Садист. Соблазнение юной соседки – 2
Моник Ти

© Моник Ти, 2025

ISBN 978-5-0067-8493-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Садист. Соблазнение юной соседки Том – 2

Глава 52. Подвал

Рита уже поняла, что теперь он её не отпустит просто так. После всего, что она сделала, точно. Она же ясно дала понять, что не станет молчать и не станет соучастницей его преступления. От страха Рита уже сожалела, что не была послушной, что пыталась сбежать и даже порезать его… за последнюю свою выходку ей даже было стыдно. Она понимала, что не смогла бы его ранить. Не хватило бы ей духу.

– Отдохнём! ― сказал Дима. ― Я чертовски устал и хочу просто отдохнуть.

Но Рита знала, что это он о себе говорит. Он будет отдыхать, а её будет мучить. Наказывать за то, что она не слушалась и пыталась доложить…

Неожиданно Дима подошёл к холодильнику и вытащил оттуда две буханки хлеба и двухлитровую бутыль воды.

– Держи, ― сказал Дима, прижав батоны к её груди.

– Зачем это? ― спросила Рита, обнимая батоны своими завязанными на запястьях руками. ― Я не хочу сейчас есть.

И зачем он вытащил два батона? Это тоже был вопрос, на который она ждала ответ.

– О-о-о, захочешь! ― язвительно протянул Дима.

– Только не заставляй есть, ― попросила Рита.

– Не переживай, сама будешь есть! Набросишься на эти батоны, когда проголодаешься.

Он снова схватил её за волосы и потащил за собой.

– А… а… не надо, что ты задумал? ― запищала Рита.

Она до жути испугалась его последних слов. Он же сказал, что она набросится на эти батоны. Рита снова подумала, что он собирается запереть её в подвале вместе с этими батонами. И она не ошиблась. Он повёл её вдоль длинного коридора, который ведёт к последней двери, а оттуда спуск в подвал.

– Нет, пожалуйста, не запирай меня в подвале, ― запищала Рита.

– Отдохнёшь и подумаешь над своим поведением, ― язвительно сказал Дима. ― Вперёд и хватит пищать. Я уже устал от твоих воплей. Хочу отдохнуть хотя бы пару дней.

– Пару дней? ― в ужасе переспросила Рита. ― Ты хочешь запереть меня в подвале на пару дней?

– О-о-о, пару дней это ерунда! Лучше бойся того, что я могу запереть тебя там навсегда.

– Нет, пожалуйста…

В этот момент Дима уже открывал дверь в подвал. Завёл её внутрь и строго приказал:

– Спускайся.

Рита в ответ только хныкала и шевелиться не собиралась.

– Спускайся или тебя кувырком спустить? ― жестоко спросил Дима.

– Эхе… эхе… пожалуйста…

– Или, может быть, и тут тебе нужно помогать, маленькая девочка? ― язвительно спросил Дима, снова схватив её за волосы.

– А… а…― прерывисто закричала Рита. ― Я сама.

– Поздно, я уже помогаю! Так что топай вниз аккуратно и без воплей.

Лестница была высокая и крутая. Поэтому она боялась спускаться со связанными руками, потому что не могла держаться за перила. А то, что он держал её за волосы, Риту не особо успокаивало.

– А… а… ― прерывисто покрикивала Рита, а сама послушно перебирала ножками вниз.

– Что «а»? ― язвительно спросил Дима.

– Мне страшно… ― захныкала Рита.

– Что? Боишься упасть? ― ухмыльнулся Дима и ещё сильнее сжал её волосы. ― Разве не чувствуешь, я держу тебя!

От боли она искривила голову, и в такой позе ей было ещё сложнее шагать. Он бы мог схватить её за плечо и придерживать более надёжно, но во второй его руке была двухлитровая бутыль волы.

– А… а… пожалуйста… ― взмолилась Рита.

– Спускайся и свои батоны не урони.

Он заставил её ровно повернуть голову и потащил вниз. Рита продолжила бояться и кричать, но спустились они благополучно. Она даже батоны не уронила, и ему не пришлось ругаться лишний раз.

Дима сразу же положил бутылку с водой на тумбочку.

– А можно я тоже… ― произнесла Рита и тоже попыталась положить на тумбочку свои батоны, но Дима не позволил.

– Обнимай свои батоны. Крепко обнимай! Теперь они твои!

– Я уже поняла. Я возьму их, когда захочу есть, ― ответила Рита с хмурым личиком. Она даже поняла, что он собирается держать её здесь и кормить исключительно водой и хлебом. При мысли об этом ей хотелось кричать, но пока ещё она сдерживалась. Ещё не знала, что он задумал нечто ужасное… ужаснее, чем просто запереть её здесь.

– Отсюда не возьмёшь, ― ответил Дима. Наконец, он отпустил её волосы, а сам пошёл в другой конец подвала. Там в углу вряд были сложены большие синие бочки. Он взял последнюю и прикатил к ней. Крышка бочки вкручивалась, и он сделал на ней круглое отверстие. Примерно такого размера, через которое может пролезть голова человека… Рита только задумалась об ужасном, как вдруг Дима открыл эту бочку, уложил горизонтально и сказал:

– Залезай!

– Что? ― в ужасе переспросила Рита и смотрела на него круглыми глазами.

– Не слышала что ли? Я сказал, залезай! ― грубо повторил Дима. Он сразу же схватил её за волосы и начал лицом склонять к полу.

– А… а… ну, пожалуйста, что ты задумал? ― в диком испуге спросила Рита. Но Дима не собирался разъяснять итак понятное.

– Посидишь в этой бочке и подумаешь над своим поведением.

– Не надо, нет… я не залезу туда, ― кричала Рита. Она дёргалась и пыталась сопротивляться.

– Ещё как залезешь! ― язвительно сказал Дима. ― И не заставляй бить тебя.

Он присел на корточки и пытался её утихомирить. Одной рукой хватал её за волосы, а вторую руку приложил к спине и придавливал.

– А… а… пожалуйста, ― кричала Рита.

– Залезай, я сказал, ― грубо повторил Дима. Но Рита даже и не думала подчиняться. Она ещё более истерично задёргалась, пыталась уползти от него. Дима не выдержал и ударил её кулаком по попке, а потом грозно сказал:

– Я всё равно затолкаю тебя в эту бочку. Вопрос лишь в том, будет тебе больно или же нет.

– А-а-а… ― громко закричала Рита, чувствуя, как боль распространяется по её правой ноге.

– А теперь залезай, ― повторил Дима. Но даже его грубость и побои не заставили её залезть в эту бочку. Он отпустил её волосы, а потом обеими руками схватил за ножки и сам насильно начал засовывать её в бочку. Рита пыталась сопротивляться, но он был сильнее.

– Если продолжишь дёргаться, врежу ещё раз, ― пригрозил Дима.

– А… нет, не надо, ― повторяла Рита. ― За что?

– О-о-о, ты знаешь за что! ― язвительно протянул Дима. Дальше произошло самое неприятное. Чтобы заставить её залезть в бочку полностью, он положил своим босые ступни на её плечи и начал толкать. Начал прямо ногами заталкивать её в эту бочку.

– А-а-а… ― громко закричала Рита. Она зажмурилась, потому что не могла смотреть на его босые ноги. Они вызывали у неё отвращение. И его лицо в этот момент такое злобное и свирепое… она не хотела его видеть.

– Ползи внутрь, ― приказал Дима. И Рита, наконец, подчинилась. Теперь уже она была готова залезть в эту бочку, лишь бы он больше не прикладывал на её тельце свои грязные ноги. И то, как он её запихивал, было просто ужасно.

Как только она залезла в бочку, он поднял её вертикально.

– А-а-а… что ты делаешь? ― закричала Рита от испуга.

– Ставлю бочку правильно, ― деловито ответил Дима. Потом он быстренько пригнулся и подобрал крышку бочки с пола. Рита в этот момент уже успела чуточку приподняться и высунула голову наружу.

– Ты же не надеялась, что я оставлю тебе шанс выбраться? ― язвительно спросил Дима. В следующее мгновение он положил крышку сверху, и её голова пролезла в отверстие на этой крышке. В его самодельное отверстие, которое он видимо специально сделал, чтобы она смогла высунуть голову.

И только она об этом подумала, по её телу пробежался холодок. Неужели он всё это заранее спланировал? Заранее решил, что запрёт её в своём подвале в этой бочке? Или же всё гораздо хуже. Рита даже думать боялась о том, что он и раньше кого-то здесь держал.

Дима ладошкой похлопал её по темени и сказал:

– Голову спрячь, а то шейке будет больно.

– А… не надо, ― закричала Рита.

– Я уже засунул тебя в бочку, так что не рыпайся, ― сказал Дима.

Дима начал закручивать крышку бочки, и Рита почувствовала, как острые края растирают её шею. Она испугалась и закричала:

– А! Не надо! Я спущусь, я спущусь, не надо!

– Ты же вроде не хотела, – напомнил ей Дима с иронией. Он снова похлопал её по голове, и на этот раз Рита послушно спрятала голову в бочке.

– Вот так, умничка, – сказал он с улыбкой. – Мне нравится, когда мне упрощают работу. Но ты, кажется, ещё не догнала.

– Что ты такое говоришь? – спросила Рита в истерике. Её мысли были заняты только тем, что он собирается с ней делать. Зачем он засунул её в эту бочку? Неужели он собирается держать её здесь всегда?

– Так ты слушай, что я говорю, – сказал Дима. – Я уже много раз говорил: если бы ты была послушной, мне бы не пришлось тебя связывать, не пришлось бы бить и наказывать.

Но в этот момент он вспомнил, как шлёпал её ремнём по попе, и хитро улыбнулся. Подумал, что в любом случае наказал бы её, ведь это весело. Но то, что происходит сейчас, не нравилось ему и самому. Он думал о том, что делать дальше? Дима не мог допустить, чтобы она его сдала. Он даже не мог позволить ей всё разболтать. Дима с ужасом представлял это. И даже сейчас, закрывая её в бочке, он думал об этом.

Когда в его голове созрел план с убийством Виталия, всё казалось легко и просто. Он был уверен, что она испугается и поверит в то, что её могут посадить за убийство Виталия. Но ведь она уже пыталась убежать и сдать его сегодня. Значит, она верит в правосудие. А если сюда нагрянет полиция и начнутся разборки? Вопросы к нему по-любому будут, особенно если Рита обвинит его. Дима даже вспотел, когда подумал об этом.

– Надо было меня слушаться, – сказал Дима, пытаясь закрутить крышку бочки. У него получилось не с первого раза. Он криво приложил крышку и не попал в резьбу. А Рита тем временем продолжала пищать, хныкать и истерить. Теперь она уже не пыталась высунуть голову, но вместо этого билась руками об эту крышку и пыталась ему помешать, всё повторяла:

– А-а-а! Нет, не надо!

– Успокойся, – вскрикнул Дима. – Не зли меня, я итак весь на нервах.

– Пожалуйста, выпусти, – умоляла Рита.

– Посиди и подумай над своим поведением, – строго сказал Дима.

– Пожалуйста…

Но он её даже не слушал, говорил о своём:

– Не бойся, я сейчас немного отодвину бочку к стене, чтобы закрепить её как следует. И чтобы ты случайно не опрокинулась и не завизжала ещё громче.

Но Рита не могла успокоиться, она плакала и продолжала умолять его.

– Пожалуйста, не надо, не надо закреплять её.

– Я же сказал, чтобы ты случайно не опрокинулась вместе с ней, – повторил Дима. Потом он обхватил бочку обеими руками и начал плавно толкать её в сторону стены.

– А-а-а! – закричала Рита.

– Ничего ужасного не происходит, что ты так разоралась? – возмутился Дима.

– Ничего ужасного не происходит? ― в истерике спросила Рита. ― Что ты делаешь?!

И она снова начала долбиться об крышку бочки.

– Всего лишь пытаюсь отдохнуть от тебя немного, – деловито ответил Дима. – Дай мне, чёрт возьми, отдохнуть и подумать!

– Над чем подумать? – спросила Рита истерично.

– А то ты не знаешь! Я думал, ты умнее и поймёшь, когда пора начинать слушаться. Из-за своего упрямства ты оказалась здесь, неужели не понимаешь?

– Ты маньяк! – вскрикнула Рита. Дима сразу же разозлился. Он согнул колено и ударил по бочке.

– Что ты там сказала?

– А-а-а! Ты маньяк! – снова закричала Рита, а сама жмурилась от страха.

– Это ты сейчас придумала? Или когда?

– Ты связал меня и засунул в бочку. Ты маньяк, ты ненормальный!

– А вот со словами осторожней. Вдруг окажется, что ты права? – язвительно сказал Дима. В этот момент Рита почувствовала, что он какими-то ремнями притягивает бочку к стене. И она снова истерично закричала, как будто ей делают больно.

– А-а-а!

– Да заткнись уже, дура! Своими криками ты ничего не изменишь. Была бы послушной, всё было бы не так.

И он не уставал это повторять.

Дима закрепил бочку, а потом подошёл к тумбочке и взял оттуда двухлитровую бутылку воды, которую принёс из кухни.

– Сейчас принесу тебе попить. Будешь отдыхать, ― язвительно сказал Дима. – Голову береги!

Уже в следующее мгновение он бросил бутылку с водой в отверстие на бочке.

– А-а-а… ― закричала Рита.

– Что такое? По башке прилетела? – усмехнулся Дима. – Я же сказал осторожнее.

– Пожалуйста, не уходи, не оставляй меня так, – взмолилась Рита в слезах.

– Это надо было раньше думать. До того, как ты пыталась сбежать и сдать нас. И до того, как пыталась прирезать меня. Ты что, всерьёз думала, что у тебя получится?

– Пожалуйста, прости, я не хотела. Я не хотела.

– Я должен поверить в это?

– Прошу, прости меня, – сказала Рита. – Я клянусь, что буду во всём тебя слушаться. Пожалуйста, не оставляй меня здесь.

– Считай, что ты уже здесь осталась, – ответил Дима. – Я с большим трудом усадил тебя в эту бочку и тщательно её привязал. Потратил время и силы. И ты всерьёз думаешь, я просто так отпущу тебя, только потому, что ты визгнула «выпусти»?

– Я клянусь, я буду тебя слушаться, – повторила Рита со слезами на глазах. – Ты же сказал, что мы похороним Виталия и будем отдыхать. Я думала, мы будем отдыхать вместе.

– Я тоже так думал, – громко сказал Дима. Он нервно хлопнул ладонью по бочке и повторил: – Чёрт возьми, я тоже так дума! А ты всё испортила. Я даже не понимаю, как тебе удалось разрушить мой идеальный план. Сколько времени потрачено! Сколько мозолей!

Он уже давно не копал, и на его руках появились свежие водянистые мозоли, которые ещё не успели лопнуть, но уже сейчас неприятно покалывали. Он был зол на неё.

– Прости, я сожалею, что пыталась сбежать, я просто испугалась, – оправдывалась Рита со слезами на глазах.

– Лучше замолчи!

– Но ты же сказал, что мы будем вместе отдыхать. Давай будем отдыхать вместе? – повторяла Рита в истерике.

– А ты тут не включай само очарование, – язвительно сказал Дима. – Я уже понял, что ты не простая штучка.

– Прошу, зачем ты так?

– Когда я говорил, что поселю тебя в подвале, ты, наверное, думала, что будешь лежать в моей роскошной кровати и нежиться под тёплым одеялом? Не так ли? Признавайся!

Он ударил коленом по бочке, как будто пытаясь её встряхнуть, и Рита вскрикнула от испуга.

– Признавайся, так думала? Я недостаточно напугал тебя, чтобы ты поверила, что лучше не идти против меня? – повторил Дима.

– Прости, прости, прости, – повторяла Рита, не находя аргументов в своё оправдание.

– Ну, ничего, я это исправлю! Теперь ты понимаешь, что никакого отдыха в подвале для тебя не будет. Надеюсь, пару дней хватит для твоего перевоспитания?

– Нет, пожалуйста, не оставляй меня здесь так надолго! – заныла Рита. – Пожалуйста, пожалуйста!

– Так я уже оставил, – усмехнулся Дима. – Ты уже сидишь в бочке! К тому же ты ещё не съела свои батоны.

– Я не хочу есть, – вскрикнула Рита.

– Так это ты сейчас не хочешь! Завтра захочешь.

– Нет, не захочу. Если ты меня не выпустишь, я не буду есть. Я объявляю голодовку!

Дима рассмеялся:

– А это уже твои проблемы! Главное, я дал тебе еду, а кушать или нет – тебе решать. И дырочка для воздуха есть.

Дима посмотрел на неё через отверстие в бочке, хихикнул и направился к выходу. Рита слышала его отдаляющиеся шаги и повторяла:

– Пожалуйста, не поступай так со мной… не оставляй меня тут. Я клянусь, что буду слушаться.

– Прибереги эти слова на потом, – сказал Дима. – Если будешь убедительной, может быть, я тебя выпущу, когда закончу свои дела.

– Какие дела? – спросила Рита.

– Есть у меня дела и помимо тебя, и тебе лучше в них не совать свой носик. А ещё у меня есть девушка, надо бы её навестить. Что-то я больно увлёкся тобой и совсем забыл о Нате. Надо бы навестить её.

– О Нате? Ты говоришь о Наталье Алексеевне? – сразу же спросила Рита.

– Ух ты, смотрю, кто-то много знает!

– Значит, ты тот самый парень, который бьёт её? Это ты. Ты мерзавец! – закричала Рита и начала хлопать по стенкам бочки.

Глава 53. Возвращение в сад

Рита так сильно дёргалась, что даже бочка пошатнулась. Дима глазам своим не поверил и подошёл поближе.

– Успокойся, деточка, что ты так разбушевалась? – язвительно сказал Дима. Он и сам не понял, почему вдруг ляпнул, что собирается к Нате? Ей явно не всё равно.

– Ты бы сейчас опрокинулась, если бы я не привязал бочку к стене как следует, – сказал Дима. Но Риту это не волновало. Сейчас её мысли были заняты Натальей Алексеевной, продавщицей магазинчика.

– Ты мерзавец! Не трогай её! – повторила Рита.

– Что-что? Я не расслышал, – усмехнулся Дима. ― Кто-то ревнует?

– Нет, просто не трогай её, – повторила Рита. Дима собрал губы в ехидную ухмылку.

– Мы с ней давно не виделись, так что она должна мне пару перепихончиков! А ещё какого-нибудь хорошего коньячка. Кстати, возьму и тебе коктейльчики. Тебе же понравились коктейльчики?

– Не нужен мне никакой коктейльчик, мне ничего от тебя не нужно. Отпусти, просто оставь меня в покое.

– Не всё так просто, – сказал Дима. ― И ты сама всё усложнила. Короче говоря, спокойной ночи. Может быть, попозже приду и навещу тебя, если несильно устану.

Рита думала, что он просто издевается. Она не знала, что он говорит это всё не просто так. И про Наталью, и про то, что навестит её попозже. Он просто пытался отвлечь её внимание от своих истинных замыслов.

Как только Рита побежала по своему саду, пытаясь сдать их обоих, он понял, что Виталия нельзя хоронить под бочкой. Если, конечно, он действительно не собирается всё время держать её взаперти в подвале. А он этого точно не хотел. И он понимал, что даже если она не сдаст его полиции, то обязательно захочет всё рассказать отцу.

И неважно, сколько он продержит её в этой бочке в качестве наказания, она всё равно не изменит своего мнения. Рано или поздно она расскажет о трупе в её дворе. Дима очень злился из-за необходимости его выкапывать, причём сегодня же. Конечно, он мог бы отдохнуть и заняться этим завтра, но это тоже не самая лучшая идея. Ведь труп начинает вонять, а возиться с тухлятиной – это просто отвратительно, и он не может этого терпеть.

– Свет оставлю включённым, вдруг ты боишься привидений? – насмешливо сказал Дима перед уходом. Рита проводила его громким истеричным криком.

– А-а-а…

Он даже не хотел напоминать ей, чтобы она не срывала голосок, ведь в этом подвале её никто не услышит. Он знал это наверняка, ведь это его подвал, и он сам его надёжно сконструировал. Да и не только подвал – весь этот дом построили по его личному проекту, учитывая все его пожелания и капризы.

Дима поднялся, выпил прохладной воды, а затем пошёл в свою комнату и долго лежал, глядя в потолок. Он размышлял, нужно ли выкапывать труп Виталия?

– Чёт так не хочется, – мысленно повторял он себе. Но ведь он уже решил, что это необходимо сделать.

– Рисковать точно нельзя, – заключил Дима. Не зря же его называют неуловимым маньяком. Это потому, что он ошибок не допускает. Тем более таких глупых.

– Нет, придётся тебя выкопать обратно! Извини, дружок, но тебе не светит покоиться в земле, – язвительно подумал Дима, мысленно разговаривая с погибшим Виталием. У него была такая привычка, и даже он сам находил это странным. Видимо, он просто верит в жизнь после смерти. Раз он убил Виталия, то его призрак должен летать в воздухе и наблюдать за происходящим. Ему точно должно быть интересно, что сделают с его телом? Дима даже думал, что если бы его убили, он бы обязательно захотел понаблюдать за своим убийцей. Так что, возможно, есть смысл обращаться к мёртвым.

Дима не заметил, как уснул. Ему казалось, что он прикрыл глаза только на 5 минут, но когда он посмотрел на часы, то удивился: было три часа ночи, а заснул он до полуночи.

– Вот, блин, почти время упустил. Ну, ничего, ещё успею. Это даже хорошо, что буду выкапывать ночью, – подумал Дима.

Он чувствовал, что сильно проголодался и не хотел идти работать на голодный желудок. Сходил на кухню, быстро перекусил бутербродом, а затем подобрал перчатки, которые бросил в камин. Он специально их туда бросил, устроил показуху чисто для Риты. С этой же целью он показательно углублял яму, чтобы спрятать тело Виталия. И это всё только для того, чтобы она не заподозрила, что он может перепрятать тело в другое место. Он хотел быть убедительным. Но в то же время он злился, что возникла в этом необходимость. Заработал мозоли, а теперь нужно опять копать.

– Хватит уже ныть, как девочка, – отругал себя Дима. ― Она получила своё. Точнее сказать, получает сейчас!

Он усмехнулся, когда представил, какая истерика у неё начнётся, когда она захочет в туалет. Ему даже было интересно, спустит она штанишки или же сходит под себя? Он обвязал её запястье ремнём на липучке. При желании она может освободить руки, используя свои зубки. Но будет ли она настолько смелой, чтобы сделать это? Учитывая-то, как она бежала по саду, чтобы сдать их, она очень даже смелая.

Дима заставил себя пойти в её двор посреди ночи, опрокинул бочку и принялся копать. Благо земля была уже мягкой, и выкопать тело Виталия не составило труда. Но он всё равно устал и поднапрягся. И мысленно продолжал злиться на Риту за то, что она доставила ему столько хлопот. А ведь всё было логично, она должна была испугаться, что её могут посадить. Должна была обещать ему, что будет помалкивать.

– Я же грохнул твоего насильника. Хотя бы этому ты должна была радоваться! – нервно подумал Дима, вытягивая тело Виталия из земли. Впрочем, он понимал, что это абсурд… он всё ещё хотел верить в то, что Рита не врала, когда слезливо рассказывала ему о попытке изнасилования. Но всё-таки здравый смысл ему подсказывал:

– Нет, ты лгунья! Это твой любовничек, и давно тебя трахнул. Так почему же я тяну время?

Он и сам не понимал, почему тянет время. Конечно, он взял её в попу, но для него это «типа» не считается. Он хотел взять её полноценно в киску, и в его фантазиях она точно должна отдаться ему добровольно. И не от испуга, а сама должна этого захотеть, что почти недостижимо. По крайней мере, ему так казалось.

Насиловать её Дима не хотел, во всяком случае, в киску. У него были свои принципы, понятные только ему самому. И он не считал изнасилование в попу насилием в принципе. Да и сексом он это не считал. «Так, просто баловство. Точно так же, как и минет!» Он мог сравнить это с мастурбацией. А вот полноценный секс для него был чем-то сокровенным. Он всегда хотел, чтобы это было взаимно. И только с той, кого он любит. Или, во всяком случае, думает, что любит.

Дима притащил тело Виталия в свой дом, а потом первым же делом привёл её двор в порядок. Он зарыл яму, аккуратно разложил камешки и поставил бочку на прежнее место. Затем он подмёл двор, равномерно разнёс по нему мелкие кусочки глины, которые сразу бросались в глаза. В темноте их было не видно, но Дима знал, что при свете дня глину можно будет обнаружить. Однако он не стал слишком усердствовать. В конце-то концов, это была лишь показуха для Риты. Она точно не станет проверять, находится ли Виталий на своём месте. А если кто-то другой проверит – ничего страшного. Это лишь подтвердит их слова её отцу: бочка склонилась после дождя, и им пришлось сдвинуть её с места.

Когда Дима закончил свои дела, на улице уже начало расцветать. Но он не волновался.

– Главное управился до рассвета, – думал он, улыбаясь. Хотя он и понимал, что это нелепо, но всё равно радовался этой мелочи. Преступные дела лучше совершать ночью, так спокойнее. Возникает иллюзорное чувство, что тьма покровительствует злым деяниям. Но ведь это неправда? Скорее, тьма помогает спрятаться. И сейчас, ночью, Дима был уверен, что его никто не видел. А вот днём их могли заметить. Это стало ещё одной причиной, чтобы выкопать труп Виталия и перепрятать его в другое место. Страховка никогда не бывает лишней.

Дима вернулся домой и потащил труп Виталия к подвалу. Прежде чем заносить его, он погасил свет, чтобы Рита не увидела лишнего. И она сразу же подала признаки жизни, как обычно истерично закричав:

– А-а-а, почему погасил свет?

– Так ночь же! Уже спать пора! – ухмыльнулся Дима. Он бессовестно врал, ведь на самом деле уже был рассвет. Но ведь она не может знать наверняка, у неё нет часиков. И только он подумал об этом, как почувствовал себя дураком. Она же носит наручные часы. И он сам недавно менял в них батарейки, чтобы она всегда знала, сколько время.

– Сейчас уже утро, – визгнула Рита. ― Скоро коров доить пора. Ты будешь их доить?

– И не подумаю! ― язвительно протянул Дима, и уже в следующее мгновение покатил труп в Виталия вниз по лестнице. Было очень неудобно и опасно делать это в темноте. Но он не мог допустить, чтобы она узнала правду о том, что он выкопал Виталия. Иначе его план опять пойдёт коту под хвост.

Впрочем, Дима и сам не понял, почему решил, что Рита не должна об этом узнать. Видимо, он просто хотел, чтобы у неё оставался некий козырь в рукаве. Чтобы она могла угрожать ему рассказать о трупе Виталия под бочкой. И заодно он сможет проверить, сделает она это или нет? А если расскажет – это будет большой повод, чтобы её наказать. Наказать по-настоящему.

Но Дима не хотел верить в то, что она способна сдать их обоих. Мечтал доверять ей.

– Что это было? Что упало? – спросила Рита, услышав грохот.

– Я упал, – соврал Дима. ― Тебя это заботит?

– Да, конечно, – ответила Рита. – С тобой всё в порядке?

– О, да-а-а! К твоему несчастью, я ещё живой! – сказал Дима.

– Я не хочу твоей смерти, не хочу, ― пискляво сказала Рита.

– А кто ж на меня с ножом набросился?

– Прости, прости, я очень сожалею.

– Надеюсь, что сожалеешь.

Дима в темноте боялся споткнуться, но всё равно тащил тело Виталия к стальным бочкам. И было очень важно делать это в темноте, чтобы Рита не увидела, чем он занимается. Она, конечно, не видела, но слышала звуки и понимала, что он что-то тащит.

– Что это? Что ты делаешь? ― навострив уши, спросила Рита.

– Не твоё дело, ― громко ответил Дима.

– Почему ты не включаешь свет? Что ты от меня скрываешь?

– Наверное, не хочу тебя шокировать. Зачем тебе нужен ещё один стресс?

Рита сразу же высунула голову из бочки и попыталась увидеть, что он там делает? Но в подвале было слишком темно. Она видела только его силуэт и как он тащит что-то будто бы в мешке. Конечно, в этом мраке она не могла разглядеть свою скатерть, которой они укутали Виталия.

Дима почувствовал, как Рита зашевелилась в бочке.

– Ну да, высунь ещё голову! ― язвительно сказал Дима.

– Что ты принёс? – снова спросила Рита.

– Спрячь голову, сиди и не рыпайся, – приказал Дима. – Ты же обещала быть послушной. Вот и начинай быть такой прямо сейчас.

– Пожалуйста, ты меня пугаешь.

Она с ужасом думала, неужели это ещё один труп? Неужели он убил Наталью Алексеевну? Он ведь говорил, что к ней пойдёт. Рита подумала об этом и слезливо захныкала.

– Эхе… эхе…

– Умолкни, – приказал Дима.

– Не могу, не могу, пожалуйста, освободи меня! ― истерично закричала Рита и снова начала ручками долбить по стенке бочки.

– Сейчас мне не до тебя, – сказал Дима. – Я же ведь уже предупреждал, что помимо тебя у меня есть и свои делишки!

– Какие делишки? Убивать людей? ― в ужасе спросила Рита.

– С чего ты решила, что я убиваю людей? Это я Виталия убил. И, между прочим, вместе с тобой!

– Нет, ты убил его не вместе со мной, а сам, пока я была в доме. Не пытайся меня в это впутать, – сказала Рита своим писклявым голосочком.

– Ты уже впутана, дорогая! – напомнил Дима. – Вспомни про скатерть, которой мы его укутали, и про ножик, который ты трогала. Все улики указывают только на тебя. Улики плюс мотив – это обвинение.

И Дима надеялся, что однажды она в это поверит и передумает рассказывать кому-либо о произошедшем.

– Хватит! – вскрикнула Рита.

– А что? Не нравится, когда говорят правду? Если ты попытаешься всё разболтать, тебя обвинят, – усмехнулся Дима. – Вот ты сама посуди: какой у меня мотив убивать этого Виталия? А у тебя был мотив – он пытался тебя изнасиловать. Ты сама мне об этом слезливо рассказывала.

В этот момент он почти поверил своим словам, что Рита не сможет его сдать, испугается. Но она быстро развеяла его мечтательные фантазии.

– Это я только тебе рассказывала, что он пытался меня изнасиловать. Но об этом никто не узнает. И я больше никому не расскажу, что Виталий пытался это сделать. И ты это никак никому не докажешь, ты же сам сказал, что заявление на изнасилование подают в тот же день. А я не подала!

Дима усмехнулся.

– Бьёшь меня моим же оружием? Ну ладно, допустим, но вы встречались. Наверняка вас видели вместе в деревне, пока вы гуляли. В любом случае, главное – улики, а остальное можно и додумать. Полицейские часто так делают. Это только в фильмах они дотошно разбираются, а по факту – хлоп-хлоп, лишь бы дело закрыть! Любое дело для них – лишь циферка.

– Это ты так считаешь, я в это не верю, – слезливо сказала Рита.

– То есть, ты собираешься сдать нас? ― спросил Дима и тут же подправил себя: ― точнее сказать, попытаешься сдать нас? Сдать нас я тебе в любом случае не позволю.

Рита захныкала ещё печальнее.

– Ты угрожаешь, что не выпустишь меня, если я не пообещаю не рассказывать. Что ты надеешься услышать?

– Ну, вот видишь, ты сама всё усложняешь. Даже сейчас не хочешь быть паинькой, хотя стоило бы!

– Ты же всё равно мне не поверишь, если я притворюсь, что буду покрывать тебя? Если обещаю никому не рассказывать.

Дима усмехнулся.

– А ты, оказывается, ещё не все мозги растеряла.

– Тогда какой смысл в этом разговоре?

– О-о-о, смысл есть. Ты же ведь хочешь, чтобы я выпустил тебя, не правда ли? – спросил Дима с лёгкой иронией. Рита в ответ лишь захныкала. Она понимала, что находится в ужасном положении, и шансы на то, что он её отпустит, практически равны нулю. Она же знает, что он убийца! Какой убийца захочет отпускать свидетельницу?

Но её по-прежнему успокаивала мысль, что он совершил это убийство якобы для того, чтобы заставить её быть вместе с ним. Это единственное, что давало ей надежду. А если это действительно так? Если он хоть чуточку испытывает к ней какие-то чувства, он не станет её убивать.

– Виталий ведь не единственный, кого ты убил? – неожиданно спросила Рита.

Дима усмехнулся.

– Я, пожалуй, не буду отвечать на этот вопрос.

Рита зажмурилась и истерично закричала.

– А-а-а…

– Ну да, поори ещё! Это тебе точно поможет, – с ухмылкой сказал Дима, а потом продолжил заниматься телом Виталия. Он весьма выдохся, пока спускал его и тащил сюда, а этот нелепый разговорчик с ней позволил ему немного отдохнуть.

– Чёрт, нихрена не вижу! – пожаловался Дима в темноте.

– Включи свет, – попросила Рита, и её голос уже был не таким слезливым. Дима неожиданно придрался:

– Вот почему мне всё время кажется, что ты сраная притворщица?

– Потому что ты так думаешь, потому что не веришь мне, – сказала Рита с обидой.

– Ну вот, опять этот голосок умирающей плачущей девочки! А минуту назад «включи свет!».

– И что тут такого? Я всё время должна плакать? ― обиженно спросила Рита. Она не понимала его придирок. И даже не понимала, в чём он видит притворство?

Но она прекрасно понимала, почему он ей не доверяет. Ведь она пыталась его сдать, а потом пыталась убить. Но Рита всё равно не сожалела об этом. Она хотя бы попыталась спастись. А теперь старалась сказать всё, лишь бы он её выпустил из этой бочки. Самой ей казалось, что у неё плохо получается притворяться. Она не могла заставить себя говорить только то, что он желает слышать. И именно это сбивало его с толку.

Глава 54. Выпусти

В следующее мгновение Рита услышала грохот.

– Что это было? – спросила она тут же.

– Расслабься, это ширмочка, передвинул её немного.

А потом он хлопнул ладошками и сказал: «включись!» И в подвале сразу же загорелся свет.

– Вот, значит, как свет включается, – сразу же сказала Рита.

– И только попробуй погасить его, приду и отдубасю, – пригрозил Дима. Он уже представил, как она играется и гасит свет, мешает ему работать. Требует рассказать, чем именно он занимается. Почему-то Дима допускал такую мысль. Видимо, продолжал смотреть на неё, как на маленькую девочку.

– Что ты там делаешь? – снова спросила Рита. Она не собиралась гасить свет, но ей было любопытно. Конечно же, она высунула голову и посмотрела в его сторону.

– В твоих же интересах не заглядываться сюда, ― строго сказал Дима. Он довольно быстро размотал тело Виталия, и Рита не успела узнать свою скатерть. Из нижней части ширмы лишь немного проглядывалось, что за ней, и она увидела элемент одежды. По её телу сразу же пробежался холодок.

– О, нет, что это у тебя там? Это же тело! Ты прячешь от меня чьё-то тело? – спросила Рита в истерике.

– Я же сказал тебе, не суй нос не в свои дела! Тебя не касается, кого я убиваю и в каком количестве, – произнес Дима.

– В каком количестве?! – возмутилась Рита.

– Слушай, помолчи! – вскрикнул Дима, а сам подумал: «жаль, что тебе приходится думать, будто бы я убил ещё кого-то, но по-другому никак». Он не хотел заниматься телом Виталия наверху, потому что знал, что во время рубки прольётся кровь. Впрочем, в последнем он не был уверен. Виталий погиб уже довольно давно, но его внутренности в любом случае потекут, а это будет грязь и слякоть – улики. И он не собирался разносить улики по своей гостиной, а здесь можно, здесь он часто расправляется с трупами.

В следующее мгновение он взял топор и начал рубить тело Виталия на кусочки весом от 1 до 2 кг и так, чтобы не было слишком длинных костей. Использовал топор и молот, и поэтому шум был устрашающий. А складывал он весь этот «мусор» в отдельную бочку с кислотой.

– Что ты там делаешь? – спросила Рита в ужасе.

– Я бы ответил, но лучше тебе не знать.

– О, нет, ты кого-то убил? Ещё кого-то убил?! Скажи, что это не Наталья Алексеевна? – истерично спросила Рита.

Дима усмехнулся:

– А что, так жалко её, что ли? Она что, твоя тётенька? Подруга? ― язвительно спросил Дима и тут же добавил: ― Не-е-ет! Вряд ли подруга! Для подруги она слишком старенькая!

– Хватит! – вскрикнула Рита. – Она не моя подруга и не родственница, но она хорошая и добрая. И я знаю её много лет.

Дима усмехнулся и сказал:

– Там, где едят, не срут.

Только вот Рита не поняла, что он этим хотел сказать, и снова истерично спросила:

– Это она?

– Я же сказал, где едят, там не срут. Не поняла?

– Нет, не поняла, – обиженно пробормотала Рита.

– Короче, одним словом, это не она, – ответил Дима, решив её успокоить.

– Тогда кто это? – спросила Рита.

– А вот это уже тебя не касается.

– Но ты сказал, что пойдёшь к Наталье Алексеевне, – напомнила Рита.

– Да, но я устал и задрых.

– Значит, ты не ходил к ней? – спросила Рита.

– Да, пока ещё не ходил. Как видишь, у меня другая работа.

Рита продолжала слышать ужасные звуки, как он рубит мясо топором. А ведь не просто мясо – человеческое тело, и теперь Рита точно была в этом уверена, ведь она увидела штанишки. Конечно, если бы она была более внимательна, она бы могла узнать штанишки Виталия. Но нет, она больше хотела думать, что Дима настолько ужасен, что мог за один вечер убить несколько человек.

– Ты же не тронешь её? – спросила Рита. Она не могла перестать думать о той продавщице Наталье Алексеевне.

Дима усмехнулся:

– Кого это, Нату, что ли? ― с простодушной ухмылкой спросил Дима и тут же ответил: – она моя девушка, почему это я должен её убивать? Я что, маньяк, что ли?

– Да, ты маньяк! ― слезливо согласилась Рита, а потом нахмурилась и захныкала. – Ты маньяк!

– Ну, спасибо, только поправочка: не маньяк, а скорее наёмник. Периодически в моём подвале появляются трупики, ― признался Дима. ― Но ты не обращай на это внимание.

– Что? ― в ужасе спросила Рита. Дима снова усмехнулся:

– Ну, хватит изображать удивление! Ты же помогала мне хоронить своего жмурика.

– Это ты его убил! Ты! ― истерично напомнила Рита. ― Нормальный парень просто подрался бы с любовником своей девушки и всё, не стал бы убивать.

Дима усмехнулся:

– Ну, я привык к радикальным мерам! К тому же, это он пришёл с оружием.

– Ты думаешь, он хотел тебя убить? – спросила Рита?

– А ты думаешь, нет? – спросил Дима в ответ.

– Нет, я уверена. Он просто взял оружие для защиты, я уверена.

– Ой, ну конечно! Защищай его ещё. Голова до сих пор болит, ― пожаловался Дима. ― Сама не своя.

Он потрогал свою шишку, которая лишь немного уменьшилась, но всё ещё была пугающе большой. Рита захныкала и слезливо сказала:

– Да, он пытался тебя убить. Он бы убил, если бы я его не остановила.

Дима усмехнулся:

– Вот видишь. Ты его остановила, значит, ты любишь меня? Разве не так логика работает?

Рита продолжила слезливо хныкать:

– Не знаю, я не знаю…

– Я надеюсь, ты переосмыслишь произошедшее. Подумаешь, как следует над тем, как поступать дальше, а там уже решим.

– Что решим? – спросила Рита.

– Я решу, как мне поступать с тобой: выпускать или же оставить тухнуть здесь?

– Пожалуйста, выпусти-выпусти! ― запищала Рита.

Дима напомнил:

– Ты же боишься меня и намерена побежать в полицию. Я не могу этого допустить.

Он как раз уже заканчивал с трупом и сложил все обрезки в бочку. Её скатерть тоже растворил в кислоте. Одежду Виталия он сложил в отдельный пакет, чтобы потом сжечь. Плёнка слишком сильно воняет, если её сжигать. И только поэтому он решил растворить её скатерть в кислоте. И он порадовался, что с этим не возникли проблемы, потому что не всякий пластик растворяется. В конце-то концов, эта бочка с кислотой тоже пластиковая. Впрочем, она изготовлена из специального пластика…

Дима закрыл бочку, убрал топор и молот. Потом пролил полы из шланга и прошёлся по ним шваброй, чтобы Рита не заметила подтёки крови на полу. У него там раковина под рукой и шланг специально для этих целей, а на полу кафель и сливные отверстия как в дешевой. Так что далеко ходить ему не пришлось. Она вроде бы уже знает, чем он занимался за этой ширмой, но показывать ей кровь всё равно не хотел. Берёг её нервы. Она же чувствительная девочка, всё время пищит! К тому же, он не любил разводить грязь. На пол потекло немного, но он не поленился и тщательно всё вытер. И только потом вернул ширму на место.

И в этот момент Рита обратила внимание на эти бочки и сколько их там. Вряд было сложено штук 7, и Рита сразу же истерично спросила:

– И что, в каждом из них…

Дима не дал ей договорить, резко перебил:

– Нет! Я что, идиот, по-твоему? Я избавляюсь от тел и не храню их в бочках.

– А зачем тогда тебе столько?

Дима усмехнулся:

– На всякий случай!

Затем он подошел к ней и похлопал по бочке:

– Вот, например, для тебя пригодилась одна.

– Пожалуйста, выпусти меня. Мне так плохо…

– О-о-о, это ты ещё здесь не сидела!

– Пожалуйста, не наказывай. Я клянусь, что буду послушной. Клянусь, что никому не расскажу о тебе, ― пообещала Рита.

– И я должен тебе поверить? ― деловито спросил Дима.

– Верь, верь! Пожалуйста, верь!

– Ты же понимаешь, что это даже звучит смешно?

– Я не сдам тебя, клянусь, только отпусти. Давай, как раньше будем просто соседями? Я забуду всё, что ты сделал. Даже то, что ты убил Виталия…

– Так я же убил не только Виталия,― язвительно напомнил Дима: ― ты сама это сказала.

– А ты подтвердил, ― добавила Рита. ― Но это не важно, я не хочу знать.

– Только ты уже знаешь, ― сказал Дима, ― и это большая проблема!

Сказав это, он направился к выходу, а Рита истерично начала умолять его:

– Пожалуйста, не оставляй меня тут!

Она точно знала, что если он сейчас уйдёт, то вернётся нескоро. Он ведь убил ещё кого-то и пришёл не для того, чтобы её навестить, а чтобы избавиться от трупа. И она точно знала, что он очень устал. Как минимум будет долго-долго спать. И даже тогда, когда выспится, не сразу захочет к ней спуститься, у него же такой план. Он даже сказал, что хочет отдохнуть от неё, а она здесь должна сидеть в бочке, связанная. Подумав об этом, она ещё громче завизжала:

– Ну, пожалуйста, мне так плохо. Я описалась, ― призналась Рита.

Дима сразу усмехнулся:

– Я как раз хотел спросить об этом! Но забыл из-за твоих бесконечных вопросов.

– Пожалуйста, я вся мокрая. Пожалуйста, освободи меня, разреши сходить в душ? Я же всё равно не смогу выйти из твоего дома.

– А вдруг ты захочешь прирезать меня, пока я сплю? ― предположил Дима.

– Нет-нет, я так никогда не сделаю!

