Мария Марцева
Приключения Таисии Цветковой. Мёртвая отчётность

Введение

Дорогие мои читатели! Снова встречаемся с вами на страницах очередного детективного приключения, и на этот раз нас ждут совершенно невероятные истории!

Познакомьтесь с Таисией Цветковой – обычной тридцатидвухлетней женщиной, которая и подумать не могла, что станет сыщицей. Ну что вы, она же всего лишь бухгалтер! Правда, бухгалтер с очень острым умом и невероятно везучий на всякие криминальные приключения. А помогает ей в расследованиях самый умный кот на свете – рыжий Персик, который, кажется, разбирается в преступлениях лучше иного детектива.

В этой книге вас ждут три удивительных истории. Сначала Таисия решает привести себя в порядок и садится на диету, но даже это невинное занятие умудряется превратиться в детективное расследование! Потом наш находчивый Персик попадает в весьма пикантную ситуацию со сметаной, которая приводит к раскрытию очень серьезного преступления. Ну а в финале нас ждет история про мертвую отчетность, которая, как выясняется, вовсе не так мертва, как кажется!

Приготовьтесь смеяться, удивляться и разгадывать загадки вместе с нашими героями!

Бухгалтер на диете.

Пролог

Говорят, что после тридцати лет метаболизм замедляется. Кто это говорит, я не знаю, но подозреваю, что злые языки принадлежат стройным особам, которые никогда не знали радости поедания тортика на ночь. А я, Таисия Петровна Цветкова, тридцать два года, бухгалтер средней руки и обладательница отнюдь не средних форм, эту радость знала прекрасно.

Все началось с того злополучного корпоративного вечера, на который меня пригласил директор нашего ООО "Золотой телец" Олег Федорович Кассиров. Точнее, пригласил не лично меня, а всех сотрудников, но суть от этого не менялась. Мероприятие планировалось грандиозное – с конкурсами, призами и, что особенно меня смущало, с танцами.

Таисия Петровна, – задумчиво произнес Олег Федорович, разглядывая мою фигуру поверх очков для чтения, – а вы не думали заняться спортом?

Я подумала. Если считать спортом ежедневные забеги от дивана к холодильнику и обратно, то да, я вполне спортивная дама. Но, видимо, это не то, что имел в виду директор.

Дома меня встретил мой рыжий кот Персик – единственное мужское создание, которое любило меня безоговорочно и не делало намеков на мой вес. Хотя, справедливости ради, следует отметить, что Персик тоже был далек от модельных стандартов кошачьей красоты. Мы с ним составляли прекрасную парочку: он – толстый рыжий кот с философским взглядом на жизнь, я – толстая русоволосая тетка с профессиональной деформацией в виде любви к точности и порядку.

Персик, – обратилась я к коту, который с энтузиазмом поедал свой ужин, – как думаешь, стоит ли мне худеть?

Персик поднял на меня янтарные глаза, в которых читалось явное недоумение. Мол, зачем себя мучить, когда жизнь и так прекрасна? Но директорский намек засел в моей голове занозой.

На следующий день, проходя мимо нового диетического центра "Стройность навсегда", я увидела в витрине фотографии "до" и "после". Толстые тетки волшебным образом превращались в стройных нимф. "А что, если и мне попробовать?" – подумала я, и эта мысль показалась мне гениальной.

Персик, видимо, почувствовал мои намерения на расстоянии, потому что, когда я вернулась домой с пакетом рекламных буклетов центра, он демонстративно отвернулся и ушел в спальню, недовольно дергая хвостом.

Не драматизируй, – сказала я вслед удаляющейся рыжей туше. – Всего-то месяц на диете, и я стану красавицей.

Как же я ошибалась! Но об этом я узнала позже, когда вляпалась в историю, по сравнению с которой мои проблемы с лишним весом показались детским лепетом.

А пока что я, полная радужных надежд и решимости, записалась на консультацию в "Стройность навсегда" и даже не подозревала, что вместе с лишними килограммами рискую потерять гораздо больше…

Глава 1. Весы не врут

Утро понедельника началось, как обычно, с того, что я попыталась влезть в любимые джинсы. Попыталась и потерпела сокрушительное поражение. Молния застряла на середине, а пуговица категорически отказывалась встречаться с петлей. Персик сидел на подоконнике и с философским спокойствием наблюдал за моими мучениями.

– Ну что смотришь? – возмутилась я, обращаясь к рыжему свидетелю моих страданий. – Сам-то не худышка!

Кот презрительно мяукнул и отвернулся к окну, демонстрируя, что мои проблемы с фигурой его не касаются. И правильно делал – у него-то с этим все в порядке. Коты умеют держать себя в форме, в отличие от некоторых бухгалтеров.

Пришлось надевать старые растянутые брюки, которые я обычно носила дома. В зеркале на меня смотрела расстроенная тетка с взлохмаченными волосами и недовольным выражением лица. Весы в ванной показали цифру, от которой у меня едва не случился инфаркт. Семьдесят восемь килограммов! А ведь еще год назад было шестьдесят два.

– Персик, – обратилась я к коту, который теперь наблюдал за мной из коридора, – как ты думаешь, можно ли за месяц сбросить килограммов пятнадцать?

Персик задумчиво почесал за ухом. Видимо, математика никогда не была его сильной стороной.

На работе ситуация не улучшилась. Коллеги с утра до вечера обсуждали предстоящий корпоративный вечер, который наш директор Олег Федорович решил провести с размахом. Планировались танцы, конкурсы и даже дефиле в вечерних платьях.

– Таисия Петровна, – заглянула ко мне в кабинет секретарь Люба Пышкина, сама обладательница пышных форм, – вы уже купили платье на корпоратив?

– Пока нет, – уклончиво ответила я, перекладывая документы.

– А я уже выбрала! – радостно сообщила Люба. – Красное, в пол, с открытой спиной. Правда, пришлось на размер больше взять, но зато как сидит!

Я представила себя в красном платье в пол и мысленно содрогнулась. Скорее всего, я буду похожа на красный колокол или на пожарную машину.

К обеду настроение окончательно испортилось. В столовой я взяла только салат и минеральную воду, игнорируя ароматную котлету с пюре. Но даже от салата душа не радовалась.

– Что-то вы, Таисия Петровна, совсем не в духе, – заметила Валентина Семеновна из отдела кадров, жующая бутерброд с колбасой. – Может, заболели?

– Да нет, просто решила похудеть, – призналась я.

– А зачем? – удивилась Валентина Семеновна. – Вы и так ничего, нормальная женщина. Мужику есть за что ухватиться.

– Спасибо за поддержку, – сухо ответила я.

После работы, вместо того чтобы ехать домой, я прошлась по центру города. Возле торгового комплекса "Глобус" висела яркая реклама: "Диетический центр 'Стройность навсегда'. Похудейте на двадцать килограммов за месяц! Без диет и физических нагрузок! Гарантированный результат!"

Двадцать килограммов за месяц! Это же мечта! Я остановилась и внимательно изучила рекламный плакат. На фотографиях "до" и "после" толстые тетки волшебным образом превращались в стройных красавиц. Конечно, скорее всего, это все фотошоп, но вдруг?..

В центр я зашла спонтанно, даже не подумав предварительно. Администратор, молоденькая девушка с накладными ресницами, встретила меня приветливой улыбкой.

– Добро пожаловать в "Стройность навсегда"! – пропела она. – Хотите изменить свою жизнь?

– Хочу похудеть к корпоративу, – честно призналась я.

– Конечно! А когда корпоратив?

– Через месяц.

– Замечательно! Как раз успеем. Витольд Семенович вас обязательно проконсультирует. Минуточку.

Она куда-то исчезла, а я осталась в просторном холле, разглядывая дипломы на стенах и фотографии довольных клиенток. Судя по снимкам, центр творил настоящие чудеса.

Через несколько минут появился мужчина лет сорока пяти, высокий, стройный, с холеными усиками и проницательными глазами. На нем был белый халат с вышитой эмблемой центра.

– Витольд Семенович Морковкин, – представился он, протягивая руку. – Главный диетолог центра. А вы, я полагаю, хотите обрести стройность?

– Таисия Петровна Цветкова, – представилась я в ответ. – Очень хочу похудеть к важному мероприятию.

– Пройдемте в кабинет, обсудим детали, – предложил Витольд Семенович.

Его кабинет поражал роскошью: кожаная мебель, картины в золоченых рамах, огромный письменный стол из красного дерева. На стенах висели благодарственные письма от довольных клиенток и фотографии Морковкина с какими-то знаменитостями.

– Садитесь, располагайтесь, – гостеприимно предложил диетолог. – Расскажите о своей проблеме.

– У меня лишний вес, – начала я неуверенно. – Набрала килограммов пятнадцать за последний год. Сидячая работа, стрессы…

– Понимаю, понимаю, – сочувственно кивнул Витольд Семенович. – А какой результат вы хотели бы получить?

– Килограммов двадцать сбросить. Но это, наверное, нереально за месяц?

Морковкин загадочно улыбнулся:

– В нашем центре нет ничего невозможного! У нас есть уникальная методика, разработанная лично мной. Сочетание специальных препаратов, индивидуальных процедур и психологического воздействия. Результат гарантирован!

– А что это за препараты? – осторожно поинтересовалась я.

– Натуральные витамины и микроэлементы, – заверил меня диетолог. – Никакой химии! Все исключительно природного происхождения. Плюс специальные коктейли собственного производства.

Он достал из стола глянцевую папку и показал мне фотографии результатов. Действительно впечатляюще: женщины за месяц теряли по двадцать-тридцать килограммов.

– Сколько это будет стоить? – спросила я главный вопрос.

– Полный курс стоит сто тысяч рублей, – невозмутимо ответил Витольд Семенович.

От такой суммы у меня перехватило дыхание. Сто тысяч! Это же треть моей годовой зарплаты!

– Понимаю, сумма немалая, – продолжал диетолог, заметив мое замешательство. – Но подумайте: разве здоровье и красота не стоят того? К тому же, мы можем предложить рассрочку.

– А есть какие-нибудь противопоказания? – поинтересовалась я.

– Минимальные. Нельзя при беременности, кормлении грудью и острых хронических заболеваниях. У вас что-то есть?

– Нет, вроде здорова.

– Тогда никаких проблем! – Витольд Семенович хлопнул в ладоши. – Когда начнем?

Я колебалась. С одной стороны, сто тысяч рублей – это очень много. С другой стороны, если методика действительно работает…

– А можно подумать до завтра? – попросила я.

– Конечно! Но учтите – у нас очередь из желающих. Может случиться так, что завтра уже не будет свободных мест в программе.

Это был явный прием давления, но он подействовал. Я представила себя на корпоративе в красивом платье, стройную и привлекательную…

– Хорошо, согласна, – решилась я. – Но с рассрочкой.

– Превосходно! – обрадовался Морковкин. – Сейчас оформим все документы.

