Дмитрий Коханов
Наёмник и лисица

Это задание было не из лёгких. Пожалуй, можно смело говорить, что подобные перепадают, может, один раз из пары-тройки десятков заказов, которые чтобы набрать, может потребоваться и полгода, и год. Но зато и плата была такая, что с лихвой перекрывала всю остальную мелочёвку, составляющую девяносто процентов работы обычного наёмника. Хорошего наёмника – посредственному, а тем более плохому, такие заказы, как этот, не предлагают.

Но даже будучи очень хорошим наёмником, если стремишься быть всегда сытым, хорошо одетым, не отказывать себе в женщинах и выпивке и, что самое главное – иметь то оружие, которое хочешь, а не то, которое можешь, приходится брать любые заказы, даже дешманские и откровенно скучные. И с этим ничего не поделаешь – такова суровая реальность. Такие нынче времена, что хороших, жирных заказов на всех не хватает – мало того, что они и так стали редкостью, так ещё и конкуренция за последние годы сильно возросла.

Мужчина, медленно продирающийся сейчас сквозь лысый зимний лес и громко, но непонятно матерящийся в намотанный по самые глаза шарф, слыл лучшим специалистом как раз по самым трудным заданиям. Его услуги стоили очень дорого, но никто из заказчиков не жаловался и даже не думал о том, чтобы выказать недовольство, более того, они хотели именно его, готовы были ждать, если он занят, и заплатили бы больше, если бы попросил. Но мужчина работал честно, по известному в узких кругах прайсу – он дорожил своей репутацией.

Снегоступы тяжело, но неумолимо подминали пухлый белый ковёр, сверкающий миллионами маленьких искр, привязанные к поясу ветки широкой ребристой полосой слизывали оставленные следы, а очумелая метель, беснующаяся здесь с ночи, ставила под большое сомнение необходимость этих подметательных мер, но мужчина, будучи профессионалом, предпочитал перестраховаться. Единственное, чем он пока пренебрёг – это накручиванием кругов с ложными направлениями и запутанным к лешему следом.

Когда сквозь непрерывное серое мельтешение на короткий миг мутным пятном прорезалось солнце, бросив на землю тусклое напоминание о времени суток, мужчина остановился, запустил в глубину капюшона обе руки, опустил шарф и низ балаклавы и шумно втянул свежий морозный воздух. Снег тут же роем истребителей-камикадзе атаковал лишённое обороны лицо.

– Чёрт бы побрал эту метель… тьфу… тьфу, блин!.. – отплёвываясь и отсмаркиваясь от залетевшего в рот и нос снега, недовольно пробубнил он, оттянул защитные очки и протёр пальцами от наледи. Вдруг, что-то вспомнив, довольно хмыкнул в усы. – Стопудов та шлюховатая ведьма наколдовала за то, что не доплатил. А сама виновата, ценник явно не соответствует компетенции. А так всё по-честному, на сколько наработала – столько и получила.

Ещё раз хмыкнув, он вернул всё на место, бросил быстрый взгляд на часы, потом на практически заметённый след от веток и продолжил путь.

Идти ещё далеко и, соответственно, долго, но во времени его никто не ограничивал. Бывают задания, в которых время исполнения играет важную, а поро́й и решающую роль, и тогда наёмник сам решает, успеет он или нет, берётся или отказывается. А бывают такие, как сейчас, когда у наёмника есть задача, как правило – это устранение некой цели, и дальше он в спокойном и удобном для себя темпе эту задачу выполняет. Главное в таких заданиях – стопроцентная гарантия выполнения, а дальше могут быть опции, например: состряпать всё с минимумом шума, обставив а-ля несчастный случай, или же наоборот устроить вакханалию, дабы до кого-то дошло послание. Ну или просто дошло. Так же возможны и другие опции в зависимости от желаний и толщины кошелька заказчика.