– А что же ты ножом размахивалась? Что ты собиралась сделать, размахивая им возле моего лица?

Рита слезливо захныкала:

– Эхе… эхе… я просто хотела убежать, но я бы не убила тебя. Я же, наоборот, спасла тебя. Ты должен мне верить.

«А ведь убедительно звучит, чертовка!» ― подумал Дима. И он хотел верить в то, что она не причинит ему вреда. И уж тем более так подло воспользовавшись тем, что он спит.

– Допустим, я тебе верю, ― деловито сказал Дима. ― Но ты всё равно должна быть наказана.

– Пожалуйста, пожалуйста, я уже наказана. Я обещаю, что буду слушаться.

– Хватит это повторять. К тому же я всё равно тебе уже не верю. Во всяком случае, в твое «буду слушаться».

– Прошу, поверь. Я клянусь, я буду тебя слушаться и никому ничего не расскажу.

– Ну, это в твоих же интересах не рассказывать никому. Иначе в этой бочке мне придётся растворить твоего папочку, когда он вернётся из путешествия.

– Что? ― в ужасе переспросила Рита, и тут же завизжала: ― Нет-нет, пожалуйста, только папу не трогай, пожалуйста…

– Ну, это всё зависит от тебя, трону я его или нет? Я же ведь сказал, посидишь тут, подумаешь над своим поведением. Только хорошенько подумаешь! А потом я решу, выпускать тебя или оставить здесь навсегда.

– Прошу, не оставляй. Прошу выпусти… ― слезливо вставила Рита.

– Знаешь ли, вот такой расклад: если ты кому-то доложишь, и если тебе очень повезёт, и полицейские нагрянут ко мне домой. Они всё здесь обыщут, и тогда мне придётся уехать.

Дима задумался и подправил себя:

– Скорее всего, придётся уехать. Избавиться от тебя и твоего папочки это уже будет просто дело принципа. Хотя, впрочем, я могу взять тебя с собой. Пригодишься для постельных утех! А в остальное время будешь сидеть в бочке, вот как сейчас!

– Нет, пожалуйста… не рассказывай мне эти ужасы, ― завизжала Рита.

Дима неожиданно сменил тему разговора.

– И кстати, почему ты описалась?

Он вспомнил об этом и сразу же собрал губы в ехидную ухмылку.

– Ты же связал мои руки, ― пожаловалась Рита.

– А ты забыла, чем я их связал? Не сможешь освободить?

Рита в ответ слезливо захныкала, но говорить ничего не хотела.

– Отвечай, ― потребовал Дима.

– Не знаю, я не подумала об этом, ― пискляво ответила Рита. Дима усмехнулся.

– Вот когда не надо, ты очень смелая. И даже умная, я бы сказал! И вдруг решила сглупить? Теперь придётся сидеть в мокрых штанишках! Но ведь это же ничего страшного, привыкай. Ты же навсегда собираешься остаться в этой бочке.

Последнее он сказал с ухмылкой.

– Нет, ты же обещал, что выпустишь меня.

– Обещал? Когда такое было? ― усмехнулся Дима.

– Ты сказал, что это просто наказание. И если я не расскажу никому, ты выпустишь меня. Я обещаю не рассказывать.

– Пока это звучит неубедительно, ― деловито сказал Дима.

– Пожалуйста, пожалуйста, дай мне шанс? Я клянусь, что не сдам тебя.

– Обычно так говорят, когда собираются сдавать! ― подметил Дима.

– А как тогда говорят, когда не собираются сдавать? ― спросила Рита. Дима сразу же усмехнулся.

– Не знаю, наверное, просто молчат. Ну, или как минимум не пытаются сдать меня на моих же глазах.

– Прости, я ошиблась, ― запищала Рита, ― прости, прости! Я больше никогда так не поступлю. Я же не знала, кто ты такой.

– Ах, ты не знала! ― язвительно протянул Дима. ― А если бы ты знала, что я до Виталия ещё кого-то грохнул? Ты бы вела себя более послушно? Более пугливо?

Рита опустила голову и захныкала.

– Наверное…

– Значит, теперь будешь более послушной? ― спросил Дима, а сам хитро улыбнулся. Ему нравилась мысль, что она будет его бояться. Раз будет бояться, значит, будет и слушаться. А ведь это всё, что ему нужно.

– Я никому не расскажу о тебе, ― повторила Рита.

– Я не это спросил, ― деловито напомнил Дима.

– Да, я буду послушной. Я сделаю всё, что ты захочешь. Хочешь, будем вместе? Хочешь, займёмся сексом?

– Опять себя предлагаешь? – спросил Дима с иронией. – А когда доходит до дела, сразу пытаешься пойти на попятную.

– Нет, не попытаюсь, – пообещала Рита.

Дима усмехнулся и сказал:

– Расслабься, я не собираюсь тебя насиловать. И не буду всегда держать в этой бочке. К завтрашнему вечеру я избавлюсь от всех трупиков в бочках, а потом уже подумаю, выпустить тебя или нет.

– Выпусти, пожалуйста, выпусти, – заплакала Рита. – Мне так плохо.

– Хватит пищать, я так устал, что сам готов пищать, – пожаловался Дима. – Так что закрой глазки и спи.

– А как же коровы? – вспомнила Рита.

– А как же коровы! – язвительно повторил Дима. – Да насрать мне на твоих коров!

– Пожалуйста, я должна их каждый день вовремя доить. Что я скажу отцу, если не позабочусь о них?

– Чёрт! – вскрикнул Дима. – Чёртовы коровы!

Рита нахмурилась и заплакала. Она услышала его отдаляющиеся шаги, и это означало, что он уходит и не освободит её, теперь уже точно не освободит. Она даже не знает, разрешит ли он ей подоить коров? И она понимала, что если он выпустит её только через пару дней, её хозяйству конец. А ведь у них не только коровы, но и козы, куры, собака, – всех нужно кормить вовремя. Коров обязательно нужно доить.

– Пожалуйста, попроси кого-нибудь подоить их, – взмолилась Рита.

– Кого я должен попросить? – вскрикнул Дима. – Чтоб потом вопросы задавали, куда ты делась? А оно мне надо?

– Ну, тогда сам подои их.

– Вот уж нет! Я тебе не дояр.

– Тогда выпусти меня. Я обещаю, что не попытаюсь убежать. И куда я убегу, если ты будешь рядом?

– Ну, сегодня днём я тоже был рядом, – напомнил Дима. – А ты пыталась создать нам неприятности.

– Прости, прости! Сколько раз я ещё должна извиняться, чтобы ты простил меня?

– Хоть до бесконечности, – протянул Дима. – Даже если ты повторишь это 1000 раз, вряд ли это начнёт звучать более убедительно.

– Ну, пожалуйста, разреши подоить коров. Выпусти только для этого, а потом можешь снова запереть меня.

Дима усмехнулся:

– А тебе это не кажется глупостью? Если выпущу, так выпущу, но точно не сегодня.

– Пожалуйста, коров нужно доить, – повторила Рита. У Димы уже гудела голова от навалившихся забот, и он не хотел думать об этом прямо сейчас. Он отмахнулся и сказал:

– Всё, хватит! Может быть, я и разрешу тебе их подоить, но не сейчас, мне нужно выспаться.

Там, внутри бочки, Рита сразу же улыбнулась и обиженным голоском сказала:

– Ладно, спи!

Дима был доволен, что она наконец-то заткнулась и разрешила ему уйти спокойно. Он поднялся, сжал кулаки и нервно произнёс:

– Чёртовы коровы!

Он не хотел выпускать её так быстро. Она уже поняла, что в тех бочках в его подвале хранятся разложившиеся тела покойников. Он хотел сначала избавиться от всего этого дерьма и только потом выпустить её. Но она просится раньше на волю, и отказать сложно. За коровами действительно нужно следить. Если он не собирается реально её похитить и запереть в бочках навсегда, то хозяйство должно быть в хорошем состоянии к приезду её отца. Неужели ему придётся выпустить её?

Дима злился, потому что не хотел ей уступать.

Глава 55. Выходи

Дима лёг на свою кровать, закрыл глаза и постарался забыть обо всех проблемах. Наконец-то это тот момент, когда он может просто поспать. И ему нужно было поспать. Только вот Рита, в отличие от него, уже выспалась. Она уснула почти сразу, как только он оставил её в бочке, а сам ушёл. Так она пыталась уйти от реальности. Не хотела думать о том, как будет выбираться, и сможет ли вообще это сделать?

Рита проголодалась и перекусила горбушкой батона, которую он ей оставил. Он хотел наказать её таким скромным пропитанием, но Рите очень понравился завтрак. Батон оказался очень мягким и свежим. И вода была вкусной, с особым чуть сладковатым вкусом, но это даже не сладость, а странное, но приятное послевкусие. Магазинную воду она редко пьёт и очень любит. Она даже подумала: почему раньше не задумывалась о том, что можно просто есть хлеб и наслаждаться его вкусом? Хлеб же сам по себе тоже вкусный. Его необязательно всё время кушать с чем-то.

Завтрак Риту немного успокоил. К тому же он ведь обещал, что разрешит ей подоить коров после того, как выспится. Она явно убедила его, сказав, что не сможет никуда убежать, если он будет охранять. Рита уже была уверена, что он обязательно её выпустит. И это подняло её настроение.

Только вот часам к 12 она дико захотела в туалет. И на этот раз не пописать, а покакать. Это была настоящая проблема для неё. Она сразу же начала кричать и звать Диму.

– А! Где же ты? Где? Пожалуйста, ты обещал прийти и разрешить подоить коров. Мои коровы…

Рита не знала, что у него в подвале установлены жучки для прослушки. Дима установил их на всякий случай, но давно ими пользовался. Заложники у него бывают редко, а жучки нужны, чтобы контролировать их пребывание в подвале. Вот он и решил воспользоваться ими, а заодно проверить оборудование.

– Работают! – с улыбкой протянул Дима, а потом повторил за ней: – мои коровы! Притворщица! Так бы и влепил пару лещей.

Он знал, что сейчас она в первую очередь печётся о себе и хочет, чтобы он её поскорее выпустил, а коровы – просто предлог. Однако ему тоже приходилось думать о коровах. Уже обед, а они не доены и не накормлены. Не говоря уж о том, что пастуха нет. Они сейчас должны паститься в поле, а вместо этого сидят взаперти в своих сараях и без еды. Наверное, уже вся деревня подняла переполох и спрашивает, куда же делся пастух? Дима нервно хлопнул ладошкой по матрасу, когда подумал об этом.

– Засранец! Важный человечек!

Он знал, что Виталия сразу начнут искать, ведь он реально важный человечек, который всем нужен. Наверняка сегодня не только её коровы остались в своих сараях. Или же они быстро нашли временного пастуха. Но Дима не собирался выяснять это и общаться с остальными жителями деревни. Он скот не держит, и такие проблемы обходят его стороной.

– Пожалуйста, выпусти, – повторяла Рита, потом наконец-то призналась: – я хочу в туалет. Очень-очень хочу какать…

– Вот же бесстыдница! Надо же сказать такое, – подумал Дима. Он всегда считал, что в таких потребностях некрасиво выражаться вслух, а она об этом орёт.

– Задичала в этой бочке за один вечер? Или сама такая?

Впрочем, он склонялся к последней мысли. Прилёг на бочок и улыбнулся, мысленно ответил ей:

– Ну, покакай! Интересно, под себя это сделаешь или спустишь штанишки?

Ему действительно это было интересно, пописала же она под себя! Как только Рита призналась, что хочет покакать, Дима решил не спешить спускаться к ней. Но ведь она не знала, что так будет. Если бы знала, то помалкивала бы о своих потребностях.

В этот момент Дима уже окончательно решил, что сегодня выпустит её, но всё ещё хотел наказать за попытку побега. Подумал, что дать ей обделаться под себя – неплохое наказание. Хотя бы узнает, что такое сидеть в его бочке. И потом, может быть, сделает всё, чтобы снова там не очутиться. Он действительно рассчитывал на это.

В какой-то момент он даже подумал, что зря не связал её руки как следует, чтобы она не смогла самостоятельно освободить их. Вот тогда бы это точно стало для неё наказанием. Дима был почти уверен, что на этот раз она освободит ручки, ведь сам подбросил ей такую идею, о чём он тоже чуточку сожалел.

Дима вышел на кухню, чтобы перекусить. Он только проснулся, и для него по ощущениям был завтрак. Но на самом деле уже обед прошёл, было около 3 часов. Он понял, что есть практически нечего, кроме бутербродов. Готовить что-то у него не было настроения. Он уже отвык от этого за эти 2 недели, пока Рита каждый день готовила для него что-то вкусненькое. Он только ходил и давал ей заказы.

Он вспомнил эти прекрасные времена и улыбнулся. А ещё подумал, что они обязательно вернутся. И она продолжит готовить для него и ухаживать за ним, даже когда приедет её отец.

– По-другому и быть не может, ― решил Дима.

Он перекусил бутербродом, а потом неохотно спустился к ней в подвал. Сразу же язвительно сказал:

– Фу, грязная девчонка!

Запах дерьма он ощущал издалека.

– Всё-таки обосралась!

– Я очень хотела! Я звала тебя, но ты не приходил, – слезливо пропищала Рита.

– А представь, что ты застрянешь здесь надолго. Скажем, неделю будешь сидеть в бочке и делать под себя. Каково тебе будет? – спросил Дима.

– Нет, пожалуйста, не рассказывай мне эти ужасы! Не надо меня запугивать, – взмолилась Рита.

– Так я и не запугиваю. Я тебе рассказываю, как всё может быть, если ты не будешь меня слушаться.

– Я буду слушаться, ― торопливо вставила Рита.

– Звучит по-прежнему неубедительно, – сказал Дима и начал развязывать бочку от стены.

– Прости, я клянусь, буду слушаться, – повторила Рита, – дай мне шанс?

– А я что, по-твоему, делаю? ― спросил Дима.

– Правда, ты освободишь меня? Прямо сейчас выпустишь? ― с надеждой в голосе спросила Рита.

– Надо же коров доить, ― неохотно ответил Дима.

– Ты только ради этого меня выпускаешь? А потом снова…

Дальше она замолчала, побоялась полностью произнести этот вопрос.

– Что будет дальше, зависит от тебя, – ответил Дима. ― Если реально будешь паинькой, тогда, может быть, не попадёшь в эту бочку в ближайшее время.

В этот момент он начал наклонять бочку, и Рита закричала:

– А-а-а! Только не переворачивай её.

– Точно, я забыл открутить крышку, – заметил Дима, вновь поставил бочку в вертикальное положение и начал откручивать крышку.

– Я испачкаюсь, если ты перевернешь её, – испуганно объяснила Рита.

– Даже не догадалась завернуть какашки в одежду? – недовольно спросил Дима. Как только он открыл крышку, Рита с облегчением встала на ноги и протянула ему руки.

– Что, подлизываешься? – игриво спросил Дима.

– Пожалуйста, вытащи меня, – попросила Рита.

– Да? Чтобы в дерьме испачкаться? – спросил Дима с иронией.

– Нет, я подтёрлась, ты не испачкаешься, – сказала Рита.

– Подтёрлась она! ― повторил Дима. Но сам обнял её за талию, а второй рукой обхватил чуть ниже попки и начал поднимать. Ниже талии Рита была абсолютно голая.

– Мне нравится, когда ты голенькая, – игриво сказал Дима, спуская её, а потом сразу же шлёпнул по попе.

Рита нахмурилась и стыдливо опустила голову. Дима указал рукой в сторону лестницы:

– Ну, иди, что встала?

– А можно? – спросила Рита.

– Если бы было нельзя, я бы тебя не выпустил, логично? ― ответил Дима. И тут он вспомнил, что в бочке осталась её запачканная одежда.

– И, кстати, вернись, ты что-то забыла!

Она обернулась и увидела, что он наклонил бочку, чтобы она могла подобрать свою одежду. Но Рита не хотела этого делать. Она уже раз пять пописала, и её штанишки почти полностью пропитались. И не только штанишки, но и верх спортивного костюма. Она сняла с себя почти всё, кроме маечки. Не хотела сидеть в бочке совсем уж голой. Но ей нужны были тряпки, чтобы впитать мочу…

– Ой, а можно не сейчас? – жалобно протянула Рита.

– А когда? ― спросил Дима. ― Или я должен за тобой дерьмо подтирать? – спросил Дима.

– Дай хотя бы пакет, – попросила Рита. ― Давай положим в пакет?

Дима дёрнул головой и указал на тумбочку:

– Посмотри там.

Рита послушно зашагала и начала осматривать содержимое тумбочки. Она нашла только большие мусорные мешки, которые были очень плотными. Конечно, это сразу вызвало у неё дурные подозрения.

– Ты не то достаёшь, – строго сказал Дима, уже пожалев, что разрешил ей копаться в своей тумбе. Но с другой стороны, он же ей уже признался, что убивает людей, и она знает, что в его бочках растворяются тела. Какой смысл теперь что-то утаивать? К тому же, это же просто пакеты!

– Там где-то должен быть пакет из супермаркета, – сказал Дима. ― Я же недавно выпивку покупал и бросил её куда-то туда.

Он подошёл и сам помог ей отыскать пакет. Оказалось, что он лежит не в тумбочке и даже не на ней, а застрял за тумбочкой и стеной.

– Так вот же он! Невнимательная.

– Прости, – сказала Рита, стыдливо забирая у него пакет.

– Что, боишься ручки запачкать? – спросил Дима с хитрой улыбкой.

– Да, я не хочу пачкать руки, – согласилась Рита. ― Должна хотеть, что ли?

– Это было бы забавно! – усмехнулся Дима. ― У меня ещё не было девушки, которая любит играться с фекалиями!

– Фу, это мерзко!

– Согласен, так что в следующий раз будешь срать в пакет. В подгузник, а подгузник потом в пакет, – сказал Дима.

Как только он сказал «в следующий раз», Рита сразу же замерла, не оборачиваясь. Но не решалась что-либо сказать ему.

Дима усмехнулся:

– А ты что, думаешь, я тебя навсегда выпускаю?

– А на сколько ты меня выпускаешь? Только коров подоить? – взволнованно спросила Рита.

– Смотря как будешь вести себя, – ответил Дима. ― И давай, не тормози, забирай свою одежду и пошли. Весь подвал в туалет превратила.

– Ты сам виноват, – пожаловалась Рита. Она сказала это, и только потом подумала, что зря задирается. Нужно радоваться, что он её выпускает и помалкивать, а она ещё на нервах ему играет.

Рита сразу же замолчала. И её удивило, что Дима не злится за её дерзость и вообще разговаривает с ней нормально.

– Твоя же попка какала, – сказал Дима. ― Не могла потерпеть? Можно подумать, что долго просидела в этой бочке.

– Долго, ― возразила Рита. ― Весь день в ней сидела.

– Ну конечно, весь день! Полдня не хочешь? Время 3 часа.

– 4, – возразила Рита. ― Во второй раз нужно доить коров.

– Всё-то ты о коровах думаешь! – пожаловался Дима.

– Ну конечно, я не могу не думать о них. Я вчера вечером их не доила, и сегодня утром тоже, так нельзя. Я обещала папе, что позабочусь о коровах и о хозяйстве в целом.

– Смотрю, ты очень любишь своего папочку? – спросил Дима.

– Конечно, люблю, – ответила Рита.

– Раз любишь, в твоих же интересах быть послушной и не нарываться на неприятности. И поспеши, если тебе не терпится подоить коров.

Рита почти с головой залезла в бочку, аккуратно хватая одежду через целлофан. Она всё положила в пакет и была рада, что он не заставил её убирать эту гадость с голыми руками.

– Я уже всё, – ответила Рита, высунув голову.

– А теперь пошли. Живо, живо! – сказал Дима, быстро-быстро пошевелив рукой, как бы подгоняя её. В подвале действительно сильно завоняло, а ведь она всего лишь 1 раз обгадилась. Он и не думал, что будет вонять настолько.

Вскоре Рита поднялась наверх, и солнечный свет осветил её личико, заставив улыбнуться. Он всё-таки выпустил её. Значит, у неё ещё есть шанс спастись. Но сейчас она не хотела об этом думать. Рита понимала, что если попытается сбежать от него ещё раз, он точно больше её не выпустит. Она уже поняла, в каких условиях он собирается держать её в подвале, и не хотела возвращаться туда ни за что на свете.

Она решила, что пока какое-то время будет послушной и посмотрит, к чему это приведёт. К тому же теперь нет никакого смысла убегать от него. Даже если она убежит и всё разболтает, вряд ли кто-то поспешит выкапывать землю под её бочкой. Он скорее 10 раз успеет её найти, прежде чем она приведёт кого-то к этой бочке.

– Ну, что ты встала? Иди! – сказал Дима, слегка подталкивая её в сторону ванной комнаты. – Иди, сполоснись или хотя бы подмойся. И не задерживайся, я сейчас принесу тебе какой-нибудь верх.

– Хорошо, спасибо, – ответила Рита и торопливо направилась в ванную.

– И не запирайся, – громко предупредил Дима. Он всегда предупреждает её не запираться, как будто она хоть раз это делала. Это же его дом! Если он захочет войти, то может даже взломать замок, а потом ей достанется. Рите не хотелось этих проблем, поэтому она решила вести себя послушно.

Рита не чувствовала себя грязной, потому что тщательно подтёрлась своей одеждой после того, как сделала своё грязное дело. Правда, ноги она немного промочила в моче, потому что в бочке было довольно тесно. Ей приходилось наступать на свою влажную одежду, хотя она старалась этого не делать. Её ступни и пятки периодически соприкасались с влагой, и она с ужасом вспоминала этот момент, тяжело дыша.

Рита старалась не вспоминать, как сидела в бочке… она полностью разделась, залезла в ванну и открыла чуть тёплую воду. Сполоснулась и взглянула на своё отражение в зеркале. На её лице уже проступил синяк в том месте, куда он ударил её кулаком. Рита аккуратно потрогала его пальчиками и нахмурилась. Тихо захныкала. Ей было страшно вспоминать то, как он бежал за ней, как потом ударил… он всё время её бьёт, постоянно и по любому поводу.

Рита не хотела об этом думать. Если бы она могла, закрыла бы сейчас это зеркало или убрала его куда-нибудь подальше, лишь бы не видеть этот синяк на своём лице. Но вскоре из-за текущей тёплой воды в ванной комнате поднялся пар, и на зеркале образовался конденсат. Она больше не видела в нём своё отражение и немного успокоилась. Закрыла глаза, тяжело выдохнула и встала под душ. Потом, помыла голову его дорогим шампунем, и его сладкий аромат её немного успокоил.

Рита намылила одну из мочалок и разок прошлась по телу. Раз уж мыться, так мыться полностью. К тому же это не займёт много времени. Во всяком случае, у неё. Рита никогда не любила долго мыться, но всегда считала, что моется тщательно.

Дима пришёл через 15 минут, как раз, когда она заканчивала мыться. Он принёс полотенце и уже знакомый ей красный шёлковый халат.

– Я не смогу в этом доить коров, – сказала Рита.

– Так я и не предлагаю в этом доить, но пока надень.

– Ладно, я поняла, – ответила Рита с нотками недовольства в голосе. И уже заранее взволновалась. Подумала, как бы он не задумал чего… ей бы не хотелось пережить какой-нибудь стресс с его приставаниями, ведь она была настроена как можно скорее подоить коров.

Дима быстро покинул ванную комнату и стал ждать её, сидя на своём кожаном диване. А вот Рита замедлилась, когда он велел ей надеть этот халат. Теперь ей не очень-то хотелось выходить к нему. Этот халат вызывал у неё не самые приятные ассоциации.

Но она понимала, что не может долго прятаться в ванной. Это же тоже означает быть непослушной. К тому же её ждут коровы. Чем быстрее она выйдет, тем быстрее займётся ими. Конечно, если он не придумал ничего развратного…

Рита была уверена, что теперь он будет постоянно ходить за ней по пятам. Но вдруг в остальное время будет запирать в той бочке? Сильнее всего Рита боялась именно этого.

Собравшись с духом, она обернула голову полотенцем и вышла к нему.

– Что-то ты долго, – пожаловался Дима, – а говорила, что уже почти.

– Извини, – протянула Рита, опустив голову. – Нужно было подмыться как следует.

Дима натянул губы в широкую улыбку.

– Да, нужно было, как следует. Мне нравятся чистенькие девушки!

Он так внимательно на неё смотрел, с вожделением. И Рита очень боялась, что он сейчас встанет и начнёт к ней приставать. Он ведь сказал, что ему нравятся чистенькие девушки. Это как будто был намёк…

Глава 56. В её комнате

– И что теперь? – спросила Рита. Она встала в гостиной, не доходя до него пару метров, и не знала, что делать дальше и куда идти?

– Перекусить не хочешь? – предложил Дима.

– Ну, я поела хлеба, – ответила Рита.

– Ну да, точно! ― язвительно протянул Дима. ― На ужин, на завтрак и на обед хлеб. И как тебе такой рацион?

Рита знала, что сейчас он просто издевается. Снова начинает свою пластинку: «как тебе понравилось сидеть в той бочке?»

– Я не ела хлеб на ужин, – ответила Рита, – только на завтрак.

– О, как! Уже на диету села?

– Нет, я бы перекусила, ― резко ответила Рита. Она не собиралась кушать и вообще боялась выходить с ним на кухню, но его слова её разозлили.

– Хочу копчёной колбасы. Той дорогой, которую я видела в твоём холодильнике, ― высокомерно добавила Рита. ― Она ещё осталась?

– Дерзкой становишься! – усмехнулся Дима. – Осталась.

Но он совершенно на неё не злился. Наоборот, ему даже понравилась её реакция. Он сразу же встал и указал ей в сторону кухни. Ему хотелось идти сзади, чтобы смотреть на то, как юбочка её халата колышется на её попке, еле-еле её прикрывая.

Рита вошла на кухню и по-хозяйски направилась к холодильнику. Продолжала злиться на него, но не хотела об этом разговаривать. А ещё она уже давно привыкла хозяйничать в его кухне, и он был не против. Наоборот, привык к тому, что она ему готовит.

Дима не пошёл за ней до холодильника. Он присел за обеденный стол и просто внимательно за ней наблюдал. А когда она открыла холодильник, сказал:

– А кроме колбасы у нас ничего и не осталось! Так что с тебя ужин.

Рита сразу же улыбнулась. Раз с неё ужин, значит, он точно не станет запирать её после того, как она подоит коров. И это здорово. Она заранее порадовалась. Но всё равно не переставала думать, что он может запереть её в подвале позже. Например, после ужина.

Рита понимала, даже если он не запрет её в подвале, запрет у себя дома. Теперь он точно не позволит ей, как раньше спать в своей комнате в родительском доме. Будет всё время тщательно следить, чтобы она не сдала его. «Ну и пусть следит!» ― подумала Рита. Главное, чтобы снова не запер в той бочке. Она там чувствовала себя каким-то удобрением. Растением, которое бросили для разложения и ждут готовности. Только в данном случае он ждал, что будет разлагаться её разум, и она неожиданно станет послушной. Так почему бы ей не притвориться такой? Пусть думает, что добился своего. Поэтому она старалась быть милой.

Рита принесла из холодильника колбасу, хлеб и апельсиновый сок.

– Кажется, ты не наелась хлебом! – усмехнулся Дима.

– А что, просто колбасу есть без ничего? – спросила Рита.

– Ну, не знаю, могла бы макароны приготовить или гречку отварить. Это же недолго.

На самом деле он сам хотел поесть что-нибудь эдакого, поэтому и пытался раздразнить её на готовку. Не вышло.

– Я бы хотела поскорее пойти к коровам, – ответила Рита. – А потом я могу сварить тебе гречку или приготовить что-то другое, что ты захочешь.

Дима улыбнулся:

– Я рад, что ты становишься хорошенькой.

Рита встала к нему спиной и принялась нарезать колбасу. Он всегда покупал не нарезанную, потому что считал, что она более качественная. Да и приятно есть свежие ломтики, которые сам нарезал.

Пока Рита занималась колбасой, он, как обычно, разглядывал её зад и ножки. Только сейчас он заметил, что она ходит босиком. Он смотрел на неё и улыбался, представляя, как они вместе. Но подумал, что сейчас не время для таких фантазий.

Вскоре Рита присела рядом с ним и начала скромно кушать, стараясь не смотреть на него. А он, напротив, глаз от неё не отводил. Потом прервал молчание вопросом:

– Не хочешь это снять?

Он чуть дёрнул полотенце с её головы, и оно сразу же начало падать.

– Ты уже снял, – пожаловалась Рита, пытаясь удержать полотенце.

Дима забрал полотенце и повесил его на спинку свободного стула:

– Пусть высохнут волосы. Так ты выглядишь намного краше.

«Я бы хотела выглядеть для тебя уродиной», – нервно подумала Рита, а сама молча засунула в рот колбасу с хлебом и продолжила жевать. По-прежнему старалась не поднимать голову и не смотреть на него.

Минут через 10 Дима сказал:

– Сейчас пойдём к тебе домой, и ты выберешь какую-нибудь чистую одежду, чтобы подоить коров.

– Хорошо, – ответила Рита, а потом подёргала рукав своего халата.

– И что, мне пойти прямо в этом?

– Помнится, ты уже ходила домой в этом, ― деловито напомнил Дима. – Помнишь, когда торопливо убегала от меня?

– Извини, – протянула Рита, опустив голову.

– Хватит извинений, – сказал Дима. Он схватил её за подбородок, заставил поднять голову и посмотреть ему в глаза.

– Я не буду больше плохой, – обещала Рита.

Дима хитро улыбнулся:

– Говоришь, как маленькая девочка, но мне это нравится. Если ты будешь хорошенькой и послушной, мы с тобой поладим. А теперь вставай и пошли. И не надо переживать из-за халата. Думаешь, кто-то через бинокль следит за твоим участком и подглядывает за тем, что ты делаешь?

Рита пожала плечами и улыбнулась:

– Нет, это вряд ли.

– Ну, вот видишь. Я тоже думаю, что это вряд ли.

Он заговорил про бинокль только потому, что сам частенько подглядывает за чужими участками. Но он не собирался делиться этой тайной.

Рита послушно встала из-за стола и последовала за ним к выходу. И когда она вдохнула свежего воздуха, снова улыбнулась, снова почувствовала себя живой. Но она понимала, что всё ещё является его пленницей, и не представляла, что делать ей дальше?

Рита торопливыми шагами шла вперёд и чувствовала, как он идёт за ней и не отстаёт. Они вошли к ней домой, и она сразу же направилась в свою комнату. Дима и тут следовал за ней. Он уселся на её кровать и смотрел, как она выбирает себе одежду. Рита заволновалась и поэтому сразу же замедлилась, а Дима, конечно же, это заметил.

– Долго ещё будешь копаться в своих вещах? Или хочешь, чтобы я выбрал?

– Нет, я сама…― взволнованно ответила Рита. Как раз в этот момент она держала в руке какую-то розовую блузку с рукавами. Он направил указательный палец на эту блузку и сказал:

– Вот это сгодится! А вон там, на нижней полке, вижу штанишки.

Рита нахмурилась, но сразу же пригнулась и взяла те штанишки, на которые он указал. Это была невзрачная одежда, которую не жалко надеть в огород. Но именно эту блузку она очень давно не носила. Да и не была уверена, что залезет в неё.

– Я не уверена… ― начала было говорить Рита, но Дима её перебил:

– Зато я уверен. Хватит выбирать! Просто надевай и пошли.

Но Рита не привыкла к тому, что ей затыкают рот. Поэтому она всё равно сказала то, что начала:

– Я просто хотела сказать, что эта блузка может быть мне мала. Я её в десять лет носила!

– Не выглядит она для десятилетней, так что примеряй и посмотрим.

Рита посмотрела ему в глаза и немного пугливо спросила:

– А ты не выйдешь?

– Не выйду, ― деловито ответил Дима. Её сразу же бросило в жар от волнения, и она не знала, что сказать ещё. Почти целую минуту продолжала смотреть ему в глаза, будто бы в шоке, а потом резко отвернулась.

– Теперь я всегда буду смотреть на то, как ты переодеваешься, – язвительно сказал Дима. ― Так что привыкай!

Рита осознала, что выбора у неё нет. Если она сейчас откажется при нём переодеваться, будет только хуже. Она даже представить боялась, что именно будет. Он точно её накажет и потом нарочно заставит долго-долго ходить перед ним голой. И наверняка это будет не единственным наказанием.

Но Рита всё равно не собиралась полностью обнажаться перед ним. Если, конечно, он не заставит это сделать. И она очень надеялась, что не заставит, во всяком случае, сейчас. Они ведь пришли сюда только для того, чтобы она переоделась в подходящую одежду, чтобы пойти в сарай. Это бред, если он сейчас начнёт приставать.

Чтобы он не увидел слишком много, не снимая халат, Рита сразу же надела трусики, а потом натянула штанишки. Потом уже она шустро сняла халат, показав ему только голенькую спинку, и быстро надела кофточку.

Дима усмехнулся.

– Хитро, но не надейся, что я не увижу тебя голенькой! У меня ещё будет время поглазеть на тебя! Возможно, даже сегодня.

Рита замерла и взволнованно выдохнула, заставив себя промолчать.

– Обернись. Покажи, как кофта на тебе сидит, ― сказал Дима. И Рита медленно повернулась к нему лицом. Пожаловалась:

– Тесно сидит. Она всё-таки мала.

– Подправь сиськи, ― приказал Дима. Он видел, что кофта как-то неправильно сдавливает её грудь.

– Как подправить? ― спросила Рита и тут же пожалела об этом. Дима сразу же подозвал её к себе:

– Иди сюда.

Рита итак стояла от него в двух шагах. А когда он сказал это, она отпрянула назад как ужаленная, и сразу же сказала:

– Я поняла, сейчас попробую.

– Я сказал, иди сюда, ― строго повторил Дима, пошевелив рукой. Но Рита не послушалась и упрямо повторила:

– Я поняла, я сама.

Она отвернулась, засунула руку под блузку и как-то по-своему начала подправлять грудь. Дима разозлился. Он ведь уже надеялся потрогать её грудь, а она его обламывает. Мало того, что не позволила посмотреть, так ещё и это.

Дима встал, схватил её за предплечье и резко развернул лицом к себе. Потом сразу же влепил сильную пощечину. Рита даже не успела вынуть руки из-под блузки и закричала:

– А-а-а…

Как обычно она зажмурилась от страха и чтобы его не видеть. Но она не пыталась убежать и даже не прикрыла щеку. Очень боялась, что он ударит её ещё.

– Если я говорю что-то сделать, ты это делаешь, ― строго разъяснил Дима. ― А теперь руки назад.

Он схватил её за оба запястья и сам заставил отвести руки назад, потом начал разглядывать её грудь оценивающим взглядом. Потом сделал то, чего она изначально испугалась. Засунул руку под её блузку и прикоснулся к её груди. Попытался приподнять её грудь, чтобы она лучше смотрелась под блузкой. В этот момент Рита замерла, а сама взволнованно выдохнула. Чувствовала, как её сердце бьётся всё быстрее и быстрее. Столько всего произошло, но он впервые прикасался к её груди…

– Тебе нужно научиться носить бюстгальтер, ― сказал Дима. ― У тебя есть бюстгальтер?

– Есть, ― неохотно ответила Рита.

– Надевай.

– Прямо сейчас? ― спросила Рита.

– Нет, через неделю! ― язвительно сказал Дима. ― Конечно, сейчас.

Уже в этот момент он начал взглядом выискивать бюстгальтер среди её вещей. Нашёл быстро. Все бюстгальтеры лежали одной кучей на верхней полке, и он смог выбрать тот, который посчитал нужным. Учитывая, что её грудь весьма маленькая, он сразу же потянулся к бюстгальтеру с поролоновыми вставками.

– Вот это надевай, ― строго приказал Дима. Рита встала к нему спиной и медленно потянулась к своей блузке, чтобы снять её. Очень не хотела этого делать, а ведь придётся… он заставляет. И он снова её ударил. Ударил только за то, что она не подошла к нему и не позволила потрогать себя. Ей хотелось плакать от обиды.

– Я тебе помогу, ― сказал Дима и сам принялся вытягивать с неё кофточку. Не выдержал её медлительности. Уже в следующее мгновение она стояла перед ним полностью без верха, но опять-таки спиной к нему. Но Дима не стал заставлять её поворачиваться. Не хотел показывать, что заинтересован в разглядывании её сисек.

Рита взяла бюстгальтер, на который он указал, и быстро принялась его надевать. Спешила, потому что боялась, что он заставит её повернуться.

Дима повесил её кофточку на её плечо и сказал:

– Надевай.

И кофточку Рита надела молниеносно. Она теперь сидела на ней ещё плотнее.

– А теперь покажись, ― сказал Дима. Рита сразу же развернулась, и он понял, что эта кофта сидит на ней просто идеально. Открытое декольте, а между её грудями даже проглядывается ямочка.

– Шикарно. Можно ещё сделать так, ― сказал Дима и чуть дёрнул её кофточку вниз в области груди. Кофта была из эластичной и вязаной ткани, и поэтому держала форму.

– Чтобы доить коров так не одеваются, ― обиженно сказала Рита.

– Сегодня ты со мной идёшь доить коров, ― деловито напомнил Дима. ― И пока я рядом, ты будешь одеваться красиво, сексуально. Поняла меня?

Рита нахмурилась и опустила голову. Очень не хотела отвечать, но поняла, что промолчать не получится. Уже в следующее мгновение он схватил её за подбородок и заставил поднять голову.

– Всегда отвечай мне, ― сказал Дима.

– А… ― чуть слышно вскрикнула Рита. Он случайно надавил на то место, по которому вчера ударил её кулаком. И Рита поняла, что у неё там болит и даже очень сильно.

– Что такое, больно? ― язвительно спросил Дима. ― Да, у тебя здесь синяк. И надеюсь, он пройдёт до приезда твоего отца, иначе тебе придётся придумывать объяснительную ложь.

Рита нахмурилась и вздёрнулась назад.

– Может, пойдем уже?

– Мы не договорили, ― деловито сказал Дима. ― Ты поняла меня?

– Да, поняла! Поняла! ― протянула Рита.

– Что ты поняла?

– Я буду всегда тебе отвечать.

– А ещё что? ― спросил Дима.

– И буду красиво одеваться, ― добавила Рита.

– Вот и замечательно, а теперь можем идти, ― сказал Дима.

Рита торопливо покинула комнату, даже опередив его.

– И вёдра не забудь, – сказал Дима ей вслед. Но Рита снова ничего ему не ответила. Претворилась, что не услышала его, а он больше не стал придираться.

Она пошла на кухню за вёдрами, а Дима тем временем ждал её снаружи. Она вышла буквально через минуту, и Дима улыбнулся.

– Я рад, что ты на этот раз решила выйти через дверь, – сказал Дима. Рита сразу же нахмурилась и опустила голову. Он снова напомнил ей о том, что она пыталась сбежать от него и сдать их. Зачем он это делает? Она не понимала, чего он добивается.

– Было бы глупо прыгать сейчас через окно, – неохотно ответила Рита. Затем она торопливыми шагами направилась к сараю.

– Я рад, что ты это поняла, – сказал Дима. – Но вчера тоже было глупо. И будет глупо в любой другой момент, когда ты снова попытаешься это сделать.

– Я больше не попытаюсь, – пообещала Рита. – Ты ведь уже похоронил его. Его больше нет. И я не хочу, чтобы мы это обсуждали.

– Я тоже не хочу, чтобы мы это обсуждали, – сказал Дима.

– Тогда больше не напоминай мне об этом дне, ― попросила Рита. ― Я уже извинилась тысячу раз, но ты мне всё равно не веришь.

– Может быть, позже поверю, если докажешь, что тебе можно доверять, – сказал Дима. ― А теперь вперёд, иди, занимайся своими коровами, а я тут постою. Не люблю запах дерьма.

В сарае всегда пахло дерьмом, и Дима очень редко заходил в такие места. Он остался снаружи и закурил сигаретку.

«Ну, вот! А сам смотреть собирался!» ― язвительно подумала Рита. Но сама очень обрадовалась, что он не пошёл с ней в сарай. Она поняла, что хотя бы подоить коров сможет спокойно. Впрочем, Рита не сразу принялась доить коров. Он слышал, как она там шуршит и что-то делает. Понял, что готовит корм. Он в это не вмешивался. Просто терпеливо ждал её, потом присел на пенёк. Было скучно, но оставлять её одну он не хотел.

Она вышла из сарая только минут через 40 с двумя полными вёдрами.

– Там ещё одно ведро, я сейчас его принесу, – сказала Рита. Дима уже понял, что два этих ведра молока несёт он. И он был не против помощь ей. Но когда Рита вышла с третьим ведром, сразу же сказала:

– Я пока только двух подоила. У них сиськи переполнились, много молока.

– Разве так это работает, – усмехнулся Дима.

– Ну, когда пропускаешь дойку, молока бывает больше, но так нельзя делать. Это вредно для здоровья коров.

– Ладно-ладно, можешь не объяснять, ― сказал Дима. Ему было нудно это слушать. К тому же, она говорит вещи, которые он и сам должен знать. Знает, да не уверен в своих знаниях…

Глава 57. Баня

Они отнесли молоко к ней домой, а потом она снова вернулась в сарай и продолжила доить. Вынесла оттуда ещё 1,5 ведра молока, а потом дома принялась всё это сцеживать. Он стоял рядом и наблюдал.

– Нудное занятие, однако же.

– Ну, конечно, потому что ты ничего не делаешь, просто сидишь и смотришь. Поэтому и скучаешь! ― с нотками упрёка сказала Рита.

– И что я должен делать, по-твоему? ― спросил Дима.

– Ну, не знаю. Ты можешь заняться своими делами. Я же всё равно никуда не убегу.

– Да неужели! ― вскрикнул Дима, хлопнув ладошкой по столу. ― И не надейся. Я теперь от тебя глаз не спущу.

Рита сразу же вздёрнулась и зажмурилась от испуга. Тихо сказала:

– Ладно, не спускай! Но ведь тебе самому скучно.

– Зато я на тебя смотрю, – сказал Дима, а потом ехидно улыбнулся и добавил: – завтра будешь с голенькой попкой сцеживать молоко, чтобы мне было не так скучно.

Рита нахмурилась и ничего не ответила. Продолжила убирать молоко в холодильник, как ни в чём не бывало.

– А зачем тебе столько молока? ― спросил Дима. ― Оно же всё равно скиснет. Сдавать мы её не поедем.

– Из излишков я делаю сыр, – сказала Рита, ― так что ничего не пропадает.

– И где же твой сыр? – спросил Дима. Рита вытащила из холодильника довольно большую стеклянную миску, полную с домашним сыром.

– Ничего себе! Я не знал, что у тебя ещё и такие таланты есть.

– Ну да, есть, ― с лёгкой улыбкой на лице сказала Рита.

– А что не продавали мне сыр? – пожаловался Дима. ― Только всё молоко да молоко!

– И яйца, ― добавила Рита.

– Ну, да, и яйца! Я бы не отказался от такого сыра.

Он с большим любопытством отрезал кусочек и попробовал. Посмаковал и тут же оценил:

– Это интересно, без горечи. Я бы сказал, что даже вкуснее магазинного.

– Ну да, свежий сыр не горький, без кислинки. Я тоже люблю такой.

– Ну, так почему не продавали мне сыр? ― снова переспросил Дима. Он уже столько лет живёт по соседству, и они ни разу не предлагали ему сыр. Рита пожала плечами.

