Жизнь криминалиста Крыловой после…
Надежда Коврова

© Надежда Коврова, 2025

ISBN 978-5-0067-8525-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Начало весны

«Жизнь прекрасна и удивительна!» – воскликнула Жанна Крылова, вдыхая прохладный утренний воздух. Начало весны со звонкими капелями и веселым чириканьем воробьев вселяло надежду на скорейшее завершение расследования резонансного уголовного дела. «Мой кошмар закончится только тогда, когда уголовное дело в отношении мажора Пряхина будет передано в суд, – пробормотала Жанна, – Со стороны папаши-бизнесмена уже были предприняты все возможные подлости: и попытка дачи взятки за подтасовку улик, и угроза извести меня жалобами в адрес вышестоящего руководства. И ничего, что для этого не имеется никаких процессуальных оснований. Подручные папаши – миллионера способны изобразить любую ситуацию. У них везде имеются свои люди».

Для того, чтобы обойти лужу, образовавшуюся возле самого подъезда, Жанна Владимировна сделала несколько шагов направо, изменив тем самым изначально выбранное направление движения. Вдруг на то место, где она только что стояла, упал ящик, наполненный чем-то тяжелым. Судя по звуку, это были металлические детали. «Вот и третий способ решить проблему неправовым методом, – ахнула сотрудница полиции, – Первая попытка негодяев лишить жизни несговорчивого криминалиста не удалась. Однако у них еще имеется время на то, чтобы добиться желаемого результата».

В рамках уголовного дела, возбужденного в отношении сына скользкого политика Пряхина, криминалист Крылова провела уже три экспертизы, однако адвокаты дерзкого мажора продолжали искать поводы для того, чтобы затянуть следствие. Жанна Владимировна не видела в этом никакого смысла, по крайней мере до того, как ей на голову чуть было не обрушился тяжелый ящик. То обстоятельство, что в момент ДТП за рулем находился именно Павел Пряхин, нашло однозначное подтверждение в ходе предварительного следствия. Вряд ли стороне защиты удастся переложить вину Пряхина младшего на кого-то другого. Помимо свидетельских показаний, доказательствами по уголовному делу проходили потожировые следы виновника аварии, обнаруженные на приборной панели. Видимо кто-то забыл их стереть. В целом же поврежденный в ДТП автомобиль прошел качественную санобработку мощными моющими средствами. Но кто и когда успел произвести такую чистку? «Как бы там ни было, но тайный лазутчик всё же допустил существенный промах. Потожировые Пряхина младшего он не стер с приборной панели потому, что очень спешил и нервничал. У нашего лазутчика явно отсутствует опыт в подобных делах», – сделала вывод Жанна Владимировна. Она поставила перед собой цель вычислить сотрудника полиции, запятнавшего себя пособничеством бесчестному и жестокому преступнику.

Жанне было безумно жаль потерпевшую, воспитывающей без мужа двоих несовершеннолетних детей. В настоящее время одиннадцатилетняя Олечка и восьмилетний Игорек находились на попечении бабушки, которая не находила себе места от беспокойства за здоровье дочери. Подручные бизнесмена Пряхина время от времени пытались навязать пожилой женщине материальную поддержку, но та не желала вступать с ними в диалог. «Пусть преступник признает свою вину! После этого и поговорим! Только бы поправилась моя Танюша!» – заявила Анна Сергеевна.

Потерпевшая – сорока двух летняя Татьяна Груздева, была сбита на пешеходном переходе автомобилем, принадлежащим обвиняемому. Наличие тяжких телесных повреждений в виде нескольких сложных переломов и черепно-мозговой травмы не позволили сотрудникам полиции допросить потерпевшую. Однако прогноз лечащего врача оказался довольно оптимистичным, и начальник следственного отдела Калинин надеялся на то, что очень скоро Татьяна Груздева сможет дать показания по делу. Но когда это произойдет? Жанна Владимировна вздохнула. «До тех пор, пока следователь не снимет показания с потерпевшей, адвокаты мажора Пряхина будут пытаться запутать следствие, навязывая всё новые и новые версии, – негодовала криминалист Крылова, – Не удивлюсь, если в скором времени на мою жизнь будет совершено новое покушение».

Погрузившись в неприятные воспоминания о событиях последних двух месяцев, Жанна Владимировна перестала замечать лужи, то и дело встречающиеся на пути к родному отделу внутренних дел. В итоге модные кожаные сапоги Жанны начали издавать противные звуки, похожие на чавканье голодных травоядных монстров. Кое-как дошлёпав до рабочего кабинета, Жанна Владимировна с удовольствием натянула на ноги видавшие виды, но очень удобные туфли с небольшими квадратными каблучками, а промокшие сапоги набила бумагой и поставила поближе к батарее отопления.

Сосредоточившись на этом чрезвычайно важном деле, криминалист Крылова не сразу заметила то, чего не должно было быть в принципе. Каждый раз, уходя домой, она в обязательном порядке запирала подсобное помещение. Именно там хранилась рабочая документация, подготовленная для передачи начальнику следственного отдела Калинину. Именно он возглавлял следственную группу по делу мажора Пряхина. Своим недавним постановлением Михаил Алексеевич поручил криминалисту Крыловой провести дополнительную экспертизу на предмет установления лица, оставившему отпечаток пальца руки в нижней части пластиковой дверцы бардачка. По версии защиты, зафиксированный криминалистом отпечаток, принадлежал истинному виновнику ДТП. В результате длительной и кропотливой работы, Жанне Владимировне всё же удалось установить личность этого человека. Им оказался один их охранников Пряхина старшего. Но мог ли тот воспользоваться машиной без ведома её владельца?

По странному стечению обстоятельств Андрей Решетников покинул место постоянного проживания и отбыл в неизвестном направлении. Очередной отпуск он получил как раз накануне ДТП. Никто из приятелей молодого охранника не был в курсе его планов. Парень был родом из Саратовской области, в Москву приехал для того, чтобы заработать денег. Однако найти себя в огромном мегаполисе Андрей не смог, потому что работать головой он не умел. В одном из столичных баров будущий охранник познакомился с Николаем Ведерниковым, который работал на бизнесмена и начинающего политика Станислава Андреевича Пряхина. Вскоре новый приятель помог Андрею устроиться охранником к своему щедрому боссу. «Странная получается история, – подумала Жанна Владимировна, – Не попали ли отпечатки пальцев гражданина Решетникова на приборную панель путем переноса? Проверю всё ещё раз», – решила криминалист Крылова, направляясь в сторону подсобки. Однако сделав пару шагов, женщина остановилась. «Странно, – пробормотала Жанна Владимировна, – Я точно помню, что перед уходом домой закрыла подсобное помещение. Да и как могло быть иначе? Именно там, на специально оборудованных стеллажах хранятся документы и самое разнообразное, причем очень дорогостоящее оборудование!»

Подойдя к незапертой подсобке, женщина осторожно приоткрыла дверь. Бегло осмотрев помещение, она не заметила ничего подозрительного. Все документы и спецоборудование находились на своих местах. Но это лишь на первый взгляд, потому что ничто в нашей жизни не происходит просто так. Если уж кто-то сумел пробраться в закрытое помещение, находящееся в хорошо охраняемом здании, значит этому кому-то очень понадобилось раздобыть что-то очень важное, например, заключение криминалистической экспертизы. А еще можно было испортить вещественное доказательство, находящееся в работе криминалиста. «Так и есть, – встревожилась Жанна Владимировна, – Пропали и приборная панель, и дверца бардачка с отпечатками пальцев лица, которому предстояло стать вторым подозреваемым по нашумевшему уголовному делу. На панели управления сохранились потожировые отпечатки обвиняемого, но чем господам Пряхиным помешала дверца бардачка? Насколько я понимаю, господам Пряхиным это совсем не выгодно! На текущем этапе предварительного следствия у них появился реальный шанс свалить вину Павла на другое лицо. Так зачем же будущему политику и его сынку избавляться от улики, косвенно подтверждающей версию защиты? Стоп. Вчера во второй половине дня я озвучила свое предположение насчет того, что отпечатки исчезнувшего охранника оказались на дверце бардачка автомобиля Пряхина младшего путем переноса. А если это действительно так, то исчезновение охранника Решетникова перестанет выглядеть как попытка скрыться от следствия. Скорее всего парень уже находится на другом свете!»

Выводы напрашивались сами собой. Однако криминалисту с отличным послужным списком не хотелось верить в то, что в её родном отделе полиции завелся «крот», который делился с бизнесменом Пряхиным результатами расследования по делу, возбужденному в отношении его избалованного отпрыска. Этим негодяем мог оказаться любой из круга сотрудников отдела полиции, которые по долгу службы владели информацией о ходе расследования. Однако вот так дерзко и хладнокровно пробраться в криминалистическую лабораторию мог далеко не каждый. Криминалист Крылова устало опустилась на стул возле стола и взяла в руки лист бумаги. Она понимала, что должна написать рапорт с подробным изложением произошедшего. Однако все подробности случившегося сводились лишь к странному исчезновению важных вещественных доказательств. «А почему я решила, что злоумышленник действовал хладнокровно? – задалась вопросом Жанна, – Понятно, что воспользоваться электронным ключом, да ни где-нибудь, а в отделе полиции, мог только кто-то из своих. А это означает то, что действовал не матерый преступник, а человек, который не имеет опыта в подобных делах. Если мне повезет, то я найду нечто такое, что поможет мне вычислить тайного лазутчика!»

Криминалист Крылова понимала, что о произошедшем ЧП она должна сообщить начальству немедленно, а потому очень спешила. «Буду действовать как обычно: спокойно, без паники. Наша уборщица тетя Зина – профи в своем деле, убирается на совесть. Злоумышленник посетил криминалистическую лабораторию после уборки. Следовательно, его отпечатки окажутся в числе тех, которые будут обнаружены мной после исчезновения вещественного доказательства. Сотрудники отдела собственной безопасности быстро установят личность предателя!» – решила для себя Жанна Владимировна.

Многолетний опыт работы в должности криминалиста помог ей довольно быстро обнаружить и зафиксировать несколько групп отпечатков пальцев. Причем потожировые следы, снятые с замка двери, ведущей в подсобное помещение, и с механизма сейфового шкафа для хранения вещественных доказательств, оказались непригодными для идентификации. «Этого и следовало ожидать. Пособник бизнесмена Пряхина очень постарался не оставить следов своего присутствия. Ну ничего, есть еще один способ вычислить преступника. Надеюсь, что камеры видеонаблюдения помогут установить сотрудников, которые прошедшей ночью хотя бы один раз оказывались вблизи криминалистической лаборатории», – попыталась утешить себя Жанна Владимировна. И тут она вспомнила о поврежденной обкладке двери, ведущей в подсобное помещение. Два дня назад Жанна сделала заявку на её ремонт. Если не знать об опасном сколе на деревянной обкладке, можно запросто сделать на одежде затяжку, а то и вовсе её порвать.

«Так, так. Кажется, наш злоумышленник прокололся, – с надеждой в голосе пробормотала женщина, – Я оказалась права в своем предположении. Стараясь действовать быстро и бесшумно, вор торопился и нервничал. Пробравшись в подсобное помещение, он сразу же ринулся к шкафу с вещественными доказательствами. В спешке и полутьме лазутчик зацепился одежной за торчащий из обкладки кусок дерева. Экспертиза поможет мне опередить вид ткани, из которой была выдрана найденная мной нить. Однако я уже сейчас могу констатировать то, что пострадала не форменная одежда, а полушерстяной джемпер или что-то вроде того».

Жанна Владимировна задумалась. Цвет морской волны. Разглядывая под микроскопом свою находку, Жанна пыталась представить себе глаза мужчины, одетого в свитер цвета морской волны. «Ни один человек не станет носить одежду, которая не подходит ему по цвету, – сделала вывод Жанна, – Цвет морской волны может подходить людям с весенним цветотипом, для которого характерны глаза тёплого голубого или серого цвета, в крайнем случае цвета морской волны. Я могу насчитать с десяток обладателей таких глаз. У начальника нашего ОМВД глаза серые, у его заместителя – голубые. Впрочем, вполне может оказаться так, что владельцем вещи, нить которой оказалась в моем распоряжении, является сотрудник с другим цветом глаз. Главное, что в рапорте о произошедшем ЧП я могу указать хоть какие-то данные, касающиеся вероломного «оборотня».

Вернувшись к написанию рапорта, криминалист Крылова настолько увлеклась этим делом, что буквально выпала из окружающей действительности. Из состояния крайней озабоченности её вывел голос следователя Смотрицкой. «Ты пишешь рапорт, Жанночка? Расскажешь, о чем? Хищение вещественных доказательств? Но это ведь невозможно, если только…», – начала рассуждать Татьяна Анатольевна. «Вот именно! Это преступление совершил кто-то из наших коллег!» – сообщила Жанна Владимировна. «Боюсь, подруга, что этот рапорт ты не успеешь закончить прямо сейчас. У нас срочный вызов. Мы выезжаем в район богом забытых окраин. На этот раз речь идет не о квартирной краже. Сегодня нам придется заниматься поисками какого-то очень дорогого поросенка», – доложила следователь Смотрицкая.

– Искать поросенка? Только этого нам и не хватало! Я и так до предела загружена делами!

– А у меня в производстве одновременно находится целых пять уголовных дел!

– А если я попрошу отложить выезд на несколько минут? Я должна немедленно доложить полковнику о краже вещественных доказательств!

– Боюсь, что дописывать рапорт тебе придется по возвращению с выезда. Нам следует поспешить. Дорогой подумаем, как лучше поступить. Начнутся проверки и всё такое. Странная какая-то история. Кто мог вынести приборную панель и дверцу автомобильного бардачка из здания ОМВД, да еще и так, чтобы этого никто не заметил?

– Ты думаешь, что вещественное доказательство все еще находится в этом здании?

– Да. Ты собирайся, а я зайду в оперативный отдел и поговорю с майором Дымовым. Он – парень толковый, умеет действовать по обстановке. Пока мы с тобой будем колесить в районе новостроек, Борис со своими операми найдет твой вещдок.

Глава 2. Последняя мысль

Будучи опытным криминалистом с немалым стажем работы, Жанна Владимировна быстро собралась в дорогу. «Тревожный чемоданчик» со всеми необходимыми инструментами и приспособлениями всегда находился у неё под рукой, а на случай выезда для работы в «поле» у Жанны имелись практически непромокаемые и очень удобные кирзовые сапоги. Направляясь к выходу из кабинета, криминалист Крылова бросила взгляд на свое зеркальное отражение. Поправив распушившуюся челку, женщина на секунду задумалась. «Я не могу уйти, не доведя до конца начатое дело. Мне ли боятся проверок и прочих неприятностей? Майор Дымов – отличный сыскарь и наверняка выйдет на след злодея, похитившего важные вещественные доказательства, однако данный факт незамедлительно должен быть доведен до руководства, – решила криминалист Крылова, – Мой рапорт почти дописан. Осталось добавить лишь пару предложений. Передам документ секретарю, а там будь, что будет. У Пал Палыча будет время выпустить пар. К моменту моего возвращения с места происшествия начальник ОМВД остынет, и я смогу спокойно довести до него свое видение ситуации».

Дописав рапорт на имя начальника ОМВД полковника Тучина, Жанна Владимировна устремилась к выходу. За дверью она чуть было не столкнулась с секретарем начальника Людмилой. Сунув в руки опешившей дамы только что дописанный документ, криминалист Крылова поспешно изложила свою просьбу. «Не успеваю передать начальству рапорт с изложением чрезвычайного происшествия, имевшего место прошедшей ночью. Оно требует незамедлительного расследования, но кое-что мне уже удалось установить. Вот только доложить о своих изысканиях прямо сейчас я не успеваю. Срочный вызов. Да и Пал Палыч, насколько я знаю, еще не вернулся из главка. Как только вернусь, сразу же явлюсь к полковнику Тучину с докладом и объяснениями», – выпалила Жанна Владимировны, и едва ли не бегом проследовала к выходу из отдела полиции.

Удивленно глядя в след стремительно удаляющейся Жанны Владимировны, секретарь начальника ОМВД лишь молча развела руками. «А кого еще можно нагрузить работой вот так, прямо в коридоре, недоходя до канцелярии? – не без пафоса воскликнула крашеная блондинка с объемным бюстом, – Людмила Аркадьевна пашет как ломовая лошадь, которую скоро не станет видно за стопками рабочих журналов и горами самых разных документов! И почему я такая безотказная? Ну, конечно же я всё сделаю в лучшем виде! А люди это знают и пользуются моей добротой и покладистостью!» Криминалист Крылова ничуть не сомневалась в том, что эта чрезвычайно ответственная дама в самом лучшем виде зарегистрирует рапорт и передаст его начальнику ОМВД, как только тот вернется из главка, а потому отправилась на вызов со спокойным сердцем.

