Иден Хол
Неверный. Разорву твое сердце

Глава 1

– О, это наш коммерческий директор, шикарный, правда? По нему вся женская половина офиса сохнет, какой мужик! Ммм. И знаешь, как его зовут у нас?

– Как? – интересуюсь я искренне у своей новой коллеги, которая вызвалась провести мне экскурсию по новому месту работы.

– Ромео! Говорят, он соблазнил десятки женщин, ни одну красотку мимо не пропустил! И перед ним устоять никто не может. Какой самец! – сыпятся из нее восхищения от вида директора.

Высокий, статный, дорогой костюм сидит как влитой, подчеркивая спортивную фигуру, модная стрижка и короткая ухоженная бородка, а взгляд темно-серых «стальных» глаз скользит по сотрудникам вокруг него, будто он их уже победил и съел. Хищник в естественной среде обитания. Среди своих жертв.

– Ух! Каждый раз от него в жар бросает, – обмахивается полненькая Татьяна папкой с документами, – я слышала, он женат, но скрывается просто виртуозно! У него ведь жена мегера, просто снежная королева, да и в постели бревно!

– Как интересно, – в груди холодеет, а я разглядываю своего мужа под новым, совершенно неожиданным углом.

Значит, он Ромео, а я снежная королева? Да еще и бревно?

– Еще как интересно! – воодушевлена Таня, – по расчету, наверное, женился. Или из жалости, она вроде страшная.

Страшная? Я кидаю мимолетный взгляд на отражение в стеклянной двери в конференц-зал. Рядом с коллегой стоит та самая «мегера», стройная шатенка в строгой юбке-карандаш и белой блузке. Ноги от ушей и глаза олененка Бэмби, как мне всегда говорил «Ромео», рассказывая, во что влюбился в моей внешности.

– Роман Алексеевич! – вдруг вскрикивает громко Татьяна, и я вздрагиваю, оборачиваюсь, чтобы увидеть, что муж несется мимо нас и едва скользит взглядом, будто совсем не знает и в целом не заинтересован узнавать. – Я вам отчеты принесла за месяц по маркетинговым расходам, возьмете?

Ее корпоративной культуре и субординации не учили? Хочется закатить глаза, но забываю сразу про это, потому что Роман тормозит на мгновение.

– Мы знакомы? – оглядывает меня, – Таня? – вопросительно смотрит на нее.

– Ой, простите, знакомьтесь, это наша новая сотрудница, менеджер в отделе PR и маркетинга, Юлия Воронцова, – представляет меня, а сама довольная и сияет, пожирая директора взглядом.

– Очень приятно, – кивает он сухо, – вот пусть Юлия занесет мне ваш отчет через полчаса, как раз закончит знакомиться с коллегами и офисом. А сейчас мне некогда.

И уносится дальше по коридору в сопровождении другого мужчины, тоже судя по виду из высшего руководства.

– Ну вот! Я говорила, ни одной не пропустит! – Таня заговорщически шепчет, – заметила, как он на тебя смотрел? Сразу три точки: глаза, грудь, ноги, пыщ, пыщ, пыщ! – комично изображает она, а я хмурюсь. Нет, я такого не заметила. Я видела совсем иное. – И в кабинет пригласил, – томно вздыхает, – Юлька, тебе повезло прямо на старте!

– Повезло не то слово, – я получаю от нее папку с документами и уже размышляю о том, что я скажу моему милому, когда окажусь у него в кабинете. – Как утопленнику, – добавляю тише.

– Чего говоришь? – переспрашивает Таня, – пойдем дальше, покажу тебе комнаты отдыха и эти… лаунж-зоны, там кофе можно попить или чай с печеньками. А еще у нас есть комната для йоги, корпоративный спортзал и терраса с… Юль? – щелкает пальцами перед моим лицом, – ты чего?

А я стою и смотрю в ту сторону, куда ушел мой муж. Все разговоры Тани теперь стали такими неважными, будто белый шум, да и на работе я не могу сконцентрироваться, хотя еще во столько всего надо вникнуть на новом месте.

– А кто это был с вашим… Ромео? – уточняю про второго мужчину.

– Это Дмитрий Иванович Титов, наш руководитель отдела продаж, мы до них еще дойдем, они на шестом этаже располагаются. Тоже интересный мужчина, к тому же совершенно холостой. И симпатичный, – кокетливо хлопает глазками, и я понимаю, что Татьяна явно в активном поиске, иначе ее бы не занимали разговоры о мужчинах больше, чем рассказы об офисе и компании. – Но, если бы я выбирала, то… – прикусывает губу и приближается, чтобы прошептать, – все равно взяла бы Ромео.

Взяла… кто бы тебе дал? Ромео женат! На мне!

Но вслух говорю иное:

– Могу себе представить.

– Ой, сейчас ты к нему в кабинет сходишь, у тебя фантазий на год вперед на одинокие вечера хватит! А если пиджачок снимет, то там такие мышцы под рубашкой, – продолжает она словесно и мысленно облизывать моего мужа, и это начинает меня раздражать. Но я тут новенькая и пока не хочу конфликтов.

– Я замужем, мне его мышцы совсем неинтересны, – пытаюсь закончить это обсуждение.

– Ой, кому это мешало? – хихикает она, – ты думаешь, у нас тут только незамужние по офису бегают? Все поголовно на него слюни пускают, а в дни больших совещаний, знаешь, как наряжаются, чтобы он взглядом в их декольте нырял?

– Тань! – не выдерживаю я, – а про работу компании, ты мне что-нибудь расскажешь? А то я боюсь, не успею со всеми делами сегодня справиться, пока мы обсуждаем вашего Ромео.

– Ну ладно тебе, не злись, – она ведет меня дальше по коридору, и я слышу сильный запах кофе, где-то рядом та самая лаунж-зона, по-видимому, – я же видела, как у тебя глазки блеснули при виде него. Ты не стесняйся, мы все через это прошли. Через пару недель ты тоже от фазы отрицания того, что он тебе нравится, дойдешь до принятия своей к нему любви. Пусть и безответной.

Господи, за что мне все это? И ведь она работает со мной в отделе, и я сижу буквально за соседним столом. Надеюсь, не придется слушать о том, как хорош мой муж целый рабочий день.

– Ну вот тут у нас можно попить кофе… – продолжает она, а потом и дальше ведет экскурсию по кабинетам, опенспейс зонам и этажам.

А я больше ни о чем другом и думать не могу. Кроме как о том, что из себя представляет мой муж на работе. У меня к нему появляется очень много вопросов, задать которые я должна прямо сейчас!

– Слушай, а покажи мне кабинет коммерческого, я отнесу ему наконец папку, – перебиваю ее на комнате для йоги.

В глаза Тани триумф, она думает, что я дозрела поглядеть на Воронцова вблизи. Дозрела. Но не так, как она думает.

– Пойдем, еще рано, конечно, он просил через полчаса, а его лучше слушаться…

– Я правлюсь, он всего лишь начальник! – обрываю я, и мы идем в дальний конец коридора, где расположены большие кабинеты руководства.

Кабинет мужа совсем близко с хоромами генерального директора, и я точно знаю, что он мечтает их занять. Амбициозный и целеустремленный, что меня это иногда пугает. Видимо, не зря.

– Вот, подожди в приемной у секретаря, она тебя пустит, когда можно будет, – провожает меня Таня и дает напутствия, – ты только с ним не спорь, а то первый день только работаешь.

Нет, мне очень сильно хочется закатить глаза. Это мой муж! Хочу и спорю, когда мне нужно!

– Спасибо! Не переживай, он меня не уволит.

– Да как бы не трахнул, – тихонько говорит она со смехом. Или мне показалось?

Я ему трахну. Я ему сейчас как сама трахну вот этой папкой по голове!

Не прощаюсь, нам еще работать целый день, и иду в приемную «директора», прохожу сразу прямиком к двустворчатой двери с табличкой, на которой написано его имя.

– Стойте, вы куда? Вам назначено? – секретарша подскакивает из-за своего стола, – туда нельзя!

Плевать!

Распахиваю дверь и застываю от открывшейся мне картины…

Глава 2

– Кто вам позволял? Выйдите! – секретарша возмущается за моей спиной, а я смотрю на Ромео в «действии».

Мой муж сидит за директорским столом в кресле и что-то разглядывает на широкоформатном мониторе, а показывает на это ему пальчиком совершенно неприличная красотка с декольте чуть мельче Марианской впадины.

Да я почти вижу ее пупок в этом декольте! И муж мой тоже определенно видит много чего, судя по довольному выражению лица.

Но сейчас он поднимает на меня взгляд, и улыбка медленно тает.

– Ира, я же просил никого не пускать! – сначала строит секретаршу, потом меня, – а вас просил зайти через полчаса!

Испепеляет взглядом сурового начальника, и я прикусываю язык, помня нашу договоренность. Но она вот-вот пойдет в ту самую Марианскую впадину!

– Она сама ворвалась, простите, Роман Алексеевич! – секретарь волнуется.

– Я зайду попозже, – блондинка встает со стола и обходит его, сверкая длинными, стройными ногами под юбкой выше колена. – Проект отдам в работу с вашими правками, – кидает, даже не оборачиваясь, и обходит меня.

Я стою и жду.

Муж смотрит на меня многозначительно, складывает руки в замок на темной дубовой столешнице.

– Ира, закрой дверь, Юлия принесла мне отчет, который я просил.

– Юлия? А вы ее знаете? – уточняет секретарша. Меня почти никто еще не знает, но не собственный же муж.

– Ира! – муж так сверкает взглядом в ее сторону, что я слышу, как за моей спиной захлопывается дверь.

Стою и пытаюсь взять себя в руки, план с тем чтобы вручить ему отчет с большого разбега и размаха нравится мне все больше.

Роман встает из-за стола и медленно и расслабленно обходит его, движется ко мне, как лев к своей добыче и обманчиво снисходительно улыбается. Пытается взять меня за плечи.

– Вот твой отчет, Ромео! – хлопаю его папкой по груди.

– Ах, вот оно в чем дело, – улыбается еще шире, будто я маленький ребенок и все совершенно не так поняла.

Надо было папкой по лицу.

– Тебе провели слишком подробную экскурсию? Рассказали эти байки про то, как я переспал со всем офисом невзирая на лица?

– Байки? – я смотрю на него снизу вверх, потому что он подошел слишком близко. Между нами только злополучная папка и магнитное поле, которое вот-вот разродится разрядом молнии. – Я только что увидела подтверждение этим байкам, сидящее у тебя на столе и твою довольную физиономию в процессе «работы».

– И что же ты увидела, любовь моя? – он раздражающе нежен, пытается заправить мой выбившийся тонкий локон за ухо.

Я вспоминаю все и разом.

– Почему ты мне ничего не говорил? Почему я узнаю о том, что твоя компания поглощает ту, где я работаю только в последний момент, когда уже грузят компьютеры, чтобы перевести в другой офис?

– Этот вопрос задай своему прошлому руководству, я не могу отвечать за них, – делается серьезным, игривый тон исчезает из голоса, – что за претензии ко мне?

– Ты мой муж! Ты что не мог мне все это дома рассказать?

– Я рассказывал! Только ты кроме своего проекта даже дома ничего и не видела, зарылась в свою работу, а теперь жалуешься на сюрпризы. Не жалуйся, у тебя хорошая должность и даже зарплата выше.

– Но ведь мы договаривались, что никогда не будем работать вместе? Что не смешаем личную жизнь и карьеру?

– Времена поменялись! Наша компания растет и поглощает более мелких игроков, это нормальный процесс на рынке, – все же берет меня за плечи, – но разве это тебя волнует на самом деле?

Я сжимаю губы, и в моем мозгу проносятся волнами все наши разговоры и договоренности о семейной жизни и том, как мы строим свои карьеры отдельно друг от друга, не мешая и не влияя на них, чтобы не создавать ненужные препятствия.

Мой муж добился в своей карьере головокружительных успехов, за несколько лет поднявшись с должности менеджера до коммерческого директора. Я думала, что дело все в том, что он целеустремлённый и талантливый, прирожденный руководитель.

