# Ресепториум

Ксения Кузьмичева, Марк Кузьмичев

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.2009 год. Юля – девочка, которая никогда не умела быть «как все». После побега из детского дома она попадает в мир, где привычные законы не действуют, а её «странности» становятся даром. Судьбы нескольких героев сплетаются в полотно тайн, боли, дружбы и первой любви. История о силе быть собой, даже когда мир против.Книга содержит нецензурную брань.

Автор идеи, автор текста Ксения Кузьмичева

Соавтор в доработке идей и текста Марк Кузьмичев


© Ксения Кузьмичева, 2026

© Марк Кузьмичев, 2026


ISBN 978-5-0067-8764-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЮЛЯ


В полуночной темноте, на отшибе города N, посреди пустыря стояло двухэтажное здание из серого кирпича, а кругом – тишина. Лишь только проливной дождь лупил по трухлявым деревянным окнам старого детского дома, словно настаивал пустить его внутрь. В коридорах детского дома свет погасили уже давно, от чего серое здание со стороны смотрелось ещё более мрачным.

Лишь маленький кусочек письменного стола в кабинете директора освещался тусклым светом одинокого фонаря с улицы.

Рядом со столом стояла юная девушка, одетая в темно-зелёные штаны широкого кроя с множеством карманов по бокам и застиранную футболку, которая когда-то была белой. Сверху её плеч была накинута поношенная тёмно-серая кофта с капюшоном, а за её спиной висел увесистый рюкзак, сильно оттягивающий её плечи.

Девушка явно куда-то торопилась. Стараясь не натворить шума, чтобы никого случайно не разбудить, она плавно открывала каждый металлический ящик, ища то, ради чего пришла сюда так поздно.

– Не понимаю, что им ещё от меня надо? – бурча себе под нос, девушка рылась в ящиках с документами, словно енот в мусорном баке. – Я закончила одиннадцатый класс, мне семнадцать лет! Да, согласна, я ещё не совершеннолетняя… – разговаривала сама с собой светловолосая девушка. – Но я имею полное право получить свои документы, чтобы подать их в другое учебное заведение!

Юная девушка надеялась поступить куда угодно, где студентам выдавалось общежитие, лишь бы не жить здесь.

Эту семнадцатилетнюю девушку зовут Юля, и она – воспитанница детского дома, где прошло всё её детство, если это вообще можно было назвать детством. Вся её жизнь от самого рождения была наполнена насилием, издевательствами, унижениями и несбывшимися мечтами.

Юля не помнит, как оказалась здесь, ведь она была ещё совсем крошкой. Как сказали ей воспитатели, родители отказались от неё ещё в родильном доме. Юлю, вместе с другими отказниками, перевели в дом малютки, а затем уже сюда – в этот ужасный детский дом.

Своих родителей Юля не знала, но верила, что когда-нибудь её родная мать решит все свои трудности, из-за которых она пошла на такой ужасный шаг, как написать отказ от собственного ребёнка, и придёт за ней, чтобы забрать.

– Ещё годик, и она придёт за мной… – думала Юля. Но проходил год, два, три… семнадцать… Но никто не приходил.

Несмотря на разрушенные надежды, насмешки сверстников, жестокое отношение воспитателей на протяжении многих лет, Юля не озлобилась на этот мир, не стала жестокой, как большинство её сверстников, не потеряла веру в прекрасное.

Юля оставалась доброй, наивной и честной девочкой, которая считала, что не бывает плохих людей – бывают те, кому просто не хватило любви.

Самой огромной Юлиной мечтой было встретить свою родную маму. Второй, не менее большой мечтой, было поскорее покинуть детский дом. Больше всего на свете Юля хотела хотя бы раз почувствовать себя кому-то нужной, почувствовать себя в безопасности, почувствовать себя дома.

Сначала Юля надеялась, что её удочерит какая-нибудь семья или просто возьмёт на воспитание, но чем старше она становилась, тем тусклее была её вера в это.

Девушке довелось познать закономерность: чем старше ребёнок, тем меньше шансов найти ему семью. Проблемные подростки никому были не нужны. После того как Юле исполнилось двенадцать лет, она перестала мечтать о приёмной семье. Она начала мечтать об окончании школы, чтобы поступить в педагогический университет на факультет физической культуры и спорта.

Юля очень хотела стать детским тренером. Нельзя не отметить, что для этого у Юли были превосходные данные!

С самого детства у девушки было завидное здоровье, выносливость и физические способности, любой спорт давался ей проще простого. На уроках физкультуры в школе она по всем нормативам обходила самых сильных мальчиков в своём классе и даже выигрывала районные соревнования, где участвовали одни лишь парни.

Но даже эта потрясающая уникальность стала одной из основных причин насмешек завистливых сверстников. Юлю оскорбляли, издевались, грязно обзывая обидными словами. Сравнивали её с мужиком, норовя то и дело взглянуть, что она прячет у себя между ног. Подобные выходки сверстников послужили одной из главных причин Юлиной ненависти к платьям и юбкам.

Сравнение с мужчиной в отношении Юли было объективно неуместно. Юля была весьма миловидной: с правильными чертами лица, среднего роста, стройной фигурой и пшеничными, слегка подвивающимися волосами до плеч.

Так симпатичная, смелая девушка, благодаря своей скромности, доброте и талантам, стала изгоем в жестоком мире под названием «детский дом».

По законам детского дома считалось, что если дружить с тем, кого считают изгоем, значит, самому стать изгоем. Безусловно, этого никому не хотелось, каждый пытался усидеть на своём стуле, поэтому у Юли никогда не было друзей.

Юля считала себя ненормальной, свои таланты воспринимала как наказание, а свои необычные способности, о которых сама узнала пару лет назад, и вовсе скрывала от других.

Этим июнем Юля с горем пополам сдала выпускные экзамены в школе и уже месяц пытается добиться у директора детского дома получения своих документов для дальнейшей подачи в высшее учебное заведение. Однако по непонятным для девушки причинам ей всё время в этом отказывают, находя при этом нелепые отговорки.

Юля начала воспринимать это как издевательство со стороны начальства детского дома, когда узнала, что другим детям, которые, как и она, хотели поступать в этом году, уже всё давно выдали и даже написали рекомендации. Юле начало казаться, что всё это делается специально, чтобы она не успела подать документы и её не приняли ни в одно учебное заведение, вынуждая её ещё целый год жить под их мучительным надзирательством. Вот только зачем? Юля этого понять не могла.

Разбираться во всех причинах у девушки не было времени, поэтому она решила поступить радикально – выкрасть свои документы и будь что будет! Всё равно она больше не планировала оставаться здесь ни на один день.

– Буква Ка… Ка… Ка! – тихо, но с нарастающим раздражением в голосе, шептала себе под нос Юля, роясь в ящике с личными делами, отсортированными по алфавиту.

– Каталов, Кузнецова, Купоросов, Кудряшов… – освещая серые папки фонариком от кнопочного телефона, зачитывала фамилии Юля.

– Да где, блин, Калинникова?! – разозлилась Юля, так и не отыскав папку со своим именем.

Юля убрала со своего лица светлые пряди волос, что непослушно выбились из завязанного хвостика на затылке. Взглянув на письменный стол, стоявший за её спиной, девушка обратила внимание, что поверх всех бумаг лежала развёрнутая светло-серая картонная папка с тряпичными завязками. Точно такая же, как были в ящике с личными делами других детей.

Юля аккуратно приподняла папку, чтобы взглянуть, чья фамилия указана на обложке.

– Калинникова!? – от неожиданности вздрогнула Юля, и её серо-голубые глаза округлились от удивления. Она не могла понять, почему именно её дело лежит развёрнутое на директорском столе, но, не скрывая радости от своей находки, начала спешно проверять наличие всех необходимых ей документов для того, чтобы покинуть это злосчастное место.

Продолжая освещать фонариком документы, Юле на глаза бросилось слово «Приказ». Юля хоть и не разбиралась в формальностях, однако, по её мнению, документ с таким названием вряд ли должен быть в списке абитуриента. Девушка осторожно вытянула листок с этим названием из общей кипы бумаг, и, прочитав содержимое, её лицо стало белее листа с приказом.

– Не поняла… – тихо, едва шевеля бледными от ужаса губами, Юля медленно присела в директорское кресло. Не веря своим глазам, она ещё раз всмотрелась в документ, держа его дрожащими руками перед собой.

«Приказываю. Перевести воспитанника детского дома №73 – Калинникову Юлианну Владимировну, 1992 года рождения, – под наблюдение в городскую психиатрическую больницу имени Ляхова для прохождения дальнейшего лечения в стационаре до полного её выздоровления.» – прочитала вслух Юля, надеясь, что уши её смогут услышать иное значение нежели прочитали её глаза в первый раз. Но этого не произошло. Сердце остановилось, девушка на миг забыла, как правильно дышать.

– Я не понимаю, за что они со мной так? – единственное, о чём могла в ту секунду подумать блондинка.

Она сидела в директорском кресле, дрожащими руками держа приказ, и не понимала, что ей делать дальше. Если минутой ранее Юля была уверена в своём плане – бежать из детского дома и поступать туда, где дают общежитие, – то сейчас, будучи несовершеннолетней и находясь под опекой детского дома ещё в течение целого года, она понимала, что единственное поступление, которое ей светит, – это поступление в комнату с мягкими стенами и решётками на окнах.

На памяти Юли такая практика в детском доме была достаточно распространённой – отправлять неугодных воспитанников на лечение в психиатрическую клинику, откуда уже никто живым и в здравом уме не возвращался. Но Юля никогда бы не могла и подумать, что такой добрый, бесконфликтный человек, как она, может тоже попасть в этот список «неугодных».

– Так вот почему они тянули так долго с документами! – Юля наконец-то нашла ответ на свой главный вопрос последнего месяца. – Они готовили для меня бесплатное проживание с трёхразовым питанием и весёлыми соседями… Очень здорово, – тяжело выдыхая, прошептала себе под нос Юля.

Неожиданно громкий удар молнии с раскатами грома за окном привёл девушку в чувства. Вздрогнув от испуга, она мгновенно начала собирать все документы обратно в папку.

– Теперь мне точно нужно бежать отсюда! – думала девушка. – И уже не просто из детдома, а из города в принципе!

Юля быстро запихивала все документы, что попадались ей под руку, в свой потрёпанный рюкзак, в котором и так не хватало места из-за сменной одежды и запасов еды и воды. Девушке пришлось распихать личный дневник, ручку и телефон по боковым карманам своих штанов, чтобы всё остальное могло уместиться в её матерчатый рюкзак.

Девушка накинула тряпичный капюшон кофты себе на голову, в надежде, что он хоть как-то спасёт её от проливного дождя. Она залезла на подоконник и, не открывая окна, глубоко вздохнув, задержала дыхание, а затем прошла сквозь окно, словно его там и вовсе не было.

Её необычная, а точнее сказать, сверхъестественная способность – был навык проходить сквозь стены и другие материальные предметы. Эту способность в себе Юля раскрыла всего пару лет назад, и ей совершенно было непонятно, от чего это произошло и почему. Однако в одном Юля была уверена точно: говорить об этом никому нельзя!

Свою тайну Юля держала в строжайшем секрете. И лишь единственный её друг был в курсе всего, что происходило с девушкой с самого детства, – Блокнот. Так звали самую обычную тетрадь в клеточку, выполняющую обязанности личного дневника, с которым Юля делилась абсолютно всем.

Спрыгнув с первого этажа здания, Юля огляделась вокруг. Убедившись, что её никто не заметил, громко выдохнула и со всех ног побежала в сторону новостроек через песчаный пустырь. На улице был настоящий погодный апокалипсис. Её подранные палёные конверсы буквально за считанные секунды промокли до самых штанин. Остановившись перед пустой дорогой, разделяющей пустырь и новый микрорайон девятиэтажных домов, Юля обернулась назад в последний раз.

Темные деревянные окна детского дома, через пелену дождя, казались ей бездонными пустыми глазницами огромного монстра, который жаждал проглотить её, возвращая обратно в мучительные многолетние страдания. На миг Юле даже показалось, что здание начало приближаться. Юная девушка ринулась вперёд на другую сторону дороги, забыв убедиться в отсутствии машин на проезжей части.

В такой сильный ливень на улице не было никого. Никого, кроме Юли и догоняющих её страхов. В голове девушки молотком отдавались беспокойные мысли, что кто-то мог за ней проследить, что уже вот прямо сейчас кто-то из детского дома звонит в милицию и заявляет о её исчезновении. Убеждая их, что пропала не просто воспитанница детского дома, а особо опасная, психически невменяемая персона. От чего её будут искать с собаками по всему городу, перекрывая все выезды из города, и тогда она уже не сможет никуда уехать.

Эти мысли гнали её, как овцу, до самого двора девятиэтажек. Остановившись между ржавым гаражом и трансформаторной будкой, Юля огляделась вновь по сторонам. Не заметив ничего странного, девушка просунула свою тонкую руку в груду камней и достала оттуда металлическую банку из-под кофе, которую когда-то утащила в одном из подъездов. Ранее эта банка была всего лишь пепельницей, а теперь это было настоящее ценное хранилище. Открыв пластиковую крышку, она достала из банки целлофановый пакет, в котором прятала все свои заработанные деньги, что удалось накопить за полтора года работы промоутером возле одного ночного клуба. Обрадовавшись, что её деньги никто не нашёл и они в полной сохранности, Юля положила пакет с деньгами в один из многочисленных карманов штанов.

Юля была вынуждена хранить свои заработанные деньги здесь, под камнями за гаражом, чтобы местные парни из её детского дома не потребовали свою долю, как это было принято «на общаг».

По законам детского дома, каждый, кто получил хоть сколько-то денег, честным или нечестным путём, должен был уплатить немалый процент так называемым «старшакам». А если добровольно этого не делал, то тебя избивали и отнимали уже не часть денег, а все деньги. В добавок, те же «старшаки» рейдом периодически обчищали комнаты других ребят, проверяя у них наличие сбережений. А найдя хоть что-то интересное, забирали себе. А после – избивали того, кто утаил от них еду, сигареты или деньги.

Вернув теперь уже пустую ржавеющую банку обратно в камни, Юля сполоснула руки под дождевой водой, хлещущей во все стороны из водосточной трубы. Затем снова с опаской огляделась по сторонам и со всех ног побежала в сторону автобусной остановки. Дождь не успокаивался, городские ливневки не справлялись, и вся проезжая часть была похожа на бассейн. Добежав до крытой автобусной остановки, Юля внимательно изучила расписание автобусов, которые шли до автовокзала.

– Через полтора часа??? – возмутилась она вслух.

Такое длительное ожидание автобуса девушку совершенно не устраивало. За это время, по её мнению, с ней могло произойти что угодно. И находиться столько времени вблизи детского дома было крайне неразумно. Ей ничего не оставалось, как просто идти вдоль дороги по направлению маршрута автобуса – так она хотя бы немного отдалится от чудовищного места.

Дорога была абсолютно пустой, не было ни машин, ни людей. Юля не спеша шла вдоль проспекта, при каждом шаге ощущая, как противно хлюпали её мокрые кеды. Ей хотелось поскорее оказаться на автовокзале – в тепле, где можно согреться, купить себе чебурек с горячим чаем, поспать и, конечно же, купить билет на ближайший автобус до столицы.

Пройдя две с половиной остановки, Юле показалось, что дождь начал стихать, хотя на самом деле девушка просто начала к нему привыкать.

Идя в своих мыслях по выстроенному маршруту, сквозь шум дождя, девушка услышала странное гудение у себя за спиной. Обернувшись, она увидела, что это тарахтела старая «Волга» белого цвета. На крыше автомобиля была тускло мерцающая шашечка такси, а боковые пороги и двери покрыты толстым слоем ржавчины и сквозными дырами, словно их прогрызли мыши. Девушка посторонилась, но дребезжащий автомобиль начал прижиматься к обочине, сбавляя скорость.

– Залезай, подвезу! – крикнул ей мужчина лет пятидесяти пяти на вид, высовывая нос из едва приоткрытого окна.

Юля, не останавливаясь, помотала головой и продолжила идти дальше, стараясь не обращать внимания на водителя, чтобы тот поскорее проехал вперед. Но белая «Волга» настойчиво сопровождала её дальше.

– Ты же заболеешь, дуреха! Садись, кому говорю! Отвезу куда тебе нужно, – говорил он, посмеиваясь над упрямой девчонкой.

– У меня мало денег, я дождусь своего автобуса… – пожала плечами Юля, понимая, что такси сейчас слишком дорогое удовольствие с её текущим бюджетом и предстоящими расходами в столице.

Юля никогда в жизни не пользовалась услугами такси – для неё это была роскошь для богатых, к числу которых она явно себя не относила.

– Не переживай, много не возьму! – усмехнулся таксист. – Мне больно на тебя смотреть!

– Да мне неудобно как-то… – остановившись напротив таксиста, замешкалась Юля, мучаясь в сомнениях.

– Поееехали! – противно похихикал он, с трудом дотягиваясь до ручки задней двери, открывая её перед девушкой.

Мужчина был толст, усат и не слишком опрятен. Но не промокшей до самых костей Юле было судить человека по внешности. Ей жутко хотелось скорее попасть в тепло, а мужчина так настаивал, что девушке пришлось сдаться.

– Спасибо! – сказала Юля, закрывая за собой тугую дверь машины. – Я и правда уже начала замерзать, – добавила, растирая ладони друг о друга.

– Еще бы! – хмыкнул таксист, поправляя свои пышные усы. – На дворе хоть и лето, но погодка явно не по сезону.

Мужчина, взглянув на продрогшую девушку через зеркало заднего вида, тут же увеличил мощность автомобильной печки.

– Спасибо за заботу, – робко улыбнулась Юля. – Мне на автовокзал дальних рейсов, пожалуйста.

– Это же другой конец города! – возмутился мужчина, будто пожалел о своём предложении подвезти.

– Наверное… – пожала плечами Юля, убирая свой промокший рюкзак на резиновый коврик за водительским креслом.

Чувствуя себя неловко, Юле не хотелось замочить своими вещами расписной ковер, которым было покрыто всё заднее сиденье, и тем самым вызвать ещё большее раздражение со стороны толстяка.

– Мдаа… – недовольно протянул таксист, почесывая затылок. – Ну ладно, поехали, – добавил он, поправив съехавший берет.

– А сколько это будет стоить? – переживала Юля по поводу стоимости поездки. – У меня совсем немного денег.

– Как по бензину выйдет… На месте разберёмся! – переключив заедающий рычаг скоростей, ответил мужчина и машина тронулась с места. – Но ты не переживай, я много не возьму! – мужчина вновь взглянул на девушку через зеркало заднего вида, будто наблюдая за ее реакцией.

Белая «Волга» с тарахтением начала набирать скорость. Автомобильные дворники с неприятным скрипом быстро елозили по лобовому стеклу из стороны в сторону, смахивая струи дождя. Внутри салона держался неприятный запах, от которого Юлю начало немного подташнивать. Запах был смесью сигаретного дыма, бензина и старой кожи, которая обтягивала сидения автомобиля. Однако главным виновником этого аромата был давно не стираный советский ковер, впитавший в себя все запахи, что только мог.

– Куда же ты на ночь глядя собралась? – поинтересовался мужчина, приглушив шансон по радио.

– Мне нужно в Москву, – кратко ответила Юля, которая вовсе не хотела ничего рассказывать незнакомцу, а врать ей удавалось всегда с большим трудом.

– Откуда такая спешка, что аж пешком шла под проливным дождём? – усмехнулся мужчина, будто что-то подозревал. – Сейчас даже собака не выйдет на улицу.