Пока он готовил договор, я разглядывала его кабинет. На одной из полок стояли странные склянки с непонятными жидкостями, а в углу возвышался какой-то аппарат, похожий на космическую установку.

– Это что такое? – кивнула я на аппарат.

– Наше секретное оружие, – подмигнул Витольд Семенович. – Прибор для лимфодренажа и липосакции без хирургического вмешательства. Очень эффективная штука.

Договор оказался довольно простым. Я обязалась выполнять все рекомендации диетолога, принимать препараты и регулярно посещать процедуры. Центр гарантировал потерю веса не менее чем на пятнадцать килограммов за месяц.

– Когда начинаем? – спросила я, подписывая бумаги.

– Прямо сейчас! – Морковкин достал из сейфа небольшую коробочку с таблетками. – Вот ваш первый комплект препаратов. Принимать по две таблетки утром и вечером, строго натощак. И никаких перекусов между приемами пищи!

Таблетки были маленькие, белые, без всяких надписей. Упаковка тоже выглядела кустарно.

– А что это за лекарство? – поинтересовалась я.

– Жиросжигающий комплекс собственной разработки, – гордо ответил диетолог. – Секретная формула! В аптеках такого не купишь.

Домой я добралась в приподнятом настроении. Наконец-то я решилась изменить свою жизнь! Через месяц стану красавицей, и все мужчины будут оборачиваться мне вслед.

Персик встретил меня у двери с недовольным мяуканьем. Наверное, голодный.

– Сейчас, сейчас, покормлю, – пообещала я, проходя на кухню.

Но сначала решила принять первую дозу чудодейственного средства. Таблетки легко проглотились, запив их водой. Никакого особенного вкуса или запаха я не почувствовала.

Потом принялась наводить порядок в холодильнике. Диетологи всегда советуют избавляться от соблазнов, чтобы не сорваться. Я начала безжалостно выбрасывать все вкусное: шоколад, печенье, копченую колбасу, сыр, торт, который купила вчера…

Персик наблюдал за этим безумием с растущим негодованием. Когда я потянулась за пакетом со сметаной – его любимым лакомством – он возмущенно зашипел.

– Не шипи, – строго сказала я. – Сметана вредна для фигуры. И тебе, кстати, тоже не помешало бы похудеть.

Кот обиженно надулся и ушел в спальню. Видимо, мои планы по похудению его не вдохновляли.

К вечеру у меня слегка заболела голова, но я списала это на усталость и стресс от принятого решения. Приняла вторую порцию таблеток и легла спать, мечтая о том, как через месяц буду выглядеть.

Сны мне снились странные – какие-то лабиринты, белые халаты и склянки с разноцветными жидкостями. А Персик во сне превратился в огромного рыжего льва и предупреждающе рычал на кого-то невидимого.

Проснулась я с ощущением тревоги, но быстро забыла о ночных кошмарах. Ведь сегодня начиналась моя новая жизнь – жизнь стройной и красивой Таисии Цветковой!

Глава 2. Капустный лист раздора

Вторая неделя диеты началась с того, что весы показали ровно тот же результат, что и в первый день – семьдесят восемь килограммов. Ни грамма больше, ни грамма меньше. Персик сидел рядом и смотрел на меня с выражением вселенской мудрости в янтарных глазах. Казалось, он хочет сказать: "А я же предупреждал, хозяйка, что эта затея плохо кончится!"

– Может, весы сломались? – спросила я у кота, но тот лишь презрительно фыркнул и отправился к своей миске.

В центре "Стройность навсегда" меня ждал сюрприз. В зале для групповых занятий сидели две женщины, которых я раньше не видела. Витольд Семенович, сияя профессиональной улыбкой, представил нас друг другу.

– Таисия Петровна, знакомьтесь с нашими постоянными клиентками. Это Розалия Алексеевна Круглова, заслуженная артистка, звезда театра и кино.

Розалия оказалась женщиной лет сорока пяти, с пышными каштановыми волосами и выразительными карими глазами. Одета она была театрально – в длинное черное платье с блестящими вставками и множество браслетов, которые позвякивали при каждом движении. Правда, фигура у артистки была далека от театральных стандартов – такой же пышной, как и у меня.

– Очень приятно, – протянула Розалия голосом, которым обычно произносят монологи Офелии. – А это наша дорогая Марина Валерьевна Булочкина, успешный предприниматель.

Марина выглядела полной противоположностью артистке. Маленькая, плотная, в строгом деловом костюме, она больше напоминала завуча средней школы, чем владелицу бизнеса. Волосы у нее были коротко подстрижены и аккуратно уложены, а на носу сидели очки в тонкой оправе.

– Добро пожаловать в наш дружный коллектив худеющих, – сухо сказала Марина, едва взглянув в мою сторону.

– Девочки, – вмешался Витольд Семенович, – давайте сегодня проведем сеанс групповой терапии. Поделитесь друг с другом своими успехами и трудностями.

Розалия первой взяла слово:

– Дорогие мои, я хочу сказать вам честно – эти две недели были для меня настоящим испытанием. Не от голода, нет. От этих странных… как бы это сказать… видений.

– Каких видений? – удивилась я.

– Ну, знаете, порой мне кажется, что я вижу то, чего быть не может. Позавчера, например, шла по Тверской и вдруг увидела, что все прохожие превратились в гигантских пирожных. Эклеры на ножках, наполеоны в шляпах, тортики с кремовыми лицами…

Марина поправила очки и кивнула:

– А у меня провалы в памяти. Могу проснуться утром и не помнить, что делала вечером. На прошлой неделе обнаружила у себя дома упаковку дорогих французских сыров, а когда и где я их купила – понятия не имею.

Витольд Семенович слушал наши откровения с участливым видом:

– Милые дамы, это абсолютно нормальные реакции организма на процесс очищения. Токсины, которые накапливались в тканях годами, теперь выводятся, и это может вызывать некоторые… побочные эффекты.

– А у вас, Таисия Петровна, есть что-то подобное? – поинтересовалась Розалия.

Я задумалась. Действительно, в последние дни со мной происходили странные вещи. То я забуду, куда положила ключи от квартиры, то вдруг обнаружу, что стою в магазине с полной корзиной продуктов, не помня, как туда попала.

– Кажется, есть, – осторожно призналась я. – Но я думала, это от усталости на работе.

– Ерунда, – махнул рукой диетолог. – Это признак того, что процесс идет правильно. Ваш организм перестраивается, и скоро вы почувствуете прилив сил и энергии.

После занятий мы втроем вышли из центра. Розалия предложила зайти в ближайшее кафе, но Марина напомнила, что нам нельзя есть ничего, кроме разрешенных продуктов.

– Тогда давайте просто посидим, поговорим, – не отступала артистка. – А то я чувствую себя такой одинокой в этой борьбе с лишним весом.

Мы устроились в кафе "У Петровича" – небольшом заведении с клетчатыми скатертями и запахом домашней выпечки. Официантка, полная девушка с добрыми глазами, принесла нам минеральную воду без газа.

– Девочки, а вы не замечали ничего странного в поведении нашего дорогого Витольда Семеновича? – вполголоса спросила Розалия, оглядываясь по сторонам.

– В каком смысле? – насторожилась Марина.

– Ну, например, почему он всегда настаивает, чтобы мы принимали таблетки строго натощак? И почему нельзя пить их дома, только в центре?

– А еще, – добавила Марина, – он постоянно спрашивает о наших планах, где мы бываем, с кем встречаемся. Говорит, что это для составления индивидуальной программы, но мне кажется это излишним.

Я вспомнила вчерашний разговор с Морковкиным. Он действительно очень подробно расспрашивал меня о работе, коллегах, семейном положении. Объяснил это тем, что стресс мешает похудению, и ему нужно знать все источники напряжения в моей жизни.

– А у вас есть семья? – поинтересовалась я у новых знакомых.

Розалия вздохнула:

– Муж, Геннадий. Продюсер. Все время занят работой, редко бываем дома одновременно. Он, кстати, против моего похудения. Говорит, что люблю его такой, какая есть.

– А у меня никого нет, – сухо сообщила Марина. – Бизнес отнимает все время. Веду сеть кафе "Сладкая жизнь", знаете такие?

Я кивнула. Эти кафе с яркими вывесками и огромным выбором тортиков были разбросаны по всему городу.

– Ирония судьбы, – усмехнулась Марина. – Владелица кондитерских борется с лишним весом. Но что поделать – бизнес есть бизнес.

Мы просидели в кафе около часа, обсуждая диеты, мужчин и жизнь вообще. Розалия оказалась душой компании – рассказывала забавные театральные истории, изображала коллег-актеров. Марина была более сдержанной, но тоже постепенно оттаяла и поделилась несколькими байками из ресторанного бизнеса.

Домой я вернулась в хорошем настроении. Наконец-то у меня появились единомышленницы в этой нелегкой борьбе за красивую фигуру. Персик встретил меня у двери и начал тереться о ноги, мурлыкая.

– Привет, рыжий, – поздоровалась я, почесав его за ухом. – Как дела? Не скучал?

Кот промяукал что-то такое, что можно было перевести как: "Скучал, но больше беспокоился. У тебя странный запах."

Я принюхалась к себе, но ничего особенного не почувствовала. Зато Персик вел себя крайне беспокойно – ходил за мной по квартире, принюхивался и тихо урчал.

Вечером пришло время принимать таблетки. Я достала баночку, которую дал мне Витольд Семенович, и поставила на кухонный стол, чтобы запить водой. Персик тут же прыгнул на стол и начал обнюхивать упаковку.

– Не лезь, – сказала я, пытаясь отодвинуть кота. – Это не твое.

Но Персик был настроен решительно. Он начал лапой толкать баночку к краю стола, явно намереваясь сбросить ее на пол.

– Персик, прекрати! – возмутилась я. – Ты что творишь?

Кот посмотрел на меня такими умными глазами, что на секунду мне показалось – он понимает каждое мое слово. А потом резко толкнул баночку лапой. Упаковка слетела со стола и разбилась о кафельный пол кухни.

Таблетки рассыпались по всей кухне, и тут я впервые почувствовала тот самый запах, который, видимо, беспокоил Персика. Резкий, химический, совсем не похожий на аромат натуральных витаминов. Скорее он напоминал запах в химической лаборатории или в больничной процедурной.

– Что за чертовщина? – пробормотала я, собирая таблетки с пола.

Персик сидел рядом и наблюдал за моими действиями с видом полководца, успешно выполнившего стратегическую операцию. Когда я подняла одну из таблеток поближе к носу, запах стал еще сильнее.

Натуральные витамины так пахнуть не должны. В лучшем случае – травами или фруктами. А это… это было что-то совсем другое.

Я внимательно рассмотрела таблетки. Они были совершенно одинаковые – белые, круглые, без всяких надписей или маркировки. Даже упаковка выглядела кустарно – обычная пластиковая баночка без этикетки.

