Глава 1. Объявление, которое всё меняет

Школьный звонок прозвенел ровно в восемь утра, и длинный коридор заполнили потоки учеников, спешащих на занятия. Я, привычно задержавшись у своего шкафчика, пыталась сосредоточиться на том, чтобы достать тетради и учебники, но мои мысли были совсем в другом месте.

В этот момент по школьному громкоговорителю раздался звонкий голос дежурной:

– Внимание, учащиеся! В нашей школе объявляется набор участников в международный арт-проект «Твори и побеждай». Кастинг пройдёт через неделю в актовом зале. Приглашаем всех желающих продемонстрировать свои таланты и побороться за возможность представить школу на международном уровне.

Разговоры вокруг мгновенно оживились, и я услышала сотни восторженных откликов и обсуждений. Я чувствовала, как внутри неё разгорается маленькое пламя надежды и волнения. Этот проект – мой шанс вырваться из тени, стать не просто сестрой Полины, а кем-то своим, особенным.

В школе всегда было непросто быть собой. Старшая сестра – блондинка с голубыми глазами, безупречной осанкой и природным обаянием – притягивала взгляды и внимание. Я же была с рыжими волнистыми волосами, зелёными глазами, покрытыми веснушками, немного замкнутая и не сразу открывающаяся людям.

Вечером дома, на кухне, воздух пахнул свежеиспечёнными булочками, и мягкий свет лампы создавал уютную атмосферу. Мама ставила на стол чайник, а папа просматривал новости на планшете.

– Ты уже слышала? – спросила мама, наливая чай в кружки. – Полина тоже собирается участвовать в этом проекте.

Я на мгновение замерла. Моё сердце сжалось от смешанных чувств: гордости, ревности и неуверенности. Я посмотрела на старшую сестру, которая, казалось, совсем не подозревала, что её слова заставят всё внутри меня кипеть решимостью и страхом одновременно.

– Пусть будет честная борьба, – тихо сказала я, сжимая в руках чашку с горячим чаем. Мой взгляд стал твердым и непоколебимым.

В ту ночь я не могла уснуть. Мысли о проекте, о Полине, о том, как ей доказывать свою значимость – всё смешивалось в одном бесконечном потоке. Но одна мысль была ясна как никогда: я не сдамся просто так.

Глава 2. Две стороны одной семьи

Солнечные лучи пробивались сквозь тонкие занавески, будто подгоняя меня спуститься на кухню. Запах свежих блинчиков и ванили уже тянулся вверх по лестнице. Мама явно решила с утра всех накормить чем-то уютным.

На кухне было шумно. Папа листал новости в телефоне, мама в фартуке раскладывала блинчики на тарелки, а Полина уже сидела за столом, как королева утреннего бала – волосы идеально уложены, на лице лёгкая улыбка, и даже чашка чая в её руках выглядела как реквизит из рекламы.

– Доброе утро, дочь, – улыбнувшись мне сказала мама.

– Доброе утро, – сонным голосом ответила я.

Папа поднял глаза и вдруг заметил:

– Смотри, как вы с Полиной разные. Она вся в маму, а ты – в меня.

Мама усмехнулась, подливая чай Полине:

– Да, у Полины характер лёгкий, общительный, а у Арины – серьёзность и упрямство. Зато в учёбе всегда на высоте.

Звучало как комплимент, но почему-то внутри кольнуло. «Серьёзность и упрямство» – красиво сказано, только почему это всегда звучит так, будто я слишком… тяжёлая?

Полина, не вникая в наши семейные оттенки, уже вовсю рассказывала о вчерашней встрече с подругами:

– …и представляете, даже официант сказал, что у нас классная энергетика! – она засмеялась, и смех был лёгкий, как мыльный пузырь, который хочется поймать, но он всегда ускользает.

Папа тоже улыбнулся. Мама хмыкнула:

– Ну, ты у нас всегда душа компании.

Я молча отламывала кусочек блина и мазала его джемом. В такие моменты мне казалось, что у Полины есть какой-то встроенный «режим притяжения людей». Она могла подойти к кому угодно, заговорить, и через пять минут уже обмениваться шутками, будто знакома сто лет.

А я… я всегда думала, что сначала надо понять человека, приглядеться, узнать, что у него внутри. Может, поэтому меня редко кто узнаёт с первой попытки – а её, кажется, любят с первой улыбки.

Я сделала глоток какао и украдкой посмотрела на сестру. Она рассказывала о планах на выходные, оживлённо жестикулируя. Ей всё удавалось легко, а мне… иногда казалось, что я иду по тому же пути, только по узкой тропинке, где каждый шаг приходится проверять.