– Зачем ему это? – подумала про себя Юля. – Простое любопытство? Или он как-то связан с моим детдомом?

– Не хочешь отвечать? – прервал Юлины размышления толстяк, наблюдая за ней через всё то же зеркало.

– У меня дедушка умер, – девушка соврала первое, что пришло ей в голову. Дедушек, как и бабушек, у Юли не было, поэтому ей было не жалко их похоронить в диалоге с таксистом.

– Получается, ты тут живёшь, а дед твой в Москве? – назойливый таксист не умолкал.

– Я здесь учусь в техникуме строительном, а большинство родственников да, в Москве живут, – врала, как могла Юля.

– Далеко ты от общежития строительного техникума забралась… – Юля увидела в зеркале отражение его масляных серых глаз, которые словно усмехались над ней.

– Так каникулы сейчас! – усмехнулась в ответ Юля и для полноты картины добавила: – Я ночевала сегодня у своей подруги, она живёт в новом ЖК недалеко от остановки, где вы подобрали меня.

Таксисту было интересно всё, ему очень хотелось знать о девушке больше. Он расспрашивал Юлю про её семью, про учёбу, друзей. Юля врала насколько умела, а умела она из вон плохо. Однако другого выбора у неё просто не было. Правду говорить она боялась, ведь когда милиция начнёт её искать, то обязательно будет допрашивать таксиста, как одного из последних людей, с которыми она общалась.

Когда таксист наконец замолчал, Юля смогла выдохнуть. Прислонившись к слегка запотевшему окну, девушка начала разглядывать мелькающие за окном огни ночного города, красиво отражающиеся в лужах на асфальте.

– Ты знаешь… – прервал тишину мужчина, от чего Юля вздрогнула, предвкушая очередной вопрос. – Я сначала подумал, что ты детдомовская…

От этих слов Юля даже немного сползла вниз по дивану, желая и вовсе провалиться сквозь землю. Вжавшись в стекло ещё больше, чтобы не попадать в поле зрения таксиста через зеркало заднего вида, она молча ждала продолжение.

И мужчина продолжил:

– Я просто сам вырос в детском доме и знаю, каково там. Я не выдержал и сбежал оттуда в четырнадцать лет, стал работать, – говорил таксист, глядя на дорогу. – Образование я так и не получил, но зато водительские права имею, на жизнь хватает, – рассказывал толстяк, словно пытался расположить девушку к себе.

На миг Юле даже показалось, что он врет и просто хочет заболтать её, но здравый смысл её переубедил.

– Ну какой смысл ему мне врать? – рассуждала про себя блондинка. – Человек и правда мог увидеть во мне родную душу… Он же помогает мне. Не надо накручивать себя! Это всё моя паранойя на фоне стресса! – убеждала себя Юля.

– Вы ошиблись, – сухо ответила Юля, а затем добавила, чтобы не показаться грубоватой: – Рада, что ваша жизнь наладилась после ухода из детского дома!

Ей так хотелось расспросить мужчину, как ему удалось сбежать, куда он пошёл жить? И не искали ли его потом? Ведь он был ещё младше, чем она. Но Юля держала своё любопытство в узде, ведь оно могло её раскрыть.

Дальше, на удивление Юли, они всю дорогу молчали. Мужчина следил за дорогой, а Юля, уперевшись лбом в холодное стекло, смотрела на меняющиеся картинки за окном.

Когда машина выехала за пределы города, за окном стало совсем темно, множество фонарей и высоких домов большого города перестали освещать улицу. Дождь стал утихать. Эта трасса по пути к автовокзалу, что находился в паре километров от города, Юле была знакома. Она один раз ездила по ней, как раз на автовокзал, вместе со школьной экскурсией в круиз по Золотому кольцу России.

Через пару минут после того, как они покинули черту города, таксист включил правый поворотник и начал сбавлять скорость.

– Что-то случилось? – напряглась Юля, отлепив лоб от окна.

– Чёртова шаурма! – буркнул себе под нос толстяк, хватаясь за живот. – Говорил мне Семёныч, не покупать у этих цыган ничего!

По возмущениям таксиста Юля сразу поняла, что у него прихватило живот.

«Волга» свернула в отвороток и, проехав ещё немного, остановилась. Толстяк заглушил двигатель, включил в салоне верхний свет и достал из бардачка автомобиля рулон дешёвой туалетной бумаги. Пулей вылетев из машины, он хлопнул тяжелой дверью за собой.

Со стороны это выглядело очень забавно, но с другой, Юле даже стало жалко бедолагу.

– Не хотела бы я оказаться на его месте… – подумала про себя Юля, поджав губы.

Оглядевшись по сторонам, Юля ничего не могла разглядеть из-за кромешной темноты вокруг и включённого света внутри салона автомобиля. Юля поняла лишь одно – что они съехали с трассы куда-то вправо и теперь находятся в неизвестном ей лесу. Данный факт начал тревожить Юлю.

Она пододвинулась к окну с другой стороны, пытаясь увидеть, куда ушёл её водитель, но из-за света в машине и дождя снаружи ничего толком разглядеть не удавалось, лишь сплошные силуэты деревьев.

Девушка не успела отодвинуться от окна, как тугая дверь резким рывком открылась, и перед её носом стоял таксист с распахнутым ремнём и расстёгнутой ширинкой на чёрных брюках, из которых вываливался огромный волосатый живот. Мужчина набросился на девушку, не дав ей понять, что происходит.

– Вы что, с ума сошли?! – громко закричала Юля, вырываясь из рук неприятного типа.

– А как ты по-другому хотела расплатиться за дальнюю поездку без денег? – усмехался мужчина, заламывая её руки.

– Я не говорила, что у меня нет денег! У меня есть деньги заплатить за поездку! – сопротивлялась Юля, но мужчина ловко перехватывал её руки своими руками.

– Да брось, я прекрасно понял, что ты детдомовская! – усмехнулся толстяк. – И отлично знаю, что с вами там делают! Тебе не привыкать! – говорил он, прижимая её своим тучным телом к вонючему ковру. – А если ты ещё и расслабишься, то тебе даже понравится! – добавил он, стаскивая с себя брюки. – У меня явно опыта побольше, чем у твоих беспризорных сверстников!

Юля прекрасно могла физически постоять за себя на ринге или в уличной драке, но в такой ситуации, в ограниченном пространстве, прижатая к креслу, она оказалась впервые. Ей совершенно не хватало места, чтобы ударить своего противника.

Блондинка попыталась ударить таксиста в пах коленом, но, несмотря на его большие габариты, он ловко увернулся и принялся расстёгивать её штаны. Девушка не сдавалась и ударила ребром своей ладони прямо в его кадык, от чего таксист захрипел.

Юля планировала нанести следующий удар, но таксист оказался быстрее. Он ударил её со всей силы по лицу, от чего у девушки словно искры из глаз полетели.

Множество серебристых кристалликов закружились перед её глазами, от чего Юля на секунду прекратила сопротивление.

Но, почувствовав его руку у себя в трусах, девушка мгновенно пришла в себя.

Осознав, что другого выбора у неё нет, Юля крепко зажмурилась и задержав дыхание, рывком прошла сквозь мужчину, как через толщу воды – мгновенно оказавшись снаружи автомобиля. В ту же секунду толстяк шмякнулся на кресло автомобиля со звуком пыльного мешка с мукой.

Сейчас Юле было абсолютно всё равно, что подумает этот мужлан и что он кому потом расскажет.

– Тем более, кто ему поверит?! – подумала Юля, обернувшись на недоумевающего таксиста.

Освободившись из плена, Юля быстро застегнула пуговицу своих штанов и со всех ног кинулась в сторону трассы, в надежде позвать кого-нибудь на помощь.

Услышав, как двигатель старой «Волги» снова заработал, а её путь озарился светом желтых фар, Юля поняла, что таксист развернулся и догоняет её. Недолго думая, она быстро нырнула в чащу леса и побежала в глубь, понимая, что тут машина явно не пройдёт.

## Глава 2. «Туннель»

ЮЛЯ


Чем дальше она бежала, тем больше веток встречалось на её пути, цепляя ее за одежду и ударяя по рукам и ногам. Иногда Юля задерживала дыхание, чтобы пройти сквозь крупные ветви кустов, а вот мелкие – из-за темноты – она совершенно не замечала на скорости своего бега. В результате этого периодически получала ими по лицу с большой силой. Юля несколько раз падала, поскальзываясь в грязи, размытой проливным дождём, но быстро вставала и продолжала бежать, несмотря на боль, кровоточащие раны и ссадины. Она бежала, не сбавляя темпа несколько минут, ощущая тяжёлые шаги таксиста за своей спиной.

Когда лес начал сильно сгущаться, из-за чего стало тяжело пробираться сквозь ветви, Юля остановилась, чтобы отдышаться. Оглянувшись назад, она не увидела ничего, кроме деревьев.

– Как далеко от дороги я убежала? – задумалась Юля, стараясь прислушаться к шуму машин, чтобы определить, где находится трасса.

За её сбившимся дыханием и бешеным сердцебиением она услышала только, как дождь снова начал усиливаться, стуча каплями по густой листве высоких деревьев. Звуков машин она не слышала.

– Так! – вслух произнесла Юля, всё ещё тяжело дыша. – Я бежала оттуда… – прикидывала она, глядя прямо перед собой. – Значит, трасса сейчас где-то там… – предположила блондинка, взглянув влево.

Юля пошла в предполагаемую сторону, в надежде вот-вот услышать шум машин.

– Ну вот зачем? Зачем я села к нему в машину? – начала причитать Юля вслух, медленно идя и размахивая руками в разные стороны. – Дождалась бы своего автобуса – и всё было бы хорошо! Пффф… – громко выдохнула Юля. – Никогда раньше не ездила на такси, и нечего было начинать!

Пройдя довольно большое расстояние, она всё ещё не слышала ни единого звука дороги. Не понимая, где находится, Юля достала из кармана штанов свой кнопочный телефон и стала светить фонариком по сторонам. Везде было одно и то же – деревья.

– Ну трындец! И где я теперь? – снова начала ругаться девушка. – Зачем надо было тааак далеко убегать?! – помотала головой, осознавая, какой путь проделала. – Неужели ты и правда думала, что жирный старикан смог бы тебя догнать, если даже на соревнованиях этого не могли сделать отлёты? Ой, идиотинааа… – цокнула губами Юля и, развернувшись, пошла в обратную сторону, продолжая освещать путь телефоном.

– Он, наверное, и вовсе не собирался за мной гнаться после увиденного! – хмыкнула Юля, приподняв светлые брови. – Наверное, думает, что у него галлюцинации… или я лесное чудовище, – усмехнулась она, представляя себе лицо ошарашенного старикана.

Пройдя, как ей показалось, несколько километров по кругу, Юля ощутила усталость в теле и сухость во рту. Приняв решение отдохнуть, она присела под дерево и потянулась за рюкзаком, в котором была бутылка воды и другие припасы. В это мгновение Юля осознала, что рюкзака за ее спиной нет.

– О, нееет… – в отчаянии протянула девушка. – Он остался в такси… с ним…

В голове пронеслась яркая картинка: её мокрый рюкзак стоит за водительским креслом на резиновом коврике – и она больше никогда его не увидит.

– Вот чёрт! – громко, на весь лес, ругнулась Юля. – Там же моя одежда! Мои документы! – вспоминала содержимое рюкзака. – Паспорт! И эта дурацкая справка… Как же я теперь без всего этого?!

Сердце сжалось в комок от переживаний.

– Без паспорта меня не то что никуда не зачислят – мне и жильё не сдадут, и даже в междугородний автобус не посадят! – схватилась за голову, размазывая грязь с рук по светлым волосам.

Посидев минуту в состоянии отчаяния, Юля резко спохватилась, схватив себя за карман.

– Фух! – облегчённо выдохнула, нащупав дневник и пакет с деньгами. – Слава Богу…

Она взглянула на чёрно-белый экран телефона: аккумулятор был почти полон, шкала сотовой сети показывала два деления.

– И какой толк от этой сети, если даже позвонить некому?! – фыркнула Юля, сжимая телефон в руке.

Обычный человек в такой ситуации звонит родным, друзьям или в службу спасения. Но Юля не была обычной, как и её ситуация. Родных и друзей у неё не было, а спасатели хоть и вытащили бы её из леса, вот только потом передали бы в милицию, а после – в детский дом. А оттуда и до психиатрической больницы недалеко.

– Уж лучше в лесу остаться жить… – вздохнула Юля.

Она снова взглянула на телефон, будто он мог ей чем-то помочь. На часах была глубокая ночь.

– Скоро рассвет, – подумала девушка, глядя на тёмное от туч небо сквозь пушистую листву деревьев. – Как только посветлеет, я сразу смогу найти дорогу назад, – с выдохом подумала она.

– Да кого я обманываю?! – вскочила с места Юля, закричав в темноту леса. – Сдохну тут без еды и воды!

От усталости, жажды и пережитого за сутки стресса Юля с головой окунулась в отчаяние. На её глазах навернулись слёзы. Она схватила с земли крупный булыжник и со всей силы метнула его в темноту – просто чтобы хоть как-то выплеснуть эмоции. Через мгновение после броска из темноты раздался глухой шлепок и звонкое: «Кар!»

От неожиданности Юля машинально огляделась. Однако в такой темноте чёрную птицу ей было не разглядеть.

– Блин! Напугала… – с выдохом произнесла Юля.

По отчётливому «кар» она безошибочно определила вид птицы. Вот только ей показалось странным, что ворона не спит посреди ночи и в такую погоду.

– А может, я попала по её гнезду?.. – испуганно предположила Юля, заранее почувствовав вину.

Не успев развить эту мысль, девушка заметила слабое мерцание между густо растущими кустами.

– Неужели это тот самый таксист? – проглотив ком в горле, предположила она.

Перед её глазами пронёсся образ ржавой «Волги» с тусклыми жёлтыми фарами. Но присмотревшись, Юля поняла: свечение больше походило на фонарь, чем на фары автомобиля.

Она сделала смелый, но осторожный шаг вперёд, чтобы проверить, что там на самом деле. Мысль о том, что это может быть настоящий фонарь, освещающий дорогу, давала надежду на спасение. Пробравшись сквозь заросли, Юля вышла на незнакомую грунтовую дорогу, освещаемую старым фонарём на деревянном столбе.

– Вероятно, фонарь закоротило из-за сильного дождя, а метким ударом камня я привела его в чувства… – с лёгкой улыбкой на лице предположила Юля. Такое часто происходило с фонарём у крыльца её детского дома, который включался и выключался при удачном ударе по нему крупной палкой.

Фонарь светил прямо на подножье горы, откуда выходила широкая дорога. Ступив на неё, девушку снова окатило проливным дождём, от которого ранее её спасала густая крона деревьев леса. Юля сорвала лист лопуха у дороги и, собрав им струи дождя стекавших по скале, наконец утолила жажду. Напившись дождевой воды, Юля подняла глаза на старый фонарь. Рядом с ним росла высокая сосна, а на нижней ветке сидел огромный чёрный ворон.

– Ты спас меня! – с улыбкой крикнула сквозь шум дождя Юля, желая расцеловать птицу от радости. Он был настолько большой, что один его клюв был не меньше Юлиного кулака. Ворон посмотрел на Юлю своим блестящим чёрным глазом, но ничего не ответил. Не зная, куда именно выведет эта дорога, Юля была полна счастья. По её мнению, любая дорога была лучше, чем густой беспроглядный лес. Забежав в большую расщелину у подножья горы в надежде спрятаться от дождя и дождаться рассвета в сухости, Юля села на небольшой камень, отколовшийся от стены. Ворон громко каркнул ещё раз, продолжая мокнуть на ветке под дождём. Юля внимательно осматривала сначала крупного ворона на сосне, затем – скалистые стены внутри пещеры. В пещере было темно и прохладно, стены выглядели так, словно их вручную долбили мелкой стамеской. Юля снова взглянула на свой телефон. Несмотря на начало четвёртого утра, на улице была сплошная темень из-за затянутого тучами неба, и ливень, казалось, утихать не собирался. Сидеть на месте и скучать Юля не умела, она вновь включила фонарик, приняв решение осмотреть глубину пещеры.

– Может, тут есть наскальные рисунки древних людей? – воодушевлённо призадумалась Юля, осматривая высоченный потолок, с которого свисали огромные наросты солей кальция, напоминающие ледяные сосульки. Под ногами была сухая грунтовая насыпь, а впереди – кромешная тьма, конца которой, казалось, не было. Юля светила себе под ноги, освещая путь, чтобы ни на что не напороться. В какой-то момент девушка словила странное чувство – ощущение, словно она прошла сквозь толщу прохладной воды. Это состояние напомнило ей тот момент, когда она использует свой дар, чтобы пройти через какой-либо материальный предмет, только немного иначе. Юле это показалось странным – никакой преграды впереди она не видела, да и дыхание не задерживала, чтобы преодолеть её. Но то, что произошло дальше, показалось Юле ещё страннее. В туннеле заметно посветлело, и температура воздуха явно стала выше. Девушка выключила фонарик за ненадобностью, мельком заметив отсутствие сотовой сети на экране.

– Вероятно, туннель глушит связь… – предположила Юля, убирая телефон в карман. Любопытство гнало её вперёд. Приблизившись к выходу из туннеля, Юля увидела, что дождя словно и не было. Дорога впереди была абсолютно сухая, а вдали она отчётливо слышала пение птиц. Наступал рассвет. На небе не было ни облачка. Девушка аккуратно ступала вперёд, словно на выходе из туннеля её поджидала опасность.

– Что произошло? Как такое возможно? – недоумевала Юля, осматриваясь по сторонам. Сделав, наконец, решительный шаг вперёд, Юля оказалась посреди лесопарка. Деревья здесь росли более разрежено, а на траве цвели цветы. Единственное, что не изменилось, – это старый фонарь на деревянном столбе у выхода из туннеля. Вот только он теперь не светил. Юля подошла к фонарю и, сильно пнув его в надежде, что он вновь загорится, взглянула вверх. Ничего не произошло. Лишь вновь раздалось знакомое «кар».

– Как ты здесь оказался? – недоумевающе обратилась Юля к чёрному ворону, что всё так же сидел на нижней ветке сосны. Юля с самого детства обладала отличным слухом, и в этот раз он её также не подвёл. Услышав вдали объёмные хлопающие звуки, похожие на взмахи птичьих крыльев, Юля обернулась. Присмотревшись повнимательнее, из-за деревьев вылетела стая птиц, сбиваясь в одну большую чёрную тучу. Это был десяток воронов, стремительно летевших прямо на нее. Испугавшись нашествия пернатых бандитов, Юля ринулась обратно в пещеру, но было поздно – вороны оказались быстрее. Огромные птицы, похожие, как капли воды на своего брата сидящего на сосне, окружили молодую девушку. Воронов оказалось слишком много, чтобы сопротивляться. Юле ничего не оставалось, как просто замереть и прикрыть лицо руками, чтобы те не повредили ей глаза. Но птицы и не планировали наносить девушке ущерб. Они кружили вокруг неё, громко крича, будто переговариваясь друг с другом. Крупные птицы хлопали крыльями, создавая ветер вокруг девушки, развивая её выбившиеся пряди волос из хвостика на затылке. Сделав несколько кругов вокруг Юли, птицы с громкими криками улетели прочь, не задев блондинку и крылом. Сердце Юли бешено колотилось от испуга, она с опаской раздвинула пальцы рук.

– Это всё? – сквозь пальцы подглядывала Юля за удаляющейся стаей, что с каждым мгновением становилась всё больше похожей на скопление маленьких черных точек в небе. Опустив руки от лица, девушка огляделась – вокруг всё было спокойно, словно ничего не произошло.