– Персик, – обратилась я к коту, – а ты случайно не разбираешься в фармакологии?

Кот мяукнул и потерся о мою ногу. Видимо, это означало: "Не разбираюсь, но нюх у меня отличный. И говорю тебе – дело нечистое."

Я села на кухонный стул и задумалась. Розалия жаловалась на галлюцинации. Марина – на провалы в памяти. И у меня тоже были странные моменты забывчивости. А что, если это не побочные эффекты от "очищения организма", а действие каких-то сомнительных препаратов?

С другой стороны, Витольд Семенович – дипломированный диетолог, у него в кабинете висят все необходимые сертификаты. Зачем ему травить клиенток? Наоборот, ему выгодно, чтобы мы худели и рекомендовали его центр знакомым.

Но запах… этот резкий химический запах никак не хотел выветриваться из головы.

Персик тем временем устроился у моих ног и начал умываться, явно довольный собой. Время от времени он поглядывал на рассыпанные таблетки и урчал – видимо, напоминал, что предупреждал меня с самого начала.

– Ладно, рыжий, – сказала я, поднимаясь со стула. – Давай уберем этот бардак, а завтра поговорим с Витольдом Семеновичем. Скажу, что кот случайно разбил баночку, и попросим новую.

Но когда я начала сметать остатки таблеток в совок, Персик вдруг зашипел и отскочил в сторону. А через секунду и я поняла почему – от таблеток начал исходить еще более сильный химический запах, от которого слегка защипало в носу.

Это уже совсем не походило на витамины.

Я быстро собрала все в пакет и вынесла в мусоропровод, а кухню проветрила, открыв настежь окно. Персик одобрительно мяукнул и отправился в спальню, видимо, считая свою миссию выполненной.

А я еще долго сидела на кухне и думала. Что-то здесь было не так. И мой умный кот, похоже, понял это раньше меня.

Завтра я обязательно поговорю с девочками из центра. Может, у них тоже есть подозрения насчет этих чудодейственных таблеток. А пока что решила довериться кошачьей интуиции и никаких препаратов больше не принимать.

Лучше остаться толстой, но здоровой, чем получить серьезные проблемы со здоровьем в погоне за стройной фигурой.

Глава 3. Исчезновение в размере XS

Утром в четверг я проснулась с головной болью и странным ощущением, будто всю ночь участвовала в марафонском забеге. Персик сидел на подоконнике и пристально смотрел на меня, как будто хотел что-то сказать. У котов, знаете ли, очень выразительные глаза, особенно когда они чем-то обеспокоены.

– Что такое, рыжий? – спросила я, потягиваясь. – Опять мыши во сне снились?

Персик недовольно мяукнул и спрыгнул с подоконника. Этот звук можно было перевести примерно как: "Хозяйка, у тебя проблемы поважнее мышей, но ты, как обычно, ничего не понимаешь."

В центр "Стройность навсегда" я отправилась с тяжелым сердцем. После вчерашней истории с разбитыми таблетками мне не хотелось встречаться с Витольдом Семеновичем. Но деньги за курс уже заплачены, а до корпоратива оставалось всего две недели.

В холле центра царила какая-то нервная атмосфера. Администратор с накладными ресницами выглядела растерянной, а несколько клиенток возбужденно что-то обсуждали в углу.

– Что случилось? – поинтересовалась я у Марины Булочкиной, которая стояла у стойки регистрации.

– Розалия не пришла на сеанс, – озабоченно ответила Марина, поправляя очки. – А она никогда не опаздывает. Более того, вчера после процедуры она сказала, что чувствует себя странно, и попросила вызвать такси.

– Может, заболела? – предположила я.

– Возможно. Но звонить ей бесполезно – телефон отключен. Витольд Семенович говорит, что такое бывает после интенсивной детоксикации организма. Мол, нужно дать ей отдохнуть.

Меня что-то кольнуло в груди. Детоксикация? После тех таблеток с химическим запахом? А что, если…

Я не успела додумать эту мысль, потому что в центр влетел мужчина лет сорока пяти. Высокий, элегантный, в дорогом костюме, но с лицом, искаженным тревогой.

– Где моя жена? – громко спросил он, обращаясь к администратору. – Где Розалия Круглова?

Администратор испуганно заморгала накладными ресницами:

– Простите, а вы кто?

– Геннадий Круглов, муж Розалии Алексеевны. Она вчера ушла из дома на процедуры и до сих пор не вернулась. Телефон не отвечает. Что с ней случилось?

В этот момент из кабинета вышел Витольд Семенович. Увидев взволнованного мужчину, он тут же включил свой профессиональный шарм:

– Господин Круглов! Какая неожиданная встреча. Ваша супруга действительно была у нас вчера, но ушла в прекрасном настроении. Возможно, решила немного развеяться, заняться шопингом?

– Шопингом? – Геннадий побагровел. – Розалия ненавидит магазины! Она могла бы провести там максимум полчаса, а исчезла на целые сутки!

– Милый мой, – вкрадчиво произнес Морковкин, – после наших процедур организм иногда требует покоя. Возможно, ваша жена просто сняла номер в отеле, чтобы отдохнуть.

– Без вещей? Без документов? – Геннадий выхватил из кармана мобильный телефон. – Вот, смотрите! Розалин телефон лежит дома, на тумбочке. А сумочка с паспортом и деньгами тоже дома!

Я почувствовала, как мурашки побежали по спине. Женщина ушла из центра красоты и исчезла, оставив дома все личные вещи? Это же невозможно!

Витольд Семенович нахмурился:

– Странно, конечно. Но, возможно, у неё случился какой-то личный кризис? Знаете, женщины иногда поступают непредсказуемо…

– Хватит! – взорвался Геннадий. – Я обращался в полицию, но они говорят, что нужно ждать трое суток. Трое суток! А она могла попасть под машину, упасть в обморок, её могли ограбить!

Марина Булочкина сочувственно покачала головой:

– Бедняжка. Хотя вчера она действительно выглядела неважно. Жаловалась на головокружение и тошноту.

– Видите! – Геннадий схватился за эти слова. – Ей было плохо, а вы её отпустили одну!

– Мы не имеем права удерживать клиентов против их воли, – холодно ответил Морковкин. – Ваша супруга настояла на том, чтобы уехать.

Я смотрела на эту сцену и чувствовала, как во мне нарастает тревога. А что, если исчезновение Розалии как-то связано с теми подозрительными таблетками? Что, если в центре действительно происходит что-то нехорошее?

Геннадий растерянно озирался по сторонам. Было видно, что он на грани нервного срыва.

– Послушайте, – обратился он ко мне и Марине, – вы же знали мою жену. Скажите честно – она вела себя как-то странно в последнее время?

Марина задумалась:

– Ну, жаловалась на провалы в памяти. Говорила, что иногда не может вспомнить, что делала вчера или позавчера.

– И на галлюцинации, – добавила я. – Розалия рассказывала, что видит несуществующие вещи.

Лицо Геннадия стало мертвенно-бледным:

– Господи… А я думал, это она шутит. Она всегда была такой артистичной, театральной…

Витольд Семенович поспешно вмешался:

– Дорогие мои, не стоит драматизировать. Небольшие побочные эффекты от процедур детоксикации – это абсолютно нормально. Я уверен, что ваша супруга скоро объявится.

– Процедур детоксикации? – переспросил Геннадий. – Какой еще детоксикации? Розалия говорила, что пьет витамины и делает массаж!

Повисла неловкая пауза. Морковкин явно понял, что сказал лишнее.

– Ну да, витамины, – быстро поправился он. – Очищающие витамины. Это и есть детоксикация.

После этого разговора Геннадий ушел, а я осталась с тяжелым чувством на душе. Мне почему-то очень захотелось помочь этому измученному человеку. А еще больше – выяснить, что же на самом деле происходит в центре "Стройность навсегда".

Домой я вернулась раньше обычного. Персик встретил меня у двери и сразу же начал обнюхивать мою одежду. Потом недовольно фыркнул – видимо, запах центра ему не понравился.

– Персик, – сказала я, снимая куртку, – кажется, мы с тобой влипли в какую-то темную историю.

Кот посмотрел на меня умными глазами и мяукнул. Я поклялась бы, что он ответил: "Наконец-то дошло!"

Вечером раздался звонок в дверь. На пороге стоял Геннадий Круглов с букетом цветов и коробкой конфет.

– Извините за беспокойство, – сказал он, протягивая подарки. – Я узнал ваш адрес у администратора центра. Сказал, что хочу поблагодарить подруг жены.

– Проходите, – пригласила я, принимая цветы. – Хотите чаю?

Геннадий выглядел еще более измученным, чем утром. Было видно, что он не спал всю ночь.

– Таисия Петровна, – обратился он ко мне, когда мы устроились на кухне, – я знаю, что мы едва знакомы, но у меня к вам просьба. Помогите мне найти Розалию.

– Но я же не детектив, – растерялась я. – Я обычный бухгалтер.

– Именно поэтому, – настойчиво продолжал Геннадий. – Вы последние, кто общался с моей женой. Вы знаете людей в центре. А полиция… – он махнул рукой. – Полиция считает, что взрослая женщина имеет право куда угодно исчезнуть.

Я посмотрела на Персика, который сидел на табуретке и внимательно слушал наш разговор. Кот одобрительно мурлыкнул.

– Хорошо, – решилась я. – Попробую помочь. Но только не знаю, с чего начать.

– Спасибо вам огромное! – Геннадий чуть не расплакался. – Я уже не знал, к кому обратиться. Вот, возьмите ключи от нашей квартиры. Может быть, вы найдете какие-то зацепки.

Квартира Кругловых находилась в престижном районе, на Кутузовском проспекте. Трехкомнатная, с дорогим ремонтом и антикварной мебелью. Видно было, что Геннадий действительно успешный продюсер.

– Розалия очень аккуратная, – рассказывал он, показывая мне квартиру. – Каждая вещь лежит на своем месте. Посмотрите – её косметика, украшения, все любимые платья на месте. Она бы никогда не ушла, не взяв хотя бы помаду!

Я внимательно осмотрела спальню Розалии. Действительно, все выглядело так, будто хозяйка вышла на минуточку и вот-вот вернется. На туалетном столике стояли открытые баночки с кремом, а на кровати лежала начатая книга.

– А где она обычно сидела? – спросила я.

– В гостиной, на этом диване, – показал Геннадий. – Любила читать, смотреть сериалы. Персик тут же оживился и принялся обнюхивать диван. Потом он забрался под него и начал что-то там искать.

– Персик, вылезай, – позвала я. – Не мешай.

Но кот упорно копошился под мебелью. Наконец он вылез, держа в зубах небольшую тетрадку в красной обложке.

– Что это? – удивился Геннадий, беря тетрадку.