По пути в инновационный корпус ООО «Животноводческая ферма» следователь Смотрицкая рассказала криминалисту Крыловой о возникшей проблеме и в самых общих чертах обрисовала обстоятельства дела. Увы, но поведать о случившемся в деталях не мог никто, даже сторожа, несущие службу у входа на территорию экспериментального корпуса. «В заявлении о возбуждении уголовного дела генеральный директор ООО „Животноводческая ферма“ указал, что прошедшей ночью из инновационного корпуса указанного предприятия при невыясненных обстоятельствах был похищен особо породистый поросенок по кличке Фентион. Однако все работники животноводческой фермы называли его Фунтиком. Предполагалось, что со временем это пятнистое сокровище станет родоначальником новой мясной породы. Директор предприятия, а по совместительству его единственный учредитель, рассчитывал на то, что сможет довольно быстро „отбить“ затраты на приобретение Фентиона. Видимо это пятнистое чудо должно было стать для господина Тушина трамплином к безбедной и очень счастливой жизни. Однако мечтам Кирилла Андреевича не суждено было сбыться. Его дорогущее приобретение исчезло самым невообразимым образом», – пояснила Татьяна Анатольевна. «Что значит исчезло? – удивилась Жанна Владимировна, – Если Фунтик был похищен, то преступник обязательно должен был оставить следы. Ведь как-то же он попал в охраняемое помещение?! Чем злоумышленник открыл замок? Если он сделал это родным ключом, то похитителем является кто-то из своих. Если же замок открыт при помощи отмычек или дубликатом ключа, нам следует заняться поисками его изготовителя. Для этого нам понадобятся зацепки, которые я надеюсь найти в процессе осмотра места преступления. А что по поводу обстоятельств хищения пояснил заявитель?»

– Работники охраны не обнаружили никаких следов взлома. В течении последних суток никто из посторонних лиц на территории ООО «Животноводческая ферма» не появлялся, что подтверждается показаниями охранников и записями с камер видеонаблюдения, установленных у центрального входа и на въезде на территорию экспериментального корпуса животноводческой фермы.

– Странная получается история. Не удивлюсь, если окажется, что никакого хищения не было. Нужно выяснить, был ли застрахован поросенок. Возможно его владелец затеял аферу со страховкой для того, чтобы поправить свое материальное положение.

– Я уже направила запрос в налоговую инспекцию. Очень скоро мы узнаем обо всем, что касается финансовой деятельности директора ООО «Животноводческая ферма». Вот только не похож господин Тушин на мошенника. Мне показалось, что он искренне переживал за свою пятнистую живность.

Во взгляде опытного следователя читалось полнейшее непонимание происходящего. В тот момент, когда начальник следственного отдела передал ей заявление господина Тушина о хищении особо ценной животинки, Татьяна Смотрицкая с трудом сдержала свое возмущение. «У меня в производстве находится пять уголовных дела, три из которых возбуждено по очень серьезным статьям! У меня совершенно нет времени на то, чтобы лазить по свинарнику! Это слишком мелко для старшего следователя. Почему бы не передать это заявление кому-то из начинающих следователей? Думаю, что Николай Смирнов вполне справится с этим делом. Вы ведь понимаете, что это не мой уровень!» – с обидой в голосе заявила Татьяна Анатольевна. Однако начальник был непреклонен. «Всё не так просто, как может показаться на первый взгляд, – спокойно возразил майор Лосев, – Исходя из своего многолетнего опыта, могу утверждать, что такие вот, вроде бы простые дела, в итоге оказываются позорными «висяками».

Старшему следователю Смотрицкой очень не хотелось ехать за город, да еще и по такой сырости. Впрочем, у Татьяны, как и её коллеги Жанны, на такой случай имелись чудо сапоги, которым не страшны никакие лужи. А для того, чтобы не испачкать на ферме форменный костюм, она облачилась в одежду, которую не жалко будет выбросить: в проверенные временем плотные джинсы и видавший виды вязаный жакет. Поверх этого удобного и практичного наряда старший следователь Смотрицкая накинула плащ, который сняла сразу, как только уселась в хорошо прогретый УАЗ-469. «Матвей, включи обдув! – обратилась Татьяна к водителю, – В салоне такая жара, что я никак не могу сосредоточиться на деле, а оно ох, какое запутанное! Да еще и дождь начался. Кажется, сегодня не мой день!» «И не мой тоже! – вспомнила о неприятном происшествии Жанна, – В нашем отделе полиции никогда еще не происходило краж вещественных доказательств, да еще из закрытых хранилищ».

Криминалист Крылова задумалась. В тот момент, когда следователь Смотрицкая решила инициировать предварительное расследование кражи вещдоков, то есть до того, как соответствующий рапорт окажется на столе начальника ОМВД, Жанна отчего-то напряглась. Однако в этой идее не было ничего подозрительного. О подвигах опытного оперативника майора Дымова, в отделе ходили легенды. Такой гений отечественного сыска, да еще и по горячим следам, вполне мог выйти на след преступника, даже в том случае если тот является кем-то из своих. Задумчиво глядя на коллегу, криминалист Крылова вдруг обратила внимание на цвет её жакета. На рукаве вязаного изделия имелось повреждение. «Затяжка. Повреждение продольной нити. Она порвана, не хватает одного мелкого фрагмента», – прокручивала в мозгу Жанна Владимировна. «А откуда ты, подруга, узнала о том, какие именно вещдоки пропали из криминалистической лаборатории? – неосмотрительно поинтересовалась Жанна, – И когда ты успела испортить свой великолепный жакет?»

– Да я уж и не помню, когда и где умудрилась поставить затяжку на рукаве, но это не страшно. Этот жакет уже давно вышел из моды. Что же касается вещдоков… Так ведь ты сама сообщила мне о том, что из криминалистической лаборатории сегодня ночью была похищена приборная панель автомобиля и часть бардачка. Ты находилась в состоянии сильного душевного волнения, потому и не можешь вспомнить событий в их хронологической последовательности.

– Я действительно была ошарашена произошедшим, однако смогла взять себя в руки и провести свое маленькое расследование. И знаешь, что я обнаружила?

– И что же ты обнаружила? Похититель оставил свои отпечатки пальцев?

– Преступник действовал в перчатках. Однако у него не было опыта в подобных делах. К тому же он очень спешил.

По блуждающему взгляду подруги Жанна Владимировна поняла, что не ошиблась в своих предположениях. Однако верить в то, что Татьяна Смотрицкая могла пойти на преступление, да еще и такое гнусное, криминалист Крылова не желала. Старшего следователя Смотрицкую Жанна знала почти двадцать лет, но ни единого раза не усомнилась в её порядочности и преданности делу. «В конце концов трикотажных жакетов цвета морской волны в нашем городе может быть великое множество! Вначале нужно проверить все факты, а уже после этого строить предположения. Подумаешь – затяжка на рукаве! В нашей жизни случаются и не такие совпадения!» – пыталась убедить себя добрая и мягкая по натуре Жанна. Однако многолетний опыт работы в правоохранительных органах не позволял ей успокоиться. Криминалист Крылова не могла отбросить в сторону подозрения относительно причастности следователя Смотрицкой к краже вещдоков из криминалистической лаборатории. «Я в мелких деталях могу описать всё, что происходило со мной с утра до этой минуты, – рассуждала Жанна Владимировна, – Я никому не собиралась рассказывать об исчезновении важных вещественных доказательств, да еще и по столь резонансному головному делу. Поскольку злоумышленником вполне мог оказаться кто-то из своих, эту проблему я собиралась обсудить с нашим мудрым стратегом Пал Палычем. До поры до времени ночное ЧП должно было оставаться тайной для всех, ну или почти для всех сотрудников нашего ОМВД».

Вот и сейчас, беседуя с Татьяной Смотрицкой, криминалист Крылова старалась вести себя так, чтобы не привлекать к себе внимание двух сотрудников отдела уголовного розыска, включенных в оперативную группу. Впрочем, лейтенант Сомов и прапорщик Самородов, занятые обсуждением странного происшествия на территории ООО «Животноводческая ферма», не обращали на своих спутниц никакого внимания. До обострившегося слуха Жанны долетали обрывки их фраз: «…поросенком, даже очень породистым и перспективным, мог заинтересоваться только очень узкий круг лиц», «А я думаю, что никакого хищения там не было…», «…директор или, что более вероятно, его подручные сами утащили своего особо ценного поросенка, этот хрюндель наверняка был застрахован на кругленькую сумму».

Сама того не заметив, криминалист Крылова втянулась в разговор двух молодых оперативников. Рассуждая о деталях ночного происшествия, Жанна Владимировна краем глаза наблюдала за дамой, которую до сегодняшнего для считала своей подругой. Если та и была повинна в совершении хищения вещественных доказательств, то очень умело это скрывала. При этом Татьяна Анатольевна выбрала самый надежный способ для того, чтобы уйти от возможных вопросов со стороны дотошного и чересчур сообразительного криминалиста. Используя свернутый плащ как подушку, она удобно устроилась у окошка УАЗа и мирно задремала.

По прошествии сорока минут полицейский автомобиль подъехал к воротам ООО «Животноводческая ферма». «Наконец-то вы приехали! Мы вас уже заждались!» – воскликнул охранник, поспешно открывая ворота. Въехав на территорию так называемого инновационного корпуса, сотрудники полиции сразу заметили бегущего к ним человека. Это был коренастый, среднего роста мужчина с пролысинами на голове. «Здравствуйте! Я – главный технолог этого предприятия. Козлов Сергей Степанович. Я уполномочен показать вам помещение, в котором содержался наш любимец Фентион, наша, так сказать надежда на светлое будущее. Я постараюсь ответить на все ваши вопросы, если, конечно, буду знать ответы на них», – с ходу выпалил запыхавшийся работник. «Да мне бы, уважаемый, поговорить со всеми работниками, которые имеют какие-либо отношение к пропавшему пятачку. Хотелось бы начать с допроса директора. Надеюсь, что он на месте», – отозвалась следователь Смотрицкая.

– Да, да. Кирилл Андреевич на месте. Он распорядился оказывать оперативной группе всевозможное содействие. Если нужно, то я готов прямо сейчас собрать всех работников инновационного цеха.

– Очень хорошо. Сначала мы осмотрим место преступления на предмет следов взлома, отпечатков пальцев и прочих следов, которые возможно оставили злоумышленники. Для проведения данного следственного действия нам понадобятся понятые, не менее двух человек. Двухэтажное здание из красного кирпича, расположенное по соседству с инновационным корпусом, это ведь административное здание? Пригласите, пожалуйста, кого-то из административного корпуса. Роль понятых заключается в том, чтобы удостоверить факт следственного действия, его ход и результаты. В то время, как мы будем заняты следственным мероприятием, вам надлежит собрать всех работников инновационного корпуса, а также тех лиц, которые могут дать показания по поводу обстоятельств кражи эээ… Фентиона.

– Будет сделано! То здание, на которое вы указали, действительно является административным корпусом. Я сейчас же приглашу понятых. По окончании следственного мероприятия вы сможете опросить свидетелей. Я соберу людей в актовом зале.

– Очень хорошо. Скажите, а насколько строго на этом предприятии обстоят дела с контролем? Насколько просто на территорию инновационного корпуса могут попасть посторонние лица? Я имею ввиду граждан, не являющихся работниками предприятия.

– Пропускной пункт у нас работает отлично. Так что, с контролем у нас всё в порядке и с охраной тоже. Во всяком случае так было до минувшей ночи.

– Значит, мне предстоит допросить только работников ООО «Животноводческая ферма»?

– Трудно сказать. Возможно вы решите побеседовать и с рабочими, строящими помещение для содержания потомства похищенного Фентиона. Думаю, что теперь нам придется на некоторое время приостановить строительство. Впрочем, на данный момент готов только котлован под фундамент. Сегодня во второй половине дня строители должны залить его бетоном.

– А находились ли строители на территории инновационного корпуса ночью или вчера вечером?

– По ночам строители не работают. А вчера я видел, как они устанавливали бытовку.

– Придется допросить и их тоже. Обеспечьте, пожалуйста, явку строителей для допроса.

– Будет сделано! Пойдемте, я открою вам апартаменты Фентиона.

С этими словами главный технолог ООО «Животноводческая ферма» провел опергруппу в помещение инновационного корпуса, где до недавнего времени проживал особо ценный поросенок Фентион. «Да ведь это же обычный свинарник! – возмутился прапорщик Самородов, – Не вижу здесь никаких признаков инноваций». «А, не скажите! – не без гордости возразил Сергей Степанов, – В этом цехе найдется немало новшеств, которые способствуют повышению эффективности процессов и улучшают качество продукции. Корм нашему любимцу подавался автоматически, причем не по определенным часам, а тогда, когда у Фентиона начинало появляться чувство голода. Наш поросеночек рос не по дням, а по часам. И что же теперь? Пропал наш кормилец. И что мы теперь будем делать? Сможем ли свести дебет с кредитом?» «А разве ваш дорогостоящий Фентион не был застрахован, а?» – поинтересовался лейтенант Сомов. Молодой оперативник собирался задать еще один неприятный вопрос, но поймав на себе недовольный взгляд Татьяны Анатольевны, отказался от этого намерения. Однако главный технолог и не думал уходить от разговора. Более того, он нисколько не смутился. «Да какой там! Кирилл Андреевич дал такое распоряжение главному бухгалтеру, но та пока раскачается…», – посетовал технолог Козлов. О правдивости его слов красноречиво свидетельствовало удрученное выражение лица и с трудом скрываемое негодование. Ответив на несколько поставленных следователем вопросов, Сергей Степанович удалился для выполнения срочных поручений.

«Здешний технолог – просто кладезь информации! – не смогла скрыть приятного удивления криминалист Крылова, – Ему известно даже о том, что явно не входит в круг его прямых обязанностей». «Я подумал о том же, – поддержал Жанну Владимировну лейтенант Сомов, – Сергей Степанович относится к разряду людей, которые интересуются всем, что происходит вокруг них».

– Верно подмечено. По словам Никколо Макиавелли, умы бывают трех родов: один все постигает сам; другой может понять то, что достиг первый; третий сам ничего не постигает и постигнутого другим понять не может. Ум главного технолога ООО «Животноводческая ферма» явно относится к первому роду. Сергей Степанович отличается не только наблюдательностью, но и способностью анализировать информацию. Думаю, что он может быть очень полезен следствию.

«А вот я не спешу восторгаться аналитическими способностями технолога Козлова. В списке возможным подозреваемых он занимает вторую строку, но расколоть его будет ох как непросто!» – уверенно заявила старший следователь Смотрицкая. Открыто ей никто из членов оперативной группы не возразил, но по выражениям лиц своих коллег Татьяна Анатольевна поняла, что её мнение здесь никто не разделяет. В своем родном ОМВД старший следователь Смотрицкая находилась на хорошем счету и пользовалась уважением в коллективе, однако интуиции ей точно не хватало. Зато этим качеством явно не была обделена её коллега и почти подруга Жанна Владимировна Крылова.

Татьяна бросила косой взгляд в сторону криминалиста, которая в этот момент снимала отпечатки пальцев с ручки входной двери. Жанна работала быстро и очень качественно. От её внимания не могла ускользнуть ни одна мелочь. Зрительно разделив на квадраты всё помещение свинарника, криминалист Крылова трудилась словно пчелка. Однако вопреки всеобщим ожиданиям её улов оказался небольшим. «Мне удалось снять лишь две пары потожировых, – вздохнула Жанна Владимировна, – Боюсь, что ничего нового я здесь уже не смогу обнаружить. А вот территорию, прилегающую к инновационному корпусу – свинарнику, обойти нужно». «Не вижу в этом необходимости, – заметила старший следователь ОМВД, – Впрочем, лишней эта мера не будет. А вот и понятые. Сейчас я закончу с протоколом осмотра места происшествия, подпишу его понятыми и составлю тебе компанию. Думаю, что технолог Козлов справился со своей задачей, и в актовом зале нас ожидает толпа работников, имеющих непосредственное отношение к поросенку Фентиону. Пока лейтенант Сомов и прапорщик Самородов выявляют возможных свидетелей по делу, мы с тобой, Жанночка, осмотрим дворовую территорию».