А он… Ромео?

– Почему никто не должен знать, что я твоя жена?

– Потому что мы разделили личное и работу, забыла?

– Но именно сегодня утром, ты мне об этом напомнил перед тем, как мы вместе приехали в этот офис, – я складываю руки на груди, потому что хочу чувствовать себя защищенной под его взглядом. – Ты не хочешь, чтобы я как жена ломала твой статус альфа-самца осеменителя? Не хочешь, чтобы эти вечно текущие и облизывающиеся голодные женщины перестали тебя боготворить? Заглядывать тебе в рот?

– Юля, о чем ты вообще говоришь?

– А может быть, ты не хочешь, чтобы твои многочисленные любовницы, бывшие и настоящие, видели во мне соперницу? Или еще хуже бросили тебя, потому что ты обманщик? Наплел им сказочку о том, что я страшная фригидная мегера?

– О господи, чего тебе еще эта Ульянова наплела? Что за бред?

– Пока я вижу сплошные подтверждения ее слов, – делаю шаг назад, столкнув его руки, – я требую объяснений! Требую, чтобы ты всем сообщил, что я твоя жена и все эти… – не могу найти слов, чтобы описать девиц, подобных той, что сидела на его столе, – отстали от тебя!

– Требуешь? – его взгляд темнеет, и он наступает на меня как большая грозная гора. Заставляет пятиться, пока я не упираюсь в стену спиной. – А ты еще не читала правила корпоративной этики? Нет? Что у нас в компании запрещены служебные романы? А так же кумовство и прием на работу родственников любых сотрудников. Любых, я повторяю!

– Я… – теряюсь полностью от его слов, – но ты же сам проводил слияние наших компаний, ты знал, что я тогда буду работать у вас!

– А мне надо было тебя уволить? Ты так предпочла бы? Я, вообще-то, мыслил более серьезными категориями, это был многолетний план по расширению бизнеса, а не моя личная прихоть! Я бы на твоем месте был бы благодарен, что ты не оказалась на улице!

– То есть у тебя был выбор между мной и компанией, и ты сделал его в пользу расширения бизнеса?

– Не переворачивай все с ног на голову! – сердится он, – я именно, что выбрал тебя. Я скрыл ото всех тот факт, что ты моя жена. Чтобы никто не уличил нас в нарушении правил, никто не пытался манипулировать нами или видеть в этом какие-то нечестные преференции? Ты что предпочитаешь? Быть уважаемым за свои профессиональные качества сотрудником или «женой босса» перед которой надо стелиться, чтобы заслужить мою благосклонность?

– Я об этом так не думала, – мне обидно это слышать, но в чем-то он прав.

– Конечно, ты ни о чем таком не думала, предоставь думать другим, – вжимает меня сильней, и взгляд снова смягчается, – ты ведь просто ревнуешь, детка. Тебе не понравилась моя репутация.

– Я не ревную!

– Конечно, и именно поэтому ты прилетела в мой кабинет как разъяренная валькирия, – он поднимает мой подбородок пальцами и смотрит прямо в глаза, – хотя мы заранее договорились, что все личные вопросы будем решать исключительно дома.

– Ты тешишь свое самолюбие, думая, что я точно так же, как все твои поклонницы, буду бегать за тобой и плавиться от одного твоего взгляда. Но я не они, я твоя жена! Я имею право…

– На что? – прерывает меня он, приближаясь к моему лицу, я чувствую все те мускулы, на которые Таня пускает слюни, прижатые к моему телу. Ведь Рома без пиджака и вжал меня в стену всем корпусом.

Похотливый, самовлюбленный… его что, заводит моя ревность? Почему дома он не такой, когда мы наедине?

– На честность и… верность! – говорю ему уже почти в губы с вызовом.

Отстраняется немного.

– А по какой причине ты ставишь под сомнение мою верность?

– Ты издеваешься? – делаю паузу и добавляю с ударением, – Ромео!

– И? Что это доказывает? Это игры, это имидж, это просто слухи! Уж тебе ли не знать, мой маленький PR менеджер, как это работает.

– Вот именно, что я знаю, как это работает, потому и не верю ни единому твоему слову! Имидж нельзя создать на полной противоположности!

– Верь, любимая, фактам, а не россказням недотраханных толстух! И впредь, сохраняй субординацию в присутствии своего руководителя, – намекает на себя, а сам вновь нависает с темным взглядом, – в следующий раз я не спущу тебе этого с рук. Никто в этой компании не должен знать, что ты моя жена, или думать, что ты моя любовница. Все, что нас связывает, это одинаковая фамилия! Что бывает довольно часто в крупных структурах, как наша.

– Это ультиматум?

– Это напоминание о том, как сильно мы оба дорожим своими достижениями в карьере и рабочим местом, чтобы так легкомысленно позволять их уничтожить из-за домыслов и банальной ревности! Я уверен, что ни ты, ни я не хотим этого! – он меня буквально отчитывает, как начальник, а не как муж. – А все личные вопросы мы можем решить дома, поэтому сдерживай себя, даже если тебе очень… – голос становится низким, губы приближаются к моим и все тело снова вжимается так плотно, что я чувствую весь его рельеф слишком хорошо, – очень хочется чего-то большего.

Большего? Это он сейчас на свои желания намекает? Или… я с трудом подавляю судорожный вдох. Мое тело реагирует само. Без моего на то разрешения. Автоматически завожусь и я, когда он такой напористый и суровый… Жаркий…

Чувствую в этом его давлении всем телом, как что-то упирается в меня… лежащее в кармане его брюк. Какой-то комок.

Неосознанно скольжу туда рукой и цепляю пальцами… ткань? Щупаю долю секунды, узнавая фактуру.

Мои глаза расширяются в понимании, и я отталкиваю от себя Рому. Он неожиданности и сосредоточения на другом, он даже не сразу понимает, что произошло.

И что за вещь ярко-красного цвета я держу в руке, вынув это из его кармана.

– А это ты как объяснишь?

Глава 3

– Это трусы, – говорит спокойно муж и именно это спокойствие окончательно выбивает меня из колеи.

– Трусы, женские, кружевные стринги, – уточняю, на случай, если он не видит или не понимает, что это такое.

– Да, я вижу, – подтверждает он, глядя на них совершенно невозмутимо. – Я в курсе, как выглядят женские кружевные стринги.

Я даже теряюсь от такого ответа.

– Что они делают в твоём кармане? – уточняю для тех, кто в танке.

– Лежат, Юля. Ты какого ответа от меня ждёшь? – он окончательно от меня отодвигается и хотя бы дает возможность дышать без своего давления. – Если ты наслушалась баек Ульяновой, то смею предположить, что думаешь эти трусы я снял с той блондинки, что ты застала у меня в кабинете. Но нет, ее трусы на месте, не веришь, пойди убедись, задери ее юбку.

– Ты издеваешься? – я просто в шоке и теряю дар речи.

– А что такого? – разводит Рома руками, – ты врываешься в кабинет без спросу, устраиваешь истерики, вынуждаешь прервать рабочее обсуждение стратегии коммерческого продвижения основной продукции. Это между прочим была руководительница дизайнерского отдела! Утверждала последние правки в серьезном проекте!

– Сиськами тыча в твое лицо?

– Юля, – Рома встает передо мной, берет мое лицо в ладони, – мне очень приятна твоя ревность, это чертовски заводит, но… это совершенно не профессионально. Ты надумала себе то, чего не было. И эти трусы, – выхватывает белье из моих рук, – не говорят ни о чем из того, что ты навоображала.

– Ты серьезно? Ты вообще себя слышишь? – у тебя женские трусы в кармане!

– Да! Женские трусы! Потому что я их туда положил! Но я не снимал их при этом с какой-то женщины! Я их взял со стола!

– Со стола?

– Да! Мне периодически оставляют вот такие сюрпризы на рабочем столе к моменту моего прихода в офис. И ты думаешь, меня это радует? Ничуть не радует, потому, что попахивает это чем-то нездоровым типа харрасмента и преследования.

– Боже, я не могу поверить, что слушаю этот бред! Если ты трахаешь других женщин, а потом прячешь их трусы по карманам, имей хотя бы смелость признаться в этом! Когда тебя поймали с поличным!

– Юля, с каким поличным? Ты меня что, застала за сексом? Я пялил Трутневу на столе кверху жопой или что? – Рома заводится не на шутку и я давно его таким не видела. – Не пялил! А ты меня уже обвиняешь в массовых изменах! А трусы? Я нашёл их у себя на столе! Утром, когда вошёл в кабинет! Но со мной был Титов, руководитель отдела продаж! Мне нужно было их показать? Похвастаться, что какие-то маньячки их постоянно оставляют? Я просто убрал их машинально в карман! Чтобы не позориться! Не портить свою репутацию!

– Репутацию? Да ты ее уже и так испортил, хуже некуда! Как вообще до такого дошёл? Ты… ты просто купаешься во внимании женщин! Повышаешь свою самооценку! – во мне просто все кипит, я не могу поверить, что наш разговор переходит вот в это русло.

Будто это я сошла с ума, а не он Ромео, который охмуряет женщин в компании пачками.

– Зачем мне повышать свою самооценку вот таким образом? Для чего? Я уже коммерческий директор! Выше меня только генеральный! Что я по твоему получу таким способом?

– Удовлетворение твоего больного эго! – прикрикиваю на него, даже не задумываясь, что это может быть слышно за дверью. – Подтверждения своей мужской силы и неотразимости!

– Да? И для чего мне это могло бы понадобиться? Что мне нужно удовлетворять, если я счастливо женат, занимаюсь регулярным сексом, полностью доволен личной жизнью?

Задает он мне вопрос, от которого кровь отливает от моего лица. А потом тут же внезапно бросает в жар.

Я… последний раз занималась с ним сексом полторы недели назад. Мне было вообще не до того! Я работала днем и ночью! Я заканчивала свой последний проект до того, как сольются наши компании, просто из последних сил и больше ни о чем не могла думать!

– То есть… это у тебя месть такая? За то, что секса не было?

– Детка, какая месть, о чем ты вообще говоришь? – и снова его большие горячие руки на моих плечах. – Ты заставляешь меня беспокоиться о тебе, – качает головой, – и трусы эти полнейшая ерунда. Не придумывай себе то, чего не было. Смотри, они даже не ношенные! – берет трусы вместе с моей рукой и показывает поближе. Я отталкиваю его руку и белье выпадает на пол.

Рома качает головой на мой, чего уж скрывать, истеричный жест и поднимает кусок красных кружев с пола, несет в фигурную металлическую урну в углу и бросает в них.

– Вот, нет больше трусов, – говорит успокаивающей интонацией, а я уже не знаю, его ли я убить хочу или просто сгораю на месте, где стою.

– Я тебе не верю, – шепчу в смятении. – Ты просто выкручиваешься, как уж на сковородке.

– Любимая, я за годы нашего брака хоть раз заставил тебя сомневаться в своей верности?

Задает вопрос, к ответу на который я прямо сейчас не готова. Я теперь сомневаюсь во всем.

– Ответь, я был тебе не верен?

– Нет, – честно отвечаю я, но точно знаю, что ответ этот означает “просто ты ни разу не попался”.

– Нет. Тогда почему ты веришь слухам, которые рассказывает совершенно озабоченная, обиженная вниманием мужчин сотрудница, которую ты видишь в первый раз в жизни? Ты уверена, что именно ей надо верить, а не своему мужу?

Я стою и меня от этой логики уже начинает трясти, но ведь и не согласиться невозможно. Таню Ульянову я не знаю, а муж мой любимый и родной, изученный вдоль и поперёк за несколько лет брака.

Рома будто читает ответ на моем лице, хоть я не произношу ни слова.

– Иди, детка, на рабочее место и попытайся заняться своими прямыми обязанностями. – Муж чуть приобнимает меня за плечи и ведет в сторону двери, – если ты захочешь, то обсудим это вечером дома, а не в офисе, как и договаривались. Хорошо?

– Ты ведь меня обманываешь, – поднимаю на него глаза, но он выглядит таким спокойным и уверенным в себе, что это вновь подламывает меня и мое мнение.