Я открыла её и ахнула. На первой странице красивым почерком было написано: "Дневник. Розалия Круглова. Личное. Не читать!"

– Розалия вела дневник? – поразился Геннадий. – Она мне никогда об этом не говорила.

Мы с жадностью принялись читать записи. То, что мы там обнаружили, заставило меня похолодеть.

"15 марта. Начала ходить в диетический центр. Витольд Семенович очень обаятельный мужчина. Обещает потрясающие результаты."

"18 марта. Странно, но после приема таблеток у меня кружится голова. В/С говорит, что это нормально."

"22 марта. Вчера была в центре на каких-то новых процедурах. Не могу вспомнить, что именно делали. Проснулась дома, а как добралась – не помню."

"25 марта. Познакомилась с Таисией и Мариной. Приятные женщины. Но у всех нас одинаковые проблемы – провалы в памяти и галлюцинации. Случайность?"

"1 апреля. В/С предложил мне участвовать в каком-то эксперименте. Обещает, что я похудею на 25 кг за неделю. Звучит фантастически, но почему бы не попробовать?"

"3 апреля. Что-то происходит в центре. Я видела, как В/С разговаривал с какими-то подозрительными мужчинами. Один из них показал ему пачку денег. О чем они договариваются?"

"5 апреля. Узнала страшную вещь. Оказывается, несколько женщин из центра исчезли! Их родственники получили SMS о том, что они уехали за границу лечиться. Но это ложь! Я видела документы в кабинете В/С. Там были их фотографии и какие-то медицинские карты."

"7 апреля. Боюсь, что меня тоже хотят убрать. В/С слишком настойчиво предлагает мне новый курс процедур. Говорит, что после них я стану "совсем другим человеком". А что, если в прямом смысле? Завтра иду в центр в последний раз. Если что-то случится, пусть Гена знает – я его очень люблю."

На этом записи обрывались.

Геннадий сидел бледный как стена.

– Боже мой, – шептал он. – Что они с ней сделали? Что это за эксперименты?

– Нужно немедленно идти в полицию, – сказала я, захлопывая дневник. – Это серьезное дело.

Персик тем временем продолжал обследовать квартиру. Он обнюхивал углы, заглядывал за мебель, словно искал еще какие-то улики. Потом остановился возле окна и начал жалобно мяукать.

– Что с ним? – спросил Геннадий.

Я подошла к окну и выглянула на улицу. Внизу, возле подъезда, стояла черная машина с затемненными стеклами. За рулем сидел мужчина в кепке.

– Как давно она там стоит? – спросила я.

Геннадий пожал плечами:

– Не знаю, не обращал внимания.

Но Персик явно чем-то обеспокоился. Он метался по комнате, заглядывал в окно и тревожно урчал.

– Персик чувствует опасность, – сказала я. – У котов очень развитая интуиция.

В этот момент зазвонил мой телефон. Номер был незнакомый.

– Алло? – ответила я.

– Таисия Петровна? – в трубке прозвучал мужской голос. – Это Витольд Семенович. Не могли бы вы подойти в центр? У нас тут кое-что для вас припасено.

– Что именно? – настороженно спросила я.

– Сюрприз, – загадочно ответил Морковкин. – Кое-что касательно вашей подруги Розалии.

Трубка отключилась. Я посмотрела на Геннадия, потом на Персика. Кот смотрел на меня такими глазами, что я поняла: он категорически против этой затеи.

– Не идите туда, – взмолился Геннадий. – После того, что мы прочитали в дневнике… Это может быть ловушка.

Но мое бухгалтерское любопытство взяло верх. Если в центре действительно происходит что-то криминальное, то нужны доказательства. А Розалию нужно спасать, пока не поздно.

– Завтра же пойдем в полицию с дневником, – пообещала я Геннадию. – А пока я попробую выяснить, что случилось с Розалией.

Персик недовольно зашипел. Видимо, он считал, что его хозяйка совершает большую глупость. И, как выяснилось позже, был абсолютно прав.

Глава 4. Витамины с секретом

Утром я проснулась с твердым решением докопаться до истины. Персик лежал рядом на подушке и смотрел на меня с выражением глубокого понимания в янтарных глазах. Кажется, мой умный кот тоже понял, что дело принимает серьезный оборот.

– Персик, – обратилась я к нему, почесывая за ухом, – нам нужно выяснить, что это за таблетки такие. И я знаю, к кому обратиться.

Аркадий Сергеевич Пробиркин работал в химической лаборатории при медицинском университете. Мы познакомились три года назад на дне рождения моей соседки тети Клары. Невысокий, лысоватый мужичок с добродушным лицом и вечно перепачканными реагентами пальцами, он сразу мне понравился. Аркадий обладал удивительной способностью объяснять самые сложные химические процессы простыми словами, да еще и с юмором.

Позвонить ему я решила прямо с утра, пока не передумала.

– Аркадий Сергеевич? Это Таисия Цветкова, помните, мы встречались у Клары Семеновны?

– Таисия Петровна! – обрадовался знакомый голос. – Конечно, помню! Как дела? Не заболели часом? Голос какой-то встревоженный.

– Не заболела, но есть одна проблемка. Не могли бы вы помочь? Нужно проанализировать состав одного препарата.

– Легко! Приезжайте в лабораторию, я как раз сегодня до обеда свободен. Только образец не забудьте захватить.

Образец у меня был – несколько таблеток, которые я вчера подобрала с пола. Персик проводил меня до двери с таким видом, словно понимал всю важность миссии. Или просто надеялся, что я принесу ему что-нибудь вкусненькое из университетской столовой.

Лаборатория Аркадия Сергеевича находилась в старом здании медуниверситета. Пахло там химическими реактивами и какой-то особой научной стерильностью. Сам хозяин встретил меня в белом халате, весь увешанный пробирками и колбами.

– Ну, показывайте свою загадку, – потер руки Аркадий Сергеевич.

Я протянула ему пакетик с таблетками и рассказала всю историю – о диетическом центре, странных побочных эффектах и подозрительном химическом запахе. Химик слушал внимательно, время от времени хмыкая.

– Ясно, – сказал он, когда я закончила. – Сейчас посмотрим, что тут у нас. Но предупреждаю – анализ займет часа полтора. Можете пока прогуляться по городу или в нашей библиотеке посидеть.

– А нельзя ли мне здесь остаться? – попросила я. – Очень интересно посмотреть, как это делается.

Аркадий Сергеевич улыбнулся:

– Ну что ж, оставайтесь. Только не мешайте и ничего не трогайте. У меня тут все очень хрупкое.

Следующий час я с замиранием сердца наблюдала, как химик колдовал над моими таблетками. Растирал их в порошок, смешивал с какими-то жидкостями, капал реактивы, рассматривал результат под микроскопом. Иногда он задумчиво хмыкал или удивленно присвистывал.

– Ну и ну, – пробормотал он, наконец, отодвигаясь от приборов. – Таисия Петровна, а вы уверены, что это витамины?

Сердце у меня подпрыгнуло к горлу.

– А что это такое?

– Это, милочка, очень серьезный коктейль из психотропных веществ. Тут есть и транквилизаторы, и нейролептики, и что-то вроде наркотических средств. Одним словом, препарат, который может полностью отключить волю человека.

Я почувствовала, как ноги стали ватными.

– То есть, как отключить волю?

– Ну, представьте себе зомби из фильмов ужасов, – пояснил Аркадий Сергеевич. – Человек остается в сознании, может ходить, говорить, выполнять простые действия, но при этом полностью подчиняется внешним командам. А еще у него пропадает память – он может не помнить, что происходило с ним под действием препарата.

У меня кружилась голова. Значит, все симптомы Розалии, Марины и мои собственные – это не побочные эффекты диеты, а действие наркотиков!

– Аркадий Сергеевич, а что будет, если принимать такие таблетки длительное время?

Химик нахмурился:

– Ничего хорошего. Может развиться стойкая зависимость, нарушения психики, провалы в памяти станут постоянными. А при передозировке человек может впасть в кому или даже умереть.

– А похудеть от них можно?

– Да никак! Скорее наоборот – некоторые из этих веществ способствуют набору веса.

Я села на стул, потому что стоять больше не могла. Значит, весь диетический центр – это обман! Но зачем? Зачем Морковкину превращать клиенток в зомби?

– Таисия Петровна, вы в порядке? – забеспокоился Аркадий Сергеевич. – Может, валерьянки дать?

– Нет, спасибо, – отмахнулась я. – Просто пытаюсь понять, во что влипла.

– А вы знаете, что я бы на вашем месте сразу же обратился в полицию, – посоветовал химик. – То, что я обнаружил в этих таблетках, – это серьезные наркотические вещества. За их незаконное изготовление и распространение дают большие сроки.

– Обращусь, – пообещала я. – А можно ли получить письменное заключение о составе?

– Конечно. Сейчас все оформлю.

Домой я ехала в полном смятении. В голове крутились самые страшные мысли. Если Морковкин действительно накачивает женщин наркотиками, то что он с ними потом делает? И где Розалия? Неужели с ней случилось что-то страшное?

Персик встретил меня у двери с таким видом, словно уже знал результаты анализа. Он обнюхал мою сумку, в которой лежало заключение Аркадия Сергеевича, и одобрительно мурлыкнул.

– Да, рыжий, ты был прав с самого начала, – сказала я, присаживаясь на диван. – Эти таблетки действительно опасные.

Кот запрыгнул ко мне на колени и начал мурчать. Видимо, считал, что теперь я наконец-то все поняла и перестану травить себя подозрительными препаратами.

Но тут зазвонил телефон. Звонил Геннадий Круглов.

– Таисия Петровна, – взволнованно заговорил он, – у меня новости! Я сегодня с утра наблюдал за этим центром. И видел очень странные вещи.

– Какие? – насторожилась я.

– К центру подъезжала черная машина. Оттуда вышли двое мужчин в дорогих костюмах, но с очень неприятными лицами. Они о чем-то долго говорили с вашим Морковкиным возле служебного входа.

– А потом что?

– Потом они уехали, а Морковкин стал нервно курить и разговаривать по телефону. Таисия Петровна, я уверен, что моя жена попала в какую-то криминальную историю!

Я рассказала Геннадию о результатах анализа. Он выслушал меня в полном молчании, а потом тихо выругался.

– Значит, они наркоманов из наших жен делали? – спросил он севшим голосом.

– Похоже на то. Только непонятно зачем.

– А я думаю, зачем, – мрачно сказал Геннадий. – Слышали когда-нибудь о торговле людьми?

От этих слов у меня мороз пробежал по коже. Торговля людьми? Неужели все так серьезно?

После разговора с Геннадием я долго сидела на кухне и думала. Персик лежал у моих ног и тоже о чем-то размышлял. Время от времени он поднимал голову и смотрел на меня, словно хотел что-то сказать.

– Ты же умный кот, – обратилась я к нему. – Что думаешь по поводу всей этой истории?