– То есть, как это ты не знаешь?

– Ну, наверное потому, что мы в основном сдаём молоко и редко делаем сыр. И мы не так давно его делаем. Года 3, наверное, как научились, ― объяснила Рита. ― Мне Наталья Алексеевна помогла достать специальный фермент. Без него не получится.

Дима сразу же с улыбкой дёрнул головой.

– Вот оно что! Значит, она всё-таки подружка твоя?

– Нет, не подружка, конечно же. Ну, просто хорошая продавщица, ― объяснила Рита. ― Она ездит в город и заказывает через интернет.

– Не переживай, я не трону твою подругу. Тем более такую ценную, которая достаёт тебе фермент! ― усмехнулся Дима. Рита посмотрела на него и нахмурилась. Он снова напомнил ей о том, что он убийца, но зачем? Она совершенно не хотела об этом думать.

Дима неожиданно схватил её за запястье и посмотрел ей в глаза.

– А… ― вскрикнула Рита от испуга.

– Я не убийца женщин, – сказал Дима, – поэтому не нужно меня шарахаться. Я могу быть грубым, но не более того.

Рита закрыла глаза и вздохнула, а потом тихо напомнила:

– Ты же сказал, что в тех бочках…

Дима отпустил её и положил в рот ещё кусочек сыра, начал пожёвывать. Потом как ни в чём не бывало, он ответил:

– Считай, что это моя работа!

– Не бывает такой работы, – возразила Рита. – Это твой выбор. Если ты занимаешься этим, значит, хочешь этого.

– Всё гораздо сложнее, и это тебя не касается, – строго сказал Дима.

– Но Виталий касался меня.

Дима усмехнулся:

– В том-то и проблема, что он касался тебя!

Слово «касался» он произнёс особенно подчеркнуто, чтобы Рита поняла, что он имеет в виду.

– И потом, твой пастушок сам напросился, – добавил он. – Ты же не будешь это отрицать?

Рита нахмурилась и опустила голову. Дима указал на сушилку и сказал:

– Подай мне стакан и налей воды из чайника. Надеюсь, вода в нём не слишком старая?

– Старая, лучше вскипятить новую, – ответила Рита. – Ты же почти не пускал меня домой. Когда мне было кипятить чайник?

– Ну, тогда поставь чайник. Сыр вкусный даже без хлеба, но хочется запить.

Он быстро переключился от разговора о Виталии, и Рита решила оставить всё как есть. Но неожиданно он внимательно посмотрел на неё и спросил:

– Ты мне так и не ответила. Ты согласна, что он напросился?

– Ну, он набросился на тебя и избил, – протянула Рита. – Но он не заслуживал смерти.

– О-о-о! Ещё как заслуживал! ― возразил Дима. ― Я бы, конечно, мог убрать его втихаря, но это было сложно. Ты ведь всё время болтаешься рядом, а он приходит к нам только утром и вечером. Ну, ты понимаешь?

– Как будто это что-то бы изменило, – обиженно сказала Рита.

– Ну да, конечно бы изменило, – ответил Дима. – Ты бы тогда не была такой хмурой и недовольной. Не считала бы меня убийцей.

Рита не хотела продолжать этот разговор. Она отвернулась, подошла к раковине и занялась чайником. Наполнила его водой и поставила на плиту.

– Я просто хотел разъяснить ситуацию, чтобы тебе было спокойнее, – сказал Дима.

– Мне теперь уже не будет спокойнее. Ты убиваешь людей, и я об этом знаю.

– Так не знай, – вставил Дима. – Тех бочек не будет уже сегодня вечером, так что ты не сможешь никому ничего доложить.

– Я и не собиралась, – вставила Рита.

– Вот и замечательно. Ну, это я так, к слову! Опять разъясняю ситуацию. Это знаем только ты и я, и больше никто. А если вдруг ты всё же решишь всё разболтать, и даже если тебе каким-то чудом удастся натравить на меня полицию, они ничего не найдут. Поверь мне.

– Я не буду никого на тебя натравливать. Обещаю, – сказала Рита.

– Посмотрим, но я всё равно буду за тобой приглядывать. И в ближайшие дни особенно дотошно.

Вскоре закипел чайник, и она заварила ему и себе зелёный чай. Она медленно его пила, постоянно помешивая. Потом нерешительно спросила:

– Ты кого-то ещё убил этой ночью?

– Может быть!

Рита нахмурилась и тяжело выдохнула, а потом предположила:

– Это был свидетель? Нас кто-то вчера видел?

– А что такое? Уже переживаешь, что повяжут?

– Я теперь всегда буду думать о том, что он закопан там. И всегда будет риск, что его тело найдут.

– Думай, думай, лишним не будет! ― усмехнулся Дима. ― И ты правильно переживаешь, что если твоего Виталия найдут, у нас будут неприятности. Точнее сказать, у тебя они будут.

– Ты не ответил, это был свидетель? – спросила Рита снова, и Дима решил соврать.

– Видишь, как я стараюсь ради тебя!

Рита сразу же вздёрнулась и посмотрела ему в глаза.

– Кто это был?

– Да мне-то откуда знать? Мужик какой-то лет сорока. Подсекал за нами, пока мы ругались и кричали друг на друга.

– А вдруг он только это знал? Вдруг ты его просто так… – произнесла Рита, а потом замолчала.

– Нет, не просто так, уж поверь! – уверенно ответил Дима. – И хватит уже этих печальных разговоров. Это всё вчерашний день. Жизнь продолжается!

Рита промолчала и продолжила пить чай.

– Ну что, ты допила чай? ― спросил Дима, когда заметил, что Рита уже не хочет пить. Она просто сидит и не знает, чем заняться. Пугливо подглядывает на него. Она боялась сказать, что закончила свои дела, не хотела идти к нему домой. Но вдруг вспомнила, что не покормила кур, собаку и не проверила коз. Вчера она насыпала им много сена, и, возможно, они ещё не всё съели. Но им не помешает получить порцию зерна.

–Да, я допила, – сразу же ответила Рита, начиная вставать. – Можно я схожу, покормлю кур, коз и собаку?

– Ну, пошли, покормим их всех, – сказал Дима и тоже встал из-за стола, держа в руке миску с сыром. – Это уберём в холодильник. Зачётная штука.

Рита улыбнулась и сама открыла холодильник, чтобы он убрал сыр. Она уже не удивлялась тому, что он собирается болтаться рядом с ней, пока она кормит скот. Главное, что он позволяет ей это делать.

– Погоди, я ещё вот это возьму, – сказала Рита, вытаскивая из холодильника самую нижнюю банку. Было видно, что молоко скисло.

– Ага! А говорила, что у тебя не портится молоко, – съязвил Дима.

– Эта банка испортилась. Из неё, конечно, можно сделать творог, но я отдам её козам вперемежку с зерном, им тоже надо кушать. Мне просто было не до молока, потому что ты меня мучил, – пожаловалась Рита. Дима усмехнулся.

–Теперь тебе ещё больше будет не до молока, если, конечно, я сам тебя не напрягу сделать сыр. Он мне очень понравился.

– Так напряги. Я с удовольствием приготовлю тебе сыр, – ответила Рита. И в этом была лишь толика правды. Сыр готовить она любила, просто потому, что это интересно. Здорово наблюдать, как молоко сгущается под воздействием фермента, образуя желе. И потом это желе сцеживаешь – и получается сыр. А ещё она хотела сделать сыр, чтобы молоко не испортилось, ведь сегодня она много надоила. Ей не хотелось только одного ― порадовать его этим сыром.

– Ну, хорошо, давай тогда позже этим займёмся. Или даже завтра, после того как утром подоишь коров, когда молока будет ещё больше.

– Ну да, это хорошая идея, – согласилась Рита. Сейчас уже был вечер, и неизвестно, какое наказание он придумает для неё сегодня. Вдруг он на ночь снова запихнёт её в бочку? А если она должна утром приготовить для него сыр, значит, он точно её выпустит и коров разрешит подоить, как положено утром. И это радовало Риту. Можно сказать, завтрашний день уже спланирован.

– А молоко должно как-то отстояться? – спросил Дима. – Свежее подойдёт?

Он знает, что для творога молоко отстаивают. Иногда даже кидают в него чёрный хлебушек, чтобы быстрее скисло и свернулось.

– Нет, ― ответила Рита, ― свежее молоко подойдёт отлично. Мы же не творог собираемся готовить. Молоко будет сворачиваться под действием фермента.

– Ну ладно, расскажешь мне, как это делается. И покажешь заодно.

Они направились к выходу. Рита шла и несла свою трёхлитровую банку, крепко держа её обеими руками, чтобы случайно не обронить. Она сразу же направилась в сарай к козам. Дима не пытался её догнать, ему было достаточно того, что он приглядывает за ней.

Он туда-сюда ходил по её двору. Конечно, снова покурил. Долго оценивал, ровно ли стоит бочка, которую они двигали места просто так. Ему показалось, что всё отлично. И во дворе было всё, как обычно. Он даже не заметил глину в неподобающих местах.

Рита тем временем то выходила из сарая, то заходила обратно. Проходила мимо него, брала зерно из кладовки. Он не приставал к ней и не мешал работать, но скучал от нечего делать. Впрочем, чуть позже он тоже нашёл себе работу. Вытащил из кладовки шланги и принялся наполнять бочку, которую сам же заставил опустошить. Он же всё равно здесь болтается, и не допустит, чтобы бочка переполнилась.

Когда Рита заметила, чем он занимается, сначала улыбнулась, а потом взглянула на бочку и камушки под ней и сразу же взгрустнула.

–Теперь ты всё время будешь делать такое лицо?

– Да, я буду делать такое лицо, ― нервно повторила Рита. ― Я никогда не смогу забыть, что он там.

– Смотри, чтоб этого не было, когда твой папаша вернётся! – предупредил Дима, большим пальчиком погладив её бровь. Рита ещё больше нахмурилась, отвернулась и убежала в сарай со своим кормом. На этот раз она шла в курятник.

– Долго тебя ещё ждать? – спросил Дима.

– Ну, я почти всех покормила, осталась только собака. Ну, не помешало бы ещё немножко прибраться у коз, ну и у коров тоже. И нужно узнать, не нашли ли нового пастуха? Коровы не могут постоянно сидеть в сарае.

– Ну, так чтобы узнать, наверно, нужно вывести их сутра, ― сказал Дима. ― Если пастух есть, он придёт.

– А вот и нет! Другой пастух не станет возиться с моими коровами. И не станет приходить и забирать их персонально, ― обиженно сказала Рита, ― ты всё испортил, убив Виталия! Без него будет сложно.

И когда она сказала последнее, он сразу же приложил указательный пальчик к её губам.

– Не говори так никогда. А что касается пастуха, нужно просто узнать, кто он. Я договорюсь с ним, и он будет следить за твоими коровами даже лучше, чем этот Виталий.

– Ты предложишь ему денег? – спросила Рита.

– Виталию я тоже предлагал, если помнишь. Но он сам разрушил своё счастье, даже до зарплаты не дожил!

Рита нахмурилась и опустила голову, не зная, что сказать.

– Надеюсь, новый пастух будет лысым и старым, чтобы ты на него не заглядывалась, ― с ухмылкой сказал Дима.

– Мне всё равно, каким будет пастух, ― горделиво ответила Рита. ― Главное, чтобы он приводил «Лизу». Не хочу каждый день искать её по всей деревне.

– Ну, тебе повезло. Теперь будем искать вместе, – сказал Дима. Он схватил её за подбородок и заставил поднять голову. Рита неохотно взглянула ему в глаза, а потом начала отворачиваться.

– Можно я пойду, дела доделаю?

– Ну, иди, иди!

Дима подошёл к бочке и проверил уровень воды. Она ещё даже наполовину не наполнилась. Поэтому от нечего делать он продолжил ходить по её двору и всё разглядывать. Подошёл к баньке, оценил её снаружи, а потом изнутри. Ему очень понравились берёзовые венички. Захотелось попариться.

– А что, неплохая идея? – подумал Дима. Представил, что Рита пойдёт с ним, будет голенькой и стесняться. Он сразу же хитро улыбнулся и решил принести дрова. Ему нравится, когда Рита стесняется. А ещё он вспомнил, как она переодевалась сегодня в своей комнате, и решил, что будет неплохо её проучить.

– Посмотрим, как ты спрячешь свои сиськи, когда будешь купаться вместе со мной, – подумал Дима.

Когда Рита в следующий раз вышла из сарая, почувствовала во дворе характерный запах горящих дров, и она узнала его. Они так вкусно пахли! Этот запах напомнил ей об отце.

– Вот чёрт, – подумала Рита. Она сразу же вспомнила, что отца рядом нет. Кто ещё мог затопить баню? Конечно же, Дима! И она уже заранее знала, что он потащит её с собой.

Она тоже представила, как он заставит её раздеться перед ним и будет разглядывать. Она только один раз полностью раздевалась перед ним. Это было на кухне, когда он заставил её снять сарафан. Это был самый ужасный день.

– Что ты делаешь? – спросила Рита, как только увидела Диму. Он посмотрел на неё, а потом игриво подёргал бровями:

– Разве не видно? Если ты освободилась, помоги мне.

– И чем я должна помочь? – спросила Рита.

– Воду наполнить в баньке. Не понял, как там всё устроено. Но я её уже затопил. Подумал, что дров маловато закинул, вот несу ещё.

– Я уже поняла, что затопил, – с недовольством сказала Рита, направляясь в сторону бани. Дима отстал, последовал за ней. Там у них стояла металлическая бочка и такая же металлическая ванночка. Ванночка была весьма большая, и Дима с ухмылкой спросил:

– Ты, наверное, в ней купалась, когда была маленькой?

– Да нет же! Мы наполняем её водой, чтобы подогрелась.

– Так разве горячая вода не здесь? – спросил Дима, указав на металлический контейнер закрытого типа, который находился прямо над печкой.

– Ну и там тоже. Я открыла воду, так что этот контейнер уже наполняется.

– И бочку наполняете, и ванну, ― удивился Дима, ― какой в этом смысл?

– Ну, если у тебя есть душ, смысла нет. Мы обычно моемся с водой из открытой бочки, когда только-только затопим баньку. А в закрытом контейнере вода хранится тёплой ещё 3 дня. Так что ещё 3 дня можем не топить и мыться, ― объяснила Рита.

– А, вот оно что! ― с ухмылкой сказал Дима. Он действительно этого не понимал. И тут же добавил:

– Ну да, у меня есть душ! И у тебя получается тоже. Значит, всё это не наполняй.

Он направил указательный пальчик на бочку и ванну.

– Бочку я всё же наполню, так будет лучше. Из неё удобнее брать, ― объяснила Рита.

– Ладно, как хочешь. Я ещё попрошу тебя помыть вот эти скамейки. И лучше сделай это сейчас, пока здесь не стало слишком жарко.

И вот он придумал для неё ещё одну работу.

Глава 58. Полежим

Рита нахмурилась, но подчинилась. Она сразу же взяла один из тазиков и старую мочалку. Налила немного воды и напенила мочалку. Потом этой мочалкой начала тереть сухие деревянные сиденья своей бани. Дима был доволен и широко улыбнулся:

– А у тебя хорошо получается. Но лучше бы тебе раздеться, а то сейчас промокнешь.

– Нет, не промокну, – возразила Рита. Обычно, когда она собиралась мыть скамейки, она поливала их водой и только потом начинала вспенивать мочалкой. И да, она всегда делала это без одежды. Но сейчас, раз он стоит рядом и наблюдает за ней, она не собиралась раздеваться. Во всяком случае, если он её не заставит. И Рита удивилась тому, что он не заставляет…

– Ну, смотри, как хочешь! ― усмехнулся Дима. ― Но я чувствую, что тут уже становится жарко.

Он не заставлял её раздеться только потому, что самый интересный момент их ожидает позже. Это когда банька прогреется, и они пойдут вместе мыться. Уже сейчас он с нетерпением этого ждал.

– Я уже почти всё вымыла, ― ответила Рита. ― Их не надо сильно намыливать, они не грязные. Мы топили баню буквально перед отъездом отца.

– Ну, 2 недели уже прошли, – подметил Дима.

– Это недолго, и плесень в них ещё не завелась.

– Всё равно, – сказал Дима. ― Наверное, таракашки по ночам бегали и какали. Ну, или мышки?

– Насчёт таракашек не знаю, но муравьи тут водятся, ― ответила Рита. Дима тем временем оглядывался по углам. Он заметил какое-то движение на полу и, приглядевшись внимательнее, понял, что это был одинокий муравей.

– Сейчас их немного, ― ответила Рита, протирая последнюю скамейку, которая стояла отдельно. Затем она взяла ковш и начала аккуратно поливать, смывать пену, стараясь не намочить штанишки. Но брызги воды всё равно попали на её одежду.

– Ну, что я тебе говорил? – сказал Дима с лёгкой иронией.

– Я уже закончила дела в саду и всё равно собиралась переодеться во что-то лёгкое, – сказала Рита.

– Слава богу, а то я уже устал ждать тебя. И, кстати, через сколько баня будет готова после того, как затопишь? – поинтересовался Дима.

– Ты никогда не топил баню? Не знаешь? – с удивлением спросила Рита. Когда отец заговорил с ней о бане, Дима горделиво скал, что поможет ей затопить её. А теперь выясняется, что он не знает, как это делается?

– Ну ладно, раскусила, – сдался Дима. – Но я ведь справился! Видишь, дым идёт?

Дима хихикнул, указывая наверх. И действительно, дыма было много.

– Через пару часов уже можно пойти, – ответила Рита.

– Отлично, значит, у нас есть пару часов, чтобы ты приготовила нам какой-нибудь ужин.

– И что ты хочешь? – спросила Рита.

– Ну, что-нибудь мясное и вкусное. Можешь просто пожарить стейки, это быстро. Я как раз доставал сегодня мясо из морозильника.

– Хорошо, пожарю тебе стейки, – с некоторой досадой согласилась Рита. Голос её звучал грустно, и он сразу же спросил:

– Что-то не устраивает?

Рита снова попыталась не смотреть на него, но он схватил её за подбородок и заставил поднять голову.

– Всё нормально, ― неохотно ответила Рита. На самом деле она заранее грустила из-за того, что ей придётся пойти в баню с ним.

– Ты не туда идёшь, – сказал Дима, заметив, что она направляется к своему дому.

– Мне нужно переодеться, – напомнила Рита.

– У меня переоденешься. И кстати, чуть не забыл.

Он подошёл к бочке, вытащил шланг и отключил воду.

– Твой красный халат тоже у меня дома остался, – напомнила Рита. Дима усмехнулся.

– Ну, ладно, уговорила! Иди, переодевайся.

– Но я не надену халат, ― предупредила Рита. ― Он влажный.

– Тогда надень что-нибудь красивенькое, – сказал Дима, вытаскивая из кармана сигаретку. – Так уж и быть, не буду подглядывать, пусть это будет сюрприз.

Он хитро улыбнулся и проводил её взглядом. А Рита была довольна тем, что он не пошёл за ней.

Рита очень не хотела наряжаться для него, но послушно выбрала свой самый красивый домашний сарафан, который было не жалко надеть на кухню. Очень хотела надеть его по-домашнему без бюстгальтера, но ведь он совсем недавно велел ей носить его. Рита боялась ослушаться.

Конечно же, с бюстгальтером сарафан сидел на ней лучше и гораздо привлекательнее. И очень скоро она вышла из дома, кинув на него взволнованный взгляд.

– Отлично выглядишь! ― с улыбкой сказал Дима. Она понимала, что в этот момент должна сказать спасибо, но совершенно не хотела с ним разговаривать и тем более говорить ему такие красивые слова. Она опустила голову и спустилась вниз по нескольким ступенькам своего крыльца.

– Я же говорил, что с бюстгальтером будет смотреться лучше, – сказал Дима.

– Я как будто отрицаю, – сказала Рита с недовольством.

– А ты чего это грубишь? – спросил Дима, неожиданно схватив её за волосы.

– А… ― вскрикнула Рита и зажмурилась, а он внимательно смотрел на неё личико.

– Или дать тебе ещё пару воспитательных пощёчин? – язвительно спросил Дима.

– Прости, – произнесла Рита. ― Пожалуйста, отпусти.

Дима неохотно отпустил её волосы и слегка толкнул в сторону своего дома.

– Смотри мне! Если продолжишь так себя вести, ничего, кроме побоев получать не будешь.

Рита тихо захныкала и торопливыми шагами направилась в сторону его дома. Как только они вошли внутрь, он закрыл дверь, и она сразу же защёлкнулась на замок. Опять раздался этот устрашающий звук. Рите стало грустно и обидно, она снова почувствовала себя пленницей.

Дима разулся и сразу же прошёл в свою гостиную, где расселся на диване и включил телевизор.

– Позови меня, когда мясо будет готово, – сказал Дима. ― И не надо долго жарить. Если пересушишь мясо, получишь.

Рита нахмурилась, но ничего не ответила. Сразу же торопливыми шагами пошла на кухню готовить. Раньше он никогда так не говорил, не угрожал, что накажет её, если она не так приготовит еду. Хотя было однажды, когда её картошка чуть не пригорела. Но тогда это звучало не так, ― игриво, больше, как шутка. А сейчас он явно злится и просто грубит. А ещё она подумала, что наверняка ему не нравится, как она готовит мясо. Впрочем, он ведь уже сказал, «не надо долго жарить».

Рита от злости решила пожарить быстро. Открыла максимальный огонь, налила побольше масла и, когда сковорода подогрелась, положила чуть подсоленные кусочки стейка. Они у него были нарезаны с магазина, по 2 см в толщину. На сильном огне поджарились быстро, буквально за 10 минут. И Рита была уверена, что они не приготовились. Она тыкала в них лопаткой, и они казались мягкими и сырыми. Но кровь уже не вытекала. Только для неё это не было показателем готовности. Она привыкла готовить мясо долго, как минимум минут 40. Но сейчас она была так зла на Диму, что хотела наказать его. Вышла к нему и сказала:

– Стейки готовы!

– Вот это я понимаю скорость! ― с восторгом сказал Дима, но тут же усомнился: – надеюсь, ты не обманываешь?

– Не обманула, ― ответила Рита.

Дима встал и направился на кухню. Рита не спешила снимать готовые стейки с масляной сковороды, и пока она ходила за Димой, они продолжали готовиться, несмотря на то, что огонь уже был погашен.

– И вправду не врала, – с улыбкой заметил Дима, взглянув на стейки. – Ну, давай, накладывай!

Он широко улыбнулся, усевшись за обеденный стол. Рита положила ему на тарелку два больших кусочка, дала вилку и нож. Потом Дима неторопливо попробовал мясо. Рита тем временем смотрела на это с отвращением, не собираясь даже пробовать. Однако Дима заметил её реакцию и спросил:

– А себе что не положила?

– Я не хочу, – ответила Рита. – Можно я лучше поем колбасу с хлебом?

– Не надоело есть колбасу с хлебом? – спросил Дима. Продолжая жевать мясо, он начал мотать головой. Рита не могла понять, что это значит. Но вскоре Дима сказал:

– Зря отказываешься! Таких вкусных стейков у тебя ещё не было. И соли прям мм! Сколько нужно!

Рита удивлялась тому, что он её хвалит. Она ведь совершенно не старалась приготовить вкусно. Злилась на него и почти даже не посолила мясо. Начала солить, а потом как бы передумала. Она и не знала, что именно поэтому мясо получилось сочным. Плюс она жарила быстро на сильном огне, соки не успели вытечь. Сама Рита любила солёненькое, и поэтому не понимала, как ему это мясо может нравиться? Она же старалась приготовить так, чтобы ему не понравилось, однако результат получился неожиданным, ― Дима её хвалит.

Дима оценил стейк после того, как съел несколько кусочков:

– Идеально! Даже без крови, прямо как я люблю.

– Хочешь сказать, что тебе понравилось? – не поверила Рита.

– Конечно, понравилось. Это идеально, – повторил Дима и с аппетитом продолжил есть. Рита же направилась к холодильнику за колбасой, она не собиралась есть это мясо, потому что считала его сырым.

– Ну и кушай, могу всё время тебе так готовить, – обиженно пробурчала Рита. Она не ждала похвалы, наоборот, уже была готова к наказанию. И даже подумала, что он просто хочет её наказать и будет жаловаться на стейк в любом случае, даже если она приготовит хорошо. Оказывается, ошиблась…

Спустя десять минут он доел свою порцию. Потом встал у сковороды и жадно посмотрел на оставшиеся стейки. Там было ещё два кусочка, как бы для неё.

– Если ты не будешь, я доем и остальное, – сказал Дима, как бы спрашивая разрешение. Он привык, что делится с ней, и поэтому не хотел наглеть. К тому же, она ведь приготовила столь восхитительные стейки. И он считал, что она тоже заслужила. По-своему пытался быть хорошим.

– Доедай! ― не раздумывая, ответила Рита. – Я уже всё равно колбасой наелась.

– Какая ты хорошенькая! ― усмехнулся Дима и положил себе остальные кусочки. Принялся их с аппетитом поедать, не переставая хвалить её:

– Шикарные стейки! Такие вкусные я ел только в ресторане в 2010 году. О, как это было давно!

Мысленно Рита хихикала и подумала, что наверняка в том ресторане тоже подавали сырое. Но ведь кто-то же любит сырое!

– Ты прямо золото!

Дима был невероятно доволен и просто не мог не хватить её. Только вот Рита не нуждалась в его похвале. Наоборот, она считала её нелепой и незаслуженной. Она только помалкивала и попивала сок. Потом Дима встал и сказал:

– Пошли, немного посмотрим кино, а потом в баньку.

– Я пока посуду помою, – ответила Рита. Она совершенно не хотела идти с ним в гостиную. Боялась, что он начнёт её трогать или обнимать.

– Ладно, давай. Но потом приходи! ― важно предупредил Дима и вскоре покинул кухню. Рита была довольна, но понимала, что грязная посуда отгородит от него ненадолго, максимум на 15—20 минут. А если она задержится, он обязательно за ней придёт и отругает. И она точно это знала, ведь такое уже было.

Когда он ушёл, Рита нервно закинула его грязную тарелку в раковину и мысленно отругала:

– Вот придурок!

Она старается, а он её ругает. Она не старается и что, хвалит, получается? Но сегодня со стейками вышло именно так. Впрочем, он всегда ей говорил, чтобы она не жарила их долго. Но она всё равно готовила по-своему. И, конечно же, не так, как сегодня.

Когда Рита вышла к нему, Дима громко хихикал. Смотрел комедию. Он сразу же заметил её и подозвал к себе:

– Давай, садись рядом.

Если бы он не сказал «рядом», она бы присела на отдельное кресло. Но, увы. И она боялась ослушаться. Но Рита всё равно села не слишком близко к нему: на тот же диван, только почти у самого края. Между ними был целый метр.

Дима был увлечён просмотром кино, и какое-то время внимания на неё не обращал. Рита тоже начала смотреть кино, так как больше заняться было нечем. Комедия ей тоже показалась весёлой. Она периодически улыбалась, но смеялась негромко. Сдерживалась, даже если и хотела смеяться.

– Ох, иногда хорошо посмотреть комедию! – сказал Дима, в очередной раз хихикнув на интересном моменте. Прошло уже минут 20 с тех пор, как она вышла к нему, и только сейчас он посмотрел на неё и сделал замечание:

– А ты чего это так зажалась?

– В смысле зажалась? – спросила Рита. Она вздёрнулась от волнения, но в его сторону не смотрела.

– Сидишь так, как будто тут места мало, ― сказал Дима. С недавних пор он вынес в гостиную подушку, чтобы ему было удобнее лежать и смотреть телевизор. Он взбил её и сказал:

– Давай приляжем.

Он лёг на бочок, уложив голову на подушку, и позвал её:

– Иди ко мне.

Рита посмотрела ему в глаза и замерла от волнения.

– Иди ко мне, – повторил Дима. В этот момент он поставил кино на паузу, потому что подумал, что сейчас она снова начнёт сопротивляться, и тогда этот разговор затянется. Рита тоже об этом подумала, особенно глядя на застывшее изображение главного героя на экране.

«Ты ведь решила, что будешь послушной. Хотя бы попытаешься! ― напомнила Рита самой себе, глядя ему в глаза. ― О боже, как же это сложно!» Она ужасно не хотела приближаться к нему и не хотела, чтобы он обнимал её. Но она понимала, что если сейчас не подчинится и не ляжет рядом с ним, будет только хуже. Он продолжит её ругать, а потом начнёт бить и наказывать. И это гораздо хуже, чем, если он просто её обнимет. Рита сдалась.

Она медленно приблизилась к нему, а он нежно обнял её и бережно уложил на свою руку. Её сердце заколотилось, а дыхание стало прерывистым и взволнованным. Особенно когда его рука нежно коснулась её груди, а губы прильнули к её уху. Рита уже хотела убежать, но боялась последствий. Она смирно лежала и позволяла трогать себя.

Почти целую минуту он легонько массировал её грудь, словно забыл, что они смотрят кино. Потом внезапно он убрал руку от её груди и начал искать пульт дистанционного управления, который, как он думал, должен был лежать где-то рядом. Рита почувствовала пульт пальчиками и протянула ему.

– Вот он…

– Да, спасибо.

Дима отключил паузу, но потом продолжил к ней приставать. Нежно погладил её тело от плеча до бёдер.

– Ты лежишь как-то неправильно, – сказал Дима, заметив, что её ноги до сих пор на полу. ― Подними ножки на диван.

Рита взволнованно выдохнула и неохотно подчинилась. Ей некуда было деться, и она осторожно положила ноги вдоль дивана.

Дима сразу же положил свою ногу на её и начал шевелить ею, как будто поглаживая её бёдра. Рита лежала и терпела, боясь что-либо сказать или запретить. Она надеялась, что сейчас он успокоится, и они просто продолжат смотреть кино. Ведь именно так и должно было быть, иначе зачем он искал пульт и отключил паузу?

Но Дима не успокаивался. Он продолжал шевелить ногой, а его рука снова проскользнула к её груди. На этот раз он залез под её бюстгальтер, что ещё больше смутило Риту.

–А, – со стоном произнесла Рита и приложила руку поверх его запястья. Но она снова не решилась запретить ему трогать себя. Боялась, что это плохо для неё кончится.

– Приподними одну ногу, – неожиданно приказал Дима. Рита очень хотела спросить, зачем он просит это сделать, но не решилась. Вместо этого она испуганно подчинилась и медленно приподняла одну ногу.

– Да, вот так, – возбуждённо произнёс Дима. Он схватил её ножку и засунул своё колено между её ног. Продолжив массировать её грудь, он губами присосался к её шее. И только в этот момент Рита осознала, что он не собирается останавливаться. Даже его дыхание стало возбуждённым, неспокойным.

И что самое ужасное, она почувствовала, как что-то твёрдое сзади упирается в её попку. Это был явно его возбуждённый член, который выпирал из свободных шортов. И Дима всё смелее и настойчивее присасывался к её шее, слюнявил её.

Рита зажмурилась, но ещё несколько минут не могла найти в себе силы сказать ему «хватит». И только когда он начал спускать бретельку её сарафана, она жалобно пропищала:

– Пожалуйста, ты обещал, что не будешь меня насиловать.

Дима сразу же вернул бретельку на место и строго произнёс:

– Хорошо.

Было в этом что-то зловещее, как будто он сказал «хорошо», а потом предупредил: «ты ещё пожалеешь об этом». Но она удивилась тому, что он так легко отказался от своей затеи. А ведь он реально был готов взять её прямо здесь и сейчас на своём кожаном диване. Нет, она этого точно не хотела. И она была рада, что он передумал.

Рита даже знала, почему он передумал: из-за своих глупых принципов. Он сказал, что никогда не изнасилует её, а теперь пытается доказать это. Но ведь и она сказала, что никогда не захочет его, и Рита твёрдо решила стоять на своём.

Дима взял пульт управления и отмотал кино на то место, в котором они изначально поставили на паузу. Затем он обнял её за животик, и они продолжили просмотр. Ей по-прежнему было некомфортно лежать в его объятиях, но он больше не приставал к ней.

Глава 59. В баньке

Когда кино закончилось, приблизительно через полчаса, он сразу же спросил:

– Ну что, пошли в баньку?

Рита посмотрела на него и нахмурилась. Конечно, она не хотела в баньку и мечтала увильнуть. Она притворилась, что не поняла его вопроса, и сказала:

– Да, ты уже можешь пойти, она точно нагрелась.

– Не «ты можешь пойти», а мы вместе пойдём! – деловито пояснил Дима.

– Ты хочешь, чтобы я мылась вместе с тобой? – спросила Рита, хотя итак прекрасно знала ответ.

– Мы теперь всё делаем вместе, – напомнил Дима. – Забыла?

– Ну, ты можешь оставить меня тут взаперти. Я же всё равно не выберусь из твоего дома без ключа, – напомнила Рита. ― Так что точно никуда не убегу.

– Нет, так не пойдёт! Одному мне скучно мыться, – сказал Дима. Он выключил телевизор и потянул её за руку за собой.

– Но я уже мылась сегодня, – жалобно напомнила Рита.

– А я этого не видел, ― деловито ответил Дима.

– Зачем тебе видеть?

– Может быть, я хочу? И вообще, может быть, я для тебя топил баньку?

– Я не просила, ― обиженно сказала Рита. – И вообще мне не нужна баня, если есть душ.

– А вот твой папа просил помочь тебе затопить баньку. Так что миссия выполнена!

– Но он точно не велел тебе мыться в ней вместе со мной, – добавила Рита.

– Хорош, не нарывайся, ― строго сказал Дима. До этого момента нелепый разговор казался ему веселым, но упрёки уже пошли серьёзные.

Стоило ему ответить чуть грубее, Рита тоже поняла, что действительно пора прекращать этот спор. Он явно намерен мыться вместе с ней. Видимо это очередной повод, чтобы раздеть её и разглядеть как следует. Рита подумала об этом, и её бросило в жар от волнения. Но она не понимала, зачем ему смотреть на неё голенькую, если между ними ничего не будет? Тем более, она совсем недавно сказала ему «нет», и он принял её отказ.

– Чуть полотенца не забыли! – неожиданно вспомнил Дима. Он отпустил её руку ненадолго, а потом направился к комоду. Выдвинул средний ящик и вытащил оттуда 2 больших полотенца и 2 маленьких.

– Зачем так много? – спросила Рита.

– Одно для тела, второе для ног. Или ты тело и ноги одним вытираешь? – с некоторым упрёком спросил Дима.

– Нет, я ноги вообще не вытираю, – ответила Рита.

–А я вот вытираю! Тогда тебе можем это не брать.

Он сбросил одно маленькое полотенце обратно в комод и взял только 2 больших и 1 маленькое. А потом дёрнул головой и сказал:

– Пошли!

–Ещё нужно взять какой-нибудь халат или чистую одежду, – напомнила Рита.

– Вот я тугодум! А всё ты виновата со своими капризами.

Но халата в этом комоде не было. Он вручил ей полотенца, а сам пошёл в свою комнату.

– Подожди меня тут. Сейчас принесу нам халаты.

И Рита удивилась, когда он вернулся с 2 махровыми халатами.

– Я так и знала, что у тебя есть хороший халат для меня. Но ты не хотел его давать! ― обиженно подметила Рита.

Дима усмехнулся:

– После баньки могу и дать! Но после душа нужно одеваться сексуально.

Он игриво стукнул её по носику указательным пальчиком, а потом зашагал в сторону выхода. Дима нёс халаты, а она полотенца. Рита уже смирилась с тем, что ей придётся пойти с ним в баню и больше не пыталась спорить по этому поводу. Послушно шагала за ним и помалкивала.

Очень скоро они вошли в баньку. Это был отдельный маленький домик с большой прихожей, где они обычно раздеваются. Ну и собственно сама банька, это помещение было в разы меньше.

Как только они вошли в прихожую, Дима закрыл дверь изнутри, и Рита вздрогнула от волнения. Теперь она почувствовала себя пленницей в своей собственной бане, ведь она не сможет уйти, пока он не разрешит. Теперь Рита боялась закрытых дверей. Особенно тех, которые закрывает Дима. Её охватило такое же волнение, какое возникает у неё в тот момент, когда она входит в прихожую его дома…

Но Дима особо не следил за её недовольным личиком. Положил халаты на скамейку и торопливо начал раздеваться. Снял сначала верх, а потом приступил к шортам. Рита, конечно же, не спешила раздеваться. К этому моменту она ещё только-только успела медлительно положить полотенца на скамейку рядом с халатами.

– Я так понимаю, ты в сарафане будешь мыться? ― с ухмылкой съязвил Дима. Рита нахмурилась и стыдливо опустила голову. Ей было нечего сказать.

– Раздевайся, ― строго приказал Дима. ― Видишь, я тоже раздеваюсь. И не стесняюсь!

Как раз в этот момент он полностью снял с себя шорты, и остался в одних трусах, последние снимать не спешил. Только что он сказал, что не стесняется, и вдруг понял, что это не совсем так… она ведь ещё ни разу не видела его обнажённым, не видела его член. Он не собирался показывать ей своё достоинство до того, как между ними что-то будет, а тут ситуация вынуждает. Он тоже оказался к этому не готов. Но было бы глупо сейчас передумать идти в баню или пойти по отдельности.

Рита кинула на него быстрый взгляд, а потом снова опустила голову. Неохотно схватилась за юбочку своего сарафана. Она тоже понимала, что раздеться ей придётся и лучше не сопротивляться и не раздувать из этого скандал.

– Ну-ка, проверим, как тут, ― сказал Дима и открыл дверь баньки. Жар сразу же ударил по его лицу, заставив ахнуть.

– О-о-о! ― протянул Дима и обратно закрыл дверку, он ведь ещё не полностью разделся… но Рита сказала:

– Пусть постоит открытой. Я не могу мыться, когда так жарко.

И Дима не стал возражать, снова открыл дверь.

– Пусть постоит, если что, потом дадим жару!

Он хитро улыбнулся. Снова представил, как они парятся. Он очень хотел похлопать её тельце одним из тех березовых веничков, которые там видел.

Рита уже полностью сняла сарафан и стояла перед ним в бюстгальтере и трусиках. Остальное снимать не спешила. А вот Дима, не глядя на неё, быстро снял свои трусы и поскорее вошёл в баньку. Деловито сказал:

– Снимай всё и заходи!

Она даже не успела взглянуть ему между ног. Постеснялась, но хотела… а ещё она обрадовалась, что он не будет внимательно на неё смотреть в тот момент, когда она будет снимать бюстгальтер и трусики. Без него она разделась быстро. Да и сама хотела раздеться, потому что в прихожей стало жарко, как только они открыли дверь бани.

Дима там внутри уже громыхал тазиками, набирал себе воду. Охал и вздыхал. Периодически повторял:

– Ох, хорошо… да…

Банька ему явно нравилась, но он не привык к жаре. Вёл себя так, как будто впервые за много лет вошёл в горячую баню и удивлялся, восторгался. Рита стояла у двери и подслушивала, не решалась войти.

– Ты там где? ― громко спросил Дима спустя минут пять. Уже в следующее мгновение он высунул голову и увидел её голенькую, скромно стоящую у двери. Он схватил её за запястье и потянул за собой.

– Ты чего это тут стоишь? Я же велел заходить, ― упрекнул Дима

– Слишком жарко, ― пожаловалась Рита.

– Ничего, сейчас привыкнешь! Мне тоже поначалу было жарко, а сейчас понимаю, это то, что надо!

– Только дверь не закрывай, ― попросила Рита.

– Шутишь что ли? Мы итак уже переохладили баню, – пожаловался Дима.

– Жарко… ― пожаловалась Рита. В этот момент он стоял совсем близко к ней, их тела почти соприкасались. Она опустила голову и прикрыла грудь рукой, а затем отошла в сторонку. Поняла, что спорить бесполезно.

– Разве не здорово, когда лицо горит? – усмехнулся Дима, плеснув воды на раскалённый камень. Тот сразу зашипел, выпуская пар. Рита ничего не сказала, скромно присела в углу и старалась не смотреть на него.

– Какой мочалкой ты моешься? – спросил у неё Дима. Но он уже выбрал для себя натуральную лыковую мочалку. Такой мочалкой он раньше никогда пользовался и захотел попробовать. Он вспенил её и промыл, а затем обратил внимание на Риту. Она сидела, опустив голову, словно таким образом пытается спрятать свои прелести.

– Что это ты так скромно сидишь? – усмехнулся Дима. – Мойся! Я тебе уже даже воду приготовил.

Он налил воды на металлическую ванну примерно на треть и погромыхал ею, привлекая внимание Риты.

– Залезай в неё, – приказал Дима.

– Зачем? – с недовольством спросила Рита, взглянув на ванну и нахмурившись. Она явно не желала подчиняться.

– Затем, что надо мыться, – ответил Дима.

– Я не залезаю в ванну, когда моюсь, – возразила Рита.

– А сегодня залезешь, – сказал Дима. Её дерзость уже начинала его раздражать. Он схватил её за запястье и потянул, строго повторил: – залезай, я сказал!

– Зачем? – жалобно произнесла Рита, а сама неохотно, но всё же поставила одну ногу на ванну. Вода была приятно тёплая, чистая и прозрачная. Но ей не хотелось залезать в эту воду. Не хотелось, как маленькая, сидеть в ванне.

– Да, вот так, а теперь становись второй ножкой, – сказал Дима, дёрнув её руку вниз и заставляя опуститься. ― Садись аккуратно, не спеша.

И Рита начала медленно садиться на корточки. Когда она почти уже присела, её нога проскользнула, и она резко села попой на ванну, от испуга вскрикнула:

– А…

– Я же сказал, аккуратно, – деловито напомнил Дима.

– Зачем мне сидеть в этой ванне? – обиженно спросила Рита.

– Сиди, отмокай пока. Потом будешь мыться, – разъяснил Дима. Рита нахмурилась и обняла колени, полностью спрятав от него свои груди. Диме это не понравилось, но он не стал придираться. Он подумал, что по-другому её взбодрит. У него в тазике уже была готова тёплая вода, которую он черпнул ковшом и полил ей на голову.

– А! – закричала Рита, и Дима полил её голову ещё раз.

– Что такое?

Дима усмехнулся и потеребил её волосы, чтобы они лучше промокли. Рита скрутилась ещё сильнее.

– Перестань! Что ты делаешь? ― завизжала Рита.

– Ты же в бане! Расслабься! Что ты так орёшь, как будто я тебя кипятком облил?

– Не надо было вообще обливать, – пожаловалась Рита.

– А что, ты так и собираешься сидеть сухой и потной? ― спросил Дима, набирая ещё воды в ковш. Затем он начал толкать её плечи и строго приказал:

– Выпрямись. Колени опусти вниз.

– Хватит, перестань! Оставь меня в покое.

– Я тебя сейчас оставлю! – гневно произнёс Дима, схватив её за подбородок. Он заставил её откинуть голову назад и посмотрел на её личико. Рита, как обычно, жмурилась и хныкала, и он плеснул ей на лицо воды.

– Веди себя нормально, – строго сказал Дима.

– Я нормально себя веду, это ты ко мне пристал, – обиженно пожаловалась Рита.

– Тогда что зажимаешься? Всё ещё переживаешь, что я твои сиськи увижу? ― язвительно спросил Дима. Затем он схватил её за запястье и заставил убрать руку от груди. – Ну, увидел, и что?

– Перестань, – запищала Рита. Дима кинул ей мочалку и мыло, и строго сказал:

– Мойся! И хватит пищать.

