Людмила Марковская
Тайна семи камней

© Л. Марковская, текст, 2025

© Издательство «Четыре», 2025

* * *

Посвящается

моим любимым внукам

Даше и Ване, без которых

этой книги не было бы

* * *

На территории Беларуси сотни удивительных огромных камней, принесённых тающими ледниками с севера сто двадцать – двести тысяч лет назад. Такие валуны в традиционной культуре белорусов всегда считались неотъемлемой частью ландшафта. Они овеяны древними легендами, им приписывают способность исцелять тяжёлые недуги, исполнять желания.

Глава 1. Велесов камень

Юра был самым обыкновенным мальчиком из четвёртого «Б» класса. Он не был ни сильным, ни очень храбрым, зато любил читать и хорошо учился. И да, ещё он любил немного прихвастнуть. Ольга Михайловна, его учительница, часто говорила: «Бодров, ты опять фантазируешь. Не выдавай желаемое за действительное».

Семья Бодровых тоже была вполне обыкновенной. Правда, у них было общее хобби: все они любили камни.

Папа-археолог из каждой экспедиции привозил интересные экземпляры наконечников для стрел, молотков, ножей, изготовленных древними людьми из камней. В стеклянной горке красовалась его коллекция: всё реже встречающийся на земле сиреневый чароит, фиолетовые аметистовые щётки[1], малахит, друзы[2] оникса и другие полудрагоценные камни.

Мама носила серьги и кольца с драгоценными камнями, поэтому в день её рождения не было лучше подарка, чем украшение с камешком. В шкатулке на туалетном столике хранились серьги с топазом, подвеска с аметистом, колечко с рубином.

А Юра просто любил с камешками играть. В прошлом году они отдыхали на Чёрном море, и он набрал на берегу целый мешочек разноцветной морской гальки и привёз её в Минск. Сидя на диване и смотря мультфильмы, он любил перебирать гладкие, отшлифованные волнами голыши. А ещё ему удалось найти на берегу моря камень с отверстием посередине, выточенным водой! Юра показал его папе.

Тот сказал:

– Сынок, тебе повезло. Это талисман, или оберег, – куриный бог. Такое название он изначально получил потому, что вешали его в курятниках или сараях, где держали скот. Он оберегал животных, защищал их от болезней и диких хищников. По другой версии, отверстие в камешке появилось от молнии, которую направил на землю бог Перун. Есть и третья гипотеза о происхождении этого странного названия. Полагают, что оно связано с именем бога Щура, защищавшего дверные и оконные проёмы. В Европе камень с отверстием вешали над входом в жилище в качестве защиты от грабителей. Куриный бог был в большой чести у первых людей, о чём говорит изучение их стоянок. Славяне считали, что чем «дырявее» был предмет, тем большей волшебной силой он обладал. Люди верили, что энергия, проходящая сквозь дыру в обереге, очищается от негатива, злых чар. Куриный бог, по мнению древних, лечил и защищал человека буквально от любой болезни и напасти. Но помогать, исцелять и осчастливить способны только камни, найденные лично.

Вот почему Юра обрадовался находке, повесил куриного бога на шнурок и носил на шее.

Подумать только, с тех пор прошёл целый год! Юра успешно перешёл в пятый класс. Начались летние каникулы, и Бодровы решили перебраться на любимую дачу возле деревни Крыжовка. Они всегда проводили там лето. Юра думал, что хорошо изучил окрестности, но в электричке по дороге на дачу папа спросил:

– А ты знаешь, сынок, что в лесу возле Крыжовки сохранилось одно из древних языческих святилищ – Велесов камень, где в старину люди поклонялись богу Велесу? В память этого бога плодородия и достатка и в настоящее время в конце февраля местные жители отмечают Валоссе – нечто вроде Масленицы. Как и в старину, на камне оставляют блины, квас, мёд, деньги и другие подношения. Взамен молятся об исцелении от болезней, о прибавлении в семье и благополучии. Каждый просит камень о чём-то своём.

– Как интересно! Спасибо, папа. Я обязательно посмотрю на этот камень. Вот прямо завтра и пойдём туда с друзьями.