– Что им нужно было от меня? Искали еду? – недоумевала Юля. Придя в себя после налёта пернатых, девушка подняла взгляд на туннель.

– А где гора? – в её голове снова возник вопрос. Девушка не верила своим глазам. Когда она первый раз заходила в туннель со стороны леса, вход выглядел как огромная пещера у подножья каменистой горы. Теперь же никакой горы не было. Туннель уходил в большой холм, покрытый зелёной травой и мелкими жёлто-белыми цветами, словно пушистым ковром. Возле входа в туннель стояла деревянная табличка, вбитая в землю на колышке, с аккуратно вырезанными вручную буквами: «Внимание! Вы покидаете Ресепториум».

– Никогда не слышала про такой посёлок, – шмыгнула носом девушка, вытирая капли, падавшие на лоб с мокрых волос. Придя в себя, Юля решила вновь зайти в туннель, чтобы во всём разобраться. Включив фонарик, она вошла в темноту пещеры. Пройдя пару метров, не встретив никаких преград, Юля снова ощутила это странное чувство прохождения сквозь материю. Пройдя дальше, девушку вновь встретил проливной дождь, сосна, ворон и фонарь, который сам загорелся на глазах у Юли.

– Не поняла… – встряхнула пшеничными волосами девушка и вернулась обратно в темноту туннеля. Повторив всё тот же ритуал, Юля снова оказалась в светлом лесопарке, где дождя как и не было. Зато был фонарь, сосна и ворон.

– Я явно сплю! Или сошла с ума, – подумала Юля и выдернула из руки тонкий светлый волосок. – Ай! – поморщилась от боли девушка, потирая руку. – Я сошла с ума! Мне явно нужен отдых, – вынесла решение Юля.

Девушка аккуратно присела под сосну, где без изменений сидел её не слишком общительный знакомый. На её мобильном было четыре утра, батарея по-прежнему была заряжена наполовину, а вот сети не было совсем.

У Юли не осталось сил, чтобы продолжать своё расследование. Единственное, на что её хватило, – это принять решение, что лучше всего дождаться полного рассвета здесь, ведь тут было значительно суше и теплее.

## Глава 3. «Психотерапевт»

ТИНА


На небе не было ни облачка, солнце находилось в зените и ярко светило на полностью высохший асфальт. От проливного дождя остались лишь незначительные лужи на обочине дороги и в бетонных клумбах, внешне напоминающих большие фужеры. Слегка поникшие многолетние цветы в клумбах украшали вход в муниципальное здание, окрашенное в горчичный цвет. Возле входной двери серого цвета висела табличка с надписью «Государственная поликлиника №48» и её режим работы.

Металлическая дверь на тугих пружинах с трудом открылась, и из неё вышла миниатюрная девушка, с усилием толкающая дверь всем своим хрупким телом. Выйдя на крыльцо, брюнетка сощурилась от яркого света. Быстро перетерпев боль от солнечных лучей, девушка взглянула на небо, а затем на свои наручные часы с крупным круглым циферблатом, будто сверяя время по солнцу. На её часах было 12:12. Она не спеша открыла свою кожаную чёрную сумку-клатч и достала оттуда небольшое зеркальце. Взглянув в него, она развернула смятую бумажную салфетку из своего кулачка и подправила макияж под глазами, который был слегка подпорчен из-за слёз.

Удовлетворившись своим отражением в зеркале, девушка достала из сумки сигарету и зажигалку. Не успев сделать первую затяжку, как за её спиной раздался звук натяжения тугих пружин металлической двери. На крыльцо вышел взрослый мужчина крупного телосложения. Он был высокого роста – выше девушки сантиметров на пятнадцать, несмотря на то что сама она была в туфлях на высоченных шпильках.

– До следующей недели, Тина. Быть добру! – махнул рукой мужчина, садясь за руль тёмно-синей иномарки. По мужчине было видно, как он сильно куда-то торопился.

– Всего доброго, Владимир Петрович, – выдыхая сигаретный дым, произнесла брюнетка с едва натянутой улыбкой.

Тине нравился этот психотерапевт – он был лучшим из всех, к которым она обращалась ранее. После череды травмирующих событий Тина работала только с психологами-женщинами, потому что довериться мужчине ей было намного сложнее. Но однажды, когда очередная психолог поняла, что перестала отвечать запросам молодой девушки, тут же посоветовала Тине обратиться к этому психотерапевту. Тина, недолго думая, согласилась.

Баринов Владимир Петрович – психиатр с многолетним стажем, главный врач психиатрической городской больницы, а по совместительству – консультирующий психотерапевт, которого пригласила районная поликлиника в качестве «приходящего» специалиста. А он, пользуясь случаем, проводил там свои сеансы психотерапии во внеурочное время – как говорится, «мимо кассы». Тине это было только на руку: неофициальные сеансы нигде не отмечались и не фигурировали в её истории болезни. С Владимиром Петровичем Тина работает над своими проблемами уже более полугода. Как ей казалось, он понимал её лучше, чем все остальные, несмотря на то что был мужчиной. Он никогда не обесценивал её чувства и не приводил примеры из своей личной жизни, что ужасно раздражало Тину в других специалистах. Он всегда внимательно её выслушивал, обращая внимание на брошенные ею вскользь фразы. И ей очень нравилось, что он никогда не лез ни в своё дело. Как, например, сейчас: мужчина не сделал Тине замечание по поводу курения, хотя прекрасно знал, что ей всего шестнадцать лет.

Девушка проводила взглядом уезжающую машину психотерапевта, с облегчением выдыхая сигаретный дым. Как только автомобиль скрылся за поворотом, Тина сделала ещё одну затяжку и, словно опомнившись, достала из своей сумочки выключенный мобильник. Тина, как и другие жители Ресепториума, не очень привыкла пользоваться мобильным телефоном, ведь сотовой сети в Ресепториуме не было. Но находясь здесь, в Куаттуре, телефон был необходим, чтобы коммуницировать с его жителями. Нажав на кнопку включения, она терпеливо начала ждать, пока телефон прогрузит заставку и подключится к сети. Когда сеть наконец появилась, ей моментально пришло SMS пятидесятиминутной давности от «Паша (город)» с содержимым: «Как освободишься, маякни! Я отпрошусь с работы, пообедаем вместе в нашем кафе!», а завершал это сообщение милый смайлик с поцелуйчиком. Тина быстро ответила на полученное сообщение кратким «Иду» и, потушив сигарету, бросила её в рядом стоящую урну.

Несмотря на то, что на дворе был полдень, на улице было немноголюдно, словно сейчас не конец июля, а утро первого января, когда город отсыпается после бессонной ночи. Широкий восьмиполосный проспект, вдоль которого шла Тина, был почти пустым: утренние пробки давно закончились, а до вечерних было ещё очень далеко. На улице было так тихо, что девушка слышала стук собственных каблуков, цокающих об асфальт, но громче всего звучали её собственные мысли в голове. Тина снова и снова прокручивала свой разговор с психотерапевтом, что произошёл тридцатью минутами ранее. Врач предложил ей начать принимать антидепрессанты как дополнительную поддержку её эмоционального состояния к основному лечению – психотерапией. Именно этого Тина всегда и боялась – что однажды он ей это предложит. Девушка очень не хотела начинать принимать антидепрессанты, и в основе этого лежали три главные причины.

Во-первых, она не хотела впадать в зависимость от ещё одних химических препаратов, ведь она и так, по показаниям кардиолога, принимает серьёзные препараты для поддержания сердечного тонуса. Во-вторых, она прочитала, что на антидепрессантах люди сильно набирают вес, а потом долгое время не могут его сбросить обратно, так как нарушается химия в мозге. Конечно же, ей этого совершенно не хотелось, как и любой другой девушке её возраста. И это несмотря на то, что её худоба была настолько велика, что антидепрессанты могли бы даже пойти на пользу её фигуре – ведь её текущий вес не достигал и сорока килограммов при росте 160 сантиметров, – но она была иного мнения. И в-третьих – секс. Она также прочитала, что антидепрессанты понижают либидо до минимума, а секс, по её мнению, был сейчас единственным способом расслабления и снятия стресса в её жизни – им она заменяла всё остальное, что было ей недоступно. Ведь в любви ей страшно не везло, зато с партнёрами для краткосрочных отношений у неё было всё в порядке.

– Если бы я могла ему рассказать всё… – думала Тина, тяжело вздыхая. – Наверное, моё психоэмоциональное состояние было бы уже намного лучше, и полугодовая терапия была бы эффективнее и без антидепрессантов.

Девушка не могла довериться врачу в полной мере, как ей бы того хотелось. Потому что она не имела права раскрывать информацию о своём даре и о любой другой информации, связанной с Ресепториумом, – а ведь это даже не часть её жизни, а вся жизнь. Ей приходилось на консультациях говорить завуалированно, придумывать идентичные ситуации в других локациях, с другими людьми – лишь бы не раскрыть тайну всего измерения. Тина, конечно же, понимала, что эффективность таких консультаций значительно снижается, потому что она не полностью откровенна с Владимиром Петровичем. Ведь очень сложно делиться сокровенным, при этом контролируя себя на каждом слове, особенно когда эмоции в моменте зашкаливают. И это была ещё одна причина, по которой Тина после каждого сеанса с врачом прокручивала их диалоги в своей голове. Она вспоминала, не ляпнула ли чего лишнего – это добавляло ей дополнительной тревожности. Всё было бы проще, если бы Тина пошла к врачу из своего мира, но она совершенно не хотела обращаться к специалистам Ресепториума. Девушка изначально искала для себя психолога из обычного мира, потому что не желала, чтобы кто-то из её знакомых узнал о том, что она ходит на консультации к «мозгоправу». Ресепториум – это как маленькая деревня, в которой информация разлетается очень быстро, особенно в молодёжных кругах. А информация о том, что несовершеннолетняя ученица обращается за помощью к специалисту, сразу дойдёт до руководства интерната, где она проживала. Больше всего её пугало не то, что люди узнают о факте её психотерапии, а то, что именно привело её к терапии. Об этих причинах не знал никто – ни любимый старший брат Женя, ни лучшая подруга Лера. Эта тяжёлая ноша, как огромный булыжник на шее, несётся Тиной самостоятельно уже в течение трёх лет. И только сейчас, в половинчатой мере, Тина решила довериться человеку, далёкому от мира Ресепториума – Владимиру Петровичу.

Тина шла в своих мыслях почти до самого кафе, где была назначена её встреча с «Паша (город)». Тридцать пять минут пешей прогулки на каблуках прошли для девушки совершенно незаметно – она шла так уверенно, будто шла босиком. Не дойдя до пункта назначения пары сотен метров, Тина уверенным шагом свернула в узкий переулок. Юная девушка прекрасно понимала, что парень давно её ждёт в кафе и его обеденный перерыв сильно ограничен по времени, но её дела для неё были превыше любых встреч с парнями. Она быстро преодолела узкий переулок между старыми купеческими домами, в которых уже вряд ли кто-то проживал. Оказавшись в тупике, девушка остановилась перед старой полуразрушенной церковью, своими размерами больше напоминающей маленькую часовенку. Вот уже три года эта церковь приговорена к сносу, но ничего, кроме периодически обновляющейся красно-белой ленты вокруг неё с табличкой «Опасно! Не входить!», не менялось. Тина аккуратно нагнулась и прошла под развевающейся на ветру лентой, придерживая её рукой. Переступая завалы мусора и груды камней, Тина не спеша зашла внутрь, осматриваясь по сторонам. Всё было тихо – как и на прошлой неделе… и месяц, и год назад. Купол старой церкви всё так же лежал на полу, а в потолке вместо него сиял огромный выход к голубому небу, откуда пробивались солнечные лучи, эффектно подсвечивая столбы пыли, витающей в воздухе. На ещё оставшейся части потолка и разбитых стенах были нарисованы белые облака, на которых лежали ангелочки в образе маленьких детей с крыльями. Такую роспись уже давно никто не делал в современное время, что говорило о многовековой истории этой церквушки. Большая часть росписи была размыта дождями и разъедена плесенью, а тем рисункам, что удалось уцелеть, досталась суровая участь быть разрисованными краской из баллончиков местной шпаны.

Тине здесь очень нравилось, потому что тут никогда не было людей. В отличие от действующих городских церквей, тут она чувствовала себя по-настоящему уединённой с Богом, в существование которого она сама до конца не верила. Точнее, она не верила, что Бог верит в неё. Несмотря на строительную пыль от раскрошенных камней, залежи мусора и осколки пивных бутылок вокруг, девушка ощущала себя здесь комфортно. Ведь для неё главным было то, что здесь её точно никто не подслушает и не помешает ей говорить с НИМ откровенно. Девушка подняла свои азиатские карие глаза на огромное деревянное распятие Христа, прогнившее до самого основания. Она не спеша подошла к покачивающемуся при каждом прикосновении алтарю. Достав из своей сумочки заранее приготовленную церковную свечку, девушка коснулась указательным пальцем её основания – и воск стал медленно плавиться, как от огня. Размягчив воск, девушка поставила свечу на каменный алтарь, который был весь залит жёлтым воском от сотни старых свечей.

Тина ещё раз подняла взгляд на образ распятого Иисуса Христа под потолком и тихо прошептала фразу, которую повторяла на этом месте каждую неделю уже на протяжении двух лет:

– Если ты всё ещё слышишь меня… – словно ком в горле проглотила она. – Знай, я сожалею о содеянном… Я не имею права просить тебя… я буду умолять… – с болью в сердце прошептала она. – Не допусти, чтобы мои грехи отразились на моём брате.

Произнеся эти слова, она глубоко вздохнула, чувствуя, как ей начинает не хватать воздуха, словно кто-то давил ей на грудь.

– Терпи… – глубоко дыша, прошептала себе под нос Тина, хватаясь рукой за сердце. – Скоро пройдёт…

Опустив глаза, юная девушка перекрестилась три раза и поспешила к выходу. Перед уходом она мельком взглянула на поставленную свечу – фитиль вспыхнул красным огнём, словно кто-то зажёг над ним спичку. Преодолев препятствия на обратном пути в виде мусора и камней, девушка вышла из церкви и, достав из сумки таблетки, прописанные кардиологом, быстро проглотила одну, даже не запивая её. Вернувшись к широкому проспекту, она ощутила, как ей снова стало проще дышать, а боль в сердце сошла на нет. Остановившись перед пешеходным переходом, где её и место встречи с парнем разделял лишь огромный перекрёсток двух главных магистралей города, девушка снова достала тонкую сигарету и закурила. Глядя на зелёный свет светофора, она не торопилась переходить улицу и наслаждалась каждой затяжкой.

– Он уже там… – подумала Тина, глядя в сторону кафе через дорогу. – Не хочу рисковать, покурю тут, чтобы он точно меня не увидел с сигаретой.

Тина встречалась с парнями исключительно ради их знаков внимания, ухаживаний, подарков и, конечно же, секса. Без каких-либо обязательств с её стороны. Каждые её отношения с мужчинами длились не более чем два-три месяца. Более долгие отношения брюнетка старалась не допускать, так как считала, что дальше может наступить привыкание. Да и в целом кандидаты были не очень, чтобы строить что-то более долгосрочное. Отношения она всегда прерывала сама либо вела себя так, чтобы инициатива к расставанию исходила от парня – ведь любви она не искала. Она у неё уже была. Безответная… но была.

Когда разрешающий сигнал светофора в очередной раз загорелся, брюнетка выкинула окурок и уверенным шагом двинулась через пешеходный переход. Выдыхая остатки сигаретного дыма своими пухлыми губами и быстро закидывая в рот клубничную жвачку, девушка в спешке преодолела большой перекрёсток и вышла прямо к кафе с открытой верандой на улице.

В обеденное время с Пашей они встречались чаще всего тут, так как это кафе находилось совсем неподалёку от его работы, где он трудился во время летних каникул. Паша был обычный парень – ведомый, очень добрый и чрезмерно спокойный, прилежный студент очного отделения Политеха. Полная противоположность Тининым идеалам, выстроенным в её голове с самого детства.

– А вот и он, – подумала про себя Тина, заметив за предпоследним столиком сидящего парня, который что-то читал в своём телефоне, а на столе рядом с ним лежала красная голландская роза.

Кафе снаружи выглядело просто и без изысков, как и многие другие заведения бюджетного сегмента. Деревянные столики, над каждым из которых был свой индивидуальный зонтик, защищающий от солнца и возможного дождя. По периметру территории кафе – низенький деревянный заборчик, украшенный красными и розовыми петуньями в продолговатых горшках.

Услышав приближающийся стук каблуков по брусчатке, парень оторвал глаза от телефона и переключился на источник звука. Увидев любимую девушку, он моментально встал из-за столика и с улыбкой подошёл к ней, вручив заранее заготовленный цветок. Паша с нежностью поправил рукой удлинённое спереди каре Тины, вглядываясь в ее карие глаза.

Девушка улыбнулась, слегка коснувшись лепестками своего маленького курносого носа и, ощутив приятный аромат цветка, подняла взгляд на парня.

– Благодарю…

– Я знаю, ты просила не дарить тебе цветы, – поморщился парень. – Но когда я увидел эту розу, сразу подумал о тебе.

– Мне приятно. Спасибо, – кратко, с улыбкой, ответила Тина.

Дав закончить ей фразу, он смело поцеловал возлюбленную в губы. Тина, не задумываясь, словно на автомате, ответила на поцелуй – вот только мыслями она была сейчас не с ним. Во время поцелуя девушка разглядывала его светлые брови, русые волосы, длинные ресницы – и думала, что эти отношения не могут дальше продолжаться. Ведь они уже вместе три с половиной месяца, что превышало все допустимые лимиты. В завершение поцелуя девушка плавно выдохнула с облегчением и направилась к столику, который заранее занял для них Паша.

Положив розу на стол рядом с белой свечой в стеклянном подсвечнике, Тина присела на стул, незаметно подтягивая свою короткую чёрную джинсовую юбку вниз, стараясь дотянуть её хотя бы до середины бёдер. Сумочку она аккуратно положила на свои тонкие колени, будто стараясь не греметь металлической цепочкой от неё.

Время было обеденное, и в кафе начали появляться первые посетители. За соседний столик сели две девушки и неторопливо ждали свой заказ, болтая о чём-то своём. Немного подальше сидел мужчина лет за сорок в спецовке дорожного рабочего – он очень быстро доедал свой бизнес-ланч, чтобы успеть по делам. А левее от него – молодой мужчина с чашечкой кофе и открытым ноутбуком, который, по всей видимости, уже был на своём рабочем месте.

– Мне кажется, или ты грустная? – встревоженно спросил Паша, одновременно показывая жестом официанту, что ему нужно меню.

– Всё в порядке, – моментально улыбнулась Тина, стараясь скрыть тревогу.

– У психолога всё прошло хорошо? – уточнил он. – Когда мы утром с тобой прощались, ты была пободрее.

– Я просто устала, – кратко ответила Тина, не желая делиться своими переживаниями ни с кем.

Однако Паша был единственным человеком, которому Тина доверила информацию о своих консультациях с психотерапевтом. Но не потому что он был особенным, а наоборот – потому что он был незначимым человеком в её жизни. Тем более, он был не из Ресепториума и никогда там не побывает. В этот момент официант принёс два меню.

– Мне только кофе, пожалуйста. Чёрный. Без сахара, – сказала Тина, взглянув на официанта, возвращая ему одно меню.

– Ты уверена? Ты позавтракала одной лишь булкой шесть часов назад, – удивился Паша, листая меню бизнес-ланча.

– Абсолютно. Не переживай, я правда не хочу есть.