– У меня сегодня очень много дел, – добавляет он и разворачивает меня к себе, – но мне очень приятно, что ты, наконец, вспомнила, что у тебя есть муж, пусть это и было вспышкой неуместной ревности. Это значит, что я тебе еще не безразличен, – и с этими словами он притягивает меня к себе и жарко целует в губы.

Жарко и страстно, как мы целовались раньше…

Потом сам же разрывает поцелуй, смотрит на меня чуть пьяным, темным взглядом.

– Я тебя все равно люблю. Увидимся вечером.

И выставляет меня за дверь. Тут же закрывает ее за моей спиной, а я стою и смотрю на секретаршу. А она на меня.

– Вы закончили? – спрашивает она раздраженно, – у Романа Алексеевича, вообще-то, плотный график!

– Да ну вас! – кидаю в сердцах и иду прямиком на свое рабочее место.

Не обращаю внимания ни на кого, пока не добираюсь до просторного кабинета отдела маркетинга и PR, куда меня определили. Сажусь за свое новое рабочее место и начинаю медленно плавиться от гнева.

Не могу только определиться, на себя или мужа.

– Я так и знала, – раздаётся сбоку и я поворачиваюсь к Татьяне за соседним столом. – Он тебя на стол нагнул или 9 у стенки? – шепотом спрашивает она.

– Чего? – переспрашиваю, честно не врубаясь, о чем она.

– Ты не стесняйся, не первая такая тут. Он тебя трахнул или пока только поцеловал? – а на то, как я шокировано моргаю от ее вопроса, добавляет, – у тебя вид помятый, раскрасневшийся и помада вся размазана. Шикарно он целуется, правда? Твоя жизнь больше не будет прежней…

Глава 4

Я отстраняюсь от монитора и тру уставшие глаза, понимаю, что в большом кабинете довольно шумно, и только тогда обращаю внимание на окружающих людей. Коллеги собираются домой, разговаривают между собой, смеются, обсуждают какие-то личные дела.

Но я не вижу ни пары человек, которых перевели вместе со мной, ни Таню. Последняя, похоже, на меня обиделась после того, как я довольно жестко осадила ее. Слишком сильно она переходит личные границы, спрашивая у меня, не переспала ли я в первый же день с их директором.

Да и за то, что устроила мне сеанс откровений о похождениях Ромео. Я ее не просила! И ее совершенно не касается, почему у меня помада размазана!

Выводы она, видите ли, сделала по моему внешнему виду.

Утешила: «ты не стесняйся, ты не первая такая тут».

А клуба анонимных любовниц у них тут еще нет? Запишут туда меня теперь автоматически?

Да я чуть не сказала ей, что я его жена, но вовремя остановилась. Мне это пока не нужно.

В общем… наше общение с Таней прервалось очень некрасиво, и я еще не разобралась в своих ощущениях, довольна ли я была этим фактом или нет.

С одной стороны, слушать про мужа уже нет никаких сил. То, что я завелась от Таниных сплетен и отправилась в кабинет к Роме, закончилось моим позором. А с другой стороны… ведь и игнорировать это все нельзя?

Но совершенно точно я не буду вестись на слухи и непроверенные разговоры в таком тонком деле, как выяснение правды. Я должна разобраться во всем сама.

Закрываю файлы с пресс-релизами, которые выдали мне для изучения, и гашу рабочий компьютер. Собираю немногочисленные вещи и иду за остальными сотрудниками, чтобы отправиться домой.

Не знаю, что именно меня ведет, но сворачиваю по коридору в сторону кабинетов руководства. Может, встречу Рому? Хотя я не должна показывать, что мы вместе. Что-то я совсем растерялась.

Но кабинет и даже приемная оказываются запертыми. Ни секретарши Иры, ни мужа, похоже, там нет. Я поддаюсь порыву и оглядываюсь по сторонам, потом припадаю ухом к двери и слушаю, что происходит с той стороны.

Какая-то часть меня в глубине души уже готова услышать страстные стоны по ту сторону. Но там полная тишина, и я даю себе мысленную пощечину. Презумпцию невиновности пока никто не отменял. Его «преступление» докажут только факты.

Качаю головой от собственных мыслей и тоже покидаю офис. Благо мы с Ромой приехали сюда каждый на своей машине, и мне не нужно было его ждать, чтобы отправиться домой.

Но на стоянке возле бизнес-центра я ищу глазами его новый представительский седан. Он купил его себе после получения должности и безумно им гордится.

Машины нет.

Может, поехал домой раньше меня? Он ведь обещал мне личный разговор дома? Да. Наверное, так и есть.

Моя маленькая машинка стоит в стороне от мест руководителей, и я спокойно иду в ее сторону. Обдумываю по дороге наш с Ромой разговор. У меня столько вопросов и аргументов. Претензий еще больше.

Даже лекцию о том, как поддерживать правильный имидж руководителя в коллективе ему придумываю, пока еду по московским вечерним пробкам.

Высотный жилой комплекс премиум-класса торчит над окружающими домами как башня посреди деревни. Заезжаю на подземную стоянку и паркуюсь, устало стою в лифте, пока еду на наш высокий этаж. Отсюда город как на ладони, особенно красиво выглядит парк и вечерние огни.

Квартира площадью почти в сто пятьдесят квадратных метров в этом доме – это тоже символ успеха моего мужа. Мы даже ипотеку на нее не брали, он все сам. Гордится этим неимоверно. И я тоже им горжусь!

Зеркало в лифте показывает мне молодую, но очень усталую женщину. И чего уж греха таить, я нервничаю из-за предстоящего разговора. Облизываю пересохшие без помады губы. Так и не накрасила их заново, увлекшись работой.

Но дома меня ждет тишина. Я закрываю за собой дверь и включаю свет в прихожей. Есть у нас маленькая традиция еще со времен наших ранних дней совместной жизни: тот, кто приходит домой первым, оставляет свет в прихожей для второго.

Это всегда значило: я тебя жду.

Меня никто не ждет.

На автомате разуваюсь и иду по квартире в поисках мужа. Глупо надеяться, что он первым приехал и просто забыл включить свет. Это просто мое желание.

Ладно. Пока ничего страшного, мало ли где немного задержался.

Хожу по полупустой, еще не до конца обставленной квартире, переодеваюсь, умываюсь, ищу на кухне что-то из остатков еды для ужина. Но когда гляжу в открытый холодильник и контейнеры в нем, понимаю, что у меня нет аппетита.

Думаю приготовить что-то Роме, но тоже останавливаюсь. Мы не ссорились, но что-то в душе осталось после последнего разговора. Я чувствую, что я ему не верю. Не могу себя заставить заботиться о нем, пока мы не поговорим. В мыслях, будто барьер вырос.

Глянув на часы, решаю просто пойти в душ. Завтрашний рабочий день никто не отменял, и мне нужно отдохнуть.

В ванной застреваю почти на час, пока не привожу себя в чистый и ухоженный вид, ночные средства мягко пахнут и впитываются в мою кожу, когда я как неприкаянная вновь хожу по огромной полупустой квартире.

В итоге ложусь в кровать и долго листаю новости и ленту в соцсетях, чтобы отвлечься. Пытаюсь забить свои нехорошие мысли информационной ватой. Лишь бы не перебирать варианты, столько раз и с кем изменял мне муж.

Или изменят прямо сейчас.

За окном уже темно, Рома не берет трубку. Есть у его телефона ужасно раздражающая настройка, после десяти вечера он автоматически переходит в беззвучный режим, чтобы он не мешал мужу отдыхать.

Вот только мне эта настройка внезапно начала мешать. Я не могу дозвониться ему совсем! Он меня не слышит. И он не отдыхает дома, его непонятно где носит.

В какой-то момент я вдруг просыпаюсь от звука в прихожей и только тогда понимаю, что уснула, полусидя в постели. Это вернулся Рома, и я поднимаюсь, чтобы его встретить.

Разговор. Ради него я жду так долго! Он обещал!

Но в тот момент, когда я выхожу из-за угла в прихожую, я вижу мужа, который стоит, прислонившись к стене, уже разувшись, но не идет в комнату, потому что держит в руках телефон и тот занял все его внимание. Рома что-то увлеченно пишет в нем двумя пальцами и… улыбается совершенно необъяснимой довольной улыбкой.

– Где ты был? – вырывается у меня. Муж тут же убирает телефон в карман и меняется в лице.

– И тебе добрый вечер, – идет ко мне и пытается дежурно чмокнуть в щеку. Просто муж, просто пришел домой с работы, усталый и голодный.

А я не знаю, какие мысли и страхи толкают меня на это, но я в момент сближения резко вдыхаю воздух у его шеи. Не могу даже себе признаться в том, что ищу там запах чужих женских духов.

– Серьезно? – он замечает это, конечно же. – А обыскивать будешь?

Явно недоволен, а я сразу злюсь и складываю руки на груди.

– А надо? Больше трусов нигде не забыл?

Рома смотрит на меня долго и пронзительно, будто мысли пытается прочитать. Потом медленно снимает пиджак, переворачивает его и показательно трясет. Бросает на пол. Дальше выворачивает карманы брюк наизнанку, там только телефон, что он тут же кладет на консоль.

– Достаточно?

– Хватит паясничать, – я тоже злюсь. – Где ты был так долго? Уехал из офиса раньше меня.

– Я и раньше так делал, не помнишь уже?

– Не помню, чтобы находила у тебя женские вещи так же.

– Понятно, – кивает он и смотрит в пол. Потом вдруг выдергивает рубашку из брюк и быстро расстегивает, распахивает, показывая мне рельефное спортивное тело, – а так достаточно? Любовницу у груди не пригрел.

– Это не смешно!

Стаскивает рубашку совсем и тоже отшвыривает, со звоном расстегивает ремень и снимает брюки.

– Что еще показать? Везде обнюхивать будешь или выборочно? Тебе мало слов, что я тебе не изменяю? – стоит передо мной в одном белье, а меня уже в жар бросает.

Я хочу ему верить, но не могу!

– Ты сказал, что мы дома обсудим этот вопрос, пообещал. Я жду тебя весь вечер, и я тоже устала! Ты даже не позвонил! С кем ты был?

– С Титовым я был! Внезапный деловой ужин с одним из клиентов! У меня не было времени позвонить!

– Не было времени? Это как? Почему я должна тебе верить, Ромео? – прозвище вырывается само собой. Оно жжет меня изнутри сильней всего.

– Потому что мне нечего от тебя скрывать! Что тебе еще надо, чтобы поверить и не караулить меня в дверях, как цербер? Орудие преступления проверить? – в глазах огонь, но голос раздражающе спокоен и низок, – проверяй!

И с этими словами стягивает с себя черные боксеры, чтобы бросить на пол.

Я смотрю на совершенно голого мужа в прихожей и, честно говоря, в полном шоке. Кто из нас сходит с ума? Я или он?

– Ты с ума сошел? – руки, которые я сложила на груди, опускаются сами собой от моей растерянности.

Лицо заливает жар стыда, не такого я ожидала от мужа.

– Больше снять нечего. Разве что наизнанку вывернуться. Все равно недостаточно? – разводит руками, ждет секунду, качает головой и уходит в ванную комнату. Дверь громко хлопает.

Я не иду за ним, стою в коридоре и тру лицо ладонями. Вот и поговорили, называется. Что-то все катится куда-то все быстрей и быстрей.

Внезапно мой взгляд цепляет телефон Ромы, оставшийся на консоли, экран светится, потому что на него только что всплыло свежее сообщение. Я подхожу и читаю.

Угрызения совести покидают меня так же быстро, как и вспыхнули.

Глава 5

Муж выходит из душа и, как назло, вместо спальни еще полчаса гремит посудой на кухне. Он, в отличие от меня, не потерял аппетит даже после делового ужина и что-то разогревает себе поесть.

Среди ночи.

Ненасытный.

Это что же так разожгло его?

Я смотрю на телефон, который сжимаю в руке. Или кто?

Наконец, Рома появляется в одном полотенце и идет прямиком в кровать. Видит, что я сижу и жду его, вместо того, чтобы спать, и от этого только хитро улыбается.