Он отдал ей мочалку, которую помыл для себя. Не хотел, чтобы она мылась с грязной. Все мочалки, которые висели в этой бане, он отчитал грязными, ведь это не его мочалки. И всё же он решил, что можно ими воспользоваться, если помыть. Но Рита явно была не в том состоянии, чтобы позаботиться об этом.

Он думал, что она будет вести себя смелее. Думал, что как минимум поглазеет на него. А она же даже голову поднять боится. Впрочем, он больше не заставлял её и на какое-то время отстал от неё.

Помыл ещё одну мочалку, окатил себя водой и начал мыться. Рита тем временем тоже неохотно терла тело вспененной мочалкой, по-прежнему не глядя на него. Она уставилась на одну точку в ванне и не отводила оттуда взгляда. Протирала тело очень медленно и в произвольных местах. Даже руки она протёрла мочалкой лишь слегка. Спину и попку явно не думала протирать. До спины у неё рука не дотягивалась, и она не особо утруждала себя, чтобы попытаться. А чтобы попку протереть, нужно, как минимум встать, а она боялась без разрешения. Он же велел ей сидеть.

Дима, конечно, не следил за тем, как она моется. Но он обратил внимание, что на её спине вообще нет пенки.

– Давай я потру тебе спинку? – неожиданно предложил Дима. Он уже намылил своё тело и сполоснулся. Теперь он был готов париться, но перед этим хотел помочь ей как следует вымыться.

– Не надо, – чуть ли вскрикнула Рита.

– Как это не надо? – игриво спросил Дима. – Хочешь остаться грязной?

– Я не грязная. Я уже мылась сегодня у тебя дома.

– Теперь я вижу, как ты моешься. Ты даже спинку не протёрла, – пожаловался Дима. Он отобрал у неё мочалку и мыло и начал намыливать её заново.

– Я протираю спинку, когда принимаю душ, – ответила Рита.

– Знаю я, как ты её протираешь. Сейчас я сам протру тебе спинку как следует, – пообещал Дима. Для Риты это звучало устрашающе, как угроза. Но Дима не имел в виду ничего плохого и не собирался причинять ей боль.

Он вспенил мочалку, собрал её волосы и начал протирать шейку. Затем он прошёлся мочалкой по её спине в разных местах. Рита молчала, тяжело дыша, и не пыталась сопротивляться.

Наконец Дима сказал:

– Вставай!

– Зачем? – спросила Рита.

– Вставай, я протру тебе и остальные места.

– Не надо, я уже всё протёрла, – ответила Рита. Она замерла в волнении, окунув обе руки в воду.

– Вставай, я сказал! – строго повторил Дима. И Рита сразу же начала вылезать из ванны, встала на ноги. Одной рукой прикрыла грудь, а другой – хваталась за живот. Голову она, как обычно, низко опустила и на него не смотрела.

– Так, что мне с тобой делать? – деловито спросил Дима, схватив её за волосы.

– А! – вскрикнула Рита и зажмурилась. Дима заставил её откинуть голову назад, а затем мочалкой начал протирать шейку.

– Убери руки от груди! – приказал Дима. Рита, похныкивая, подчинилась и опустила руки вниз. Дима начал протирать её груди мочалкой, прошёлся по животику, а затем снова поднялся выше. Он отпустил её волосы, а потом схватил за запястье и заставил поднять руку. Мочалкой он прошёлся по её подмышке, а затем сказал:

– Поднимай вторую руку.

На этот раз он не стал хватать её за руку и помогать. Он ждал, пока она сама поднимет руку. Она сделала это медленно и неохотно. Вскоре Дима прошёлся мочалкой по второй её подмышке, протёр бока с обеих сторон и плавно опустился ниже, начал потирать её бёдра.

– Да, вот так вот, моя маленькая девочка, – с хитрой улыбкой сказал Дима. В этот момент он протирал её попку и мочалкой залез между ягодицами. Рита так хотела запретить ему это делать, но боялась. Она покорно стояла и тяжело дышала.

Он прошёлся мочалкой по её щиколоткам, а затем обратно вверх. Потом он начал протирать её ножки спереди. Сильнее всего Рита заволновалась, когда он засунул мочалку между её ног. Но он не тёр её промежность, а только бёдра.

Рита тяжело дышала, как будто бы стонала. Но Дима не обращал на это внимания. Он продолжал смело мыть её тело и, конечно же, разглядывал заодно, оценивал. Ему не понравились её лобковые волосы – они были длинные и густые.

– А это что такое? – язвительно спросил Дима, неожиданно подёргав их.

– А! Перестань! – визгнула Рита и прикрыла лобок.

– О гигиене не слышала? Стыдно должно быть ходить с такими кустами, – сказал Дима.

– Это тебе должно быть стыдно раздевать меня и разглядывать, – пожаловалась Рита. Она отпрянула назад, но Дима не стал её догонять и приставать. Вместо этого он начал подготавливать тёплую воду, чтобы сполоснуть её тело. Затем он подошёл к ней с ковшом в руке.

– Иди сюда.

Он подозвал её к себе и плеснул на неё воду. Рита сразу же зажмурилась и вскрикнула:

– А…

– Что такое, хочешь сказать, что горячая? – спросил Дима.

– Зачем ты поливаешь мне на голову? – пожаловалась Рита.

– Чтобы сполоснуть, как следует, – ответил Дима. ― И, кстати, мы не помыли твою голову. Держи шампунь!

Рита нахмурилась и неохотно забрала у него шампунь. Но выбора у неё не было. Голову ей в любом случае нужно было помыть, и не важно, что совсем недавно она принимала у него душ. Сейчас она вся промокла и вспотела. Он уже несколько раз облил её голову. Рита и сама чувствовала, что хочет помыть голову, и сопротивляться не стала.

Глава 60. После бани

Рита налила немного шампуня на ладонь и начала вспенивать волосы. Она радовалась, что он отстал от её лобковых волос, но ей было стыдно, когда он их подёргал.

Рита довольно долго вспенивала волосы, но не потому, что она так всегда моет голову. Это всё из-за него. Она не хотела разговаривать с ним и не хотела просить, чтобы он дал ей воды сполоснуть голову. Поэтому она продолжала массировать свою голову снова и снова, и вот, наконец, Дима не выдержал и сказал:

– Хорош уже.

А затем он сразу же начал поливать её голову водой. Рите, конечно же, не нравилось, как он это делает. Он лил воду резко, и она не успевала сполоснуть пену. Впрочем, он лил снова и снова, и пены на её голове становилось всё меньше. Вода попала в её ухо, промочила всё лицо и даже в ноздри залезла. Ей всегда было комфортнее мыться самой, когда никто не следит за ней и не мешает, якобы помогая.

– Можно я уже пойду? Я помылась, – с лёгкой дрожью в голосе спросила Рита.

– Куда собралась? – язвительно спросил Дима. – Мы ещё только начали.

– Но я уже помылась, – повторила Рита. – Я обещаю, что никуда не убегу. Подожду тебя у себя дома.

– Вот уж нет, так не пойдёт!

– Или, если хочешь, я подожду здесь, за дверью.

– Мы ещё не попарились, – напомнил Дима.

– Я не хочу париться, – ответила Рита.

– Зато я хочу, чтобы мы попарились вместе. И я хочу сделать ещё кое-что.

Он похлопал по широкому сиденью парилки и приказал:

– Поднимайся.

– Что ты хочешь сделать? – взволновалась Рита.

– Сейчас побреем тебя.

– Что? Нет! – возмутилась Рита.

– Я видел там одноразовые станки.

Дима ненадолго вышел, чтобы принести станок для бритья.

– Не надо, они папины, – запищала Рита, – не трогай его вещи.

– Ничего страшного не случится, если мы заберём у него один станок. К тому же это всё для тебя!

– Я никогда не брилась, – призналась Рита, – я боюсь.

– Ничего, я тебя научу.

– Не надо меня учить, – ответила Рита. – Я не хочу. Я не хочу, чтобы ты ко мне прикасался.

– Ты мне поговори ещё! Поднимайся! – повторил Дима, указывая на деревянную лежанку.

– Зачем тебе это? – обиженно спросила Рита.

– Затем, что я так хочу. Твоя киска должна быть красивой для меня.

– Не для тебя, ― вставила Рита. В этот момент она неохотно поднялась и присела на лежак. Дима подошёл к ней со станком и мылом.

– Уже забыла, как буквально утром предлагала себя? – с ухмылкой напомнил Дима.

– Больше не предлагаю, – обиженно ответила Рита. ― Надо было соглашаться, когда предлагала!

– Это я всегда успею. Раздвигай ноги, – приказал Дима. Он схватил её за колено и сам заставил раздвинуть ноги.

– Не надо, ну, пожалуйста, – запищала Рита.

– Раздвигай, я сказал, – повторил Дима. Он наполнил ковш водой и плеснул ей на ножки. Хотел плеснуть на лобок, но Рита успела упрямо зажать ножки обратно.

– Я же сказал, раздвигай ноги! ― сердито повторил Дима.

– Пожалуйста, я не хочу, чтобы ты меня брил, – не переставала повторять Рита.

– Ты же сказала, что не умеешь бриться. Значит, я научу тебя это делать.

– Не надо, только не сегодня, только не сейчас!

– А когда? Через год? – язвительно спросил Дима, а потом строго заключил: – здесь и сейчас.

Рита боялась сопротивляться и дальше. Она подчинилась и медленно раздвинула ножки. Дима снова плеснул ей воды, на этот раз хорошо промочив её лобок. Потом он приложил мыло к её зарослям и немного их вспенил. Пены для бритья не было, и он решил, что мыло сгодится. А потом он аккуратно начал сбривать её волосики. Рита смотрела на это с недовольством и хныкала.

– Эхе… эхе…

Она лежала, облокотившись обеими руками. И теперь она совершенно не думала о том, что он может разглядывать её груди. Не прикрывала их. Но оказалось, для Димы это как раз подходящий момент, чтобы их разглядывать.

– Ну и чего ты хнычешь? Хочешь сказать, что больно? – с ухмылкой спросил Дима. Он поднял голову и посмотрел сначала на её личико, а потом внимательно начал разглядывать груди.

– Не больно, но я не хочу, чтобы ты это делал, – ответила Рита недовольным голосочком.

– Придётся научиться хотеть! – усмехнулся Дима и продолжил сбривать её лобковые волосы. Рита послушно лежала, раздвинув ножки, но постоянно недовольно похныкивала. Вскоре он закончил. Хорошо сполоснул её промежность и игриво похлопал.

– Видишь, как хорошо и чистенько.

Это было самое унизительное – лежать перед ним с раздвинутыми ногами. Особенно в тот момент, когда он похлопал её. Она чувствовала себя так, как будто позирует перед ним голой, а он оценивает её тело. И неважно, что ему нравится её тело. Ей не нравилось то, что происходит, и как он ведёт себя. Сказал, что не станет насиловать её, а сам-то и дело разглядывает, пристаёт. Конечно, сейчас не в сексуальном плане пристаёт, но всё равно же пристаёт.

Дима отложил станок и мыло в сторону, а потом плеснул воды на камушки. И в бане снова стало жарко.

– Нет, зачем ты это сделал? – жалобно заныла Рита.

– Жару подал, сейчас будем париться! ― восторженно сказал Дима.

– Я не хочу париться, можно хотя бы сейчас я выйду?

– Нет, милая, сейчас самое интересное!

– Мне неинтересно, мне дышать тяжело, – пожаловалась Рита. Дима уже довольно давно окунул венички в воду, чтобы они размякли. Он их вытащил и понял, что они идеальны. И пахнут так вкусно.

– Держи и поднимайся, ― приказал Дима, вручив ей веник.

– Я не парюсь, – пожаловалась Рита, ― я не хочу, отпусти меня.

– Ну, не парься! Значит, будешь сидеть рядом. Лежать рядом, ― пояснил Дима с хитрой улыбкой.

Парилка была разделена на три широкие ступеньки, которые служили лежаками. На самой нижней ступеньке сидели и мылись, на второй иногда тоже сидели, а на третьей парились.

– Иди сюда, – сказал Дима.

– Пожалуйста, я не хочу, – возразила Рита.

– Я сказал, поднимайся. Это не обсуждается.

Рита с недовольным личиком подчинилась. Не успела она подняться до верхней ступеньки, как Дима начал хлопать её веничком. В основном хлопал по спинке и попке. Это было приятно, но в то же время обидно и унизительно. Ей не хотелось позволять ему это делать, поэтому она хныкала и выражала недовольство.

– Пожалуйста, перестань.

– Ну ладно, если не хочешь париться, тогда поменяемся местами, ― сдался Дима. – Ты спускайся сюда, а я лягу туда.

Рита незамедлительно присела на самой верхней ступеньке, а затем медленно сползла на среднюю. Дима быстро занял её место, а Рита попыталась спуститься ещё ниже.

– Куда собралась? ― сразу же спросил Дима.

– Ты же разрешил мне уйти, – ответила Рита, дрожа от волнения.

– Ничего подобного! Я сказал, поменяемся местами, – напомнил Дима, а затем вручил ей веничек. – Раз мы меняемся местами, значит, теперь ты должна меня парить. Давай, похлопай меня им.

Рита нахмурилась и осуждающе покачала головой, но веничек взяла. Дима ровно лёг на спину, подложив под голову руки, и с улыбкой смотрел в потолок. Уже ждал, когда она начнёт хлопать его веничком. Рита начала делать это почти сразу же, но скромно и нерешительно.

– Давай смелее! Представь, что пытаешься отшлёпать меня им. Наверняка ты хочешь меня отшлёпать? – спросил он с ухмылкой.

– Нет, не хочу, – неохотно ответила Рита.

– Не хочешь? Разве я не заслуживаю наказания?

Он повернул голову в её сторону и посмотрел на неё с широкой улыбкой.

– Ладно, заслуживаешь, – согласилась Рита. – Ты заставил меня пойти с тобой в баню, хотя я не хотела.

– Ну и за всё остальное! – с ухмылкой добавил Дима.

Рита продолжила хлопать его веничком по груди и животу.

– И ножки тоже, – попросил Дима.

Рита начала хлопать его по бёдрам, плавно опускаясь ниже.

– О да! Хорошо, – с восторгом произнёс Дима. Запах веничка подбадривал его и одновременно расслаблял.

Рита продолжила хлопать его веничком, а сама дико стеснялась и старалась не смотреть на его член. Но у неё это плохо получалось. Его отдыхающий мягкий член так и привлекал её внимание. Она ведь впервые в жизни разглядывала мужской член. Конечно, она трогала член Виталия, но не разглядывала так близко. Ей было интересно, каким он будет, когда Дима возбудится?

«О чём ты думаешь? ― отругала себя Рита. ― Тебе должно быть всё равно!» Её бросило в жар от волнения. Она тяжело выдохнула и продолжила хлопать его веничком, стараясь не попадать на член.

– Давай сильнее, бей меня! – усмехнулся Дима. Он почти всё время смотрел в потолок, но в этот момент взглянул на неё. И он быстро заметил, куда смотрят в её глазки.

– Что такое? Нравится смотреть на меня голенького? – усмехнулся Дима.

– Я не смотрю, – стыдливо возразила Рита.

– Да? Это как так? А почему тогда твои глазки открыты?

– Я могу их закрыть и вообще могу уйти, ― обиженно сказала Рита.

– Ну да, час! Размечталась! Как будто я тебя отпущу!

Рита замолчала и продолжила хлопать его веничком, теперь уже смелее от злости.

– Вот это другое дело! – усмехнулся Дима. ― Значит, тебя сразу надо было разозлить, чтобы ты хорошенько попарила меня? Теперь давай по спинке похлопай.

Он неожиданно начал разворачиваться. Ровно лёг на живот, облокотившись на свои руки, и ждал, когда она начнёт хлопать его веничком. Рита начала делать это почти сразу же.

– Отлично! Продолжай.

Он так лежал минут 7, а затем слез и сполоснулся.

– Ну, всё, теперь можем идти.

– Я тоже хочу сполоснуться, – ответила Рита. Она не хотела выходить вместе с ним и надеялась задержаться, если он разрешит. И, к её удивлению, Дима разрешил.

– Ну ладно, споласкивайся, а я пока выйду.

Когда он ушёл, Рита приготовила себе воду и первым делом помыла с мылом свою промежность. Ей показалось, что он плохо помыл её после того, как насильно побрил. Она подумала, что там могли остаться оторванные волоски или даже мыло. Впрочем, Рита так и не поняла, была ли она права. Когда она потрогала свои половые губы и лобок, улыбнулась. Ей нравилась гладкость.

Рита ещё раз сполоснула голову и всё тело и только потом вышла. Димы к тому времени уже не было в бане. Но она знала, что он где-то поблизости. Он точно не мог уйти, оставив её одну. Он же теперь типа не доверяет ей, боится оставлять её одну.

Рита предположила, что Дима наверняка ждёт её снаружи, возможно, курит. Рита не стала задерживаться, ей хотелось поскорее на воздух. По её меркам они очень долго были в бане, в жаре, и ей стало тяжело. Она быстро вытерлась, надела халат и вышла.

Рита не ошиблась. Дима действительно был снаружи. Он сидел на пеньке прямо в своём белом халате и курил. Рита встала рядом с ним и не знала, что делать дальше. Понимала, что если она попытается пойти к себе домой, он её точно отругает.

Она постояла так пару минут, а потом нерешительно спросила:

– Можно мне пойти к себе?

– Теперь твой дом ― это мой дом, – деловито сказал Дима. Он докурил сигарету и бросил окурок возле пенька, у которого сидел. Затем встал, обнял её и повёл за собой.

– Я бы хотела взять чистую одежду, – попросила Рита. – Можно мне хотя бы зайти за платьем?

– Нельзя, тебе больше не понадобится одежда, – строго сказал Дима.

– Что значит «не понадобится одежда»? – возмутилась Рита.

– Сегодня не понадобится, ― уточнил Дима. ― И вообще, мы скоро будем спать.

– Тогда мне нужна ночная сорочка, – сказала Рита.

– Поспишь без неё.

– Я не могу без неё.

– Ты меня сейчас вывести из себя пытаешься? – возмутился Дима. – Закрой рот и иди молча.

Рита сразу же замолчала и с грустными глазами посмотрела в сторону своего дома.

– Даже не мечтай убежать, – сказал Дима. – Тебе некуда бежать. И помни о бочке. Я в любой момент могу спустить тебя обратно в подвал, особенно если тебя что-то не устраивает. Если не хочешь быть рядом со мной…

– Лучше буду рядом с тобой, ― обиженно сказала Рита.

– Вот и замечательно.

Очень скоро они подошли к его дому. Он открыл дверь, и Рита неохотно вошла внутрь. Он последовал за ней. Рита сняла шлёпанцы и прямо босиком зашагала по гостиной. Дима тоже разулся, но у него были тапочки.

– Надо будет и тебе прикупить тапочки, – сказал Дима. Но Рита промолчала, ей было нечего сказать. К тому же, ей нравилось ходить у него босиком. Дорогой паркет, всегда чистый и блестящий, а ещё прохладный. Летом очень приятно ходить босиком по такому паркету.

Дима запер дверь изнутри и последовал за ней. Рита направилась на кухню, и Дима не стал её задерживать. Он тоже хотел выпить воды. На кухне они съели пару печенюшек, выпили воды и сока. Потом Дима дёрнул головой и сказал:

– Пошли.

– Куда пошли? – спросила Рита.

– Ну, так спать.

– Ещё же рано, – ответила Рита. На самом деле она хотела спать, потому что рано встала. Она привыкла вставать в 5 утра и поэтому ложилась не позже 10. Но она сказала «рано», только потому, что не хотела идти спать вместе с ним.

– Скоро уже 10, ― напомнил Дима. – Завтра надо рано вставать, чтобы вывести твоих коров поститься, не забыла?

– Не забыла, – вздохнула Рита. – Только я не знаю, у кого спрашивать о пастухе?

– Ну, значит, выйдем, пройдёмся по деревне, у кого-нибудь да спросим, – предложил Дима.

– Хорошо, – ответила Рита и натянула губы в неестественную улыбку. Она была рада, что он хотя бы не пытается оставить всё как есть. Её коровам нужно поститься.

– Можем посмотреть кино, – предложил Дима.

– Ладно, давай посмотрим кино, – согласилась Рита. Но она вспомнила, как они смотрели кино до бани, и сразу же взгрустнула. Она боялась, что история повторится, и он снова начнёт её трогать в неподобающих местах. Но пойти смотреть кино всё же лучше, чем пойти с ним в спальню. Так она хотя бы может притвориться, что смотрит кино. Может попытаться оттолкнуть его от себя.

Они вышли в гостиную и сели на диван. Дима выбрал какой-то боевик. Он сидел с одной стороны дивана, а она с другой. Дима сначала не придирался, но потом он устал сидеть и прилёг на свою подушку, которая теперь всё время ожидает его возле правого подлокотника. А Рита сидела с левой стороны. Он вытянул свои ноги и бесцеремонно уложил их на её колени.

– Ты что делаешь? – возмутилась Рита.

– Не видишь? Лежу!

– Можно я пойду спать? ― сразу же спросила Рита. – Где мне можно поспать?

– Уже убегаешь? – спросил Дима.

– Я просто устала.

– Внезапно устала, когда я прилёг?

– Нет, я ещё раньше устала, просто не решилась сказать тебе об этом.

– Сиди, ― строго сказал Дима, – мы смотрим кино.

Он знал, почему она пытается уйти. Потому, что он положил свои ноги на её колени, и ей это не понравилось. Он знал, что она противится его ног, ведь у них уже был такой разговор. Он просил её сделать массаж, и она отказалась. Но тогда он не был такой чистенький, как сегодня. Дима решил повторить эксперимент, в надежде, что на этот раз она не откажет ему.

– Сделай мне массаж, и я разрешу тебе поспать, – сказал Дима.

– Какой ещё массаж? – спросила Рита.

– Не притворяйся, что не поняла.

– Я ведь уже говорила, что не делаю массаж, – напомнила Рита.

– Значит, будешь делать. Или тебя нужно заставить?

– Не надо, зачем ты так? ― жалобно сказала Рита.

– Мои ножки устали. Сделай мне массаж, – повторил Дима. Рита неохотно взглянула на его ступни и тяжело вздохнула. Она не хотела прикасаться к его ногам, противилась.

– Что ты там разглядываешь? – спросил Дима. Он уже недели две не стриг ногти, и они у него отросли. Он немного этого стыдился.

– Ничего не разглядываю, ― нахмурив бровки, ответила Рита.

– Мы только что из бани, ― напомнил Дима.

– Всё равно это ноги. Я не хочу трогать чужие ноги, – объяснила Рита.

– Так не надо трогать чужие, трогай мои! ― шутя, сказал Дима. Но от этого ей не стало легче. Рита, конечно же, не подчинилась. Она продолжала сидеть с низко опущенной головой, сжимая в кулак свои маленькие ручки.

Глава 61. Сделай мне массаж

– Ты слышала, что я сказал? – строго повторил Дима. – Сделай мне массаж.

Рита не отвечала. Она была полна решимости отказать ему. Дима старался не злиться, немного приподнялся и указал на журнальный столик:

– Посмотри на средней полке, там должен быть крем.

Несмотря на то, что она не собиралась делать ему массаж, Рита всё равно сразу же вздёрнулась. Делала вид, что ищет крем. Это был предлог, чтобы убрать его ноги со своих колен. И она попыталась это сделать, но Дима сразу же сказал:

– Не нужно вставать, ты итак дотянешься.

– Не дотянусь, – возразила Рита. – Убери от меня свои ноги!

Дима усмехнулся и деловито сказал:

– Пока уберу.

Он согнул ноги в коленях и притянул их к себе.

– Но ты не надейся, что сможешь снова обломать меня с массажем.

– Я не обязана делать тебе массаж, тем более массаж ног! – высокомерно произнесла Рита, а потом шумно поставила тюбик с кремом на журнальный столик.

– Почему это? – усмехнулся Дима.

– Я не твоя рабыня.

– Значит, будешь ею.

– Нет, не буду.

– Садись обратно, – приказал Дима.

Рита посмотрела ему в глаза и снова ответила:

– Нет, не буду.

– Напрашиваешься? – спросил Дима.

– Я не буду делать тебе массаж, – повторила Рита. – Делай его себе сам, если очень хочется. Крем я нашла тебе.

– Открой его, – приказал Дима.

– Зачем? – спросила Рита. Она знала, что он не станет делать массаж самому себе, это было бы нелепо и странно. Но всё же она подчинилась. Нервно взяла в руки баночку с кремом и открыла её.

– И что теперь? – спросила Рита с иронией.

– А теперь возьми на пальчик немного крема, – ответил Дима.

– Я не буду делать тебе массаж, – повторила Рита. ― Даже не надейся.

– Почему? – спросил Дима.

– Почему? Ты ещё спрашиваешь? – иронично усмехнулась Рита и предосудительно помотала головой.

– Да, объясни, почему ты так упрямо не хочешь сделать мне приятное? Я же сейчас не секс предлагаю.

– Потому, что это мерзко. Трогать ноги мерзко! – объяснила Рита.

– Я после бани, – напомнил Дима, – так что мои ноги чистые.

– Это ничего не меняет, – высокомерно заявила Рита, а потом вернула баночку с кремом обратно на журнальный столик. Опять поставила его шумно и нервно. Дима по-прежнему старался не злиться, но теперь у него это плохо получалось. Он сразу же присел, пригнулся и начал что-то искать на второй полке журнального столика.

– Где-то здесь было кое-что, – сказал он.

– Что ты ищешь? – спросила Рита.

– Нашёл! – с некоторым воодушевлением произнес Дима, вытаскивая с полочки розги. – А теперь вытяни руки.

– Нет, – возразила Рита. Она сразу же испуганно отпрянула назад, но это не помогло. Он схватил её за волосы и грубо повторил:

– Вытяни руки.

– Ты что, серьёзно? Будешь бить меня за то, что я отказалась трогать твои ноги? – возмутилась Рита.

– О-о-о! Ещё как буду, – язвительно протянул Дима. – Ты непослушная. Непослушных девочек наказывают. Вытяни руки.

– Нет, я не стану этого делать, – решительно отказалась Рита. Он сразу же крепко сжал её волосы, заставил откинуть голову назад и насильно повернул лицом к себе.

– А-а-а, – закричала Рита, изогнув голову от боли.

– Ты сама напрашиваешься, – нервно сказал Дима, а потом повторил: – вытяни руки.

– Нет, я не стану вытягивать руки, чтобы ты избил меня. Не стану! ― визгнула Рита.

– Ещё как станешь.

В этот момент он отпустил её волосы, схватил правую руку за запястье и начал притягивать к журнальному столику.

– А-а-а, отпусти! – истерично закричала Рита.

– Отпущу, как только получишь своё, – сказал Дима, пытаясь заставить её выпрямить пальцы. – Уже забыла, каково это?

Он насильно сжимал её пальцы, причиняя боль.

– А-а-а, не надо, – испуганно закричала Рита.

– Выпрями пальцы, – вскрикнул Дима. Он выпрямлял один её палец, а второй она тем временем умудрилась согнуть. И он разозлился. Он кое-как выпрямил три её пальца, приложил к столу и ударил по ним кулаком.

– А-а-а! Мои пальцы! – закричала Рита, почувствовав, как её кости захрустели под его кулаком.

– Могу и сломать твои нежные пальчики, – язвительно сказал Дима.

– Пожалуйста, – захныкала Рита, прикрыв свои пальцы второй рукой. Но Дима не позволил ей долго жалеть тебя. Он отбросил её вторую руку и снова сказал:

– Выпрями пальцы.

И на этот раз Рита уже побоялась сказать ему «нет». Она выпрямила пальцы, а Дима резким взмахом ударил её розгами по пальцам. Уже в следующее мгновение Рита услышала громкий хлопок, а потом резкую обжигающую боль, которая настигла её чуть запоздало.

– А-а-а! ― закричала Рита и сразу же получила ещё один удар. И снова эта запоздалая боль, отстающая от удара приблизительно на секунду, может, даже чуть дольше.

– Пожалуйста, пожалуйста, хватит, – визгнула Рита. Она попыталась убрать руку с журнального столика, но Дима не позволял, он держал её за запястье и продолжал бить. Не выдержав боли, Рита попыталась согнуть ладонь, но это не помешало ему ударить её снова. Просто на этот раз удар пришёлся по другому месту, и она снова громко вскрикнула.

– Хватит, хватит, пожалуйста, – закричала Рита.

– Ну что, ты уже готова сделать мне массаж? – спросил Дима, уже готовый нанести очередной удар. Но он не спешил бить. Ждал, пока она ответит.

– Нет, ты не можешь меня так заставлять, – произнесла Рита, с трудом сдерживая слёзы. Однако ему было достаточно услышать слово «нет», и он сразу же замахнулся. И снова Рита услышала громкий хлопок, а затем почувствовала боль. На этот раз она дёрнулась ещё сильнее и закричала:

– А-а-а!

– Может быть, хочешь получить и по второй руке? ― язвительно спросил Дима.

– Не надо, пожалуйста, перестань, – взмолилась Рита. Но он был непреклонен. Он схватил её за запястье второй руки и насильно прижал к журнальному столику. На этот раз Рита боялась сжимать руку в кулак и выпрямила пальцы сразу, как только он попытался сделать это сам. А затем он замахнулся и ударил её по пальцам.

– А-а-а… ― протяжно закричала Рита, тяжело выдохнула и захныкала. Но это был только первый удар, но и он показался ей ужасно болезненным. После следующего она закричала ещё громче. Он ударил её по тому же самому месту, и Рите стало очень больно. На её пальцах сразу же появилась розовая полоса.

– А-а-а, пожалуйста, – закричала Рита.

– Готова сделать мне массаж? – повторил Дима свой главный вопрос.

– Нет, ― упрямо ответила Рита. ― Я не буду этого делать.

Она знала, что если сейчас сдастся и сделает ему массаж ног, он будет просить об этом постоянно. Ей придётся делать ему гадости. Она не собиралась соглашаться и не планировала сдаваться.

Дима замахнулся и снова ударил её по пальцам, даже не дав ей передышку. Рита кричала и дёргалась, но он крепко сжимал её запястье и не позволял убрать руку.

– Пожалуйста, я больше не выдержу, – запищала Рита.

– Ты сама выбрала боль. Лучше бы сделала мне массаж. И тогда твоим пальцам не было бы больно, а мне было бы хорошо, ― деловито разъяснил Дима.

– Нет, пожалуйста, – в слезах произнесла Рита. ― Не заставляй…

– О-о-о! Ещё как заставлю! – с иронией произнёс Дима, а сам подумал: «не только руками будешь делать мне массаж ног, но и своим ротиком». Но этого он не стал говорить вслух. Не хотел заранее её шокировать своими сексуальными пожеланиями. Потом замахнулся и ударил её по пальцам в очередной раз.

– А-а-а… ну, пожалуйста, – закричала Рита. ― Пожалуйста…

– Можешь повторять это сколько угодно. Но я не перестану тебя бить, пока ты не согласишься сделать мне массаж, – строго сказал Дима.

– Но я не соглашусь! Не соглашусь! – упрямо повторила Рита. ― Всё равно не соглашусь, хоть до смерти забей.

– Уверена? – язвительно спросил Дима, наградив её очередным ударом. Посмотрим, как ты заговоришь минут через 5, если я продолжу тебя также бить. Он был уверен, что сейчас она просто выпендривается. Пытается показать, насколько она упряма. И он был уверен, что она сдастся и покорится ему. Это лишь вопрос времени.

Дима снова ударил её по пальцам, а потом снова и снова, даже не позволяя передохнуть.

– А-а-а, нет, хватит.

– Ну, или я так тебя изобью, что твои пальцы уже не будут в состоянии делать массаж, – сказал Дима, продолжая её бить. Он видел, что её пальцы уже покраснели во множестве местах. Уже было пора прекращать эту порку, но он не хотел.

– Поверни руку, – неожиданно приказал Дима. Он заставил её повернуть руку внутренней стороной ладони к потолку.

– Пожалуйста, не надо… ― визгнула Рита.

– Выпрями пальцы, – суровым голосом приказал Дима.

– А-а-а… ― закричала Рита, а сама подчинилась. Она боялась сжимать пальцы. Боясь, что он снова ударит кулаком по её пальцам. Он ведь реально так может сломать её пальцы. Рите было страшно. Она выпрямила пальцы, и он продолжил бить их розгами.

– А… а… ― кричала Рита снова и снова, но он не останавливался.

– Кажется, тебе нравится, когда тебя бьют, – язвительно сказал Дима.

– Нет, мне не нравится, – пропищала Рита.

– Тогда зачем ты выбираешь побои? Сделай мне массаж. Я тебя буду гладить, а не бить.

– Нет, нет, я не буду… ― упрямо повторила Рита. ― Я никогда не буду держать твои ноги.

– Да неужели?! Если я захочу, я могу тебя заставить, – грозно сказал Дима.

– Нет, не заставишь!

– Хочешь это проверить?

Уже в следующее мгновение он согнул одну ногу в колене и поднял на диван, а потом начал притягивать её ладонь к своей ступне.

– Видишь, как всё просто? – сказал Дима. В этот момент Рита снова начала сжимать руку в кулак, отказывалась прикасаться к его ноге.

– Что, может быть ещё раз долбануть тебя по пальцам? – жестоко спросил Дима. И снова он начал насильно разжимать её пальцы. ― Хотя вообще-то я могу сделать так.

– А-а-а… ― закричала Рита. Она сопротивлялась и дёргалась, но он был сильнее, и уже в следующее мгновение он приложил её ладонь к своей ступне.

– Давай, сделай мне массаж, – сказал Дима.

– Нет, я не буду, – упрямилась Рита. Она сразу же убрала руку от его ноги, как только он перестал насильно прижимать её ладонь к своей ступне. Дима разозлился. Он уже больше не мог бить её по рукам. Её пальцы местами кровоточили, и он это видел. Он схватил её за волосы и начал притягивать лицом к своей ступне.

– Или, может быть, ты хочешь сделать мне массаж ротиком? – язвительно спросил Дима.

– А-а-а… ― ещё громче закричала Рита. Изо всех сил она начала отталкиваться от него. Однако Дима не отпускал её волосы и продолжал настойчиво притягивать её голову к своей ноге.

– Перестань, что ты делаешь? – в ужасе спросила Рита.

– Если не хочешь делать ручками, будешь делать ротиком, – язвительно повторил Дима.

– Нет, пожалуйста… перестань! Ты с ума сошёл?

– В прошлый раз я позволил тебе прокатить меня с массажем, – вспомнил Дима. – Но так не будет каждый раз! Так что выбирай: ручками или ротиком?

– А-а-а… – закричала Рита в ответ. Она уже поняла, что оказалась в безвыходной ситуации, но давать ему положительный ответ не собиралась. Она по-прежнему не хотела прикасаться к его ногам, и неважно, что он уже заставлял её трогать пальцы своих ног. Она вспоминала об этом с омерзением.

– Ну, так что, ручками или ротиком? – повторил Дима, с ещё большей силой притягивая её лицо к своей ноге.

– Руками, руками! – закричала Рита, понимая, что он побеждает. Если это продолжится, он заставит её поцеловать свои ноги, а это будет ужасно омерзительно для неё. Её сердце билось в бешеном ритме, а сама она не переставала плакать.

– Вот и замечательно. Тогда продолжим, на чём остановились, – сказал Дима и, наконец, отпустил её волосы. Он лёг на диван и приказал: – набери пальчиком крем и пересаживайся на своё место.

Рита никак не могла отойти после произошедшего и всё время хныкала.

– Долго мне ещё ждать тебя? – спросил Дима. – Сейчас подойду и надаю, а потом заставлю сосать палец. Угадай какой?

– Хватит! – вскрикнула Рита, закрывая уши руками.

– Я сказал, возьми пальчиком крем и сядь на своё место, – повторил Дима, похлопав пятком по нижней стороне дивана. ― Вот твоё место.

– Ладно, я сделаю это, – согласилась Рита, не в силах сопротивляться.

– Ну, вот и замечательно! Тогда делай.

Он терпеливо ждал, пока она подчинится. Рита вся в слезах неохотно потянулась к баночке крема. Её пальцы болели, а руки дрожали. Она уже была не в силах сопротивляться дальше. Решила, что сделает ему массаж ног, ведь иначе он заставит её делать то, что ещё хуже. Её тошнило при мысли о том, что он заставит её поцеловать свои ноги.

Похныкивая в слезах, Рита окунула указательный пальчик в крем и присела туда, куда он велел. Дима сразу же уложил ступни на её колени и пошевелил пальчиками.

– Ну, начинай, – сказал он громко и повелительно. И Рита снова подумала о том, что если сейчас не начнёт делать ему массаж, он разозлится и снова попытается заставить её поцеловать свои ноги. Это гораздо хуже, чем просто трогать его ноги. И Рита сдалась. Она медленно прикоснулась подушечками пальцев к его ступням и начала растирать крем.

– Вот это другое дело! ― удовлетворено сказал Дима. – Продолжай. И смелее, не стесняйся!

В ответ Рита снова захныкала, но подчинилась и продолжила пальчиками потирать его ступни.

– Если я захочу, ты каждый день будешь делать мне массаж ног, – высокомерно заявил Дима. ― И лучше тебе не устраивать из-за этого скандал, иначе тебе будет больно.

Рита хотела заткнуть уши, лишь бы не слышать всё, что он говорит. Но она промолчала и продолжила массировать его ступни. Она не особо старалась, но он был доволен уже тем, что она прикасается к его ножкам. Это заставляло его улыбаться.

А ведь она была такой упёртой. Он избил её пальцы до крови, а она всё равно отвечала «нет». Он уже начал терять надежду. Почти поверил в то, что не сможет её заставить. И вот вдруг получилось. А всего лишь надо было прижать её личиком к своей ноге. Ну, или попытаться это сделать! Он ведь всё-таки не прижал её лицо к ноге, а всего лишь попытался это сделать. И она от испуга сразу же согласилась сделать ему массаж. Дима ухмылялся, когда вспоминал это. Смотрел на то, как она трогает его ножки, и с улыбкой повторял:

– Продолжай. Смелее.

Рита послушно продолжала массировать его ножки снова и снова. Своими маленькими нежными пальчиками она гладила его весьма грубые ступни и думала, что прямо сейчас трогает ноги убийцы, пытается доставить ему удовольствие. Всё это было отвратительно.

Дима расслабился, а потом отмотал фильм на то место, на котором остановился, и продолжил просмотр. В этот момент Рите захотелось заплакать. Она поняла, что он нескоро скажет «хватит». Ещё долго-долго будет заставлять её делать ему массаж. Возможно, даже всё время, пока они смотрят кино.

Она ещё минут 5 делала ему массаж, а потом жалобно спросила:

– Можно я уже пойду спать?

– Нельзя, ― строго запретил Дима.

– Ну, пожалуйста…

– Рот закрой и продолжай делать мне массаж, ― грубо ответил Дима. ― И радуйся, что пока ещё позволяю делать это ручками!

– Что значит «пока ещё»? ― в ужасе спросила Рита, хотя и не хотела знать ответ.

– Одна шлюшка сосала мои пальчики, – признался Дима с ухмылкой. – И мне это очень понравилось!

– Я не твоя шлюшка! – нервно произнесла Рита. Дима усмехнулся в ответ:

– Но ты можешь ею стать, если будешь непослушной!

– Заткнись! ― вскрикнула Рита и сразу же начала нервно сжимать его пальцы.

– О-о-о! Мне так даже больше нравится, – усмехнулся Дима. – Да, хватай мои пальцы покрепче.

–Ты не будешь меня заставлять делать это, – сказала Рита. Дима усмехнулся:

– Звучит как приказ!

– Я никогда не буду этого делать, – решительно заявила Рита.

– Не знаю, не знаю! – игриво усмехнулся Дима.

Глава 62. Домогательства

Рита была в ужасе от его желаний. Целовать и облизывать ноги она считала самым омерзительным, что только можно придумать. И она никогда не собиралась делать ничего такого.

– Даже не пытайся заставить меня делать это, ― решительно предупредила Рита. ― Я лучше умру, чем буду облизывать твои ноги!

Дима усмехнулся в ответ:

– Нет, если я тебя заставлю, ты точно не умрёшь! И ты будешь облизывать мои ножки. И не только облизывать, будешь посасывать мои пальчики каждый по отдельности!

Дима мечтательно усмехнулся, а Рита закричала:

– Замолчи!

– Лучше не нарывайся, я же пока не заставляю тебя.

– Но ты говоришь, что хочешь заставить меня, ты мечтаешь об этом, – нервно сказала Рита. Дима снова усмехнулся:

– А что, теперь даже помечтать нельзя?

– О таком нельзя! ― ответила Рита. ― И ты видишь в этом что-то эротическое, а я не твоя девушка. Ты не должен в этом видеть ничего такого.

Дима усмехнулся:

– О, как мы заговорили!

– Можно я уже пойду? ― снова спросила Рита.

– Нет, мы пойдём, когда закончится кино, – ответил Дима.

– Но оно не скоро закончится, – заметила Рита. Действительно, кино только началось, и они смотрели его не более 20 минут.

– Где-то через час закончится.

– Это долго. Я не могу так долго делать тебе массаж, – пожаловалась Рита.

– А что такое? Пальчики болят? – усмехнулся Дима. Рита нахмурилась и опустила голову, продолжая массировать его ступни.

Спустя ещё минут 10 она опять пожаловалась:

– Я устала.

– Если устала, отдохни. Только не надо убирать ручки. Держи мои ножки крепко, – сказал он с ехидной улыбкой.

– Ты издеваешься? – возмутилась Рита.

– Да! ― бесцеремонно ответил Дима. ― Нельзя, что ли, поиздеваться над тобой?

Рита нервно оттолкнула его ноги в сторону.

– Это ещё что такое? Получить захотела? – насмешливо спросил Дима и снова тяжеловесно уложил свои ступни на её колени.

– Прекрати!

– Это ты прекрати! Помалкивай и делай мне массаж. И добавь ещё немного крема, а-то стало сухо, – пожаловался Дима.

– Я устала, – напомнила Рита.

– И что с того? Делай через усталость.

– Да ты просто издеваешься! – возмутилась Рита и нервно потянулась к баночке крема.

– Я же сказал, что да, – язвительно согласился Дима. – Я просто издеваюсь. И что с того? Что ты сделаешь?

Рита смотрела ему в глаза и была в ужасе. Не знала, что ответить.

– Считай, что теперь ты моя пленница и обязана ублажать меня, ― язвительно сказал Дима. ― Если не сексом, то хотя бы массажем.

Рита нахмурилась и промолчала. Взяла из баночки ещё немного крема и помазала на его ножки. Потом продолжила их массировать. Ей было больше нечего сказать, да и дальше спорить с ним боялась. Она уже поняла, что он не даст ей отдохнуть, просто хочет помучить. А ещё хочет, чтобы она как можно дольше держала его ноги. Хочет, чтобы она всё время их держала. Как бы в наказание за то, что до этого отказывалась делать это.

Она уже почти полчаса трогает его ножки, но для неё это не переставало казаться отвратительным. Рита уже начала противиться своих собственных рук. Заранее представила, как 10 раз моет руки с мылом, с мылом и с мочалкой, под тёплой обжигающей водой.

– Можно я схожу в туалет? ― ещё минут через 10 спросила Рита.

– Можно, но когда вернёшься, продолжишь делать мне массаж, – предупредил Дима.