Прошлым летом Юра подружился с соседями по даче – десятилетним Васей и его старшей сестрой, двенадцатилетней Люсей. Девочка нравилась ему, поэтому для встречи с друзьями Юра принарядился и был доволен своим внешним видом: на нём была красная бейсболка с длинным козырьком, худи[3], джинсы, новенькие кроссовки, на шее поверх куриного бога повязана красная бандана[4]. Не забыл он и про свою любимую жилетку, которой особенно гордился. А появилась она у Юры случайно. Бодровы любили смотреть разные познавательные передачи: «Брейн-ринг», «Что? Где? Когда?», «Свою игру», и однажды у одного знатока Юра увидел практичный жилет с множеством карманов. Он попросил маму сшить ему такой же.

Перед выходом из дома Юра распихал по карманам массу всяких полезных и крайне необходимых для мальчика вещей: спички, фломастер, блокнотик, пять рублей мелочью, запасные шнурки, гайки, пальчиковый фонарик, свисток, пластырь, рогатку, компас и любимый перочинный нож с разными приспособлениями. Во внутреннем кармане уместился мобильный телефон. За спину Юра забросил рюкзачок, куда положил пакетики сухариков, печенья, чипсов, горсть леденцов «Барбарис», бутылку кока-колы и пластиковые стаканчики для друзей. Теперь он был готов к любым приключениям. А они вскоре и начались…

* * *

На встречу пришёл только Вася. Мальчики расположились на брёвнах, где они всегда любили сидеть, и стали грызть барбариски, греясь на солнышке. Внезапно Юра заметил прижатую цветным камешком записку. Она была похожа на шифровку, в которой неизвестный стрелкой указывал им северное направление и ориентир – старую церковь. Отыскав по компасу север, заинтригованные мальчики пришли к церкви, а там под таким же цветным камешком их ждала еще одна записка с новым направлением – запад, река. Друзья долго бегали по берегу, искали очередной камешек, но безуспешно. Они решили, что их разыграла вредная Люська и сейчас она сидит где-нибудь на дереве и радуется, наблюдая за их бесплодными поисками.

Ребята устали и начали «печь блины» – швырять в воду плоские камешки, которые подпрыгивали, едва касаясь воды. Выиграл Вася: его камни летели дальше, у него однажды даже получилось «испечь» сразу шесть «блинчиков». Грозясь накостылять вредной Люське, мальчишки решили в последний раз осмотреть берег и внезапно обнаружили цепочку хорошо заметных беленьких камешков, образующих тропинку.

– Совсем как в сказке про Гензеля и Гретель! – воскликнул Вася. – Только там дорожка вернула детей домой, а нас, интересно, куда она заведёт?

Тропинка повела их на юг, в лес, и привела прямо к площадке с огромным Велесовым камнем. Юра был разочарован: камень как камень, серый, шершавый, ничего особенного. Ну большой, ну и что? И чего ему люди поклонялись? Он достал из кармана фломастер, быстро нарисовал на камне мишень и начал метко швырять в неё мелкие камешки.

– Вась, – позвал он друга, – присоединяйся! Давай посоревнуемся!

Но Вася отрицательно покачал головой:

– Такие старинные валуны обижать не следует. Недавно учитель истории рассказал нам предание об огромном Князь-камне, который наказывал своих обидчиков. Во время Северной войны перед боем о нём непочтительно отозвался шведский военачальник: мол, чего лежишь тут на пути, моим солдатам идти мешаешь? Через два дня врага-обидчика нашли мёртвым прямо у подножия Князь-камня.

– Ой-ой, скажи лучше, что проиграть боишься, – поморщился Юра и добавил: – Не верю я ни в какие предания, ни в какие волшебные камни. Чушь всё это собачья!

Слегка бахвалясь[5], он подошёл к камню поближе, пренебрежительно пнул его ногой – и неожиданно провалился под землю.

Глава 2. Волшебство начинается

Юра очнулся в каком-то душном помещении почти в полной темноте. Где-то внизу громко плакал ребёнок. Женщина пела колыбельную:

Шёл бай по стене, нёс он лапти на спине
И себе, и жене, и дитёнку по лаптёнку.
Или баить, или не?

Пахло овчиной, сухим зерном, сушёными травами. Юра понял, что лежит на печке, а рядом с ним спит какой-то чужой мальчик.

Женский голос причитал:

– Тише, тише, а то цыгра тебя заберёт али хапун.