Персик встал, потянулся и направился к входной двери. Там он сел и выразительно на меня посмотрел.

– Хочешь погулять? – удивилась я. – Но ты же домашний кот, никогда не выходил на улицу.

Персик громко мяукнул и царапнул лапой дверь.

– Ладно, – сдалась я. – Но только на поводке. И недалеко.

Поводок для кота у меня был – купила год назад в приступе заботы о здоровье питомца, но так и не использовала. Персик отнесся к этому аксессуару философски и даже с некоторым интересом.

На улице кот повел себя очень странно. Вместо того чтобы исследовать кусты и нюхать цветочки, он уверенно направился в сторону центра "Стройность навсегда". Я покорно следовала за ним, гадая, что он задумал.

Возле центра Персик остановился и начал принюхиваться. Потом тихонько замяукал и ткнул лапой в сторону служебного входа. Я проследила направление его взгляда и увидела припаркованную поблизости черную машину. Ту самую, которую описывал Геннадий!

– Персик, идем отсюда, – прошептала я, пытаясь увести кота. – Тут может быть опасно.

Но Персик упрямо сидел на месте и наблюдал. И тут служебная дверь центра открылась. Оттуда вышел Витольд Семенович в сопровождении двух мужчин. Именно таких, как описывал Геннадий – в дорогих костюмах, но с неприятными, жесткими лицами.

Я быстро спряталась за ближайшее дерево, таща за собой Персика. Кот не сопротивлялся – видимо, тоже понимал необходимость маскировки.

– Товар готов к отправке? – спросил один из мужчин.

– Завтра утром, – ответил Морковкин. – Все документы оформлены, транспорт подготовлен.

– А новые образцы, когда поступят?

– Через неделю. Марина уже отобрала подходящих кандидаток.

Я чуть не ахнула вслух. Марина Булочкина! Значит, она действительно сообщница!

– Смотри, чтобы все прошло гладко, – угрожающе сказал второй мужчина. – Начальство не любит накладок.

– Все будет в порядке, – заверил Морковкин. – Я профессионал своего дела.

Мужчины сели в машину и уехали. Морковкин еще постоял немного на улице, покурил и тоже скрылся в здании.

Я схватила Персика на руки и почти бегом направилась домой. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно на всю улицу.

– Персик, – задыхаясь, говорила я коту, – мы случайно стали свидетелями страшного преступления. Завтра кого-то отправляют! Наверное, Розалию и других исчезнувших женщин!

Дома я сразу же позвонила Геннадию и рассказала о подслушанном разговоре. Он выслушал меня и сказал:

– Таисия Петровна, нужно немедленно обращаться в полицию. У нас есть заключение химика и показания свидетелей. Этого должно хватить, чтобы начать расследование.

– Но что если мы ошибаемся? – засомневалась я. – А вдруг все не так страшно?

– А вдруг завтра будет поздно? – жестко ответил Геннадий. – Вы слышали – завтра утром "товар готов к отправке". Если это действительно люди, то времени у нас совсем мало.

Он был прав. Медлить нельзя. Я набрала номер дежурной части районного отделения полиции.

– Дежурная часть, слушаю, – ответил усталый мужской голос.

– Здравствуйте, я хочу сообщить о преступлении, – начала я.

– Какого характера?

– Торговля людьми. Наркотики. Похищения.

– Адрес? Время происшествия? Имена пострадавших?

Я попыталась объяснить ситуацию, но дежурный явно не понимал, о чем я говорю.

– Гражданочка, – вздохнул он, наконец, – вы к нам с заявлением приходите. Завтра с утра. С документами и свидетелями. А по телефону я ничего оформить не могу.

– Но завтра может быть поздно! – воскликнула я.

– Ну, так приезжайте прямо сейчас, если дело такое срочное.

Я посмотрела на часы. Половина седьмого вечера. До утра еще далеко, а "товар" должны отправить завтра утром. Времени в обрез.

– Персик, – обратилась я к коту, – кажется, нам придется провести бессонную ночь.

Кот посмотрел на меня понимающе и мяукнул. Видимо, он тоже понимал всю серьезность ситуации.

Пока я собирала документы для поездки в полицию, зазвонил телефон. Звонила Марина Булочкина.

– Таисия Петровна, – сладко проворковала она, – завтра в центре особенное мероприятие. Витольд Семенович приглашает всех клиенток на заключительный сеанс программы. Обещает потрясающие результаты.

– Какой заключительный сеанс? – насторожилась я.

– Ну, вы же помните – курс рассчитан на месяц. Завтра как раз финальная процедура. Очень важно, чтобы никто не пропускал.

– А что это за процедура?

– Сюрприз! – захихикала Марина. – Приходите завтра в десять утра. И не опаздывайте, пожалуйста.

Трубка отключилась. Я стояла с телефоном в руке и понимала – это ловушка. Марина знает о наших подозрениях и пытается заманить меня в центр.

– Персик, – сказала я коту, – кажется, завтра нам предстоит решающая схватка с силами зла.

Кот серьезно посмотрел на меня и направился к своей миске. Видимо, решил подкрепиться перед важным днем. И был абсолютно прав – сил нам понадобится много.

Глава 5. Голодные игры

Утро пятницы началось с того, что весы снова показали те же семьдесят восемь килограммов. Персик сидел рядом и смотрел на меня с таким выражением, которое можно было перевести как: "А ты что хотела, хозяйка? Чудес не бывает, особенно когда кормишь организм непонятной химией."

– Ну ладно, рыжий, – вздохнула я, слезая с весов. – Может, сегодня что-то прояснится.

В центр "Стройность навсегда" я шла с тяжелым сердцем. После вчерашнего разговора с Геннадием и находки дневника Розалии мне совсем не хотелось встречаться с Витольдом Семеновичем. Но любопытство взяло верх – надо было выяснить, что происходит с исчезнувшими женщинами.

В холле центра висело объявление: "Сегодня специальный тренинг 'Голодные игры'. Учимся правильно голодать для максимального эффекта похудения. Начало в 11:00."

Голодные игры? Название меня насторожило. Что-то в нем было зловещее, несмотря на яркие буквы и улыбающиеся смайлики на плакате.

Администратор с накладными ресницами встретила меня приветливой улыбкой:

– Таисия Петровна! Как хорошо, что вы пришли! Витольд Семенович специально для вас организовал этот тренинг.– Специально для меня? – удивилась я.

– Ну конечно! Вы же одна из наших самых перспективных клиенток. Витольд Семенович говорит, что у вас огромный потенциал для трансформации.

Трансформации? Это слово мне тоже не понравилось. Трансформируются роботы, а не люди.

В зале для групповых занятий собралось человек десять женщин разного возраста. Я узнала несколько постоянных клиенток центра, но большинство были мне незнакомы. Марина Булочкина сидела в первом ряду и сосредоточенно что-то записывала в блокнот.

– Где Розалия? – тихо спросила я, присаживаясь рядом с Мариной.

Марина подняла на меня покрасневшие глаза:

– Не знаю. Муж все звонит, спрашивает. А я что могу сказать? Последний раз видела ее позавчера.

– А раньше кто-нибудь из клиенток исчезал?

Марина оглянулась по сторонам и наклонилась ко мне:

– Таисия Петровна, если честно, то да. Помните Светлану Пирожкову? Приходила к нам месяца три назад, полненькая такая блондинка?

Я попыталась вспомнить, но в памяти не всплыло ничего конкретного.

– Не очень помню.

– Ну, так вот, она тоже неожиданно пропала. Сначала перестала приходить на процедуры, а потом ее дочь получила SMS, что мама уехала лечиться в Германию. Дочь удивилась – откуда у мамы деньги на лечение за границей? Но потом пришло еще одно сообщение, что все оплачивает какой-то благотворительный фонд.

У меня мурашки побежали по спине:

– А потом что?

– А ничего. Связь прервалась. Дочь пыталась найти этот фонд, но безрезультатно. В полиции сказали, что взрослый человек имеет право уехать куда захочет.

– А еще кто-нибудь исчезал?

– Еще две женщины за последние полгода. Анна Сухарева и Валентина Крендель. У обеих родственники получили похожие сообщения об отъезде за границу. Все они были постоянными клиентками центра.

Я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Значит, Розалия не первая. И все они исчезли после посещения центра.

Наш разговор прервал появление Витольда Семеновича. Сегодня он выглядел особенно торжественно – белоснежный халат был идеально выглажен, усики подкручены, а в глазах светился какой-то нездоровый азарт.– Дорогие дамы! – начал он театральным голосом. – Сегодня у нас особенный день. Мы проведем уникальный тренинг, который поможет вам достичь невиданных результатов в похудении.

Он сделал паузу и обвел нас всех взглядом:

– Голодание – это древнейший способ очищения организма. Но голодать нужно правильно, под строгим медицинским контролем. Именно поэтому я разработал специальную программу "Голодные игры".

Название все-таки было жутковатое. Особенно учитывая, что несколько участниц предыдущих "игр" бесследно исчезли.

– Программа рассчитана на семь дней, – продолжал Морковкин. – В течение этого времени вы будете употреблять только специальные коктейли и принимать усиленный курс наших препаратов. К концу недели вы потеряете от десяти до пятнадцати килограммов!

Женщины в зале зашумели. Кто-то восхищенно ахал, кто-то задавал вопросы о безопасности такого радикального подхода.

– А не вредно ли это для здоровья? – робко спросила одна из клиенток.

– Наоборот! – заверил Витольд Семенович. – Голодание под медицинским контролем оздоравливает организм. Конечно, первые дни будут тяжелыми. Возможны головокружения, слабость, даже некоторые галлюцинации. Но это нормальная реакция на очищение.

Галлюцинации? Я вспомнила жалобы Розалии на странные видения. Значит, это было не от "детоксикации", а от голодания в сочетании с непонятными препаратами.

– А что это за коктейли? – поинтересовалась Марина.

– Уникальная разработка нашего центра, – гордо ответил диетолог. – Витамины, минералы, аминокислоты – все, что нужно организму для поддержания жизненных функций. Плюс специальные компоненты для ускорения сжигания жира.

Специальные компоненты. После вчерашнего анализа Аркадия Сергеевича это словосочетание звучало особенно зловеще.

– Кто готов записаться на программу? – спросил Морковкин, доставая красивую папку. – Стоимость курса всего пятьдесят тысяч рублей. Результат гарантирован!

Несколько женщин подняли руки. Я заметила, что все они были постоянными клиентками центра – теми самыми, кто уже несколько недель принимал подозрительные таблетки.

– А можно подумать до понедельника? – спросила я.

– Конечно, – улыбнулся Витольд Семенович. – Но мест ограниченное количество. Мы можем принять только восемь участниц для обеспечения индивидуального подхода.

После официальной части тренинга нам предложили травяной чай и легкие закуски. Я отошла к окну, делая вид, что любуюсь видом на соседний двор, но на самом деле прислушиваясь к разговорам.