Нет, не хитро… плотоядно.

Отшвыривает полотенце на пол и сдергивает с меня одеяло, в его глазах самый настоящий неутоленный голод. В неярком свете от лампы на тумбочке я вижу желание на его лице, сильное тело с рельефными твердыми мышцами красиво очерчивают тени.

– Ждешь меня, маленькая злючка? – в одно мгновение он надо мной, а я не ожидала такого поворота событий. Я тут жду его, чтобы узнать, кто пишет подобные сообщения среди ночи, а он…

– Ром, подожди… – упираюсь одной рукой в его плечо, но он уже тянет меня по подушке вниз, чтобы распластать на спине и навалиться сверху. Задыхаюсь от его веса и запаха геля для душа, окутывающего меня. Короткая борода щекочет мою чувствительную кожу, когда он впивается поцелуем.

Это была бы наша стандартная игра, если бы не обстоятельства, им предшествующие. И так сразу я не могу остановить свою совершенно физиологическую реакцию на моего горячего во всех смыслах мужа. У меня сердце сразу начинает колотиться и дыхание учащается.

– Я знаю, как тебя сделать доброй и ласковой, – уже практически рычит и наваливается сильней, засасывает кожу на шее, а потом целует вверх к подбородку, – вернуть мою страстную кошечку. Тебе просто так не хватало… – он двигает бедрами на мне, и я понимаю, что Рома в полной боевой готовности.

– Хватит, слезь, – неуклюже пытаюсь выпутаться, роняю телефон на постель. Я должна спросить его про сообщение, а не заниматься сексом. Это нечестно! Это… подло!

– Все проблемы сразу забудешь, вот увидишь, – от такого напора я просто теряю дар речи. Рома гладит меня и ласкает с таким пылом, целует все, до чего дотягивается. – Все эти глупости из твоей головы…

– Глупости?! – это слово меня отрезвляет не хуже ведра ледяной воды. – Это не глупости! Слезай с меня! – пинаю его сильней коленями.

Он, наконец, отрывается и приподнимается на локтях. Смотрит сверху вниз на меня под собой.

– Ну что тебе не так? – в его голосе разочарование. – Я извиниться хотел за то, что резко отреагировал, нарычал на тебя. Просто усталый был и голодный, сама знаешь…

– Голодный? – перебиваю я, – сколько еще ты будешь врать? – завожусь с пол-оборота, – ты сказал, что ходил на деловой ужин и вернулся голодным? Где ты был?

– Юль, сколько можно? – садится резко на постели, уже взъерошенный, с темным взглядом, но теперь, кажется, это гнев. – Это деловой ужин был! Не ради еды! Мы разговаривали все это время, документы разглядывали, макеты!

Я тоже резко сажусь, одергиваю задранную Ромой в порыве страсти маечку и отползаю подальше, чтобы вновь не вцепился и не заткнул меня своими жаркими поцелуями.

– Макеты? С кем? С Титовым?

– Да!

Я хватаю с постели телефон и показываю Роме.

– Твой «Титов» остался в полном восторге! – швыряю в него мобильный, и он ловит его на лету.

– О чем ты?

– Прочти последнее сообщение! Давай! Вслух! – я встаю на колени, чтобы видеть, что он делает в телефоне.

– Я не видел никакого сообщения, – но как только он прикладывает палец к датчику отпечатка, на экране, действительно, мессенджер с сообщением.

– Читай! – я грозно стою над ним руки в боки.

– «Спасибо за замечательный вечер…» – читает Рома с недоумением на лице, – «…завершение было особенно», – наклоняет голову набок, – «…горячим. Увидимся в среду в том же номере». Что за ерунда? Откуда это?

– Откуда, хм, – я стучу пальчиком по губам, – дай угадаю. От женщины, с которой ты спал в этом номере?

– В каком еще номере? Не спал я с Мариной!

– А она пишет иначе! Это с ней ты переписывался и улыбался, когда пришел? Стоял как влюбленный индюк и сиял!

– О господи, снова-здорово, – пробурчал Рома из-под ладоней, которыми накрыл лицо. – Да что с тобой не так? Это уже не смешно! Целый день на меня нападаешь с дикими обвинениями! Тебя Ульянова покусала?

– Не увиливай!

– Где ты видишь переписку? – поворачивает ко мне телефон, и я смотрю в экран.

Замираю, потому что… переписки реально нет. Одно единственное сообщение от абонента Марина Бирюкова. Мой мозг как-то упустил эту деталь, это переутомление что ли, стереть он точно все сообщения не мог, я смотрела на него и его руки.

Выходит, я видела, как он улыбается, пока переписывается, но делал он это не в этом чате? Боже, я с ума сойду!

Я сажусь на пятки в полной потере аргументов для дальнейшей атаки.

– Напридумывала опять себе небылиц. Смотри! Нет же ничего! – Рома серьезен и зол, – первое сообщение только сегодня, Юля. Она ошиблась адресом!

– Ошиблась? – я поднимаю на него растерянный взгляд и не могу поверить в эти слова. Звучит невероятно правдоподобно. Или нет?

– Да ее Титов в отель провожать отправился, когда мы разъехались! Это клиентка наша, которой мы портфолио и макеты показывали! Титов, наверное, и отшпилил ее там же, чтобы побежала побыстрей контракты подписывать!

– А почему… – у меня аж голос садится, – она тебе написала?

– Промахнулась, пьяная была, откуда я знаю?

Рома смотрит на меня, ноздри раздувает, в глазах огонь. А я сижу и держу его телефон в руке, гляжу на это сообщение и ничего не понимаю.

Но скрывается просто виртуозно…

Да нет же. Не может такого быть, чтобы настолько.

– Почему ты не предупредил, что задержишься? – я уже не понимаю, чем аргументировать свои обвинения.

– Не хотел, ты устроила мне сцену на работе, надеялся, что ты остынешь в одиночестве. К тому же некогда было, время поджимало.

Я качаю головой, неправдоподобно. Одну минуту накидать сообщение можно было выкроить. Мое сознание мечется в поисках ответов.

– С кем ты переписывался? Почему улыбался? – этот пункт остался без объяснений.

– Ну почему ты не можешь просто отпустить всю эту ерунду и расслабиться? Я извинился! Ты не нашла ни одной любовницы! Мы могли просто заняться сексом и лечь довольными спать! Зачем ты все это делаешь?

– Я не буду с тобой спать, – говорю я спокойно и понимаю, что да. Не могу лечь с ним, не зная правды. Ведь если он, действительно мне изменил, то лечь с ним, значит, предать себя.

Простить то, что невозможно простить! Закрыть глаза только ради того, чтобы муж меня отлюбил в очередной раз, а по факту вытер ноги! Использовал!

– Это еще что значит? – Рома встает с кровати и складывает руки на груди.

Я смотрю на него снизу вверх, такого сильного и притягательного, красивого до боли в глазах, и понимаю, что хочу его и люблю, но не могу переступить через подобное, не разобравшись.

– Иди спать в гостевую, – добавляю спокойно, а внутри все кипит и дрожит от бурлящих эмоций.

– Ты что мне решила бойкот устроить? Шантажировать сексуальной депривацией? Закрыть доступ к телу, пока не… – разводит руки, – что?

– Не докажешь, что не изменял мне.

Он смотрит на меня долгую минуту, и я чувствую себя кроликом, которого сейчас лев доест и даже косточка между зубами не застрянет.

– Знаешь, что? – спрашивает он хладнокровно, но я вижу бурю эмоций и в его взгляде, – я устал от того, как ты решила поиздеваться надо мной своими подозрениями. Тебе нужны доказательства моей измены? Так сама их и ищи! – голос чуть срывается в конце. – Мне уже все равно, что ты думаешь. Ты ни одному моему слову не веришь.

Резко разворачивается, поднимает с пола полотенце и уходит из комнаты. Я слышу, как закрывается дверь в гостевую спальню.

Сижу одна в полутьме и смотрю на пустую постель рядом с собой.

Хочу ли я пройти этот путь?

И чего я добьюсь, когда дойду до конца?

Но он играет мной, ловко манипулирует и водит вокруг пальца. Не бывает дыма без огня, и все эти слухи не на пустом месте родились.

Это просто я раньше ходила в розовых очках. Пока мы работали далеко друг от друга, ничего не всплывало.

Даже сейчас я ощущаю смесь вины и сомнений, а это значит, что он добился своей цели и запутал меня.

Я докопаюсь до правды, и у меня есть одна идея!

Глава 6

Я не видела мужа со вчерашнего дня, он так и ночевал в гостевой спальне после нашей ссоры, а потом собрался рано утром, еще до того, как я проснулась.

Разбудил меня уже щелчком замка на входной двери и напомнил, что для этой расползающейся трещины между нами есть весомая причина.

Я тоже не теряла времени после пробуждения и еще до работы успела быстро обыскать все его вещи, висящие в гардеробной комнате. Проверила карманы на предмет женских «подарков» типа трусов, что нашла в прошлый раз. Поискала даже волосы, но костюмы оказались просто идеальны и вычищены.

Вспомнила интересную особенность, что теперь заиграла новыми красками. Рома всегда сам отдавал костюмы в химчистку. Ни разу не просил меня, и я радовалась такой его самостоятельности.

Мне всегда были неприятны мужья неумехи и бытовые инвалиды, сваливающие на жену всю заботу о себе любимом, будто это мать родная, а он дитя малое. Мой муж был максимально самостоятельным и деятельным, воспитанным в семье со строгим отцом, который приучил его с раннего детства самому ухаживать за собой и своей одеждой.

Даже после того, как мы оба начали хорошо зарабатывать и время от времени нанимали помощниц по дому, которые стирали и убирали, чистили и гладили вещи.

Но рубашки в корзине для белья я все же перерыла, боясь, что обнаружу на них следы помады или духов. Любых следов слишком тесного общения с женщинами, которые подтвердили бы мои подозрения.

Но нет.

Я не нашла абсолютно ничего.

Поэтому сейчас я сижу на работе и наблюдаю за мужем в естественной среде обитания. До этого момента мне казалось, что я знаю его хорошо, но сейчас смотрю и вижу другого человека. Может, и хорошо, что мы не работали раньше в одной компании.

Я бы очень расстроилась и раньше, если бы увидела, как он общается с людьми. Сейчас же у его поведения для меня появился новый подтекст.

Сегодня он провел большое собрание подчиненных ему отделов, усадил всех в большом конференц-зале на нижнем этаже и долго и воодушевленно рассказывал о целях объединения компаний, о стратегии развития, расширении и повышении эффективности работы.

Говорил о том, в чем он сам большой мастер, но создавал для всех впечатление, будто каждый даже самый «маленький» сотрудник это шестеренка в большом механизме и без нее он бы не смог работать.

Я сидела в стороне, но отчетливо видела, как Роман избегает взглядов в мою сторону. Он знает, что я здесь, и это наказание для меня, как он считает, за вчерашний скандал.

Но также я вижу, что Таня была права, женщины вокруг него странным образом преображаются, распрямляют спину, округляют грудь и начинают много улыбаться, будто они попали под излучение его радиоактивного обаяния. Вьются, как стаи рыбок вокруг кита, поблескивая чешуей.

Сколько я сегодня насчитала расстегнутых пуговичек на блузках и глубоких декольте, не передать. Сколько сверкающих глаз.

Интересно, были бы все эти женщины так же соблазнительны, если бы знали, что в компании работает его жена и она одна из них?

Одно я точно вижу, моему мужу это знание совершенно не мешает очаровывать своим обаянием и харизмой все, что движется и не движется.

После собрания я задерживаюсь в зале, а потом и коридоре и издалека наблюдаю за ним.

Оцениваю его поведение не только как жена, но и как специалист по поведению и репутации. Роман с легкостью манипулирует вниманием собеседников, вовлекает их в разговор, включает весь свой шарм, чтобы управлять эмоциональной реакцией.

С мужчинами он расслаблен и спокоен, внушает силу и уверенность, а с женщинами, которых в компании очень много, мгновенно, но заметно для опытного взгляда преображается. Подключает невербальные сигналы: внимательный взгляд прямо в глаза, легкие будто случайные касания, уверенные жесты.