Тина не обманывала – у неё действительно не было аппетита. Ей иногда казалось, что тревожные мысли и чувства настолько переполняют её изнутри, что для еды в теле просто не остаётся места.

– Ладно… – замялся Паша. – Мне даже неудобно что-то заказывать, но без еды я рабочий день не протяну, – неловко улыбнулся парень и быстро озвучил официанту:

– Мне бизнес-ланч с борщом и мясом по-французски. И латте. Официант одобрительно кивнул и удалился внутрь кафе.

– Пожалуйста, не обращай на меня внимания, ешь столько, сколько тебе нужно, – сказала Тина, слегка коснувшись его руки.

Глядя на его хорошее отношение, ей было страшно сделать ему больно, задеть его чувства словами о расставании. Тина просто не могла найти нужных слов.

– Вчера ночью всё так быстро у нас завертелось, что мы толком и поговорить не успели, – со смущённой улыбкой выдохнул парень и тут же сменил тему:

– Как твоя мама себя чувствует?

Для Тины отношения с парнями были как некая игра, где она придумывала себе роль и играла её. Например, с Пашей она была некурящей девушкой, возраст которой был на год больше, чем на самом деле. Для него она жила в глухой деревне без сотовой связи, где ухаживала за пожилой лежачей матерью после инсульта, а в город приезжала исключительно для посещения психотерапевта, по университетским делам, готовясь к поступлению на журналистику, и, конечно же, для встреч с ним.

– Оу… – слегка растерялась Тина. – Спасибо, всё как обычно. Без изменений, – немногословно ответила она, снимая с себя чёрную джинсовую курточку, вешая её на спинку стула, оставаясь в чёрной майке, заправленной в джинсовую юбку. – Сейчас как раз поеду домой к ней. Поэтому скоро снова буду без связи.

Тина не хотела дальше сидеть и болтать с парнем. Ей хотелось поскорее вернуться домой и по дороге обдумать, как разорвать эти отношения максимально натурально и без скандала, которые она на дух не переносила. Она прекрасно понимала, что его обеденный перерыв и так очень короткий, а они всё равно вот-вот разойдутся, поэтому в знак уважения к парню продолжала казаться заинтересованной в этой встрече.

– Ваш заказ, – неожиданно быстро встрял в разговор официант, ставя две белые чашки кофе на блюдцах перед каждым из гостей. – Американо для девушки. Латте и блюда бизнес-ланча – для молодого человека, – прокомментировал официант и тут же удалился, чтобы не мешать паре.

– Да, именно поэтому хотел тебе сразу сказать… Может быть, сходим в следующий четверг вечером в кино? А потом, как обычно, ко мне… – робко предложил парень, словно опасаясь услышать отказ, и тут же принялся за еду – то ли от сильного голода, то ли от чувства неловкости.

По правде говоря, Тина была немного расстроена его предложением, но, с другой стороны, ей было удобно: приехать на вечернем автобусе в город, провести ночь с парнем, а утром – на встречу с психотерапевтом, а затем снова уехать домой в Ресепториум. До следующего четверга была ещё целая неделя, и у Тины было достаточно времени придумать адекватную причину для расставания.

Поэтому она со сдержанной улыбкой ответила:

– Можно… А что за фильм?

– Фух, – выдохнул парень с облегчением. – Значит, не зря купил билеты! – Паша достал из кармана своей поясной сумки два билета в кино и положил их на стол перед девушкой. – Эти билеты дают возможность посетить любой фильм, в любое время, в любом кинотеатре этой сети. Поэтому – на какой захочешь, на тот и пойдём.

– Ничего себе! Свободная дата… Хорошо придумано… – усмехнулась девушка, заправляя гладкие волосы за уши с обеих сторон, которые варварски падали ей обратно на лицо.

Она обняла ладонями свою чашечку с кофе и не спеша сделала маленький глоток горячего напитка, давая себе маленькую паузу перед ответом. Она осознавала, что теперь у неё и вовсе нет шансов найти причину для отказа.

– Да, хорошо. Я приеду в четверг вечером, как освобожусь, и мы вместе выберем сеанс, на который будем успевать, – покивала головой Тина, смыкая свои пухлые губы. – Напишу тебе вечером в четверг уже из автобуса, как сеть появится.

– Без проблем! – радостно кивал парень, быстро жуя свой обед. – Кстати, я решил записаться в тренажёрный зал, чтобы немного набрать мышечной массы.

– Здорово! Отличное решение, – одобрительно закивала головой Тина, постукивая ноготком по ещё горячей чашке.

– Ага, возле моего дома открыли новый тренажёрный зал, и сейчас там сумасшедшие скидки. Я посчитал это знаком судьбы – чтобы начать тренироваться, – засмеялся Паша.

Вдруг их столик пошатнулся от сильного толчка, и обе чашки с кофе задрожали. Тина от неожиданности подняла взгляд вверх.

– Да блядь! А поменьше проходы не могли сделать?! – возмутился мужчина себе под нос и тут же начал поправлять подвинутый им столик на место.

Это был тот самый мужчина в спецовке дорожного рабочего, что сидел неподалёку.

– Я сильно извиняюсь за беспокойство, – крайне вежливо заговорил мужчина, с виду похожий на грубияна. – Я очень спешу, не заметил, как задел ваш столик своей сумкой.

– Всё нормально, не стоит вашего беспокойства, – вежливо ответила Тина, давая взглядом понять, что претензий не имеет.

– Всего доброго, – улыбнулся мужчина на прощание, поправляя огромную спортивную сумку на плече.

В этот момент Тина уловила в воздухе приятный аромат свежести. Он был настолько тонким и быстро исчез, что ей не хватило времени вспомнить, где она его раньше могла слышать. Она проводила взглядом удаляющийся силуэт мужчины, а затем перевела взгляд на Пашу, продолжая умиляться над этим забавным рабочим.

Тина снова сделала глоток кофе – и чуть не выплюнула его обратно в чашку, но чудом сдержалась. Кофе был абсолютно ледяным, словно его только что достали из морозилки. Только корки льда сверху не хватало для декора.

– Что-то не так? – запереживал Паша, глядя на резко изменившееся выражение лица девушки.

– Я просто поперхнулась, – Тина сделала вид, что закашлялась, чтобы не показать истинную причину своей реакции.

Это он… он здесь… – проскользнула мысль в голове Тины, а сердце бешено застучало в груди.

Она не знала, куда ей деться, чтобы не показать волнения. Руки стали ледяными, как и кофе, хотя самой ей вовсе не было холодно.

– Этот аромат парфюма и ледяной кофе… – пазл в её голове быстро сложился в до боли знакомый образ.

Тина медленно осмотрелась по сторонам, но никого не обнаружила. Он сзади… – сделала вывод Тина, не увидев никого в поле зрения. Но обернуться она не решалась, пока Паша находился рядом.

Так… Выдыхаем… Ничего не случилось, делаем вид, что ничего не произошло, – решила для себя девушка.

Тина слегка коснулась указательным пальцем своей чашки – и кофе снова стал горячим.

С этого момента она не могла думать ни о чём другом. Всё, что говорил теперь Паша – она больше не слышала.

## Глава 4. «Незнакомка»

РОМА


По широкой грунтовой дороге, вдоль летнего лесопарка, мчалась наполированная до блеска белая Toyota Camry. Автомобиль украшал спойлер сзади и обвесы по бокам. За рулём сидел молодой парень спортивного телосложения. Его белая футболка висела на шее, словно незавязанный шарф, а на обнажённом торсе можно было разглядеть каждую мышцу. Стильная стрижка белокурых волос отлично подходила к его правильным чертам лица и серо-голубым глазам.

Рядом с блондином на пассажирском кресле сидел его лучший друг – худощавый брюнет с ярко-синими, как море, глазами. Одежда на парне была явно не по размеру. Широкая синяя футболка и тёмно-синие джинсы смотрелись на нём так, словно он резко похудел килограммов на двадцать и не успел переодеться. Его густая шевелюра непослушно развевалась от ветра из открытого окна, создавая впечатление, что расчёску он использует не часто.

По центру заднего сиденья разместилась миниатюрная девушка в белом кружевном сарафане. Она была значительно младше своих спутников и внешне напоминала фарфоровую куклу. Юная девушка с примесью армянских кровей была очень красива. Одни только чёрные глаза, занимающие половину её лица, создавали впечатление, будто она героиня японского аниме. Её длинные кучерявые волосы цвета молочного шоколада аккуратно лежали на плечах, прикрывая грудь.

– Очень тебя прошу, не гони так! – раздался юный женский голос сзади.

– Ладно, – холодно ответил блондин и сильнее нажал на педаль газа, от чего машина ускорилась.

– Поздно выехали… – с переживанием во вздохе сказал брюнет, поворачиваясь к другу.

– Всё было бы намно-о-ого быстрее, если бы кто-то не напрашивался ехать с нами всё утро! Да, Соня? – блондин с недовольным видом выглянул из-за своего кресла на девушку сзади.

– Всё было бы быстрее, Ромочка, если бы ты не возражал с самого начала! – возмутилась девушка тоненьким голосом, крепко держась за низ сиденья. – Ты же прекрасно знаешь, что ради тебя я даже домой, к родителям, на каникулы не поехала. Я хочу максимально больше времени провести с тобой. Тем более я давно мечтаю попасть в город! – затараторила Соня.

Блондин с громким выдохом повернулся обратно к дороге.

– Лучше бы ты вообще ушла на домашнее обучение… – едва слышно пробурчал он себе под нос, отчего его друг растянул губы в лёгкой улыбке.

Присутствие шатенки рядом сильно портило планы Ромы. Он очень хотел провести время с другом вдвоём. Планировал прокатиться на машине за запчастями, а по дороге поговорить о мужском, ведь при Соне они могли обсуждать лишь ограниченный круг тем. Рома вообще не имел желания находиться в обществе Сони. Единственным её плюсом было то, что, как и многие девушки, она была по уши в него влюблена. А больше всего ему льстило, что она была готова ради него на всё – в том числе терпеть его грубость, холодность и даже интимную связь с другими. Однако в последние месяцы это стало скорее минусом.

Популярность Ромы среди девушек была высокой, и почти каждая вторая мечтала встречаться с ним. Он был высоким, красивым, спортивным парнем девятнадцати лет. Парень был из состоятельной семьи, с отличным чувством юмора, имел собственное дело и перспективные планы на жизнь. Пользуясь авторитетом, он крутил романы со всеми, кто хоть немного ему нравился. При этом он никогда ничего никому не обещал, особенно – любви. Считал, что любовь – проявление слабости, присущее женскому полу. Таким его воспитал отец. Все его отношения были исключительно плотского характера: секс – и ничего больше. По его мнению, каждая девушка по-своему прекрасна, и пока он молод, стоит попробовать каждую на вкус.

– Твой приятель нас дождётся, даже если мы опоздаем? – не сводя взгляда с Ромы, нервно теребя сигарету, спросил брюнет.

– Ай, нехорошо не верить в Романа Олеговича! – заулыбался Рома, слегка повернувшись к другу. – Когда это я опаздывал к финишу?

– Да, блин! – воскликнул брюнет, не разделяя настроения друга. – Если мы не успеем до гонки поменять мне сцепление… – обречённо покачал головой и закурил.

– Не ссы, братуха, всё успеем и всё сделаем по высшему разряду! – Рома похлопал его по плечу. – И не прокуривай мне тачку, заебал!

Брюнет лишь спокойно прикурил и выпустил дым в открытое окно. Роме не нравилось, когда в его машине курили, но, зная Женю и его переживания, спорить не стал. Тем более, он лучше других понимал друга. Гонки на мотоциклах были для Жени не просто отдушиной, а основным источником заработка. Дополнительную срочность придавал предстоящий день рождения его младшей сестры Тины, для которой Женя уже заказал дорогой подарок, и его нужно было выкупить.

Подъезжая к тоннелю, Женя пристально всмотрелся вперёд. Выкинув сигарету в окно, закричал:

– Тормози-и-и!

Рома рефлекторно ударил по тормозам, не понимая, что случилось, но полностью доверяя другу. Из-за резкого рывка Соня чуть не упала лицом вперёд между кресел, едва удержавшись.

– Аууу… – простонала она.

– Чё, Жень, белочку на ёлке красивую увидел? – не увидев никаких помех, отшутился Рома. Женя молчал, сосредоточенно глядя вперёд.

– Что случилось? – спросила Соня, приподнимаясь, чтобы разглядеть, куда тот смотрит.

– Жек! Ау! – Рома толкнул друга в плечо. – Фонарь не горит, можно ехать. В чём дело?

– Под фонарь смотри! – ответил Женя, мельком взглянув на друга.

– Это что-о-о… человек? – с ужасом в голосе протянула Соня.

Все трое оцепенели. Под фонарём, рядом с большой елью, лежала девушка с пшенично-жёлтыми волосами. Вид у неё был жалкий: рваная грязная одежда, растрёпанные волосы и ссадины по всему телу.

– Надеюсь, она жива… – тихо проговорил Рома.

– Вы её знаете? – удивлённо спросила Соня, наклоняясь вперёд. Оба парня переглянулись.

– Конечно, знаем! Каждый день общаемся! – съязвил Рома, недовольно глядя на Соню. Её вопросы его раздражали даже тогда, когда были уместны.

– Я знаю всех, кто учится здесь. Уверен, она точно не из нашей школы, – спокойно ответил Женя. – Если только она не на домашнем обучении…

– А может, она одна из тех пропавших? – испуганно прикрыла рот Соня.

– Ах! Нашлась! – передразнил её Рома, прикрыв рот рукой.

– Тцц… – Соня недовольно цокнула языком, закатила глаза и села обратно, обиженно скрестив руки на груди.

– Мне вообще кажется, она не из Ресепториума, – предположил Рома. – Иначе что она делает возле портала и в таком состоянии?

– В любом случае, надо ей помочь! – Женя распахнул дверь и направился к девушке. Рома с Соней пошли за ним.

Подойдя ближе, Женя присел рядом, подтянув джинсы над коленями. Осторожно дотронулся до запястья девушки, прощупывая пульс. Женя не успел досчитать до трёх, как она резко отдёрнула руку и села.

– Извини! Я лишь проверял жива ты или нет, – успокоил её Женя, глядя в её ошарашенные серо-голубые глаза.

– Слава Богу, жива! – пропищала Соня, выглядывая из-за Ромы.

Блондинка осмотрела всех по очереди. По её взгляду было понятно – в голове шёл анализ происходящего. Она посмотрела на Женю, потом на Соню, и, наконец, её взгляд остановился на Роме. Глаза девушки стали стеклянными.

Рома заметил, как она пристально разглядывает его с ног до головы. Он почувствовал этот взгляд кожей. Когда их глаза встретились – он улыбнулся. Несмотря на то, что Рома привык к вниманию, каждый заинтересованный взгляд новой девушки будоражил его нервные клетки. Рома любил флирт, даже если девушка была не в его вкусе.

Он предпочитал ухоженных, женственных, в коротких платьях. Таких, как Соня. Но Юля была совершенно иной. И всё же, глядя на её миловидное лицо, в голове Ромы промелькнула мысль: «Если её умыть и переодеть – вроде бы и ничего…»

– Сможешь встать? – спросил он, глядя на её рваную штанину в крови.

– Д-да… – сипло ответила Юля.

Девушка закашлялась и с неловкостью попыталась подняться. Заметив её стеснение, Рома снова улыбнулся – ему это польстило. Он любезно подхватил её за оголённое плечо. Прикоснувшись, он ощутил неожиданную крепость её трицепса – что удивило его. Ему нечасто доводилось прикасаться к девушкам с таким телосложением.

– Хм. Неплохо, неплохо. Вероятно, она спортсменка, – предположил про себя Рома. Подняв Юлю на ноги, он снова встретился с ней взглядом – только теперь расстояние между ними было куда меньше. Юля была ниже светловолосого парня сантиметров на двадцать, так что Роме, при такой близости, приходилось смотреть на неё чуть свысока.

– Как зовут тебя, чумазая? – всё так же держа девушку за руку, спросил Рома, рассматривая её испачканное лицо.

– Юля… – робко ответила она, не в силах оторвать взгляд от его голубых глаз.

– Меня – Рома, – с улыбкой отозвался парень. Юля смущённо улыбнулась в ответ, смахивая свободной рукой непослушные волосы с лица.

– А меня – Соня! Я девушка Ромы! – ревниво заявила Соня, крепко вцепившись в его предплечье, почувствовав неладное. От сильного давления на руку парню пришлось отпустить Юлю.

– Очень приятно… – Юля сделала шаг назад и робко улыбнулась Соне в ответ.

– А я – Женя, – добавил темноволосый парень, пытаясь снять возникшее напряжение. Повернувшись к нему, Юля с милой улыбкой кивнула.

– Ты сильно ранена? Что с тобой случилось? – встревоженно спросил Женя, разглядывая ссадины и запёкшуюся кровь у неё на виске.

– Ой! – хихикнула Юля, смущённо потирая лоб, превращая кровь в красную пыль. – Всё в порядке, я просто упала в темноте. Шёл сильный дождь, я запнулась и ударилась. Сейчас уже всё хорошо, ничего не болит. Спасибо.

– Ты ведь не из Ресепториума? – вмешалась в разговор Соня, отчего Рома снова взглянул на неё как на умалишённую.

– Она же сказала тебе: «шёл сильный дождь», – фыркнул он. – Где ты у нас видела ночью дождь?

– Рессе… что? – переспросила Юля, нахмурившись в недоумении. – Я из города N. Ехала на автовокзал на такси, но таксист… В общем, заблудилась я. Хотела бы вернуться обратно в город, ну или сразу на вокзал. Не подскажете, в какой стороне выход к трассе?

После этих слов парни переглянулись. Они поняли: Рома был прав – Юля действительно не из Ресепториума. В этот момент у Ромы появилась идея, как осторожно разговорить девушку. Из всех присутствующих только он раньше общался с «попаданцами». Рома взглянул на Женю и, прикрыв лицо от посторонних глаз, беззвучно заговорил:

– У меня идея! – шевеля губами, обратился он к другу. – Разыграем сценку? Спроси её не хочет ли она пить?! – подмигнул он. Женя всё понял без дополнительных слов, переведя взгляд на Юлю, тут же спросил:

– Ты, наверное, пить хочешь, раз с ночи тут находишься?

– Да-а! Это правда, ужасно пить охота! – обрадовалась Юля. – Если у вас есть немного воды, я буду безумно счастлива! – с благодарной улыбкой закивала она, глядя на Женю.

– Я принесу, – бодро отозвался Рома и направился к машине.

Открыв дверцу со стороны пассажира, он достал из бардачка литровую бутылку с водой. Незаметно вылив всё содержимое в траву, Рома вернулся.

– Прикиньте, забыл налить воду перед дорогой… – расстроенным голосом произнёс он, покрутив перед собой пустую бутылку, чтобы Юля точно заметила.

– Сонь, набери воды! – тут же добавил он, протягивая кучерявой девушке пустую бутылку.

Рома заметил, как Юля в лёгком недоумении наблюдала за происходящим. Именно на это они и рассчитывали с Женей. Почувствовав себя важной, Соня с энтузиазмом приняла бутылку. Она зажмурилась, и на выдохе вода в бутылке начала прибывать из ниоткуда. Парни внимательно следили за реакцией Юли – её глаза медленно расширялись от удивления. Однако Юля держалась стойко, словно такой фокус она однажды уже видела.

– Готово! – радостно воскликнула Соня, открыв свои большие карие глаза. Бутылка была наполнена до горлышка. Рома с одобрительным кивком забрал её и передал Юле.