Глава 3. Новая жизнь

С трудом разомкнув свинцовые веки, Жанна Крылова увидела лишь всепоглощающую тьму. Дикая головная боль мешала сосредоточиться и сориентироваться на местности. Кажется, впервые в жизни умудренная опытом правоохранительница не могла восстановить в памяти несколько предыдущих часов собственной жизни. «Моя бедная голова… Она сейчас расколется пополам! Что со мной произошло и где я сейчас нахожусь?» – пыталась понять Жанна Владимировна. Немного подавшись вперед, она наткнулась на край стола, покрытого скатертью. «Я сижу за столом на очень удобном стуле, обитом бархатом», – испуганно пробормотала женщина, которую никто и никогда не относил к робкому десятку. Жанна очень надеялась на то, что звуки собственного голоса помогут ей немного успокоиться и взять себя в руки. Однако попытка сотрудницы полиции взять ситуацию под контроль своего сильного разума, оказалась полностью проваленной. Прокатившись по незнакомому помещению и не встретив существенных препятствий, звук её голоса отразился от толстых каменных стен и эхом вернулся в исходную точку. «Звук моего голоса не рассеялся, следовательно, я нахожусь в большом полупустом помещении, – сделала вывод Жанна Владимировна, – Знать бы только, где именно я нахожусь и как сюда попала».

Прижав ладони к пульсирующим болью вискам, опытный криминалист Крылова сфокусировала взгляд на ближайшем из трех огромных окон. Через толстое стекло пробивалось тусклое сияние ночного светила, которое можно было бы принять за привычную нам луну, если бы не его странная форма. «Луна в форме овала – это что-то новенькое! К синодическому месяцу это явление не имеет никакого отношения. Так где же я нахожусь?» – в ужасе воскликнула Жанна.

Вскочив со своего удобного стула, она задела локтем, стоящий на столе кубок, и тот со звоном упал на каменный пол. На шум сбежались какие-то люди с подсвечниками в руках. «Миледи, вы в порядке? А мы уж подумали… Вам что-нибудь нужно? Почему вы не спите в столь поздний час? Вам нездоровится? Не желаете ли лимонада или морса?» – вкрадчиво вопрошал лысоватый мужчина среднего возраста. Благодаря свету, исходящего от восковых свечей, Жанна смогла разглядеть его лицо. «Этот человек очень похож на слугу какой-то родовитой средневековой персоны, – отметила для себя криминалист Крылова, – И кем, хотелось бы мне знать, являются две девицы, замершие на пороге этой залы? Их одежды напоминают известный россиянам сарафан. Видимо, ко мне пожаловали артисты, играющие чьих-то слуг. Не могу понять, что им от меня нужно. Я стала невольной участницей какого-то маскарада? Однако артисты ведут себя настолько натурально, что даже страшно становится. Куда я попала, и какого лешего здесь происходит?»

Особенно сильно Жанну Владимировну напрягло обращение «миледи». И что конкретно имел в виду слуга, заподозривший что-то неладное? Вряд ли фраза «А мы уж подумали…» могла иметь какое-то другое значение. Сбитой с толку женщине очень хотелось узнать, каким образом она очутилась в этом незнакомом месте, и кем являлись люди, которых так сильно встревожил звук упавшего на пол кубка. Криминалист Крылова даже открыла рот, чтобы узнать ответы на возникшие у нее вопросы, однако с языка сорвались совсем другие слова. «Вы слишком плохо справляетесь со своими обязанностями! – неожиданно выдала „миледи“, – Вы думали, что тайный недоброжелатель сумел расправиться со мной так же, как сделал это с моими родителями? Если бы вы были хорошими слугами, то не допустили бы даже мысли о том, что вашу госпожу могли отравить. Могу предположить, что вы не выполняете требований начальника тайной канцелярии его императорского величества. А ведь господин Бланшер лично приказал вам, Коланар, снимать пробу со всех блюд и напитков, предназначенных вашей хозяйке, то есть мне!» «За что вы так не справедливы ко мне, миледи? Я пробую и еду, и напитки, которым предстоит оказаться на вашем столе, моя госпожа! К тому же все веселящие и успокаивающие напитки Дарина и Паулина поднимают из хранилища вашего покойного батюшки, а на кухню посторонним лицам никак не пробраться! Да и кому нужно вам вредить, миледи?! Вы ведь сущий ангел!» – едва не всхлипнул слуга, которого миледи назвала Коланаром.

Жанна Крылова не сразу нашлась, что ответить. «Веселящие и успокаивающие напитки? – отметила про себя сотрудница полиции, – В какое время я, черт возьми, попала?»

Непонятные речи слуги окончательно запутали Жанну Владимировну. Да что там слуга! Сама-то она, о чем сейчас вещала? «Неустановленный отравитель расправился с моими родителями, а теперь взялся за меня? Да с чего вообще я это взяла? – озадачилась Жанна, – Я ведь не хотела нести всю эту чушь про отравленных родителей. Мой речевой аппарат выдал всё это помимо моей воли. Но как это могло произойти? А каковы актеры! Они сделали вид, будто тот бред, который я сейчас несла, их совсем не удивил. Артисты поддержали мою игру. Вот только не понятно, в чем именно она заключается».

Вопросов было явно больше, чем ответов, но криминалист Крылова боялась их задать. Опасаясь того, что чрезмерно активный язык сыграет с ней новую шутку, Жанна Владимировна машинально прикрыла рот ладонью. И тут до неё начал доходить весь ужас происходящего. «Чья это рука? – ужаснулась достаточно стойкая и смелая дама, – Эта изящная холеная ручка не может принадлежать сорокалетней женщине. Но ведь ею управляю именно я, а не кто-то другой! Видимо я умерла, и моя бессмертная душа оказалась в другом, молодом теле. В этом мире я знатная дама, оказавшаяся в весьма сложном положении. Моих родителей отравили, подозреваемых не имеется. А что по этому поводу думают сотрудники здешних правоохранительных органов? Стоп. Если я оказалась в этом теле, то кому-то все же удалось убить миледи. Получается, что жестокий убийца не успокоится до тех пор, пока не доведет до конца свое черное дело. Мне необходимо выиграть время для того, чтобы как можно больше узнать о миледи и круге её общения, причем так, чтобы никто, включая слуг, не догадался о том, что её больше нет. В противном случае у меня могут быть большие неприятности. Не хватало еще, чтобы меня сочли ведьмой и сожгли на костре».

Для того, чтобы выжить, Жанна вынуждена была импровизировать, причем быстро и дерзко. В этом мире ей не от кого было ожидать поддержки и защиты, не к кому было обратиться за советом. Однако надежда на быструю адаптацию всё же имелась. Криминалист Крылова поняла, что тело миледи хранит воспоминания, которые временами вырываются наружу. Просто нужно привыкнуть к новому телу и научиться им управлять как своим собственным. Вот только на изучение здешних обычаев, а также на сбор информации о жизни миледи и обстоятельств смерти её несчастных родителей, требовалось время, а его-то у Жанны и не было. В глазах слуг, все еще находившихся в апартаментах госпожи, читались некоторое удивление и даже недоумение. Они явно ожидали каких-то распоряжений, но каких именно?

Этого Жанна Владимировна не знала. Любая женщина, оказавшаяся в подобной ситуации, наверняка бы стала жертвой обстоятельств, но только не криминалист Крылова. «Ну что вы стоите, раскрыв рты? – строго обратилась она к немного растерявшимся слугам, – Я только что чудом избежала смерти. Точнее, я это только предполагаю… пока. Из металлического кубка, который упал на пол, выплеснулось не всё содержимое. Его необходимо аккуратно собрать обратно и чем-то плотно запечатать. И пригласите ко мне доктора». «Доктора? – осторожно переспросил слуга, – Простите, миледи, я не знаю такого».

– А лекаря можете пригласить?

– Да, да! Ваше сиятельство желает его видеть прямо сейчас?

– А это возможно? Ведь сейчас уже довольно поздно, и все добрые люди давно уже спят.

– Мы его разбудим. Опочивальню лекаря Парацениса от ваших покоев отделяет всего лишь один этаж.

– Всё равно не стоит будить человека. А завтра утром пусть навестит меня сразу, как только будет готов!

– Всенепременнейше, наша прекрасная госпожа Жанетта! Не извольте беспокоиться. Дарина и Паулина сейчас приберутся, а я принесу чистый кубок. Не сочтите за дерзость, но не изволите ли вы пояснить, для чего вам необходимы остатки вина, выплеснувшегося из упавшего на пол кубка?

– Есть у меня кое-какие соображения. Однако их еще предстоит проверить. Для эксперимента мне очень пригодилась бы мышь или другой мелкий грызун. В этом доме можно найти зверушку, от которой было бы неплохо избавиться?

– В доме? Вы имеете ввиду ваш замок, миледи?

Жанна слегка кивнула, и услужливый слуга расплылся в улыбке. «Ну, конечно, мы найдем для вас, наша прекрасная госпожа, какого-нибудь мышонка. Не сочтите за дерзость, ваше сиятельство, но не изволите ли вы пояснить, для чего вам необходим сей зверь?» – воскликнул чрезмерно любопытный слуга. «Завтра. Вы все узнаете завтра!» – заверила его Жанна.

Исполнительные девицы Дарина и Паулина быстро навели порядок в огромной гостиной, которая не уступала залу для приемов ни по занимаемой площади, ни по убранству. После этого старательные горничные взбили перину и подушки в спальне госпожи Жанетты. Это была совсем немаленькая комната, расположенная по соседству с залой и так называемым будуаром. В апартаментах высокородной особы Жанна Крылова насчитала двенадцать зеркал, каждое из которых было настоящим произведением искусства. Умудренная опытом женщина никогда не считала себя красавицей, даже в годы прошедшей юности, но теперь… На свое зеркальное отражение Жанна не могла налюбоваться. И куда исчезли морщинки в уголках глаз женщины, полностью отдающей себя любимой работе?

Глядя на хрупкое юное создание со светлыми вьющимися локонами и огромными серо-голубыми глазами, криминалист Крылова никак не могла поверить в существование реальности. Судьба подарила Жанне шанс прожить другую, более наполненную и содержательную жизнь. Эта сильная, преданная своему делу женщина никогда не жалела об упущенных возможностях, о том, что не находила времени на личную жизнь. После гибели своего возлюбленного Жанна перестала мечтать о семье, в которой будет двое, а то и трое детей. Однако последнее время она всё чаще останавливалась возле детских площадок, на которых резвились малыши. Когда-то очень давно, во времена полной надежд молодости, Жанна и её жених Антон мечтали о безоблачном будущем для их большой и очень дружной семьи. Однако те прекрасные времена давно прошли.

Лейтенант Антон Грачев погиб при задержании особо опасного преступника, и его возлюбленная Жанна так и не смогла смириться с этой потерей. Невеста, не успевшая стать женой, целиком и полностью отдалась работе, которая оказалась для неё спасительной соломинкой. Ухаживания влюбленных в неё кавалеров криминалист Крылова отвергала настолько решительно, что те в конце концов отказывались от притязаний на место в её жизни. В ответ на уговоры коллеги и подруги Танечки Смотрицкой почаще появляться на людях и не отталкивать от себя потенциальных женихов, Жанна ссылалась на занятость по работе и «зрелый» возраст. «Поздно. Время упущено. Представители сильной половины человечества почти перестали обращать на меня внимание как на женщину. Совсем скоро мне стукнет сорок один год, а это означает то, что мой поезд ушел. К тому же все порядочные и ответственные мужчины давно уже счастливы женаты, а легкомысленных связей мне не нужно!» – решила для себя криминалист Крылова. И вот теперь судьба подарила Жанне шанс, которым она вполне могла воспользоваться, при наличии такого желания, конечно. Однако для начала Жанне Жанетте нужно было выжить.

«Понятно, что коварный отравитель входит в круг контактов госпожи Жанетты, возможно даже живет в этом замке, – сделала вывод криминалист Крылова, – Вот только вычислить негодяя будет непросто. Я практически ничего не знаю ни о себе, то есть о настоящей миледи, ни о здешнем укладе жизни. Куда я попала? В средние века или иной мир? Мне не от куда ждать помощи и поддержки. Впрочем, слуги, с которыми я уже успела познакомиться, производят неплохое впечатление. В сложившихся обстоятельствах мне придется прибегнуть к их помощи. А еще мне следует поближе познакомиться с местным Пилюлькиным. Для того, чтобы собрать всю необходимую информацию и прижиться в этом мире, мне нужно время. Однако коварный и очень опасный враг наверняка предпримет повторную попытку избавиться от госпожи Жанетты. Выйти на след преступника я смогу лишь после того, как узнаю, кому выгодна смерть графини».

Рассуждая о том, какими мерами безопасности она может воспользоваться для того, чтобы избежать преждевременной смерти, Жанна Владимировна пришла к неутешительному выводу. Оказавшись за пределами родного мира, она чувствовала себя слепым беззащитным котенком, который того и гляди попадет в неприятности, и это в лучшем случае, потому что в худшем – кто-то проглотит беззащитного котенка. По этой причине Жанна не могла сменить место постоянного жительства, то есть переехать в отдаленное поместье. Обеспечить свою безопасность, находясь в незнакомом замке, да еще и в окружении множества незнакомых людей, криминалист Крылова тоже не могла. «Выход должен быть, потому что он есть всегда, – твердо решила Жанна, – Я должна срочно что-то предпринять, ибо промедление смерти подобно. Если бы только я смогла добраться до уголков памяти, где хранятся воспоминания госпожи графини… Время от времени они прорываются наружу, и это очень добрый знак. Нужно выиграть время, но как это сделать?»

Замок Орланд

Глава 4. Актерские способности

Жанна Владимировна лежала в мягкой постели и смотрела на потолок, то есть на верхнюю часть балдахина, отгораживающего кровать миледи от остального пространства роскошной опочивальни. Горничные Дарина и Паулина спали в комнате, расположенной напротив покоев графини, а слуга, который оказался мажордомом, расположился в кресле за дверью господских апартаментов. Эта мера безопасности была введена по настоянию начальника тайной канцелярии его императорского величества Орионии Феликса Сигизмунда II. Однако данная мера не могла уменьшить степень беспокойства, которое испытывала Жанна Владимировна. Размышляя о своем почти безвыходном положении и о том, как поломать планы безжалостного врага, встревоженная женщина уснула лишь под утро.

Видимо в этом мире было не принято будить господ слишком рано, и Жанна – Жанетта успела отлично выспаться. Когда она встала с постели, солнце стояло довольно высоко. На одном из окон, на том, которое располагалось ближе к выходу из залы, криминалист заметила устройство типа известных нам шпингалетов. Распахнув резные рамы, Жанна Владимировна впустила в помещение прохладный воздух ранней весны. В тот же миг на пороге огромной комнаты появился мажордом Коланар. «Приветствую вас, миледи! – с поклоном и почтительной улыбкой произнес слуга, – Лекарь Параценис с нетерпением ожидает минуты, когда вы, ваша светлость, будете готовы его принять!»

Жанна была приятно удивлена той скорости, с которой мажордом и лекарь исполнили её распоряжение. Всю ночь криминалист Крылова мысленно готовилась к встрече с человеком, от которой на данный период времени зависело её благополучие, а возможно даже и жизнь. «Дама, обладающая немалой властью и приличным состоянием графини Жанетты Лилианы Орландской, а также врожденной интуицией и жизненным опытом Жанны Владимировны Крыловой, сможет склонить на свою сторону и заставить играть по своим правилам любого обитателя этого замка, – не сомневалась решительная сотрудница полиции, – Однако мой далеко идущий план имеет одно слабое звено, поскольку коварным отравителем, отправившим в мир иной юную графиню, а возможно и её уважаемых родителей, мог кто-то из обитателей замка. Одной из самых подходящих кандидатур на роль злодея является именно лекарь. Он разбирается в ядах и входит в ближайшее окружение владельцев этого замка. Мне придется действовать как можно более осторожно и деликатно. Главное – не выдать себя раньше времени».

Пытаясь соответствовать образу знатной дамы, Жанна Владимировна решила вести себя настолько сдержано, насколько это вообще возможно. «Прекрасно, – холодно бросила она, – Пусть войдет, а ты, мой верный мажордом, позаботься о том, чтобы до вечера меня никто не беспокоил». Слуга открыл было рот для того, чтобы задать какой-то вопрос, но Жанна бросила на него уничтожающий взгляд и жестом приказала выйти вон. Коланар вынужден был подчиниться, и через минуту на пороге господских апартаментов появился лекарь Параценис.

Увидев темноволосого подтянутого парня с внимательными карими глазами, прямым носом и упрямым подбородком, Жанна Владимировна вздрогнула. Её сердце пронзила боль, которая давно должна была утихнуть. «Этот молодой лекарь чем-то очень похож на моего Антошу. Глаза, нос, выражение лица! Даже осанка такая же, как у моего любимого. За какие грехи судьба послала мне такое испытание?» – едва не расплакалась сотрудница полиции. Получалось так, что служба в правоохранительных органах для неё осталась в прошлом, но как известно бывших полицейских не бывает. Сердце Жанны разрывалось от боли, но она вновь смогла взять себя в руки.