Послышался мужской голос:

– Вишь, как корчится и кричит, бедняга. Видать, ночницы, злые духи ночи, в Светанкину колыбель залезли. Придётся печь растапливать, огнём их отгонять. А ты пока под подушку ей острый оберег положи – иголку, нож, топор или же ключ. Соседка говорила, что и чеснок помогает. Завтра наделаешь из старой ткани кукол и поставишь на каждом окне, чтобы они оберегали дитя, да и нас, от зморы, который мучит сонных людей.

Огонь разгорелся сильнее. Юра увидел, как, положив малышку в подол юбки, женщина качала её перед пламенем, слегка встряхивая и нашёптывая заговор:

Тёмная ночка ночниц породила,
Малому дитяти мýки наробила.
Ясное солнышко день начинает,
Ночниц прогоняет, денниц насылает,
Боль унимает. Шух в печь! Шух в печь!

Пламя или пожрало, или отогнало прочь таинственных духов, но ребёнок затих и уснул.

Юра быстро вытащил мобильник, но связи не было.

Зато рядом зашевелился и открыл глаза незнакомый вихрастый мальчишка, зашептал:

– Ну слава богу, наконец ты очнулся, цельный день и ночь проспал. Вчерась мы с дедом нашли тебя лежащим на земле и принесли домой. Ты кто и откедова взялся?

Юра растерянно ответил:

– Меня зовут Юра, я из Минска, а как здесь оказался, и сам не понимаю. По-моему, я провалился под землю. Где я?

– «Где-где»! Вестимо, в Ореховке. Меня зовут Федей, мамку мою – Алёной, больную с рождения сестрёнку – Светаной, а деда Егора в деревне Ведуном кличут. Он прикармливает в нашей хате добрых духов – домового, домовуху и печурника. Все они живут под печкой.

Юра недоверчиво сказал:

– А вот обманывать не надо. Никаких дýхов нету!

Федя обиделся:

– Да я на прошлой неделе самолично печурника видел. Только ступил на порог, а он от плошки с молоком под печь метнулся, на лохматого кота похож. Фырчит, как зверь какой, шерсть распушил, глазюками зелёными вращает.

Юра удивился:

– В кого вы только не верите! Хапуны какие-то… Ты ещё скажи, что в лесу Баба-яга живёт!

– Может, и живёт, много на земле нечисти затаилось: и в реке, и в лесу, и в болоте, – многозначительно протянул Федя и продолжил расспрашивать: – И всё-таки не разумею: как ты попал к нам? Не ври, что под землю провалился. Все ведают, что наша земля – это кожа, которая покрывает огромный слой воды. В этом подземном окияне находится ад и горит убийственное пламя.

– Ну тогда, – согласился Юра, – видимо, я упал с вашего неба.

Федя засмеялся:

– Ты, что ли, не ведаешь? Существует семь небес, а люди видят только самое низшее. Не мог же ты пробить семь твёрдых оболочек?

Спросил тогда Юра:

– Интересно, а откуда, по-твоему, земля появилась?

Федя ответил:

– Ну, это всем известно. Из камня, конечно. Сначала не было ничего, только чёрная вода, из которой торчал огромный валун. И был бог Перун. Ему стало скучно, и он начал метать молнии в валун. Примерно так из каменных искр и появились земля, растения, животные, люди – всё сущее.

После недолгих споров о земле и небе Юра совершенно убедился, что попал он в далёкое прошлое, где у людей весьма странные представления об окружающем мире. Как же выбраться отсюда?

Утром мальчиков позвали снедать[6]. Юра крутил головой, во все глаза рассматривая избу, состоящую из одной комнаты. Из бревенчатых стен торчал мох. Светлые деревянные полы были не покрашены. На крюке к потолку подвешена люлька, в которой что-то лепетала маленькая Светана. Рядом стоял огромный сундук-скрыня с одеждой, накрытый тканым покрывалом. Увидел Юра и прялку, и лучину – точно такие, как в учебнике. Центром всего была, конечно, белёная печь, расписанная голубыми васильками, у которой суетилась Алёна в полосатой юбке и переднике. Юре стало вдруг очень тоскливо, и он часто заморгал глазами, еле сдерживая слёзы. Алёна сразу поняла, чтó с ним происходит, и крепко обняла мальчика.

– Он по дому скучает, – объяснила она всем.