– Держи, – с улыбкой сказал он, и бутылка, за которую они оба держались, мгновенно покрылась испариной, как будто её только что достали из холодильника. Юля робко приняла бутылку, оглядела троицу, ловя взгляды каждого из них. Они явно ждали какой-то реакции, но Юля держалась спокойно, будто ничего необычного не произошло. Это поведение удивило Рому.

– Кто ж тебя так запугал? – подумал он, мысленно обращаясь к блондинке.

– Спасибо большое! – поблагодарила Юля, открывая бутылку и с жадностью выпивая половину.

– Давай, полью? Умоешься, – предложил Женя, потянувшись к бутылке.

– Да, идея супер! – оценила Юля, вытянув ладони перед собой.

Быстро, не теряя ни капли, она умыла лицо и руки от грязи и крови. Пока она была занята, Рома снова беззвучно обратился к другу:

– Я отвечаю, она имеет дар! Иначе не прошла бы через портал. Ты видел, как она держалась, увидев магию? Её явно кто-то запугал.

Женя кивнул в ответ.

Рома знал: неодарённый человек не смог бы попасть на территорию Ресепториума без сопровождения. А если бы и сопроводили – не бросили бы. В любом случае, Служба Безопасности давно уже знала бы, если бы кто-то прошёл сквозь портал. Через Стража ещё никто не просачивался незаметно, ведь он сидит на ветке сразу в двух измерениях. Странно всё это… – размышлял он, наблюдая за Юлей и Женей.

– Бля…! …ха! Медная! – резко вскрикнул Рома, выхватывая из кармана телефон. – Братан, нам срочно надо ехать! Санёк, наверное, уже на низком старте!

– Но мы не можем её бросить! – запереживал Женя, разрываясь между беспомощной, но симпатичной девушкой и самой дорогой в своей жизни вещью – запчастью для мотоцикла.

– Чёрт! – Рома резким движением провёл обеими руками по затылку, взъерошив светлые волосы. – Давайте живо все в машину! Мигом до школы и сразу на всех парах в автосервис! – скомандовал Рома, порываясь броситься к автомобилю.

– Чувак, ты Нину не знаешь? – с лёгкой ухмылкой остановил его Женя, приподнимая густые чёрные брови. – Она сто пудов запретит уходить с территории школы, если мы приведём ей нового человека, которого нашли в таком состоянии!

Юля смотрела на ребят, которые делили её, как стая псов резиновую игрушку, не понимая, что происходит, куда они собираются ехать и с кем.

– Ты прав… – озадачился Рома, пытаясь быстро придумать новый план. Закашлявшаяся рядом Соня резко напомнила блондину о своём присутствии, и у него появилась светлая надежда на избавление от тяготящей его ноши.

– Соня, милая! – начал он ласково диалог с кучерявой шатенкой. – Проводи свою новую подружку к Нине, пожалуйста. Поболтаете о платьицах и цветочках. А мы с Женьком пока быстренько… – Не успел он договорить предложение, как Соня тут же завизжала:

– Не-е-ет! Ты мне обещал, что возьмёшь меня в город! – топала ногами, как пятилетний ребёнок, которому не дали обещанную конфету.

– Ты понимаешь, что оба вопроса крайне важны?! Никто не думал, что так произойдёт! – голос Ромы снова стал привычно недовольным в адрес Сони. – Ты правда не понимаешь, что человеку нужна помощь? – Рома указывал рукой на недоумевающую рядом Юлю. – И запчасти нам нужны уже вчера!

– А ты правда не понимаешь, что я тоже имею свои чувства и желания?! – затараторила Соня сквозь накатывающие слёзы. – Я хотела с тобой время провести!

– Блядь! – не выдержал Рома, снова взглянув на время, которое неумолимо уходило. – Да мне вообще насрать, чего ты там хочешь!

Для Ромы лучшие друзья, такие как Женя, всегда были в приоритете любой его девушки. Тем более – Сони, которая и без того ему страшно наскучила.

– Дурак! – фыркнула Соня, заливая слезами свой кружевной сарафан. Девушка бросилась прочь, срезая путь через лесопарк, быстро скрывшись за деревьями.

– Идиотка! – крикнул ей вслед Рома, поднимая голову к ясному небу с громким выдохом. Рому переполняли эмоции, и он не знал, куда их выплеснуть, чтобы никому не навредить. Ему безумно хотелось что-то сломать или сильно ударить. В такие моменты отлично спасала боксёрская груша в спортивном зале школы. Увы, она сейчас была от него далеко.

– Чувак, езжай один, не теряй время! – с ободряющей улыбкой похлопал Рому по плечу брюнет. – Я отведу Юлю сам. Прогуляемся пешком, заодно познакомимся. – С тёплой улыбкой Женя взглянул на Юлю и снова перевёл взгляд на друга.

Больше всего Роме не хотелось ехать без Жени, но из-за капризной Сони другого выбора у него просто не оставалось. Рома, стянув со своей шеи футболку, быстро надел её на себя.

– Ладно, братан, увидимся. Я поехал! – решительно ответил Рома, быстро приобнимая друга через рукопожатие. – Пока, чумазая! – быстро добавил он, слегка подмигнув Юле.

– Пока… – с робкой улыбкой протянула Юля вслед убегающему парню.

Рома спешно сел за руль своего автомобиля, повернув ключ зажигания, он услышал родное урчание двигателя. Дальнейшие действия он выполнял на автоматизме. Рома на большой скорости въехал в тёмный туннель, оставляя за собой лишь пыль на грунтовой дороге.

## Глава 5. «Неожиданная встреча»

РОМА


Как только белая «Toyota» выехала с другого конца туннеля, Рома мельком взглянул в зеркало заднего вида. В нем отражался блекло светящийся старый фонарь у подножья горы. Стоило автомобилю отдалиться от туннеля на пару десятков метров, как фонарь погас.

Рома перевел взгляд на экран своего телефона. Сейчас его интересовало наличие сотовой сети, а на время он предпочитал даже не смотреть, чтобы не расстраиваться. Как только телефон поймал сигнал, он тут же набрал «Саня автозапчасти». Через два гудка в трубке послышался мужской голос:

– Ну ты где?

– Сань, сорян, задержался сильно! Спешу как могу! – начал объясняться Рома, сильнее нажимая на педаль газа. – Через 10 минут буду у тебя, полюбасу!

– Жду, – короткое слово с другого конца завершило звонок.

Промчавшись на высокой скорости по грунтовой дороге вдоль леса, Рома довольно скоро выехал на асфальтированную трассу. Повернув налево, в сторону города, он направился в магазин автозапчастей при автосервисе, где работал его знакомый.

Медлить было нельзя: сегодня его приятель работал только до обеда, а затем уходил в двухнедельный отпуск. Заменить его не мог никто.

Все дело в том, что Саша – городской приятель Ромы из автосервиса – был большим любителем отменного табака. А Рома, зная его слабость, поставлял ему лучший табак из Ресепториума в обмен на автозапчасти по закупочной цене. Несмотря на то, что сам Рома был парнем некурящим, он прекрасно знал, что табаку, выращенному на полях Ресепториума, не было равных.

Саша, конечно, не знал, что такое Ресепториум. Для него это был просто «зарубежный табак», который родители Ромы якобы привозят из командировок почти каждый месяц.

С момента выезда из туннеля Рома был крайне напряжен. Главной причиной его спешки и раздражения была Соня.

– Дура! Невыносимая дура! – сжимая руль обеими руками, возмущался он вслух.

Правая нога Ромы плавно опускалась все ниже и ниже, стрелка спидометра коснулась отметки «сто сорок». Рома никогда не опаздывал, всегда приходил вовремя – для него это было делом принципа. А теперь, из-за капризов надоедливой девчонки, он был вынужден мчаться по трассе, оправдываясь перед приятелем.

Блондин крепко зажмурился от переполняющей его злости и, словно собрав весь негатив в одно слово, выкрикнул:

– Идиотка!

Он стукнул по рулю, а затем выдохнул и снова сконцентрировался на дороге.

Такие эмоции Соня вызывала у него неспроста. Она была не просто одной из тех девушек, с кем он изредка проводил время, когда ему того хотелось. В последнее время она стала настоящей обузой, от которой он не знал, как отделаться.

Соню ему выбрали родители ещё год назад, когда девушка расцвела и в откровенном разговоре с мамой выразила симпатию к Роме. Мнение самого Ромы никто, разумеется, не спрашивал. Впрочем, как всегда.

Семья Ромы была весьма состоятельной, как и семья Сони. Обе семьи были одарёнными, урожденными и выросшими в Ресепториуме. Для них союз детей был пределом мечтаний: прекрасное экономическое вложение и отличное расширение связей. Настоящий бизнес-проект.

Отец Ромы был главным адвокатом в юридическом отделе Министерства Ресепториума, а отец Сони – успешным бизнесменом, державшим под контролем большую часть Ярмарки в Королевском селе. К тому же их семьи давно дружили.

Отец Ромы, проделав огромный карьерный путь, мечтал, что его единственный сын пойдёт по его стопам и однажды займёт его место в правительстве. Однако сам Рома не проявлял и намёка на такие планы. Юриспруденция его совершенно не интересовала. Его интересовали машины.

Автомобили были для него не просто транспортом – это была страсть, целый мир. Ему нравилось всё: ремонт, сборка, разборка, гонки, детали. В его планах было открыть собственный автосервис в Королевском селе, и он уже начал откладывать деньги.

Родители знали об этом, но не воспринимали его мечты всерьёз.

Отношения с ними у Ромы всегда были напряжёнными: они всё время были чем-то недовольны. Не так Рома одевается, не так говорит, не тем занимается. И друзья у него не те. И вообще, вся его жизнь была «неправильной» – не соответствующей тому сценарию, который родители составили ещё до его рождения.

Подростковый период прошёл у Ромы в постоянных ссорах. В шестнадцать он решил жить отдельно и переехал в интернат, где жил на постоянной основе, даже на каникулах, как дети-сироты.

С восемнадцати он сменил тактику: перестал спорить и ругаться. Просто кивал, соглашался со всем, а потом молча делал по-своему. Это принесло ему покой, но вместе с тем, такое поведение привело его к тому, что ему сосватали Соню.

Несмотря на все сложности, Рома прибыл в автосервис ровно к назначенному часу, не опоздав ни на минуту. Забрав запчасти для мотоцикла Жени и несколько комплектов для других друзей, он передал табак Саше и попрощался.

Возвращаться в школу не хотелось. Там его ждала Соня. Рома бы с радостью пережил неделю её молчаливой обиды, но ему так повезти не могло: Соня не была гордой, быстро отходила и, скорее всего, уже ждала его, чтобы первой попросить прощения за своё нелепое поведение.

Эта мысль Рому абсолютно не радовала. Поэтому он решил покататься по городу, бездумно пожечь бензин и проветрить голову. Езда всегда его успокаивала и приносила море эндорфинов. Он мог часами кружить по улицам, не уставая.

Истратив пол бака, Рома решил пропустить сытный обед в школьной столовой и припарковал машину у придорожного кафе – перекусить.

Войдя в уличную часть заведения, его взгляд зацепило до боли знакомое лицо. Её прямые, густые, чёрные брови и тёмно-карие глаза были близки Роме с самого детства.

– Тина?! – не веря своим глазам, удивился Рома, глядя с улыбкой на знакомую девушку.

Он не успел как следует оглядеться, как к нему подлетел официант с горой грязной посуды в руках.

– Желаете у нас пообедать? – обратился тот к блондину.

– Да-а… – ответил Рома, с усилием оторвав взгляд от Тины. – Мне двойной сэндвич с курицей и чай с мятой, – быстро определился он, желая поскорее отделаться от официанта. – И сразу счёт, пожалуйста.

– Будет сделано! Присаживайтесь за свободный столик, – кивнул парень, радуясь быстрому заказу гостя.

Рома снова взглянул на Тину. Обратив внимание на красную розу на их столе, он сразу отметил, что это не встреча простых знакомых, а настоящее романтическое свидание. Увидеть здесь Тину, да ещё и в обществе незнакомого ему парня, было крайне неожиданно. Он знал Тину как начитанную, скромную, спокойную, малообщительную младшую сестру лучшего друга. Ему и в голову не могло прийти, что она ведёт личную жизнь за пределами Ресепториума – да ещё и втайне от своего старшего брата.

– Мда, хорошо, что Жёнек не поехал со мной, – усмехнулся про себя Рома, представляя ревность лучшего друга.

Видя, как Тина занята общением, он решил не мешать молодой паре и не ставить девушку в неловкое положение. Он решил молча пройти мимо и сесть за последний столик – прямо за её спиной, искренне надеясь, что Тина вскоре сама его заметит и, если сочтёт нужным, заговорит.

Уже практически дойдя до столика, за которым сидела девушка со своим спутником, Роме перегородил дорогу взрослый мужчина в спецодежде дорожного рабочего. Большая спортивная сумка под своей тяжестью соскользнула с его плеча, случайно задев столик пары. Блондин, не задерживаясь, обошёл неуклюжего мужчину и сел за свой столик.

– Она не заметила меня… – промелькнула мысль, пока он наблюдал, как внимание Тины полностью переключилось на мужчину, поправляющего сдвинутый столик.

Рома внимательно следил за происходящим, вслушиваясь в голос девушки и наблюдая за её жестами. По её телу и тону речи он понял: общение с этим парнем не приносит ей особого удовольствия.

– Интересно, почему тогда она тут с ним? – задумался Рома.

Ему хотелось, чтобы Тина поняла, что он рядом. Однако бестактно вмешиваться он не собирался. Он не знал, какие между ними отношения и насколько ревнив её спутник. Зачем доставлять девушке лишние хлопоты?

Когда всё вокруг успокоилось, и рабочий ушёл по своим делам, не создав конфликта, Роме пришла гениальная, как ему показалось, идея. Вспомнив, что Тина пила кофе, он сжал кулак левой руки, визуализируя её чашку. Горячий напиток мгновенно начал превращаться в лёд.

– Я знаю, ты умная девочка. Догадаешься… – пробормотал себе под нос Рома с лёгкой усмешкой, не сводя взгляда с затылка девушки.

Глотнув ледяной кофе, Тина от неожиданности поперхнулась.

– Что-то не так? – тут же спросил её спутник.

– Я просто подавилась, – покачала головой Тина, с осторожностью оглядываясь по сторонам.

Рома широко улыбнулся.

– Ну, раз оглядываешься, значит, явно что-то заподозрила, – подумал он. Однако точно знать этого он не мог.

– Ваш заказ, – произнёс официант, ставя тарелку и чашку с блюдцем перед блондином. – И… ваш счёт, как и просили.

– Спасибо! – ответил Рома, доставая из кармана голубых джинсов купюру в 500 рублей. – Сдачи не надо.

Прямая осанка девушки выдавала её интерес к разговору за её спиной, и Рома больше не сомневался – она узнала его. Ведь его голос Тина знала лучше многих.

– Приятного аппетита, – улыбнулся официант, глядя, как Рома не сводит глаз с сидящей впереди девушки.

Тина проводила взглядом уходящего официанта, но повернуться так и не осмелилась.

– Извините! – окликнул его Паша. – Будьте добры, счёт.

– Вам раздельно посчитать или вместе? – уточнил официант на полпути во внутренний зал.

– Вместе! Вместе, конечно, – безоговорочно подтвердил парень, продолжая что-то рассказывать Тине, которая его совершенно не слушала.

Потянувшись за чашкой чая, Рома увидел, как неожиданно загорелась белая свеча на его столе. Это был её ответ – ответ Тины. В этом он не сомневался. От полученной взаимности он улыбнулся глазами и сделал глоток мятного чая. Эта игра взбудоражила его чувства, вызвав легкое напряжение внизу живота и желание продолжать.

Он не спеша ел свой сэндвич, подслушивая житейский разговор пары и периодически посматривая на полыхающее пламя свечи. Тина была немногословной, как и всегда. В основном говорил её парень с набитым ртом, не успевая закладывать ложку за щёку.

Не услышав в их беседе ничего интимного, Рома быстро потерял интерес и надеялся, что парочка скоро разойдётся.

– Мне так не хочется от тебя уходить! – сказал Паша, беря Тину за руку. – Но мой обед уже заканчивается… Мне надо быть на месте, иначе шеф меня убьёт. Давай я провожу тебя до автобусной остановки?

– Не надо, спасибо, – с улыбкой ответила Тина. – Я ещё посижу. Может, всё-таки что-то поем.

– У тебя деньги с собой есть? – встревожился парень.

– Не переживай, – уклончиво ответила Тина.

Паша молча достал из кошелька четыре сотни рублей и положил их на стол.

– Спасибо, – робко улыбнулась Тина, убирая купюры в сумочку, чтобы их не унёс порыв ветра.

– Буду очень ждать твоего SMS, – добавил он, вставая из-за стола.

Тина молча кивнула, вставая вместе с ним. Он обнял её за талию и крепко прижал к себе, коснувшись её губ своими. Рома внимательно наблюдал за их поцелуем, будто оценивая технику. Он отметил, что со стороны Тины в нём не было ни страсти, ни желания. Её глаза оставались открытыми, а взгляд бегал по лицу парня, словно ища скорейшего завершения.

Рома испытывал чувство собственничества, когда кто-то получал большее внимания от девушки, чем он сам. Поэтому отсутствие эмоций у Тины тешило его самолюбие.

– До встречи! – с усилием оторвавшись от её губ, произнёс Паша.

– Пока, – проводила его взглядом Тина с натянутой улыбкой.

Как только парень скрылся за поворотом, Тина медленно обернулась.

– Холодный кофе настолько же отвратителен, как и твоё нетерпение, – широко улыбнулась она, пересаживаясь за столик к блондину.

– Это намёк, что холодный кофе – твой любимый напиток? – хитро прищурился Рома, глядя в её сияющие глаза.

– Что ты здесь делаешь? – сменила тему Тина. – Женя с тобой?

– Я тут один, – с улыбкой ответил он. – Заезжал за запчастями для его мотока и тачки Дэна. А сам гонщик остался дома в компании очаровательной блондинки, – интригующе добавил Рома, надеясь, что ей станет интересно.

Флирт с Тиной был не похож на флирт с другими девушками. Возможно, потому, что ничего другого ему и не оставалось.

– Очаровательная блондинка – это кто? Света, что ли? – с улыбкой предположила Тина, вспомнив его бывшую.

– Ммм… – призадумался Рома. – Менее очаровательная, чем Света, – засмеялся он. – У нас новая «попаданка». Твоя ровесница, походу. Забыл, как зовут… Юля вроде.

– Ты, кстати, не хочешь чего-нибудь перекусить? – предложил он, желая угостить Тину.

– Серьёзно? – удивлённо приподняла брови она, проигнорировав вопрос о еде.

– Да! Кажется, у кого-то в каникулы появилась работёнка! – съехидничал Рома, не сводя с неё взгляда.

Тина была не просто отличницей школы Ресепториума, но и её старостой, правой рукой и главной помощницей заведующей.

– Я справлюсь, – с улыбкой ответила она, не реагируя на подкол.

Роме нравилось, как осторожно она подбирает слова. В её лаконичности он видел множество оттенков. Он любил сам выбирать нужный смысл.

Он знал Тину с пяти лет – тогда ему самому было семь. Их познакомил Женя, её брат, с которым в детстве они были неразлучны. Со временем Рома и сам стал относиться к Тине как к сестре – защищал, заботился, как мог. Но с возрастом начал видеть в ней нечто большее. Женщину, которую можно желать.

– Я могу подвезти тебя домой… Или у тебя ещё дела в городе? – предложил он, надеясь побыть с ней ещё немного наедине.