Именно поэтому для выполнения таких заданий ищут и нанимают лучших. Потому что если наёмник не справится, то придётся всё равно искать лучшего для устранения обосравшегося. Зачем этот лишний этап? Только если для любителей поставить в казино на кон свою жизнь или всё состояние – и такие бывают, но большинство всё-таки подходят к вопросу устранения своих врагов и оппонентов с куда большей осознанностью.

Серьёзная труднодоступность очередной цели мужчину нисколько не смущала – за свою жизнь он прошёл не одну школу выживания, и все они были так или иначе связаны со службой в армии. Тяжёлой и, как оказалось, когда его попёрли с лишением всяческих регалий и пенсий за срыв на тупом командире, – не слишком благодарной. Этот молодой дебил с усиками девственника и надменной рожей, к слову выживший тогда и довольно быстро поправившийся, оказался вдобавок сыночком начальника штаба. «Надеюсь, порешили его уже, не чужие, так свои…»

В общем, пришлось искать новую стезю́, на которой бы пригодились его специфические навыки и практически атрофированное человеколюбие. И вот он, проведя неделю за собиранием и изучением информации о цели, уже третий день тащится сквозь глухую заснеженную местность со сложным холмистым рельефом. И будет тащиться по ней ещё минимум столько же. А если эта грёбаная метель не прекратится, то и дольше!

Ну и ничего. Зато тут людей нету.

Мужчина поправил объёмный походный рюкзак с притороченной к нему на всякий случай снайперкой, но что-то продолжало назойливо упираться прямо в позвонок, с каждым шагом соскальзывая с него то в одну, то в другую сторону. Бесило до жути! Тогда он остановился, слегка присел и резко разогнул колени, подбрасывая тяжеленную поклажу вверх и надеясь, что бесячая хрень, доканывающая его позвонок, ляжет как-нибудь поудобнее. Рюкзак, проведя какой-то миг в невесомости, резко опустился вниз, и – о, чудо! – ничто не упёрлось в его позвоночник. Наёмник довольно крякнул и начал делать шаг, когда снег под ним вдруг резко провалился, увлекая в короткий, но захватывающий полёт и находящегося на нём пассажира.

– Твою мать! – вырвалось из его глотки душевнейшее описание тех впечатлений, которые он испытал в яркий момент между началом падения и мгновением, когда намертво застрял в какой-то расщелине, сдавленный с одной стороны её краем, а с другой – рюкзаком. В позвоночник с мстительной радостью и ещё большим усердием снова что-то упёрлось. – С-сука!

Прямо перед лицом была кромка снега, но чтобы заглянуть за неё и увидеть, что там сверху, нужно было вытягивать шею. Дышать было тяжело. Мужчина стащил с лица шарф с балаклавой и слегка разгрёб перед собой снег, упёрся в край расщелины и попытался себя вытащить. Ноль реакции. Тогда одной рукой он нашарил задний край, но упереться в него было невозможно – далеко.

– Зашибись!.. – выдохнул мужчина и попытался немного расчистить перед собой, но осыпавшийся сверху снег тут же залетел в капюшон, густо припорошив бороду. – Тьфу, собака… Ну и что мне делать?

Паники не было, наёмник его уровня не был расположен тратить время и силы на такие глупости, зато мозг работал, оценивая варианты действий и примерное время, которое у него осталось, прежде чем он околеет.

Ноги были свободны, только поломанные снегоступы в некоторых наиболее узких местах вставали враспо́р – это не проблема, в крайнем случае доломает окончательно. Руки, к счастью, свободны, даже можно при желании вынуть их из приподнявшихся лямок, но чем это поможет – пока непонятно. В зоне досягаемости нож и, если поднапрячься, пистолет на поясе – это, видимо, на самый крайний случай, если его начнут со спины жрать волки. Телефон он на задания никогда не брал, а навигатор ничем не поможет. Ещё пара фонариков на лямках и в относительно лёгком доступе – фонарь помощнее в боковом кармашке рюкзака. Там же упаковка леденцов и початая бутылка с водой. Вот и весь расклад, пожалуй.