«Вы желали со мной о чем-то поговорить, миледи? – поинтересовался лекарь, склоняясь в довольно низком поклоне, – Надеюсь, что вы здоровы и бодры. Во всяком случае выглядите вы чудесно, впрочем, как и всегда!» «Вы очень любезны, господин Параценис, – слегка улыбнулась Жанетта, – Я действительно нахожусь в добром здравии, однако боюсь, что продлится оно недолго, если, конечно, вы мне не поможете».

Слова Жанетты Лилианы вызвали у лекаря удивление, которое тот не смог скрыть. «Как вы сказали, миледи? – опешил местный Пилюлькин, – Ваше доброе здравие не продлится долго? Означает ли это то, что вы выявили в себе какую-то неизлечимую болезнь? Но ведь этого не может быть!»

– Я имею ввиду вовсе не мою или чью-либо еще болезнь. Речь идет о проблеме иного рода.

– Вот как? И о какой именно проблеме вы желаете со мной поговорить, моя прекрасная госпожа?

– Для начала ответьте мне, уважаемый господин Параценис, на вопрос о том, что именно стало причиной смерти моих родителей.

– Но миледи! Вы ведь видели официальное заключение начальника тайной полиции его императорского величества! Обстоятельства, при которых скончались ваши многоуважаемые родители, названы несчастным случаем. Исследования, проведенные служащими лекарского отдела тайной полиции, не привели ни к каким результатам. Специалисты не выявили ни следов темной магии, ни признаков отравления. В день своей нелепой смерти граф и графиня отобедали на приеме у маркиза Ангорского, после чего навестили вдовствующую герцогиню Остарскую, где пробыли до самого вечера. По возвращении домой её светлость отдала некоторые распоряжения слугам и удалилась в свои апартаменты. Выглядела она также, как и всегда. По словам слуг, госпожа графиня была в добром здравии и приподнятом настроении. Что же касается его светлости, то вечером его никто не видел. Думаю, что граф Орландский, как всегда погрузился в чтение его любимых сборников по истории Орионии, экономике, лекарскому искусству и светлой магии. Жаль, что тем вечером вы, миледи, страдали мигренью и рано удалились в опочивальню. Если бы вы провели вечер со своими родителями, то не испытывали бы сейчас сомнений по поводу того, что их смерть не была вызвана чьими-то преднамеренными действиями. Вечером граф и графиня не изъявляли желания отведать вин и каких-либо закусок. Посторонних людей в тот день в замке не наблюдалось, да и кто бы стал творить зло в отношении таких наидобрейших и справедливейших особ, как граф и графиня Орландские?

– Получается, что мои несчастные родители в тот роковой вечер чувствовали себя так же, как и всегда, то есть хорошо. Так от чего же они умерли? Какие именно обстоятельства признаны несчастным случаем?

– Граф и графиня Орландские провели вне своего замка большую часть дня. На приеме у маркиза Ангорского в числе прочих блюд гостям подавались приготовленные специальным образом устрицы карбо, а в имении герцогини Остарской ваши отец и матушка отведали желе из морепродуктов. Возможно граф и графиня Орландские страдали скрытой аллергией на морепродукты, вот недуг и не проявлялся до тех пор, пока их светлости не употребили их в слишком большом количестве. Поскольку кроме графа и графини от съеденного в тот день никто не пострадал, лекари тайной канцелярии сделали вывод об отсутствии признаков отравления.

– Странная получается история. Если честно, то я ничего не понимаю. Скорость развития аллергической реакции в среднем составляет 20—30 минут. Аллергическая реакция немедленного типа развивается через 15—20 минут после контакта организма со специфическим аллергеном. Анафилактический шок развивается очень быстро, но его, насколько я могу судить, не было. Аллергическая реакция замедленного типа появляется через 24—48 часов после контакта с аллергеном. Так, когда же и где в организм моих родителей мог попасть аллерген? Как именно он себя проявил?

Увидев вытянувшееся лицо лекаря, Жанна постаралась сменить тему. «Вы, господин Параценис, изволили упомянуть темную магию. Кто, чисто теоретически конечно, мог ею воспользоваться? Фиксировались ли такие случае ранее и располагает ли начальник тайной канцелярии реестром темных магов?» – с невозмутимым выражением лица поинтересовалась Жанна – Жанетта.

С трудом подобрав чуть было не отвалившуюся нижнюю челюсть, господин Параценис сделал испуганные глаза и перешел на шепот. «Откуда вам известно о существовании реестра темных магов, миледи? – прошелестел лекарь, – Это – государственная тайна, о которой мне поведал знакомый… Об этом нельзя ни говорить, ни даже думать, моя прекрасная госпожа Жанетта.

– О существовании упомянутого мной документа мне ничего не было известно, во всяком случае до сегодняшнего дня. Это просто предположение. Просто я пытаюсь рассуждать логически. Думаю, что смерть моих родителей не была простым несчастным случаем. Более того, эта же участь ожидает и меня. Вчера вечером со мной произошло нечто такое, что подтвердило мои подозрения. Ну так что насчет сводок о происшествиях, повлекших смерть или наступление иных тяжких последствий по неустановленным причинам? Если вы, господин Параценис, сможете добыть интересующие меня сведения хотя бы за последние три года, то я буду вам очень признательна.

– Мне понятен ход ваших мыслей, миледи. Однако я даже предположить не мог, насколько хорошо вы знакомы с лекарским делом. Впрочем, вряд ли стоит этому удивляться, ведь в библиотеке вашего покойного батюшки очень много книг по данной теме. Я постараюсь исполнить вашу просьбу, графиня. Но для чего вам это нужно?

– Выявление закономерностей позволят мне определить ход следствия.

– Ход чего? Вы собираетесь заняться сыскным делом, моя госпожа? Вы – женщина, притом занимающая высокое положение в обществе! Это же просто немыслимо!

– Лично я не вижу необходимости без какой-либо надобности распространяться о своем маленьком и в сущности безобидном хобби. Думаю, что и вы не страдаете излишней болтливостью, господин Параценис.

– Можете во всем на меня положиться, ваша светлость! Сегодня вы приятно удивили меня настолько сильно, что я готов стать вашим помощником.

– И чем же я вас так удивила, милейший?

– На днях вам, моя прекрасная госпожа, исполнилось двадцать лет, но вы до сих пор не сосватаны. И это с вашей то красотой! Причина такой странности заключается в том, что вы редко выходите в свет. Я даже знаю, по какой причине.

– И по какой же причине, я по-вашему мнению так редко выхожу в свет?

– Да потому что вам сложно общаться с мало знакомыми людьми, а в присутствии лиц противоположного пола вы и вовсе теряетесь. Во всяком случае так было до недавнего времени. И что я же я вижу теперь?

– И что же вы видите, мой верный помощник и партнер?

– Помощник и партнер? А прежняя госпожа Жанетта даже слов таких никогда не слышала! Вы очень изменились, миледи, но это только к лучшему. Вижу, насколько сильно повлияло на вас пережитое горе!

– Вы правы, господин Параценис. На этом свете я осталась совсем одна, и мне не на кого рассчитывать. Теперь мне придется самой о себе заботиться, а это ко многому обязывает. Не так ли, верный помощник первой в империи леди – детектива?

Жанна Владимировна пребывала в состоянии глубоких раздумий. Если в мыслях Пилюлькина и зародились какие-нибудь подозрения относительно причин столь резкого изменения личности его госпожи, то выказанное ему доверие, да еще и в такой неожиданной форме… Доверие первой в империи леди-детектива ослабит бдительность любого жителя этого затерявшегося в средневековье мира. Но могла ли Жанна Владимировна полностью довериться человеку, который обладал определенными познаниями в области ядов и имел беспрепятственный доступ в покои графа и графини Орланских?

«Господин Параценис производит вполне благоприятное впечатление. Но что, если он просто умело притворяется порядочным человеком, преданным владельцам этого замка? К тому же он не очень хорошо разбирается в медицине. Возможно этот пижонистый субъект с прекрасными карими глазами вообще не имеет отношения к лекарскому делу. Не чувствуется в нем внутреннего стержня и способности к самопожертвованию. Нет, этот человек не доктор. Однако за неимением какого-либо выбора мне придется привлечь этого господина к участию в реализации моего плана. Во всяком случае, у меня появится возможность получше присмотреться к этому типу», – сделала вывод криминалист Крылова.

Раздумывая о не состыковках в образе господина Парацениса, Жанна не переставала жечь его своим настороженным взглядом. Однако здешнего Пилюлькина это нисколько не смущало. Это подтолкнуло Жанну к мысли о том, что убийца родителей Жанетты мог действовать не в своем интересе, а по поручению какого-то высокопоставленного лица. Сочетание внешнего лоска, железной выдержки и подобострастной манеры держаться делало господина Парацениса похожим на агента некой спецслужбы. «А не является ли наш Пилюлькин служащим тайной канцелярии его императорского величества?» – мелькнуло в голове сотрудницы полиции, – А еще мой мажордом Коланар, который почти круглосуточно находится в непосредственной близости от дверей моих покоев, да и меня самой. Что, если его задача состоит вовсе не в том, чтобы охранять бедняжку Жанетту? Что, если этот подозрительный субъект откровенно шпионит за своей госпожой? Как бы там ни было, начальнику тайной канцелярии господину Бланшеру известно о каждом моем шаге, и такое положение дел требует срочных корректив!»

Оценив ситуацию, которая в любую минуту могла обернуться настоящей трагедией, Жанна решилась на отчаянный шаг. «Дорогой мой помощник Параценис, я вынуждена обратиться к вам с просьбой, которая может показаться вам несколько странной. Однако это вынужденная мера. Прошу не задавать мне вопросов, на которые я не смогу вам ответить, во всяком случае сейчас!» – решительно заявила юная графиня Жанетта Лилиана Орландская. Лекарь открыл было рот для того, чтобы задать какой-то вопрос, но молодая хозяйка замка одарила его таким холодным взглядом, что бедняга быстро отказался от своей опасной затеи. Прижав правую руку к левому плечу, он согнулся в глубоком поклоне. «Я готов выполнить любую вашу просьбу, моя прекрасная госпожа!» – немного неуверенно сообщил он.

– Сегодня я планирую выезд на прогулку. Для этого мне понадобится обычный, то есть неприметный экипаж и одежда, в которой меня все приняли бы за простую горожанку. Вот только не нужно делать удивленное лицо, сыщик Параценис! Я некоторое время желаю провести за пределами этого замка. При этом никто не должен знать о том, где я нахожусь. Вы должны убедить всех в том, что я отбыла в самое дальнее имение для того, чтобы подлечить расшатанные нервы. У меня ведь имеется такое имение?

– Эээ… Я слышал о том, что ваша матушка любила отдыхать в поместье «Тибон». Оно находится на северо-востоке Орионии, среди удивительных вечнозеленых лесов, дарованных его императорскому величеству императору Феликсу Сигизмунду II белым магом Болимаром. Позже, по непонятной для меня причине, император передал это имение графу Орландскому – вашему отцу, миледи. Вы вольны поступать как вам заблагорассудится, моя прекрасная госпожа, но выезжать за пределы замка без охраны… Что на это скажет господин Бланшер? Впрочем, о вашей затее он узнает до того, как вы покинете замок, великолепная леди Жанетта. Ваш верный слуга Коланар обязан оберегать ваш покой и днем, и ночью. Он вынужден докладывать начальнику канцелярии о каждом вашем шаге.

– Мой слуга за мной шпионит? На каком основании Бланшер распоряжается в моем замке? С сегодняшнего дня я сама буду заниматься вопросами своей безопасности!

– Миледи! Еще вчера вы были жеманной инфантильной барышней, а сегодня… У меня такое чувство, будто я вижу перед собой совсем другого человека! Видимо вы и правда повзрослели, моя наимудрейшая госпожа! Однако я все же хотел уточнить один вопрос.

– Слушаю вас, уважаемый господин Параценис. Однако в ваших глазах я вижу беспокойство. Не стоит тревожиться, мой друг и помощник. О вашем участии в моем расследовании не узнает ни одна живая душа.

– О, миледи! Я действительно опасаюсь гнева господина Бланшера, но в данный момент меня беспокоит ваше желание незамедлительно покинуть замок, где вы находитесь в относительной безопасности.

– Вот видите, Параценис! Вы прекрасно понимаете то, что моя безопасность является относительной. Мой враг коварен и крайне опасен, а у меня нет ни одной более или менее приличной версии. Кто по вашему мнению, может желать мне зла? Судя по тому, что по замыслу неустановленного злодея, я должна покинуть этот мир вслед за родителями, камнем преткновения является наследство. Я должна найти ответ на вопрос о том, кому это выгодно.

Глава 5. Подготовительный этап

Лекарь Параценис оказался на удивление сообразительным и предусмотрительным человеком. Он убедил Жанну в том, что она должна соответствовать образу испуганной барышни, которая боится даже собственной тени, а потому покидает родовой замок Орланд лишь в самых крайних случаях. «Во избежание неприятных сюрпризов, вам следует оставаться такой, какой вы были до сегодняшнего дня, во всяком случае до дня отъезда из вашего замка, миледи, – посоветовал Параценис, – Я сам присмотрю для вас подходящий особняк, моя госпожа. Думаю, что вам следует поселиться в каком-нибудь малозаселенном районе городских окраин. Этот вопрос вполне решаем. Гораздо сложнее будет найти вам хорошую прислугу. Вы ведь не сможете взять с собой замковых слуг. Впрочем, горничные Дарина и Паулина производят впечатление вполне порядочных и совсем не глупых особ. Присмотритесь к ним, госпожа Жанетта».

Жанна Владимировна с большой благодарностью приняла помощь лекаря, который вызвался оказать ей помощь в поисках тайного убежища. Параценис сумел получить доверие молодой хозяйки замка, чего нельзя было сказать о других обитателях графского замка. После некоторых раздумий Жанна – Жанетта решила, что постоянная прислуга ей не нужна. В прошлой жизни, то есть до момента попадания в тело юной графини, она всё делала для себя сама. Уборка, стирка, готовка и прочие домашние дела были для Жанны Владимировны обычным делом. Хотя… В те счастливые времена криминалист Крылова жила в обычной двухкомнатной квартире, пусть даже и с огромной лоджией, теперь же её статус кардинально изменился. «Боюсь, что заботливый лекарь госпожи Жанетты подберет мне такой особняк, содержание которого окажется не таким уж и простым делом. Вряд ли у меня найдется достаточно времени на то, чтобы следить за чистотой и готовить еду. От моей расторопности зависит то, смогу ли я вычислить убийцу до того, как он нанесет очередной удар. Возможно мне придется воспользоваться услугами приходящей домработницы, но об этом я подумаю позже», – пришла к выводу Жанна.

Тем же утром исполнительный лекарь покинул стены замка. Согласно заранее подготовленной легенде Параценис взял выходной для того, чтобы навестить своего давнего приятеля, который проживал в графстве Орланде. В то время, когда помощник новоявленной сыщицы подыскивал подходящий особняк, сама она занималась изучением научных журналов, хозяйственных книг и текущей документации. Оказалось, что тело юной Жанетты не утратило навыков, полученных в течение жизни. Она умела читать, писать, и вообще была прекрасно образована. Получив острый ум, интуицию и жизненный опыт Жанны Владимировны, молодая графиня Орландская могла добиться очень многого. Вот только в литературе, изученной умудренной опытом женщиной не нашлось ничего такого, что могло бы приблизить её к разгадке сложной головоломки. Единственный человек, которому могла быть выгодна смерть леди Жанетты, находился где-то на северной окраине Орионии.

Младший брат покойного графа Орландского контролировал оборонительные системы на самых отдаленных рубежах государства, и никто не имел сведений о том, жив ли он или погиб в борьбе с неприятелем, вооруженным черной магией. Из книг, хранящихся в огромной графской библиотеке, Жанна узнала о том, что оргомная и цветущая Ориония вот уже шесть лет подвергается нападениям со стороны северного соседа. Некогда мирные жители Варпионии ни с того, ни с сего распрощались с мирной жизнью и взялись за оружие. Их целью стало завоевание южного соседа. При этом ни в одной из книг, попавших в руки Жанны Владимировны, не содержалось информации о том, что именно стало причиной такого странного поведения. Все контакты, включая политику и торговлю, были утрачены в один миг, а северные рубежи Орионии превратились в сплошную линию обороны. Кроме того, Жанне удалось выяснить, что избранные представители правящих элит Орионии обладают светлой магией. Темные маги, когда-то давно проживающие на территории Орионии, были изгнаны и забыты. Вопрос о том, как именно сложилась судьба несчастных изгоев, в исследованных Жанной фолиантах так же не освещался. С этим рассудительная попаданка решила разобраться позже. Первым делом ей предстояло установить, где в настоящее время находился дядя леди Жанетты. «Единственным человеком, которому может быть выгодна моя смерть, является Ральфар Орландский, но отзывы об отважном дядюшке совсем не соответствуют образу жестокого убийцы. Я должна познакомиться с ним поближе. А почему бы молодой графине не озаботиться судьбой единственного родственника? Я сегодня же займусь этим вопросом», – твердо решила Жанна Владимировна.