Сели на лавку за чисто выскобленный стол. Из рыжего глиняного кувшина дед Егор налил всем молока и положил по ломтю серого хлеба, неожиданно оказавшегося очень вкусным. «Лучше даже, чем пицца!» – подумал Юра. Горячие ржаные блины с брусничным вареньем тоже очень понравились, и он слопал их штук пять.

При свете дня он лучше рассмотрел Федю. Тот был рыжим, вихрастым, веснушчатым, с зелёными, как крыжовник, глазами. На шее на грязной тесёмке болтался деревянный крестик. Длинная серая льняная рубаха с ободранными рукавами верёвкой перепоясана.

Широко улыбнувшись, Федя махнул Юре рукой:

– Айда на улицу, я тебе нашу Ореховку покажу!

Деревня тянулась вдоль реки. Дома, рубленные из брёвен, образовывали улицу, посреди которой в пыли копошились пёстрые куры. Федя вывел нового друга на луг. По нему важно ходили белые гуси. Одна гусыня, зашипев и вытянув шею, погналась было за мальчишками, но, видимо, передумала и вернулась к своему выводку.

А на берегу сидели ребятишки с удочками. Завидев Федю с Юрой, они бросили рыбачить и обступили Юру, жадно рассматривая его. Юра в свою очередь тоже разглядывал их. Все они были босые, стриженные под горшок, в домотканых рубахах и штанах. А так ничем вроде они не отличались от Юриных друзей и одноклассников.

– Федя, откель такой расфуфыренный хлопец взялся? – спросил худой высокий мальчишка с выгоревшими на солнце волосами.

– Да сказывал, что он из другого времени.

Мальчишка заинтересованно приблизился:

– Здорóво! Меня Иваном кличут. Ну дык расскажи тогда, что там в вашем времени есть такого, чего в нашем нет?

Юра важно выпрямился.

– Да вы отсталые совсем! У нас и машины, и самолёты, и ракеты, и мобильники, и телевизоры, – зачастил он.

– Погоди, помедленнее глаголь. Ну вот этот твой пеле-теле-визирь, к примеру, что это?

– Ну это такой плоский экран, на котором показывают концерты разные, новости, спортивные соревнования, кино, мультфильмы.

– Постой, что такое «эк-ран»? А кино? Ничего не понятно, что за муфильмы такие? – градом посыпались вопросы.

Юра начал терпеливо объяснять:

– Экран – это такой стеклянный прямоугольник, в котором видно, как ходят и разговаривают люди. Они ненастоящие, но как будто настоящие…

– А что такое «стеклянный»? А прямой угольник? А как туда эти ненастоящие люди залезли?

– Чтобы телевизор начал работать, нужен электрический ток. Вот так включаешь вилку в розетку, ток по проводам бежит… Он и воду может нагреть, и свет людям даёт… – Юра попытался прутиком нарисовать на песке телевизор.

Мальчишки начали хихикать. Юра растерянно остановился, понимая, что объяснить что-либо у него явно не получится.

– Тю, так он дурачок совсем. Ишь чего несёт! – издевательски ухмыльнулся Иван. – Айда рыбу ловить!

И, утратив интерес к Юре, ребята продолжили своё занятие.

– Ну ты уж совсе-е-ем, – протянул Федя. – Ври, да не завирайся! Пеле-теле-визирь!!!

* * *

После такого же, как и завтрак, вкусного обеда, состоящего из щавелевого супа, копыток[7] и клюквенного киселя, дед Егор стал Юру обо всём обстоятельно расспрашивать. Узнав, что он обидел Велесов камень, сказал:

– Вельми худо. Ты должен искупить свою вину, обойдя семь главных камней нашей земли и поклонившись каждому. Сам я вижу плохо, да и стар, чтобы сопровождать тебя в пути и охранять от опасностей, однако и отпустить одного не могу. Я решил послать с тобой в дорогу внука: он паренёк смелый да смышлёный, не растеряется, если что. Опять же, знает много такого, о чём ты и не слыхивал. В пути придётся сталкиваться с необъяснимым злом, преодолевать трудные преграды, встречаться с нечистью волшебной, со зверями видимыми и силой невидимой. Особливо опасайтесь рек и болот. Ежели не пройдёте испытание в назначенный срок, тебе, Юра, навсегда придётся остаться в нашем времени, ты никогда больше не сможешь увидеть своих родителей. И ещё запомни: каждое доброе дело должно быть вознаграждено, не забывай благодарить. За любую помощь придётся чем-нибудь заплатить или отдать что-то своё.