Быть рядом с Тиной было уютно. Она успокаивала его, как тёплое одеяло в морозное утро. Наедине они никогда не говорили о проблемах и посторонних людях. С ней Рома отдыхал душой.

– Поехали домой… – с лёгкой усталостью в голосе ответила Тина, глядя прямо ему в глаза.

Они встали и молча направились к машине, оставив красную розу одиноко лежать на столе.

## Глава 6. «Убежище»

ЮЛЯ


Автомобиль светловолосого красавчика с ревом пронзил тёмный туннель, оставив за собой лишь столбы пыли и недоумевающий взгляд Юли, смотрящей ему вслед. Планы блондинки снова изменились. После увиденного здесь Юле уже не хотелось покидать город. Пока девушка не знала, как будет скрываться от милиции, но она точно определилась, что хочет разобраться в том, что тут произошло.

– Что это было? Фокус? Или они и правда такие же, как я? – размышляла про себя Юля, глядя на опускающуюся пыль на дороге. – А если это ловушка, проверка? Но чья и для чего? Бред! Но если это не проверка, то почему они так легко продемонстрировали мне свои сверхъестественные способности? Неужели не боятся возможных последствий?

Эти вопросы, страхи и сомнения в голове не давали Юле довериться молодым ребятам, что любезно вызвались ей помочь. Для девушки, выросшей в детском доме, где каждый был сам за себя, было крайне странно, что кто-то добровольно хочет помочь другому. Это было больше похоже на чью-то злую шутку или ловушку. Однако Юлина доброта, детское любопытство и наивность убеждали её в обратном. Поэтому, несмотря на возможные проблемы, ей очень хотелось во всём разобраться самостоятельно, сохраняя при этом максимальную осторожность и бдительность.

– Ты можешь идти? – вдруг задал вопрос темноволосый парень, оставшийся рядом.

– Ну почему судьба так распорядилась, что именно этот парень должен был остаться со мной? – с грустным взглядом подумала Юля. – Лучше бы меня подвёз тот блондин…

После пережитой ночи Юля не горела желанием кататься с кем-либо по городу. Однако этот светловолосый парень был настолько красив, что девушка на миг забыла, чем может обернуться поездка с незнакомцем. Её можно было понять – Рома был идеалом мужского воплощения для неё, чего не скажешь о старом усатом таксисте.

– Боже, какой же он красивый, – думала Юля, забыв о вопросе Жени. Ей казалось, что таких парней, как Рома, она видела лишь в высокобюджетных мелодрамах: стильный, высокий, красивый, подкачанный, за рулём спортивной тачки. Мечта, а не парень.

– Я что, влюбилась? – удивилась Юля собственным мыслям: она ещё ни разу в жизни не испытывала чувства влюблённости.

– Офигеть! – неожиданно воскликнул брюнет, словно за шкирку вытаскивая Юлю из её мыслей. – От раны почти и следа нет! – Женя разглядывал окровавленную штанину Юли, разорванную в клочья при падении. – Невероятная регенерация! – добавил он.

– Так куда мы идём? – спешно сменила тему Юля, пытаясь обратно залепить клочком ткани дырку на штанине.

– Я хочу тебя показать нашей заведующей школы – Нине Дмитриевне, – ответил парень в широких одеждах, внимательно осматривая Юлино лицо, тем самым вызывая у неё дискомфорт.

– Не думала, что ты школьник. Ты выглядишь старше, – констатировала Юля.

– Ты права, мне девятнадцать, – усмехнулся парень. – Это не просто школа, как ты могла подумать. Это школа-интернат для одарённых. Наша система обучения немного отличается от обычной средней школы из-за наличия, так скажем, специальных предметов, – таинственно улыбнулся брюнет, вскидывая густые чёрные брови.

– Одарённых? – с удивлением переспросила Юля. – Боюсь, это не для меня. У меня совершенно нет никаких талантов.

– Да брось… Разве? – улыбался брюнет, словно знал о Юле то, чего она сама о себе не подозревала.

Юля испытала ещё больший дискомфорт.

– На что он намекает? – насторожилась она. – На мою регенерацию?

– Ну, петь и танцевать я не умею, – сказала Юля вслух, стараясь отвести от себя подозрения.

– А ты думаешь, дар может быть только в творчестве? – удивился Женя, не убирая с лица улыбку, от которой его скулы казались ещё ярче.

– Что ты имеешь в виду? – вопрос парня показался Юле провокационным, но она держалась.

Женя слегка поправил выбившуюся прядь волос из Юлиной потрёпанной причёски, оголяя свежий, едва заметный рубец на её лбу.

– Хочешь сказать, что способность к быстрой регенерации – это не дар? Не думаю, что каждый второй может похвастаться подобным, – усмехнулся Женя, всем видом показывая, что он знает её секрет. – Рана, вызвавшая столько крови, сколько у тебя было размазано на лице и на штанине, не может зажить без следа за ночь. У обычного человека…

Юля молчала. Она не знала, как себя вести и можно ли доверять этому незнакомцу. Женя продолжил:

– Здесь ты можешь не скрывать свой дар! Ты ведь видела, что сделали Соня и Рома с бутылкой воды… Не отрицай, что ничего не произошло! – уже серьёзно сказал парень, внимательно глядя в лицо девушки. Видя, что блондинка молчит, он добавил:

– Хорошо. Давай я тебе кое-что покажу… Но обещай, что после увиденного ты не станешь от меня скрывать очевидное! – риторически произнёс он и, не дожидаясь согласия, плавно вытянул костлявые руки перед собой.

Развернув их ладонями вверх, он прикрыл глаза. Через мгновение листва на деревьях зашуршала. Поднялся умеренный ветер, цепляя за собой дорожную пыль. Открыв глаза, парень взглянул на недоумевающее лицо Юли. Он кистью одной руки сделал несколько круговых движений, и пыль с дороги, словно по приказу, переместилась к ним, создавая вокруг ветряные круги.

Юля с восхищением крутила головой, осматривая происходящее. Ей было сложно поверить глазам, но теперь она была уверена, что фокус с бутылкой – не фокус, а настоящее волшебство.

– Это невероятно… – прошептала Юля.

Женя опустил руки, и ветер мгновенно стих. Пыль рухнула на землю, будто весила тонну.

– Мой дар – аэрокинез, – пояснил Женя. – Не путай с аэрогинезом. Я лишь управляю ветром, но не могу его создать, – с улыбкой рассказывал он, пока Юля разглядывала татуировку на его шее в виде необычных иероглифов. – Поэтому для управления мне нужно открытое пространство или хотя бы ма-а-аленькая щёлочка в окне.

«Выходит, я не одна такая…» – в голове Юли промелькнула обнадёживающая мысль. Она впервые ощутила себя не одинокой в этом мире. Всю жизнь она воспринимала свой дар как наказание. Девочка считала, что её отличие от других детей детдома сверстники чувствовали интуитивно и ненавидели её за это. Юля умело скрывала способность проходить сквозь материальные предметы, но скрыть выносливость, быструю регенерацию, отличное здоровье и физическую силу было невозможно.

– У тебя потрясающий дар! – воскликнула Юля. – Я только одного не могу понять…

– Чего же?

– Как вы не боитесь демонстрировать свои способности первой встречной?

– Пойдём, не будем терять времени. Я по дороге тебе всё расскажу, – махнул рукой Женя в сторону лесопарка, куда ранее убежала расстроенная Соня.

Юля одобрительно кивнула и последовала за ним, желая получить ответ.

– Как ты уже знаешь, мы находимся на территории Ресепториума, – начал Женя. – Все, кто тут живёт, обладают даром. Или хотя бы являются его носителями в генах. Здесь мы можем не скрывать свою сущность. Мы называем себя «Одарённые».

– Подожди… – перебила Юля. – Что такое Ресепториум? Чем он отличается от других мест? – запуталась она, слыша это слово в который раз.

– Всё просто! – улыбнулся Женя, доставая портсигар с самокрутками. – Ресепториум – это другое измерение. А туннель, через который ты прошла ночью – портал, соединяющий Ресепториум и Куаттур, то есть обычный мир людей.

Взгляд Юли изменился. На секунду ей показалось, что парень издевается над ней.

– Хочешь сказать, мы находимся в неком убежище для одарённых людей в другом измерении? – переспросила Юля, сама не веря в произнесённое.

– Ого, как ты точно перевела название «Ресепториум»! – радостно воскликнул Женя. – С латыни именно так и переводится – «убежище». Молодец, схватываешь налету, – похвалил он, закуривая сигарету на ходу.

– Так… – потрясла головой Юля. – То есть мы не в России и не на планете Земля?

– Не в России точно! – рассмеялся Женя, и Юля мельком заметила серебристый шарик серёжки на его языке. – Ты ведь знаешь, что на нашей планете существуют несколько измерений? – парень вопросительно приподнял свою проколотую бровь.

– Измерение, привычное человеку, – продолжил он, – называется четырёхмерным: ширина, высота, длина и время. Здесь его называют Куаттур – от латинского. Мы чаще говорим просто «Город» или «Обычный мир». Но в мире есть и другие измерения! Их много. Многим известны загадочные исчезновения людей. Например, слышала про Бермудский треугольник?

Юля кивнула, вспоминая телепередачи. Слова Жени звучали как бред, но рассуждал он логично. В памяти девушки промелькнуло, как проходя через туннель, она ощутила странный барьер, после чего резко сменился климат и ландшафт.

– Получается, отсюда уже не выбраться, как из Бермудского треугольника? – испугалась Юля, сама не понимая чего, ведь возвращаться в детдом она точно не хотела.

– Не переживай! – успокоил её брюнет с широкой улыбкой на лице. – Насильно тебя тут никто держать не собирается. Ты всегда можешь покинуть Ресепториум при желании. Как сделал это сейчас Рома, к примеру.

– А он ведь вернётся? – с надеждой в голосе спросила Юля.

– Да куда он денется?! Я с ним ещё не расплатился за запчасти, – засмеялся Женя. – Конечно, вернётся.

Юля снова погрузилась в свои воспоминания о светловолосом красавчике. В её голове эхом отдавался его приятный низкий голос: «Чумазая». Так нежно её ещё никто не называл.

– Ты мне так и не призналась по поводу своего дара, – напомнил о своём присутствии Женя, потушив сигарету о подошву своего кроссовка.

– С чего ты решил, что у меня есть дар? – хитро улыбнулась Юля, глядя на Женю.

– Иначе бы ты не прошла сквозь портал в туннеле. Помнишь? – улыбнулся в ответ Женя.

– Точно! – поджав губы в улыбке, согласилась девушка. – Я умею проходить сквозь материальные предметы. А ещё у меня отличная регенерация, физическая сила и выносливость.

– Сквозь предметы? Серьёзно? – остановился брюнет, внимательно всматриваясь в лицо девушки.

– Да. А что в этом странного? – удивилась Юля.

Познакомившись с дарами других ребят – таких как Рома, Соня и Женя – Юля уже не считала себя особенной. Её дар на фоне их способностей мерк в её глазах. Управлять стихиями казалось ей куда круче, чем просто проходить сквозь стены.

– Твой дар – огромная редкость! – воодушевлённо воскликнул Женя. – Я вырос в Ресепториуме и за всю свою жизнь ни разу не встречал человека с даром фазирования!

– Что такое фазирование? – нахмурилась Юля.

– Так называется дар прохождения сквозь материальные предметы, – с улыбкой пояснил Женя, разглядывая губы светловолосой девушки, чем сильно смущал её.

«Почему он так смотрит на меня?» – негодовала про себя Юля. – «Я что, измазалась в чём-то еще?» – девушка до красноты потёрла губы рукой, пытаясь стереть несуществующую грязь вокруг рта. Тем временем парень продолжал:

– Можешь продемонстрировать фазирование, если тебе не в напряг? А то с твоей ошеломительной регенерацией я уже успел познакомиться! – усмехнулся Женя с горящими от восхищения глазами.

Юля молча кивнула и, задержав дыхание, шагнула в сторону парня. Оказавшись по другую сторону юноши, она прошла сквозь него, словно его там и не было вовсе. Женя от неожиданности вздрогнул и резко обернулся.

– Я ничего не почувствовал даже. Охренеть! – он откинул назад свою густую шевелюру, не переставая восхищаться своей новой знакомой.

– Спасибо… – скромно, с улыбкой произнесла Юля, опустив взгляд.

Женя был первым человеком в её жизни, кому она доверила свой главный секрет – её дар. Разделив эту тайну с ним, девушке стало легче дышать, будто давний груз, наконец, свалился с её груди.

– Кстати, – оживилась Юля, – не подскажешь, что это за странное ночное нашествие воронов у вас тут происходит?

Девушка вспомнила, как стая пернатых варварски окружила её под утро, а самый большой старый ворон сидел на сосне и за всем наблюдал.

– Ээм… – протянул парень, задумавшись. – Я не очень понимаю, что именно тебя интересует.

Юля объяснила Жене всю ситуацию, которая приключилась с ней возле туннеля с обеих его сторон, выразив своё негодование.

– Ах! Понял, что тебя удивило! – рассмеялся парень.

В отличие от Юли, для него это всё казалось таким обыденным и понятным, что сразу он и не догадался, что именно могло её так поразить.

– Огромный ворон на сосне – это страж Ресепториума. Он находится сразу в двух измерениях одновременно, – начал разъяснять Женя. – Он помнит всех, кто вошёл и вышел через туннель. Ещё он включает фонарь, когда со стороны Куаттура кто-то находится неподалёку от туннеля. Пока горит фонарь, покидать Ресепториум строго запрещено. Это необходимо не только для твоей собственной безопасности, но и чтобы не рассекретить наш мир.

– А что будет, если обычный человек… ну, не одарённый… войдёт в туннель? – поинтересовалась Юля.

– Ничего. Если у него нет магического пропуска, то ничего. Он упрётся в тупик пещеры, – ответил Женя. – Однако может возникнуть море неприятных вопросов, если кто-то выйдет из этой пещеры на глазах у неодарённых людей. Особенно если это будет машина, – подняв чёрные брови, улыбнулся он уголком губ.

– А что нужно тем птицам, что напали на меня?

– Они просто собирали о тебе информацию, как о новом человеке, чтобы передать её в министерскую службу безопасности, – ответил Женя, а затем, нахмурившись, добавил:

– Кстати, странно, что за тобой никого не прислали. Обычно это происходит быстро после того, как налетают вороны.

Юля поражалась каждому объяснению парня. Если бы она сама не обладала необъяснимыми способностями, то в жизни бы не поверила, что подобный мир может где-то существовать. Больше всего Юлю удивляло то, как судьба, в принципе, подвела её к этому туннелю… и почему она не сделала этого раньше?

Юля шла за Женей, разглядывая лес по сторонам. Всё вокруг казалось немного иным, не таким, каким она привыкла его видеть. Лес Ресепториума был намного чище, светлее и ярче – будто это была картинка, на которую добавили цвета и контраст.

Между высокими деревьями было достаточно пространства, чтобы солнечные лучи свободно проникали сквозь листву и освещали зелёную, аккуратно подстриженную траву. По идеально скошенной траве Юля быстро поняла, что за лесом тщательно ухаживают, и это вызывало у неё неподдельное удивление.

Подняв голову вверх, Юля увидела кусочек голубого неба, обрамлённый зелёными веточками пушистых деревьев, – как нарисованная картина маслом. Лес казался волшебным.

Пройдя ещё пару десятков метров, Юля увидела на деревьях деревянные кормушки с широкими площадками, позволяющими кормиться сразу двум, а то и трём крупным птицам одновременно. Чем ближе они подходили к школе, тем больше деревьев с кормушками встречалось. Каждая из них была наполнена разнообразной едой: семечками, хлебом, крупами и даже мясом.

– Вы так заботитесь о лесе и птицах… – произнесла Юля, обращаясь к идущему впереди Жене. Однако её комментарий остался проигнорированным.

Девушка подбежала ближе и вновь повторила:

– Почему у вас так много кормушек?

Но и в этот раз никакой реакции не последовало.

– Я тебя чем-то обидела? – встревожилась Юля, подходя к Жене ещё ближе. Парень молча шёл вперёд, не обращая на неё никакого внимания.

– Эй! – с насупленным видом стукнула его в плечо Юля.

Парень от неожиданности подпрыгнул. – Вообще-то игнор – это один из видов насилия над человеком! Так поступать нельзя! – с обидой в голосе произнесла Юля. – Лучше бы прямо сказал, что я сделала не так!

– Ты меня о чём-то спрашивала? – испуганно спросил Женя, явно не ожидая подобной претензии. – Слушай, прости меня, пожалуйста! Я правда не знал, что ты со мной говоришь! – оправдывался он с искренним видом. – О чём ты меня спросила?

– Не надо щас дурака включать! Я два раза повторила! – остановилась Юля, сложив руки на груди от возмущения.

– Сожалею… – слегка улыбнулся Женя. – Я глухой на оба уха. Абсолютно ничего не слышу уже лет десять. Я читаю по губам, и чтобы понимать, что мне говорят, я должен видеть лицо собеседника. Прости, – с виноватым голосом пояснил он.

– О, Боже! – испуганно хлопнула себя по губам Юля, прикрывая рот рукой. – Это ты меня прости! – затараторила блондинка, касаясь грудной клетки, будто придерживая сердце. – Мне так неудобно!

– Всё нормально! – засмеялся парень. – Я настолько отвык от новых знакомств, что совсем забыл тебя предупредить… Моя вина.

– Очень неудобно вышло… – глупо посмеялась Юля от неловкости ситуации.

Девушку ужасно мучило любопытство – как так случилось, что Женя потерял слух? Однако задавать сейчас этот вопрос казалось ей не очень тактичным.

– Так что ты хотела у меня узнать? – спросил Женя с улыбкой, переведя взгляд на её губы.

– Ах… – с улыбкой покачала головой Юля, понимая, по какой глупости она только что наехала на бедного парня. – Я хотела лишь узнать, почему у вас так чисто в лесу и для чего так много развешано кормушек?

– Ну как же… – развёл руками Женя. – Чистый лес и наполненные кормушки – это наша плата воронам за их службу. Ещё в Средние века жители Ресепториума заключили договор с самыми мудрыми и долгоживущими птицами этого измерения. Согласно этому договору, вороны обязаны служить на благо Ресепториума, охранять его и помогать ведьмам следить за порядком. А мы, люди, в свою очередь, должны обеспечивать их разнообразной едой и хорошими условиями, чтобы их вид не вымирал, а процветал.

– Надо же! Как интересно! – с восхищением произнесла Юля.

– Кстати, вот мы и пришли! – с ноткой гордости в голосе Женя указал рукой вперёд.

Взглянув перед собой, Юля увидела огромную территорию, окружённую высоким кованым забором. Благодаря вьющимся растениям, оплетающим каждый металлический прут, создавалась иллюзия травяного водопада. За забором виднелась крыша с небольшими башенками старинной усадьбы, вымощенной из огромного серого камня.

Башни по краям трёхэтажного здания украшала каменная крыша шатрового типа, а центр усадьбы имел большую плоскую террасу, защищённую по периметру металлическими ограждениями. Над центральным входом в школу, между первым и вторым этажами, на больших металлических штырях развевались два ярких флага.

На первом флаге был изображён ворон, сидящий на толстой ветке дуба и гордо смотрящий в сторону. На голове чёрной птицы красовалась академическая шапка с кисточкой – благодаря ей Юля сразу поняла, что этот флаг символизирует школу.

Второй флаг выглядел более величественным и напоминал флаги царских империй. На нём был изображён огромный щит красного, как кровь, цвета. Его края со всех сторон обрамляли золотая и тёмно-синяя кайма. В центре щита – профиль чёрного волка с золотой короной на голове. Внизу щита красовалась вышитая золотом большая латинская буква «R».