В Орионии не существовало средств связи, привычных нашим современникам. Эту функцию выполняли таинственные артефакты и магические устройства. В первый же день своего пребывания в Орионии, наша сыщица обнаружила что-то вроде склада камней. Жанетта заботливо хранила их в шкатулке из материала, напоминающем слоновую кость, но с какой целью? Ответ на этот вопрос Жанна нашла уже на следующий день. Увидев то, как лекарь Параценис наговаривал текст на камень, который достал из кармана своего нарядного камзола, мудрая женщина догадалась о назначении этого предмета. «Ну надо же! – удивилась криминалист Крылова, – Оказывается я стала обладательницей десятком новомодных приёмопередаточных средств связи! Вот только понять принцип работы этих своеобразных телефонов мне придется экспериментальным путем. Жаль, что я не успела заметить, каким образом обитатели этого мира включают и выключают свои аппараты. Как найти нечто, вроде кнопок на совершенно гладкой поверхности?»

Это была та еще задачка, но Жанне повезло. Пытаясь быть в курсе деятельности мажордома, она старалась не выпускать Коланара из поля своего зрения. Для этого леди – детектив старалась как можно менее плотно закрывать двери и прислушиваться к тому, что за ними происходит. Криминалист предположила, что слуга, принявший на себя обязанности личного охранника своей госпожи, должен был время от времени «перезваниваться» со своим вербовщиком.

Предположение Жанны оказалось верным. Большую часть времени Коланар бесцельно бродил вблизи покоев молодой графини, но иногда у него возникала необходимость немного отдохнуть. В этом ему помогало удобное кресло, установленное справа от двери, ведущей в апартаменты леди Жанетты. В минуты отдыха уже немолодой мужчина доставал свой камень связи и начинал что-то бубнить. Жанна Владимировна не могла разобрать отдельных слов, но общий смысл «докладов» ей был понятен. Более внимательное наблюдение за действиями мажордома помогло сотруднице полиции разобраться в устройстве местной телефонной связи. Она заметила, что перед тем, как начать «доклад», Коланар встряхивал свой немного вытянутый в длину камень. После этого он произносил текст, адресованный другому абоненту. По завершении разговора, Коланар снова встряхивал свой аппарат связи и убирал его обратно, то есть в карман безрукавки, украшенной затейливым орнаментом.

Внимательное наблюдение позволило Жанне Владимировне улучить момент для того, чтобы юркнуть за штору, отгораживающую диван, стоящий в нише коридора. Кресло добровольного охранника госпожи Жанетты стояло как раз рядом с этим мягким роскошеством. То, что удалось услышать криминалисту Крыловой, повергло её в неописуемый ужас. «Вы уже решили судьбу графского лекаря, мой господин? – вкрадчиво произнес мажордом, – С недавних пор он слишком много времени стал проводить за разговорами с её светлостью».

По понятной причине Жанна не могла расслышать ответ лица, у которого мажордом выпрашивал неприятности для Парацениса, однако по ответной реакции Коланара она поняла, что сообщение Коланара его встревожило. «Будет сделано, мой господин! – с готовностью воскликнул слуга, – Однако я подозреваю, что наш лекарь начал о чем-то догадываться. Да и её светлость вдруг очень сильно изменилась. Боюсь, что она изгонит меня из замка. У меня больная жена и пятеро детей. Где я найду денег на пропитание и достойную жизнь?» Далее последовал ответ господина, который по всей видимости пообещал Коланару материальную поддержку, если тот будет в ней нуждаться. «Я должна установить личность господина, который толкает мажордома на очередное преступление. Что эти двое задумали против меня и преданных мне людей? Кажется, в опасности нахожусь не только я. Мой план остается в силе, но легенда требует существенной корректировки. В отдаленное поместье Тибон госпожа графиня поедет не одна. Её будет сопровождать лекарь Параценис. Поскольку миледи отбывает в целях восстановления утраченного душевного спокойствия, рядом с ней должно находиться лицо, обладающее познаниями в области медицины», – сделала вывод Жанна Владимировна.

С каждой минутой ситуация становилась всё более опасной и непредсказуемой, но, как говорится, не бывает худа без добра. Жанна ощущала себя так, будто с её плеч свалился непомерный груз, ведь с этой минуты она перестала сомневаться в порядочности лекаря. Теперь криминалист Крылова могла довериться своему помощнику Параценису без опасений за свою жизнь. А вот с предателем мажордомом нужно было что-то делать, причем немедленно. Перед Жанной Владимировной встала дилемма, заключающаяся в выборе возможного развития событий. Первый из них предполагал заключение соглашения о сотрудничестве с коварным слугой. Для этого леди-детективу следовало выяснить все обстоятельства совершенного Коланаром предательства и переманить его на свою сторону. Второй вариант развития сложившейся ситуации казался Жанне наименее предпочтительным, поскольку женщиной она была доброй и деликатной. Для того, чтобы выгнать слугу из замка, высоко рожденной госпоже не требовалось никаких аргументов. Однако Жанну смущало семейное положение мажордома. Впрочем, насчет больной жены и куче детишек недобропорядочный и омерзительно скользкий Коланар мог и соврать. Таким образом, опытной сотруднице правоохранительных органов предстояло найти ответы на множество вопросов, причем до дня отъезда из родного графства Жанетты.

Новоиспеченный помощник Жанны – Жанетты не подвел свою госпожу. Он оказался настоящим сыщиком, на которого можно положиться в любых ситуациях. Одного дня лекарю Параценису хватило не только на то, чтобы снять неприметный особняк, но и на закупку необходимых для жизни вещей: кухонной утвари, спальных принадлежностей, книг, самых свежих журналов и приятных женских мелочей. Но на этом перечень заслуг проворного лекаря не заканчивался. Недалеко от замка, за поворотом, скрытым березовой рощей, леди Жанетту ожидал не слишком дорогой, но и не очень дешевый экипаж, запряженный парой отличных лошадок. Параценис даже успел договориться с кучером о том, чтобы тот с самого утра отправился на городскую ярмарку для покупки новых лошадей. Граф Орландский планировал лично заняться этим делом, но не смог этого сделать по независящим от него обстоятельствам. «Её светлость леди Жанетта решила исполнить желание отца, – сообщил Параценис кучеру, который искренне переживал кончину своих господ, – Госпожа Жанетта не очень хорошо разбирается в лошадях, но желает изучить все тонкости этого дела. Молодая графиня сильно переживает смерть родителей. Думаю, что желание научиться всему тому, в чем разбирались её родители, связано именно с душевными страданиями её светлости», – пояснил Параценис сердобольному кучеру. Под этим благовидным предлогом Жанна – Жанетта в сопровождении кого-то из слуг могла спокойно выехать за пределы своего замка. Оставалось лишь решить вопрос с предателем Коланаром, причем так, чтобы это осталось незамеченным ни таинственным организатором преступлений против хозяев замка Орланда, ни его вездесущими слугами.

Жанна понимала, что решение этого вопроса она должна взять на себя. Во-первых, встреча лекаря и молодой графини итак слишком затянулась, а это могло повлечь очень неприятные последствия. А во-вторых, несколько щепетильный Параценис мог не согласиться с методами решительной сотрудницы полиции, а она намеревалась действовать самым что ни на есть решительным образом. «Если мне потребуется связать предателя, то я это сделаю; если придется прибегнуть к хитрости или угрозам, я пойду и на это», – решила для себя Жанна Владимировна. Она была доброй женщиной с нежной и ранимой душой, однако вопрос касался жизни и смерти, причем не только молодой графини Орландской, но и преданных ей лекаря и других слуг. В том, что таковые имелись, криминалист Крылова нисколько не сомневалась, однако на сбор необходимой информации ей нужно было время.

После того, как лекарь Параценис покинул господские покои, Жанна принялась обдумывать предстоящий марш бросок. Ей предстояло покинуть графский замок, захватив с собой лишь необходимый минимум вещей. О том, что леди Жанетта отбыла в отдаленное поместье, обитатели замка должны были узнать лишь тогда, когда её экипаж окажется за пределами графства. Согласно заготовленной легенде молодая графиня Орландская пожелала посетить ярмарку лошадей, и в этом не было ничего удивительного. Однако мажордом Коланар мог испортить детально продуманный план Жанны. «Предатель не позволит мне беспрепятственной покинуть замок, – полагала прозорливая сотрудница полиции, – О моем отъезде он непременно уведомит своего патрона господина Бланшера, а тот под предлогом опасности, грозящей леди Жанетте, найдет способ вернуть её в замок. Я должна обезвредить вездесущего Коланара, но как это сделать?»

Жанетта Лилиана Орландская

Глава 6. Предательство

Мажордом Коланар сидел в удобном, обитом бархатом кресле и мечтал о большом просторном доме. Вот уже неделю графский слуга числился агентом одного из самых влиятельных ведомств Орионии. Поначалу Коланар не соглашался на участие в сомнительных делишках господина Бланшера. Мажордом замка Орланда был уже немолодым мужчиной, а потому очень дорожил своим местом. Однако начальник тайной канцелярии сумел убедить слугу в том, что ему почти ничего не придется делать. «Всё, что от тебя потребуется, будет касаться лишь охраны высокопоставленного семейства, – заверил мажордома Бланшер, – Думаю, что ты слышал о том, что в лесах графства были замечены признаки черной маги. Во избежание неприятных сюрпризов наш император распорядился усилить контроль за всем, что происходит на опасных территориях. Адепты черной магии опасны и изворотливы. Черные колдуны понимают, что на открытой местности императорские войска под руководством тайной канцелярии очень быстро их обезвредят. Для того, чтобы не оказаться в поле зрения сил правопорядка негодяи скорее всего попытаются затеряться среди добропорядочных жителей графства. Что, если кому-то из колдунов удастся просочиться в замок? В таком случае в опасности окажутся все его обитатели. Так почему бы тебе не взять на себя труд присматривать за его светлостью графом Орландским и его семейством? От тебя потребуются лишь аккуратность и осторожность, ибо его светлости не должны знать о том, что ты за ними шпио…, то есть присматриваешь. Связь будешь держать лично со мной. Будешь докладывать мне обо всём, что происходит в замке. Я должен знать о каждом шаге графа и графини».

– Я весьма польщен вашим доверием, господин Бланшер. Однако ваше поручение представляется мне чрезвычайно опасным. Что, если кто-то из господ заподозрит меня в измене? К тому же присматривать сразу за тремя важными персонами мне будет сложновато.

– О какой измене ты говоришь, Коланар? Ты будешь охранять своих хозяев, не делая ничего предосудительного. Всё свое внимание ты обратишь прежде всего на графа Орландского и его супругу. За дочуркой будешь присматривать по возможности. Я наслышан о том, что леди Жанетта немного не от мира сего. Не то, чтобы она слыла глуповатой, но общение с кем-либо из посторонних лиц дается барышне с большим трудом. По этой причине она практически ни с кем не общается и редко покидает замок.

– Вы правы, ваше превосходительство. Однако граф Орландский очень умен и наблюдателен. Если он заподозрит меня в… эээ… излишнем внимании к нему и его семейству, то расправится со мной без каких-либо разбирательств.

– А ты постарайся сделать так, чтобы хозяин не заподозрил тебя ни в чем этаком. Веди себя спокойно, как обычно. Не думай о том, что тебя раскроют. Просто веди себя естественно, а за услугу, оказанную тайной канцелярии, ты будешь вознагражден, причем очень достойно. Возьми этот магический камень. Будешь связываться со мной только по данному каналу связи. Он защищен он прослушки и прочих способов утечки информации.

– Звучит очень убедительно, ваше превосходительство. Однако мне всё равно очень тревожно. Негоже мне – мажордому делать что-либо за спиной господ. Если я соглашусь на вас работать, то мне придется подсматривать и подслушивать, а это очень нехорошо!

– Разве ты не хочешь стать богатым? Тебе не нужен дом в престижном районе столицы графства? Я слышал, что у тебя дочь на выданье. Разве ты не желаешь счастья для родного дитя? А твоя стареющая супруга? Бедняжка целыми днями трудиться в огороде, не ведая отдыха.

Начальник тайной канцелярии умел убеждать. Коланар очень любил свое большое семейство и не мог упустить возможности быстро разбогатеть. Опустив глаза в пол, он прошептал: «Я согласен, ваше превосходительство. Что от меня требуется?» Бланшер удовлетворенно осклабился и похлопал Коланара по плечу. «Ничего особо опасного тебе делать не придется, – заверил начальник тайной канцелярии, – Завтра граф и графиня будут заняты приемами. Тебе же надлежит выбрать момент для того, чтобы мой помощник Аэрвиль смог осмотреть покои высокопоставленных особ. Мы должны убедиться в том, что им ничто не угрожает. Черные маги могут быть очень изобретательными и жестокими».

– Наш граф и его супруга – очень добрые и щедрые господа. На них никто никогда не жаловался. Не понимаю, для чего кому-то может понадобиться вредить таким хорошим людям. Но надо так надо. В конце концов вам виднее, господин Бланшер. Я выполню все ваши указания.

На следующий день граф Орландский и его супруга покинули свой замок для того, чтобы навестить представителей светского общества Орионии. За время их отсутствия мажордом Коланар незаметно провел в замок, а затем и в графские покои помощника начальника тайной канцелярии. Немного наивный слуга не имел ни малейшего представления о том, что делал там ловкий и юркий господин Аэрвиль. Истинная цель помощника начальника тайной канцелярии стала ясна вечером, после того, как граф и графиня вернулись в свой замок. Мажордом заметил, что с хозяевами что-то не так. Физическая слабость, головокружение и онемение конечностей могли явиться последствием принятого зелья. Когда-то очень давно, ещё до принятия закона против черной магии, бабка Коланара тайно промышляла приготовлением приворотного зелья, остуды и разного вида порчи. Этот темный дар она унаследовала от своей матери – чернокнижницы и с удовольствием им пользовалась. В состав бабкиного варева входили ягоды болотной травы матисы. Коланар помнил этот ядовитый запах. Именно его предатель слуга почувствовал в хозяйских покоях. «Откуда исходит этот омерзительный запах? – обеспокоился Коланар, – Отвар из ягод матисы, особенно в концентрированном виде, способен убить даже быка! Неужели помощник господина Бланшера осмелился воспользоваться смертоносным ядом? Откуда исходит запах матисы? Не может быть! Мерзавец Аэрвиль подсыпал его в графин с водой?! Большая часть его содержимого была выпита кем-то из высокопоставленного семейства. Утро завтрашнего дня принесет нам большое горе. Но неужели безжалостный отравитель исполнял приказ начальника тайной канцелярии? Нет, нет. Этого просто не может быть! О своих подозрениях я незамедлительно должен сообщить господину Бланшеру!»

Трусоватый мажордом очень надеялся на то, что господа выживут, особенно если о них позаботится третье лицо в государстве. Дрожащими руками Коланар достал из кармана камзола камень связи и слегка надавил на него большим и указательным пальцами. В тот же миг на «каменном яйце» появились два углубления. Они представляли собой что-то вроде принимающего и передающего устройств. «Ваше превосходительство! – прошелестел мажордом срывающимся голосом, – Прошу вас немедленно прибыть в замок Орланд! Боюсь, что нам понадобится участие императорских лекарей. Беда! Кто-то отравил графа, а возможно и не только его! Если мы не добудем противоядие, кто-то из высокопоставленного семейства не доживет до утра!»

Реакция начальника тайной канцелярии не на шутку напугала предателя слугу. «Прекратите истерить, агент Коланар! Всё идет по плану. Благодарю вас за отличную работу! Вы зачислены в штат моего ведомства!» – отстраненным тоном сообщил абонент.

– О каком плане вы говорите, ваше превосходительство?! Я никому не желал и не желаю смерти! А его светлость граф Орландский – добрейшей души человек. За всю свою жизнь он никому не причинил никакого вреда! За что вы его…

– Замолчи, несчастный! Как смеешь ты обвинять меня и моего подчиненного в преступлении, которое карается смертной казнью? В своей работе тайная канцелярия использует лишь законные методы. Мы боремся с черным злом, которое оставили после себя изгнанные из империи ведьмы и колдуны. Нам известно о том, чем промышляла твоя бабка. Она была потомственной чернокнижницей. Что, если её страшный колдовской дар передался и тебе? Почему ты не покинул Орионию вместе со своими темными предками? Одно мое слово, и император прикажет сжечь на костре и тебя, и твое семейство! Я знаю о том, как сильно ты любишь свою дочурку, гораздо сильнее, чем владельцев замка Орланд!