Юра спросил:

– Правда ли, что можно определить направление по мху на стволах деревьев?

– Да. Вы всегда найдёте мох на северной стороне ствола или скалы; самые большие ветки растут у деревьев с южной стороны. Протоптанная зверем тропа выведет вас к воде. Если тропка становится всё ýже, значит, идёте неверным путём. Если над вами пролетят утки, знайте: вода близко. Собака и лошадь всегда выведут вас к жилью. Никогда не слышал, чтобы они ошибались. – Немного помолчав, дед Егор добавил: – И вот что ещё. Не выжить в дороге без огня. Возьми моё огниво[8], пригодится. Если вдруг блудить начнёте, положи на ладошку кремень-камень, он своим острым концом путь укажет. Кремень[9] ещё и оберег хороший. В конце огниво вас и по домам вернёт, так что храни его как зеницу ока. Запомни волшебные слова, которые скажешь ему, когда всё закончится. – И дед Егор зашептал мальчику на ухо свой заговор, а потом повесил мешочек с огнивом Юре на шею. – Главное, вы обязательно должны успеть пройти весь путь за десять дней!

Записав названия камней в блокнот и спрятав туда же берестяную[10] карту дедушки, Юра лёг спать рядом с уже сопевшим Федей, повертелся немного, устраиваясь поудобнее на сенном матрасе, и провалился в сон.

Глава 3. Камень-следовик

Утром Федина мама испекла свежий хлеб, нажарила блинов, собрала ребятам котомку в дальнюю дорогу, ещё дала мешочек крупы и маленький котелок. Дедушка перекрестил их напоследок, проводил до околицы и долго махал рукой, шепча:

– Гладкой вам дорожки! Пусть минует вас всякое лихо!

Мальчики слаженно зашагали по дороге. Оглянувшись, они обнаружили, что маленькая рыжая дворовая собачонка увязалась за ними.

– Жулька, Жуленька, – остановился Федя и стал гладить пёсика. – Домой, иди домой, к деду.

Но собачка увернулась и с деловитым видом побежала вперёд по обочине дороги.

– Ладно, пусть идёт с нами, – решил Федя.

Ещё утром Юра сверился с картой и теперь со знанием дела сообщил:

– Самым первым нам нужно найти какой-то камень-следовик.

– А-а, знаю-знаю, как же, – покивал головой Федя. – Люди бают, такие камни появились во времена Сотворения мира. Тогда они были мягкими и могли расти. По ним ходили, как по траве. Но однажды Матерь Божия ударила о камень ногу, и с тех пор валуны перестали расти. На них есть такие углубления, которые напоминают след ноги или руки. В них люди кладут пожертвования: монетки, яблоки, яйца, пряники. А у воды, которая собирается в этих выемках после дождей, целительная сила, особенно при болезнях глаз. Дедушка Егор просил принести ему пузырёк такой волшебной водицы, дабы зрение улучшить.

– Знаешь, что я заметил? На карте деда Егора ни городов, ни деревень, идти придётся больше лесом или полем.

– Видать, дедушка специально такой путь выбрал, чтоб лихие люди нас обидеть не смогли, – ответил Федя.

Шли долго, притомились.

– Давай отдохнём, – попросил Юра.

– Нет, терпи, привыкай. Уже недолго осталось. У меня тоже ноги болят. Но если мы рассиживаться будем, то точно не успеем семь камней отыскать. Кто знает, что нас ждёт впереди?

И опять они шли, шли и наконец пришли. Перед ними стоял крупный серый гранитный камень. Ребята подошли поближе.

– Смотри! Видишь: вот и вот! Валун сохранил и след Богородицы, и след чёрта, который за ней гнался. Люди след Пресвятой Девы целуют, а в углубление от копыта нечистого плюют.

На шершавом грубом камне в углублениях, действительно похожих на следы, лежали несколько незамысловатых украшений: бусы, браслет, плетённый из полосок кожи, серёжки с голубыми камешками.

Юра поклонился камню, а Федя набрал в пузырёк для деда Егора воду из следа Богородицы и повесил его на шнурке на шею.

– Уф! Одно дело сделано. А теперь пора перекусить! – скомандовал Федя. – Садись под этот куст, в тенёчек! Только палкой траву повороши сначала: вдруг там змея.

