был стол регистрации. За ним сидела молодая обезьянка с модным макияжем и накрашенными ногтями на руках, и она посмотрела прямо на Тейру. Тейра раньше эту обезьяну не видела, возможно, она недавно устроилась на работу.

– Здравствуйте, – наконец решилась обезьяна. – По какому поводу вы пришли в отделение?

– У меня папа здесь работает, – Тейра совершенно забыла поздороваться, поспешив отвечать но вопрос, но подумала, что обезьяна не обидится. – Можно я подожду его в коридоре?

– А как зовут папу? – уточнила обезьяна.

– Фридрих Лайшер. Он следователь..

– Аа, Лайшер… – пробормотала обезьяна. – Мне нужно тебя записать. Как имя-фамилия?

– Тейра Лайшер, – сказала она.

– Так, ну паспорта у тебя нет… Распишись вот здесь, – обезьяна повернула к ней бумажный журнал. Тейра взяла ручку и поставила свою закорючку (которая казалась ей очень красивой и оригинальной подписью) туда, куда указывал кислотно-жëлтый ноготь обезьяны.

– Хорошо, иди, – отозвалась она. – Ты знаешь, где его кабинет?

– Ну да.

Обезьяна встала из-за стола и открыла ей проход с помощью своего магнитного ключа.

– Ага, спасибо, – Тейра пошла в коридор, чувствуя взгляд обезьяны на своей спине, но её это вовсе не беспокоило.

Двери кабинета номер четыре, где работал папа, ничем не отличались от остальных таких же. Тейра заглянула внутрь и увидела папу. Он с кем-то говорил по телефону и дочку сначала не замечал. Положив трубку, Фридрих взял папку и как раз у двери столкнулся с дочерью.

– Привет, Тей, – сказал он. – Ты чего это тут?

– Ну, я пришла подождать тебя, – пожала плечами Тейра.

– А, ну ладно. Только меня сейчас начальник вызывает. Я к нему схожу, ты можешь подождать меня здесь, хорошо?

– Ладно, – деловито кивнула Тейра и с видимым спокойствием уселась на стул.

– Только не уходи никуда, – сказал Фридрих, – а то мало ли.

Тейра кивнула, но едва за отцом закрылась дверь, вскочила и осторожно выглянула в коридор. Фридрих стремительно удалялся. Его походка казалась уверенной. Как только он скрылся за одной из дверей, Тейра вышла за ним, тихо закрыла дверь кабинета и, крадучись, пошла по его следам.

Дверь, в которую он вошёл, была точно такая же, как и дверь его собственного кабинета. Сердце Тейры сильно билось от волнения, хотя азарт гнал её всё дальше. Она осторожно подошла к плотно закрытой двери, затем отошла так, чтобы её не было видно, и слегка приоткрыла дверь. Подождала несколько секунд. И только после этого отважилась заглянуть внутрь.

Прямо сейчас что-то говорил очень пушистый светло-серый кот с приплюснутой мордой, листавший папку с бумагами, которую принёс Фридрих. Сам он стоял перед начальником-котом и, по-видимому, внимательно слушал.

– Фридрих, вы же понимаете, что если убийца – не подозреваемый, то мы получаем убийство без исполнителя, которого нужно установить?

– Разумеется, и именно этим я и хочу заняться.

– Дело не в том, чего вы хотите, – кот предостерегающе поднял палец. – Если убийца – Бруно Энтрип, всё до безобразия просто. Не понимаю, почему я вообще должен это объяснять. Смотрите сами. Вот анализ улик. Вы его писали. Все они указывают только на Бруно Энтрипа и больше ни на кого.

Голос кота звучал совершенно нейтрально, он прекрасно себя контролировал. Но вот взгляд… Взгляд выдавал всю его неприязнь к оппоненту. Кот Тейре не понравился ещё тогда, когда она впервые услышала о нём, теперь она совсем невзлюбила его. Лицемер!

– Вы не учитываете информацию, которую я собрал, – спокойно произнёс Фридрих. Тейра гордилась стойкостью своего папы. Она бы уже разоралась! – Преступление не могло быть совершенно обвиняемым по объективным причинам. Я продолжаю настаивать на дополнительном расследовании.

– Мы не можем обвинить любого, кто шёл мимо в это время, мистер Лайшер, – почти прошипел кот. Тейра едва слышно хихикнула: разве он именно этим не занимался? – Пока у нас нет никаких данных, которые могли бы указывать на то, что преступником является иное лицо, мы рассматриваем Бруно Энтрипа в качестве подозреваемого. Осмелюсь напомнить, что подозреваемый был арестован полицией на месте преступления и он также был единственным, кого видели у тела Альфреда Хиклина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.