– Ладно, продолжу, ― нахмурив брови, ответила Рита. Она знала, что если ответит «нет», туалет ей не светит. Он попросту её не отпустит. А она хотела уйти от него, хотела отдохнуть хоть немножечко.

Дима убрал ноги с её колен, и Рита сразу же встала и направилась в сторону туалета. На этот раз она даже заперлась. Прекрасно знала, что Дима не пойдёт за ней, он ведь остался смотреть кино. Но так ей было спокойнее.

Рита открыла кран и начала мыть руки с мылом. Однако, смочив пальцы, она поняла, что не сможет тереть их мочалкой, как в своих фантазиях. Он же высек её пальчики, и довольно сильно. Её руки пощипывали в самых разных местах. Она лишь разок намылила руки, а затем долго дула на пальцы, пытаясь унять боль.

Несмотря на дискомфорт, она решила повторить процедуру, уделив особое внимание области возле ногтей. Ей казалось, что грязь его ног забилась под ногти, делая её руки ещё грязнее. Она вычищала грязь под ногтями с помощью мыла снова и снова. Держала руки под струёй воды и хныкала. Постоянно хныкала:

– Эхе… эхе…

Наконец, она взяла себя в руки, вышла из ванной комнаты и направилась в туалет. Ей всё же нужно было в туалет, и она не могла вернуться к нему, не сходив.

После туалета она снова пошла мыть руки, уже даже не боясь боли. Но всякий раз, когда её пальцы пощипывали, она жалобно хныкала, вспоминая, как он её бил и заставлял трогать свои ноги. Это было самое омерзительное.

Дима не торопил её, и Рита задержалась. Однако она понимала, что не сможет прятаться в туалете слишком долго. Ей придётся выйти к нему, иначе он потом спросит с неё, отругает и как-нибудь накажет. Или включит ещё один фильм, сказав, что она будет массировать ему ноги, пока он не закончится.

– А я уж думал, ты утонула там, в толчке! – усмехнулся Дима, когда увидел её. Рита нахмурилась и ничего не ответила. Она встала в двух метрах от него и явно не знала, что делать дальше.

Пока её не было, Дима разлёгся и занял почти всё место на диване. Он даже не думал убирать ноги, хотя видел, что она идёт.

Неожиданно Дима хлопнул ладошкой по дивану рядом с собой и сказал:

– Иди сюда.

Рита сразу же более смело зашагала к нему. Она радовалась тому, что он приглашает её присесть рядом с ним возле его животика. Может быть, он больше не заставит её трогать свои ноги? Или хотя бы, не заставит сразу?

– Ну что, хорошо помыла ручки? – с ухмылкой спросил Дима. Рита нахмурилась, низко опустила голову и неохотно ответила:

– Да, хорошо помыла.

– Готова запачкать снова?

Рита не хотела отвечать на его издевательские вопросы. Молча села рядом, а Диме, как обычно, не понравилось её молчание.

– Что такое? Язык проглотила? – язвительно спросил Дима.

– Не издевайся хотя бы, – возмутилась Рита.

– Тебя определённо стоит проучить, – сказал Дима. – Я уж думал дать тебе передышку, но раз так…

Он рукой начал подталкивать её попу, чтобы она слезла с дивана.

– Опускайся на колени, – приказал Дима.

– Зачем? – спросила Рита.

– Продолжишь делать мне массаж, – ответил Дима.

– Ну, пожалуйста, – взмолилась Рита. – Я буду хорошей, дай мне передышку.

Она уже пожалела, что нагрубила ему. Но ведь она не знала, что он собирается дать ей передышку…

– Ты уже была нехорошей только что, – пожаловался Дима.

– Прости, ― промямлила Рита, низко опустив голову.

– Опускайся на колени и продолжай делать мне массаж, – строго приказал Дима. Но Рита не унималась, продолжала хныкать и умолять его:

– Эхе… эхе… ну, пожалуйста, разреши мне отдохнуть. Давай вместе отдохнём? Пойдём спать?

– Ты предложила мне пойти спать с тобой? Я не ослышался? – с хитрой улыбкой уточнил Дима.

– Да, давай пойдём спать, – подтвердила Рита. – Давай будем спать вместе, как тогда. Помнишь, как мы спали вместе в обнимку? Мне понравилось.

Дима сразу же вскочил, облокотившись на одну руку, и кинул на неё недоверчивый взгляд.

– Подлизываешься?

Рита стеснительно улыбнулась. Но она была слишком милой, чтобы злиться на неё. Дима не хотел спать, так как сегодня дрыхнул до обеда. Но ведь ему необязательно спать. Он просто хотел полежать с ней в обнимку.

– Ну, хорошо, уговорила, – сказал Дима и выключил телевизор. – Пошли спать.

Рита вздохнула с облегчением. Она была невероятно рада тому, что ей удалось уговорить его. Неужели он больше не заставит её делать ему массаж ног? Это было омерзительно. Она не могла забыть, как своими ручками щупала пальцы его ног, такие пухлые и мягкие, но в то же время шероховатые. И продолжать это делать она очень не хотела.

Рита нахмурилась от внезапно нахлынувших воспоминаний, а потом послушно последовала за ним. Как только они оказались в его спальне, он закрыл дверь и кинул на неё внимательный взгляд.

– Что ты собираешься делать? – спросила Рита, глядя ему в глаза. Он обеими руками схватил её за плечи и прижал к закрытой двери своей спальни.

– А! ― вскрикнула Рита от испуга и зажмурилась.

– Что ты так нервничаешь? – игриво спросил Дима.

– Что ты собираешься делать? – спросила Рита в ответ.

– Ничего, просто пытаюсь быть страстным, ― с хитрой улыбкой ответил Дима.

– Ты собираешься приставать ко мне?

– А тебя это беспокоит?

Рита снова зажмурилась и начала тяжело дышать:

– Я не хочу, мы же договорились. Ты обещал, что не станешь меня насиловать.

– Я просто тебя раздену, – ответил Дима. В следующее мгновение он начал развязывать махровый шнурочек её халата. Рита от волнения приложила ладонь к его рукам, но помешать ему боялась. Вскоре, когда шнурочек был полностью развязан и болтался по бокам, Дима проскользнул руками выше и спустил халат с её плеч.

Рита тяжело дышала и стояла, боясь пошевелиться. Дима начал массировать её грудь.

– А…

Рита ахнула, не открывая свои глаза. Если бы позади неё не была бы закрытая дверь, она бы точно попыталась уйти. Но, увы, сейчас у неё не было такой возможности.

– Не надо делать такое лицо, – с недовольством сказал Дима, заметив, что она хмурится.

– Прости, давай просто будем спать? – взволнованно попросила Рита. Дима схватил её за волосы и толкнул в сторону кровати. Другой рукой схватил халат, чтобы тот не упал на пол.

– А… зачем ты так? – плаксиво спросила Рита.

– Интересно, зачем ты так? – язвительно повторил Дима.

– Как так? – спросила Рита.

– Строишь из себя недотрогу, – пожаловался Дима. Он тоже снял халат и направился к кровати. Рита уже спряталась под одеялом. С ужасом ждала, когда он подойдёт и продолжит к ней приставать…

В комнате горел бледный ночник. Рита даже не поняла, горел ли он до их прихода или включился, когда они открыли дверь. Она ещё не изучила все нюансы его умного дома, но свет часто включался сам, когда в комнате кто-то начинал ходить. А вот гасить его нужно было самому. И сейчас Дима не собирался его гасить, ему явно нравилась эта романтическая атмосфера. И что самое досадное, ему ещё не надоело приставать к ней. Он залез под одеяло абсолютно обнажённый и прильнул к её телу.

– Мы же договорились, что между нами ничего не будет, – напомнила Рита. – Ты мой дядя, я всё ещё считаю тебя дядей.

– Не беси меня, детка, – сказал Дима, обняв её за животик. В следующее мгновение его пальчики проскользнули ниже и начали поглаживать её побритый лобок. А потом он скользнул ещё ниже и начал трогать её половые губы.

– Нет, прекрати! – визгнула Рита. – Ты обещал.

– Что я обещал? – спросил Дима.

– Что ты не будешь меня насиловать.

– Разве я тебя насилую? – спросил Дима в ответ.

– Но ты пристаёшь, ты хочешь…

– Ч-ч-ч… ― зашипел Дима на ухо Рите, а потом попытался заставить её замолчать. Он потянулся к её губам той же рукой, которой только что касался её половых губ. И это было омерзительно для Риты. Она сразу же зажала губы и громко замычала:

– М-м-м…

Потом она схватила его за запястье обеими руками и заставила убрать руку от своего лица. Нервно сказала:

– Не лезь ко мне в рот грязными руками!

– Мои руки чистые, – возразил Дима.

– Нет, они грязные, ты их только что запачкал.

– Когда это я их запачкал? – спросил Дима, а потом снова скользнул рукой к её промежности. – Когда трогал тебя здесь?

– Вот именно! Это мерзко, – согласилась Рита, и Дима усмехнулся:

– Какая ты маленькая и глупенькая! Ты ещё не знаешь, какие гадости люди делают ради любви.

– Я не буду делать ничего такого, – высокомерно ответила Рита. – И какая тут любовь? Это просто гадость.

Дима прильнул губами к её ушку и прошептал:

– А мне нравятся девочки, которые делают гадости.

Он помассировал её клитор, заставляя её стонать, а потом внезапно снова потянулся пальчиками к её губам. И на этот раз Рита не успела зажать свои губки. Он просунул указательный палец в её ротик и начал поглаживать её десны.

– М-м-м…― громко замычала Рита и сразу же начала дёргаться.

– Я же сказал, что мне нравятся девочки, которые делают гадости, – игриво повторил Дима. – И ты будешь такой!

– Отстань, тьфу! Ты мерзкий! – нервно сказала Рита. Она спрыгнула с кровати и начала пускать слюни, растирая их о тыльную сторону своей ладони, а ещё несколько раз плюнула на пол.

– Вернись на место, – приказал Дима.

– Я не буду спать с тобой, если ты продолжишь так себя вести, – пригрозила Рита.

– А где будешь спать? В бочке? – ухмыльнулся Дима.

– Ты угрожаешь мне?

– Конечно, угрожаю, – ответил Дима, а потом похлопал по матрасу. По тому пустому месту, где она совсем недавно лежала.

– Вернись на место.

– Только если обещаешь, что мы будем просто лежать и больше ничего, – деловито сказала Рита.

Дима ничего не ответил и молча снова похлопал по матрасу, а Рита решила не искушать судьбу. Вдруг он разозлится и реально снова удумает закрыть её в бочке? Она послушно вернулась на своё место и как обычно легла спиной к нему.

– Не так ложись, – строго сказал Дима.

– Как ещё я должна ложиться? – спросила Рита. Она была так зла на него, что не хотела быть вежливой. Но на этот раз ей повезло. Дима не стал её ругать, но строго разъяснил:

– Лицом ко мне.

Рита неохотно повернулась и кинула на него свой недовольный сердитый взгляд. Дима в ответ широко улыбнулся. Потом пододвинулся ближе к ней и начал щупать её грудь.

– Опять начинается? ― возмутилась Рита. – Мы же пришли сюда спать.

Она нахмурилась и тяжело выдохнула, но помешать ему не решилась. Дима продолжил щупать её грудь и сам широко улыбался. Явно ждал, когда Рита начнёт сопротивляться, а она боится это делать. И ей казалось, что он смеётся над тем, что она боится. Ей стало ещё обиднее. И когда он начал теребить её сосочек, Рита не выдержала. Она схватила его за запястье обеими руками и сказала:

– Прекрати!

– Ну, хорошо, тогда ты меня трогай, – сказал Дима. Он схватил её за ручку и приложил ладонь к своему пенису.

– Давай просто будем спать? ― попросила Рита. Её сразу же бросило в жар от волнения, и она не решалась пощупать его член. Прикасалась к нему пальчиками, но дёргалась и пыталась убрать ручку.

– Потрогай, ― строго повторил Дима.

– Я не хочу… ― промямлила Рита. И она снова дёрнула рукой, как будто его пенис её обжигает.

– Зато я хочу, ― деловито сказал Дима. ― Сделай мне приятное.

– Что значит «сделай мне приятное»? – взволнованно уточнила Рита. Она уже начала бояться, что он может потребовать минет. Обычно ведь так говорят, когда просят о чём-то подобном.

– Просто потрогай, – уточнил Дима. Сейчас он определённо не ждал от неё ничего большего. Он просто хотел, чтобы она потрогала его член, возбудила его. Но она упрямилась и не желала даже этого.

– Не надо, я не хочу, – пробурчала Рита и снова попыталась убрать руку от его пениса. Но Дима не позволил. Он ещё крепче схватил её за запястье и резким движением руки прижал её пальчики к своему члену. Грозно повторил:

– Я сказал, потрогай.

– Зачем ты заставляешь меня это делать? – обиженно спросила Рита.

– Затем, что хочу.

– Но я не хочу! Ты мой сосед, дядя Дима, который меня вырастил.

– Я тебя не растил, ты сама выросла, – ухмыльнулся Дима.

– Ты не понимаешь! Ты мне как родственник, как второй отец. И ты навсегда останешься для меня дядей, – объяснила Рита. – Я не хочу с тобой ничего такого.

Дима сразу же облокотился на одну руку, схватил её за подбородок и внимательно посмотрел на её личико.

– Второй отец, говоришь? Ну и как тебе такой отец? – спросил он.

– Какой такой? – спросила Рита. Она смотрела ему в глаза и замерла.

– Который бьёт тебя и целует. Который закапывает трупы в твоём саду, – ответил Дима, а потом прильнул к её губам и начал целовать. Рита замерла от волнения, но не решилась сопротивляться, по крайней мере, сразу. Он проник языком в её ротик и начал полизывать её язычок.

Глава 63. На лицо

Дима продолжал настойчиво и страстно её целовать. Какое-то время Рита позволяла, но он не останавливался. Снова и снова облизывал её язычок, и Рита не выдержала. Она дёрнула головой и прервала поцелуй, а потом сразу же захныкала:

– Пожалуйста, прекрати!

– Дядя Дима не хочет прекращать, – игриво ответил Дима. Своей большой рукой он обхватил её затылок и притянул её голову обратно к себе, продолжая насильно целовать.

– М-м-м… – громко замычала Рита. Она чувствовала силу его рук и боялась сопротивляться. Уже в следующее мгновение он схватил её за запястье и снова приложил ладонь к своему члену, заставляя трогать себя. И Рита поняла, что он возбуждается. Это происходит прямо сейчас. Его член становился всё твёрже и больше. И вот он у него намного больше, чем у Виталия. Первое, о чём подумала Рита, почему у него такой толстый? С чем это связано? Может быть, это потому, что он старше? Или дело в чём-то другом? Но Рита не знала точного ответа на этот вопрос.

Дима тем временем продолжал страстно её целовать. Её же рукой он начал массировать свой член. Это смущало её сильнее всего. Он так сильно его сжимал, что её пальчикам даже стало больно. И вот он уже полностью возбудился, а потом неожиданно прервал поцелуй и игриво сказал:

– Не заводи меня, детка, если не собираешься ничего делать. Или ты собираешься делать?

Он смотрел на неё с хитрой улыбкой и держал за подбородок, чтобы она не отвернулась. А Рита то и дело норовила отвернуться и не смотреть на него.

– Нет, я ничего не собираюсь делать, – пролепетала Рита. Она сразу же дёрнула рукой, пытаясь убрать пальчики от его члена.

– Кажется, уже поздно! Чувствуешь?

С хитрой улыбкой он продолжил массировать член её же рукой.

– Пожалуйста, прекрати, я не хочу…― жалобно проговорила Рита.

– Зато я хочу, милая, – сказал Дима. ― Неужели только твои желания важны?

Рита нахмурилась и слезливо начала хныкать:

– Эхе… эхе… ты обещал, что не тронешь меня, а теперь пристаёшь… я думала, что мы просто будем спать.

Дима с недовольством начало трясти её голову.

– Опять ты отбиваешь мне всё желание.

Он уже так устал сюсюкаться с ней. Хотел жёстко и быстро. Надеялся, что она втянется в процессе, и поэтому решил немного применить силу. Неожиданно он схватил её за волосы и начал насильно заталкивать её голову под одеяло.

– Сделай что-нибудь, – громко сказал Дима. Рита в ответ истерично закричала:

– А-а-а!

– Если сейчас же не перестанешь орать, я забуду про своё обещание, – пригрозил Дима.

– Но ты уже забыл! – запищала Рита.

– Пока ещё нет. Но если ты продолжишь выводить меня из себя, точно забуду.

В этот момент Рита начала уползать от него. Её голова уже была в области его бёдер, и она продолжала перебирать коленями всё ниже и ниже. Она явно собиралась слезть с кровати с нижней стороны. Дима резко скинул одеяло и язвительно сказал:

– Что такое? Хочешь снова приласкать мои ножки? Ну, давай, я буду не против.

– Прекрати! Хватит меня мучить! ― в истерике взвыла Рита. Она слезла с кровати и посмотрела на него дикими глазами, а Дима обхватил член и начал мастурбировать, глядя на неё.

– Иди сюда, – приказал Дима спокойным голосом.

– Я не буду этого делать, – сказала Рита, глядя на его член. Но Дима итак уже понял, что минет ему не светит. Если, конечно, он не будет жёстко её заставлять. Но такого в его планах не было.

– Иди и просто потрогай, – пояснил Дима.

– Не хочу, не хочу! – истерично повторила Рита.

– А ты знаешь, я могу и перестать быть таким добрым? Живо иди сюда, – повторил Дима. Рита захныкала. Неохотно сделала два шага в его сторону, присела на край кровати и смотрела на него косо с недовольством.

– Иди сюда, я сказал, – нервно повторил Дима и резко потянулся к ней. Он схватил её за волосы и начал притягивать к себе.

– А-а, прекрати, – закричала Рита, обеими руками хватаясь за голову.

– Ты же понимаешь, что я могу тебя заставить, если захочу? – сказал Дима. – И рот откроешь, и отсосёшь как следует.

С этими словами он начал засовывать указательный палец ей в рот.

– М-м-м… – громко замычала Рита и начала дёргаться. Но всё было бесполезно: он крепко держал её за волосы и не отпускал. Тогда Рита схватила его за запястье, пыталась помешать засовывать пальцы себе в рот. Как обычно, это было для неё омерзительно, поэтому она сопротивлялась. Он ведь трогал её промежность, а теперь пытается засунуть пальцы ей в рот.

– Ну что, убедилась, что я могу тебя заставить? – язвительно спросил Дима. Он снова засунул палец ей в рот и начал двигать им туда-сюда. Рита только стонала и пыталась кричать, а её глаза уже наполнились слезами. Они маленькими порциями выкатывались наружу и смачивали её личико.

– Да, давай, держи меня за руку, мне это даже нравится, – язвительно сказал Дима, продолжая двигать пальцем. – Держи, но ты не сможешь помешать мне делать так.

И он начал нежно поглаживать её язычок подушечкой указательного пальца. Затем неожиданно вставил палец ещё глубже, и Рита начала кашлять.

– Кхе… кхе… пожалуйста, прекрати, – визгнула Рита.

– Смотри на меня, – приказал Дима, насильно поворачивая её голову в свою сторону.

– А-а-а… ― закричала Рита с пальцем во рту.

– Будешь послушной? – строго спросил Дима. Рите истерично повернула голову на бочок и, наконец, заставила его вытащить «грязный палец» изо рта.

– Пожалуйста, я не хочу заниматься с тобой сексом. Мы же договорились, что ничего не будет, ― пискляво напомнила Рита.

– Вот ты заладила: договорились, договорились! Курица, – злостно сказал Дима. Он продолжил мастурбировать при ней, а Рита хныкала, не в силах успокоиться. Но она больше ничего не говорила, и на какое-то время он оставил её в покое. Однако она не могла оторвать взгляда от его большого возбуждённого члена. Она не понимала, почему он у него такой большой и толстый? Она бы точно не хотела, чтобы он вставил в неё такой. Ей казалось, что он может её порвать. Или это просто глупые фантазии? Может быть, это у Виталия неправильный член? А у Димы как раз такой, какой должен быть? Хотела бы она знать ответ на свой вопрос.

Диме понравилось, как она смотрит на него.

– Но тебе же нравится смотреть, – уверенно сказал Дима с хитрой улыбкой.

– Только смотреть, – ответила Рита. Она не стала отрицать. Сейчас ей действительно нравилось. Её внимание привлекал его большой и толстый член. Но это всё, что она испытывала. Не считая, конечно, страха и ужаса.

– Ложись на спину, – неожиданно приказал Дима.

– Нет, пожалуйста, – сразу же визгнула Рита. Она не переставала думать о том, что сейчас он её изнасилует. Уже во второй раз, и она не хотела позволять это. Тем более так вот, робко и покорно подчиняясь его грубым приказам.

– Ложись, если хочешь, чтобы всё это поскорее закончилось, – сказал Дима.

– Обещай, что не станешь меня насиловать? – ляпнула Рита.

– Кажется, я уже обещал, – напомнил Дима. И он понял, что она не намерена подчиняться. А он не хотел больше ждать. Он схватил её за шею и насильно повалил спиной на матрас.

– А-а-а… ― в ужасе закричала Рита. На мгновение ей показалось, что сейчас он будет её душить. Но всё обошлось. Он просто уложил её на спину, а потом забрался на неё сверху. И в этот момент Рита испугалась. Она ещё сильнее зажмурилась и закричала:

– А-а-а! Слезь с меня.

– А если не слезу? – игриво спросил Дима. Он схватил её за подбородок, чтобы она перестала мотать головой. А потом продолжил мастурбировать прямо на её лицо. И Рита знала, что он собирается кончить. Он что, кончит прямо на её лицо? Она не хотела в это верить и не собиралась позволять…

– Нет, перестань! Перестань! – закричала Рита.

– Конечно, перестану, как только кончу, – деловито ответил Дима. Он продолжал массировать свой член, скользя по нему быстро-быстро вверх-вниз, вверх-вниз. Рита дёргалась и пыталась встать, но у неё не было шансов. Её руки остались внизу, под его ногами и попкой, и она не могла их вытянуть, чтобы как-то ему помешать. И чем сильнее она дёргалась, тем увереннее он садился на неё и сдавливал её тельце своим весом.

– Перестань! Перестань, – повторяла Рита. ― Не делай этого.

– Чего не делать? ― игриво спросил Дима. ― Ты запрещаешь мне кончать?

– Да, не кончай, – стыдливо ответила Рита.

– Вот уж нет! Я хочу кончить и сделаю это прямо на твоё личико, такое капризное и недовольное!

Залупой он начал хлопать по её щеке, а Рита зажмурилась и продолжила кричать:

– А-а-а… перестань!

В следующее мгновение Дима попытался засунуть палец ей в рот. Рита изо всех сил сжала свои губки и громко замычала:

– М-м-м…

– Что такое? Не хочешь сосать палец? ― язвительно спросил Дима. ― А как насчёт члена? Мой член захочешь пососать?

Членом он начал хлопать её по щеке, как бы давая лёгкие пощёчины. И Рита снова громко закричала, широко открыв свой рот:

– А-а-а…

Ей было противно и унизительно терпеть всё это, но она ничего не могла поделать.

– Я как раз этого ждал, – с ухмылкой произнес Дима. Он засунул указательный палец в её открытый рот и начал поглаживать язычок. Потом ещё глубже засунул палец в её рот и погладил основание её языка. Рита тут же закашляла и закряхтела.

– Кхе… кхе…

– Я бы хотел, чтобы ты также поперхнулась моей спермой, – мечтательно сказал Дима. Наконец, он вытащил пальцы из ее рта и продолжил мастурбировать.

– А-а-а! – истерично закричала Рита. Дима неожиданно дал ей пощечину и грозно сказал:

– Успокойся.

Затем он снова схватил ее за подбородок, чтобы она не могла пошевелить головой, и продолжил мастурбировать на её личико.

– Можешь не дергаться и не кричать, я все равно накончаю на это милое личико, – язвительно сказал Дима. Рита сжала губы и жалобно замычала.

– М-м-м…

– Да, давай похнычь, мне это даже нравится, – насмешливо произнёс Дима. Ему действительно нравилось видеть ее обиженное личико. Она лежала, такая вся заплаканная и грустная, не в силах сопротивляться. Боялась его. И каждый раз, когда он смотрел на нее, его возбуждение нарастало.

Рита продолжала мычать, а он продолжал мастурбировать на её лицо. И вот, наконец, он достиг кульминации. Он мечтал кончить ей в рот, но Рита крепко сжимала губы. И ему было лень с ней бороться. Он подумал, что для первого раза сойдет и на лицо.

– Сейчас я хорошенько смажу тебя своим кремом, – игриво сказал Дима. И в следующее мгновение его залупа начала брызгать семенем.

– Да, вот так вот, – возбужденно произнес Дима. Рита продолжала громко и обиженно мычать, пытаясь вырваться, но у неё не получалось. Дима крепко держал ее за подбородок, и она не могла даже шевельнуться.

– Давай размажем крем по твоему личику, – усмехнулся Дима и начал растирать сперму по её лицу. Рита замычала еще громче.

– Что такое, не нравится? – насмешливо спросил Дима. ― Считай, что это целебный крем, а ты глупая маленькая девочка, которая не хочет лечиться.

– М-м-м, – промычала Рита в ответ.

– И лобик, и глазки, – игриво произнес Дима и прошелся залупой сначала по ее лбу, а затем по глазкам, которые не переставали хмуриться.

– И да, чуть не забыл, и ротик, – игриво добавил Дима. Он начал приближать залупу к её губам, и этот момент был самым ужасным для неё. Она еще громче замычала и начала дергаться изо всех сил. Дрыгала не только телом, но и руками, пытаясь заставить его слезть с нее. Результат оказался неожиданным – она просто потрогала его попку и как бы подёргала.

– Что такое? Ты тоже любишь попку помассировать? – усмехнулся Дима. ― Ну, давай, продолжай!

– Пожалуйста, – слезливо произнесла Рита.

– Что, пожалуйста? Чего ты хочешь? ― игриво спросил Дима. Её действия развеселили его, и он не сердился.

– Слезь с меня, – взмолилась Рита.

– Ну, это я могу, – ответил Дима. Он ещё раз залупой похлопал ее по щеке, а потом всё же слез с неё. Больше не стал пытаться смочить её губки спермой. Решил, что для первого раза с неё хватит.

– А-а-а… ― истерично закричала Рита и начала вставать. Не успела она сесть, как Дима схватил ее за волосы и потянул назад.

– Хочешь по губам получить? ― язвительно спросил Дима. Он ведь уже слез с неё, вот чего она орёт? Он этого не понимал. Он кончил и был доволен. Хотел тишины и покоя, а не крики её выслушивать.

– А… отпусти… ― закричала Рита.

– Заткнись и лежи, ― грубо сказал Дима.

– Пожалуйста, отпусти меня. Я хочу поскорее умыться, – произнесла Рита.

– 5 звезд за честность, – язвительно сказал Дима. ― Именно поэтому я тебя не отпущу. Перехочешь умыться.

– Нет, ну пожалуйста, пожалуйста! У меня всё лицо щиплет.

– Не надо врать, – недовольно произнёс Дима.

– Я не вру, это правда, правда…

Она прикрыла ладонями лицо и продолжила хныкать. Ее пальчики сразу же промокли в его сперме, и это заставляло ее кричать еще громче. Она не переставала противиться и начала тереть лицо рукой, стараясь высушить его.

– Закрой глазки и спи, – приказал Дима.

– Что?! Нет! ― чуть ли не в ужасе произнесла Рита. – Мне нужно умыться.

– Завтра умоешься, а сейчас спать.

В следующее мгновение он укрыл ее одеялом, а потом хлопнул ладошкой и сказал: «выключись!» Это он обращался к своему умному дому, который сразу же погасил ночник в спальне.

– Пожалуйста, нет, я так не смогу уснуть. Мне нужно сходить в туалет.

– Не нужно, ― строго возразил Дима. ― Сегодня ты не умоешься, я не разрешаю.

– А-а-а! – закричала Рита. И Дима сразу же прикрыл ладошкой ее кричащий рот.

– Лучше заткнись. Или нарываешься?

Рита громко и обиженно замычала:

– М-м-м…

Он накинул на неё ногу и пытался утихомирить.

– Перестань дергаться, просто лежи и отдыхай.

Но Рита не могла успокоиться. Она то хныкала, то выла. Дима прильнул губами к её ушку и сказал:

– Привыкай к моим сокам, я часто буду кончать на твое личико.

Рита слезливо захныкала, но больше ничего не сказала. Понимала, что бесполезно с ним разговаривать. Ей оставалось только терпеть и больше ничего. Она радовалась хотя бы тому, что его сперма не попала ей в рот, вот это был бы настоящий ужас. Но она чувствовала влагу на своих губах, а еще он сильно обмочил ее носик. И даже сейчас возле ноздрей она ощущала некую влагу, и ей казалось, что это его невысохшая сперма. Она думала об этом и продолжала хныкать снова и снова.

– Помолчи, ― грубо сказал Дима, прижимаясь к ней сзади. Он кончил и хорошо расслабился. Понял, что сейчас сможет уснуть, если она перестанет капризничать. Но Рита ещё дергалась и хныкала, не хотела успокаиваться.

– Спи, ― приказал Дима, ― ты же хотела спать. Он убрал руки с её губ, и Рита сразу же заговорила. Слезливым голосом сказала:

– Я не могу уснуть… так не смогу!

– Я уже говорил, что не выпущу тебя из этой комнаты. Умываться будешь завтра утром, – заявил Дима.

– Пожалуйста, – произнесла Рита, но Дима не отреагировал на её мольбы.

– Никаких «пожалуйста». Закрой рот и спи. Или мне помочь тебе с этим?

С этими словами он начал поглаживать её губы.

– Открой рот, – приказал Дима.

– Нет, пожалуйста, – умоляла Рита, схватив его за запястье. Она пыталась помешать ему вставить палец ей в рот, но Дима разозлился. Он резко дёрнул рукой и крепко схватил её за челюсть, причинив ей боль.

– А-а-а! – испуганно вскрикнула Рита.

– Я сказал, открой рот, – повторил Дима, продолжая сжимать её челюсть. Рите было очень больно, ведь у неё там был синяк, а он как будто забыл об этом или нарочно пытался причинить ей боль.

Рита была в ужасе. Не понимала, как он может быть так жесток с ней? Чем она всё это заслужила? Он ведь уже кончил, и всё равно не отстанет от неё… продолжает мучить, издеваться. Она хотела кричать бесконечно.

Глава 64. Утро

Дима всё сильнее и сильнее сжимал её челюсть, и Рита уже не могла это терпеть. Она громко закричала, широко открыв ротик:

– А-а-а…

И Дима, довольный результатом, сразу же вставил свой большой палец в её рот.

– Вот так вот, а теперь соси, ― сказал Дима.

Рита обиженно обхватила губами его палец и громко замычала:

– М-м-м…

– Вот это другое дело, – довольным голосом произнёс Дима. Он снова закинул на неё ногу и крепко придавил её тело, не позволяя двигаться. Ему нравилось так лежать. Она сосала его палец, а он обнимал её ногой.

– Да, вот так, а теперь засыпай, – сказал Дима.

Но Рита не могла уснуть. Ни за что на свете, только не в такой позе, держа во рту его палец. Это было ужасно омерзительно и унизительно. Она хотела убежать прямо сейчас, но даже дёрнуться не могла.

– Соси и засыпай, – язвительно повторил Дима. Прошло минут 5, а затем и 10, но Дима и не думал отпускать её и вытаскивать палец изо рта. А когда она пыталась дёргаться, он начинал шипеть ей в ухо:

– Соси и засыпай.

Это звучало так омерзительно. Она мечтала заткнуть уши, лишь бы не слышать этого. А ещё она мечтала умыться как можно скорее. Ей казалось, что её лицо и тело бесконечно грязное, и сейчас она бы хотела в баню.

Рита долго думала о том, что ей непременно нужно умыться сегодня. Нужно как-нибудь уговорить его отпустить её. А ещё она действительно хотела в туалет. Она думала, что ещё немного полежит, а потом снова попытается заговорить с ним.

Но Рита была очень уставшая. В отличие от него, она рано встала. Ещё не было и четырёх утра, когда Рита пробудилась. Она ведь вчера спала в бочке, а там было неудобно, и поэтому она рано проснулась и больше не спала. В такие дни, когда Рита встаёт в четыре утра, она обычно засыпает до девяти. А сейчас время было почти двенадцать. Рита знала время, потому что даже в темноте горели его электронные часы. Она смотрела на них ещё долго-долго, тихо мыча, а потом вдруг перестала.

– Что, уснула, что ли? – ухмыльнулся Дима. И к тому времени она действительно уснула, причём настолько крепко, что даже не услышала его язвительный вопрос.

Дима хитро улыбнулся, ведь его гнусная затея удалась. Она уснула прямо со спермой на лице и с его пальчиком в ротике. Прямо так, как он хотел.

Дима не стал тревожить Риту. Он аккуратно вытащил свой большой палец из её рта, а потом нежно обнял её и постарался не шевелиться. Но он ещё какое-то время не убирал ногу с её тела. Ему очень нравилось лежать именно так – обнимать её ногой и прижиматься сзади. В этот момент они были особенно близки. Во всяком случае, ему так казалось. Он нежно приложил губы к её шее и долго так лежал, а потом и к его глазам подкрался сон. Аккуратно он спустил ногу, закрыл глаза и уснул с довольной улыбкой на лице.

Дима сделал так, чтобы дверь в эту комнату не открывалась. Он хотел, чтобы Рита его разбудила, если вдруг она проснётся раньше него. Он же принципиальный человек. И поэтому решил, что не позволит ей умыться раньше, чем наступит утро. И он знал, что запертая дверь станет для неё сюрпризом. Интересно, она разбудит его или же будет сидеть рядом, ждать, пока он проснётся?

Почему-то Дима был уверен, что Рита встанет раньше, чем он, как будто так и должно быть. Он явно забывал о том, что обычно это он ранним утром подходил к её дому и стучался в окошко, чтобы она проснулась. С тех пор прошло всего две недели, а ему казалось так давно…

Дима не ошибся, Рита проснулась первой. Она тихо встала, стараясь его не разбудить. Надела свой халат, который лежал рядышком на кресле, а потом тихо подкралась к двери. Сначала она попыталась открыть её аккуратно, но когда у неё не получилось, она начала сильнее дёргать ручку. Нервно вздыхала и досадно произнесла:

– Чёрт, чёрт!

Дима проснулся от её вздохов и шорохов. Хитро улыбнулся. Он не хотел портить веселье. Судя по тому, как она нервничает, ей точно хочется в туалет. Ему было интересно, подойдёт ли она к нему, разбудит или же нет? А если разбудит, как именно? Конечно, в своих сладких фантазиях он представлял, как она подходит к нему и обнимает его или нежно трясёт за плечо.

Но Рита, конечно же, не собиралась так его будить и вообще не хотела, чтобы он просыпался. Она не планировала убегать, потому что бежать ей фактически некуда. Но надеялась тихо улизнуть и спокойно принять душ, попить водички.

Рита похныкала какое-то время у двери, безуспешно продолжая дёргать ручку.

– Чёрт, ты её запер! Запер! ― с досадой повторяла Рита. ― Зачем?

Она действительно этого не понимала. Потом она подошла и внимательно посмотрела на Диму, на его лицо. Казалось, он спит, и она даже была в этом уверена. И ей так не хотелось его тревожить, ведь с его пробуждением закончится её покой. А учитывая то, что было вчера, ей вообще не хотелось с ним разговаривать.

Рита смотрела на него и тихо-тихо хныкала, еле слышно стонала, а потом обратилась к нему своим обиженным голосочком:

– Дядя Дима, просыпайся! Я не могу выйти.

Она разбудила его в своём писклявом девчачьем стиле. Он не смог удержать улыбку, и его губы слегка искривились. Рита сразу же поняла, что он не спит.

– Ты что, не спишь? Ты притворяешься! Я не могу выйти, ― пожаловалась Рита.

Дима сразу же поднялся и сел на кровать, свесив ноги. Он подтянулся и деловито сказал:

– Ну, правильно, не можешь уйти. Я же запер дверь.

– Зачем ты это сделал?

– Чтобы ты не убежала, конечно же.

– Я бы никуда не убежала! Я бы всё равно не смогла выйти из дома, ― напомнила Рита.

– А я вот захотел, чтобы ты не смогла выйти из комнаты тоже. Скажем так, для надёжности!

Он зевнул, а потом встал и подошёл к шкафу. Начал выбирать для себя одежду, не глядя на неё. Рита же стояла рядом и продолжала жаловаться:

– Пожалуйста, выпусти меня скорее, я хочу в туалет. Очень сильно хочу.

– А если выпущу не скорее, ты обоссышься прямо здесь? ― с ухмылкой спросил Дима.

– Ну, пожалуйста, мне тяжело. Я ещё перед сном хотела в туалет, но ты меня не отпускал.

– Перед сном ты хотела умыться, а не в туалет, ― важно подправил Дима, надевая свои шорты.

– Ну, пожалуйста, сейчас я, правда, хочу в туалет.

Дима обернулся, посмотрел в её глаза и спросил:

– Первым делом в туалет пойдёшь?

– Да, конечно, ― ответила Рита.

– Ну, смотри, я проверю!

Он быстро вытянул из полки одну из своих футболок, закрыл шкаф и направился к двери. Пульт от его дома лежал там недалеко на полочке. Он нажал на какую-то жёлтую кнопочку, и дверь открылась. Рита нахмурилась, когда это поняла. Получается, ей было необязательно его будить. Она подумала, что и сама могла бы открыть эту дверь, если бы знала, как. Но сейчас она запомнила, что нужно нажимать на жёлтую кнопочку…

– Спасибо… ― пробурчала Рита и сразу же побежала в туалет. Дима проводил её с улыбкой и сказал:

– Не врёшь, оказывается!

После туалета Рита закрылась в ванной кабинке и пропадала там минут 20. Но Дима не сердился. Он уже умылся, пока Рита была в туалете. Затем он пошёл завтракать, но ничего кроме колбасы в холодильнике не нашёл. И он уже дико не хотел её есть, особенно сутра.

В итоге он выпил воды и вернулся в гостиную, подумав, что пора её выдёргивать. Рита закрылась в ванной комнате, но на замок дверь не заперла, как обычно боялась это делать. Дима открыл дверь и сказал:

– Хватит драить лицо. Иди лучше яичницу нам пожарь, а то кушать нечего.

– Ладно, я сейчас, ― ответила Рита. Он не увидел её у раковины и быстро понял, что она принимает душ. Она залезла в ванну и спряталась за шторкой. Было слышно, как льётся вода.

– Ты что это? Решила в душ с утра? ― усмехнулся Дима. Он чуть-чуть отодвинул шторку и взглянул на неё. Рита действительно мылась, причём так основательно. Вспенила мочалку и натирала тело.

– Что? Чувствуешь себя очень грязной после вчерашних недошалостей? ― язвительно спросил Дима.

–Да, чувствую, ― ответила Рита.

– Но ты, смотри, особо кожу не сдирай. Помни о том, что я могу снова тебя запачкать в любой момент, ― сказал Дима, а потом игриво хлопнул её по носику.

– Прекрати! Это было мерзко, ― обиженно сказала Рита.

– А мне понравилось, – усмехнулся Дима и начал указательным пальчиком поглаживать её носик. ― Уже вычистила носик? Не слизкий.

– Можно я помоюсь спокойно? ― нервно спросила Рита. ― Чем быстрее ты выйдешь отсюда, тем быстрее и я выйду и пожарю тебе яичницу.

– Нам, ― деловито подправил Дима. ― Ты же, наверное, тоже хочешь позавтракать?

– Да, хочу, ― ответила Рита.

– Ну вот, значит учись разговаривать правильно, ― важно сказал Дима. ― Отныне мы всё делаем вместе.

Дима ушёл. Она предосудительно помотала головой и продолжила мыться. Вышла она действительно быстро, буквально через 5 минут. И Дима был доволен. Пока её не было, он сходил в комнату, где у него хранится всяческая женская одежда, и подыскал для неё платьице, ― летнее красивое, с юбочкой до колен. Оно не было каким-то вызывающим и развратным. Но он и не хотел сейчас наряжать её развратно, ведь им нужно прогуляться по деревне и узнать, кто там сейчас пастух.

– Иди сюда, ― сказал Дима сразу, как только она вышла из душа. Рита увидела в его руке голубенькое платье и тяжело выдохнула. Подумала, что это очередной развратный наряд с коротенькой юбочкой и открытой грудью. Заставит её надеть это и позировать перед ним.

Её сердце забилось быстрее. Но Рита понимала, что не сможет сказать ему «нет». В конце-то концов, это просто платье. И лучше ходить в платье, чем голенькой.

Рита вспомнила, как он пытался заставить её всё время ходить у него голой, и её бросило в жар. Хорошо, что он забыл об этой своей дурной затее.

– Что такое? ― спросила Рита, претворившись, что ничего не заметила в его руке. Она подошла к нему и встала на расстоянии 1 метр.

– Я нашёл кое-что для тебя. Примерь, ― сказал Дима, размахивая платьицем.

– Прямо сейчас? ― спросила Рита. ― А я думала, что мы сначала позавтракаем. Я могу его запачкать, пока буду жарить яичницу.

Дима повесил платье на спинку дивана.

– Ну ладно тогда. Давай пока жарь яичницу, потом переоденешься.

Дима посмотрел на часы и сказал:

– Время почти 6. Надо поспешить, а то опять твои коровы будут сидеть весь день в своих сараях.

– Я быстро, ― пообещала Рита и поспешила на кухню. Взволнованно выдохнула и сразу же направилась к холодильнику за яичками. Она поставила сковороду на огонь, а сама налила себе попить. Жадно глотала прохладную воду и думала о нём, и о том голубеньком платьице. Она его даже не разглядела, но оно не показалось ей слишком коротким. Это её чуточку успокаивало.

Рита понимала, что им реально нужно спешить, если они хотят поймать пастуха до того, как он отправится в поле. Она быстро разбила три яйца для него и два для себя. Пожарились они быстро, и буквально через пять минут Рита вернулась в гостиную.

– Яичница готова, ― сказала Рита.

– Всё на столе? – с улыбкой спросил Дима.

– Да, конечно, всё на столе, – ответила Рита.

Дима был очень доволен. Ему нравилось, когда за ним ухаживают. Он мог бы сам пожарить яичницу, пока Рита принимала душ. Это бы сэкономило им время, но он уже привык на всё готовенькое. Принципиально хотел, чтобы именно она готовила и заботилась о нём.

Рита налила ему молока, положила нарезанный хлеб на стол, и они начали завтракать. Дима, конечно же, доел первым. Он вытер рот салфеткой и сказал:

– Посуду не мой, оставь в раковине. Быстро одевайся и пошли. Я буду ждать тебя снаружи.

Рита уже знала, что он торопится выйти, чтобы покурить. Она изучила его привычки. Но это её только обрадовало: не будет подглядывать за тем, как она одевается. К тому моменту она почти доела свою яичницу, убрала хлеб в пакет и спрятала в холодильник, а затем пошла в гостиную переодеваться.

Так как Димы не было дома, она не стала заходить в ванную комнату, чтобы переодеться. Сняла халат прямо в гостиной и полностью оголилась. Затем надела голубенькое платьице, которое он принёс. Оно село на неё идеально и красиво смотрелось даже без бюстгальтера. Впрочем, Рита подумала, что это платье носится без него, потому что со спины оно было слишком открытым.