Я вижу, как он берет любую собеседницу под контроль и тонко играет между деловым и более личным тоном. Издалека я не слышу разговоров, но по реакциям женщин точно могу понять, когда он говорит им комплименты.

Даже немногих таких эпизодов становится достаточно, чтобы понять фразы Тани про то, что по Воронцову сохнет вся женская половина офиса.

Сохнет, и это факт!

Он заставляет женщин чувствовать себя особенными, таять, становясь центром его внимания. И так играючи, что никто не ощущает ту грань, когда это уже может быть флирт, а не нейтральное деловое общение. Совершенно легко любая из них могла бы нафантазировать себе, что это именно она та, что понравилась ему больше всех.

А еще я вижу, что с той же легкостью мой муж мог бы «уговорить» почти любую из них до такой степени, что она сама готова была бы запрыгнуть на него, только пальчиком помани.

Я уже собираюсь уходить, поняв все, что я могла, из этого собрания уже выжала, как вдруг Роман поднимает взгляд и пристально смотрит прямо на меня.

Долго, словно натягивает между нами металлический трос, а потом поджигает его невысказанными вчера эмоциями, подливает керосина ревности и любуется, как я горю в этом пламени.

Он видел меня и сразу понял, что я делаю. Считал мой изучающий взгляд и устроил для меня показательное выступление.

Он играет со мной! И наслаждается той игрой!

Доволен произведенным впечатлением, будто знает, какие я сделаю выводы.

Я не прерываю дуэль наших взглядов, потому что я знаю, что он все знает, и он это тоже знает. Кто кого?

– Нас не представили, – отвлекает другой человек, обратившись ко мне. – Вы здесь новенькая? Отдел маркетинга? Я Дмитрий Титов, руководитель отдела продаж.

Я оборачиваюсь, разорвав наши взгляды, и, надеюсь, больно хлестнув своим Рому напоследок.

– Маркетинг и PR, – я вежливо протягиваю руку Титову, – Юлия Воронцова.

– О, Воронцова, какое удивительное совпадение, – он пожимает мою ладонь, и я вижу, как он оценивает меня взглядом. Читаю в нем почти нескрываемый интерес. Еще один ловец.

– Да, мне уже все, кто мог сказали, что фамилия у меня как у коммерческого директора и это явно на удачу.

– Большая удача, что я встретил вас тут, Юлия, до того как вернулись в свой кабинет. Как раз хотел познакомиться с новыми сотрудниками, что может быть лучше, чем развлечь их после нудного совещания, – Титов шире улыбается, открыто выказывает интерес и пытается откровенно переиграть своего босса. Вижу в этом его ревность и зависть к тому, кто добился больших успехов.

Похоже, они были конкурентами на кресло директора, а теперь делают вид, что друзья. Очень мило.

– Да, совещание немного затянулось, – подыгрываю ему, хоть и не считаю так. Муж был на высоте, как и всегда.

– Не желаете ли кофе? У вас давно был перерыв?

– С самого утра не было, – мило улыбаюсь в ответ, – подходящее время его устроить.

Вообще-то, в моем плане следующим пунктом было найти и поговорить с Таней, приручить ее талант сплетницы и заполучить в качестве неосознанного союзника. Кто может больше всего рассказать о похождениях Ромы с подробностями, если не она?

Но раз уж так получилось, Титов мне тоже может кое в чем помочь. И нет, не только вызвать ответную ревность у Воронцова. Если он действительно не его друга, а настоящий соперник, Дмитрий может стать источником очень ценной информации.

Да и какая может быть ревность? Мы же просто сотрудники одной компании, не муж и жена. Однофамильцы.

Бросаю последний дерзкий взгляд на Романа в другом конце коридора, и лучезарно улыбаюсь Титову.

– Покажете, где тут у вас самый вкусный кофе?

Глава 7

– Как вы устроились на новом месте, Юля? Вам нравится у нас? – Дмитрий дождался, пока я сделаю заказ кофе и уже готов меня пытать шаблонными вопросами.

Я отвечаю не сразу, взмахиваю ресницами и оглядываю с интересом кофейню на первом этаже бизнес-центра. Называется довольно простенько «Круассан», но на вид очень сильно и современно. Свежая выпечка и кофе так пахнут, что от офисных работников нет отбоя.

– Здесь очень мило, зря я не заходила раньше, – кокетливо ухожу от вопроса, – оказывается, можно уютно посидеть и отдохнуть от шума.

Столик в углу, который выбрал Дмитрий и правда уединенный и чуть прикрытый от остального зала небольшой декоративной перегородкой из деревянных реек.

– Мне здесь тоже очень нравится. Хотите, будем пить тут кофе каждый день? Я как раз ищу подходящую компанию.

– Я… пожалуй, лучше сначала чуть больше освоюсь, – мне кажется, или он не просто слегка флиртует, а сразу идет в атаку. Это друг моего мужа? По образу и подобию выбирал?

– Хотите сначала перепробовать все сорта кофе в офисе? – звучит вопрос, и мне кажется, я слышу двусмысленность.

– Хочу побольше времени проводить в обществе коллег, познакомиться со всеми поближе, – кручу меню в руках, вновь поднимаю глаза, – мне нужно влиться в коллектив. Навести мосты для эффективной работы.

– Начните с меня, – Дмитрий уверенно откидывается на спинку мягкого кресла, – наведите мост со мной, а уже я проведу вас по всем лабиринтам взаимоотношений сотрудников внутри компании.

– А разве не достаточно для этого ознакомиться с должностными инструкциями и штатным расписанием? – невинно смотрю на него.

– Юленька, вы же PR-менеджер, а значит, кроме внешних контрактов клиентов должны заниматься и репутацией и своей компании, – улыбается снисходительно, но я цепляюсь за уменьшительную форму моего имени, на которую он так быстро перепрыгнул. – Разве вам не нужно более углубленное знание своих коллег и руководства?

– Ох, вы меня раскусили, Дмитрий Иванович, – чуть смущаюсь.

– Просто Дмитрий и можно на ты, – поправляет он.

– Извините, я не хочу нарушать субординацию, предпочитаю строгие деловые отношения на рабочем месте, это помогает не перейти границы.

– Согласен о границах, – врет он, и я вижу это слишком отчетливо в его оценивающем взгляде. – Так в чем я вас… раскусил? – делает слишком явную паузу.

– Мое первое задание на новом месте обновить раздел «О компании» на корпоративном сайте, – выдумываю на ходу, – а он, как вы знаете, очень скудный и формальный. Я хочу добавить побольше информации о сотрудниках, а особенно о руководстве. И не просто раскрыть их профессиональные качества, но и показать какие они личности. Это вызовет больше доверия клиентов, ведь мы занимаемся рекламой, маркетингом и пиаром наших клиентов. Должны быть образцом с их точки зрения.

К концу собственной тирады я понимаю, что это отличная идея и я действительно могу этим заняться вместо изучения унылых пресс-релизов, написанных моими предшественниками. И начальнику отдела понравится, и прикрытие просто идеальное.

Если совместить информацию, полученную от сотрудников с дикими слухами, что мне поставляет Таня, о правда окажется где-то посередине. Правда о моем муже.

И это первая часть моего плана.

– Очень проницательно, Юлия, мне нравится ваш подход. Так вы решили начать с руководства? Что вы задумали? – он с интересом подается вперед и обрушивает на меня еще больше своего внимания.

– Я хочу взять небольшое интервью у каждого руководителя и по ним составить новые тексты для сайта. Самые интересные профессиональные и личные истории пойдут в блоги в соцсетях. Я уже начала продумывать стратегию и вопросы для интервью, но мне не хватает… взгляда изнутри на руководство компании в целом.

– Как интересно, – Дмитрий уже локтями на столе и даже не обращает внимания на кофе, который нам принесли. А вот два пирожных сразу замечает, – это вам, Юля.

– Я не заказывала, – смотрю на маленькую тарталетку с фруктами и шапочкой из взбитых сливок, что он двигает в мою сторону.

– Мой комплимент, не отказывайтесь, – смотрит на меня так же невинно, как я на него пару минут назад, – или вы хотите эклер?

Я смотрю на очень длинный шоколадный эклер, и у меня в голове сразу рождается образ, как я пихаю это пирожное в рот, а Дмитрий плотоядно облизывается на такое зрелище. Вот же… пошляк. Нет, выглядит предложение вполне невинно, но только на первый взгляд.

Вот сейчас история Ромы о том, что это Титов охмурил и увез в отель клиентку, начинает выглядеть вполне правдоподобной. Этот мог бы.

А вот насчет мужа я все еще в сомнениях.

– Нет, спасибо, эклер слишком большой, я забочусь о фигуре.

– Он бы ее не испортил, поверьте мне, вы в идеальной форме, – продолжает подкаты Титов.

– Ну так вот, возвращаясь к работе, – включаю я деловой тон и отгораживаю от него свой вырез на блузке высоким стаканом с латте, – я решила начать с высшего руководства. Но так как генеральный директор сейчас в зарубежной поездке, моя цель Воронцов Роман Алексеевич.

– Ах вот как? И поэтому вы за ним так пристально наблюдали? А я-то уже было подумал, что вы…

– Что я?

– Проявляете к нему личный интерес.

– Это исключено, – отвечаю слишком быстро и отвожу глаза, отпиваю кофе, будто невероятно смущена. – Корпоративная этика не позволяет таких вольностей.

– Юля, – он опять смакует мое имя, – вы очень милы, но я вижу, что вы лукавите. Он вам нравится? – Титов подается вперед и шепчет заговорщически, – я никому не скажу.

Именно такая реакция мне и нужна.

– Нет, мне просто нужно взять у него интервью, а я слышала о репутации Воронцова. Что он большой любитель женщин.

– О, в этом вы не ошиблись. В комнату, полную красивых дам, сначала входит его репутация, потом сам Роман.

– А еще, что его называют Ромео, – я тоже понижаю голос, оглядываюсь, будто нас подслушивают, – что он не пропускает ни одну молодую женщину. Никакую! Вот вчера, например, говорят, он соблазнил одну клиентку, прямо с делового ужина повез в отель! То есть одного ужина хватило!

Под конец я уже вся на эмоциях, но моя цель – самолюбие Титова, которое явно загораживает своей тенью весь бизнес-центр.

– Откуда информация? – прищуривается Дмитрий.

– Не могу раскрывать источники, но склонна им верить, а, учитывая, что говорят про Ромео, думаю они…

– Ошибаются, – довольно резко обрывает меня, – я был с ним на том деловом ужине. По завершении Роман поехал домой, а клиентку проводил я, – видит мой красноречивый взгляд, – подвез ее до отеля и не более того. Был поздний час, и я не мог оставить женщину одну.

Ага, еще один сказочник, – усмехаюсь мысленно.

– Вы настоящий рыцарь, Дмитрий, – я скромно ковыряю ложечкой пирожное, – значит, Роман Алексеевич не такой?

– Знаете, Юленька, не хотите провести сначала интервью со мной? Я вам много чего могу рассказать интересного про себя, а не только про Романа. Я понимаю, что вам нужно для работы, но… он женатый человек. И к тому же очень занятой, у него может не быть окошка в плотном графике встреч для вас.

– Женатый?

– Да, но у него своеобразное понятие о браке, поэтому…

Нас прерывает звонок моего мобильного, лежащего экраном вниз на столе, и я вздрагиваю от неожиданности. Легок на помине, мне звонит муж, но я сбрасываю звонок. Не до тебя сейчас, любимый.

И вообще, с чего он мне решил позвонить на работе?

– Извините, – откладываю телефон, – все же я начну с Романа, у меня уже есть план работ, и его я поставила первым. Вы могли бы мне очень помочь, если сейчас коротко дадите отзыв его профессиональным качествам, а уже потом…

Опять звонит телефон и это снова муж. Интересно, он увидел, с кем я? Сбрасываю звонок.

– Что-то важное? – Дмитрий кивает на телефон.

– Нет, ничего важного,– не успеваю положить мобильный, как он снова разрывается, – простите.