– Прошу вас не гневаться, ваше превосходительство! Всё произошедшее я сохраню в тайне. Простите мне мою дерзость.

– То-то же, агент Коланар! Завтра утром я ожидаю от вас нового доклада!

Ночью насмерть перепуганный Коланар не смог сомкнуть глаз. От своей дальнейшей жизни он не ждал ничего хорошего, однако продолжал надеяться на чудо. «Главное, чтобы выжил граф. Смерть одной лишь графини не вызовет опасных для меня подозрений. А вот, если погибнет всё графское семейство… Боюсь, что господин Бланшер и впрямь отправит меня на костер. Только бы он не тронул мою деточку!» – беспрестанно скулил мажордом. Его опасения относительно скоропостижной кончины графа Орланда подтвердились. Вместе с супругом погибла и графиня. «Хорошо, что хоть господская дочка осталась жива! – успокаивал себя Коланар, – Пока молодая графиня не нашла себе мужа, который всенепременнейше установит в замке свою власть, я смогу подыскать себе новую работу. Надеюсь на то, что его превосходительство достойно оплатит мои труды. А если он убедит его величество императора пожаловать мне титул…».

Коланар рассчитывал на благодарность нового патрона, но тот почему-то не очень обрадовался. «Не повезло, – задумчиво протянул Бланшер, – Видимо леди Жанетта предпочла провести вечер в своих покоях. Это странно. Обычно эта барышня проводит вечера в обществе родителей. Видимо прошедший вечер стал исключением из общего правила. Это плохо. Теперь вся надежда на вас, наш дорогой друг Коланар! Вы должны сделать так, чтобы молодая графиня как можно скорее воссоединилась со своими родителями. Ваши услуги будут очень хорошо оплачены». «Что вы имеете ввиду, господин Бланшер? – испуганно проблеял мажордом, – Боюсь, что я неправильно вас понял. Вы ведь не желаете смерти леди Жанетте?»

– Вы всё правильно поняли, Коланар. Агент тайной канцелярии не должен быть сентиментальным. Сегодня торговец Реневан привезет в замок Орланд не только овощи и рыбу. Вы должны незаметно принять от него сверток с порошком. Его то вы и подсыплете в пищу или питье леди Жанетты.

– Вы хотите, чтобы я отравил свою собственную хозяйку?

– Отставить нытье, мой верный помощник! Теперь вашим единственным хозяином, агент Коланар, являюсь я. Запомните это раз и навсегда!

Предатель слуга был настолько подавлен произошедшим, что не смог дать отпор вероломному и чрезвычайно жестокому чиновнику. Однако тот был настолько убедителен в своей жестокости, что сбитый с толку мажордом решил подчиниться судьбе. Он выполнил указания своего патрона. Вот только пробраться на кухню он не сумел. Подсыпать зелье в графин с водой ему тоже не удалось по причине того, что леди Жанетта ни разу не вышла из своей комнаты. Зная нелюдимый характер хозяйки замка, мажордом всерьез озаботился возникшей проблемой. Однако ему повезло. Миледи вышла в смежную комнату для того, чтобы дать указания горничной. Она отсутствовала всего пару минут, но этого времени Коланару хватило на то, чтобы подскочить к столу. На нем мажордом заприметил бокал с недопитым виноградным вином и блюдо с фруктами. За неимением выбора, предатель бросил щепотку сероватого порошка в бокал с вином. «Такая доза убьет бедняжку тут же, на месте. Она не доживет до утра!» – не сомневался предатель – мажордом. Однако его надеждам не суждено было исполниться.

В ожидании скорой кончины леди Жанетты, Коланар утроился на ночь в чулане, расположенном недалеко от господских покоев. Услышав резкий звук упавшего на пол бокала, слуга решил, что «дело сделано». Однако он не желал лицезреть мертвое тело госпожи в одиночку. В глубине очерствевшей души шевелилось что-то похожее на совесть, и мажордом позвал горничных Дарину и Паулину. Ворвавшись в покои леди Жанетты, предатель словно бы остолбенел. Жанетта Лилиана Орландская почему-то выжила. Более того, она словно бы стала другим человеком. «И куда подевалась наша забитая, вечно чем-то напуганная барышня? – удивился Коланар, – Темное зелье не принесло её светлости никакого вреда. Напротив, страшный яд пробудил в ней силу, которая непременно проявит себя в будущем. Об этом следует доложить начальнику тайной канцелярии».

Доклад агента Коланара удивил и одновременно разозлил коварного чиновника. «Не спускать глаз с молодой графини Орландской! – распорядился Бланшер, – Что-то здесь не так. Могу ли я доверять вам, господин Коланар? Я сегодня же распоряжусь о том, чтобы у ворот замка круглосуточно несли службу агенты его императорского величества. Однако кто-то должен присматривать за госпожой в стенах замка. Эта обязанность будет возложена на вас, Коланар, причем вполне официально. Отныне вы сможете всегда быть подле леди Жанетты, не опасаясь быть неправильно понятым. О каждом её шаге вы будете докладывать лично мне!»

«Его превосходительство назвал меня господином? – растаял мажордом, – Чем быстрее я выполню задание господина Бланшера, тем скорее получу вознаграждение и уеду подальше от этих мест. Что мне эта никчемная графинечка? Жаль её, конечно. Миледи очень хорошенькая, да и зла от неё никакого. Сидит безвылазно в своих покоях и никого не беспокоит. Тишь да благодать. О такой хозяйке слуги могут только мечтать. Нам, обитателям замка Орланда, очень повезло, но что делать? Я должен позаботиться о своей единственной дочери». Так решил предатель слуга и принялся шпионить за Жанеттой Лилианой Орландской.

Глава 7. Разоблачение

В то время, когда лекарь Параценис подыскивал неприметный, но достойный леди особняк, его будущая владелица занималась поиском и изучением книг, журналов и прочих письменных источников, содержащих интересующую её информацию. Упорство и труд очень быстро привели к желаемым результатам. Из книг и справочников, хранящихся в графской библиотеке, Жанна Владимировна узнала о том, как устроен мир, в котором она оказалась волею судьбы. Возможно познавательная деятельность криминалиста Крыловой оказалась бы менее успешной, если бы её душа попала в тело менее образованной или вовсе безграмотной особы. Однако Жанетта Лилиана Орландская умела не только читать, писать и прекрасно излагать свои мысли, но и логически мыслить. При этом молодая графиня, то есть её красивое тело было вполне физически развитым. При необходимости знатная дама Жанетта могла на одном дыхании взлететь на третий этаж замка, высота которого вполне соответствовала шестому этажу обычного для нас многоквартирного дома. Со временем Жанна научилась пользоваться кладовыми памяти её нового тела. Обладая вполне себе приличным багажом знаний, криминалист Крылова сумела составить картину реальности, в которой оказалась после собственной смерти.

Нельзя сказать, чтобы Жанна Владимировна вспомнила все детали последних минут жизни в привычном для неё мире. Однако сотрудница полиции умела логически мыслить, анализировать и делать выводы. «Я помню, как подошла к краю котлована, приготовленного под застройку нового корпуса ООО „Животноводческая ферма“. Рядом со мной не было никого, кроме Татьяны. Я знаю её очень давно. Мы были не только коллегами, но и подругами; ходили друг к другу в гости, делились не только служебными, но и личными проблемами. Я заподозрила Татьяну в хищении важных вещественных доказательств, хранящихся в криминалистической лаборатории. Однако на тот момент прямых улик против неё у меня не было. Экспертизу нити, обнаруженной на месте преступления, я намеревалась провести по возвращении с адреса. О своих намерениях я опрометчиво сообщила Тане, а она отличный следователь с богатым опытом работы. Следователь Смотрицкая никогда не была замечена в связях с криминалом, поэтому я так до конца и не поверила в то, что она могла так низко пасть. Эта ошибка стоила мне жизни. Видимо кто-то столкнул меня в свежевырытый котлован, но могла ли это сделать Татьяна?» – пыталась понять Жанна Владимировна. Вот только времени на раздумья о прошлой жизни у неё не было. Глядя на быстро увеличивающиеся стопы книг, журналов и расходных документов графа Орландского, Жанна старалась убедить себя в том, что жить нужно настоящим. С прошлым она намеревалась разобраться после победы над врагом, имя которого всплыло в одном из писем отца леди Жанетты.

Это письмо было адресовано не кому – ни будь, а его императорскому величеству Орионии Феликсу Сигизмунду III. Граф Орландский сообщал самодержцу о некоем заговоре, готовящимся одним из высокопоставленных генералов империи. Жанна несколько раз прочла наиболее непонятную ей фразу: «Ваше императорское Величество! Меньше всего мне хотелось бы огорчить вас известием о том, что ваши опасения подтвердились. В прошлую нашу встречу вы передали мне на хранение магический артефакт, созданный белым магом Болимаром. Более года таинственное устройство Болимара сохраняло свой первозданный вид, не проявляя никаких волшебных свойств. Сегодня же оно изменило свой цвет. Матовый блеск внезапно исчез, поверхность артефакта сделалась прозрачной как стекло. Это очень недобрый знак, но причину таких изменений можете узнать только вы, Ваше Императорское Величество, ибо магический источник Болимара доступен лишь вам».

По мнению отца леди Жанетты, на империю в лице Феликса Сигизмунда II надвигалось темное зло, источник которого мог открыть лишь владелец таинственного артефакта. Создатель волшебного устройства к этому времени умер, а потому не мог ответить на возникшие у Жанны вопросы. Но почему граф Орландский так и не отправил письмо адресату? Приглядевшись к ровным строкам с затейливыми знаками, напоминающими китайские иероглифы, криминалист Крылова заметила маленькую, почти незаметную кляксу. «Вот в чем дело! – воскликнула она, – Обнаруженное мной письмо – лишь черновой вариант. Видимо отец Жанетты его переписал из-за досадной кляксы. Но получил ли адресат послание графа Орландского?»

Ввиду острого недостатка времени Жанна Владимировна не могла изучить все письменные источники за один заход, однако проделанная за день работа помогла ей понять устройство мира, основанного на магии. Светлые источники не только разрешались, но и всемерно поддерживались государством, темные же были официально запрещены. Однако время от времени они всё же проявлялись. Жанна не нашла упоминаний о казнях колдунов, но куда в таком случае они пропадали из Орионии? А еще нашего криминалиста очень заинтересовал вопрос о загадочном артефакте, созданном белым магом Болимаром. Она вспомнила слова лекаря о том, что матушка леди Жанетты любила отдыхать в поместье «Тибон». Оно находится на северо-востоке Орионии, среди удивительных вечнозеленых лесов. В строительстве особняка, представляющего собой смешение самых роскошных архитектурных стилей Орионии, принимал активное участие даже белый маг Болимар. Изначально роскошное поместье предназначалось для отдыха императора. Однако позже, после таинственной смерти старца, его императорское величество Орионии Феликс Сигизмунд II передал этот кусочек рая в собственность графа Орландского. На вопрос о том, чем именно было вызвано такое решение первого лица империи, ответа не было. Хорошо развитая интуиция помогла Жанне сделать вывод о явной взаимосвязи удивительного поместья и артефакта, созданного белым магом Болимаром. Но как обнаружить эту взаимосвязь?

Глубокие размышления привели сотрудницу полиции к мысли о том, что первым делом ей следует разыскать магический артефакт. «Я должна найти то, не знаю, что, – вздыхала криминалист Крылова, – Как выглядит творение мага Болимара? Мог ли его видеть кто-то, кроме светлого волшебника, императора и графа Орландского?» Вопросов становилось всё больше и больше, но Жанну радовало то, что враг графского семейства либо не знал о существовании магического артефакта, либо просто не смог его отыскать. Но чем неустановленному убийце могла помешать леди Жанетта? Из каких соображений он решил отравить совершенно безвредную девушку? На некоторые из возникших вопросов Жанне Владимировне мог ответить мажордом Коланар. Но могла ли она рассчитывать на то, что слуга – предатель добровольно расскажет обо всём, что ему известно?

За долгие годы работы в органах внутренних дел криминалист Жанна Владимировна Крылова по факту успела стать и оперативником, и следователем, и психологом. Богатый опыт и интуиция помогли ей принять решение относительно метода воздействия на темную личность, коей являлся мажордом Коланар. Взяв курс на полное соответствие тихому и кроткому образу леди Жанетты, сотрудница полиции все же разрешила себе сделать исключение из ею же установленных норм поведения. Это произошло в тот момент, когда алчный мажордом беседовал с начальником тайной канцелярии Бланшером посредством камня связи. Скрываясь за шторой, прикрывающей уютную нишу, Жанна Владимировна боролась с искушением придушить мерзавца прямо здесь и сейчас. Для этого ей было достаточно одного шага в сторону кресла, в котором развалился предатель Коланар. «Не стоит спешить. Возможно из разговора мажордома с его патроном мне удастся узнать что-то очень важное. Да и стоит ли убивать этого слизняка? Возможно, он мне еще пригодится. Для того, чтобы разговорить этого предателя, достаточно лишь применить к нему пару силовых приемов», – решила для себя криминалист Крылова.

Жанна была очень хорошо знакома с основами борцовских единоборств: самбо, дзюдо, вольной и греко-римской борьбой. Именно этими знаниями и умениями криминалист Крылова собиралась воспользоваться в общении с предателем, по вине которого погибли родители леди Жанетты, да и она сама… наверно. В данную же минуту наша сыщица вынуждена была занять выжидательную позицию. Однако разговор Коланара с начальником тайной полиции не пролил свет на вопросы, которые требовали первоочередного разрешения. Зато пришло время действовать.

Незаметно покинув свой импровизированный наблюдательный пост, Жанна одним прыжком достигла кресла, в котором развалился предатель слуга. В её планы не входило убийство мажордома. Сотрудница полиции планировала лишь обездвижить противника с помощью захвата и эффективного болевого приема. Не ожидающий нападения мажордом в одну секунду оказался на холодном мраморном полу. Его мерзкую холеную физиономию исказила страдальческая гримаса, выражающая боль, испуг и полнейшее недоумение. Коланар тупо таращился на леди Жанетту и не верил своим глазам. Госпожа графиня вела себя так, словно в неё вселился бес. Тихая бессловесная мышка превратилась в воина, который не знал пощады. Жанетта Лилиана Орландская действовала со знанием дела. Освободив от мощного захвата шею и предплечье презренного слуги, госпожа графиня уселась в его любимое кресло. Ноги, обутые в мужские сапоги типа ботфортов, она поставила на грудь поверженного противника. «Сейчас ты расскажешь мне обо всём, что знаешь. Тебе известно о планах начальника тайной канцелярии? Почему он решил отправить к праотцам всё графское семейство? Какое задание ты получил в отношении леди Жанетты, то есть меня? Отвечай, мерзавец, или я порублю тебя на куски саблей моего деда!» – грозно рявкнула Жанна Жанетта. Всё еще недоумевающий Коланар так испугался, что не мог выговорить ни слова. Беззвучно открывая и закрывая рот, он походил на рыбу, выброшенную на берег. Мажордом привык к тому, что молодая графиня постоянно сидит в своих покоях, стараясь не общаться ни с кем, кроме своих горничных. Но теперь тихая мышка превратилась в дикую кошку, и мажордом не мог поверить в реальность столь разительной перемены.

«Ты что-то хочешь мне сказать, несчастный предатель?» – прошипела леди Жанетта. Со стороны лестницы послышались чьи-то шаги, и высокородная дама поспешила укрыться в своих покоях, утянув за собой обалдевшего от ужаса пленника. В какой-то момент совершенно растерянный мажордом попытался вывернуться и уползти в одну из свободных комнат, но Жанна Жанетта не позволила ему освободиться. Её необыкновенно сильные пальцы моментально сомкнулись на шее Коланара. «Не убивайте меня, миледи, – просипел злодей, выпучив глаза, – И не нужно совершать надо мной темных обрядов. Я всё вам расскажу».

– Почему ты вдруг заговорил о темных обрядах, несчастный? Ты считаешь меня черной колдуньей? Что за бредовая мысль пришла в твою тупую башку?

– Башка – это голова, миледи? Прошу прощения, ваша светлость. Однако вы сами на себя не похожи.

– Никакая я не колдунья, подлый ты предатель! Можешь считать меня рукой судьбы, решившей призвать тебя к ответу.