Платье ей очень понравилось. Она подошла к зеркалу и с улыбкой кружилась. Чувствовала себя красивой и привлекательной. Платье было сшито довольно просто, но всё равно ощущалось, что оно не дешёвое. Ткань была приятной, швы аккуратными. Ей очень нравилось это платье, ничего похожего в её гардеробе не было.

Рита любовалась собой минуты три, а затем вышла на крыльцо. Дима стоял там с сигаретой в руках. Судя по всему, он только что закурил, и, скорее всего, во второй раз, потому что его сигарета была ещё полной.

– Подошло, значит, платье? – с улыбкой спросил Дима, разглядывая её.

– Да, подошло, – ответила Рита.

– А ну-ка покрутись!

Рита неохотно покрутилась. Ей не хотелось красоваться перед ним, но она боялась разозлить его и не стала капризничать.

– Шикарно, – сказал Дима. Он подошёл к ней, обнял за спинку и повёл за собой. – Мне нравится такая спутница. Теперь даже не стыдно выйти с тобой на улицу.

– Можно подумать, раньше было стыдно, – обиженно сказала Рита.

– Когда ты была в грязном тряпье? – уточнил Дима. – Конечно, было стыдно.

– Тряпьём ты называешь мою спортивную одежду? – пожаловалась Рита.

– И её тоже, – согласился Дима. – И тот хлопковый сарафан, который ты сама сшила из постельного белья.

Рита стеснительно улыбнулась. Она не могла отрицать то, что он сказал.

– Как ты это понял? – спросила Рита.

Дима усмехнулся.

– Считай, что я знаток!

– Потому что у меня не было платья, вот и сшила.

– Теперь у тебя есть платье. Будешь одеваться красиво, когда мы идём гулять вместе.

– Ты так говоришь, как будто мы часто идём гулять. Сегодня первый раз! – напомнила Рита.

– И то верно, – усмехнулся Дима. – Но мы это можем исправить.

Рита не была уверена, что хочет с ним гулять. Впрочем, это куда лучше, чем сидеть с ним дома, где он постоянно пристаёт к ней.

Они уже вышли из-за ворот и прогуливались вдоль деревни.

– А куда именно мы идём? – спросила Рита. Она не сразу поняла, что они идут куда-то целенаправленно. Но Дима свернул на повороте, как будто им нужно именно туда, поэтому она так спросила.

– Да так, тут у меня друг один живёт, – ответил Дима. – Он обычно всегда всё знает.

Вскоре они подошли к синим воротам его друга, и Дима нажал на звонок. Без разрешения они не входили, потому что за воротами громко лаял пёс.

– Лучше подождать его здесь, – усмехнулся Дима.

– Ну да, я боюсь собак, – согласилась Рита. Она посмотрела через щёлочку и увидела, как за воротами кто-то идёт. Мужчина в тёмно-синих штанах и шлёпанцах. Рита сразу же стеснительно встала за Димой, и вскоре им открыли. Это был мужчина лет 40, который сразу же пожал Диме руку.

– Привет, Дима! Что вас принесло ко мне в такую рань? – спросил мужчина и внимательно посмотрел на Риту. Улыбнулся ей.

– Да тут проблемка образовалась. Пастух куда-то подевался. Она переживает, что коровы сидят в сараях, – ответил Дима, дёрнув головой и указав на Риту.

– Да, Виталий, говорят, в город сбежал. Безответственный засранец! Никого даже не предупредил.

– Ну, это-то понятно. А пастух новый будет? – спросил Дима.

–Так уже нашли кого-то. Временно, вроде как. Сейчас дам номер.

Мужчина покопался в своей телефонной книге, а потом отмахнулся и сдался.

– Не знаю, куда делся номер. Антонина Павловна. Походу не записал. Это на другой улице, у них красный кирпичный дом и красные ворота. Не спутаете!

Он рукой указал, откуда нужно обойти улицу, чтобы найти этот дом.

– Найдёте или вас проводить?

– Ну, если есть время, проводи, – ответил Дима. Мужчина усмехнулся.

– Время есть, но я знаю, куда его деть!

– Ладно, я понял. Ленишься! ― с досадой заключил Дима.

– Если что, звони.

Вскоре мужчина скрылся за воротами. Он так и не представился, и поэтому Рита не поняла, как его зовут. Впрочем, какая ей разница?

Глава 65. Прогулка по деревне

Они вышли на другую улицу, и довольно быстро нашли тот красный дом, о котором говорил мужчина. У ворот не было звонка, но Дима постучал, а потом сразу же вошёл.

– Тихо. У них, кажется, нет собаки, – сказал Дима.

– Но всё равно нехорошо так входить, – заволновалась Рита.

– Не переживай, это же деревня. Здесь так принято в гости заходить! И даже без стука!

Рита осуждающе покачала головой:

– Друзья заходят без стука к друзьям, а так к чужакам… ну, не знаю, всё же это неправильно.

Однако Дима был настроен решительно. Он постучал для вида и, не дожидаясь ответа, вошел в дом. Потом громко сказал:

– Антонина Павловна, Вы здесь?

– Ты её знаешь, что ли? – удивилась Рита.

– Гриша сказал, что её зовут Антонина Павловна, – напомнил Дима.

– Гриша – это тот твой друг, к которому мы недавно ходили? – уточнила Рита, наконец-то узнав его имя.

– Да, он самый.

В этот момент к ним вышла резвая женщина в джинсах и футболке.

– Да, это я. Вы кто такие? – спросила она.

– Мы ищем нового пастуха. Вы вроде временно его заменяете? – уточнил Дима.

– Ну, пока я. Пару дней, пока братец не вернётся, – ответила женщина.

– Я так понимаю, ваш брат Виталий? – уточнил Дима.

– Почему это Виталий-то? Нет, конечно, – засмеялась женщина. – Мы что, похожи, что ли?

– Вроде нет, – с улыбкой сказала Рита. Ей было немного стыдно за слова Димы, но он просто выяснял информацию. Он ведь почти ничего не знает о Виталии, даже не знает, где тот живёт и есть ли у него семья.

– Так по какому вопросу вы пришли? – спросила Антонина Павловна.

– У моей соседки коровы уже второй день не пасутся, и она переживает.

– Я уже иду! ― весело напомнила женщина. ― Выводите своих коров.

– Просто у неё одна корова проблемная, ей нужно особое внимание, – пояснил Дима.

– Ну и что? – с недовольством спросила женщина. Она рукой указала им на дверь, и когда все вышли, принялась закрывать свой дом.

– Мы бы хотели чуть больше внимания нашим коровам, – сказал Дима, доставая из кошелька несколько крупных купюр.

– Что, взятка, что ли? – усмехнулась женщина, шутя.

– Просто чуть больше внимания! – повторил Дима. ― Вознаграждение за неделю.

Женщина сразу же вспорхнула и с большим удовольствием забрала деньги, торопливо засунула их к себе в карман.

– Я поняла, больше внимания.

– И просьба передать это новому пастуху, если вдруг вы поменяетесь, – попросил Дима.

Женщина отмахнулась:

– Он и я – считайте, что мы один человек! Не смотрите, что я женщина, я хорошо управляюсь с коровами.

Она выглядела смелой и сильной, но Диме было неприятно разговаривать с ней. Короткая причёска и грубые манеры. Дима мысленно уже охарактеризовал её: «просто быдло в женском теле». Но это лучше, чем привлекательный парень, который будет заглядываться на его Риту, так что Дима был доволен. И договорились они довольно быстро.

– Мы живём на окраине, предпоследний дом, – объяснил Дима.

– О, предпоследний, отлично! Как раз оттуда уходим в поле, так что проблем не возникнет, – согласилась женщина.

– Коров нужно заводить прямо во двор, одна любит убегать, – объяснил Дима.

– А давайте я вас провожу? – предложила женщина. – Заодно покажете мне ваш дом и как там всё устроено.

Женщина увязалась за ними и болтала всю дорогу. Но Рита была довольна. Она не против, чтобы кто-то присмотрел за её коровами, даже если это не бесплатно. К тому же, платит всё равно Дима.

Вскоре они пришли к её дому, и Антонина Павловна сказала:

– Ну что, выводите коров, и я поведу их в поле. Я лично прослежу за тем, чтобы не убежали. За ними будет самый лучший уход!

Рита улыбнулась, а потом немного стыдливо призналась:

– Только я не успела их подоить. Вы не можете подождать минут 10?

Женщина сразу же сделала недовольное личико и явно хотела отказать, но вмешался Дима. Он с командирским голосом ответил за неё:

– Да, она может подождать, не правда ли, Антонина Павловна?

Женщина усмехнулась и помотала головой:

– Ну, хорошо, подожду.

В её голосе чувствовалось недовольство, но она уже поняла, что отказ не принимается. Она присела на скамейку, широко раздвинув ноги, и стала оглядывать дороги справа и слева.

«Бывают же такие быдлы!» – подумал Дима. Его всегда поражали такие женщины. «Не женщина, а мужик, и даже не в юбке! Да ещё и без волос! Фу» ― подумал Дима. У неё была короткая причёска. Слишком короткая для женщины. Давно он не встречал таких. Впрочем, это объясняет, почему ей разрешили стать пастухом.

Дима присел рядом с этой женщиной и завёл разговор, чтобы потратить время, пока Рита доит своих коров. Он предложил ей сигаретку, и она не отказалась. Это тоже его удивило. «Ещё и курит!» Впрочем, какая ему разница? Главное, чтобы её коровы были под присмотром. Он не собирался платить просто так.

Рита, конечно, доила не 10 минут, а дольше. Но они терпеливо ждали её за воротами. А ещё Рита обрадовалась тому, что Дима доверился ей и не подумал, что она попытается сбежать с другой стороны своего участка. И это означало, что есть какой-то прогресс. Возможно, он снова начнёт ей доверять. Доверять по-настоящему. И это будет означать, что он позволит ей, как раньше, свободно ходить в своём огороде и делать дела без его присмотра. Она хотела, чтобы всё было как раньше.

Минут через 20 Рита наконец-то вывела коров.

– Извините, я чуть задержалась.

– Ничего страшного, – протянула Антонина Павловна. В её голосе ощущалось лицемерие, но Рита старалась не обращать на это внимание. И она вздохнула с облегчением, когда выпроводила коров.

– Ну что, довольна? – с улыбкой спросил Дима.

– Да, довольна! Наконец-то они пошли в поле. Только странно, конечно, что пастух теперь женщина, – сказала Рита.

– Да и прекрасно, что женщина! – усмехнулся Дима. ― Это даже лучше, чем лысый старый мужик!

– Хватит! – стеснительно протянула Рита, а потом заметила: – но ты много ей предложил. Каждую неделю по 2 тысячи ― это очень много. Не удивлюсь, если это треть её зарплаты.

Дима усмехнулся:

– Расслабься! Для меня это мелочи. Главное, чтобы ты не убегала каждый вечер искать свою корову.

– Спасибо, ― с улыбкой протянула Рита. И она действительно была рада. Ей и самой не хотелось искать корову каждый вечер. Но она уже несколько лет стабильно этим занималась, даже когда жила вместе с отцом. Они не платили пастухам, чтобы те следили за их коровами. А их «Лиза» почти каждый день выбивалась из стаи и куда-нибудь уходила. Виталий, конечно, старался этого не допускать чисто из доброты душевной, но «Лиза» всё равно умудрялась убегать. А сейчас она гарантированно не убежит, ведь эта Антонина Павловна будет обязана приводить всех её коров. И это замечательно. Рита была очень довольна.

– Можно я немного поработаю в огороде? Мне нужно проредить свёклу, – сказала Рита.

– Конечно, можно, но помнится, мы планировали приготовить сыр, – напомнил Дима.

– Ах да! Давай тогда я подогрею молоко, подмешаю ферменты и потом пойду в огород?

– Молоко должно отстояться? – спросил Дима.

– Да, конечно. Нужно время, чтобы фермент подействовал.

– Ну, тогда занимайся молоком, а я схожу домой кое-что принесу.

– Хорошо, – ответила Рита и довольная улыбнулась. Она не знала, что именно он собирается принести, но была счастлива, что он снова начинает ей доверять, оставляет её одну.

Дима направился к себе, а Рита пошла домой. Она вспомнила, что ещё не процедила молоко, которое осталось в вёдрах у неё на столе. Да, это было глупо с её стороны сразу же проситься в сад работать. И она действительно забыла, что обещала сделать сыр.

Рита процедила молоко, перелила его в огромную 50-литровую кастрюлю и поставила на огонь подогреваться. Кастрюля была полная, и при всём при этом у неё осталось немного молока. Рита решила, что пусть останется, ведь пить тоже нужно молоко.

Дима не приходил минут 15, и это только радовало Риту, без него ей было спокойнее. Она помешивала молоко, а сама периодически ходила по кухне туда-сюда и смотрела в окошко, взволнованно выискивала его взглядом.

В один из моментов Рита увидела его.

– О, нет-нет, он идёт!

И что самое ужасное, в его руке она увидела что-то розовое. Прищурив глаза, она присмотрелась внимательнее и поняла, что это резиновая игрушка, довольно толстая и гибкая. Он держал её, согнув пополам.

– Нет, что ты опять задумал, ― слезливо пробормотала Рита. Ей так хотелось подбежать к двери и закрыться изнутри, чтобы он не смог войти. Но она понимала, что это бесполезно. В любом случае он войдёт к ней. А если она попытается не впустить его, будет только хуже. Он либо взломает замок, либо разобьёт окно, но в любом случае войдёт.

Рита присела за стол, закрыла лицо руками и тихо заплакала. В этот момент на кухню вошёл Дима с ухмылкой на лице спросил:

– Что случилось, пока меня не было?

– Зачем ты это принёс? – спросила Рита, не поднимая головы.

– Ты про это? ― усмехнулся Дима, помахивая резиновой игрушкой. Он был удивлён, что она уже знает об игрушке.

Это была одна из его «сосулек» из мягкой резины, очень гибкая и прозрачная. Рита даже не подняла голову и ответила:

– Да, про это. Зачем ты это принёс?

– Угадай! ― игриво сказал Дима.

– Нет, я не хочу, ― захныкала Рита. В ответ он лишь усмехнулся и присел рядом, а потом сказал:

– Но ты можешь пока поплакать. Займёмся твоей попкой чуть позже!

От его издевательских слов она заплакала ещё сильнее. Она по-прежнему сидела, прикрывая лицо руками, и забыла обо всём на свете. Даже о том, что ей нужно постоянно помешивать молоко.

Дима оставил игрушку на столе и подошёл к плите с восторгом:

– Ого, какая у тебя кастрюлька!

– Зачем ты это делаешь? ― спросила Рита в слезах.

– Я пока ещё ничего не делаю. Просто смотрю, ― весело ответил Дима, а потом спросил: ― а молоко не нужно помешивать?

– Нужно, ― неохотно ответила Рита. Дима с большим удовольствием взял её огромную шумовку и помешал молоко. Он улыбнулся, потому что так много молока он, можно сказать, никогда не видел.

Как только Дима отошёл, Рита то и дело разглядывала резиновую игрушку, которая осталась лежать на столе. Она заметила, что она толстая у основания, почти такая же, как его член. Это особенно напугало её.

– Пожалуйста, не мучай меня, ― взмолилась Рита.

– Так я и не собирался мучить! ― ответил Дима. Потом он подошёл и схватил её за предплечье, пытаясь заставить встать.

– Чего ты хочешь? ― заволновалась Рита.

– Встань, ― приказал Дима. Рита захныкала и неохотно подчинилась. Как только она встала, он начал разворачивать её спиной к себе, а потом надавил на её плечи.

– Облокотись на стол, ― приказал Дима.

– Нет-нет! Ну, пожалуйста, ― заплакала Рита. Она не слушалась, и он начинал злиться. Он ещё сильнее надавил на её плечи и повторил:

– Облокотись, я сказал.

– Ты же сказал, что не станешь мучить меня, ― напомнила Рита.

– Я не собираюсь тебя мучить, ― согласился Дима. ― Я только вставлю это в тебя.

– Нет-нет, ну почему? ― заплакала Рита. Именно этого она и боялась сильнее всего, что он вставит в неё эту игрушку.

Дима задрал её юбочку и спустил трусики. Он сделал это резко, и Рита вскрикнула от испуга.

– А…

– Ты что, забыла? Мы же всё время затыкаем твою дырочку перед тем, как ты пойдёшь работать в сад, ― игриво напомнил Дима.

– Не надо, ну пожалуйста, ― продолжала умолять Рита.

– Если не хочешь облокачиваться, тогда хватай себя за попку, ― приказал Дима. Он отложил игрушку на стол, а потом обеими руками схватил её за запястья и приложил ладони к попке.

– Давай, вот так вот, раздвигай попку, ― насмешливо повторил Дима. И в следующее мгновение он сам это сделал её же руками. Рита почувствовала, как её ягодицы раздвигаются, а анус начинает охлаждаться. Как будто бы дышит, как будто приглашает кого-то внутрь.

– А-а-а…. ― вскрикнула Рита. Но ей не было больно. Она закричала от испуга и от отчаяния.

– Что такое? ― игриво спросил Дима.

– Пожалуйста, не делай этого.

– Я всего лишь собираюсь вставить в тебя игрушку. Не нужно устраивать из этого трагедию, ― деловито сказал Дима, а потом засунул руку в карман и вытащил оттуда интимную смазку. Щелчок смазки заставил её завизжать с новой силой.

– А-а-а…

Раз он смажет её, значит, точно ставит в неё эту игрушку. А она так этого не хотела, а ещё и боялась.

– Она слишком толстая, ― пожаловалась Рита, ещё раз взглянув на игрушку.

– Ничего подобного! ― возразил Дима. ― Я вставлял в тебя и потолще.

– Нет! Когда? ― визгнула Рита.

– Забыла, как висела в моём углу? ― с ухмылкой вспомнил Дима. Уже в следующее мгновение он капнул смазку на свои пальчики и приложил к её анусу.

– Нет! Та игрушка была тоньше, ― сказала Рита.

– А ты уверена? ― игриво спросил Дима. Конечно, он не собирался рассказывать Рите, что утолщал ту игрушку, прежде чем посадить её. Но ему было интересно, догадалась она об этом или нет? Поэтому он и сказал, что вставлял в неё и потолще. А потом он ведь ещё и трахнул её своим толстым членом. Он у него толще, чем все эти игрушки, особенно у основания.

Дима вспомнил об этом и хитро улыбнулся. Подумал, что обязательно нужно это повторить. Собственно, поэтому он и принёс эту игрушку, чтобы немного разработать её попку перед шалостями. Но Рита этого не понимала. Она не размышляла настолько развёрнуто и думала только о том, что он просто хочет в очередной раз посмеяться над ней, помастурбировать ей. И ей так не хотелось разрешать…

– Да, я уверена, – ответила Рита. – Те игрушки были тоньше, особенно та, которую ты вставлял в первый раз. Где эта игрушка?

Дима, услышав её вопрос, игриво наклонился к её уху и прошептал:

– Ты хочешь её?

– Нет, я вообще не хочу этого, – возразила Рита. – Но если уж выбирать, то я бы выбрала её.

Дима ничего ей не ответил. Взял со стола игрушку, которую принёс, и начал её смазывать. Затем он подвёл кончик к её анусу и сказал:

– Но выбирать не приходится!

– Нет, ну пожалуйста, – взмолилась Рита. В следующее мгновение он вставил в неё кончик игрушки и начал плавно её углублять.

– А-а-а, не надо, пожалуйста, – повторяла Рита.

– Она ведь лучше, чем хуй Виталия, – неожиданно сказал Дима.

– Нет, не знаю, – ответила Рита, – зачем ты снова о нём?

– Не знаю! Наверное, не могу перестать ревновать, – ответил Дима, а затем резким толчком вогнал в неё игрушку ещё глубже.

– А-а-а… ― закричала Рита. ― Хотя бы не так резко!

– Да? Хочешь, чтобы мы поиграли немного? – спросил Дима. Затем он снова надавил на её плечи и сказал: – тогда пригнись. Да, вот так вот.

Он насильно заставил её пригнуться и вытаращить попу назад, а потом начал совершать поступательные движения игрушкой.

– А… а… ― вскрикивала и стонала Рита. – Пожалуйста, я не хочу…

– А я вот хочу, – игриво сказал Дима.

– Не надо, мне неприятно.

– Ты же сама хотела, чтобы я плавно вставил, – напомнил Дима. ― Но я могу сделать это резко, если передумала!

Уже в следующее мгновение он продемонстрировал ей, как это будет.

– А-а-а! ― закричала Рита. ― Только не вставляй её полностью!

Неожиданно она вспомнила, что эта игрушка не только толстая у основания, но ещё и длинная.

– Это ещё почему? – игриво спросил Дима.

– Она слишком длинная, – пожаловалась Рита.

– И что с того?

– Нельзя такую длинную вставлять, – сказала Рита, и она даже была уверена в этом. Дима усмехнулся:

– В попку можно!

Он ещё сильнее надавил на игрушку и вставил её глубже. Рита почувствовала, как игрушка расширяет её анус. Ей становилось больно. И это означало, что уже сейчас он вставил её глубоко. Теперь она ощущала толстую часть этой игрушки, и это её пугало. Она хотела сопротивляться, но и это боялась делать. Он ведь сильнее. Если она начнёт сопротивляться, он просто её ударит и силой сделает то, что хочет.

Рита поняла, что вынуждена терпеть и позволять, и ещё пуще расплакалась.

Глава 66. Домогательства на кухне

Ещё пару минут, и Рита уже не могла терпеть. Он всё быстрее скользил игрушкой в её анусе и после каждого толчка вставлял её глубже и глубже.

– А… а… ну, пожалуйста, – снова взмолилась Рита. Она потянулась к своей попке, чтобы помешать ему, но Дима не позволил. Он шустро схватил её за запястье и заставил вытянуть руку вперёд. Грубо ударил её руку об стол.

– А… ― закричала Рита в испуге.

– Разве я разрешал трогать себя? ― спросил Дима.

– Пожалуйста, не вставляй её глубоко, – снова взмолилась Рита.

– Вставлю ровно столько, сколько нужно вставить! – язвительно ответил Дима. Рита слезливо захныкала. Дима продолжил шевелить игрушку, совершая поступательные движения. Медленно углублял игрушку.

– А… а… ― покрикивая, стонала Рита. И теперь уже она боялась потянуться к своей попке. Боялась, что он снова ударит её по рукам.

– Пожалуйста, не надо, – продолжала она умолять, а Диме уже надоело это слушать.

– Заткнись уже! На, лучше пальчик пососи, – язвительно сказал Дима, а потом начал вставлять ей в рот свои пальцы, средний и указательный.

– М… м… – замычала Рита, сразу же зажав свои губки, но это ей не помогло. Дима разозлился из-за того, что она не открыла рот. Он сразу же нервно схватил её за челюсть и грубо сказал:

– Я же велел тебе открыть рот.

– Пожалуйста, – в слезах произнесла Рита. Уже в этот момент она вынужденно приоткрыла рот, и он вставил туда свои пальцы.

– Да, вот так вот. Соси их, – приказал Дима. ― Будешь сосать, будешь меньше орать!

Уже в следующее мгновение он надавил на игрушку и вставил ещё глубже в её попку. Вставил почти полностью. Рите стало больно и страшно. Она снова почувствовала, как игрушка расширила её анус, и она закричала с его пальцами у себя во рту:

– А-а-а…

– Что такое? Слишком резко вставил? ― насмешливо спросил Дима, а потом принялся обратно вытягивать из неё игрушку. Вытянул примерно на 5 см, а потом снова начал вставлять. Двигал её довольно резко, и Рита начала громко покрикивая стонать:

– А… а… м…

– Да, вот так вот, – язвительно произнёс Дима, а потом продолжил шевелить игрушку. Он двигал её снова и снова вперёд-назад, периодически вставляя почти полностью. Рита почувствовала, как он её насилует в попку этой игрушкой. Ей было неприятно, а местами даже больно. Особенно, когда он заталкивал игрушку резко и глубоко. А он весьма часто это делал. И в эти моменты ей всегда казалось, что вот уже он полностью вогнал в неё эту игрушку, только это оказывалось неправдой. Он хватал игрушку за толстый конец и двигал её. И этот самый толстый конец ещё ни разу не оказывался в ней. Но ведь окажется. Риту это пугало сильнее всего.

– Отлично стонешь, – язвительно сказал Дима. И он продолжал скользить игрушкой в её анусе. Теперь уже делал это более смело и резко, и от этого она ещё громче кричала. Кричала и плакала. Периодически устало и громко похныкивала:

– М… м… эхе… эхе…

Ей было не только больно и неприятно, но ещё и унизительно. Он делает с ней всё, что пожелает. Вот захотел вставить в неё игрушку, пришёл и вставляет. Да ещё и заставил её раздвинуть попку, чтобы он сделал это. Как только она задумывалась об этом, сразу же сгорала от стыда. Ей было стыдно за то, что она позволяет делать это с собой. Как будто у неё есть выбор? А ведь нет выбора… он вставил ей в рот свои пальцы, а теперь заставляет их сосать. И она сосёт. Наверное, он представляет, что она сосёт его член, и от этого ей становилось ещё омерзительней.

– Что это ты разоралась? ― усмехнулся Дима, пошевелив пальцами в её ротике. ― А ну-ка, обхвати мои пальчики крепче. Представь, что сосёшь соску!

– М… м… – обиженно мыкнула Рита, но не собиралась подчиняться. Она больше не могла выносить это морально, однако он продолжал настаивать. Снова пошевелил пальчиками, погладил её язычок и сказал:

– Обхвати их крепче.

Но она не подчинилась, и в качестве наказания он сразу же глубже вставил в неё игрушку.

– А-а-а… – закричала Рита, широко открыв рот.

–Ты меня вообще слышишь? ― нервно спросил Дима.

– Пожалуйста, прекрати, ― взмолилась Рита.

– Я не скоро прекращу, если не начнёшь меня слушаться, ― деловито сказал Дима и продолжил скользить игрушкой в её анусе. Рита застыла, не в силах пошевелиться. В этот момент он ускорился, и её ощущения стали ещё более неприятными. Она хотела потянуться к попке и помешать ему, но боялась. Только на мгновение дёрнула ручками, а потом обратно уложила ладони на стол. Слезливо жалобно взвыла:

– М… м…

Она понимала, что если начнёт сопротивляться, ничего этим не добьётся. Наоборот, он будет ещё более жесток и захочет наказать её.

Рита подчинилась и крепко обхватила губами его пальцы, начала их посасывать.

– Да, вот так вот! ― удовлетворённо произнёс Дима. Он не ожидал, что она подчинится, хотя и запоздало. Ему даже не пришлось её заставлять.

С ещё большим удовольствием он продолжил мастурбировать её попку, заставляя стонать снова и снова.

– М… м..

– Хорошая девочка, ― насмешливо сказал Дима, ― мне это нравится.

– М… м… – стонала Рита, продолжая сосать его пальцы. Они были большими и шероховатыми, всегда казались ей грязными. Но сейчас она не думала о том, что они у него грязные. Её больше беспокоили ощущения, которые она испытывала внизу. Она чувствовала, как он вставляет в неё игрушку всё глубже и глубже. И она не могла помешать ему вставить её полностью. Ей хотелось кричать при мысли об этом.

Но Дима не спешил вставлять игрушку полностью. Он понимал, что у основания она сухая. И, прежде чем вставить её, нужно как следует смазать. Поэтому пока он просто играл и мастурбировал ей. Ему нравились её недовольные стоны и то, как она сосёт его пальцы. Она явно старалась, и он даже ощущал приятное посасывание, когда казалось, что его пальцы пытаются проглотить.

Он уже начал заводиться, но это сейчас было нежелательно. Поэтому он вытащил пальцы из её рта и взял в руки тюбик со смазкой.

– Сейчас немножечко смажем игрушку и… – произнёс Дима, но не договорил предложение.

– Что «и»? ― взволнованно спросила Рита.

– И вставим её в тебя полностью, ― ответил Дима. И стоило ему это сказать, как Рита сразу же истерично завизжала.

– Нет, ну пожалуйста… не надо полностью.

– Я уже почти вставил её полностью, ― сообщил Дима.

– Нет же! ― визгнула Рита. Она повернула голову назад и посмотрела ему в глаза, как бы проверяя, запрещает он тянуться к попке или нет? Дима молчал, и она боязливо потянулась к своей попке.

– Что такое, не веришь мне? ― усмехнулся Дима. ― Ну, давай, пощупай. Проверяй, если не веришь!

Рита прикоснулась к резиновой игрушке, которая торчала из её ануса, а потом истерично закричала:

– А-а-а…

Игрушка действительно была почти полностью в ней, торчал только небольшой кусочек длиной не больше 5 см. И это её пугало. Ей показалось, что эта слишком длинная игрушка. Как она поместилась в ней?

– Что такое? Страшно что ли? ― игриво спросил Дима. Он хитро улыбнулся, а потом схватил её за запястье и заставил убрать руку от попки. Второй рукой начал смазывать торчащую игрушку.

– Пожалуйста, не надо, не надо вставлять её полностью… ― слезливо повторила Рита.

– Конечно же, надо! ― игриво возразил Дима. ― Считай, что я уже это сделал.

В следующее мгновение он дёрнул игрушку вперёд-назад, а потом полностью вогнал в неё.

– Видишь, вставил, ― насмешливо сказал Дима. А Рита как раз в этот момент истерично заорала:

– А-а-а…

–Только не говори, что было очень больно, ― сказал Дима и шлёпнул её по попе.

– Зачем ты это делаешь со мной? ― захныкала Рита.

– А что такое? Я делаю что-то ужасное? – насмешливо спросил Дима.

– Да, это ужасно! Ужасно! ― визгнула Рита, зажмурив глазки.

– Хватит уже бурчать, я просто забавляюсь с тобой немного, ― сказал Дима, а потом снова игриво шлёпнул её по попке.

– Поднимай лучше трусики, а то я захочу ещё!

Он снова её шлёпнул, но Рита не спешила поднимать трусики. Она была в шоке и хныкала. Медленно потянулась обеими руками к попке. Но это было слишком медленно, и поэтому Дима игриво спросил:

– Или тебе помочь? Давай помогу!

Он сам схватился за резиночку её трусиков и резко натянул их на её попу. Настолько резко, что ей стало больно.

– А-а-а… ― вскрикнула Рита.

– Иди, молоко проверь. Оно должно закипеть? ― спросил Дима.

– Нет же! Оно не должно вскипеть, ― визгнула Рита. ― Её нужно только подогреть. Если вскипит, ничего не получится. Считай, что сыра не будет!

И Дима снова шлёпнул её, на этот раз поверх трусиков и отругал:

– А что сразу не сказала?

Молоко уже довольно давно стоит на плите, и Дима боялся, что оно могло вскипеть или перегреться. Впрочем, оно точно не кипит, ведь если бы закипела, уже давно бы убежала. Но вполне могло перегреться…

Рита, похныкивая, направилась к плите.

– Её нужно подогреть примерно до 35—40 °С, потом выключать.

Дима сам помешал молоко, а потом взял ложечку и попробовал. Сильно удивился.

– Оно ещё даже не горячее!

– Да, кажется… ― сказала Рита. Сначала она приложила ладонь к кастрюле, а потом засунула указательный пальчик в молоко и оценила температуру.

– Разве для этого не нужно использовать термометр? – усмехнулся Дима.

– У меня его нет, – ответила Рита. – Мне просто нужно тёплое молоко. Необязательно измерять температуру, мы же не в лаборатории.

Дима снова рассмеялся:

– Ну, в таких делах некоторые любят пользоваться термометрами! Типа точность важна!

– Пусть пользуются, – ответила Рита, – у меня итак всё получится.

Она явно была уверена в своих словах.

Выключив огонь, Рита отошла к тумбочкам, которые стояли в углу кухни. Дима заметил, как она шла, широко раздвинув ноги и слегка прихрамывая. Это заставило его улыбнуться:

– Как забавно ты топаешь! Как мишутка, который объелся!

– Хватит смеяться, это из-за тебя, ― обиженно сказала Рита. ― Вытащи это или позволь мне самой это сделать?

Она посмотрела на него, а потом потянулась к попке.

– Ну, давай, попробуй, если не жалко свои пальчики, – насмешливо сказал Дима. – Если вытащишь пробку, я снова высеку твои пальчики, как вчера.

Рита нахмурилась и убрала руку от попки, потом отвернулась от него. Открыла одну из тумбочек и начала что-то искать внутри. Дима с деловым видом разъяснил:

– Если я вставляю в тебя игрушку, она должна быть там, куда я её вставил. И до тех пор, пока я сам её не вытащу, – деловито сказал Дима.

Рита ничего не ответила. Выдержав некоторое молчание, Дима спросил:

– Ты поняла меня?

Но Рита снова промолчала, игнорировала его вопросы. Дима взял деревянную лопатку из кухонного стола и подошёл к ней. Схватив Риту за волосы, он заставил её откинуть голову назад.

– А-а-а… – закричала Рита. – Что ты делаешь?

Одной рукой она потянулась к своей голове. Посмотрела на него с ужасом и удивлением Она явно не ожидала, что он так её схватит.

– Решила быть непослушной? – спросил Дима. – Тогда не удивляйся, что я тебя наказываю.

Она ещё не видела, что в его руке лопатка. Он резко замахнулся и ударил её по губам. Рита даже не успела прикрыть рот, но мигом закричала:

– А-а-а…

А потом она зажмурилась и сразу дёрнулась.

– Куда собралась? Я ещё не достаточно наказал твои губки, – язвительно сказал Дима.

– Что я сделала? – визгнула Рита. Конечно, она не собиралась покорно терпеть побои, тем более по губам. Она повернула голову, несмотря на то, что он крепко держал её за волосы, и следующий удар пришёлся по её щеке. Но ей всё равно было больно, и она закричала:

– А-а-а… перестань!

– Это ты перестань так себя вести, – строго сказал Дима. Он ещё сильнее сжал её волосы и начал трясти голову.

– Ты что? Думаешь, я буду это терпеть?

– Что терпеть? – в истерике спросила Рита. – Я просто ищу фермент, чтобы мы смогли сделать сыр…

– Я не об этом, ― сказал Дима, а потом начал лопаткой поглаживать её губки. – Почему этот ротик не отвечает мне, когда я задаю вопросы?

Рита от страха зажмурилась и пискляво спросила:

– Что я должна была ответить?

– «Да, я поняла, мой господин!» – с ехидной улыбкой предложил Дима. Её сердце сразу же забилось быстрее, но она всё ещё была достаточно смелой, чтобы сказать:

– Я не буду так говорить. Я не буду называть тебя господином!

– Если я захочу, будешь, – сказал Дима, а потом за волосы потянул её за собой.

– А-а-а! Что ты делаешь? – закричала Рита.

– Сейчас увидишь.

– Нет, ну пожалуйста. Оставь, не дёргай мои волосы…

Она руками потянулась к своей голове, но он продолжал тянуть её за волосы, тащил её в комнату.

– Ну, хорошо, не буду тянуть за волосы. Так пойдёт? ― язвительно спросил Дима. Он отпустил её волосы, но сразу же схватил за предплечье. Хватал крепко, болезненно сжимая её плоть, а потом точно так же грубо потянул за собой. Рита хныкала, но послушно шла за ним. Даже и представить не могла, что он задумал.

Когда они пришли в её комнату, он сразу же толкнул её в сторону кровати и грубо приказал:

– Ложись.

– Что ты задумал? – визгнула Рита.

– Я сказал, ложись, – повторил Дима.

– А как же молоко? Мы же собирались делать сыр…

Но Рита понимала, что сыр её сейчас не спасёт…

– Успеем ещё сделать сыр, – язвительно ответил Дима.

– Ты опять собираешься приставать ко мне? – жалобно спросила Рита, глядя ему в глаза. Дима с недовольством толкнул её за плечо и с упрёком сказал:

– Озабоченная! Только о сексе и думаешь! Я точно тебя трахну.

Рита зажмурилась и завизжала.

– Нет-нет, я не думаю. Просто ты велел мне лечь.

– Да, ложись, – согласился Дима, ― только я не любить тебя сейчас собираюсь.

– А что ты хочешь? – спросила Рита. Она пугливо присела на край кровати, а Дима схватил её за плечи и резко уложил на спину.

– А-а-а… ― закричала Рита от испуга. И в этот момент она увидела, что в его в правой руке всё ещё лопатка. И она догадалась…

– Нет, только не надо меня бить этим… ― визгнула Рита. Но уже в следующее мгновение Дима схватил её за лоб, а второй рукой замахнулся и ударил её по губам.

– А-а-а… – закричала Рита. По её губам сразу же прошёлся жар и сильная боль. Она вздёрнулась, но ей не удалось отвернуться. Он слишком крепко удерживал её за лоб, а голову прижимал к матрасу.

– Пожалуйста, перестань, – умоляла Рита. Но уже в следующее мгновение он замахнулся и снова ударил её по губам. От ужаса Рита не успела даже прикрыть свои губки и позволила ему ударить её во второй раз. Но её руки были свободны. И когда он замахнулся в третий раз, она уже прикрыла губы, и он ударил лопаткой по её руке.

– По рукам захотела? ― язвительно спросил Дима. – Живо убрала руки.

– Нет, пожалуйста, – взмолилась Рита.

– Убери руки, – грубо повторил Дима.

– Нет-нет, – повторяла Рита, не собираясь подчиняться. Она упрямо продолжала прикрывать свои губы, чтобы он снова не ударил по ним лопаткой. Это было слишком болезненно. Ей казалось, что её губы уже припухли, а он хочет продолжать её бить… ещё и ещё…

– Если ты сейчас же не уберешь руки от лица, я свяжу тебя и буду бить по губам до посинения, – жестоко пригрозил Дима. ― Этого ты хочешь?

– Пожалуйста, зачем ты так? – спросила Рита своим писклявым голосочком.

– Сейчас я накажу тебя за то, что ты не отвечала мне, – объяснил Дима. ― В следующий раз ты будешь охотно отвечать на каждый мой вопрос.

– Пожалуйста, прости, я всегда буду тебе отвечать, – слезливо пообещала Рита.

– Но это не значит, что сейчас я тебя не накажу, – ответил Дима.

Рита была в ужасе. Она поняла, что он продолжит бить её по губам. И его не волнует, что её губы уже сейчас опухли. Он не замечает этого или просто хочет, чтобы они опухли ещё сильнее, порозовели…

Рита поняла, что бесполезно его умолять. Он ведь сказал, что накажет её губки… как будто ещё не наказал…

Глава 67. По губам

Дима ненадолго отпустил её лоб, а затем схватил за запястье и заставил убрать руку от лица.

– Только попробуй прикрыть свои губы ещё раз, и ты знаешь, что будет, ― пригрозил Дима.

– Пожалуйста, не бей меня по губам, – заплакала Рита.

– Буду, ведь ты ещё не достаточно наказана, – возразил Дима. В следующее мгновение он снова схватил её за лоб, замахнулся и ударил по губам. Рита не осмелилась прикрыть свои губы, испугавшись угрозы.

Когда он ударил её, она снова в ужасе закричала:

– А-а-а! Нет!

Он не отпускал лопатку из рук, и Рита видела, что он снова замахивается, чтобы ударить её. Она зажмурилась и закричала ещё до того, как он ударил её.

– А… сколько ещё ты будешь меня бить? – в ужасе спросила Рита, не в силах больше терпеть.

– А сколько нужно? – язвительно спросил Дима. ― Сколько нужно, чтобы ты научилась меня слушаться?

– Я буду слушаться! Буду! Клянусь, – истерично пообещала Рита.

– Ну, посмотрим, – сказал Дима и наградил её очередным ударом. На этот раз удар был настолько болезненным, что она не выдержала и потянулась к губам. Но она сдерживалась. Сначала потянулась к губам и почти их прикрыла, но всё равно не стала к ним прикасаться. Она замерла, прижав пальчики к губам.

– Правильно делаешь. Не прикасайся к губам! – язвительно сказал Дима. ― Верни руку на место.

Рита захныкала, но заставила себя опустить руку. Уже в следующее мгновение Дима замахнулся и снова жестоко ударил её по губам.

– А-а-а! – закричала Рита ещё громче. Она уже не выдерживала боли и начала мотать головой туда-сюда. Он ещё крепче схватил её за лоб, но она всё равно умудрялась мотать головой. Кожа вокруг её губ уже сильно порозовела, и Дима понял, что пора прекращать её бить. Но он замахнулся и ударил её ещё раз, и Рита не выдержала. Она закричала во всё горло, повернула голову набок и сама тоже вздёрнулась назад.

– А-а-а, пожалуйста, не надо больше! Я же обещала, что буду слушаться. Я буду отвечать тебе всегда, всегда…

Она до жути боялась, что сейчас он снова схватит её и продолжит бить по губам этой лопаткой.

Дима хитро улыбнулся и решил подколоть её.

– Ну, так кто я тебе? – спросил он.

Рита застыла, глядя ему в глаза.

– Что-то не слышу, – насмешливо сказал Дима, растопырив ухо свободной рукой.

– Господин, – произнесла Рита, а затем стыдливо зажмурилась и опустила голову. Дима довольный усмехнулся.

– А я всё думал, произнесёшь ты это слово или нет? Или притворишься, как будто бы не знаешь, что сказать?

– Пожалуйста, хватит надо мной издеваться, – плаксиво попросила Рита. Дима лопаткой указал на дверь.

– Живо на кухню! Нас ещё работа ждёт.

Рита вышла на кухню и попыталась вести себя так, как будто ничего не было. Она снова подошла к тумбочке и отыскала там сычужный фермент. Насыпала немного в стакан и тщательно размешала с водой. Затем она начала осторожно вливать эту смесь в молоко, постоянно помешивая.

Дима стоял рядом и наблюдал за ней. Рита иногда облизывала губы, но не для того, чтобы привлечь его внимание. Просто они у неё болели и пощипывали, казались опухшими. Однако Диме эта картина нравилась, и он с игривой улыбкой отметил:

– В губастика превратилась!

Рита нахмурилась и попыталась отвернуться, но Дима схватил её за плечо и остановил.

– Даже не дёргайся, продолжай помешивать молоко. Его же нужно помешивать?

– Да, пока нужно, – взволнованно ответила Рита и вновь сосредоточилась на молоке. Дима продолжил разглядывать её губы. Потом аккуратно прикоснулся подушечкой указательного пальца и начал поглаживать. Затем игриво сказал:

– А мне нравятся эти пухляшечки! Так что веди себя хорошо, а то мне ещё захочется наказать твои губки. Тем более, что результат такой красивый.

Рита тяжело выдохнула, едва сдерживаясь, чтобы не закричать. Но она боялась его злить, поэтому продолжала молча помешивать молоко.

– Можно я пойду? – неожиданно спросила Рита.

– Куда это ты собралась?

– Мы же договорились, что я замешаю фермент, а потом поработаю в саду, – напомнила Рита. Ей уже не терпелось уйти от него как можно скорее.

– Успеешь ещё, – ответил Дима. Он забрал у неё шумовку и положил на стол. Затем схватил её за предплечье и заставил повернуться к себе. Рита посмотрела на него и замерла от волнения.

– Поцелуй меня, – приказал Дима.

– Что? ― чуть ли не в ужасе переспросила Рита.

– Поцелуешь, и отпущу, – сказал Дима. Рита тяжело выдохнула и нахмурилась. Она хотела сказать ему «нет», но боялась. Знала, что он не примет отказ. Дима смотрел на неё с хитрой улыбкой.