И тут я услышала знакомый голос Морковкина, который о чем-то оживленно беседовал с кем-то за дверью кабинета. Дверь была приоткрыта, и до меня долетали обрывки фраз.

– Валерий Иванович, готовых образцов у нас уже шесть штук, – говорил диетолог.

– Отлично, Витольд, – ответил незнакомый мужской голос с легким акцентом. – А когда поступит новая партия?

– На следующей неделе. Восемь штук, как договаривались. Все будут в нужной кондиции.

– Надеюсь, без сюрпризов, как в прошлый раз?

– Исключено. Теперь я подхожу к отбору более тщательно. Только здоровые экземпляры без вредных привычек и лишних связей.

Экземпляры? У меня похолодело в груди. О людях так не говорят. Только о товаре.

– А документы готовы?

– Разумеется. Наш человек в паспортном столе работает безупречно. Все девочки получат новые личности.

– Хорошо. Тогда в понедельник встречаемся с заказчиками. Они очень довольны качеством нашего товара.

Заказчиками? Товара? Я чуть не задохнулась от ужаса. Неужели я правильно понимаю, о чем идет речь?

– А что с той, которая начала подозревать? Розалия вроде?

– Все под контролем. Она уже в безопасном месте. Завтра отправится к покупателям.

– И семья не ищет?

– Муж получил сообщение, что жена уехала к больной подруге в Сочи. Пока он разберется, что к чему, наша Розалия будет уже далеко отсюда.

Ноги у меня подкосились. Значит, Розалию собираются продать! А под видом программы "Голодные игры" готовят новую партию жертв.

– Кстати, Витольд, а что там с той рыжеволосой? Цветкова, кажется?

Я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. Они обсуждают меня!

– Да, перспективная особа. Одинокая, работает бухгалтером, никого особо не интересует. Идеально подходит для программы.

– Тогда включай ее в следующую партию.

– Уже включил. Она записалась на "Голодные игры". Через неделю будет готова к отправке.

Я? Записалась? Но я же сказала, что подумаю до понедельника! Хотя… для них это, видимо, не имело значения. Они уже решили мою судьбу.

Голоса начали удаляться. Я быстро отошла от двери и сделала вид, что рассматриваю диплом на стене.

– Таисия Петровна! – Витольд Семенович появился рядом со мной с широкой улыбкой. – Познакомьтесь, это наш партнер Валерий Иванович Колбасный. Он занимается… э-э-э… логистикой наших программ.

Валерий Колбасный оказался мужчиной лет пятидесяти, плотного телосложения, с холодными серыми глазами и золотым зубом, который блестел, когда он улыбался. Одет он был дорого, но безвкусно – малиновый пиджак, золотые часы размером с будильник и несколько массивных перстней на пальцах.

– Очень приятно, – протянул он мне руку с тяжелыми кольцами. – Витольд много рассказывал о вас. Говорит, у вас большие перспективы.

От его рукопожатия меня передернуло. В этих словах и взгляде было что-то хищное, оценивающее. Как будто он рассматривал товар перед покупкой.

– Спасибо, – пробормотала я, быстро отдернув руку.

– Надеюсь, вы примете участие в нашей специальной программе, – продолжал Колбасный. – Это уникальная возможность кардинально изменить свою жизнь.

– Я подумаю, – снова попыталась я оттянуть время.

– Конечно, конечно. Но не слишком долго. Места разбирают очень быстро.

После этого разговора я поспешно попрощалась и выбежала из центра. На улице глотнула свежего воздуха и попыталась привести мысли в порядок.

Итак, теперь картина прояснилась. Морковкин и его сообщник Колбасный занимаются торговлей людьми. Они заманивают женщин в свой центр под видом программ похудения, накачивают их наркотиками, чтобы сломить волю, а потом продают каким-то "заказчикам". Розалия уже в их руках, и завтра ее должны "отправить".

А меня включили в следующую партию, даже не спросив моего согласия.

Дома меня встретил взволнованный Персик. Он бегал по квартире, мяукал и явно пытался что-то сказать.

– Что случилось, рыжий? – спросила я, присаживаясь на диван.

Кот запрыгнул ко мне на колени и начал мурчать, но в этом мурчанье слышалась тревога. Потом он вдруг вскочил, подбежал к окну и громко замяукал.

Я подошла к окну и выглянула на улицу. Внизу стояла та же черная машина с затемненными стеклами. За рулем сидел мужчина в темных очках.

– Персик, кажется, за нами следят, – прошептала я коту.

Кот недовольно зафырчал и стал точить когти о диванную подушку. Видимо, это был его способ выразить отношение к незваным гостям.

Я отошла от окна и села за кухонный стол. Нужно было срочно что-то предпринимать. Розалию собираются продать завтра, а меня включили в следующую партию. Времени в обрез.

Позвонить в полицию? Но что я им скажу? Что подслушала разговор о "готовых образцах" и "новой партии"? Никто этому не поверит. Нужны более серьезные доказательства.

А что, если попробовать найти место, где держат Розалию и других исчезнувших женщин? Но где его искать? Центр я осмотрела – там только кабинеты и процедурные комнаты.

Персик тем временем подошел ко мне и положил лапу на руку. В его янтарных глазах я прочитала решимость и поддержку. Мой умный кот готов был помочь в любой авантюре.

– Ладно, рыжий, – сказала я, почесав его за ухом. – Попробуем найти этих негодяев. Только как?

Кот громко мяукнул и направился к входной двери. Потом обернулся и посмотрел на меня с выражением: "А чего сидишь? Пошли разведывать!"

И правда, нужно было действовать. Каждая потерянная минута могла стоить Розалии свободы, а то и жизни.

Я взяла сумку, проверила, есть ли в телефоне заряд, и приготовилась к самому рискованному вечеру в своей жизни.

Персик одобрительно мурлыкнул. Видимо, он тоже понимал серьезность ситуации и был готов к решительным действиям.

– Ну что, рыжий детектив, – сказала я коту, – пора спасать попавших в беду дам. Только не представляю пока, как именно это делать.

Кот посмотрел на меня с таким умным видом, что на секунду показалось – он знает ответ на этот вопрос. И как выяснилось позже, действительно знал.

Глава 6. Персик на разведке

Вечером пятницы я сидела дома и пыталась привести в порядок мысли после всех потрясений последних дней. Анализ таблеток показал наличие наркотиков, Розалия исчезла, а Морковкин с загадочным Колбасным обсуждали какие-то "готовые образцы" и "новые партии". Картина складывалась жуткая, но пока что туманная.

Персик весь вечер вел себя странно. Обычно к восьми часам он уже устраивался на своей любимой подушке и мирно дремал, изредка открывая один глаз, чтобы проконтролировать, не делаю ли я чего предосудительного. Но сегодня кот метался по квартире, заглядывал в окна, принюхивался к двери и явно чем-то беспокоился.

– Персик, что с тобой? – спросила я, когда он в очередной раз прошелся по подоконнику, пристально вглядываясь в темную улицу. – Может, к ветеринару сходить?

Кот посмотрел на меня с таким выражением, которое можно было перевести как: "Хозяйка, ты совсем не понимаешь серьезности момента. Там, внизу, творится что-то подозрительное, а ты предлагаешь мне градусник под хвост!"

К одиннадцати вечера я легла спать, но сон не шел. В голове крутились обрывки подслушанных разговоров, лица исчезнувших женщин и тревожные мысли о том, что завтра может быть слишком поздно для спасения Розалии. Где-то около полуночи я наконец задремала.

Проснулась я от того, что в квартире было подозрительно тихо. Обычно Персик всю ночь издавал различные звуки – мурчал во сне, скрипел когтеточкой, шуршал в своей миске. А сейчас стояла полная тишина.

– Персик? – позвала я негромко.

Ответа не последовало. Я включила настольную лампу и огляделась. Кота нигде не было видно. Обшарив всю квартиру, я обнаружила, что балконная дверь приоткрыта. Хотя я была уверена, что закрыла ее на ночь.

– Господи, – пробормотала я, выглядывая на балкон. – Персик, ты что, решил стать уличным котом в тридцать лет?

На балконе кота тоже не было. Зато на перилах остались следы когтей – видимо, мой домашний любимец спустился по водосточной трубе на улицу. Такого за ним никогда не водилось!

Я быстро оделась и выбежала во двор. На улице было темно и прохладно, фонари создавали причудливые тени между домами. Персика нигде не было видно.

– Персик! – тихо позвала я, чувствуя себя полной идиоткой. – Кис-кис-кис!

Откуда-то из-за угла донеслось знакомое мяуканье. Я поспешила на звук и увидела своего рыжего беглеца возле подъезда соседнего дома. Кот сидел под фонарем и смотрел на меня с таким видом, словно ждал, когда я наконец-то появлюсь.

– Ты что, с ума сошел? – возмутилась я, подходя к нему. – Зачем удрал из дома?

Персик мяукнул и решительно направился в сторону центральной улицы. Пройдя несколько метров, он обернулся и посмотрел на меня выжидающе.

– Хочешь, чтобы я пошла за тобой? – недоверчиво спросила я.

Кот утвердительно мяукнул и продолжил движение. У меня не было выбора – пришлось следовать за ним, чувствуя себя героиней какого-то сюрреалистического фильма.

Персик уверенно шел по ночным улицам, периодически оборачиваясь, чтобы убедиться, что я не отстаю. Минут через двадцать я поняла, куда он меня ведет – к центру "Стройность навсегда".

– Персик, ты серьезно? – прошептала я, когда мы остановились напротив знакомого здания. – Что мы тут забыли в такое время?

Кот обошел здание по периметру и остановился возле служебного входа, который выходил в небольшой дворик. Дверь была слегка приоткрыта, и из щели пробивался слабый свет.

Персик протиснулся в щель и исчез внутри здания. Я постояла несколько секунд, размышляя над безумием ситуации, а потом последовала за ним.

Внутри пахло знакомыми химическими веществами и чем-то еще – затхлым, больничным запахом. Персик уже спускался по лестнице, ведущей в подвал. Я никогда не была в этой части центра.

Лестница оказалась довольно длинной. Внизу был коридор с несколькими дверями. Из-под одной из них пробивался свет, и оттуда доносились приглушенные голоса.

Персик остановился возле другой двери и начал скрести лапой по замку. Дверь была заперта, но замок оказался старым и ненадежным. После нескольких минут колдовства с заколкой для волос мне удалось его открыть.

За дверью оказалась небольшая комната, больше похожая на кладовку. Но то, что я там увидела, заставило меня похолодеть.

Вдоль стен стояли металлические шкафы, набитые папками. На полках лежали стопки каких-то документов. Персик прыгнул на стол, где под настольной лампой были разложены фотографии и бумаги.