Открыв дверь своих покоев, высокородная дама наградила неверного слугу ощутимым пинком в зад. Получив ускорение, Коланар неуклюже влетел в господскую залу, снося по пути всё, что загораживало ему путь. В итоге прилично потрепанный мажордом растянулся на мягком декоративном ковре, нелепо подвернув ногу. Первая попытка встать с пола самостоятельно, оказалась неудачной. С жалобным стоном негодяй снова опустился на господский ковер. Он не знал, как избежать допроса со стороны графини, которая явно не собиралась отступать от намеченного плана. Придвинув к пленнику один из обитых бархатом стульев, хрупкая барышня подхватила его под мышки и рывком подняла с пола. Оказавшись на стуле, мажордом закатил глаза и глухо простонал: «Вы нашли темный источник, миледи?»

– Какой еще источник? Ты явно не в себе, Коланар. Ну да ничего, я тебя вылечу.

– Только не прибегайте к темной магии, миледи! Она способна поглотить человека в один миг! Лучше прикажите позвать лекаря.

– Боюсь, что Параценис еще не вернулся в замок. Сегодня он взял отгул. А выходные дни для вас, то есть графских слуг, предусмотрены?

Коланар не нашелся, что ответить. Он никогда не слышал ни об отгулах, ни о выходных днях. После честно отработанных двух недель господа освобождали преданных им людей от работы, предоставляя возможность побыть со своими семьями, навестить родственников или провести время в других не менее важных заботах. Однако значения слов, произнесенных молодой графиней, мажордом не знал. В комнате повисла гнетущая тишина, которая продолжалась ровно до того момента, как леди Жанетта принялась за лечение несчастного. За долгие годы службы в полиции Жанна Владимировна научилась очень многому. «Закрытый вывих голеностопного сустава, – сухо констатировала его светлость графиня Орландская, – Будем вправлять сустав!»

– Вправлять? Как вы собираетесь это делать? Вы ведь леди! Позвольте мне посидеть на этом стуле до возвращения лекаря, миледи.

– Боюсь, что сегодня Параценис вернется поздно. У него возникло какое-то очень важное дело, не терпящее отлагательств. Разве ты, мерзкий слизняк, не видишь, как сильно отекла твоя лодыжка? И почему ты думаешь, что леди не в состоянии оказать человеку первую медицинскую помощь?

– Медицинскую? Неужели я был прав в своих предположениях о том, что вы, ваша светлость ведь…, что вы подверглись воздействию со стороны темных магов.

– Забудьте вы наконец о темной магии, Коланар. Колдовству я не обучена ни черному, ни белому. Я смогу вас поставить на ноги благодаря собственным знаниям и умениям.

Слова Жанетты Лилианы Орландской повергли мажордома в состояние, близкое к шоковому. Казалось, что, открыв рот, он забыл его закрыть. Коланар, привыкший предвосхищать желания хозяев, никак не мог подстроиться под возникшую ситуацию. Воспользовавшись замешательством пациента, Жанна Жанетта лихо провела вправление вывихнутого сустава. Жалобно вскрикнув, несчастный мажордом лишился чувств.

Когда сознание вернулось в бренное тело предателя, он обнаружил себя лежащим на соломенном матрасе. «Где я?» – прошептал Коланар, бешено вращая глазами. Он догадался, что находится в одном из подсобных помещений замка, но в каком именно? Судя по паутине, нависшей в углах маленькой сырой комнатенки, сюда очень давно не ступали ноги прислуги. Это помещение явно было частью подвала. Об этом свидетельствовали цветочные горшки и прочая садовая утварь, разложенная и расставленная возле стен подсобки. С трудом сглотнув образовавшийся в горле комок, несчастный попытался приподняться на локтях. Однако его левая рука оказалась привязанной к ножке громоздкой деревянной лавки, на которой восседала Жанетта Лилиана Орландская. «Что с моей ногой? Я умру? Что вы со мной сделали, миледи?» – хрипло пробормотал мажордом, глядя на тканевую повязку, выполняющую роль фиксатора поврежденной конечности.

– Я вправила тебе вывихнутый сустав и произвела обездвижение поврежденной ноги. Теперь тебе нужен покой. Еду и питье тебе будет приносить кто-нибудь из слуг. Я еще не решила, кто именно будет за тобой ухаживать.

– У меня онемела больная нога. Холодно. Так действует яд, изготовленный из ягод болотной травы матисы.

– Откуда ты знаешь о том, как действуют яды? Видимо ты неплохо в них разбираешься.

– Я не хочу умирать. Дайте мне противоядие.

– Противоядие? Ты знаешь, как его изготовить?

– Знаю, и оно у меня есть. Принесите его. Маленькая металлическая коробка хранится в моей каморке под матрасом.

– Вначале ты ответишь на мои вопросы, предатель. И даже не пытайся меня обмануть! Если будешь вести себя хорошо, то так и быть, не дам тебе умереть. Для того, чтобы нейтрализовать яд, мне даже не придется никуда идти.

Жанна Владимировна намеренно вводила слугу в состояние паники. «Еще немного и этот трус перестанет себя контролировать. Он расскажет мне всё, что знает!» – ликовала сотрудница полиции. Её расчет оказался верным. Глядя на запуганного и совершенно сбитого с толка мажордома, она с трудом сдерживала смех. Он смотрел на леди Жанетту, выпучив почти безумные глаза, и хватал ртом затхлый воздух подсобки садовника. «Успокойся, Коланар, – примирительным тоном произнесла графиня, – Если ты поможешь мне, то я помогу тебе. Если ты встанешь на путь добродетели, то будешь жить долго и счастливо».

Леди Жанетта была очень убедительна в своих доводах, однако предатель слуга не спешил каяться. Видимо он прекрасно осознавал свою вину в гибели графа и графини Орландских. Мажордом безумно боялся праведного гнева леди Жанетты, но еще больше он опасался мести со стороны начальника тайной канцелярии. Однако постепенно Коланар начал осознавать, что его пребывание в этой комнатушке является тайной для всех обитателей замка, во всяком случае пока. Трусоватый мажордом не мог допустить, чтобы о его пленении узнали слуги, большинство из которых страдало катастрофической болтливостью. Для того, чтобы выжить, он должен был покинуть замок Орланд и убраться подальше из этого графства. «Но ведь леди Жанетта ни за что не допустит того, чтобы я оказался на свободе! Она считает меня единственным виновником трагедии, которая произошла с графом и графиней. Вряд ли я смогу убедить её в том, что господин Бланшер обманом втянул меня в свои недостойные делишки!» – опасался Коланар.

В какой-то момент его взгляд случайно скользнул по лицу графини, которая выглядела довольно странно. Глядя в сторону слуги, она словно бы смотрела сквозь него. В этот момент Жанне Жанетте было не до предателя Коланара. Она пыталась разобраться в своих неожиданно открывшихся возможностях, которые на деле могли оказаться обычными слуховыми галлюцинациями. «Немедленно повтори то, о чем только что думал! – потребовала она от мажордома, – И не нужно таращить на меня глаза, потому что я и сама ничего не понимаю!»

Последняя фраза Жанны Жанетты окончательно лишила мажордома способности мыслить. Слуга больше не мог противостоять даме, которую считал темной колдуньей. Он в точности исполнил требование госпожи, озвучив свои печальные мысли. «Я никому не желал зла, особенно вашим наидобрейшим родителям, миледи, – добавил Коланар к уже сказанному, – Если вы не позволите мне уйти, господин Бланшер сожжет меня на костре!»

– Не сожжет. Мерзавец Бланшер не узнает о нашем сотрудничестве.

Глава 8. Открывшиеся способности

В то время, когда сбитый с толку мажордом размышлял о возможной мести со стороны начальника тайной канцелярии, Жанна Владимировна словно бы услышала его голос. Однако слуга молчал, рот его был закрыт, и ничто не свидетельствовало о его стремлении к переговорам. «Что со мной происходит? – изумилась сотрудница полиции, – В моей голове звучит голос предателя слуги. Негодяй трясется за свою шкуру, хочет поскорее покинуть замок и затеряться где-нибудь подальше от владений леди Жанетты. То, что происходит в моей голове, очень напоминает слуховые галлюцинации, но что, если молодая графиня обладала даром, который открылся только теперь? Для того, чтобы это понять, мне необходимо разговорить мажордома. Он должен поведать мне свои мысли. Вот только на увещевания подраненного злодея у меня совсем нет времени. Буду действовать по обстоятельствам. В конце концов я и так уже спалилась по полной. Образ тихой скромницы Жанетты растаял в тот момент, когда её светлость воспользовалась знаниями основ борцовских единоборств».

Жанна Владимировна не очень рассчитывала на то, что слуга согласиться открыть ей свои мысли. Он бы этого и не сделал, если бы чуть меньше боялся мести черной колдуньи. Коланар был уверен в том, что Жанетта Лилиана Орландская его отравила. «Кажется ведьма Жанетта не собирается прекратить действие яда. Если доза смертельного снадобья была достаточно велика, то я умру в течение трех часов, если же нет, то смогу дожить до утра. Хорошо, что яд, приготовленный из ягод болотной травы матисы, убивает постепенно и почти безболезненно. По всей видимости избежать смерти мне в любом случае не удастся. А раз так, то лучше уж безболезненно умереть от действия яда, чем от колдовства ведьмы Жанетты. Не стоит злить пособницу тьмы», – рассудил Коланар. Он выполнил требование молодой графини, а та в свою очередь…

Спасать до смерти перепуганного слугу было не от чего, ибо его нижняя правая конечность онемели вовсе не от приближения верной смерти. Обездвижив поврежденную ногу Коланара, а точнее голеностопный сустав, Жанна Владимировна приложила к нему холод. В средние века не было холодильников, скоропортящиеся продукты хранились в так называемом леднике. Именно там криминалист Крылова добыла довольно внушительный кусок льда, который привязала к ноге несчастного страдальца. С течением времени лед начал подтаивать, пропитывая влагой не только наложенную Жанной повязку, но и штанину мажордома. Однако до смерти перепуганный слуга этого не заметил.

Для того, чтобы покинуть место заточения здоровым и почти невредимым, мажордому не понадобилось ни противоядие, ни колдовской обряд. Жанна быстро избавила слугу от привязанного к его ноге холода, после чего отвязала его от ножки тяжелой деревянной лавки. «Я всегда выполняю свои обещания. Ты спасен и волен следовать, куда тебе заблагорассудится. Но уверен ли ты в том, что начальник тайной канцелярии не отомстит тебе за сорванную операцию? Думаю, что тебе лучше побыть здесь до завтрашнего дня», – выразила свое мнение Жанна Владимировна.

– Только до завтрашнего дня? А что будет со мной потом?

– На этот вопрос я не могу тебе ответить, Коланар, ибо очень многое будет зависеть от твоего поведения. Если мы выработаем общий план и будем друг другу помогать, то сможем обезвредить нашего сильного и коварного врага.

В общем то неглупый мажордом вновь вытаращил глаза. На его лице отразились глубокомысленные размышления относительно дальнейших планов её светлости. Леди Жанетта не выразила намерений наказать слугу, по вине которого погибли её родители, и это очень радовало Коланара. Однако он не смог понять фразу графини насчет завтрашнего дня. «Так вы позволите мне остаться в этой комнате до завтрашнего дня, миледи?» – осторожно поинтересовался мажордом. «Конечно, оставайся. Разве я не ясно выразилась?» – удивилась леди Жанетта.

– И вы не запрете меня здесь, как опасного преступника? И даже не привяжете к лавке?

– Необходимость в мерах предосторожности отпали сами собой. Ты провалил задание господина Бланшера, и этот промах обойдется тебе очень дорого. Ты сможешь выжить только в том случае, если будешь сотрудничать со мной.

Согласившись с доводами Жанны Жанетты, мажордом слегка кивнул и с интересом воззрился на свою госпожу. «Эта дама рассуждает как мужчина, да и то не каждый. Ей бы служить при дворе и участвовать в решении вопросов государственной важности, а не сидеть целыми днями в своих покоях. Кажется, эта леди знает, что делает. И зачем я повелся на льстивые речи и уговоры начальника тайной канцелярии его величества?» – подумал Коланар. В какой-то момент мажордому показалось, что леди Жанетта поняла, о чем он думает. К такой почти абсурдной мысли его подтолкнул лукавый огонек, появившийся в огромных серо-голубых глазах прекрасной дамы. «Да, нет. Не может этого быть, ведь я убедился в том, что миледи не имеет отношения к темной магии. Всё то, чем молодая госпожа успела меня удивить за этот день, связано с её острым умом, образованностью и силой, причем не только физической», – сделал вывод слуга. И тут Жанна Владимировна улыбнулась. В её, то есть взгляде леди Жанетты, появилось понимание того, что Коланар больше не станет доносить на неё начальнику тайной канцелярии.

Открыв в себе способность к телепатии, криминалист Крылова получила возможность контролировать не только поступки, но и мысли Коланара. Это обстоятельство избавило Жанну Жанетту от необходимости изоляции проштрафившегося слуги. Более того, у нее появился подручный, которому в будущем можно будет давать некоторые не очень сложные поручения. А еще сотрудница полиции поняла, что вставшего на путь исправления слугу ей следует оберегать от всех возможных неприятностей. В случае необходимости мажордом леди Жанетты мог стать свидетелем против начальника тайной канцелярии.

Когда хозяйка замка Орланда распрощалась с Коланаром, на Орионию опустились сумерки. Жанна Владимировна с нетерпением ожидала визита лекаря Парацениса, который полагал, что выполнить поручение госпожи он успеет до вечера. Однако поиски особняка, соответствующего требованиям леди Жанетты, могли затянуться на более длительный срок. Удобно устроившись в мягком кресле с резной подставкой для ног, Жанна Владимировна погрузилась в глубокие раздумья. За время, проведенное в этом непонятном средневековом мире, она успела осмотреть все помещения, в которых граф Орландский мог спрятать таинственный артефакт. Однако ничего похожего на творение белого мага Болимара, ей так и не попалось. Дело осложнялось тем, что наша современница не знала о том, как выглядит этот самый артефакт. Её воображение создавало то хрустальный шар, которым пользуются гадалки, то устройство для приема и передачи информации. По мнению Жанны, оно могло представлять собой небольшую пирамиду или женское украшение. «Кто-то должен знать ответ на вопрос об артефакте Болимара, – полагала сотрудница полиции, – Было бы неплохо влиться в здешнее светское общество, объехать с визитами лиц, которым доверял отец Жанетты. Если бы только я могла остаться в замке… Однако оставаться здесь очень опасно, ибо начальник тайной канцелярии может найти другого слугу, готового исполнить любой его приказ. Мой внезапно открывшийся дар может помочь мне избежать смерти, но по большому счету он не сможет меня обезопасить на все сто процентов».

Анализируя события прошедшего дня, Жанна Владимировна терялась в догадках. Она не понимала, с какой стороны взяться за образовавшуюся головоломку. Помимо вопросов, связанных с магическим артефактом, криминалист Крылова озаботилась внезапно обнаруженным даром. Оказалось, что она умеет читать мысли других людей. Мир, в котором она оказалась, был основан на магии, однако жители Орионии не использовали колдовство в повседневной жизни. Но означало ли это то, что они не обладали сверхъестественными способностями? Знал ли кто-нибудь из графского семейства о телепатических способностях юной леди? В целом картина выглядела следующим образом.

По всей видимости граф Орландский был лицом, приближенным к его императорскому величеству. Феликс Сигизмунд II доверял отцу Жанетты настолько, что доверил ему свой уникальный артефакт. В какой-то момент Жанна Владимировна даже задумалась о встрече с императором. Однако у неё не было прямых доказательств виновности Бланшера в гибели графа и графини Орландских, вернее пока не было.

Размышления леди Жанетты были прерваны стуком в дверь её покоев. «Это я, Параценис, ваша светлость, – бодрым голосом сообщил лекарь, – Прошу меня принять, ибо у меня есть, чем вас порадовать». «Входите, господин лекарь! – воскликнула Жанна Владимировна, вскочив со своего кресла так, будто её ужалила оса, – Я вас уже заждалась». Лекарь вошел, точнее влетел в покои леди Жанетты с таким видом, будто выиграл в лотерею. «Вижу, что вам удалось подыскать для меня подходящий особняк, господин Параценис, – улыбнулась графиня, – Я сгораю от нетерпения, рассказывайте скорее!»

Довольный собой лекарь хитро прищурился и согнулся в поклоне. В Орионии были приняты глубокие поклоны, во время которых мужчины припадали к ручкам, беседующим с ними дам. Параценис следовал этому правилу с явным удовольствием. На его щеках неожиданно заиграл румянец, подтолкнувший Жанну к мысли о том, что лекарь неравнодушен к своей работодательнице. Да и как можно было не влюбиться в такую красоту? Красивое лицо с безупречными чертами и светлые волнистые локоны, ниспадающие на белоснежные, слегка покатые плечи, не могли оставить равнодушными ни одного мужчину. А если принять во внимание осиную талию и чуть прикрытые кружевом округлости груди… «Кажется наш Парацельс совсем пропал, – сделала вывод Жанна Владимировна, – Это плохо. В данном случае личные отношения могут навредить делу. Надо бы направить мысли доктора в другое русло».