– Что означает этот флаг с волком? – поинтересовалась Юля, когда они уже подошли к большим кованым воротам.

– Это флаг Ресепториума, герб правящей королевской династии, – незамысловато ответил Женя, открывая калитку перед девушкой.

– Королевской династии? – переспросила Юля, повышая тон от удивления. – Здесь что, и король есть?!

– Прикинь! – рассмеялся Женя. – В королевском государстве даже король есть! Кстати, живой, – подшучивал он над шокированной девушкой, для которой короли остались лишь в книгах по истории.

Проходя через калитку, Юля заметила две металлические таблички на воротах. На той, что побольше, было выварено золотыми буквами: «Школа-интернат Ресепториума». Ниже располагалась более широкая и, судя по виду, более старая табличка с надписью, которую Юля зачитала вслух:

«Это здание является исторической ценностью и собственностью Ресепториума согласно завещанию первого короля Ресепториума – Ральфа Райнера в 1563 году».

– Ого-о-о! – с восхищением протянула Юля. – Такой старый замок!

– Да, это первый дом основателя Ресепториума, – подтвердил Женя. – Он завещал его государству перед смертью, чтобы его потомки организовали здесь школу для одарённых детей.

– А где же потом жила его семья? – удивилась Юля.

– Вот за кого-кого, а за королевскую семью в этом плане переживать не стоит! – посмеялся Женя, наблюдая за реакцией блондинки. – Его дети отгрохали себе огромный замок в Королевском селе. Он сейчас, кстати, используется как административно-управленческое здание министерства. Уже лет сто, не меньше. А текущий король живёт на отшибе Королевского села, в большом доме, подальше от городского шума. Как-нибудь скатаемся туда с тобой, – обмолвился с улыбкой Женя, давая понять Юле, что рад продолжить с ней общение.

Девушке это было больше, чем просто приятно – у неё никогда раньше не было такого тёплого человеческого общения.

Войдя на территорию усадьбы, Юля сразу обратила внимание на большое количество свободного пространства вокруг. Полупустую парковку, вымощенную бетонированной галькой, окружали разнообразные деревья. Под большинством из них стояли кованые лавочки и небольшие деревянные столики для пикников.

У самого здания школы было высажено множество различных цветов и растений – настоящий сад. За аккуратно подстриженным газоном, по которому бегали дети лет десяти, играя в мяч, виднелась небольшая аллея, напоминающая лабиринт из живых изгородей.

«Отличное место, чтобы побыть одной», – отметила про себя Юля, которая в этом остро нуждалась, особенно когда чувствовала себя одинокой.

– Сазонов! Маленький засранец! – откуда-то сверху послышался тонкий, но строгий женский голос.

Начав искать источник звука, Юля увидела в окне второго этажа молодую девушку – на вид ей было не больше двадцати трёх лет.

– Я сколько раз тебе повторяла, что мы не используем свои способности против одноклассников?! – продолжала она срываться на крик, глядя на оцепеневшего мальчугана, стоявшего посреди газона с мячом в руках. Рядом с ним сидел его друг, потирая ушибленную ногу.

– Я придумаю для тебя наказание, не сомневайся! – грозила пальцем девушка. – И кто вам разрешил на газоне играть в мяч? Для кого футбольное поле сделали? Это школа, а не конюшня, чтобы вы своими копытами траву мне топтали! – фыркнула она, поправляя прямоугольные очки на носу.

Не дослушав всей тирады, мальчишки с визгом побежали на задний двор школы – туда, где, по всей видимости, находилось футбольное поле.

Юле эта девушка вовсе не показалась строгой, хоть та и делала такой вид. От неё веяло добром – по крайней мере, так показалось Юле. Женя внимательно проследил, куда именно так пристально смотрела его спутница, и тоже взглянул в ту сторону.

– Она-то нам и нужна! – радостно воскликнул Женя, глядя на закрывающую за собой окно темноволосую девушку.

– Это и есть ваша заведующая? – удивилась Юля, не ожидая увидеть на такой должности столь молодую персону.

– Именно! – ответил Женя с улыбкой и направился вперёд, не дожидаясь блондинку.

Дойдя до главного входа в школу, Юля преодолела четыре широкие каменные ступеньки. Заходя в уже приоткрытую дубовую дверь на железных петлях, первым делом она заметила просторный холл с огромной белоснежной мраморной лестницей по центру. Наверху, сквозь все три этажа здания, свисала старинная хрустальная люстра.

– Нам нужно на второй этаж! – распорядился Женя и, перешагивая через две ступеньки, спешно начал подниматься по лестнице.

Следуя за новым другом, Юля касалась массивных мраморных перил рукой, ощущая холод натурального камня. «Интересно, сколько веков этой лестнице? Её реставрировали или она сохранила свой первозданный вид?» – размышляла Юля.

– Нам сюда! – махнул рукой Женя в правую часть большого холла второго этажа.

Пройдя в большую арку, Юля увидела перед собой длинный коридор, застеленный тёмно-зелёной ковровой дорожкой.

– Почему у кабинетов нет ни номеров, ни названий? – поинтересовалась Юля, дёрнув Женю за руку. – Как вы понимаете, в каком кабинете будут занятия? – она разглядывала одинаковые двери, расположенные на равном расстоянии друг от друга.

– Это не классные аудитории, – ответил Женя, взглянув на губы спутницы. – Аудитории находятся в противоположном крыле этажа. А здесь только комнаты преподавателей. Ну и кабинеты заведующей и директора школы, – добавил он, махнув рукой в конец коридора.

– А спальни учеников где? – поинтересовалась Юля.

– На первом этаже, – улыбнулся брюнет.

Уперевшись в приоткрытую дверь в конце коридора, Юля прочитала надпись на тёмной деревянной табличке: «Нина Дмитриевна Райнер, заведующая».

– Такое чувство, что я уже эту фамилию где-то слышала… – призадумалась вслух Юля.

– Ага, пять минут назад – на воротах школы, – усмехнулся Женя над её задумчивым видом.

– Точно! – с улыбкой оживилась Юля, а затем, нахмурившись, добавила:

– Погоди… Райнер – это же фамилия короля.

– Ага. А она – его дочь… – Женины густые брови игриво подпрыгнули дважды.

– До-о-очь??? – едва не переходя на крик, взвизгнула Юля от удивления.

Для неё эта информация стала абсолютной неожиданностью. В какой-то мере – настоящей подлостью со стороны Жени, который не удосужился предупредить её об этом заранее. Ведь её внешний вид, мягко говоря, был далёк от подходящего для королевского приёма. В предвкушении предстоящей встречи, руки Юли слегка задрожали.

– Приёмная! – уточнил с улыбкой Женя, будто это должно было снять напряжение.

Не дожидаясь реакции своей спутницы, он громко постучал в дверь кабинета, сказав:

– Нина Дмитриевна, можно войти?

«Он явно издевается надо мной!» – подумала Юля, оцепенев от страха.

## Глава 7. «Невинный флирт»

### Тина

– Ты забыла свою розу на столе, – напомнил девушке Рома, любезно открывая перед ней дверь своего автомобиля.

– Я не забыла… – ровным тоном ответила Тина, садясь в автомобиль, специально сохраняя интригу для парня. И, судя по его удивлённо-заинтересованному взгляду, у неё это превосходно получилось. Снаружи Тина выглядела серьёзной и отстранённой, но внутри… Сердце Тины бешено колотилось в груди, словно пытаясь выскочить наружу. На миг Тина даже обеспокоилась, что Рома мог услышать издалека, насколько сильно бьётся её сердце. – В случае чего свалю всё на тахикардию от переутомления, – усмехнулась про себя Тина, – Хоть какой-то плюс от моего диагноза. Тина не скрывала того факта, что без памяти была влюблена в Рому, да и Рома сам это прекрасно знал. Вот только тема эта никогда не поднималась. Мысль о том, что вот-вот они останутся наедине, сбивала ее дыхание. От волнения ей ужасно хотелось курить. Последний раз, когда они оставались наедине дольше, чем на пять минут, была позапрошлая новогодняя ночь. Для Тины та ночь была одной из самых лучших в её жизни, хоть и закончилась она не самым лучшим образом. С того момента прошло уже полтора года, а воспоминания о ней были настолько яркими, словно это было вчера. Обойдя автомобиль, Рома открыл водительскую дверь и сел за руль.

– Я не могу появиться перед братом с таким компроматом, – с улыбкой дополнила Тина, раскрывая интригу об оставленной розе.

– Всё по-о-онял… – с усмешкой протянул Рома, вставляя ключ зажигания. – А я уж ненароком подумал, что тебе противен этот парень.

– С чего ты так решил? – ответила вопросом на вопрос Тина, не меняясь в лице. Ей показалось, что Рома специально выясняет её отношение к Паше, дабы убедиться в их несерьёзности.

– Хм… – хмыкнул задумчиво Рома. – Не забрала его подарок, целовалась с открытыми глазами, в разговоре была холодна… – рассуждал вслух блондин. – Для меня это звоночек, как для парня.

– На всё есть свои причины, – с едва заметной улыбкой на лице проговорила Тина. Ей было приятно, что Рома обратил на все эти детали своё внимание.

– И, между прочим, я всегда целуюсь с открытыми глазами, к слову, – дополнила Тина, взглянув на парня.

– Не всегда! – с уверенностью в голосе отрезал Рома, глядя на дорогу. На этих словах сердце Тины крепко сжалось, будто его зажали в тиски. Рома был прав. Тина и правда целовалась с закрытыми глазами, но только с теми, кого любила по-настоящему.

– Он замечательный, – вновь переключив разговор на Пашу, добавила Тина. – Мне даже жаль рвать с ним отношения, но это необходимо. – Девушка опустила глаза и начала рыться в своей сумочке в поисках сигарет.

– Кому необходимо? – удивился Рома.

– Обоим. Нам не стоит привыкать друг к другу. В голосе девушки звучало одновременно равнодушие к её текущим отношениям и боль – окутывающая боль от её безответной любви на протяжении всей её жизни. Безответно любят либо её, либо она. В любом случае, один из партнёров всегда остаётся несчастным. С годами Тина пришла к выводу, что никогда и никого ей больше не удастся полюбить. И если судьба её обрекла на такую участь, то лучше уж она почаще будет менять партнёров, чтобы конфетно-букетный период в её жизни никогда не заканчивался.

– Почему именно он? – тактично сменил направление темы Рома. – У нас в Ресепториуме свободные парни закончились? – Он широко улыбнулся, не сводя глаз с дороги.

– Из свободных и нормальных… – специально сделав акцент на этих словах, Тина добавила. – Остался лишь мой брат. – Тина с лёгкой улыбкой на лице достала тонкую сигарету из пачки.

Слова девушки Рома не стал никак комментировать, а лишь продолжал улыбаться её ответу. Сжав сигарету пухлыми губами, Тина едва коснулась её противоположного кончика своим указательным пальцем, и сигарета мгновенно вспыхнула огнём, как от зажигалки. Раскурив тонкую сигарету, Тина нажала на кнопку на дверной ручке автомобиля, и окно быстро поползло вниз. По пустой широкополосной дороге, следуя за ними по пятам, ехала чёрная Mazda 3. И, судя по частому Ромину взгляду в боковое зеркало, ему это не очень нравилось.

– Честно говоря, до сегодняшнего дня я был уверен, что ты девственница, – провокационно взглянул на Тину блондин, а затем снова перевёл свой взгляд на зеркало заднего вида. Тина, рассмеявшись, направила свой взор в потолок автомобиля, пытаясь скрыть возникшее смущение.

– Ты думал, что я буду сидеть и ждать златовласого принца на белом коне? – с усмешкой взглянула девушка на Рому.

– Зачем же ждать? – игриво вскинул русыми бровями парень. – Вот я, вот конь! – Рома легонько стукнул по рулю обеими руками и с провокационной улыбкой добавил: – Для тебя я всегда свободен! Тина знала эту игру Ромы, в провокации на сексуальные темы. Более того, ей эта игра тоже нравилась, поэтому она старалась отвечать Роме так, как понравилось бы ему.

– Обсуди это с моим братом! – с таким же хитрым взглядом ответила ему Тина.

– Один – один! – выдохнул парень с улыбкой, и они оба замолчали. Г

Глядя в его светящиеся глаза, Тина понимала, что ответом он был удовлетворён. Она тоже. Ещё несколько минут они ехали молча, каждый глядел в своё окно, сохраняя при этом улыбки на своих лицах. Вероятно, прокручивая последние фразы у себя в головах ещё раз. Остановившись на светофоре в ожидании зелёного света, парень перевёл свой взгляд на Тину. Девушка буквально почувствовала его взгляд на себе, словно он касался им её приоткрытых губ. Парень, без капли смущения, рассматривал её лицо. Он смотрел на её тонкие пальцы, на то, как она держит сигарету, и как сигарета касается её нежно-розовых губ. Девушке было приятно ощущать его взгляд на себе, словно он касался её не взглядом, а своими слегка шершавыми подушечками пальцев, вызывая мурашки на её коже. В какой-то момент Тина поймала себя на мысли, что ей страшно заговорить с ним, чтобы не спугнуть этот взгляд. Она делала медленные затяжки и молча выдыхала сигаретный дым в открытое окно.

– Вот объясни мне… – разрушил тишину Рома, не сводя с девушки взгляда. – Почему я не могу запретить тебе курить в моей машине? – будто с претензией спросил он, от чего Тина широко улыбнулась. – Я даже твоему брату запрещаю это делать! Правда, он делает вид, что не слышит меня в этот момент… – вздохнул Рома. – Но это уже другой вопрос. Выдержав недолгую паузу, девушка усмехнулась и, повернувшись к парню полубоком, сказала:

– Ну если бы мой брат умел также сексуально курить, как я… – без доли смущения Тина сделала финальную затяжку, не сводя своих глаз с парня. – …не думаю, что ты бы стал ему запрещать.

Тина слегка приоткрыла свой ротик, и из него стал плавно выходить дым в направлении парня. Рома сомкнул свои губы, не сводя взгляда с девушки. Он с прищуром слегка покачал головой, как бы мысленно говоря ей: «Ой, что ты творишь…» Рома даже хотел было что-то сказать Тине вслух, но сигнал клаксона стоявшей сзади «Мазды» сбил его с мысли.

– Да хули ты сигналишь?! – рявкнул Рома, глядя на отражение «Мазды» в боковом зеркале своей машины. – Объезжай! – Рома показал круговые движения рукой. «Мазда» включила левый поворотник и, перестроившись в крайний левый ряд, сравнялась с машиной ребят у яркой, недавно прочерченной стоп-линии. Светофор снова загорелся красным, и тонированное стекло «Мазды» опустилось вниз. Из приоткрытого окна выглянула наполовину лысая, наполовину бритая мужская голова с весьма неприятным выражением лица.

– Алё-ё-ё! Зеленый свет! – с претензией в голосе протянул мужчина, на вид ему было лет тридцать пять, не меньше. – Ты едешь или пиздишь со своей бабой? – грубо продолжил он.

– Сладенький, а руль у тебя в стороны не крутится, или ты не умеешь? – тонким наигранно-милым голоском произнёс Рома, улыбаясь в лицо агрессору.

– Послушай, гандон! – перешёл на открытые оскорбления бритоголовый. – Я сидел за рулём, когда ты ещё мамкину сиську сосал! – мужчину явно задело ёрничество молодого парнишки. Эту фразу Рома воспринял исключительно как вызов к автомобильному поединку. Блондин широко улыбнулся своему противнику и, закрывая окно, тихо пробормотал себе под нос:

– Сосать сейчас будешь ты!

В этот момент Тина поняла, что эта поездка спокойной уже не будет. Нажав на кнопку закрытия окна, Тина торопливо выбросила потухшую сигарету в быстро сужающуюся оконную щель. Девушка прекрасно знала и уважала интересы Ромы, как и его неспокойный нрав. Для парня соревнование в автомобильной гонке было одним из основных способов проявить свою силу, продемонстрировать свой авторитет. Тина это прекрасно понимала и принимала. В какой-то степени ей это было даже приятно, ведь отчасти он сейчас всё это демонстрировал ей. Тина не испытывала ни капли страха, она доверяла Роме полностью и совершенно во всём. Особенно в вождении автомобиля. Тине было безразлично, выиграет Рома или проиграет в этом неофициальном поединке. Её отношение к нему от этого никак не изменится, ведь это всего лишь игра.

– Чувак, ты даже не представляешь, что у меня под капотом! – тихо пробормотал себе под нос с улыбкой Рома, и Тина плавно пристегнула свой ремень безопасности. Как только вновь загорелся зелёный сигнал светофора, обе машины с воем двигателей одновременно рванули вперёд. Следующие несколько минут пролетели для всех незаметно. Тина поначалу считала перекрёстки и собранные ими красные сигналы светофоров, но быстро устала, так как они пролетали их словно ракета. Девушка смотрела только на Рому и даже не замечала, где сейчас находится его противник и кто из них лидирует. Тина всю дорогу наблюдала, как голубые глаза парня быстро перебегали с дороги на спидометр, затем обратно на дорогу, на зеркала и снова на спидометр. Его жилистые руки уверенно держали руль, и только правая рука периодически переключала коробку передач, быстро возвращаясь обратно на руль. В горящих глазах парня Тина видела азарт и море адреналина. Она видела, что в эту минуту ничего, кроме дороги, в его жизни не существовало. Промчавшись пару кварталов, по ехидной улыбке блондина, смотрящего в зеркало заднего вида, Тина поняла, что гонка была окончена. Чтобы убедиться в этом, она обернулась назад на свернувшую с проспекта чёрную «Мазду».

– Быстро он сдался! – усмехнулся Рома, сбавляя скорость автомобиля. – Как думаешь, он не сильно расстроился? – повернулся он к девушке с улыбкой.

– Я думаю, он всю ночь проплачет в подушку. – Ответно взглянув на Рому, Тина кокетливо заправила своё удлинённое каре за ухо.

Шутка Тины развеселила Рому. Он негромко посмеялся, возвращая взгляд обратно на дорогу.

Остальную часть дороги до Ресепториума Рома и Тина провели, наслаждаясь обществом друг друга. Пара периодически кокетливо переглядывалась и разговаривала на отвлечённые темы парой фраз. Затем они снова погружались в приятную тишину, в которой Тина видела намного больше смысла, чем в громких словах.

Периодически наблюдая за дорожными знаками и спидометром автомобиля, Тина обратила внимание, что Рома специально ехал не спеша, соблюдая скоростной режим, чтобы как можно дольше находиться в её обществе.

## Глава 8. «Настоящая принцесса»

ЮЛЯ


Дверь кабинета заведующей с лёгким скрипом распахнулась, и первым на глаза Юле бросился большой дубовый письменный стол, обтянутый натуральной кожей. Вдоль стен кабинета стояли несколько массивных шкафов и стеллажей с множеством подписанных ящиков и разноцветных папок. Кабинет выглядел очень светлым, несмотря на тяжёлые тёмно-серые шторы, закрывающие часть большого окна от яркого полуденного солнца. За столом стояла высокая, стройная девушка азиатской внешности с забранными в высокий пучок волосами – та самая заведующая, что кричала из окна на непослушных мальчишек. Девушка что-то усердно искала на своём рабочем столе, то и дело поправляя сползающие по её маленькому носу прямоугольные очки в чёрной толстой оправе.

– Что, Трофимов? Опять накосячил, решил добровольно сдаться? – не поднимая взгляда на парня, говорила молодая девушка, перекладывая бумаги из одной стопки в другую.

Юля обратила внимание, что, несмотря на занятость заведующей, она обращалась к Жене именно так, чтобы тот отчётливо мог видеть её губы и прочитать каждое сказанное ею слово.