Все же принимаю вызов и сразу слышу Рому, который даже не здоровается.

– Ты почему до сих пор не на рабочем месте? – сразу с претензий. С каких пор его это интересует?

– У меня перерыв, – отвечаю нейтрально, – я занята.

– У тебя перерыв, у Титова перерыв. Ты что с ним? Я видел, как вы ушли вместе.

– Это тебя не касается, не мешай мне работать, – сбрасываю звонок и перевожу телефон на беззвучный режим.

Мы же коллеги! Однофамильцы. У меня есть законный перерыв и даже моего «начальника» не должно волновать, с кем я его провожу.

– Дмитрий, вы можете мне рассказать про Романа Воронцова и его деловые и личные качества? Я обещаю, что ваше интервью будет следующим.

– Тогда я выбираю, где и во сколько, – сразу оживляется он.

– Согласна, – отвечаю с полной уверенностью, что потом найду повод не прийти или расскажу ему кто я, чтобы ко мне больше не приставал. Я его использую, но что поделать. Жизнь штука несправедливая, особенно к таким мужчинам, как Титов и мой муж.

Пусть это будет месть за всех использованных ими женщин.

– А еще мне нужна помощь вас как специалиста, хочу проработать свой имидж, – добавляет до того как я рот закрыть успеваю. Киваю, это в любом случае моя работа, заботиться об имидже руководства компании.

– Хорошо, вы будете записывать или по памяти? – расслабляется Титов и снова садится удобней, откусывает эклер, глядя мне в глаза. Довольный собой до ужаса.

Я бы закатила глаза от этих повадок, но просто вежливо улыбаюсь. Включаю на телефоне диктофон.

– Сделаю запись, если вы не против.

– Нет, конечно, мне приятно думать о том, что вы будете слушать мой голос, – теперь у него жужжит виброй телефон. – Извините, – берет трубку. – Да, Ром. Нет, я работаю, важная встреча, буду чуть позже. – долго что-то слушает, – хорошо, я понял.

Внутри меня все трепещет от мысли, что это мой муж, кажется, проявляет ревность, решил у Титова узнать с кем он? Хитрец. Ничего, пусть немного понервничает и ощутит себя на моем месте.

– Так, давайте сейчас недолго, у меня скоро совещание, – Дмитрий смотрит на часы.

– Конечно, всего несколько минут, – начинаю я, а потом слушаю, как Титов на удивление положительно начинает описывать моего мужа в его профессиональном амплуа.

Все же он его друг и, кажется, умеет разделять личное и работу. Киваю и допиваю кофе под историю о том, как Роман инициировал реорганизацию филиалов ради повышения прибыльности, как вдруг вижу за окном своего мужа. Он идет уверенным шагом при полном параде в лучшем костюме в свою машину, садится и уезжает.

Титов видит мой взгляд и прослеживает за ним.

– Вы сейчас хотели к нему на интервью пойти?

– Планировала.

– Как видите, не получится, он мне звонил и предупредил, что его не будет на совещании, срочные личные дела.

– Среди рабочего дня? – хмурюсь я.

– У него тоже перерыв, как и у нас с вами, поехал на обед с женой.

Поворачиваюсь, чтобы увидеть красные габаритки черного седана.

Он что?

Глава 8

– Как обед с женой?

Рома вздрагивает от моего вопроса и включает свет на кухне. Я сижу за столом в шелковом халатике на голое тело и жду его, мокрые после душа волосы лежат на плечах, а в руке шоколадный эклер.

Изначально я купила эти эклеры в подарок Татьяне, ведь мне нужна от нее новая информация про мужа, а значит, придется немного наладить отношения. А потом еще один такой же эклер я захватила из кофейни уже вечером, когда поняла, что он может мне понадобиться.

– Ты что здесь делаешь среди ночи? – муж смотрит на электронные часы на плите, там уже почти одиннадцать.

– Жду мужа, который уехал на обед и не вернулся в офис, – рассматриваю пирожное, решаю, куда его в первую очередь укусить.

Укусила бы мужа, но он слишком далеко от меня стоит.

– На работе я твой руководитель, а не наоборот. Не обязан отчитываться, куда уехал, – снимает пиджак и накидывает на спинку стула, вид у него усталый, но, к сожалению, непонятно, что именно стало тому причиной. – Ты зачем ночью сладкое ешь? – неодобрительно указывает взглядом на пирожное.

– Не могу устоять перед эклером Титова, – я смотрю на шоколадную глазурь, как голодная кошка, и кусаю его жадно. Много, сочно, столько крема внутри, что он вылезает по краям и остается вокруг рта. Жую с закрытыми от удовольствия глазами, – шикарный эклер, – говорю сквозь стон с набитым ртом, – такой большой.

– Хватит паясничать! – Рома вырывает из рук эклер и кладет его в коробку, в которой я принесла его из кофейни. – Какого черта ты творишь? Куда ты ходила с Титовым? А главное, зачем?

Ревнует.

Я смотрю на него с вызовом, медленно собираю пальцем крем с краешка рта и еще медленней облизываю его.

– Это ты как начальник спрашиваешь?

– Как муж! – Рома наклоняется над столом, упираясь в него ладонями. Смотрю на него снизу вверх и продолжаю облизывать пальцы. Это его всегда ужасно раздражало.

– Спроси у той жены, с которой обедал, – моя коронная фраза на сегодняшний вечер. Двух зайцев одним выстрелом, он теперь точно знает, что я была с Титовым, а еще, что тот его выдал с потрохами.

– Какой еще жены, Юля? – его выражение лица едва меняется, но я много раз видела этот «покерфейс» и знаю, что так он скрывает эмоции. Или ложь.

– Ты Титову сказал, что поехал обедать с женой. Вместо совещания, – я подаюсь вперед, приближаюсь к его лицу, – симпатичная хотя бы? Красивей меня?

– Что? Тебе теперь везде мерещатся только измены и больше ничего? Я на переговоры ездил! – злится Рома, – у нас намечается очень крупный контракт с подразделением госкорпорации, ты не представляешь сколько у них условий и пожеланий! А бюрократии еще больше!

Умело выкручивается, ничего не скажешь. Хотя его секретарша Ирка, та еще партизанка, так и не призналась, куда он уехал. Вот что ей мешало просто сказать, что Воронцов уехал на переговоры? Такое незачем скрывать!

И не понять теперь главное, он это врет или Титов специально так сказал мне, чтобы перетянуть на себя внимание с Романа. Не может он и дальше ходить налево ни разу не проколовшись, все однажды ошибаются.

– Где твой галстук? – я смотрю на расстегнутую на три пуговицы рубашку, точно помню, что галстук на нем был, когда Роман уезжал из офиса.

– В машине забыл. При чём тут галстук?

– А костюм? Ты же покупал его для особых случаев, надевал только по праздникам.

– Я давно использую его как запасной, он в кабинете висел на всякий случай, вот и пригодился. Ты же меня сама из спальни выгнала ночью! – эмоционально взмахивает рукой, – я не стал тебя утром будить, чтобы рыться в гардеробе. Поспать тебе дал! А на таких переговорах нужно было выглядеть безупречно.

Я не знаю, говорит ли он правду, но вот укол совести почувствовать заставляет. Я так мало уделяла внимания тому, как он ездит на работу, что не видела, когда туда переехал парадный костюм.

– Зачем ты вообще так рано уехал? Ты никогда раньше меня не вставал, а тут вдруг ни свет ни заря?

– Юля, что это за допрос?! – смотрит на мою руку, – и хватит уже облизывать пальцы!

Я качаю головой в разочаровании и встаю из-за стола, иду к раковине и спокойно мою руки. Опять он увиливает от большей части вопросов.

Слышу, как муж сначала стоит у стола, а потом подходит ко мне. Оборачиваюсь до того, как он меня коснется. Но он делает еще более неожиданное, подхватывает меня за талию и усаживает на столешницу.

– Пусти! Ты что? – не успеваю дернуться, как он уже вжимает себя между моих коленей, я теперь как в ловушке его тела.

– Не пущу. Пока не ответишь, какого черта происходит? Что с тобой последние дни? Ты, как с цепи сорвалась!

Он слишком близко ко мне, лицо напротив моего, сердце сразу колотится как сумасшедшее.

– Ты происходишь! – упираюсь в его плечи руками, чтобы не вздумал прижаться ближе, – твое бесконечное вранье и игры! Зачем ты сожрал мою рекламную студию своей компанией? Почему никому не сказал, что я твоя жена? То это за слухи про тебя и других женщин?

– Ты меня любишь? – внезапно спрашивает он и смотрит на мои губы, я сжимаю их в тонкую линию от злости на него. Потом нервно облизываю.

Опять сбивает с толку!

– Я спрашиваю тебя о другом! Есть хоть капля правды в том, что ты говоришь? Чего ты добиваешься? Мы хорошо жили, и работа всегда оставалась за скобками наших отношений. Ты это специально все подстраиваешь?

– Отвечу, если ответишь ты. Ты меня любишь, Юля?

– Я не буду тебе подыгрывать! Скажи честно, ты мне изменяешь или нет? Хоть раз будь откровенен, ты что, не понимаешь, что разрушаешь наш брак?

– Ты. Меня. Любишь? – повторяет терпеливо, но настойчиво. Жестко даже, голос чуть дрожит от напряжения, глаза темные.

– Я люблю, – цежу сквозь зубы, – своего мужа Романа Воронцова. А вижу перед собой Ромео! Где мой муж? – несильно бью его по плечу.

– Это и есть я, – смотрит прямо в глаза с холодной уверенностью, «сталь» его темно-серых глаз режет меня не хуже ножа, – во плоти.

– Это не ты. Ты был совсем не таким! Я не знаю человека, который носит твои костюмы! Да и костюмы уже незнакомые! Он не был лгуном и бабником!

– Уверена?

– Я не понимаю, чего ты добиваешься? Помучить меня хочешь? Поиздеваться в свое удовольствие?

В душе у меня все кипит от несправедливости, ведь я столько времени была его женой, любила его искренне и бескорыстно. Мы строили свою жизнь, делили горе и радости. Все!

– Каким я был? – задает он очередной непонятный мне вопрос.

– Что это значит?

– Ты помнишь? Ну же, скажи, каким я был? Уверена, что не создала в своей голове образ, далекий от реальности?

– Рома, хватит!

Он закрывает глаза и чуть склоняет голову вперед. Я не понимаю, что он от меня хочет, но я явно этого ему не даю. Не удивительно, ведь он сам даже на простые вопросы ответить не может.

– Знаешь, что поменялось для тебя? – продолжает Рома, – ты увидела вторую половину моей жизни. Ту, что я провожу на работе, и она оказалась совсем не такой, как ты представляла. Я не сижу целыми днями как затворник в офисе, а общаюсь с очень большим количеством людей. Это часть моей работы. И женщин среди этих людей тоже очень много. Добро пожаловать в мой мир!

– Но об активном и общительном руководителе не ходят слухи, что он спит со всеми подряд!

– Не нужно додумывать то, чего нет. У тебя нет никаких доказательств, что я тебе изменяю. Не надо мои коммуникационные навыки превращать в смертный грех. Если ты помнишь, ты сама на них попалась, когда мы познакомились на конференции. Ты знала, за кого ты выходила замуж!

– Что-то я уже не уверена в этом, – отодвигаюсь как можно дальше.

– Может, ты просто забыла? А теперь не можешь собрать по кускам, что давно начало разваливаться? Может, это ты ищешь повод?

– Ты на что намекаешь? – от этого заявления я уже почти теряю дар речи.

– Ни на что, – сам отходит, бросая меня на столешнице, – я такой, какой я есть, и меняться не собираюсь. Если тебя это настолько не устраивает, что ты готова устраивать мне скандалы каждый день, то учти, что рано или поздно все твои предположения превратятся в правду.

Я открываю от шока рот и не знаю, что сказать. Это что, уже прямая угроза начать изменять открыто, если я не перестану пытаться раскопать правду?

–– Так что прекрати весь этот цирк! Хватит за мной следить и провоцировать, ты ничего этим не добьешься, кроме как сама испортишь нашу с тобой жизнь! А ты явно этого не хочешь!