Лекарь её светлости графини Орландской оказался очень сообразительным и предприимчивым человеком. За один день ему удалось снять неприметный особняк в тихом районе на окраине столицы графства и приобрести много полезных вещей: начиная с экипажа и пары резвых лошадок, и заканчивая необходимыми в быту артефактами. «Я сумел добыть для вас, моя госпожа, последнюю модель камня связи, кристалл для нагрева воды и рений-пластину для хранения информации», – похвастался лекарь. На лице Жанны Владимировны не дернулся ни один мускул, но внешнее спокойствие далось ей нелегко.

«О существовании камней связи я уже знаю и даже научилась с ними управляться. Кристалл для нагревания воды наверно не является чем-то очень сложным, но что представляет собой рений-пластина для хранения информации? О свойствах металла, названным рением, я тоже неплохо осведомлена. Нужно срочно выяснить, как работает пластина для хранения информации! И не было ли таких рений-пластин у графа Орландского и белого мага Болимара? У начальника тайной канцелярии наверняка найдется несколько таких накопителей информации!» – лихорадочно соображала сотрудница полиции. Доклад лекаря помог Жанне окончательно утвердиться в мысли о том, что её новый мир принадлежал какой-то другой, альтернативной реальности. Это открытие заставило сердце женщины содрогнуться. Однако она смогла взять себя в руки и продолжить разговор с Параценисом.

По понятной причине Жанна Жанетта не могла расспросить лекаря о принципах работы рений-пластин. Образованная графиня Орландская наверняка сталкивалась с такими устройствами и знает по меньшей мере то, как они выглядят. Однако времени на поиски того, не знаю, чего, у криминалиста Крыловой не было. По этой причине она решилась на очень рискованный шаг. «А не знаете ли вы, уважаемый господин Параценис, сколько рений-пластин было у моего отца? Я осмотрела его покои, но не обнаружила ничего из того, что могло бы пролить свет на события последних дней. Я только теперь поняла, что мои дражайшие родители посвящали меня далеко не во все семейные дела. Возможно в этом замке у них имелось что-то вроде тайника. Вам об этом что-нибудь известно, господин Параценис?» – выдала криминалист Крылова практически на одном дыхании. Сотрудница полиции очень боялась выдать себя, оказавшуюся в теле молодой графини, однако риск в данном случае казался ей вполне оправданной мерой. В ожидании неприятных вопросов, а возможно и чего-нибудь похуже этого, Жанна Жанетта невольно зажмурилась. Однако её опасения оказались напрасными.

«Ммм… А ведь у покойного графа Орландского и впрямь был оборудован тайник, – донеслось до сознания попаданки, – Перед тем, как заняться изучением важных документов, его светлость обязательно заходил в покои графини. В том, что граф и графиня любили проводить время за беседами, нет ничего удивительного. Но почему они обсуждали наиболее важные темы именно в будуаре? Что, если именно там и был оборудован этот самый тайник?» Однако вслух господин Параценис произнес совсем другую фразу: «Боюсь, что по этому поводу у меня не имеется никакой информации. У покойных графа и графини не было врагов, во всяком случае явных. У них не было причин для того, чтобы задумываться о тайниках». Видимо в этот момент на лице леди Жанетты отразилось удивление, а возможно и разочарование тем, как в данной ситуации повел себя собеседник. А ведь графиня Орландская начала было ему доверять!

Приняв глубокомысленный вид, Параценис извлек вполне разумную фразу, касающуюся драгоценностей покойной графини. «А ведь ваш вопрос насчет тайника не лишен здравого смысла, – вкрадчиво произнес лекарь, – Ваша матушка очень любила драгоценности; меняла их едва ли не каждый день. Вы, ваша светлость, только что изволили сказать, что осмотрели покои родителей. А много ли драгоценностей вы обнаружили в ящиках комода и секретера?»

– А ведь вы правы, господин Парценис. В своих покоях матушка хранила не так много драгоценностей… Их должно быть гораздо больше. Получается, что тайник действительно существует, и находится он в будуаре матушки.

– Да… Вы полагаете, что кроме драгоценностей, в тайнике его светлости может найтись нечто такое, что поможет вам понять…

Лекарь прервал свою фразу на середине, машинально прикрыв рот белоснежным батистовым платочком. Выражение лица Парацениса свидетельствовало о том, что он вполне допускает мысль о насильственной смерти графа и графини Орландских. «Так значит вы, мой верный помощник, полагаете, что участь моих родителей может ожидать любого правдоискателя?» – прямо спросила Жанна Владимировна. Вопрос леди Жанетты застал лекаря врасплох. Он явно не ожидал вопросов в лоб, зато неприятные последствия излишней любознательности были вполне ожидаемы. Всё тем же батистовым платком, Перенапрягшийся лекарь промокнул внезапно вспотевший лоб. При этом он непроизвольно скосил глаза в сторону входной двери. «Не беспокойтесь, господин Параценис, наш слишком деятельный мажордом решил отдохнуть», – спокойным тоном сообщила госпожа графиня. В этот момент в её сознание вновь проникли мысли собеседника. При этом сама леди Жанетта каким-то образом блокировала свои мысли, не позволяя собеседнику забраться к ней в голову.

Непонятно, по какой причине, но вроде бы не глупый эскулап истолковал слова графини по-своему. Он решил, что хозяйка замка приказала умертвить несчастного слугу. «Видимо в этом мире господа могут безнаказанно расправляться со своими слугами. Но как наш Пилюлькин мог заподозрить меня в совершении такого чудовищного злодеяния? Да и прежняя леди Жанетта вряд ли была на это способна. И почему меня занесло именно в этот жестокий мир?» – пыталась понять Жанна Владимировна. По вполне понятной причине она не могла задать Параценису вопросы, которые могли показаться ему странными. Все считали леди Жанетту мало общительной затворницей, но никто не считал её необразованной или неадекватной. Вот и получалось, что Жанне Крыловой предстояло самостоятельно разбираться во всех тонкостях здешнего уклада жизни и магических тонкостях мира, в котором она оказалась волею судьбы. В этом ей могло помочь содержимое графского тайника. Дело оставалось за малым: еще раз, более внимательно обыскать будуар покойной графини.

Глава 9. Тайник графа Орландского

По завершении разговора с собственным лекарем, Жанна направилась в комнату, именуемую будуаром. В повторном осмотре ящиков стола, прикроватной тумбы и секретера необходимости не было. А вот исследовать стены путем их простукивания чем-то вроде молоточка следовало как можно скорее. В личных покоях хозяев замка толстые мраморные стены замка были сплошь обиты если не диковинными коврами, то просто гобеленами ручной работы. Однако часто используемый тайник должен был располагаться таким образом, чтобы им легко было пользоваться. При этом это нехитрое приспособление не должно было бросаться в глаза слугам или к примеру, родственникам хозяев замка.

Окинув стены будуара внимательным к мелочам взглядом, Жанна Владимировна заметила, что один из ковров словно бы состоит из нескольких геометрических фигур, отлично сочетающихся между собой в плане цветового решения. Однако одна из фигур живописного орнамента прилегала к стене не так плотно, как остальные части ковра. «Эээ…, да этот ковер с секретом! Одна из его частей держится на тонких металлических стержнях, закрепленных на стене простым устройством типа шпингалета!» – воскликнула сотрудница полиции. Она осторожно отделила от стены часть ковра, на котором был изображен прошитый золотыми нитями куб, и осмотрела стену за ним. Предположение Жанны Владимировны оказалось верным. Сдвинув в сторону сравнительно небольшую часть мраморной плиты, она обнаружила то, что искала. «Вот он – тайник! – обрадовалась сотрудница полиции, – На верхней полке я вижу драгоценности покойной графини, но они мне мало интересны. Куда большую ценность составляют бумаги, текст которых выполнен его светлостью собственноручно. Возможно в моих руках оказались очень важные документы. Так что предстоящую ночь мне спать не придется».

Осторожно вынув из тайника стопку документов, Жанна увидела то, что лежало ближе к задней стенке тайника, который по своей форме очень напоминал внутреннюю часть сейфа. Повертев в руках металлическую платину непонятного назначения, криминалист Крылова не обнаружила на ней никаких неровностей или просто шероховатостей. Тогда она решила получше рассмотреть её на свету. Для этого она поднесла пластину к канделябру с шестью восковыми свечами. На абсолютно гладкой поверхности предположительно рений-пластины Жанна Владимировна увидела еле заметные серые линии, образующие непонятный витиеватый узор. «Как определить функциональную принадлежность этого устройства? Как заставить работать эту металлическую штуковину?» – нетерпеливо приговаривала сотрудница полиции.

Вдруг с подтаявшей свечи, прямо на поверхность металлической пластины упала увесистая капля воска. В ту же минуту устройство для хранения информации начало тихонько вибрировать, создавая звуки, слоги и слова, которые в конечном итоге складывались в предложения. Вначале Жанне показалось, что рений-пластина воспроизводит хранящуюся в ней запись голоса предположительно графа Орландского, но этот вывод оказался ошибочным. Чуть позже сотрудница полиции поняла, что принцип работы рений-пластины был связан вовсе не с достижениями научно-технического прогресса, а с магией. Самым удивительным Жанне показалось то, что слышать, а точнее, воспринимать содержащееся в ней послание, мог услышать лишь тот, кому оно было адресовано. В одном из справочников, хранящихся в графской библиотеке, криминалист Крылова уже успела прочитать о том, что в Орионии процветает светлая магия. Вот только магическими способностями обладают далеко не все жители этого государства. Считалось, что она подвластна лишь представителям правящих элит, да и то не всем.

«Получается, что я являюсь обладательницей волшебных способностей. Но почему в памяти леди Жанетты я не обнаружила ничего из того, что могло бы пролить свет на этот вопрос? Молодая графиня не знала о том, что ей подвластна магия?» – размышляла Жанна Владимировна. Ей очень хотелось стать обладательницей какого-нибудь удивительного дара. Открыв в себе способности к телепатии, Жанна почувствовала себя гораздо спокойней и увереннее. Но что, если она получила не только этот дар, но и кое-что другое?

Разложив перед собой документы графа Орландского, Жанна Владимировна выбрала тот, на котором стояла печать его императорского величества Орионии Феликса Сигизмунда II. Это был совсем свежий договор, по условиям которого ребенок Жанетты Лилианы Орландской должен был стать частью императорской семьи. Вначале Жанна Владимировна решила, что речь идет о том, что в будущем представитель Императорского дома должен связать свою судьбу с кем-то из уважаемого графского рода. В её мире такое случалось не только в прошлом, в некоторых уголках земного шара происходит и поныне. Однако сватовство затрагивало реально существующих молодых людей, а не тех, которые будут рождены в будущем. К тому же в тексте договора ничего не говорилось об условиях будущего брака. Более того, Жанне ни разу не встретилось ни слово «брак», ни заменяющее его выражение. Так с какого перепугу владельцы графства Орланд должны передать в императорскую семью свое дитя?

«Разве такое может быть? – удивилась сотрудница полиции, – Судя по тому, как отзывались о своих господах обитатели замка Орланд, покойные граф и графиня были вполне себе нормальными людьми, то есть психических отклонений у них не наблюдалось. Еще сложнее представить себе то, как леди Жанетта передает в чужие, пусть даже и императорские руки, свое родное дитя. Странная получается история. Впрочем, мотивы, которыми руководствовались представители двух могущественных семейств, могут обнаружиться при изучении остальных документов, извлеченных мной из тайника графа Орландского».

С тоской в глазах Жанна Владимировна взглянула на лежащую перед ней стопу документов. За окном совсем стемнело, а свет, отбрасываемый свечами, не мог заменить привычное для неё освещение. К тому же нашей сыщице очень хотелось спать. Вот только ночной отдых ею запланирован не был, ведь утром следующего дня она планировала покинуть замок Орланд. Тяжело вздохнув, Жанна Крылова вытянула из пачки бумаг ту, которая была заполнена чьим-то не очень уверенным почерком. В закромах памяти леди Жанетты наша сыщица обнаружила информацию о том, что этот почерк принадлежит никому-ни будь, а самому Болимару! «Белый маг вел переписку с графом Орландским? – воскликнула Жанна, – Вначале Болимар создает магический артефакт, причем предназначался он для его императорского величества Феликса Сигизмунда II. В какой-то момент таинственный артефакт оказывается в руках графа Орландского, но что подвигло императора к такому шагу? Какое отношение ко всей этой истории имеет леди Жанетта? Какая миссия возложена на её будущего ребенка?»

В надежде на то, что письмо белого мага содержит ключ к возникшей головоломке, Жанна Владимировна незамедлительно приступила к его прочтению. Однако текст письма не содержал никаких конкретных данных. «И возникнет пропасть между истиной и ложью, между доблестью и предательством, между светом и тьмой! Страшный человек задумал уничтожить существующее и возвыситься на лжи и предательстве, но не суждено тьме одолеть светом. Новая душа от души тихой девы Жанетты иссушит источник зла и повергнет врагов!» – несколько раз прочла Жанна. Текст письма очень напоминал некое пророчество, напрямую касающееся леди Жанетты. Человек, не посвященный в историю с попаданием души Жанны Владимировны Крыловой в тело невинно убиенной Жанетты Лилианы Орландской, действительно мог истолковать слова белого мага так, как это сделали император Орионии и граф Орландский. Что же касается нашей современницы…

Сообразительная от природы, а к тому же еще и умудренная немалым жизненным опытом Жанна Крылова быстро разобралась с истинным смыслом пророчества. «Какой кошмар! – пробормотала совершенно обалдевшая женщина, – Белый маг Болимар имел ввиду не дочь леди Жанетты, а душу, которая окажется в её теле! Боюсь, что миссия по искоренению лжи, предательства и прочих проявлений зла мне не под силу. И почему могущественный волшебник не разъяснил заинтересованным лицам смысл своего послания? Если бы Болимар был еще жив, то я могла бы обратиться к нему за разъяснениями, но он умер, и задать волнующие меня вопросы, уже некому. Видимо его императорское величество Орионии Феликс Сигизмунд II находится в опасности, а я не имею никакого представления о том, как повлиять на ситуацию. Хороша спасительница!»

Жанна Владимировна планировала провести за изучением документов графа Орландского всю ночь, однако изнеженное тело Жанетты Лилианы не было приспособленным к таким нагрузкам. Глаза девушки закрывались сами собой, а тело стремилось как можно скорее попасть в теплую мягкую постель. Осознавая то, что сопротивляться сну в данном случае невозможно, Жанна Владимировна решила продолжить изучение рукописей после отъезда из замка. Сотрудница полиции рассчитывала на то, что никто из обитателей замка не знает о существовании тайника графа Орландского и уж тем более о том, какие в нем хранились документы. А раз так, то Жанне Владимировне можно было не опасаться того, что кто-то может догадаться о её стремлении к истине.

Бережно сложив в кожаный саквояж документы и кое-что из самых необходимых вещей, сотрудница полиции отправилась в ванную комнату. Удивительно, но в Орионии, уклад жизни которой во многом соответствовал известному нам средневековью, имелся водопровод и удобства, характерные для современной туалетной комнаты. Единственным фактором, мешающим Жанне наслаждаться плодами научно-технической мысли, была чрезмерная активность горничных и личных служанок графини Орландской. Однако нашей героине удалось немного оградить себя от их забот, особенно в ночное время. Наскоро приняв душ, она надела легкую кружевную сорочку и направилась в опочивальню. Леди – детектив полагала, что кроме неё, в покоях Жанетты Лилианы никого не было, но это было не так. Хорошо, что она вовремя заметила изменения в обстановке спальни. Из пространства слабо освещенной комнаты цепкий взгляд криминалиста выхватил какое-то движение. Жанна замерла на месте, стараясь не шевелиться. Сработала её хорошо развитая интуиция. Однако комната была пуста. Сотрудница полиции слышала лишь громкие удары собственного сердца. «Никого. Тишина. Однако я отчетливо слышала подозрительный шорох. Видимо у меня совсем разгулялись нервишки. Стоп. Моя кровать. Движение осуществляется под одеялом. Временами оно будто бы шевелится. Сумасшедший убийца поджидает жертву в её постели?» – пронеслось в голове Жанны Владимировны. Она уже собиралась направится в сторону комода, на котором стояли увесистые статуэтки, как вдруг из-под одеяла показалась змеиная голова. Выскочив из спальни, Жанна поспешно закрыла за собой дверь. Но кто мог поручиться за то, что в покои Жанетты Лилианы Орландской заползла лишь одна гадина? Что, если где-то в укромном месте притаилась другая змея?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.