– А чего это ты раскомандовался? – возмутился Юра.

Как-то само собой получилось, что Федя быстро стал главным в их маленькой команде, хотя Юре это очень не нравилось. Он считал себя более образованным и продвинутым, чем этот деревенский мальчишка из прошлого. Как-никак Юра даже в интеллектуальном шоу «Я знаю!» для школьников на белорусском телевидении участвовал. Он и учился отлично, и читал много, и телепередачи познавательные всегда смотрел. А вот поди ж ты!

На свежем воздухе аппетит разыгрался – съели по крутому яйцу, по лепёшке с зелёным луком, Юрин бутерброд с колбасой, который очень понравился Феде, закусили горстью сушёных яблок. День был ясный и солнечный, кругом щебетали птицы.

«Эх, жить на воле – вот настоящее счастье, – подумал Юра. – А впереди нас ждёт новый удивительный мир!»

Ещё немного отдохнули, полежали в тенёчке, сверились с картой и вновь отправились в дорогу. Теперь путь их лежал к Чёртову камню.

После отдыха хотелось двигаться, вдыхать свежий воздух, ощущать под ногами землю, слушать пение птиц и голоса леса. Зелёный мох сменился высоким густым вереском, затем сухим белым мхом, потрескивавшим под ногами, затем травой. Время от времени ребята находили под кустами и срывали ягодки земляники, чтоб утолить жажду.

Вскоре они почувствовали запах гари. А минут через двадцать в воздухе уже висел плотный дым. Юра завязал лицо банданой, но смрад пожара проникал даже через ткань. Деревья тлели и дымились, не позволяя разглядеть то, что находилось впереди.

Внезапно навстречу им выбежал крупный олень с ветвистыми рогами. Он остановился, глядя на мальчишек большими миндалевидными глазами, втянул воздух бархатными ноздрями и рванул дальше. После оленя им навстречу хлынул целый поток зверей: стадо кабанов, ведомое крупной самкой, промчалось, не останавливаясь; за ним бежали зверушки помельче: лисы, барсуки, зайцы. Причём звери, обычно нападавшие друг на друга, на этот раз объединились перед лицом общей опасности и бежали бок о бок, подгоняемые огнём.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Щётка – в минералогии совокупность кристаллов, наросших на породу плотно один к другому.

Вернуться

2

Друза – группа сросшихся кристаллов.

Вернуться

3

Худи – разновидность толстовки, трикотажная кофта без молнии, с капюшоном и накладными боковыми карманами.

Вернуться

4

Бандана – косынка или четырёхугольный кусок ткани с чётким графическим узором, сложенный по диагонали, концы которого особым образом завязаны на затылке. Банданы повязывают как на лоб, так и вокруг шеи.

Вернуться

5

Бахвалиться – кичливо преувеличивать свои способности, неумеренно хвастать.

Вернуться

6

Снедать (белорус.) – завтракать.

Вернуться

7

Копытка – блюдо старинной белорусской кухни из картофеля, нечто вроде клёцек, по форме напоминает копытца какого-либо животного, например козы. Именно это сходство и дало название блюду. Правильнее было бы назвать его не «копытка», а «копытки», во множественном числе, как и другие похожие слова: «колдуны», «клёцки», «драники».

Вернуться

8

Огниво – кусок камня, железа или стали для высекания огня из кремня; кресало.

Вернуться

9

Кремень – минерал, камень, употреблявшийся прежде для высекания огня. Слово произошло либо от греческого «кремнос» (скала), либо от латинского «кремаре» (сжигать). Хотя в принципе оба этих слова отвечают характеристикам кремня. Кремень очень твёрдый минерал, поэтому наши предки использовали его для изготовления ножей, топоров, наконечников копий и стрел, да и для получения огня он подходит: ещё в древности люди узнали о способности кремня высекать искры.

Вернуться

10

Берестяной – сделанный из бересты, верхнего слоя коры берёзы. В старину береста служила материалом для письма. При раскопках найдены берестяные грамоты – письма и документы одиннадцатого – пятнадцатого веков. Береста хорошо воспламеняется и долго горит, поэтому издавна её использовали для растопки. Местом для хранения продуктов наши предки выбирали берестяные короба. В них долго не скисало молоко, не портились крупы, мука, не засыхал хлеб, отлично хранились сушёные грибы.

Вернуться