Я подошла ближе и ахнула. На фотографиях были женщины, которых я узнала – некоторых видела в центре, других нет. Под каждой фотографией была прикреплена карточка с данными: рост, вес, возраст, семейное положение, особые приметы. Как в каталоге товаров.

Среди фотографий я нашла снимок Розалии. На карточке было написано: "Готова к отправке. Заказчик № 7. Дата поставки – 15 мая."

Сегодня как раз было четырнадцатое мая.

С дрожащими руками я открыла несколько папок. В них хранились медицинские карты исчезнувших женщин с результатами анализов, психологическими характеристиками и подробным описанием процедур, которые с ними проводились. "Подготовительный курс", "Корректировка поведения", "Индукция покорности" – эти термины звучали как из фантастического фильма ужасов.

В другом шкафу лежали паспорта – новенькие, с фотографиями знакомых лиц, но совершенно другими именами. Светлана Пирожкова стала Еленой Кузнецовой, Анна Сухарева превратилась в Марию Волкову.

Персик тем временем обнаружил еще один ящик стола. Он настойчиво царапал его лапой, пока я не открыла. Внутри лежали авиабилеты в разные страны – Турцию, ОАЭ, Таиланд. Все на имена женщин из поддельных паспортов.

– Боже мой, – прошептала я. – Это же настоящая фабрика по торговле людьми.

Персик внимательно слушал мое бормотание, а потом вдруг насторожился и замер. Из коридора донеслись шаги и приглушенные голоса.

– Проверь нижний этаж, – говорил знакомый голос Морковкина. – А то мне показалось, что там кто-то был.

– Да ладно, Витольд, кому там быть в такое время? – ответил другой голос с легким акцентом – видимо, Колбасный.

– Лучше перестраховаться. Завтра у нас важная отправка.

Шаги приближались к нашему убежищу. Я в панике озиралась, ища место, где можно спрятаться. Персик спрыгнул со стола и метнулся к противоположной стене, где оказалась еще одна дверь.

Мы юркнули туда буквально за секунду до того, как в коридоре вспыхнул свет. За второй дверью оказалась настоящая камера – маленькая комната с одной койкой и решеткой на крошечном окошке под потолком.

– Здесь никого, – донесся голос от нашего недавнего убежища. – Должно быть, показалось.

– А что это за дверь? – спросил Колбасный.

– Временная камера. Держим там клиенток перед отправкой, если они слишком беспокойные.

У меня мурашки побежали по коже. Значит, в этой комнате держали Розалию и других женщин перед тем, как отправить неизвестно куда.

– А где сейчас наша артистка? – поинтересовался Колбасный.

– В загородном доме. Завтра утром привезем сюда, оформим последние документы и в аэропорт. Заказчик очень доволен – такие экземпляры редко попадаются. Образованная, красивая, без вредных привычек.

– И семья не будет искать?

– Муж уже получил сообщение, что жена уехала лечиться в частную клинику в Германии. Мол, нашла спонсора, который оплатил лечение. Пока он разберется, что к чему, наша Розалия будет далеко отсюда.

– Хорошо. Тогда завтра закончим с артисткой, а на следующей неделе займемся новой группой.

Голоса начали удаляться. Я еще несколько минут сидела в темноте, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Персик лежал у моих ног и тихонько мурлыкал, видимо, пытаясь меня утешить.

Когда в здании стало совсем тихо, мы выбрались из импровизированной тюрьмы. Я быстро сфотографировала на телефон самые важные документы – фотографии женщин, поддельные паспорта, медицинские карты. Доказательств теперь было предостаточно.

На обратном пути Персик шел рядом со мной, гордо задрав хвост. Было видно, что он доволен проделанной работой. И было от чего – мой умный кот самостоятельно раскрыл преступную схему и привел меня к неопровержимым доказательствам.

Дома я долго не могла уснуть. В голове роились мысли о том, что завтра Розалию должны отправить к "заказчику", а через неделю такая же участь ждет еще восемь женщин, включая меня.

Персик устроился рядом на подушке и положил лапу мне на руку. В его янтарных глазах я прочитала решимость и готовность к дальнейшим приключениям. Мой кот явно понимал, что дело еще не закончено.

– Ну что, рыжий детектив, – прошептала я ему. – Завтра пойдем спасать Розалию и других женщин. Только как?

Персик мяукнул так уверенно, словно у него уже был готов план операции. И, как выяснилось позже, так оно и было.

Глава 7. Калории и килограммы

Утром субботы я проснулась с ощущением, что за ночь в моей голове все пазлы наконец-то сложились в единую картину. Персик лежал рядом на подушке и смотрел на меня с выражением глубокого понимания. Видимо, мой умный кот тоже дошел до тех же выводов.

– Персик, – сказала я ему, почесывая за ухом, – кажется, мы с тобой раскрыли преступление века. Морковкин и его подельники торгуют людьми под видом диетического центра!

Кот одобрительно мурлыкнул. В его янтарных глазах я прочитала что-то вроде: "Наконец-то дошло до хозяйки! А я-то думал, она так и будет таблетки глотать."

Но одно дело – строить теории, лежа в кровати, и совсем другое – найти неопровержимые доказательства. У меня были фотографии документов из тайной комнаты, заключение Аркадия Сергеевича о составе таблеток и дневник Розалии. Но хватит ли этого, чтобы полиция серьезно отнеслась к моим заявлениям?

Размышления прервал звонок в дверь. На пороге стояла Марина Булочкина с пакетом свежих булочек и широкой улыбкой.

– Таисия Петровна! – воскликнула она. – Как дела? Не заболели случайно?

– Нет, что вы, – осторожно ответила я, приглашая ее в квартиру. – А что вас навело на такую мысль?

– Да вчера на тренинге вы как-то странно себя вели. Витольд Семенович даже волновался. Говорит, может, программа слишком интенсивная для вас?

Я внимательно посмотрела на Марину. Обычно милая и приветливая женщина сегодня казалась какой-то напряженной. Да и визит в субботу утром выглядел подозрительно.

– Все в порядке, – заверила я ее. – Просто немного устала на работе. Хотите чаю?

– С удовольствием! А булочки я из своего кафе принесла. Свежие, только что из духовки.

Мы устроились на кухне. Персик тут же появился рядом, принюхиваясь к ароматной выпечке. Но вместо обычного заинтересованного мурчания кот настороженно зафырчал и отошел в сторону.

– Что это с вашим котом? – удивилась Марина. – Обычно коты обожают сдобу.

– Персик привередливый, – отмахнулась я, но мысленно отметила странную реакцию кота. – Ест только свой корм.

Марина разломила булочку пополам и протянула мне:

– Попробуйте, они с изюмом и корицей. Мой фирменный рецепт.

Я взяла булочку и поднесла ко рту, но тут Персик издал такой отчаянный вопль, что я чуть не выронила выпечку.

– Персик, что с тобой? – воскликнула я.

Кот метнулся к моим ногам и вцепился когтями в джинсы, явно пытаясь удержать от каких-то действий.

– Какой беспокойный котик, – заметила Марина, но в ее голосе прозвучала досада. – Может, его лучше в другую комнату?

– Не стоит, он скоро успокоится, – ответила я, откладывая булочку на тарелку. – Марина Владимировна, а можно вас кое о чем спросить?

– Конечно, – она натянуто улыбнулась.

– Вчера вы упоминали, что несколько клиенток центра исчезли. А не помните ли, сколько времени они посещали процедуры?

Марина задумалась:

– Ну, Светлана Пирожкова ходила месяца три, Анна Сухарева – примерно столько же. А Валентина Крендель даже дольше, месяца четыре наверное.

– И все они участвовали в каких-то специальных программах?

– Да, в "Экстремальном похудении". Очень дорогая программа, но эффективная. Витольд Семенович лично отбирает кандидаток.

– По каким критериям?

Марина вдруг нахмурилась:

– А зачем вам такие подробности? Собираетесь записаться?

– Просто любопытно, – пожала плечами я. – Хочется понять, подхожу ли я.

– Ну, обычно это одинокие женщины без близких родственников. Витольд Семенович говорит, что им легче соблюдать строгий режим, никто не мешает.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Одинокие женщины без близких родственников – идеальные жертвы для торговли людьми. Никто особо не будет искать.

– А откуда у вашего кафе деньги на спонсирование центра? – спросила я как можно непринужденнее.

Марина резко поставила чашку на стол:

– Какого спонсирования? О чем вы говорите?

– Ну, вчера Витольд Семенович упоминал, что у него есть надежные партнеры, которые помогают финансировать программы…

– Ах, это, – Марина заметно расслабилась. – Да, я иногда помогаю. У меня кафе неплохо идет, особенно по выходным. А Витольд Семенович такой энтузиаст, постоянно новые методики разрабатывает. Жалко, если из-за денег что-то не получится.

Врет, подумала я. Врет и краснеет. Никакое кафе не может приносить такие доходы, чтобы спонсировать дорогостоящие программы.

– Марина Владимировна, а вы случайно не знаете, где сейчас Розалия? Муж ее ищет, очень переживает.

Лицо Марины стало каменным:

– Понятия не имею. Может, действительно лечится где-то. Богатые люди могут себе позволить частные клиники за границей.

– Но ведь ее муж ничего не знает о таком лечении…

– Таисия Петровна, – жестко сказала Марина, – а не слишком ли вы интересуетесь чужими делами? Может, лучше сосредоточиться на собственном похудении?

В ее тоне появились угрожающие нотки. Я поняла, что разговор зашел в опасную зону.

– Конечно, вы правы, – согласилась я. – Просто переживаю за знакомую.

– Ешьте булочку, пока не остыла, – настойчиво предложила Марина.

Я снова взяла выпечку, но Персик тут же вскочил на стол и лапой сбил тарелку на пол. Булочка раскатилась по кухне.

– Персик! – возмутилась я. – Что на тебя нашло?

Кот сидел на столе и пристально смотрел на Марину. В его взгляде читалось откровенная враждебность.

– Какой невоспитанный кот, – поморщилась Марина. – Может, его нужно показать ветеринару? Такое агрессивное поведение может быть признаком болезни.

– Персик здоров, – защитила я своего питомца. – Просто он очень чувствительный, улавливает малейшие изменения в настроении.

– Ну и что он сейчас улавливает? – с сарказмом спросила Марина.

Я посмотрела ей в глаза и вдруг поняла – она знает, что я все раскрыла. И визит с булочками был не случайным.

– Не знаю, – осторожно ответила я. – Может, чувствует какую-то опасность.

Марина встала из-за стола:

– Ладно, мне пора. Дела в кафе. А вы не забывайте про понедельник – в центре особая процедура. Витольд Семенович специально для вас старается.

После ее ухода я долго сидела на кухне, обдумывая разговор. Персик устроился у моих ног и довольно мурчал. Видимо, был доволен, что предотвратил какую-то беду.

Я подняла с пола кусочки булочки и внимательно их рассмотрела. В тесте были какие-то белые крупинки, которые совсем не походили на сахар или муку.