Мужчина ещё раз попробовал вытащить тело, но это вылилось лишь в сильный болевой укол в позвоночник – рюкзак застрял максимально плотно, придавливая его к краю расщелины и не поддаваясь ни на миллиметр. Дышать приходилось в основном животом.

– Вот срань! Угораздило же!.. – и через мгновение с шипящей злобой: – Чёртова ведьма…

Ситуация сложилась патовая. Трепыхаться было бессмысленно и крайне больно, вся еда была вне зоны досягаемости и вообще принимала сейчас самое активное участие в его страданиях, можно было побаловаться лишь водой с леденцами да пустить себе пулю в мозг. Плюсом могла бы показаться не залетающая в яму вьюга, но его лицо было у самого верха, и снег с огромным удовольствием разгуливал под капюшоном.

Расчистив небольшую площадку перед собой, мужчина достал бутылку, сделал пару глотков и поставил её на освобождённую от снега землю.

– Мне кранты, – констатировал он, расслабляясь в своих тисках.

К вечеру, когда плотные сумерки заполнили пространство вокруг, пальцы на ногах уже не ощущались, хотя он старательно шевелил ими, пока чувствовал. Холод от ступней пробирался вверх и уже подбирался к паху. Похоже, в этой грёбаной расщелине вовсю гуляет сквозняк. Тело затекло, рёбра нещадно ныли, из вариантов хоть немного согреться рабочим был лишь один – крутить и махать руками, но не очень активно, а то становилось больно. И вообще, создавалось ощущение, что благодаря силе всемирного, мать его, тяготения он очень медленно, но уверенно уплотняется, углубляясь в эту щель.

Из позитивного можно отметить прекратившийся с час назад снегопад. Тучи из тёмно-серых сменились на светло-серые, временами практически выглядывала луна, стало заметно светлее. И холоднее. Ветер тоже стих, звенящая тишина резала слух.

Бутылка напротив лица практически опустела, дразня взгляд последними глотками; лежащий рядом фонарик мужчина пока включать не собирался, чтобы не привлекать внимания. Рядом с ними уютно расположился любимый «Кольт», тускло поблёскивая отполированными боками, и наёмник уже всерьёз косился на него, решая, не облегчить ли жизнь лесным тварям.

Тихий шорох невесомой галлюцинацией потревожил мыслительные терзания застрявшего мужчины, заставив встрепенуться и схватить револьвер, осторожно вытягивая шею и вглядываясь в призрачные окрестности. На сто восемьдесят градусов никого, а что там сзади – леший знает. Но звук вроде шёл спереди и слева. А впрочем, он всё равно мог разглядеть что-то только на несколько шагов от себя – выше шея уже не тянулась.

Тёмный силуэт появился внезапно, но с той стороны, с которой и ожидал наёмник, осторожно, на полусогнутых подбираясь к застрявшему человеку, непрерывно водя носом и оглядываясь по сторонам. «Фух! Не волк!..» Мелькнул светлый кончик хвоста.

– Лисичка, милая, – тихонько, чтобы не спугнуть, позвал мужчина. – Ты же не есть меня пришла, да?

Он положил оружие – вряд ли местные животные сильно пуганы охотниками, но лучше не рисковать. Наёмник пока не понимал, как лиса может ему помочь, но хотя бы не в полном одиночестве помирать. Поболтать с ней можно, всяко уже не так скучно будет.

Лиса тем временем подкралась достаточно близко, чтобы можно было её рассмотреть. Милая вытянутая мордочка с умными глазками и чёрной пуговкой любопытного носа, белый, словно снег, фартук на груди, пушистые, мягкие даже на вид, пирамидки ушей, чутко пря́дающие по сторонам, и чёрные сапожки на лапах. Подойдя к торчащей макушке человека на расстояние вытянутой руки, она повела носом, потом резко перепрыгнула ему за спину и начала обнюхивать капюшон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.