– Обижаете, Нина Дмитриевна! – растекся в улыбке Женя, подпирая собой дверной проём. – О моих косяках вы узнаете последней!

После этих слов заведующая подняла строгий взгляд на парня, вероятно, готовясь отчитать его за неуместные шуточки. Однако, увидев стоящую с ним незнакомку, резко изменилась во взгляде.

– Что случилось? – обеспокоено посмотрела Нина Дмитриевна на Юлю, а затем снова на Женю.

– Я привёл к вам новенькую! – с гордостью произнёс Женя. – Встретил её спящую у портала, – добавил он, подталкивая Юлю вперёд.

– Спящую у портала? – с возмущением переспросила заведующая. – Бог ты мой, ты ранена! – увидев окровавленную штанину Юли, шатенка забегала по кабинету в поисках аптечки.

– Не переживайте, у меня уже всё зажило! – подала голос Юля, глядя на напрасно суетившуюся девушку.

По мнению Юли, образ девушки больше соответствовал её занимаемой школьной должности, чем молодому возрасту. Внешне она вовсе не была похожа на принцессу, как их описывали в детских сказках. На ней не было пышного платья и дорогих украшений – на ней вообще не было никаких украшений, даже серёжек, хотя уши были проколоты. Нина Дмитриевна была одета в обтягивающую чёрную юбку до колен. Бежевая блузка с длинными рукавами, заправленная в неё, была застегнута до самой шеи, что создавало впечатление тесноты и дискомфорта.

– Не надо лишней скромности! Садись сюда! – приказала Нина Дмитриевна, указав рукой на своё кожаное большое кресло.

Юля молча повиновалась приказу «принцессы».

– У неё дар регенерации! – вмешался Женя. – Пока вы бегаете за ваткой, у неё уже всё заживает, – посмеялся парень.

Юлю удивлял фамильярный тон Жени по отношению к старшему по положению человеку, хотя он обращался к принцессе на «Вы». Было понятно, что между Женей и Ниной Дмитриевной практически не было разницы в возрасте. «Но должна же существовать какая-то субординация?» – размышляла про себя Юля.

– Не настолько быстро, конечно… – добавила Юля, глядя, как принцесса присела перед ней на корточки и начала осматривать её колено.

– Потрясающе… – тихо, себе под нос, проговорила Нина, осматривая заживший рубец на колене блондинки.

– А ещё у неё дар фазирования! – громко, из-за спины Нины, добавил Женя.

– Так, Трофимов! – обернулась заведующая, вставая с корточек. – Иди займись своими делами! Я скоро сама тебя найду и задам несколько вопросов.

– А где же ваша благодарность?! – не унимался Женя, упираясь плечом в дверной проём. – Я вообще-то потратил своё время, привёл её сюда, выполнил работу службы безопасности, – смеялся парень, не желая уходить.

На какой-то момент Юле даже показалось, что Женя заигрывает с молодой заведующей.

– Так! – командно произнесла Нина. – Со службой безопасности я сама разберусь! А в знак благодарности я тебя не накажу сегодня! – ответила она, осекая игривое настроение парня.

– За что? – возмутился Женя, снимая улыбку со своего лица.

– Вот не надо притворяться! – поморщилась Нина. – У тебя всегда найдётся за что! Вспомни, что ты натворил за последнее время, о чём я ещё не знаю… Вот за это! – с улыбкой ответила заведующая и буквально вытолкала парня за дверь. – С территории школы не уходи! – скомандовала Нина, закрывая дверь прямо перед носом молодого парня.

В этот миг Юля испытала смешанные чувства. Ей едва удавалось сдерживать улыбку, глядя на причудливые взаимоотношения между учеником и молодой заведующей. Со стороны это выглядело так мило и непринуждённо, совершенно не похоже на привычные для Юли отношения учеников и преподавателей. Юля предполагала, что так было из-за небольшой разницы в возрасте между ними. Также, по её мнению, большое влияние имело то, что молодая заведующая, несмотря на высокий чин, была очень доброй девушкой и приближённой к простому народу в общении. При всём этом Юле было страшно оставаться наедине с Ниной – довериться уже второму человеку за несколько часов после многолетнего затворничества было для неё не просто.

– Мы ведь с тобой и не познакомились даже, – с улыбкой произнесла Нина, глядя на Юлю карими глазами через прозрачные линзы очков.

– Меня Юля зовут, – робко сказала блондинка.

– А я Нина Дмитриевна Райнер, – всё так же с доброй улыбкой говорила Нина. – Я заведующая этой школы. Ты ко мне можешь обращаться по любым вопросам, что у тебя возникнут.

Со смущённой улыбкой Юля покивала головой, крепко сжимая губы от волнения. Её поразило, что, презентуя себя, Нина ни разу не упомянула о том, что принадлежит королевскому роду, благодаря чему создала впечатление не только доброго, но и очень скромного человека.

– Подскажи мне, пожалуйста, вот что… – поправив очки на носу, сказала Нина. – Свою точную фамилию, полное имя и отчество, а также дату рождения.

– Калинникова Юлианна Владимировна. 27 апреля 1992 года, – чётко и громко произнесла Юля.

– Какое красивое имя! – воскликнула Нина, записывая озвученные данные в блокнот. – Кто тебе дал такое необычное имя?

– Не знаю, – пожала плечами Юля. – Кто даёт имена детям в детском доме?

– Детском доме… – тихо, себе под нос, повторила Нина, и её улыбка плавно поползла вниз. Заведующая о чём-то задумалась. Юля внимательно смотрела на неё, пытаясь предположить, что могло так озадачить школьную заведующую.

– Ты, наверное, очень устала и голодна? – прервав мыслительный процесс, вдруг спросила Нина, нервно начав что-то искать на столе.

– Если честно, я ужасно хочу есть, – робко, на выдохе, произнесла Юля. – И с радостью приняла бы душ, если это возможно… – осматривая себя со всех возможных сторон.

– Безусловно! – тут же поддержала её желание Нина, отыскав под кипой бумаг стационарный телефон серого цвета, стоявший рядом с современным компьютером.

Нина набрала три цифры на телефоне, и в трубке послышался долгий гудок.

– Алло. Это Райнер! – прислонив телефонную трубку к своему уху, сказала Нина. – В школу нужен врач. Нет, срочная медицинская помощь не требуется, но желательно, чтобы был сегодня, – отвечала она кому-то на том конце провода. – Хорошо. Ждем.

От услышанного разговора по спине Юле побежали мурашки, вспоминая ужасную ночь и злосчастный приказ о переводе в психиатрическую лечебницу. Юле казалось, что ещё многие года она будет сторониться врачей и любого другого медперсонала.

– Наша школьная медсестра в летнем отпуске, поэтому я вызвала дежурного врача из госпиталя, – заведующая повесила трубку, обратившись к Юле.

– Но я совершенно здорова! – испуганно, вцепившись обеими руками в кожаное кресло, напряглась всем телом Юля.

– Не переживай! Это стандартная процедура абсолютно для всех новеньких, – с нежной улыбкой на лице начала успокаивать Нина встревоженную девушку. – Врач просто осмотрит тебя, если надо – окажет помощь. Если помощь не требуется, то просто возьмёт у тебя кровь для создания пропуска в Ресепториум.

– Это чтобы вороны не налетали на меня стаей при прохождении через портал? – сделала своё предположение Юля, опираясь на знания, полученные от Жени.

– И для этого тоже… – улыбнулась Нина. – Кстати, не помнишь, во сколько часов они досматривали тебя?

– Около четырёх утра. Точно даже не скажу… – с сомнением в голосе предположила Юля.

– Четырёх утра?! – удивлённо переспросила Нина и снова задумалась, глядя на настенные часы. Они показывали половину первого. Через несколько секунд Нина резко хлопнула рукой по своему столу, от чего Юля слегка подпрыгнула. – Ладно! Разберёмся!

По жестам и мимике заведующей Юля заметила, что Нина Дмитриевна была чем-то очень обеспокоена и даже возмущена, но вслух о своих недовольствах она не говорила.

– Юля, дорогая, пойдем со мной, – заведующая взяла в руки блокнот и ручку. – Тебе надо поесть и отдохнуть. Всё остальное потерпит, – распорядилась она, открывая дверь своего кабинета.

Юля с благодарной улыбкой на лице кивнула головой и прошла вперёд.

– Я определю тебя в больничную палату, – начала Нина, закрывая за собой на ключ дверь кабинета. От услышанного у блондинки подкосились ноги. Запнувшись о ковер в коридоре, она едва удержала равновесие.

– Осторожнее! – заведующая испуганно подхватила девушку за руку.

Придерживая Юлю за руку, Нина замерла в оцепенении, будто увидела перед собой что-то мистическое.

– Зачем в больничную палату? – встревожилась Юля. – Честно говоря, у меня не очень хорошие ассоциации с этим!

– Да-а-а… – медленно отпуская руку девушки, словно выходя из транса, сказала Нина. – Я уже увидела…

– Что увидели? – нахмурилась Юля.

– Всё в порядке. Не переживай, пожалуйста! Это лишь на сегодняшний день, – начала оправдываться Нина. – Туда тебе принесут еду, там ты сможешь и душ принять, и поспать. А когда придёт врач, он напишет мне своё заключение о твоём физическом состоянии, возьмёт кровь на пропуск. И мы тебя тут же переселим в наше общежитие к другим девчонкам. Пока ты приводишь себя в порядок, я всё организую и улажу некоторые нюансы, – объясняла Нина со всей заботой. – Мне ещё нужно решить, с кем именно ты будешь жить, ведь твоё появление для нас – как снег на голову. Не сидеть же всё это время тебе в коридоре, – улыбнулась шатенка, поправляя очки на носу.

Юле было страшно доверять новому человеку, который в очередной раз пытался затащить её в больничную койку. Однако в этот раз интуиция Юли предлагала ей довериться обстоятельствам.

– Медицинский кабинет у нас расположен тоже здесь, на втором этаже, только в другом крыле, со стороны учебных классов, – поясняла Нина. – Наш медицинский кабинет оснащён палатой для трёх персон в случае каких-либо инцидентов. Однако, если произойдёт что-то, не дай бог, серьёзное… Человека госпитализируют напрямую в госпиталь Королевского села.

Идя по широкому коридору второго этажа через большой холл с мраморной лестницей, девушка с интересом разглядывала сочетание эпох в интерьере школы. Высокие потолки, арки и гипсовые лепнины напоминали о давно ушедшем времени. А современные светильники на стенах, красные диваны в холле полностью поддерживали современную моду. Миновав большой холл, девушки вошли в противоположное крыло этажа. Коридор выглядел абсолютно так же, как и тот, в котором они были минутами ранее. Однако теперь возле каждой двери висела своя табличка с наименованием аудитории и предмета, который в ней преподаётся.

Юля читала про себя почти каждое название кабинета: «Кабинет истории и магической практики», «Кабинет астрологии и астрономии», «Кабинет предсказаний», «Кабинет точных наук», «Языковедение», «Кабинет эзотерики», «Библиотека» и множество других непривычных Юле названий предметов. Дойдя до самого конца коридора, девушки наткнулись на дверь с табличкой «Медицинский кабинет».

– Как я уже сказала, медсестра наша в отпуске, поэтому кабинет закрыт, – Нина вытянула подходящий ключ из большой связки ключей в руках и два раза повернула им в замочной скважине. – Однако в учебное время тут открыто круглосуточно. А пока все ключи хранятся у меня или у моей помощницы. Но тебя, конечно же, я запирать тут не буду, – с улыбкой предупредила Нина, стараясь не пугать девушку.

– А это всё равно не поможет! – усмехнулась Юля, хитро взглянув на Нину, показывая, что им не удастся удержать её силой, если они это запланируют.

Юля хотела проверить реакцию заведующей, чтобы понять её истинные намерения. Но та неизменно была также мила и добра, как и до этого.

– Точно! – широко улыбнулась Нина. – Фазирование. Очень полезный дар, кстати! – отметила заведующая с улыбкой.

– А у вас какой дар? – решила поинтересоваться Юля, заходя внутрь медицинского кабинета.

– Кхм, – улыбнулась Нина. – Я касанием руки могу посмотреть прошлое человека любой давности. Всё, что с ним происходило, какие чувства он испытывал, эмоции.

– Вау! – восхищённо воскликнула Юля, снова посчитав свой дар менее значимым, чем чей-то ещё. – Ой! – вдруг опомнилась она. – То есть, когда я споткнулась об ковер, вы, подхватив меня, что-то увидели из моего прошлого?

– Да, так и было… – негромко произнесла Нина. – Ты извини за это, это вышло совершенно случайно. Но я в любом случае должна буду просить твоего разрешения на просмотр твоего прошлого… Мне нужно будет составить твоё личное дело для твоей же собственной безопасности в будущем. Такая моя работа.

– Ну, если это необходимо… – пожала плечами Юля, не имея представления, как это будет происходить и что из её прошлого может быть настолько интересно, чего нельзя просто спросить словами. Тем более теперь она не имела никаких секретов.

Беглым взглядом осмотрев медицинский кабинет, Юле он показался совершенно обыкновенным. Всё выглядело чистым, светлым, достаточно современным, как в самой обычной частной поликлинике. Девушке хотелось повнимательнее посмотреть интересные цветные баночки в шкафу за прозрачной стеклянной дверцей, но Нина Дмитриевна быстро сопроводила её в соседнюю комнату.

Открыв межкомнатную тонкую дверь, ведущую в больничную палату, Юля перед собой увидела небольшое светлое помещение с огромным окном в пол. В комнате стояло три идеально заправленные односпальные кровати. Возле каждой из них стояла своя тумбочка с выдвижными ящиками. На небольшом обеденном столе стоял графин с водой и тремя стаканами. На стенах висели полки с потрёпанными книгами и старомодными журналами.

– Можешь выбрать любую кровать, какая тебе по душе, – обмолвилась Нина, стоя в дверях. – Тебе скоро принесут обед, поэтому у тебя есть время принять душ. Отдыхай.

– Нина собиралась уже уйти, как вдруг спросила: – У тебя ведь нет сменной одежды?

– Нет, – с грустью вздохнула Юля. – Я потеряла свой рюкзак…

– Не страшно, мы обязательно найдём решение, – улыбнулась Нина. – А пока я распоряжусь, чтобы тебе принесли школьную спортивную форму, чтобы было во что переодеться.

– Большое вам спасибо, Нина Дмитриевна! – радостно, с благодарностью в голосе, воскликнула Юля. Ей безумно хотелось отмыться от грязи и съесть слона.

– Ах да… – запнулась Нина, закрывая за собой дверь. – Пожалуйста, не уходи отсюда. Будет нехорошо, если врачу придётся искать тебя по всей школе, – с улыбкой проговорила она.

– Не переживайте, я буду тут! – уверила Юля.

Оставшись в палате одна, Юля тут же спрятала дневник и деньги под матрас кровати у окна. Она взглянула на мобильный – заряд ещё оставался, но сети по-прежнему не было. Девушка потрясла телефон, потом несколько раз ударила его о ладонь, полагая, что в него могла попасть дождевая вода. Но, не добившись результата, тяжело вздохнула и закинула мобильник к остальным вещам под матрас.

Найдя в прикроватной тумбочке чистое полотенце и одноразовые тапочки-чешки, Юля направилась в душевую.

В палате был один санузел с душевой кабиной – вполне достаточно, чтобы привести себя в порядок. Юля просидела под горячим душем около получаса, смывая стресс, грязь и стойкий запах старой «Волги», который всё ещё стоял у неё в носу. Если бы не нытьё в желудке, она бы варилась в кипятке ещё столько же. Но чувство голода вынудило её выйти.

Как и говорила Нина, выйдя из душа, Юля обнаружила на столе накрытый обед и абсолютно новый спортивный костюм её размера – чёрные шорты и просторную жёлтую футболку. Качество ткани она оценила сразу: лёгкая, хорошо проветриваемая и быстро сохнущая – идеальная для спортсменки. Юля быстро, почти по-армейски, оделась, подложила ногу под себя и уселась за стол.

Набрав в тарелку всего понемногу, она пересела на тумбочку у панорамного окна.

Окно выходило прямо на школьные ворота и парковку. Среди гуляющих подростков Юля заметила знакомое лицо – Женю. Она оживилась и придвинулась ближе к стеклу. Парень сидел верхом на тёмно-синем мотоцикле, опираясь руками на руль. Рядом с ним стояла Нина Дмитриевна и что-то записывала в блокнот. Она задавала Жене вопросы, а тот с серьёзным видом отвечал.

– Наверное, они говорят обо мне, – прожёвывая котлету, подумала Юля. – Жалко, я не умею читать по губам, как Женя…

Вздохнув, она достала из-под матраса свой дневник. От дождя страницы слегка размокли и сморщились, как изюм. Вытащив синюю ручку, которая служила закладкой, Юля продолжила трапезу и начала писать.

«Привет, Блокнот…» – вывела она. – «Мне сложно описать словами, что со мной приключилось с последней моей записи…»

Юля поведала дневнику о страшном приказе, побеге из детского дома, мерзком таксисте, потерянном рюкзаке с документами и о том, как заблудилась в лесу. Затем – о туннеле, воронах и встрече с Женей и его друзьями. Вторую часть истории писать ей нравилось гораздо больше: рассказывая о новых знакомствах, Юля не могла сдержать улыбку.

Вспоминая утро с блондином, она поймала себя на мысли, что ей понравилось, когда он ругался с Соней.

«Я не злорадствую! Просто он мне очень понравился…» – оправдывалась Юля на бумаге. – «Если у них с Соней всё не так гладко, может, у меня появится шанс? Он так смотрел на меня, когда помог встать с земли…»

Мечтая, Юля тут же дополнила запись сомнениями:

«Эх… Глупости тебе пишу. Вряд ли такой красавчик, как Рома, обратит внимание на замухрышку вроде меня. Я даже краситься не умею…»

За свои семнадцать лет Юля ни разу не была в отношениях. Это стало одной из причин насмешек и даже попыток насилия со стороны других подростков в детдоме. Но она стойко держалась, не поддаваясь на манипуляции и провокации.

Для неё было куда хуже вступать в отношения без любви, чем быть одной. Просто потому, что «пора» – не её путь. Раньше ей никто не нравился, что было неудивительно – вокруг были в основном юноши маргинального типа. Но теперь… Образ высокого светловолосого парня не выходил у неё из головы. Кажется, она влюбилась.

Поток мыслей прервал громкий стук в дверь.

## Глава 9. «Медицинский осмотр»

ЮЛЯ


– До-о-обрый день… – слегка прикрывая дверь в больничную палату, протянул заглядывающий внутрь старичок.

Мужчина был низкого роста, седой, покрытый глубокими морщинами. На его носу были очки с толстыми линзами, из-за которых его глаза казались непропорционально большими.

– Здравствуйте! – ответила Юля, от неожиданности громко захлопнув свой дневник.

– Судя по вашему аппетиту, милая девушка, с вашим здоровьем всё в порядке! – посмеивался сухонький старичок хриплым голосом, стоя в дверях.

Юля смущённо улыбнулась, слезая с тумбочки и ставя пустую тарелку на стол.

– Я врач-лекарь Митрофан Ильич, – с улыбкой начал пожилой мужчина, шаркающими шагами приближаясь к Юле. – Меня направили к вам на вызов из главного госпиталя. Вас, я так понимаю, зовут Юлианночка?

– Да. Но проще будет звать меня просто Юля. Я так привыкла, – улыбнулась блондинка, рассматривая пожилого мужчину. Его внешний вид настолько поразил девушку, что доверие к нему появилось само собой, без особых усилий с её стороны.