– Персик, а что, если там было что-то не то? – пробормотала я.

Кот многозначительно посмотрел на меня и направился к своей миске с водой. Видимо, считал, что хозяйка наконец-то начала соображать.

Я собрала все крошки в пакет. Нужно было показать их Аркадию Сергеевичу для анализа.

Звонок химику застал того в лаборатории:

– Таисия Петровна! Как дела с вашими таинственными таблетками?

– Аркадий Сергеевич, а можно к вам приехать? У меня еще один образец для анализа.

– Конечно! Я как раз свободен.

В лаборатории Аркадий Сергеевич с интересом рассмотрел крошки булочки:

– И что это на этот раз?

– Подозреваю, что попытку отравления, – честно призналась я.

Химик присвистнул:

– Ну и дела! Кто-то решил вас убрать?

– Скорее, одурманить. Посмотрите, пожалуйста, есть ли там что-то подозрительное.

Анализ занял час. Результат превзошел мои худшие ожидания.

– Таисия Петровна, – серьезно сказал Аркадий Сергеевич, – в этой булочке содержится сильный транквилизатор и психотропное вещество. Если бы вы съели целиком, то сейчас находились бы в состоянии полного оцепенения.

У меня перехватило дыхание:

– То есть я стала бы как зомби?

– Именно так. Полная потеря воли, подчинение любым командам, отсутствие критического мышления. Состояние могло длиться несколько часов.

– А память?

– Провалы в памяти гарантированы. Человек может не помнить несколько дней подряд.

Я вспомнила настойчивость, с которой Марина уговаривала меня съесть булочку. Значит, она хотела одурманить меня, а потом… Что потом? Увезти в тот же подвал, где держат других женщин?

– Аркадий Сергеевич, а можно получить официальное заключение?

– Разумеется. И я настоятельно рекомендую вам обратиться в полицию.

Домой я ехала в состоянии шока. Персик встретил меня у двери с таким видом, словно говорил: "Ну что, теперь поняла, от чего я тебя спас?"

– Персик, – сказала я, присаживаясь на диван, – если бы не ты, меня бы сейчас уже не было. Ты настоящий герой.

Кот довольно замурчал и устроился у меня на коленях. Мы оба понимали, что игры закончились. Теперь речь шла о жизни и смерти.

Вечером позвонил Геннадий Круглов:

– Таисия Петровна, есть новости о Розалии?

– Есть, – ответила я. – И очень серьезные. Нужно срочно встретиться.

Мы договорились увидеться в ближайшем парке. Геннадий выслушал мой рассказ о тайной комнате, анализах и попытке отравления с каменным лицом.

– Значит, моя жена в руках торговцев людьми? – тихо спросил он.

– Боюсь, что да. И завтра, если ничего не предпринять, ее могут отправить к покупателям.

– Что делать?

– Идти в полицию. Доказательств теперь достаточно.

Геннадий кивнул:

– Я готов на все, лишь бы спасти Розалию.

Персик всю ночь лежал рядом со мной, изредка поднимая голову и настороженно прислушиваясь к звукам за окном. Мой умный кот чувствовал приближающуюся развязку.

– Завтра, рыжий, – шептала я ему, – завтра мы покончим с этими негодяями. И спасем Розалию, и других женщин тоже.

Кот мурлыкнул в ответ. В его глазах я прочитала решимость и готовность к решающей схватке.

Утром воскресенья зазвонил телефон. Звонила Марина Булочкина:

– Таисия Петровна! Как самочувствие? Не заболели?

– Нет, что вы, – ответила я, стараясь говорить нормальным голосом.

– А то вчера вы какая-то вялая были. Витольд Семенович беспокоится – не подошли ли вам наши методы?

– Все в порядке. Просто немного устала.

– Тогда увидимся завтра. И не забудьте взять с собой документы – паспорт и медицинский полис. Для новой программы нужно оформить специальные бумаги.

Трубка отключилась. Я понимала – они готовятся к моему "исчезновению". Завтра должно было стать днем, когда очередная клиентка диетического центра бесследно пропадет.

Но мы с Персиком были готовы к этому.

Глава 8. Взвешенное решение

Утром понедельника я проснулась с твердым намерением покончить с преступной деятельностью диетического центра раз и навсегда. Персик встретил меня у входной двери с таким серьезным видом, словно понимал всю важность предстоящего дня. В его янтарных глазах читалась готовность к решительным действиям.

– Ну что, рыжий детектив, – сказала я коту, надевая самые строгие туфли, – сегодня мы идем в полицию. Пора положить конец этому безобразию.

Кот одобрительно мурлыкнул и потерся о мои ноги. Видимо, тоже считал, что время разговоров прошло.

Районное отделение полиции располагалось в старом кирпичном здании, которое явно помнило еще советские времена. Дежурный, уставший мужчина лет пятидесяти, выслушал мой рассказ о желании подать заявление о преступлении с выражением человека, который уже тысячу раз слышал подобные истории.

– Торговля людьми, говорите? – переспросил он, лениво постукивая ручкой по столу. – А документы какие у вас есть?

Я выложила перед ним все собранные доказательства: фотографии из тайной комнаты, заключения химика Аркадия Сергеевича, дневник Розалии. Дежурный пролистал бумаги и покачал головой:

– Это все, конечно, интересно, но нужен специалист. Сейчас вызову оперативника.

Через полчаса появился мужчина лет сорока с умными серыми глазами и слегка скептическим выражением лица. Представился он как старший оперуполномоченный Сергей Викторович Правдин.

– Так, – сказал он, усаживаясь за стол и открывая блокнот, – рассказывайте по порядку, что у вас там за история.

Я начала сначала, стараясь излагать факты максимально четко и логично. Рассказала о диетическом центре, подозрительных таблетках, исчезновении Розалии, тайной комнате в подвале и разговоре Морковкина с Колбасным. Правдин слушал внимательно, время от времени задавая уточняющие вопросы.

– А вы сами-то как в центре оказались? – поинтересовался он.

– Да так, – смутилась я, – хотела похудеть к лету. Подруги посоветовали.

– Ясно. И сколько вы там занимались?

– Две недели примерно.

– И за это время успели раскрыть международную сеть торговцев людьми? – в голосе оперативника послышалась ирония.

Я почувствовала, как щеки загорелись румянцем:

– Я же не специально! Просто обстоятельства так сложились…

Правдин внимательно изучил фотографии документов на моем телефоне:

– Качество плохое. Половину не разобрать. А эти заключения химика… Кто сказал, что таблетки именно из вашего центра?

– Но я же видела, как их там раздают!

– Видели. А что видели конкретно? Может, это были обычные витамины, а наркотические таблетки взяли в другом месте?

Я растерялась. Действительно, прямых доказательств связи между центром и проанализированными препаратами у меня не было.

– А разговор, который вы подслушали, – продолжал Правдин, – может иметь совершенно иное толкование. "Готовые образцы", "новая партия" – это может относиться к чему угодно. К косметике, например.

– Но Розалия же исчезла! – возразила я.

– Взрослый человек имеет право уехать куда захочет, не уведомляя знакомых. Может, у них с мужем проблемы, вот она и решила подумать в отпуске.

Я поняла, что оперативник относится к моему заявлению с большим скепсисом. И в чем-то он был прав – доказательства действительно выглядели не очень убедительно.

– Сергей Викторович, – попробовала я еще раз, – а что если проверить центр? Хотя бы съездить туда, поговорить с этим Морковкиным?

– На каком основании? – пожал плечами Правдин. – У нас демократия, гражданочка. Просто так людей беспокоить не можем. Нужны веские основания.

– А что может стать веским основанием?

Правдин задумался:

– Ну, например, если бы у нас была запись разговора, где явно говорится о преступной деятельности. Или свидетель, который видел, как кого-то против воли удерживают. Или документы, подтверждающие незаконную деятельность. То, что у вас есть, – это, скорее, повод для подозрений, а не для возбуждения дела.

– А если я добуду такие доказательства?

Оперативник внимательно посмотрел на меня:

– Только не вздумайте играть в детектива. Если ваши подозрения обоснованы, то люди эти крайне опасны. Оставьте это профессионалам.

– Но вы же сказали, что оснований для проверки нет!

– Таисия Петровна, – терпеливо объяснил Правдин, – в нашей работе все должно делаться по закону. Не можем мы просто взять и нагрянуть в центр с обыском. А вот если появятся веские доказательства…

Я поняла, что разговор зашел в тупик. Правдин явно не собирался предпринимать никаких активных действий на основании моих подозрений.

– Хорошо, – сказала я, вставая, – я вас поняла. Если что-то еще выяснится, обращусь снова.

– Обязательно обращайтесь, – кивнул оперативник. – Но еще раз повторяю: никакой самодеятельности. Это может быть крайне опасно.

Домой я шла в расстроенных чувствах. Персик встретил меня у двери с таким выражением, которое можно было перевести как: "Ну что, поверили тебе менты?"

– Нет, рыжий, – вздохнула я, присаживаясь на диван. – Требуют более веские доказательства. А где их взять?

Кот задумчиво помолчал, а потом решительно направился к ящику стола, где я храню разные мелочи. Порылся там лапой и вытащил небольшой диктофон, который подарила мне на прошлый день рождения подруга Света.

– Персик, ты гений! – воскликнула я. – Запись разговора – это же именно то, что нужно!

Кот довольно мурлыкнул. Видимо, считал, что хозяйка наконец-то начала соображать.

План созрел у меня довольно быстро. Завтра, во вторник, в центре должна состояться моя очередная процедура. Я приду туда с диктофоном, постараюсь записать какой-нибудь компрометирующий разговор и передам запись Правдину. Простой и эффективный план.

Правда, оставалась одна проблема – как подобраться к Морковкину достаточно близко, чтобы записать его разговоры? В процедурном кабинете он вряд ли будет обсуждать криминальные дела.

Решение пришло неожиданно. Вечером позвонила Марина Булочкина:

– Таисия Петровна! Витольд Семенович просил передать, что завтра после процедуры он хотел бы с вами поговорить лично. О вашем дальнейшем участии в программе.

Сердце екнуло. Неужели они что-то заподозрили?

– А о чем именно разговор? – осторожно спросила я.

– Он хочет предложить вам особую программу. Эксклюзивную. Говорит, у вас большой потенциал для трансформации.

Трансформации. Это слово мне совсем не понравилось. Но с другой стороны – прекрасная возможность остаться наедине с главным злодеем и записать его откровения.

– Хорошо, – согласилась я. – Во сколько прийти?

– В обычное время, в четыре. А после процедуры останетесь.

После разговора с Мариной я долго готовилась к завтрашней операции. Проверила диктофон – работал отлично, записывал даже шепот. Батарейки были новые. Спрятать его решила в карман пиджака – там он будет незаметен, но сможет все записать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.