Глава 9

Если почти бессонной ночи после «разговора» с мужем мне было недостаточно, то утром меня ожидает еще один сюрприз. Я стою перед своей машиной на подземной стоянке жилого комплекса и не могу понять, как это могло произойти.

Как?!

Тут же охрана, камеры, жильцы все приличные.

Но на моей малышке спущены все четыре колеса, и не просто сдулись, а порезаны, в них зияют длинные неровные дыры.

Я абсолютно потеряна и смотрю на это, как будто мне снится страшный сон. Стою с сумочкой в руках, на шпильках, одетая и накрашенная по дресс-коду для офиса.

Куда бежать и что делать, не понимаю.

– Юль, что-то случилось? Ты чего тут… – слышу голос мужа со спины. Он сегодня встал позже меня, но вот догнал на стоянке, наши места для парковки рядом. – Это что за чертовщина? Подержи!

Вручает мне кожаную папку, в которой носит документы, если надо поработать дома, а сам обходит мою машинку со всех сторон. Присаживается возле колес и хмурится. Тихо выругивается себе под нос.

– Охрана называется, стой тут, я сейчас! – рычит и идет быстрым шагом в сторону лифтов, пункт охраны на первом этаже комплекса.

– Ром! Мы опоздаем! Я такси возьму! – кричу ему вдогонку, подозревая, что он собирается ругаться с теми, кто не выполняет свою работу, охрану имущества жильцов.

– Стой тут, я сказал! Никуда ты не опоздаешь!

Я остаюсь на стоянке и обнимаю его папку. Она так знакомо и тепло пахнет натуральной кожей, мужем, а меня немного колотит внутри. Что-то я стала совсем нервная.

Но то, как сейчас ведет себя Рома, меня еще больше ставит в тупик. Со вчерашнего дня он со мной не разговаривал, мы ходили друг мимо друга по квартире, будто соседи в коммуналке. А тут…

На миг я почувствовала себя той самой любимой женщиной, ради которой идут расшибать лица хулиганам, пристающим в темном переулке, даже если силы не равны. Будто ничего между нами не поменялось.

Не помню, когда такое было в последний раз, в нашей жизни все настолько хорошо и ровно, что практически никак. Ну… до последнего времени.

Боже, как же мне не хватает заботы и защиты мужа, я и не понимала этого. Сердце стучит так громко, что я почти не слышу, как он возвращается.

– Поувольняю их всех нахрен, засужу, будут мне ремонт оплачивать, – говорит сам с собой Рома и берет меня под руку, разворачивает к своей машине, – садись, поехали.

– Подожди! Нам же нельзя приезжать вместе, – немного упираюсь я, но это почти бесполезно, когда он такой напористый, – а как же корпоративная этика? Нас же увидят на стоянке, никто не должен знать, что мы муж и жена.

– Юля, садись! Это не твоя проблема! – он раздражен, и у меня сейчас нет сил с ним пререкаться. Не вариант сейчас ткнуть его теми фразами.

Открывает мне дверь на переднее сидение.

– Давай я лучше сзади, – закрываю ее обратно. Не знаю, почему не хочу сидеть с ним рядом, то ли для прикрытия, когда приедем, то ли мне просто неуютно оказаться так близко. Что-то сломалось между нами.

– Как знаешь, – поджимает губы и уходит на водительское место.

Опять я сделала что-то не так? Вечно всем недоволен. А кто в этом виноват? Сначала изводит меня, а потом внимания хочет.

Устраиваюсь на заднем сидении, и мы выезжаем со стоянки, едем по утренним пробкам, а я сразу погружаюсь в телефон, у меня сегодня много дел и несколько встреч с сотрудниками на аутсорсе, я должна выдать им задания для работы.

Надо расписать свой график, чтобы все успеть, а еще переслушать интервью Титова… минуты летят незаметно.

Машина подпрыгивает, и я вскрикиваю от неожиданности, роняю телефон под сидение.

– Юля? В порядке? – раздается от Ромы.

– Да, – я лишь чуть испугалась.

– Уроды ночью асфальт сняли, и даже знаков не поставили, прости, я не успел сбросить скорость, – оправдывается он.

– Ничего, я цела, – шарю рукой под сидением и пытаюсь выловить телефон, который нырнул непонятно куда. Нахожу его и еще что-то мягкое.

– Почти приехали уже, мы не опоздаем. Про машину не беспокойся, – муж со своего места говорит со мной, – я приеду, позвоню в свой сервис, они заберут ее со стоянки, и все поменяют, с охраной договорюсь, чтобы вывезти дали. У тебя нет ценных вещей в машине?

Он все продолжает, а я вытягиваю из-под сидения галстук. Тот самый, что вчера я видела на муже в обед. Он и правда в машине, как Рома и сказал, только почему на заднем? Швырнул?

– Юль! – зовет громче.

– А? Что? Нет, ценное не оставляю, там только шарф… вроде, – я забываю, о чем говорила, потому что смотрю на светло-серый, чуть серебристый галстук Ромы.

Он смят, будто его сильно тянули или скручивали, а посередине… пятна темно-розового цвета, с двух сторон. Меня заливает жаром от осознания, что это такое.

Это губная помада.

Будто кто-то взял этот галстук в рот. Женщина.

Это было вчера вечером в машине? Прямо здесь?

– Приехали, – говорит муж, и я чувствую, как машина останавливается, – выходи и не думай ни о чем, слышишь? Мы рано, тут народу еще никого, – он глушит мотор и выходит, открывает мне дверь. А я не знаю, зачем, прячу этот чертов галстук в сумку вместе с телефоном.

Рома подает руку и помогает подняться с сидения.

– Ты чего бледная такая? Переживаешь из-за машины? Не переживай, я все решу, и с охраной тоже. Найдут этого придурка, – берет меня за плечи и заставляет посмотреть на себя.

А я смотрю и представляю, что эта же помада у него не только на галстуке, а еще и по губам размазана. Измены становятся осязаемыми и реальными настолько, что я не могу ни о чем другом думать. До этого момента я еще как-то сомневалась.

А сейчас… Ведь придумает еще больше оправданий. Он в этом мастер. Уходить от прямых ответов и объяснений.

– Укачало немного, наверное… потому что не завтракала, – оправдываюсь.

– Уверена? – хмурится, нависает надо мной и вглядывается в лицо в поисках лжи, убирает прядку, выбившуюся из прически.

– Да, я…

– Ой, извините! – раздается сбоку, и мы резко оборачиваемся.

Из-за внедорожника, что я стоит рядом с седаном Ромы, выскочила Ульянова и тут же ретировалась обратно, будто застала нас за чем-то постыдным. Поцелуями какими-нибудь или сексом прямо на стоянке. Но мы всего лишь очень близко друг к другу стояли.

– Надо было мне ехать на такси, эти дурацкие корпоративные правила, они все портят! – срываюсь на Рому, чувствуя, как покраснела до кончиков волос.

Подумать только, я стесняюсь стоять близко к собственному мужу.

– Все портят твои подозрения! Все нервы себе истрепала, хватит верить этой Ульяновой! Она вообще в каждой дырке затычка, вот как сейчас, – Рома тоже сердится, резкие жесты выдают еще больше раздражение. – Не я эти правила придумал! Если мы хотим оба здесь работать, надо их соблюдать!

– Я пойду лучше, – выкручиваюсь из его слишком обширного вокруг меня личного пространства. Кто знает, кто еще нас видит.

– Я все решу с ней, – муж срывается с места первым и исчезает между машинами. Я слышу его голос, – Татьяна! Ульянова, стой!

Дожили.

Я закрываю глаза, потому что у меня уже никаких нервных клеток не хватает. Встряхиваюсь немного и иду в противоположную от Ромы и Тани сторону, чтобы обойти стоянку по краю.

У меня в сумке галстук, вещественное доказательство, что муж был с женщиной в машине. А главная сплетница посчитала, что это у меня роман с коммерческим директором.

Прекрасно? Что еще сегодня может случиться?

К моменту, когда я захожу в фойе бизнес-центра, Рома уже уезжает на лифте вместе с Таней, не знаю, что он ей говорит, но вид у нее испуганный и смущенный одновременно. Она выглядит как фанатка, встретившая своего кумира.

А вдруг это она его любовница и вот таким образом отводит от себя подозрение?

Прихожу от этой мысли в шок. Да нет, она не в его вкусе, он любит стройных шатенок, как я. Или блондинок с силиконовыми сиськами, как начальница дизайнеров?

А какая помада была у Тани? А у Трутневой? А у секретарши Иры?

Я иду по коридорам и холлам офиса и смотрю на всех женщин, как на врагов. Хотя, если вдуматься, враг у меня может быть всего один. Хозяин этого испачканного галстука.

На своем месте долго сижу и смотрю в монитор, пытаясь вспомнить, что мне нужно сделать в первую очередь.

Приходит Таня, и в ее взгляде я вижу что-то похожее на «Я знаю, что вы сделали прошлой ночью». Какой-то нездоровый восторг и триумф, будто она деньги ставила на то, что я буду у Ромео следующей, а теперь выиграла.

– Я никому не скажу, – говорит она без звука, но я легко читаю это по губам.

Я сейчас головой начну биться об стол.

Не выдерживаю и беру телефон.

– Алис, привет, как твои дела? Давай встретимся сегодня в обед? Мне очень нужно поговорить. Твой опыт здесь как нельзя кстати. А то, кажется, я скоро сойду с ума.

Договариваюсь с подругой на встречу в небольшом ресторане неподалеку, выдыхаю и беру себя в руки. Открываю корпоративную программу, где уже начала создание своего секретного оружия.

Если я и сомневалась в нем поначалу, то теперь все сомнения исчезли.

От него Рома не сможет увернуться, я об этом позабочусь.

Глава 10

В маленьком ресторанчике многолюдно, здесь очень вкусные бизнес-ланчи, и несмотря на цены, место популярно у обитателей офисов в высотном бизнес-центре. Мы сидим в уединении, у окошка, чтобы поговорить в более менее тихой обстановке.

У меня всего час обеденного перерыва, но столько всего хочется обсудить с Алисой, сейчас мне кажется, что именно она сможет понять мои чувства и переживания, как никто другой. Ее семейная жизнь прошла через такой ураган, что другим и не снилось.

Ее муж не просто обманывал и изменял, а вообще попытался убить, ради денег и вольной жизни с любовницей. А сейчас она счастлива с другим, ее спасителем, и, кажется, собирается за него замуж. Страшная сказка, завершившаяся «долго и счастливо».

Пока мы едим заказанный обед, я рассказываю ей о своей ситуации и о том, как муж вдруг в один миг для меня превратился из Ромы в Ромео.

– Я тебе очень сочувствую, Юль, – в светлых голубых глазах подруги искреннее сопереживание, – представляю, каково тебе сейчас. Только одно прошу, не торопись с выводами.

– Сложно с ними не торопиться, я уже который день получаю все новые и новые сюрпризы, доказывающие, что все-таки он изменяет мне. Галстук этот…

– И все же, Рома пытался тебе все это объяснить, а не просто накормил снотворным со словами «тебе показалось». Он же вполне нормальный мужчина, не псих, как был у меня. Быть может, еще есть шанс все исправить.

Мне становится на миг неловко от сравнения наших ситуаций, но я смотрю на эту хрупкую девушку с большим уважением. Ее силе можно только позавидовать, и хочется хоть немного ее перенять.

– Нормальный, если можно так назвать, – я качаю головой и вздыхаю, – только бабник самый натуральный. И, кажется, еще и непревзойденный врун.

– Возможно, но подумай, раньше это хоть как-то проявлялось? До того, как ты попала на работу в его компанию и услышала это от других?

– Я уже не уверена, честно говоря. Но если сейчас абстрагироваться от моего знания, то он и раньше вел себя точно так же, приходил поздно, зарабатывался, забывал предупреждать. Он жил на работе и работой. – Я вздыхаю от осознания того, что сама говорю, – но это ведь не значит, что что-то поменялось с его стороны. Он мог изменять и раньше, просто я этого не видела. Слишком занята была. А сейчас, сюрприз, разглядела.