– Ну, так что?

– Теперь ты будешь заставлять меня? – спросила Рита.

– Я всего лишь попросил поцеловать меня. Мы уже много раз целовались. Помнишь, как вчера целовались в моей спальне? – с улыбкой вспомнил Дима.

– Не мы целовались, это ты меня целовал, – разъяснила Рита, ― насильно целовал.

– А теперь ты сама поцелуй меня, – приказал Дима.

– Я не хочу тебя целовать, – ответила Рита. – Ты меня избил. Ты постоянно меня бьёшь.

– Наказал, – важно подправил Дима. Он потянулся к её губам и начал нежно поглаживать их подушечкой указательного пальца.

– Побил я тебя только один раз. Точнее сказать, ударил, когда ты попыталась сбежать и сдать нас. И, кстати, синяк ещё не прошёл. Его нужно чем-нибудь помазать.

В этот момент он погладил её синяк, как бы напоминая, где он её ударил.

– Не пытайся доказать мне, что ты хороший, что всё так и должно быть, – возмутилась Рита.

– Я ничего не пытаюсь доказать. Но если не будешь меня слушаться, будешь получать.

Рита опустила голову и не знала, что ещё сказать. Уйти она тоже не решалась. Дима схватил её за подбородок и заставил поднять голову.

– Ну, так что? ― спросил Дима.

– Я не хочу с тобой целоваться, – упрямо ответила Рита. Дима нервно оттолкнул её голову от себя.

– За это я не могу тебя наказать, но это не в твою пользу.

Рита взволнованно выдохнула и еле слышно захныкала.

– Иди, работай. Но если вынешь игрушку без моего разрешения, сегодня будешь спать в подвале. Угадай где?

– В бочке? ― спросила Рита.

– Нет, не угадала. Повесишь с пробкой в заднице. Мне, кстати, понравилось, как ты висела в прошлый раз.

– Я не буду её вытаскивать, – обиженно пообещала Рита и зашагала в свою комнату. Дима даже знал, зачем она туда идёт.

– Да-да, переоденься, прежде чем пойти в огород. Это платье не для грязных работ.

Конечно же, он последовал за ней. Вошёл в её комнату и сел на кроватку. А потом внимательно смотрел на то, как Рита переодевается. При нём она не спешила это делать. Ей всегда было сложно раздеваться, если он на неё смотрит. И это не изменилось. Неважно, сколько раз он видел её обнажённой, она всегда его боялась и смущалась. Не хотела раздеваться перед ним.

Но Рита боялась медлить. Она быстро выбрала одежду для работы в саду: футболку и штанишки. Потом встала к нему спиной и сняла платьице. Она собиралась убрать его в свой шкаф, но Дима не разрешил. Сразу же строго сказал:

– Принеси его сюда.

Это означало, что она должна повернуться к нему лицом и подойти. А ведь она стоит только в одних трусиках. Если она повернётся, он увидит её голенькие груди, и Рита очень этого не хотела. Она замерла, держа в руках его голубенькое платье. Не знала, что сказать, но и подчиниться не спешила.

– Ты меня слышала? – грубовато спросил Дима.

– Ладно, я сейчас, – ответила Рита. Она всё же попыталась положить платье на полку, и второй рукой торопливо взяла свою футболку.

– Ты напрашиваешься или как? ― грубо спросил. Дима. – Что я только что велел тебе сделать?

– Ладно-ладно, я принесу его, зачем оно тебе прямо сейчас? ― спросила Рита. Она испугалась и мигом обернулась, шагнула в его сторону и протянула платьице. Во второй руке она держала свою футболку, которую так и не успела надеть.

– Разве сложно быть послушной? ― спросил Дима, забирая у неё платье. Он аккуратно положил его рядом с её подушкой. Рита попыталась уйти, но Дима успел схватить её за запястье.

– Что ещё? ― спросила Рита.

– Не надо мне дерзить, – сказал Дима. Он внимательно осмотрел её тело от ступней до макушки. Затем потянулся к её груди и начал нежно пожимать. Рита закрыла глаза и тяжело выдохнула, заставляя себя молчать. Она была в ужасе от происходящего. Он постоянно к ней пристаёт, а если она не позволяет, начинает грубить и злиться. Ей было очень унизительно стоять и позволять ему прикасаться к себе, но она не видела другого выхода.

Дима сначала массировал одну её грудь, а затем переключился на другую. Подушечкой большого пальца начал теребить её сосочек.

– Можно я уже пойду? ― обиженно спросила Рита.

Дима сразу же шлёпнул её по груди и сказал:

– Ты пойдёшь тогда, когда я разрешу.

– Но ты же уже разрешил, ― напомнила Рита, ― а теперь задерживаешь.

– И что с того? Ничего страшного, если пойдёшь попозже.

– Ладно, я пойду попозже, ― ответила Рита, тяжело вздохнув.

– Ну, вот и замечательно! ― сказал Дима, продолжая массировать её груди. Рита покорно стояла, и больше не смела возразить. Закрыла глаза, чтобы не смотреть на него.

Однако Дима не ограничился массажем груди. Он протянул вторую руку к её промежности и начал массировать её клитор через трусики. Рита сразу же начала тихо хныкать:

– Эхе… эхе…

– Что такое? ― игриво спросил Дима.

– Можно я пойду? Пожалуйста, отпусти меня, ― попросила Рита в слезах. Она уже была на грани и больше не хотела молчать. Поняла, что он не собирается останавливаться. Она даже знала, что будет дальше: он снимет с неё трусики, а затем начнёт двигать ту игрушку, которую вставил в её попу. И снова ей придётся терпеть и позволять, а потом он захочет взять её сам. Она точно это знала, поэтому и плакала.

– Хочешь пойти в огород с пробкой в попе? ― игриво спросил Дима.

– Я просто хочу уйти, ― ответила Рита слезливо, желая поскорее уйти.

– А что, если я скажу, что ты можешь пойти без пробки в попе? ― спросил Дима. Он схватил её за запястье и начал притягивать к себе. Рита не хотела отвечать. Она знала, что есть подвох в его предложении. Он не вытащит пробку с её попы просто так, не потребовав что-то взамен. И она точно это знала.

– Садись на мои колени, ― неожиданно приказал Дима. Рита боялась сопротивляться и послушно села на его колени, низко опустив голову. Дима сразу же схватил её за подбородок и заставил повернуть голову в его сторону.

– Смотри на меня, ― сказал Дима. Рита открыла глаза и посмотрела на него.

– Поцелуй меня, ― снова попросил Дима.

– А потом ты разрешишь мне уйти? ― спросила Рита.

– Потом, – ответил Дима. Но Рита знала, что это означает «нет». Она понимала, что не сможет не поцеловать его, ведь в прошлый раз он разозлился за отказ. И это было совсем недавно. Она боялась, что будет, если снова ему откажет.

Рита посмотрела ему в глаза, а затем медленно приблизилась губами к его лицу. Она нежно поцеловала его щёчку, и Дима усмехнулся.

– Это было предсказуемо! Но ты же понимаешь, что я не такого поцелуя ожидал? – сказал он. Рита виновато опустила голову. Дима снова схватил её за подбородок и заставил поднять голову.

– Поцелуй меня, – повторил Дима. Рита взволнованно выдохнула и на этот раз начала приближать свои губы к его губам. Дима сразу же довольный хитро улыбнулся, но сам не тянулся к её губам. Он хотел, чтобы она сама его поцеловала. Чтобы она почувствовала, что это она его целует, а не наоборот.

И вот очень скоро их губы соприкоснулись. Риту бросило в жар от волнения. Дима добился своего: она почувствовала, что это она его целует. Ей стало не по себе, стыдно и унизительно, ведь он заставлял её это делать. И это ей совсем не нравилось. Но она всё равно прильнула к нему губами и застыла. Она знала, что должна засунуть язык в его рот, но этого делать она уж точно не хотела и не собиралась. Дима не ругал её и наивно продолжал ждать дальнейшей инициативы. Потом он усмехнулся и сказал:

– Ты неправильно целуешься!

В следующее мгновение он рукой обхватил её затылок и сильнее притянул её голову к себе, а затем жадно присосался к её губам. Он не скромничал и сразу же засунул язык в её ротик. Он начал полизывать её язык, заставляя её взволнованно трепетать. Рита всё ещё мечтала сопротивляться, но понимала, что это плохая идея. Лучше позволить ему поцеловать себя, это как минимум не больно, но противно. Рита не меняла своего мнения и продолжала считать, что целоваться противно. Тем более с ним, с дядей Димой. Как он может приставать к ней? Он уже старый, ему должно быть стыдно. Но он явно считает, что она должна его любить.

Дима продолжал её целовать и плавно уложил на кровать.

– М… м… ― мыкнула Рита, но сопротивляться боялась. Она уже начала задыхаться от его настойчивого поцелуя, но всё равно продолжала робко лежать под ним. Дима начал рукой поглаживать её тело. Начал с плеч и плавно проскользнул к груди, а потом ниже. Снова начал массировать её промежность поверх трусиков. Её успокаивало только то, что он не залезает руками внутрь. Но стоило ей подумать об этом, и Дима начал стягивать с неё трусики. И тут Рита уже не смогла промолчать. Она повернула голову на бочок и прервала поцелуй, а потом жалобно сказала:

– Пожалуйста, не надо…

Но Дима был неумолим. Он спустил её трусики ещё ниже, до колен и Рита завизжала ещё громче:

– А… а… не надо….

Она начала двигать ножками и попыталась отползти, но это лишь помогало ему быстрее раздеть её. Вскоре трусики он полностью вытянул их и помахал ими возле её лица.

– Зря сопротивлялась!

– Пожалуйста, ― снова захныкала Рита.

– Опять начинается? ― возмутился Дима. Он схватил её за щиколотки и потянул вниз, заставляя опуститься.

– А-а-а… не надо, нет, ― повторяла Рита. Дима скользнул рукой под её попку и начал ощупывать резиновую игрушку, которая была в ней.

– Разве ты не хочешь, чтобы я её вытащил? – спросил Дима.

– Ты же сказал, что я должна пойти с ней в огород, – напомнила Рита. Но это звучало так нелепо, особенно, когда она произнесла вслух. Почему она должна работать с игрушкой в заднице? Только потому, что он хочет над ней поиздеваться? А ведь так и есть.

– А если я передумал? – игриво сказал Дима.

– Тогда вытащи её и отпусти меня, – визгнула Рита.

– Конечно, вытащу, – пообещал Дима, – но перед этим хочу увидеть, как ты на ней прыгаешь.

Это означало, что он снова будет мастурбировать ей с помощью этой игрушки.

– Нет, пожалуйста, – захныкала Рита. – Я не хочу, не хочу…

– Хочешь пойти работать в сад прямо с игрушкой в попке? – игриво спросил Дима и шлёпнул её по попе. Рита как раз повернулась на бочок и попыталась приподняться, но он этим воспользовался.

– Да, я хочу пойти работать прямо с ней, – пискляво ответила Рита.

– Развратная девочка! – сказал Дима и шлёпнул её ещё раз.

– Пожалуйста, только отпусти меня прямо сейчас, – взмолилась Рита.

– Я бы отпустил, но понимаешь, в чём дело? Я уже завёлся. И я тоже хочу увидеть прямо сейчас.

–Что увидеть? – захныкала Рита.

– Как ты прыгаешь на ней.

Он схватил её за руку и подвёл пальчиками к попке.

– Потрогай её, чувствуешь? – спросил Дима.

– Что я должна чувствовать? – захныкала Рита.

– Она на присоске.

– И что? – нахмурилась Рита. Её это совершенно не интересовало.

– Мы можем прицепить присоску куда-нибудь. Например, к полу, и ты сможешь подвигаться.

– Нет, не заставляй меня, – истерично взмолилась Рита.

– Я думал подрочить, глядя на то, как ты красиво двигаешься, – сказал Дима. – Но если ты хочешь чего-то другого, можем организовать!

Он сразу же схватил её за ножки и начал их поднимать и раздвигать.

– Как ты на это смотришь? – игриво спросил Дима.

– Нет-нет, только не это!

Глава 68. Гнусный обман

Рита задёргалась и сжала свои ножки. Дима схватил её за предплечье и начал тянуть вниз, чтобы она спустилась с кровати.

– Если не хочешь нормальных шалостей, тогда просто помоги мне кончить, – разъяснил Дима. – Радуйся, что не пытаюсь тебя изнасиловать. Ты же этого боишься сильнее всего.

– Это всё равно, что насилие, – обиженно произнесла Рита.

– Да неужели? Тебе всё равно? Значит, ты не будешь против, если я войду в тебя сам? – спросил Дима. Он резко заставил её развернуться и посмотрел в глаза.

– Нет-нет, ладно, Рита, я подвигаюсь, ― взволнованно сказала Рита. ― Я сделаю, что ты хочешь.

– Вот и отлично. Видишь, как просто со мной договориться! А теперь спускайся вниз на пол и коврик сверни под кровать.

У неё возле кровати был небольшой круглый коврик, который явно помешал бы прицепить игрушку на пол. И Рита, похныкивая, начала сворачивать его в рулон. Конечно, медленно, и это его раздражало.

– Поторопись! – сказал Дима. В ответ Рита снова захныкала.

– Я уже почти… ― пискляво ответила Рита. Она засунула коврик под кровать, а потом жалобно посмотрела на него.

– А теперь встань на четвереньки, – приказал Дима. Рита, похныкивая, подчинилась. Потом он пошевелил пальчиками и сказал:

– Немного вытяни игрушку из попки.

Рита нахмурилась, тяжело выдохнула и одной рукой потянулась к своей попке. Игрушку она быстро нащупала. Очень хотела вынуть её полностью, но боялась ослушаться. Вытянула её только немного сантиметров на 5—7.

– Теперь опусти попку и прикрепи игрушку к полу.

– Эхе… эхе… ― обиженно захныкала Рита, но сама сразу же подчинилась. Попкой начала присаживаться к полу. Обеими руками она схватила игрушку и прижала её к полу. Та невероятно быстро прилипла. У неё был крашеный деревянный пол, на такую поверхность присоска цеплялась легко.

– Отлично! А теперь подвигайся, – приказал Дима.

– М… м… – захныкала Рита и начала медленно двигаться вверх-вниз, а потом жалобно пропищала: – мне больно.

– Хочешь, смажем? – игриво предложил Дима.

Рите не хотелось, чтобы он подходил к ней. Но она понимала, что если он смажет, ей будет немного легче. И она заставила себя ответить:

– Ладно, смажь.

Дима сразу же засунул руку в карман и вытащил тюбик со смазкой. Открыл её с характерным громким щелчком и накапал на свой указательный палец. Потом он опустился на пол, встал на колени рядом с ней и потянулся к её попке. Рита замерла от волнения. Даже пошевелиться в этот момент боялась. Одним пальчиком он прошёлся возле её ануса, и она ощутила приятную прохладу. А потом Дима схватил её за талию и сказал:

– Двигайся!

Но он не дождался, пока она подчинится, сам начал помогать ей двигаться.

– А… а… – застонала Рита. Он заставлял её двигаться быстро, и ей было неприятно.

– Вот так вот, а теперь сама, – сказал Дима. В ответ Рита захныкала, но подчинилась. Сама она двигалась очень медленно, нехотя, но Дима не спешил её ругать. Он обратно сел на её кроватку, удобно подложив под спинку подушку. Рита повернула голову в его сторону и мельком это увидела. Сразу же захныкала.

– Эхе… эхе…

Он так расселся, как будто собирается долго-долго заставлять её это делать. Уже сейчас она устала, ей было неприятно и даже больно.

– Ну, что ты застыла? Двигайся! – приказал Дима. Он властно пошевелил указательным пальцем, не отводя глаз с её попки. Рита повернула голову вперёд и начала двигаться.

Её взгляд был устремлён в сторону шкафа, чуть левее которого виднелась дверь. Она мечтала выскочить в эту дверь и убежать. Но понимала, что это не имеет смысла, ведь он моментально её догонит и накажет. Рите даже представить было страшно, как он может её наказать.

Ей так не хотелось подчиняться его унизительным приказам. Он ведь издевается над ней. Заставляет насиловать саму себя с помощью игрушки. Раньше он делал это сам, а теперь хочет, чтобы она двигалась сама. И это казалось ей ещё более ужасным и унизительным.

– Пожалуйста, хватит, – пропищала Рита, спустя несколько минут. ― Я больше не хочу…

Прошло ещё так мало времени, но она уже до жути перенервничала и больше не хотела двигаться.

– Мы ещё только начали, – усмехнулся Дима. – Продолжай двигаться.

– Ну, пожалуйста, мне не хочется, – взмолилась Рита.

– А мне хочется. Двигайся, – повторил Дима. Он засунул руку в шорты и начал подёргивать член. Он ещё не возбудился, но уже был готов. Рита периодически поворачивала голову в его сторону, чтобы посмотреть, чем он там занимается. Впрочем, она итак знала, чем он там занят. Но ей хотелось понять, насколько он возбуждён и скоро ли кончит? Однако Дима был в шортах, и она не могла понять, возбуждён ли он вообще. Хотя должна была это знать, ведь он прямо сейчас дрочил.

Всё это было для неё омерзительно. Она не хотела, чтобы он дрочил на неё так открыто и мерзко. Раньше он хотя бы скрывал своё возбуждение и уходил дрочить в другую комнату. А сейчас он вообще потерял совесть и сказал, чтобы она двигалась и помогла ему кончить. Как только она вспоминала об этом, её бросало в жар. Но она продолжала послушно двигаться. Игрушка скользила в её анусе, и ей хотелось закричать.

– Пожалуйста, может, уже хватит? ― жалобно взмолилась Рита.

– Нет, конечно, – ответил Дима. ― И вообще, что это за движение? Давай активней!

Рита сразу же истерично запищала:

– Нет, пожалуйста, я не могу активнее.

– Мне подойти и помочь тебе? – язвительно спросил Дима. Но Рита и без объяснений понимала, что означает «прийти помочь». Он схватит её за попку и начнёт сам двигать её тело в быстром темпе, заставляя лучше садиться на игрушку. А сейчас она не могла полностью опуститься на неё, и самая толстая часть игрушки не входила в её анус.

Дима вздёрнулся, и в этот момент Рита испугалась. Подумала, что сейчас он действительно подойдёт к ней.

– Не надо, не надо помогать, я сама, – истерично сказала Рита. Дима усмехнулся:

– Ну, давай тогда сама.

На самом деле у него не было желания подходить к ней. И вообще он задумал кое-что другое. Просто хотел, чтобы она сначала немного размяла попку.

Рита ещё минут пять послушно двигалась, а потом снова жалобно спросила:

– Может, уже хватит? Мне больно, – пожаловалась Рита.

– Раз больно, значит, точно не хватит! Если бы ты разработала попку, тебе бы не было больно, – с ухмылкой разъяснил Дима, – так что продолжай.

– Нет, ну пожалуйста, – разревелась Рита.

– Ну, я могу дать тебе небольшую передышку, – сказал Дима.

– Тогда можно я это вытащу? – спросила Рита жалобным голоском, а сама потянулась к попке.

– Давай-давай, вставай! Подойди к шкафу и найди там какой-нибудь шарфик, – приказал Дима. Рита торопливо встала, полностью вытащив игрушку из своей попки. Она спешила, потому что боялась, что он передумает и скажет, чтобы она встала вместе с игрушкой в попке. Хоть ненадолго она хотела ощутить свободу в попке.

Но его последний приказ заставил её взволноваться.

– Зачем шарфик? – спросила Рита, глядя ему в глаза. Дима хитро улыбнулся, а его рука всё ещё находилась под шортами.

– Может быть, я стесняюсь и не хочу, чтобы ты смотрела!

– Я уже видела, – напомнила Рита, ― вчера вечером в комнате. Уже забыл, что ты сделал?

Она нахмурилась и посмотрела на него с упреком. Дима усмехнулся:

– Такое не забудешь! Знаю, это был мой косяк. Извиняюсь. Впредь не будешь смотреть, – деловито разъяснил Дима. Рита не могла поверить тому, что слышит. Неужели он извиняется за то, что вчера издевался над ней и кончил на её лицо?

– Только моя девушка может смотреть на меня голенького, – с ухмылкой разъяснил Дима. ― Ты ведь отказываешься быть моей?

– Да, отказываюсь, – хмуря бровки, ответила Рита, а потом сразу же отвернулась и шагнула к своему открытому шкафу.

– Так что я буду дрочить, а ты не будешь смотреть! – игриво сказал Дима. – Поэтому больше не надо спрашивать, почему я хочу завязать твои глазки! Я никогда не разрешу тебе смотреть.

Рита предосудительно помотала головой и мысленно смелась над его словами. Таким образом, он будто бы пытается её наказать. Но ведь это же нелепость! Разве она хочет смотреть на его член? И какая ей вообще разница? Но для Димы была разница. И не просто так он хочет завязать её глазки. У него свои хитрые замыслы… и, конечно, они не связаны с тем, что он стесняется. Он совершенно её не стесняется.

– Ну что, ты нашла шарфик? – спросил Дима.

– Только такой, – ответила Рита. В её руке был осенний тёплый шарфик из тёмной ткани с цветочками. Дима сразу же подметил, что шарфик не просвечивает.

– То, что нужно! Неси его сюда, – сказал Дима, и Рита, робко топая, направилась к нему.

– Присядь сюда, – попросил он. Как только она подошла достаточно близко, он указал на свободное место рядом с собой и даже убрал оттуда свои ноги, сложив их под себя. Рита взволнованно присела и протянула ему шарфик. Но, как оказалось, его сейчас не интересовал шарфик. Неожиданно он схватил её за волосы, и Рита вскрикнула от испуга:

– А-а-а…

– Тихо, тихо, – произнёс Дима. Когда Рита кричала, она, конечно, открыла ротик, и Дима воспользовался этим. Он проник в её ротик и подушечкой указательного пальца начал поглаживать её язычок.

– А-а-а… – закричала Рита ещё громче и вздёрнулась. Сразу же попыталась повернуть голову набок, чтобы он вытащил палец из её рта.

– Не дёргайся, – сказал Дима. Он ещё сильнее сжал её волосы и снова засунул в рот палец, продолжил гладить её язычок. Рита слезливо захныкала и с пальцем во рту пробурчала:

– Пожалуйста, не делай так.

– А что такое? Не нравится? – игриво спросил Дима.

– Нет, не нравится, пожалуйста. Это мерзко.

– Почему это мерзко? Я же не член предлагаю сосать.

Он уже понял, что она не из тех, кто сосёт. Впрочем, это и понятно, ведь она ещё совсем юная. Он почти первый мужчина в её жизни, не считая, конечно, этого Виталия, который неожиданно появился и теперь растворяется в его бочке. Но Дима был уверен, что между ними ничего такого не было. Раз уж она настолько сильно противится, значит, она точно ему не сосала.

Дима хитро улыбнулся и подумал, что заставит её сосать, но чуть позже. Он хотел постепенно приручить её. В этом весь кайф.

Дима продолжил поглаживать её язычок своим пальчиком, а Рита пыталась сопротивляться. Она снова вздёрнулась и пискляво взмолилась:

– Пожалуйста, я не хочу…

– Захочешь, ― язвительно сказал Дима. ― И ты будешь сосать мои пальцы тогда, когда я тебе прикажу.

– Нет, пожалуйста.

– Ты ведь уже сосала сегодня, ― напомнил Дима, а потом начал шевелить пальчиком внутри её ротика. Именно так он делал на кухне, когда тоже заставлял её сосать палец.

– Но ты потрогал… – произнесла Рита, а потом замолкла и просто продолжила хныкать.

– Что я потрогал? – усмехнулся Дима. Рита не хотела отвечать, ведь он итак уже понял, что она хотела сказать. И разъяснять это ей было стыдно. А ещё он явно не разделяет её брезгливость. Наоборот, ему нравится заставлять её делать гадости.

Она зажмурилась и захныкала, но повернуть голову в другую сторону не решалась, а его указательный палец всё ещё был у неё во рту.

– Если продолжишь капризничать, я реально дам тебе в рот, – пригрозил Дима.

– Нет, пожалуйста, – визгнула Рита.

– Тогда открой рот. Я просто поглажу твой язычок, – сказал Дима.

С писклявым стоном она заставила себя открыть рот по его приказу.

– Да, вот так вот, ― восторженно произнёс Дима, а потом вставил в её рот ещё и средний палец. Продолжил гладить её язычок. Потом неожиданно вытащил пальцы и вставил в её ротик свой большой палец. И тоже начал поглаживать её язычок, а потом её десна. Он трогал её рот изнутри в разных местах. Казалось, он пытается промочить всю свою руку её слюной. Для неё это было до жути омерзительно.

– М-м-м… ― громко стонала Рита и тяжело дышала, но сопротивляться боялась.

– А теперь лизни мою руку, – приказал Дима, вытащив пальцы из её рта и приложив к её губам ладонь.

– М… ― обиженно мыкнула Рита, а сама высунула язычок и послушно лизнула его ладонь.

– Да, замечательно. Запомни эти ощущения. Сейчас я завяжу твои глаза и потребую того же самого, – сказал Дима. Рита захныкала. Но она вообще не понимала, зачем он это сказал? На самом деле он просто переживал, что с завязанными глазками она начнёт капризничать…

Дима взял шарфик, сложил его на четыре части и приложил к её глазам.

– Зачем это? ― слезливо спросила Рита.

– Я ведь уже объяснял зачем, ― деловито сказал Дима. ― Чтобы ты не увидела ничего лишнего. Не заслужила!

– Эхе… эхе.. ― захныкала Рита, понимая, что бессмысленно что-либо говорить. Он всё равно завяжет её глазки, потому что хочет. Но не этого она боялась. Её пугало то, что он будет делать потом.

– Доставь мне немного удовольствия, ― сказал Дима. Рита продолжала обиженно хныкать, но послушно позволила ему завязать свои глаза. Теперь он не мог хватать её за волосы, мешался узел шарфика на её затылке. Поэтому он схватил её за шею, и Рита очень сильно испугалась, она сразу же закричала и в ужасе спросила:

– А-а-а… что ты делаешь?

Второй рукой он схватил её за талию и притянул ближе к себе, но шею не отпускал. За шею он толкнул её и заставил лечь на бочок.

– Перестань! А… ― закричала Рита.

– Приляг вот так, – сказал Дима. Хватая за шею, он прижимал её голову к матрасу, а второй рукой прикоснулся к её губам, начал их поглаживать.

– Ты же знаешь, что нужно делать? ― игриво спросил Дима.

– Пожалуйста, ну почему? ― заплакала Рита.

– Не надо задавать глупые вопросы. Просто открой свой ротик, – сказал Дима. Рита со стонами и криком испуганно открыла ротик. И Дима снова начал пальчиками поглаживать её язык. Это не переставало казаться ей противным. Но ведь она уже давно слизнула все гадости с его ладони, если даже они у него были. Только эта мысль немного успокаивала её.

– А теперь высуни язычок и лижи, – приказал Дима. Он снова приложил ладонь к её губам и велел облизывать. Рита не стала упрямиться, она попросту боялась.

– Да, вот так вот, ― возбуждённо произнёс Дима, а сам хитро улыбнулся. Его затея удалась. Она послушная, облизывает его ладонь. И что самое прекрасное, вместо руки он может подставить что угодно. Одна его нога итак уже была близко к её лицу. Он сразу же приблизил стопу к её губам и снова сказал:

– Лижи.

Он схватил маленькие пальчики своих ног, чтобы Рита не поняла, что происходит, случайно коснувшись их губками. Его план сработал. Она высунула язычок и начала облизывать его ступню. Сегодня его нога была не такой чистой, как вчера. Они уже успели прогуляться по деревне и его ноги изрядно вспотели в шлёпанцах. А потом он босиком ходил у неё дома, а пол у Риты был не очень чистым, ведь после отъезда отца она только один раз его мыла. На его ступню налипла серая грязь, но это не останавливало его. Наоборот, его возбуждала мысль о том, что она облизывает грязную ногу.

«Не хотела облизывать чистую, будешь облизывать грязную», – язвительно подумал Дима. Он был в восторге оттого, что она не знает, что именно облизывает. Думает, что это его ладонь. Этот гнусный обман невероятно заводил его. Поэтому он завязал ей глаза, чтобы она не могла видеть, что он подсовывает ей в рот.

– Давай, продолжай! – возбуждённо произнёс Дима. Он передвинул свою ножку, чтобы она облизала её в другом месте. На мгновение он засунул указательный палец в рот Риты и поболтал им. Таким образом он отвлекал её внимание, словно доказывая, что она облизывает именно его ладонь, а не что-то другое. А сам в этот момент уже приложил к её языку большой палец своей ноги.

– Давай, облизывай! – приказал Дима.

– М-м-м… – обиженно промычала Рита, но всё же продолжила облизывать. Ей уже не было противно, потому что она действительно не знала, что именно облизывает. Ей было обидно и унизительно, и это казалось ей издёвкой.

Ей никогда не нравилось брать в рот его пальцы, но она решила не упрямиться. Подумала, что ничего страшного не случится, если она подчинится и оближет его руку. И, действительно, что тут такого? Гораздо хуже, если она откажется, и он будет бить её и ругать, наказывать по-всякому. Поэтому она слушалась.

Глава 69. Омерзительный кляп

Дима с большим удовольствием заставлял Риту ласкать свои ноги. Ему даже было всё равно, что она об этом не знает. Это делало ситуацию экстремальной и опасной. Она ведь в любой момент может догадаться, что происходит, и тогда закатит истерику.

Дима даже представлял её истерику: крики, ругань, слезы. Попытки блевануть. Это заставляло его хихикать. «Я бы на это посмотрел!» ― весело подумал Дима. Но он не собирался раскрывать ей правду, если она не догадается сама.

– А теперь поцелуй! – приказал Дима, и в этот момент он сам прижал ступню к её губам. Довольно сильно прижал, грубо, ей даже стало больно.

– А-а-а! – вскрикнула Рита и неожиданно потянулась рукой к своему ротику. Как только Дима это заметил, он сразу же разозлился и крикнул:

– Руки-руки! Убери руки назад!

– Пожалуйста, хватит… – умоляла Рита.

– Руки назад, ― грозно повторил Дима, ― или их тоже нужно связать? Я могу это организовать.

– Эхе… эхе… ― захныкала Рита и послушно отвела руки назад.

– Вот так вот, другое дело, – ехидно сказал Дима, а потом большим пальчиком ноги начал поглаживать её губы. Он смотрел на её обиженно личико и хитро улыбался. Он был очень доволен, ведь заставил её делать гадость, а она об этом даже не знает. Послушно лежит и облизывает его грязные ступни.

– Давай, продолжай, – приказал Дима. Он снова схватил свои пальчики ног, чтобы она их не учуяла носиком или языком. А потом приложил ступню к её губам и начал шевелить ногой, тёрся об её губки. Рита похныкивая, высунула язычок. И вот он уже начал ногой тереться об её язык. Он не ждал, пока она сама оближет его ступню. Ему нравилось помогать.

Когда её язычок обсох, он засунул ей в рот указательный палец и начал активно шевелить им. И вскоре его пальчик стал влажным.

Всё это время ласки получала только его левая нога. Но он хотел, чтобы она облизала и правую его ногу. Дима неожиданно схватил её за подмышки и начал поднимать.

–А-а-а… – закричала Рита.

– Я просто уложу тебя по-другому, ― объяснил Дима. В этот момент он привстал и быстро снял свои шорты. Рита это почувствовала и спросила:

– Что ты делаешь?

– А ты как думаешь?

– Только не надо, как вчера, ― взмолилась Рита. Она боялась, что сейчас он снова будет мастурбировать ей на лицо. Снова кончит на лицо или даже в рот. Последнего она боялась особенно сильно.

– Не переживай, я не буду кончать тебе в ротик, – игриво пообещал Дима, как будто прочитав её мысли. ― Но только при одном условии: если будешь послушно облизывать мою ладонь.

Уже в следующее мгновение он приложил ступню к её губам и приказал:

– Облизывай.

Рита захныкала, но послушно высунула язычок и начала облизывать. Он ведь мужик не работящий, почти всё время лежит или сидит дома. И поэтому его ноги были нежные, почти такие же, как руки. И Рите было непонятно, что именно она облизывает. Но она учуяла неприятный характерный запах ног.

В один из моментов сомнения закрались в её голову. Сомнения в том, что она облизывает именно ладонь. Уж слишком большая ладонь, если разобраться. Но она не хотела думать о дурном. Разве он может поступить с ней так подло? Разве может обманом заставить облизывать свои ноги? Рита запретила себе так думать и просто продолжила облизывать. Так было проще… она даже нашла объяснение запаху. Подумала, что возможно он опять уложил ноги под свою попу, и его ступня довольно близко к её лицу. Ведь может же быть такое? Ей хотелось так думать.

Периодически Дима засовывал ей в рот указательный палец руки и болтал им. Этим действием он снова доказывал, что она облизывает его ладонь, а не ногу. В остальное время Дима тёрся ногой об её губки и язык, активно мастурбировал. Она взволнованно слушала эти звуки, и её сердце замирало. Она хотела, чтобы он поскорее кончил и отстал от неё.

Рита очень боялась, что он обманет и кончит ей на лицо. Но этого не произошло. Он не хотел кончать ей на лицо, потому что задумал кое-что очень хитрое и гнусное. Он увидел её трусики, которые валялись на кровати прямо возле его ног. Они будто манили его, чтобы он их запачкал.

Дима подложил её трусики под член и продолжил мастурбировать. Рита тем временем прикладывалась губами к его ступне, и это заводило его невероятно сильно. Он планировал снова взять её в попку, как тогда в подвале, но передумал. Он итак уже достаточно сильно её обманул. Не хотел ещё и заставить кричать. Решил, что на этот раз ограничится дрочкой, а взять её успеет и потом.

Он продолжил потирать и подёргивать член, глядя, как её губки прикасаются к его пятке. А она даже не рыпается, целует его пятку.

– Да! Да! ― восторженно простонал Дима. Уже в следующее мгновение он достиг кульминации. Его член запульсировал, и он кончил на её трусики.

Дима сразу же убрал ступню с её ротика. Чтобы она не закрыла рот, он вставил свой большой палец, а потом сказал:

– Шире открывай рот, – приказал Дима, и Рита со стоном обиженно замычала.

– М… м…

– Шире открывай! – настаивал Дима, надавливая пальцем на её нижнюю челюсть. Затем он взял её трусики, на которые недавно кончил, и влажной стороной резко засунул ей в рот.

– М-м-м! – громко замычала Рита в ужасе. Она сразу же начала дёргаться, но Дима крепко схватил её за затылок, а другой рукой прикрыл рот, чтобы она не смогла выплюнуть трусы.

– Немного полечим твою брезгливость, – язвительно сказал Дима. – Я уже вчера хотел это сделать, но тебе удалось увильнуть.

Рита продолжала громко мычать, но сопротивляться было бесполезно. Дима был сильнее и крепко держал её за голову обеими руками.

– Ну и как на вкус? – спросил он с насмешкой.

– М-м-м, – снова замычала Рита.

– Я понял, ты ещё не разобралась! Ничего, посмакуй, прочувствуй вкус!

Рита снова и снова пыталась вырваться, но вскоре перестала дёргаться и сдалась.

– Ну что, успокоилась? – спросил Дима, выдержав паузу. Рита снова тихо и устало замычала в ответ.

– М… м…

– Если попытаешься выплюнуть их без разрешения, гарантировано ночуешь в бочке, – пригрозил Дима. ― И на этот раз я заткну твою задницу длинной пробкой, чтобы не обосралась. У меня есть пробка ещё длиннее, чем эта розовенькая. Ты же боишься длинных?

Рита лишь мыкнула в ответ.

– Кивни, если поняла, – сказал Дима, и она, дёрнув головой, испуганно кивнула.

– Вот и замечательно. Здорово, что мы друг друга поняли.

Он усмехнулся и начал снимать шарф с её глаз.

Когда он снял шарф, Рита посмотрела на него с хмурыми заплаканными глазками и громко замычала:

– М-м-м…

– Что такое? – игриво спросил Дима, похлопав её по щеке. – Не нравится пробовать мои соки? Привыкай, ты часто будешь это делать.

Рита ещё громче взвыла. Дима подправил шарф и начал прикладывать к её губам.

– Давай сделаем так, чтобы у тебя не было соблазна это выплюнуть, – насмешливо предложил Дима. Рита сразу же испуганно дёрнулась. Понимала, что он сейчас завяжет её рот этим шарфом и нескоро позволит вытащить трусы.

Рита была в ужасе оттого, как он вообще додумался до такого? Мерзость! Он же не просто засунул ей в рот её собственные трусы, но ещё и накончал в них перед этим. Они были влажными, когда он засунул их в её ротик. И она до сих пор ощущала эту влагу и его сперму у себя во рту. Ей даже казалось, что она чувствует вкус.

– Не дёргайся, – сказал Дима, схватив её за волосы, ― или я сделаю тебе больно.

Рита испуганно чуть тише замычала, а потом успокоилась.

– Вот так уже лучше! Будь послушной, – сказал Дима. Он снова приложил шарф к её губам и на этот раз завязал его. Рита боялась продолжать сопротивляться. От ужаса и отчаяния громко протяжно взвыла:

– М-м-м…

Дима схватил её за подбородок и начал мотать голову туда-сюда.

– Вот так я поступаю с брезгливыми девочками. Зря ты вообще сказала, что противишься. Возможно, тогда тебе бы удалось избежать этого.

Она продолжала громко мычать, глядя ему в глаза. До сих пор не могла поверить в то, что происходит.

– Расслабься, я сейчас тебя отпущу, – сказал Дима. Он слез с кровати и надел свои шорты. Рита обеими руками потянулась к своему завязанному ротику.

– Я же сказал тебе, что будет, если ты самовольно вытащишь кляп изо рта, – напомнил Дима. ― Так что советую быть умненькой и послушной.

– М-м-м, – обиженно взвыла Рита.

– Да, ты можешь поплакать! – с ехидной ухмылкой сказал Дима. – Мне нравятся плачущие девочки. Может быть, именно поэтому ты мне очень нравишься? Потому что любишь поплакать.

Он насмешливо похлопал её по голове и направился на кухню.

– Пойду, выпью водички. А ты можешь одеваться и собираться в огород. Теперь я тебя точно больше не задержу!

– М-м-м… – громко замычала Рита ему вслед. Но он не стал ругаться, только хитро улыбнулся. Сам мысленно уже гадал: выплюнет она кляп изо рта или будет послушно ходить с ним, как он приказал?

На самом деле Дима даже хотел, чтобы она его ослушалась. У него появились дела в городе, и в ближайшее время ему необходимо отъехать. Он же не может взять её с собой на дело и оставить свободно разгуливать. Боится. Вдруг она что-то удумает? К тому же он ещё не успел избавиться от бочек с трупами и кислотой, так что за ней нужен глаз да глаз. Поэтому он искал повод, чтобы спровадить её в подвал.

Дима присел на кухне, пил воду и размышлял. Рита не выходила довольно долго. Тем временем она хныкала в своей комнате, пребывая в диком ужасе. Она не собиралась держать во рту эти грязные трусики, на которые он накончал. Сразу же, как только он ушёл, она сдёрнула с губ шарфик и вытащила изо рта омерзительный кляп. Схватила его кончиками указательного и большого пальца и выкинула на пол со стоном:

– Ы… ы…

Ей было настолько омерзительно, что казалось, она вот-вот блеванёт. Но это оказалось ложной тревогой. Она сама из-за собственного омерзения пыталась вызвать у себя рвоту. Но ведь это же ни к чему! Она понимала, что блевать ей сейчас точно не нужно. Но она взяла носовой платочек и начала плевать на него…

Делала это снова и снова. У неё во рту уже не осталось слюнки, но она всё равно продолжала пытаться что-то выплюнуть. До жути хотела сполоснуть ротик, но, к сожалению, в её комнате не было воды.

Заплёванный носовой платочек и трусы она брезгливо запихала под кровать, толкая ножками. А потом через приоткрытую дверь она взглянула на Диму. Поняла, что он сидит на кухне и ждёт, когда она оденется и выйдет к нему.

Она поднесла пальчики к губам и тяжело выдохнула. Он ждал, что она выйдет к нему с завязанным ротиком и с трусами во рту. Конечно, у неё была идея засунуть в рот чистые трусики, но ей так не хотелось этого делать. Сам факт того, что он требует ходить с трусами во рту, был отвратительным. Как она может соглашаться на такое?

Однако Рита понимала, что если сейчас выйдет к нему без повязки и без трусов во рту, он разозлится на неё и накажет. Он же пригрозил, что снова засунет её в бочку, если она ослушается его. А он всегда держится за свои принципы…

Рита похныкала несколько минут, а потом решила, что лучше подыграть ему. Она нашла в своём шкафу точно такие же трусики, какие он обкончал. Свернула их в клубочек и засунула в рот. Подумала, что лучше уж унизиться и притвориться, что подчиняется его гнусному приказу, чем провести ночь в бочке.

Рита как следует затолкала трусы в рот, а потом вернула повязку на губки и начала одеваться. Надела спортивные штанишки, футболку и верх с рукавами. Затем медленно и тихо вышла из своей комнаты.

Она попыталась проскользнуть мимо него, но не получилось. Дима заметил её и строгим голосом сказал:

– Подойди.

Рита обиженно мыкнула в ответ.

– Я сказал, подойди, ― повторил Дима, и Рита не осмелилась ослушаться. Сразу же зашагала к нему.

Не успела она подойти, как вдруг Дима вскочил со своего стула и схватил её за подбородок.

– М-м-м, – в диком ужасе взвыла Рита.

– Я просто проверю, – сказал Дима. Он слегка спустил шарфик с её губ и убедился, что она не вытащила трусики изо рта. Он усмехнулся и похлопал её по щеке.

– Послушная девочка! А то я уже собирался тебя наказывать, – сказал Дима. Он был уверен, что она вытащит трусики изо рта, как только он уйдёт из комнаты. Как так? Неужели она до сих пор держит их во рту? Он не мог в это поверить и даже вспорхнул от удивления. Ехидно улыбнулся и сказал:

– Ну, иди теперь работай!

– М-м-м… ― обиженно мыкнула Рита.

– Что такое? Теперь уже не так хочется в огород? ― ухмыльнулся Дима. Рита в очередной раз громко мыкнула.

– Ничего, ничего, привыкнешь! – язвительно сказал Дима. Он снова похлопал её по щеке, а потом повторил: ― иди работать. Чуть позже подойду и посмотрю, как у тебя получается.

Он не собирался позволять ей вытаскивать трусики изо рта, тем более раз она готова продолжать держать их в ротике.

Рита, похныкивая, направилась к выходу. Подумала, что сейчас бесполезно упрашивать его, чтобы он разрешил ей вытащить эти трусики изо рта. Он всё равно не разрешит, ведь она пока ещё нисколечко не поработала в саду. Он явно хочет, чтобы она работала с завязанным ротиком и с трусами во рту. Это так отвратительно, но его явно это заводит.

И Рита была права. Он, можно сказать, два раза возбудился, пока провожал её. А когда она присела на грядке с завязанным ротиком, у него аж встал.

– Да неужели? ― удивлялся Дима. Он не мог поверить, что она подчинилась. Присела за грядки с набитым трусами ртом и реально работает. А ведь он был уверен, что она вытащит их изо рта при первой же возможности. Вытащит и выкинет куда-нибудь.