– Ты пыталась с ним поговорить? Спокойно, без обвинений и взаимных упреков?

– Да, ничего не вышло, он стал каким-то агрессивным, любая его защита – это нападение. Или просто уходит от ответов. У меня уже сил не хватает с ним бороться, он чуть ли не поворачивает все так, будто это я виновата.

– А сегодня про этот галстук?

– Я пока дошла до его кабинета, там уже совещание, а потом запись и секретарша-цербер на страже, которая к нему не пускает и, куда ушел, не говорит. Будто в сговоре с ним или одна из его любовниц. Я теперь всех женщин в офисе подозреваю.

– Мда, знакомо, – Алиса поправляет свои платиновые волосы, в ее глазах отпечатывается какая-то грусть, – но я поняла одно, – продолжает она, – лучше никому не верить, а все проверять самой. Столько людей вокруг могут тобой манипулировать. Ты говорила про эту Таню и Титова, им точно доверять не стоит. Что бы они ни говорили.

– Я уже поняла, что оба могут иметь свой интерес. Титов вроде бы друг Ромы, но у меня есть ощущение, что и соперник в карьере. А Таня разносит все эти слухи, но сама больше всех тащится по Ромео.

– Вот именно. Так что, лучше всего тихо и аккуратно, но устрой свое расследование. Но самое важное, задай себе один вопрос.

– Какой?

– Что ты хочешь получить этим расследованием? Вернуть мужа и наставить на путь истинный или, наоборот, разоблачить и расстаться в наказание за измену, если она была? Все еще есть шанс, что он не виновен.

– Это шанс просто мизерный, как мне кажется. Но я тебя поняла, – киваю я и смотрю в свой цветочный чай в чашке, который мы заказали вместо десерта. – У меня должна быть четкая цель, ради чего я все это делаю.

– Да, именно так. Иначе ты рискуешь сломать и свою, и его жизнь.

– Как сапер на минном поле, – горько усмехаюсь я, – проблема в том, что я не могу поймать его за руку, он либо невероятно изворотливый, либо все это искусная подстава. Я же не могу сидеть возле него круглосуточно и не сводить глаз. У нас обоих много работы, мы в ней практически тонем.

– Я спрошу у Сережи насчет одного его знакомого детектива, он может последить за твоим мужем, узнать, с кем он встречается после работы и действительно ли ездит на переговоры и деловые ужины или это любовницы в отелях.

– Спасибо тебе, было бы, наверное, здорово. По крайней мере, я узнала бы правду об этой части его жизни.

– Не могу обещать, что это будет прямо завтра, человек очень занятой.

– Ничего страшного, я все равно думаю, что это не главная моя проблема. Рома может действительно ездить на переговоры и встречи, а все самое интересное происходит именно в офисе компании. Туда детективу не попасть.

– Ну да, за закрытые двери его кабинета он не войдет.

– Поэтому у меня есть одна идея, с помощью которой я могу точно узнать, правдивы ли слухи о его отношениях с женщинами. Ведь сложилась у него репутация на каком-то основании. Эта идея может быть немного безумная, но, мне кажется, сработает.

– Это что же? – взгляд Алисы становится заинтересованным.

– Подсадная утка, – озвучиваю я рабочее название операции.

– В каком смысле? – подруга даже немного улыбается.

– Я хочу устроить ему проверку на честность и верность. Спровоцировать, причем так, что никто не сможет на него влиять, если это подстава или наговоры. Тут все будет зависеть исключительно от него самого.

– Что это значит? Ты ему кого-то подсунешь? Женщину?

– Чтобы он ее соблазнил, и она переметнулась на его сторону? Нет, спасибо!

– Тогда как?

– Я буду сама ловить на живца. У меня есть доступ в корпоративную систему для общения, она у нас как своя маленькая соцсеть, через нее в основном все и общаются в компании. – Я немного приближаюсь и понижаю голос, – и я могу добавлять в нее новые аккаунты сотрудников на аутсорсе и внешних договорах. Я там создала одну «сотрудницу»… которая начнет писать ему сообщения и откровенно флиртовать. А если Рома активно откликнется и захочет большего, начнет сам ее охмурять, значит, это для него обычное дело.

Алиса распрямляется и долго задумчиво смотрит на меня.

– Ты что, хочешь его проверить через виртуальный роман?

– Да, – уверенно отвечаю я, – но где виртуальный, там и настоящий. Все эти мужские отмазки, что в переписке все понарошку – чушь собачья. Не ерунда это, а самое настоящее предательство. Измена в первую очередь в голове, а не на директорском столе без трусов. А я устала уже оттого, что не понимаю, где мой муж настоящий, а где притворяется. Хочу вывести его на чистую воду.

– А если он не поддастся? Если не будет отвечать или вообще отошьет «ее»?

– Значит, я была не права и зря его подозревала. Допущу, что это, как он говорит, – задумчиво стучу пальцем по губам, – игры, имидж и просто слухи.

– А если ему эта «девушка» не понравится? Ну просто не в его вкусе, – Алиса ищет дыры в моем плане и я могу это понять, сама обдумывала его со всех сторон.

– Я знаю своего мужа как облупленного, конечно, она ему понравится, если будет знать все «эрогенные зоны». К тому же ты не видела, как он флиртует со всем, что движется, а что не движется, расшевеливает и тоже флиртует.

– Ты это все серьезно настолько продумала? – Алиса тоже не может поверить, что я решилась на эту авантюру.

– Ну а сколько мне еще тыкаться впотьмах?  Я не могу пробить его защиту в лоб, пойду обходным путем. Если мой муж на самом деле Ромео, то он вцепится в эту ‟сотрудницу” мертвой хваткой. Ты не видела, как он за мной ухаживал, когда мы только познакомились. Если женщина ему нравится, он с нее живой слезет, только если это уже в постели и после бурной ночи.

– А как ты сама с ним будешь все это время общаться? Ты себя не выдашь?

– Как… как сейчас, примерно. Ну… немного успокоюсь, чтобы усыпить его бдительность и он расслабился. Что мне еще остается? С его точки зрения у меня все будет по прежнему. Я должна быть естественной, чтобы он не заподозрил ничего. Но! – я делаю паузу и поднимаю палец вверх, – в это же самое время я увижу, как он ведет себя, будучи в «левых отношениях». Если он с виртуальной любовницей в реальной жизни и бровью не поведет, и будет вести себя как обычно, значит, он делал это постоянно на протяжении всей нашей семейной жизни. Опыт будет виден сразу. – С каждым словом я все больше уверена, что это отличный способ «расследования», – ты только представь, сколько всего он спалить сможет? Пригласит ее туда, куда водит всех своих женщин на свидания, и я узнаю, где это. Отель, ресторан, машина на стоянке или на столе в кабинете их всех раскладывает. Встанет на свои привычные рельсы.

– А если он сразу начнет вести себя странно и спалится, значит, у него раньше такого не было? Так? – Алиса спрашивает вроде бы серьезно, но в глазах блестят какой-то азарт и смешинки.

Мне самой хочется над собой посмеяться. Весь мой план кажется рациональным и очень даже выполнимым, и одновременно слегка безумным.

Нет, даже не слегка.

– Ты правильно поняла. Это будет большой экзамен для Ромео. Эксклюзивный, по уникальной методике.

– Подсадная утка, значит. А что, если все же он попадется на измене? – задумчиво спрашивает Алиса, – что тогда?

– Тогда я его накажу. И мне не о чем будет жалеть.

Глава 11

– Роман Алексеевич очень занят, Юля, он сегодня больше никого не принимает, – настаивает Ира, – сколько ни уговаривайте, свободного времени у него не появится. Не надо стоять у меня над душой!

– Но у меня срочно, задание от руководителя отдела маркетинга, сегодня последний день, – настаиваю я, а ей все как об стену горох.

– Рабочий день закончен.

– Но он все еще на месте!

– Ира, – в дверях своего кабинета появляется ее начальник, и я выдыхаю с облегчением, муж меня услышал. – Я приму девушку, а ты можешь идти домой, сам закрою офис.

– Роман Алексеевич, мне несложно дождаться вас. Вдруг вам понадобится моя помощь?

Я не выдерживаю и перевожу на нее изумленный взгляд. Ему понадобится ее помощь, это какая? Он взрослый мужчина и руководитель, он себе даже кофе может сварить получше, чем она!

В голову лезут совсем не те виды помощи, что могла иметь в виду секретарша. Хотя… откуда мне знать. Паранойя все крепче пускает корни.

– Я нескоро освобожусь, вы же знаете, что Игорь Васильевич скоро возвращается. Мне нужно поработать.

Я слышу имя генерального и хмурюсь, у Ромы что проблемы с директором?

– Хорошо, я тогда пойду, – Ира, наконец, расслабляется и перестает закрывать грудью кабинет своего босса. – Всего доброго, – смеривает меня оценивающим и неодобрительным взглядом. – До завтра.

– Пока, Ир, – Рома даже не дожидается, пока секретарь уйдет, приглашает меня в свой кабинет. Закрывает за нами дверь, – у тебя что-то важное или хочешь устроить обыск на предмет любовниц или улик? Сегодня трусы в подарок не оставляли, кстати, те красненькие были твоего размера…

– Надеюсь, ты их сжег? Или ты любишь оставлять трофеи на память? – не могу не подкалывать его, чувство невероятной несправедливости грызет меня изнутри. А еще ревность, которая жжет как кислота.

И вообще, почему он на меня нападает прямо с ходу?

– У меня есть специальный шкаф, вешаю туда на крючки, а потом открываю и любуюсь, – продолжает язвить, но указывает на кресло для посетителей возле своего огромного стола, – присаживайся. Ты по делу или просто поговорить?

Поджимаю губы, Рома выглядит усталым, но все еще решительным, словно ему еще одну гору предстоит сдвинуть до наступления ночи, и он к этому полностью готов.

– У меня рабочее задание, я пишу наполнение раздела сайта «О компании», а конкретно о руководстве. Мне нужно взять у тебя интервью.

– У Титова тоже брала? – садится за свой стол и смотрит исподлобья. Вопрос звучит так, будто речь не про интервью, а про нечто более пошлое.

– Это имеет значение? – выдерживаю его взгляд, а потом признаюсь, – мне на самом деле от тебя нужна только часть про других членов руководства. Про генерального, Титова, Амбросьева, – делаю паузу, – Трутневу тоже.

Не могу не упомянуть начальницу дизайнерского отдела. Про нее он мог бы рассказать, наверное, очень много, но я уверена, что ответит сжато и сухо.

– Не сегодня, мне нужно закончить свои дела.

– Но еще… я подумала, что ты и домой меня отвезешь, – я могла бы сказать, что это из-за того, что мою машину порезали, но мы оба знаем, что причина другая. Я всегда могу заказать такси, но пришла к нему, чтобы его контролировать.

Это слишком очевидно, чтобы скрывать. И в какой-то степени, я все еще даю ему шанс.

– Это даже не обсуждается, конечно, поедем вместе, – сразу принимает еще более серьезный вид, – я звонил в сервис, завтра машину не вернут, ей давно пора техобслуживание провести, А еще у тебя движок ошибки выдает, ты почему не сказала, что индикация горит?

– Не замечала, – невинно отвечаю я и складываю руки на сумочке. Последнего поворота событий я не ожидала, в моем понимании он должен хотеть как можно быстрей от меня избавиться, чтобы не мешала «досугу» после работы.

Опят скребут сомнения.

– Да, много чего не замечаешь, внимательность не твоя сильная черта, – бубнит под нос, а сам что-то печатает в компьютере, монитор которого я не вижу.

– Прости, что? – вот этот выпад я вообще не понимаю. Моя внимательность в последнее время стоила ему многих проблем, а мне нервных клеток. – Ты не прав. Я очень внимательная сейчас.

С этими словами выкладываю на его стол галстук. Так чтобы пятна на нем были четко видны и не возникло слишком много ненужных вопросов. Всем понятно, где я его нашла, зачем устраивать цирк и снова притворяться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.