Он даже был готов позволить ей поработать без этих трусов во рту. Ну, конечно, отругал бы перед этим немножечко и наказал бы. Но всё равно разрешил бы поработать, ведь ей действительно нужно проредить свёклу до приезда отца. Он не может запретить это. Только что теперь делать? Она послушная. Сидит там под солнцем с набитым ртом и работает. После такого он не сможет наказать её и посадить в бочку.

Дима с досадой почесал затылок. Уже заранее думал, что с ней делать? Если сегодня ни за что он посадит её в бочку, это будет нехорошо. Он как бы дискредитирует себя и своё честное слово. Если он будет наказывать её просто так, Рита поймёт, что бесполезно пытаться вести себя хорошо. Он не хотел, чтобы она так думала.

Дима держался в стороне, но подглядывал за ней. Ходил поблизости, курил и думал. Неожиданно на его телефон раздался звонок. Это был его отец. Как только Дима увидел, кто звонит, тяжело вздохнул. Не хотел брать трубку, потому что отец трясёт его насчёт работы.

Но звонок не прекращался. И скинуть его Дима не мог и брать не хотел. Но когда отец позвонил ему во второй раз, Дима сдался. Неохотно поднял трубку и сказал:

– Ало…

– Это что ещё такое? Игнорировать вздумал? ― ответил ему знакомый сердитый голос отца.

– Да успокойся, пап, ничего я не игнорирую тебя. Просто был занят.

– И чем ты был занят? Развлекался со своей юной соседкой?

– Откуда ты знаешь про Риту? ― возмутился Дима. За 10 лет его отец, наверное, раз 5 приезжал к нему в гости. И откуда он тогда всё знает? Особенно про Риту. Он ведь не рассказывал ему, что пытается приударить за соседкой.

– Ты забываешь о том, что мои глаза всегда следят за тобой. И прекращай эти глупости.

Дима взволновался ещё больше.

– Какие глупости? Ты о чём вообще?

– Ремень и порка! ― усмехнулся его отец. ― Ты сам заслуживаешь ремня.

Дима сразу же нервно сжал руку в кулак.

– Мерзавец. Ты что, следишь за мной?

– А то! ― усмехнулся его отец. ― Я же сказал, мои глаза везде!

– Ты не смеешь следить за мной в моём же доме.

– Ты, кажется, забываешь о том, что это мой дом.

– Неправда, – возразил Дима. – Я сам его построил и уже давно за него расплатился.

– Не расплатился. И кстати, насчёт расплаты я и звоню тебе!

Отец всегда пытался выставить его вечно обязанным, и это бесило Диму.

– Ты уже вчера должен был забрать чемодан. Где ты, черт возьми, пропадаешь?

– Прости, я был занят. Приеду завтра.

Глава 70. Поедешь со мной?

Дима собирался поехать по делам уже сегодня ночью, закрыв Риту в бочке. Но ведь она такая послушная… теперь уже он не хотел её запирать. Во всяком случае, сегодня. А завтра можно найти какой-нибудь повод…

– Я знаю, чем ты был занят. Что это за внеплановая работа по ночам? ― неожиданно спросил его отец, перебив все мысли. И Дима понимал, о чём он. Если отец следит за ним, значит, знает и о Виталии. Но Дима был уверен, что отец не мог нанять кого-то для слежки за ним. Скорее всего, в его доме тайно установлена видеокамера. Это объяснило бы, откуда отец мог узнать о его развлечениях с Ритой и о том, что он бил её ремнём.

Ему стало стыдно, когда отец упрекнул его. Этого не должно было быть.

Дима был в ярости оттого, что отец суёт нос в его личную жизнь. И если он следит за ним, то, вероятно, видел, как он тащил труп в свой подвал. «Чёрт!» ― подумал Дима.

– Форс-мажор, это тебя не касается, – быстро ответил Дима.

– Я тебе дам форс-мажор! Только попробуй мне вляпаться в неприятности, я не буду во второй раз строить для тебя хоромы в захолустье. Будешь жить в дряблой избушке.

– Да прекрати уже! Никуда я не влипну. Я за чемоданом приеду завтра. Ты же сам сказал, что терпит.

– Терпело до сегодняшнего вечера.

– Я не могу сейчас рвануть. На мне соседка.

– А причём тут соседка?

Дима тяжело вздохнул. Он не хотел объяснять, причём тут соседка. Если его отец поймёт, что она знает что-то лишнее, то непременно захочет, чтобы он избавился от неё.

– Её папаша просил приглядеть за ней. Я не могу просто уехать.

– Она что, маленькая, что ли? – с ещё большим возмущением спросил его отец.

– Нет, конечно, взрослая.

– Ну, так в чём проблема?

– Ни в чём, я разберусь.

Диме захотелось поскорее прекратить этот разговор и повесить трубку.

– Так разбирайся! Потом для тебя намечается серьёзная работёнка. Подробности обсудим при личной встрече.

– Ладно, обсудим, – с досадой протянул Дима. Он положил трубку и засунул телефон в карман. Потом на автомате зашагал к Рите. Он понимал, что должен поговорить с ней, но только вот не знал, с чего начать. Не знал, как сказать ей, что должен уехать.

Рита заволновалась, когда его увидела. В этот момент она прореживала свёклу и сидела на корточках в середине сада. Дима подошёл к ней и встал рядом. Она сразу же подняла голову и замычала.

– М-м-м…

Потянулась к своему ротику. На ней всё ещё была повязка из шарфа, и она продолжала держать во рту свои трусики. Конечно, не те, которые он обкончал, но всё же держала во рту трусики. И это было унизительно, а ещё очень неудобно. Рите постоянно казалось, что ей не хватает воздуха, и с трусами во рту она дышала исключительно носиком. Хорошо, что у неё нос не заложен. Так ведь и задохнуться недолго.

– Ладно, вытаскивай, – сдался Дима. Он больше не хотел её мучить. Тем более раз она такая послушная, готова работать в саду с трусами во рту. Но он даже не предположил, что она его обхитрила. Даже мысли такой не допускал.

Как только Рита получила добро, она сразу же спустила шарфик на шею и торопливо вытащила трусики изо рта. Она брезгливо кинула их в ведро с сорняками, а потом, нахмурив брови, жалобно прокричала:

– А… а…

– Что такое? ― усмехнулся Дима.

А притворялась она натурально. Он поверил в то, что она держала во рту трусики, которые он обкончал. Когда она их вытащила, сразу же выкинула, как будто бы в руках у неё оказались какашки. Именно это его рассмешило.

Рита ничего не ответила, но посмотрела ему в глаза и нахмурила бровки. Дима подошёл к ней и указательным пальчиком погладил её губки.

– Хорошая девочка.

Рита опустила голову и продолжила выдёргивать сорняки. Дима улыбнулась. Она снова упрямится, дерзит, не хочет, чтобы он к ней прикасался. Но ему сейчас не хотелось её наказывать. Дима молча отошёл.

Он так и не сказал ей о своём предстоящем отъезде. Отошёл в сторонку к своему участку и начал кушать ягоды. Немножко пощипал малину, смородину, а потом подошёл к земляничным грядкам. Там он сидел дольше всего, любил кушать землянику. А ещё подумал, что надо бы её поднапрячь, чтобы собрала ещё пару вёдер и варенье закатала или компотику.

Почти целый час Дима проторчал в огороде, но понял, что у него не хватит терпения дождаться её. К тому же нужно проверить её на честность. А может, она больше не попытается сдать его? Виталий ведь уже похоронен. И она знает, что все улики указывают на то, что это она его грохнула.

– Нет, ты не должна меня сдать, – с улыбкой заключил Дима. Это в первый день у неё был шанс доказать, что это он убил Виталия. Теперь уже всё не так.

Он подошёл к Рите и сказал:

– Я пока домой. Как закончишь, приходи, надо поговорить.

Это звучало строго. Рите даже стало интересно, о чём именно он хочет поговорить? Казалось, о чём-то важном.

– Хорошо, ― ответила Рита и улыбнулась, глядя на то, как он уходит. Он как раньше оставляет её в саду и не боится, что она убежит. Он снова доверяет ей? Рита была удивлена и порадовалась. А ещё она решила, что не станет нарываться. Понимала, что бессмысленно убегать и кому-то что-то докладывать. Это ничем ей не поможет, не избавит от Димы. Лучше быть послушной и дружить с ним. Хотя последнее не представлялось ей возможным, он ведь ужасен…

Рита ещё какое-то время поработала в саду, а потом пошла домой. Она думала, что сейчас переоденется и пойдёт к нему, как было велено, но дома её ждал недоделанный сыр.

– Вот ведь…

Она устало схватилась за голову. Целая кастрюля творожной массы, которую нужно процедить и пристроить. Но деваться было некуда, и она приступила к работе. Поначалу не хотела, но потом подумала, что это даже к лучшему. Зачем ей хотеть идти к нему после того, что он сделал с ней? А если он начнёт возмущаться из-за того, что она пошла к себе, у неё есть оправдание, уважительная причина.

Дима тем временем сидел дома и смотрел кино. Но периодически он вставал и подходил к окошку. Брал свой бинокль и наблюдал за тем, как она работает и что вообще делает. Рита всё время сидела на грядках, и вот её нет.

– Хитрюга, домой ушла что ли?

Он сразу же выключил кино и вышел на крыльцо. Идти к ней не спешил. Хотел какое-то время понаблюдать. Он ведь велел ей доделать дела в саду, а потом прийти. Поэтому он ждал, что она вот-вот выйдет из дома, надев какое-нибудь миленькое платьице.

Дима закурил сигаретку и взгляда не отводил от крыльца её дома. Но Рита не появлялась и не появлялась. Вот он уже вторую сигарету закурил от злости, а её как не было и нет.

– Ну, ты у меня точно напрашиваешься! ― злостно подумал Дима. Уже нашёл повод наказать её, но поехать по своим делам сегодня всё равно не хотел. Он ведь уже настроился на завтрашний день.

Дима торопливыми шагами направился к дому Риты. Уже через пару минут он вошёл в её кухню и увидел, что она во всю трудится над его сыром. Он тоже забыл о том, что они начали готовить сыр.

– А, вот ты чем занимаешься.

Рита взволнованно приподняла голову и посмотрела на него, а потом продолжила перекладывать сырную субстанцию на ситечко.

– Да, я совсем забыла о сыре, ― сказала Рита.

– Надеюсь, сыр не испорчен?

– Нет, конечно, ― ответила Рита и наиграно ему улыбнулась. Пыталась быть милой.

– Помощь чем-нибудь? ― предложил Дима. Рита задумалась, но не могла придумать ему занятие. Потом посмотрела на сыворотку и сказала:

– Сыворотку нужно отнести курам, смешав со старым хлебом. Но ты этого точно не захочешь делать.

– Не, я в курятник не пойду! ― сказал Дима с широкой улыбкой. ― Я лучше вот, посижу и на тебя посмотрю.

Он присел за стол, лениво облокотился на одну руку и принялся глазеть. Риту это отвлекало, но она старалась не обращать внимания.

Молчание затянулось, и Рита неожиданно спросила:

– Ты говорил, что хочешь о чём-то поговорить.

– Да, было такое. Но тебе это не понравится.

– Скажи, ― попросила Рита.

– Мне надо отъехать.

Рита сразу же отвлеклась, подняла голову и замерла, глядя ему в глаза. Понимала, что он вряд ли захочет оставить её одну без присмотра. Это было бы слишком хорошо… и она даже думать боялась о том, что он сделает с ней перед отъездом. Как её оставит и где? Вдруг запрёт в подвале в той бочке?

– Ну, уезжай, ― осторожно сказала Рита. Дима сразу же начал игриво подёргивать бровями, но ничего не говорил. ― Что?

– Ты же понимаешь, что я не могу тебя бросить.

– А ты не бросай, ― сказала Рита. ― Ты же вернёшься. Скоро, наверное?

– Наверное! Наверное!

Снова наступило неловкое молчание. Дима не хотел заранее её расстраивать и поэтому помалкивал. Но это ещё больше расстраивало Риту. Она ведь точно знает, что он не оставит её одну… и на свободе.

– Ты же не запрёшь меня? ― нахмурив брови, спросила Рита.

– Я не могу оставить тебя разгуливать по саду, ― сказал Дима. ― Удумаешь чего!

– Что я могу удумать? ― спросила Рита.

– Ты мне ответь, что ты можешь удумать?

– Я не стану вызывать полицию, ― обещала Рита и напомнила: ― я же даже не знаю, как это делается!

– Ты так часто это повторяешь, что у меня начинает складываться обратное впечатление! ― сказал Дима.

– Да нет-же, я не умею… не вызывала никогда, ― взволнованно оправдалась Рита. ― И у меня нет телефона.

– Это успокаивает.

Как только Рита вспомнила о своём телефоне, обида мигом накрыла её.

– Дядя Дима, ну, пожалуйста… ― взволнованно произнесла Рита.

– Опять дядя? ― возмутился Дима. Он схватил её за подбородок и заставил приподнять голову. Рита сразу же закрыла глаза.

– Прости.

– Ну, говори, что хотела сказать.

– Можешь вернуть мне мой телефон? ― попросила Рита.

– Уезжай, верни телефон! ― усмехнулся Дима. ― И зачем спрашивать? Ты итак знаешь мой ответ!

– Я должна поговорить с папой, ― сказала Рита. ― Я клянусь, что не попытаюсь нас сдать… ты же сам сказал, что на нём только мои отпечатки пальцев. Я не хочу, чтобы меня посадили.

– Умничка. Наконец-то мы начинаем понимать друг друга, ― сказал Дима и игриво хлопнул её по носику. ― Но телефон я тебе всё равно не отдам.

– Дядя Дима, ну пожалуйста. Если ты уедешь, а я останусь совсем одна даже без телефона…

– А ты что, меня навсегда выпроваживаешь? ― спросил Дима. ― И разве я сказал, что оставлю тебя?

– Ты возьмёшь меня с собой?

Дима снова игриво подёргал бровями.

– И что это значит?

– Вообще-то тебе лучше остаться дома, ― сказал Дима. ― Ты же не хочешь превратиться в мою сообщницу?

Рита посмотрела ему в глаза и замерла. Потом тихо ответила:

– Не хочу.

– Вот и чудненько.

– Ты едешь, чтобы… ― произнесла Рита и взволнованно замолкла. Боялась задать свой вопрос. Но Дима итак её понял и сразу же ответил:

– И да, и нет. Но суть не в этом. Если ты хочешь остаться, я не могу оставить тебя просто так. Ну, ты понимаешь!

– Нет, пожалуйста, только не запирай меня в подвале, ― жалобно взмолилась Рита.

– Я пока ещё не запирал.

– Но ты ведь это пытаешься сказать, об этом хотел поговорить, ― истерично заключила Рита.

– Ты лучше сыром давай занимайся, завтра решим.

– Ты завтра уезжаешь?

– Ненадолго, ― ответил Дима. ― Почти только туда и обратно.

Дима зловеще ухмыльнулся, как будто бы говорил, быстро прикончу кого-нибудь, закину труп в машину и вернусь. Именно такой она представляла его поездку.

Рита замолчала и в большей степени потому, что задумалась. Дима сидел рядом и смотрел на неё. Но она больше не решилась что-либо сказать. Понимала, что это бессмысленно. Ей всё равно не удастся отговорить его от дурных планов. Даже не удастся уговорить не запирать её…

Минут через двадцать Рита завершила дела с сыром, посуду вымыла, а сыр убрала в холодильник отстаиваться. Затем посмотрела на него и застыла.

– Ну что, закончила дела? ― тут же спросил Дима. Рита неохотно кивнула. ― Тогда пошли. Приготовишь нам что-нибудь, пока Тоня не привела твоих коров. Их тебе ещё доить, если помнишь!

– Помню, конечно, ― ответила Рита и натянула губы в неестественную улыбку. Она радовалась тому, что он помнит об этом и не собирается запрещать доить коров.

Вскоре она погасила в доме свет и зашагала к выходу. Дима последовал за ней. Когда они подошли к его дому, он встал у крыльца и вытащил сигаретку.

– Иди домой и сообрази нам чего-нибудь, ― сказал Дима.

– А что именно сообразить?

– Ну, не знаю. Чего-нибудь. Котлеты ещё остались?

– Я посмотрю, ― обещала Рита.

– Если не остались, тогда сосиски отвари, они точно есть. Ну и, макароны какие-нибудь.

– Хорошо, ― ответила Рита и торопливо скрылась от его глаз. Она порадовалась тому, что он решил задержаться. Её всегда напрягало, когда он идёт за ней и поучает. Всегда боялась, что он с любой момент может потребовать её раздеться…

Рита вошла в дом, разулась и первым же делом направилась в туалет. Она хотела в туалет уже давно, но терпела. Боялась при нём отпрашиваться. Вдруг он удумает чего? Вдруг пойдёт за ней в туалет и будет подглядывать или чего похуже? Трогать её начнёт…

Рита присела на толчок и тяжело выдохнула. То, что она из-за него долго терпела, только расстраивало её. Напоминало ей о том, что она теперь полностью от него зависима. Даже в туалет обязана проситься. Ей хотелось плакать при этой мысли.

Когда Дима пришёл домой, уже с порога ощутил запах сосисок. Аппетит мигом разыгрался, слюнки потекли. Он на автомате направился к ней.

– Всё-таки не нашла котлетки? ― спросил Дима.

– Нет, не нашла, ― соврала Рита. Она хотела покушать именно сосиски, и поэтому отварила их. И очень надеялась, что Дима не станет придираться, ведь он сам заговорил о сосисках.

– Ладно, тогда в следующий раз котлетки пожаришь, ― сказал Дима. И это означало, что он знает о её маленькой лжи. Он действительно знал, что котлеты у него есть, ведь сам их покупал в свою последнюю вылазку в магазин. Он не ругался, потому что ему было всё равно, что кушать. Но сам факт того, что она соврала, заставлял его задуматься.

Рита разложила еду по тарелкам и для себя, и для него, и они сели за стол. Она старалась не смотреть на него, чтобы избежать неприятного разговора. Дима тоже был молчалив. Он не мог решить, как поступить: оставить её взаперти или всё же взять с собой? У него ещё было время подумать до утра, но уже сейчас он уставал от этих мыслей.

А ведь на самом деле всё просто. Если он запрёт её в подвале и уедет, ему определённо будет спокойнее. Особенно, если он дополнительно запихнёт её в бочку. Оттуда она точно не выберется и будет смирно ждать его возвращения. Но потом она его возненавидит, и у него не останется ни малейшего шанса на примирение. «Да и есть ли вообще этот шанс?» ― задумался Дима.

Второй вариант – взять её с собой. Тогда ему придётся всю дорогу нервничать и переживать, что она выкинет чего-нибудь. Но с другой стороны, она будет рядом, и он сможет контролировать её. Диме казалось, что он сможет её контролировать…

– Сейчас покушай и приберись немного в доме, пока Тоня не привела коров, – сказал Дима, прерывая молчание.

– Я думаю, она скоро их приведёт, – ответила Рита.

– Ну, пока не привела, приберись немного: протри пыль, полы помой.

Дима привык, что у него часто моют полы и протирают полки. У него же была личная служанка, но теперь её нет. Ему очень её не хватало. А вот Рита явно не из тех, кто любит убираться, даже за денежку не хотела это делать.

– Полы помыть точно не успею, – сказала Рита.

– Начни, закончишь потом. Ну, или коров потом подоишь! Никуда не убегут, будут ждать тебя в сарае.

Она сразу же с недовольством нахмурилась, но больше ничего не сказала. Подумала, что, возможно, это даже лучше. Он дал ей задание. Она бы заволновалась сильнее, если бы он сказал: «доедай и пойдём смотреть кино». Присел бы рядом и приставал, она уже так устала от этого.

Но с другой стороны, она вспомнила о том, что он заставляет её мыть полы в унизительной позе, и начала нервно сжимать в руке вилку. И что самое ужасное, она не может отказаться мыть полы… он явно считает, что это её обязанность. Мыть молы в его доме её обязанность? Рита мысленно возмущалась, что сказать ему об этом у неё духу не хватило.

Дима доел первым и оставил её одну на кухне. Не торопил и даже не сказал, куда идёт. Впрочем, гадать об этом не пришлось. Вскоре Рита услышала звук работающего телевизора и поняла, что он в гостиной.

– Блин, ну опять начинается! – нервно пробормотала Рита. Снова подумала, что он хочет смотреть, как она намывает его полы в унизительной позе. А может он только для это приказал ей вымыть полы? Хочет опять поиздеваться…

Только вот Рита тоже решила схитрить. Он ведь сказал, что нужно прибраться. Вот она и вышла к нему с веничком и совком. Сразу же направилась в коридор и начала оттуда. Дима смотрел телевизор и сразу не понял, чем она занимается. А потом потянулся и посмотрел.

– Ты что это делаешь? – спросил он.

– Ну, так, убираюсь… – ответила Рита.

– Подмести, что ли, решила?

– Ну да.

– Я же ведь сказал, помыть полы! – ворчливо напомнил Дима.

– А ещё ты сказал, что в доме очень грязно! А когда очень грязно, нужно сначала подметать и потом только мыть полы.

– Время тянешь?

Дима простодушно усмехнулся. Понял, почему она не спешит мыть полы. Тоже вспомнил о том, что заставляет её мыть полы на четвереньках, чтобы разглядывать её попку.

Сегодня он больше не собирался приставать к ней, но поглазеть на неё в красивенькой одёжке не отказался бы.

– И надень свой костюм горничной, – громко сказал Дима и собрал губы в ехидную ухмылку.

Рита проигнорировала его слова и продолжила подметать. Теперь делала это нервно и быстро. Он прямо услышал, как веничек скрябает его ковёр.

Он решил, что не станет ничего говорить, пока она подметает там, в коридоре. Но вот когда выйдет к нему… «Ну, держись!» ― подумал Дима.

Он подошёл к комоду и вытащил её сексуальную одежду: мини-юбочку и красивую белую кофточку, и самое главное ― туфельки, который она так ненавидит и которые ей малы.

Так как Рита подметала быстро, уже через пару минут она добралась до гостиной. Дима её увидел и сразу же подозвал к себе.

– Иди сюда, надевай свои туфельки. Хватит ходить босиком.

– Они мне малы, – напомнила Рита.

– Не малы, – возразил он, – ты уже ходила в них.

Она подошла, забрала у него туфельки и обратно засунула их в комодный ящик и упрямо повторила:

– Малы.

– Это ты маленькая и непослушная, – сказал Дима и неожиданно схватил её за ушко. – Как быстро ты забываешься. Ещё недавно подставляла губки, чтобы я тебя отшлёпал, а сейчас уже дерзишь!

– Ау, перестань, – визгнула Рита и потянулась к своему ушку.

– Так ты наденешь туфельки или как? – спросил Дима.

– Мне больно в них ходить, – пожаловалась Рита, а он ещё сильнее начал скручивать её ушко.

– А когда я делаю так, не больно? – язвительно спросил Дима.

– Ау, дядя Дима! Ну не надо…

Она жалобно захныкала и посмотрела ему в глаза, однако Дима не проявил сочувствия и только сильнее потянул её за ушко.

– Что ты там сказала, кто я тебе? – грозно спросил Дима.

Рита сразу же покраснела и стыдливо зажмурилась.

– Ну, извини, я забываюсь, – пробормотала она.

– Вот и я тоже забываюсь, – сказал Дима и игриво шлёпнул её по попке.

– Пожалуйста, отпусти, мне больно, – жалобно произнесла Рита и приложила ладонь поверх его руки. Он продолжал держать её за ушко. Уже не так сильно тянул, но всё равно не отпускал.

– Наденешь туфельки? – снова спросил Дима.

– Но мне больно в них ходить, пожалуйста, – замямлила Рита. – Мы же договорились, что ты больше не заставишь меня их носить.

– Договор был действителен только один раз, – деловито разъяснил Дима. – И сегодня не было такого договора!

Он вытащил туфельки обратно и положил их на пол рядом с её ножками, наконец-то отпустил её ушко.

– Живо надевай, иначе точно отшлёпаю, ― пригрозил Дима.

– Ну, пожалуйста…

– Твоя попка уже явно не болит, хочет снова получить? – спросил Дима, игриво подергивая бровями.

– Ну, хватит, – обиженно проговорила Рита, потирая своё ушко.

– Что хватит?

– Не говори так, – попросила она.

– А что такое? Стесняешься или, может быть, стыдишься? Уложу тебя, как маленькую, на свои колени и буду шлёпать.

– Ладно, я надену их, – сдалась Рита, а затем нахмурилась и, похныкивая, начала просовывать свою ножку в туфельку. Дима вытащил из комода одежду и вручил ей.

– И переодеться не забудь, – усмехнулся Дима, а потом сразу же направился к своему дивану. Снова уселся за просмотр телевизора.

Рите было обидно до слёз. Всё время он отдыхает, а она должна бегать вокруг него, выполняя унизительные приказы. А сейчас ещё будет ходить в неудобных туфлях, которые ей жмут. Она злилась и обижалась. Потом сняла туфельки, взяла их на руки и понесла в ванную комнату. Дима, конечно же, заметил это и сделал ей замечание:

– Не на руках их носи, а надевай!

– Я ещё не переоделась, – сказала Рита.

Хотя бы до того момента, пока она не переоденется, ей хотелось ходить без боли в ногах. Впрочем, она знала, что долго сидеть в ванной комнате не сможет. В любом случае ей придётся надеть этот отвратительный сексуальный наряд и выйти к нему, чтобы подметать дальше…

Рита ещё быстрее зашагала в сторону ванной и вскоре скрылась от его глаз, громко и нервно закрыв за собой дверь. Это даже заставило его повернуться и посмотреть в её сторону. Дима с недовольством помотал головой. Вроде бы, боится его, подчиняется, но всё равно периодически показывает характер. Но его это не смущало. Зато будет повод её наказать в очередной раз.

Дима уже сейчас с нетерпением ждал, когда она выйдет к нему в коротенькой юбочке и туфельках школьницы.

Глава 71. Немного ревности…

Дима продолжил смотреть кино, но она не выходила и не выходила. Тем временем Рита уже переоделась и сидела на стульчике, не решаясь выйти к нему. Только туфельки не надела. Решила, что их наденет позже, только тогда, когда он её позовёт.

– Не выйду, пока не позовёшь! – нагло решила Рита, нервно скрестив руки у себя на груди. Понимала, что чем дольше тянет время, тем лучше: меньше времени останется на его издёвки. А когда Тоня приведёт её коров, она в любом случае пойдёт доить… она наивно полагала, что у него не будет другого выхода, кроме как отпустить её.

Дима очень не хотел подходить и ругать её, но она явно его вынуждает. Уж слишком долго её не было.

– Рита! – вскрикнул Дима. – Ты где там провалилась?

Она уже заранее продумала, что скажет, чтобы он не ругал её. Рита сразу же толкнула дверь ванной комнаты и громко пожаловалась:

– Я не могу застегнуть эти дурацкие туфельки!

– Подойди сюда, – сказал Дима, и Рита, как послушная девочка, поспешила к нему. Он бы, конечно, отругал её за непослушание, но сейчас ему было не до этого. Дима с удовольствием рассматривал её в лёгкой кофточке и мини-юбке, и его охватили мечты.

– Садись сюда, я помогу, – сказал он, похлопав по свободному месту на диване. Рита послушно подошла и плюхнулась на диван. Он приложил ладонь к её колену и, нежно поглаживая, проскользнул к щиколотке. Рита взволнованно вздохнула.

– Не туфельки дурацкие, а ты капризная, – сказал Дима, приподнимая её ножку.

– Мне они не нравятся, – пожаловалась Рита.

– Мы купим тебе другие туфельки, на высоких каблуках, как ты хотела, – пообещал Дима.

– И когда купим? – спросила Рита. Не то, чтобы она действительно этого хотела, но решила поинтересоваться, чтобы поддержать разговор.

– Хочешь, завтра можем купить? – предложил Дима. Снова задумался над тем, а стоит ли взять её с собой? Взвешивал все за и против. Он ведь не собирается никого убивать, ему нужно только забрать чемодан, а она будет под его тщательным присмотром и никуда не убежит. Когда Дима подумал об этом, сразу же ухмыльнулся. «Точно не убежит! Ей ведь некуда идти, а в большом городе, без денег, она точно пропадёт».

И вот уже Дима убеждённо думал, что нет ничего страшного в том, что он возьмёт её с собой.

– Завтра? ― не поверила Рита. ― Хочу! Значит, ты меня завтра с собой возьмёшь?

Конечно же, она хотела с ним, ведь это лучше, чем оставаться взаперти в подвале. И не дай бог, он ещё в бочку её запихнёт – этого она боялась больше всего. Стоило только подумать о бочке, и она переставала бояться о том, что он впутает её в преступные делишки. К тому же, судя по всему, он уже давно помышляет дурным. Если его до сих пор не поймали, вряд ли сделают это в ближайшее время.

– Если обещаешь хорошо себя вести, возьму с собой, – сказал Дима.

– Обещаю, – ответила Рита, протягивая ему вторую ножку, чтобы он застегнул ремешок её туфельки.

– Смотри у меня, если будешь проказничать, больше с собой не возьму. А когда вернёмся, обязательно накажу!

– И как я могу проказничать? – спросила Рита.

– Ну, не знаю, мало ли.

Он тоже не знал, как она может там проказничать. Сядут в машину, доедут до точки, заберут чемодан и обратно. Ну и, конечно, по пути могут заезжать куда-нибудь: в кафешку, в магазин и так далее. Дима даже подумал, что с ней, наоборот, будет веселее. Почему бы не взять её с собой?

– Полы мыть пока не надо, ― неожиданно сказал Дима. – Подмети и протри пыль на полках.

– Ладно, – ответила Рита. Она встала и показательно похрамывая, направилась в другой угол гостиной, где оставила веник и совок.

– И хватит выпендриваться, ходи нормально, а то точно отшлёпаю, ― пригрозил Дима.

– Мне больно вообще-то, – пожаловалась Рита.

– Терпи! ― усмехнулся Дима. ― Попке будет больнее, если отшлёпаю!

Рита сразу же нахмурилась и нервно схватила веник, но ничего ему не стала говорить. Сразу же торопливо начала подметать, не глядя на него. Только вот Дима старательно глазел на неё и вертел головой. Усмехнулся и сказал:

– Вот это другое дело! Уже впору туфелька? Не болят больше ножки?

– Не издевайся хотя бы, – возмутилась Рита.

– А ты не обманывай меня. Туфельки жмут! Ага, конечно!

– Я не вру, они жмут, ― обиженно возразила Рита.

Дима больше не собирался это обсуждать. Он пошевелил пальчиком и сказал:

– Иди, вон там подмети.

– Я пока здесь подметаю, ― упрямо ответила Рита.

– Сказал, значит, иди, ― строго разъяснил Дима.

– Надо везде подметать, а не дабы как.

– Вот и подметай везде, но начни с того угла, ― повторил Дима. ― Слушайся!

Рита нахмурилась и тяжело вздохнула, но спорить с ним дальше не рискнула. Оставив гору мусора и пыли, она пошла туда, куда он её отправил. Пошла в тот угол, откуда ему удобнее всего разглядывать её попку. И Рита позволяла ему разглядывать её, как раз обиженно встала к нему спиной и продолжила мести.

– Вот видишь, ты можешь слушаться, – с ехидной улыбкой произнёс Дима. Рита, нахмурилась и покачала головой, но ничего не сказала. Молча злилась и продолжала подметать полы.

– Подметай теперь чистые полы… – ворчала Рита себе под нос.

– Что ты там сказала? – деловито спросил Дима.

– Ничего не сказала, – ответила Рита. – Это я вслух размышляю!

«Размышляю о том, какой ты козёл» ― нервно подумала Рита. Но Дима не слышал её бормотанье, у телевизора был слишком громкий звук. Да и не волновало его, что она злится. Главное, что выполняет его приказы!

Через пять минут Рита закончила подметать полы. Пыли и грязи было совсем немного, всё поместилось в один совок, и она отнесла мусор в урну на кухне.

Рита ушла на кухню и снова исчезла. На этот раз он не стал кричать ей, а вышел и посмотрел, чем она там занимается. Рита сидела за столом и пила воду.

– А ты, я смотрю, напрашиваешься? – возмутился Дима. Она явно капризничает из-за того, что он заставил её надеть туфельки. То из туалета не выходила, расселась там, а сейчас здесь сидит, показывает свой протест.

– Я просто хотела попить воды. Нельзя было?

– Попила? ― с гонором спросил Дима.

– Да, попила, – ответила Рита также дерзко, как и он сам. «Совсем уже разошлась» ― нервно подумал Дима и живо решил поставить её на место. Он подошёл к ней, неожиданно схватил её за волосы и дал сильную пощёчину.

– Ау… – вскрикнула Рита. Она резко вздёрнулась и попыталась отстраниться, но Дима не отпускал её волосы.

– Это ещё что за капризы? – строго спросил он, глядя в её глаза.

– Я же объяснила, я просто хотела воды, – повторила Рита. Теперь уже не дерзко, а жалобно и пугливо.

– А я просто хотел ударить тебя, – язвительно сказал Дима, замахнулся и дал ей ещё одну пощёчину.

– А… ну за что? – вскрикнула Рита, и на этот раз прикрыла свою щёчку. – Не надо меня бить…

Она нахмурилась, хныкала и пугливо смотрела на его руку. Боялась, что он ударит её ещё раз.

– Отныне каждый день будешь ходить в этих туфельках, – строго сказа Дима, – чтобы твои ножки привыкли!

– Они не привыкнут, ― упрямо промямлила Рита.

– Это мы ещё посмотрим. А теперь живо принеси ведро и тряпочку, и начинай мыть пыль.

Он схватил её за предплечье и грубо помог встать.

– Ну, пожалуйста, я сама… отпусти, – пищала Рита. Вскоре она встала и поспешила прочь от него. Каждый шаг причинял ей дискомфорт, но от испуга теперь она старалась не думать об этом.

Рита закрылась в ванной комнате и начала подготавливать воду. Но на этот раз она решила не задерживаться. Понимала, что это ещё сильнее его разозлит, и тогда ей достанется…

Дима тоже ждал, что она продолжит капризничать, и уже заранее подготовился. Когда Рита вышла, она увидела в его руках довольно большой кожаный пэддл. Она сразу же нахмурилась и взволнованно выдохнула.

– А я думал, тебя не скоро ждать, – язвительно сказал Дима. – Заранее подготовился, чтобы тебя отшлёпать!

Рита нахмурилась и застыла, глядя ему в глаза.

– Ну, иди, протирай пыль с полок. Что стоишь и смотришь? ― сказал Дима и демонстративно отложил пэддл на подлокотник дивана. Давал понять, что он будет рядом, и если она продолжит капризничать, мигом будет наказана.

Рита напугано сглотнула слюнку, а потом приступила к делу. Прополоснула тряпочку в воде, хорошо её отжала, а затем начала протирать мебель. Старалась не смотреть на него, чтобы хотя бы не вспоминать о том, что он разглядывает её и уже мечтает отшлёпать, ищет только повод для этого. Риту бросало в жар, когда она думала об этом.

Неожиданно на его телефон позвонили.

– Кто это? – спросила Рита, а сама подумала об отце.

– Не тебя, так что расслабься! – ухмыльнулся Дима. Он не собирался отвечать ей на подобные вопросы. Её вообще не должно касаться, кто ему звонит и почему? Но уже в следующую секунду он вытащил из кармана телефон и с ухмылкой подправил себя:

– Хотя нет, это тебя!

– Папа! – с надеждой произнесла Рита и сделала несколько шагов в его сторону.

– Тоня, – подправил он, – но поговорю с ней я. Всё-таки я же её нанимал! Наверное, коров твоих привела.

В общем-то, всё именно так и было. Тоня позвонила, чтобы спросить, как открываются их ворота. Она уже стояла у ворот и не могла войти.

– Сейчас подойду, – сказал Дима и повесил трубку, затем отругал Риту:

– Вот ты, балда! Ты что? Ворота заперла?

– Ну да, заперла, – ответила Рита. – Мы же всегда их запираем.

– А теперь нельзя запирать! Или дай ей запасные ключи.

– Нет уж! Ключи я не собираюсь ей давать, – сразу же отрезала Рита.

– Значит, не запирай ворота, – предложил Дима.

– Ладно, – неохотно согласилась Рита.

Дима встал и направился к выходу, помахав ей рукой:

– А ты убирайся, убирайся! Не отвлекайся.

– А как же коровы? – жалобно спросила Рита. – Их же нужно подоить.

– Вот закончишь с уборкой и подоишь. Никуда не убегут!

– Но их нужно сразу доить.

– Не надо мне выдумывать, ― строго сказал Дима. ― Приберёшься, как следует, полы помоешь, потом пойдёшь коров доить.

Рита нахмурилась и ничего не сказала. Сразу поняла, что спорить дальше бесполезно. Когда он ушёл, Рита нервно хлопнула влажной тряпкой по полке.

– Мерзавец!

Затем она взяла себя в руки и продолжила протирать пыль. Теперь, когда он не следит за каждым её движением, она делала это быстрее. Однако из-за этого её ноги заболели ещё сильнее. Рита устало присела на диван и погладила тыльную сторону своих ступней.

– Чёрт, как же я его ненавижу! – подумала она нервно. Потом подошла к окошку и начала разглядывать улицу. Не надеялась увидеть его, но удивилась. Дима стоял далеко-далеко, прямо на улице, и болтал с этой Тоней возле её ворот.

– Запал, что ли? – нервно подумала Рита. – Вот и болтай с ней!

Она была уверена, что он вернётся нескоро, как минимум не раньше, чем через 10 минут. Поэтому поспешила снять туфельки, чтобы её ножки хоть немножечко отдохнули. Застёжки у туфелек были классические, и чтобы их снять, нужно было потратить некоторое время. Для её непривыкших рук это около минуты.

Но когда она всё же сняла туфельки, сразу же со стоном начала поглаживать свой мизинец – сначала на одной ноге, потом на другой. Мизинец у неё болел и сдавливался сильнее всего.

Она посидела какое-то время, жалея свои ножки, а затем встала и походила. Снова заглянула в окошко и поняла, что Дима всё ещё разговаривает с этой Тоней.

– И что вы там обсуждаете? – подумала Рита. Она и сама не поняла почему, но её очень раздражало то, что Дима с ней общается. И, конечно же, она не думала о том, что ревнует. Посмеялась бы, если бы эта мысль подкралась в её голову. И всё равно как будто без причины она смотрела на них и злилась. Потом смочила тряпочку и продолжила протирать мебель.

Рите казалось, что она уже долго убирается. Несколько раз она смочила тряпочку и протёрла уже везде, где только можно. Потом снова подошла к окошку. Дима уже не разговаривал с Тоней. Она увидела его возле своих ворот, уже изнутри, в её дворе и немного успокоилась.

– Ну, наконец-то! Наболтался с ней? – подумала Рита. А ещё в эту же секунду она вспомнила, что он велел ей вымыть полы. Стало быть, до его возвращения ей лучше подготовить воду, чтобы потом было легче. Он ведь опять заставит её надеть туфельки, когда вернётся, а в них подготавливать воду будет труднее.

Как только Рита принесла в гостиную ведро воды, она сразу же начала расторопно надевать туфельки. Подумала, что лучше не дожидаться, пока он придёт и отругает её за непослушание. Вдруг ещё отшлёпает этой штукой? Решит якобы наказать за то, что она ослушалась его.

Рита нервно посмотрела на пэддл, который он принёс. Так и хотела схватить его и бросить в урну.

Рита надела туфельки и даже пристегнула их, а потом снова подошла к окошку. На этот раз ей не удалось увидеть Диму, и она с досадой вздохнула.

– Ну и где же ты?

Она нахмурилась, но терять время не стала. Раз уж решила изображать деятельность, лучше делать это по полной. И тут она вспомнила, что в прошлый снимала туфельки, когда мыла полы.

– Получается, зря их надевала!

Она с досадой хлопнула себя по лбу и отругала. У неё ведь есть повод снять эти дурацкие туфли, а она тупит. Да ещё пытается притвориться, что носила их в его отсутствии…

Рита снова присела на диван и начала расстёгивать ремешки туфелек. И вот как раз именно в этот момент Дима вошёл в дом.

– Так-так-так, кто-то хочет по попе? ― игриво спросил Дима.

– Я уже протёрла все полки и собираюсь мыть полы, – ответила Рита.

– Разве я разрешал тебе снимать туфельки? – спросил Дима и начал игриво дёргать бровями.

– Да, разрешал,― весьма нагло и уверенно ответила Рита. ― Я и в прошлый раз мыла полы без них. Они испортятся, если ползать в них на четвереньках. Или я могу помыть полы шваброй, как нормальный человек.

– Ты мне тут не хитри! Будешь мыть так, как принято мыть в моём доме, ― деловито сказал Дима. Он не собирался давать ей поблажки даже ради того, чтобы заставить подольше походить в туфельках.

Рита ещё более нервно начала снимать свои туфельки.

– Похоже, кого-то нужно успокоить, – язвительно заметил Дима, бросив взгляд на пэддл, который всё ещё лежал на подлокотнике дивана.

– Почему ты так долго не приходил? – неожиданно спросила Рита обиженным голосочком – О чём вы с ней шушукались?

– Почему ты думаешь, что мы шушукались? – усмехнулся Дима. – Мы просто разговаривали.

– И о чём же вы разговаривали? – не унималась Рита.

– О том, как она справляется. А что, ревнуешь что ли? – игриво спросил Дима.

Она тут же обернулась и взглянула на него с недовольством.

– Ревную? Вот ещё чего! Да никогда!

– Вот и я бы с ней тоже никогда, – ответил Дима. – Но зато я договорился ещё кое о чём.

– О чём? – спросила Рита.

– Завтра она подоит твоих коров – утром и вечером.

Она снова посмотрела на него и улыбнулась. Оказывается, он не просто так с ней болтал. Договорился, чтобы за её коровами приглядели. Освободил её от дел, чтобы она могла поехать с ним завтра. Это известие её обрадовало и успокоило. Значит, он не обманывал её насчёт поездки. Действительно собирается взять её с собой.

Когда Дима понял, почему она злится, его это тоже обрадовало. Он серьёзно решил, что она ревнует, и, широко улыбаясь, сел на диван, чтобы продолжить смотреть кино. Именно поэтому он решил не шлепать её – своеобразное вознаграждение за хорошее поведение. Эту неожиданную ревность он посчитал проявлением хорошего поведения и подумал, что у него есть шанс. Он всё ещё продолжал мечтать о том, что она когда-нибудь полюбит его.

Пока Рита мыла полы, он поглядывал на неё, но не делал никаких замечаний. В конце-то концов, он и не планировал приставать к ней. Просто хотел, чтобы она ходила у него дома в красивой и сексуальной одежде.

Рита, в свою очередь, старалась не думать о том, что он на неё смотрит. Она мыла полы, изредка оборачиваясь и поглядывая в его сторону. Когда закончила, встала и отнесла ведро в туалет, чтобы слить воду. А когда вышла оттуда, сразу же сказала:

– Я всё.

– Ну вот, теперь можешь пойти заняться своими коровами, – сказал Дима.

Рита посмотрела на него и вдруг замерла. Явно хотела что-то сказать, но не решалась.

– Что? ― спросил Дима.

– Можно мне с папой поговорить?

– Можно, ― ответил Дима. Рита продолжила стоять рядом с ним, но он даже не собирался доставать телефон. Выдержав некоторое молчание, он сказал: