Стихи
Королев Алексей

© Королев Алексей, 2025

ISBN 978-5-0067-7869-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Театр «Садко»

На мостовой, где город суетится,

Вдруг тишина, как будто дно морское.

И уличный театр вдруг родится,

«Садко» – сказанье древнее, родное.

Здесь нет кулис, лишь небо над главой,

И фонари, как звезды, зажигают.

Актеры – люди с улицы простой,

В их голосах вдруг гусли заиграют.

Садко выходит, парень молодой,

С мечтой о счастье, о богатстве дивном.

Идет к царю морскому, под водой,

Где жемчуга сверкают переливным.

Любава ждет, тоскует на земле,

Ее любовь – маяк в ночи кромешной.

И музыка плывет в вечерней мгле,

О верности, о силе безутешной.

Морской царь пляшет, бубенцы звенят,

И волны бьются о гранитный берег.

Но помнит сердце, что зовет назад,

К родным краям, где светлый день так светел.

И вот Садко, вернувшись из глубин,

С любовью в сердце, с мудростью в глазах.

Играет песнь, что трогает до дна души,

И сказка оживает в этих улицах, в сердцах.

И уличный театр, словно сон,

Растает в шуме города ночного.

Но «Садко» в памяти останется навек,

Как отблеск чуда, светлого, живого.

Александр Невский

Над Русью тучи грозные висят,

Огнем и сталью Запад угрожает.

Орда кочует, грабит и палит,

И стон земли до неба долетает.

Но встал на страже князь, душой силен,

Александр, Невский, имя грозное.

В нем мудрость предков, вера и закон,

И воля к жизни, светлая, союзная.

На Чудском льду, под знаменем креста,

Тевтонских псов он в битву повел смело.

И дрогнула железная стена,

И рухнула под натиском умелым.

«Не в силе Бог, а в правде!» – клич летит,

И русская дружина побеждает.

И рыцари, закованные в щит,

В пучине ледяной навек стихают.

Он с Ордой мудро мир заключил,

Чтоб Русь от разорения спасти.

И дань платил, и голову склонил,

Но веру предков не дал предать, унести.

Он строил храмы, города растил,

И землю русскую от бед оберегал.

И мудростью своей народ крепил,

И к будущему светлый путь указал.

Так жил и правил князь, герой земли,

Александр Невский, славный и великий.

И память о нем в веках горит,

Как символ мужества, как образ многоликий.

Кремлевская стена

Кремлевская стена, свидетель веков,

Гранитный страж, молчаливый и суровый.

Хранит в себе и радость, и покров,

И тайны, что шептали ей дубровы.

Здесь бились сердца, рождалась страна,

Здесь правили цари, вершились судьбы.

Стена стоит, как вечная волна,

О прошлом напоминая, будто губы.

Её зубцы, как шлемы воинов в ряд,

Взирают свысока на город шумный.

И купола златые вдаль блестят,

Над стеной, что веками неподкупна.

Здесь слышен звон курантов в тишине,

И шепот ветра, что гуляет вольно.

Кремлевская стена, ты как во сне,

Стоишь, величьем и историей полна.

И пусть меняются эпохи и цари,

Ты будешь вечно здесь, как символ силы.

Кремлевская стена, ты говори,

О том, что было, есть и что нас ждет в могиле.

Буря

Взъерошен горизонт, как грива зверя,

Свинцовым полотном затянута даль.

Молчит природа, в предчувствии веря,

Что скоро разразится яростная шваль.

Над лесом навис мрак, густеет, давит,

Деревья гнутся в низком поклоне.

И ветер, словно зверь голодный, травит

Тишину, предвещая бури стоны.

Вдруг вспышка! Небо треснуло по швам,

И гром раскатом оглушил округу.

Дождь хлынул, словно из пробитых дамб,

Смывая пыль, стирая жизни муку.

Бушует буря, яростно, неистово,

Срывая крыши, ломая ветви в прах.

Стихия в танце диком, голосистом,

Власть демонстрирует в яростных руках.

Но в этой ярости есть очищенье,

Смывает буря старое, гнилое.

И после бури, в новом возрожденье,

Взойдет рассвет, светлое, золотое.

И тишина наступит, словно чудо,

И воздух свеж, и мир вокруг умытый.

И буря, словно страшное забудут,

И жизнь начнется, заново открыта.

Старый мост

Старый мост, седой и гордый,

Через реку жизнь ведет.

Он видал и дни невзгоды,

И как солнце в небе всходит.

Камень серый, в трещинах глубоких,

Помнит поступь многих ног.

Слышал шепот слов высоких,

И печальный, тихий вздох.

Он стоял, когда любовь рождалась,

И когда угасал костер.

Он молчал, когда война сражалась,

И когда стихал ее укор.

В нем живут легенды и преданья,

О героях прошлых лет.

О любви, о боли, о страданьях,

Что оставили свой след.

Старый мост, свидетель вечный,

Над рекой, что вдаль течет.

Он стоит, как символ прочный,

И о прошлом нам поет.

Дождь проливной

Дождь проливной, как будто небо плачет,

Свинцовой пеленой укрыв дома.

По стеклам барабанит, громко скачет,

И в лужах отражается зима,

Что задержалась в серости унылой,

Не уступая место теплоте.

Дождь проливной, он кажется могилой

Для радости, что дремлет в темноте.

Но в шепоте дождя, в его паденье,

Есть музыка, что душу исцелит.

Он смоет пыль, уныние, сомненья,

И новый день надеждой озарит.

Дождь проливной, он словно очищенье,

От груза прошлого, от боли и тоски.

И в каждом капле – новое рожденье,

И шепот веры, что все будет вопреки.

Зимний сад

В хрустальном куполе, где снег не тает,

Раскинулся оазис среди льда.

Здесь лето вечное в тиши витает,

И зелень буйная всегда молода.

Сквозь стекла солнце робко пробиваясь,

Рисует тени на стенах резных.

Пальмы высокие, листвой качаясь,

Шепчут истории странствий далёких, чужих.

Орхидеи нежные, как бабочки в танце,

Взирают свысока на мир за окном.

Фонтан журчит, в хрустальном перезвоне,

Напоминая о лете былом.

Здесь аромат цветов пьянит и манит,

Забыть про стужу, вьюгу и мороз.

Зимний сад – мечта, что душу хранит,

О лете, что вернется к нам всерьез.

И в тишине, под шепот вечнозеленый,

Забыв про время, можно помечтать.

В саду, где зимний холод побежденный,

И где весна не устает сиять.

Стальной Всадник

Он вырос из тумана и металла,

В безмолвной кузне ночи закален.

Глаза – два уголька, что вечно жалят,

И лик, как маска, холодом пленен.

Стальной конь его – чудовище бездушное,

Сверкает панцирем под бледной луной.

Он мчит вперед, не ведая уснувшего,

Лишь ветер свищет в гриве ледяной.

Не знает жалости, не верит в милость,

Его задача – воля господина.

Он – воплощение силы, что явилась,

Чтоб покарать, разрушить, и отринуть.

Он – страж границ, он – вестник перемены,

Он – карающий меч в железной длани.

Он – эхо битв, что в вечность устремлены,

Стальной всадник, в сумрачном сиянии.

И там, где он промчится, оставляя,

Лишь пепел и обломки прежних дней.

В сердцах людей надежда умирает,

И страх, как лед, сковывает сильней.

Но в глубине стального сердца бьется,

Возможно, искра жалости, тепла.

Быть может, он когда-нибудь вернется,

Не как палач, а как посланник света.

Но пока он мчит, безжалостный и строгий,

Стальной всадник, всадник из кошмаров,

Над миром, погруженным в тревоги,

Властвует его холодный, стальной оскал.

Гром и молния

Расколот небосклон на части,

Вдруг вспышка белая, как мел.

И мир застыл в немом причастии,

Пред тем, что гром сейчас пропел.

Молния, змеящаяся яро,

Пронзает тьму своим клинком.

И лес, что спал так тихо, старо,

Встрепенулся под ее лучом.

Раскаты грома, словно пушки,

Взрывают тишину в клочки.

И дождь, как слезы из подушки,

Смывает пыль с земли, с тоски.

Природа в яростном экстазе,

Танцует танец грозный свой.

И в этом хаосе, в проказе,

Рождается порядок новый.

Гром и молния – дуэт стихийный,

Мощь, что способна сокрушить.

Но в этой буре, в силе дивной,

Есть красота, что не забыть.

Седой Волхов

Седой Волхов, свидетель древних лет,

В гранит одетый, мудрый и суровый.

Он помнит крики боевых побед,

И шепот тайн, что ветер нес дубовый.

Его волна, как память, холодна,

Хранит в себе легенды и преданья.

Здесь Русь крестилась, вера рождена,

И князь Владимир принял покаянье.

Он видел ладьи, плывущие в Варяги,

И звон мечей, и пламя городов.

Он слышал песни, полные отваги,

И стоны тех, кто не избег оков.

Седой Волхов, он вечен и могуч,

Течет сквозь время, не меняя русла.

Он – символ силы, непокорный луч,

В котором Русь навеки запечатлена.

И в тишине, когда луна блестит,

Над гладью вод, серебряной и гладкой,

Он шепчет сказки, что никто не спит,

О прошлом славном, и о жизни краткой.

Седой Волхов, хранитель старины,

Он ждет рассвета, нового начала.

И в плеске волн, мы слышим отголоски,

Того, что было, и что еще настало.

Русь

Не просто слово, а дыханье ветра,

В полях пшеничных, золотом горящих.

Не просто имя, а души примета,

В глазах небесных, в небесах парящих.

Здесь реки тихие, как мысли старца,

Несут историю сквозь годы, дали.

Здесь лес дремучий, словно в сердце царство,

Где сказки древние веками ждали.

Здесь купола церквей, как свечи в храме,

Взлетают ввысь, молитвы вознося.

Здесь звон колоколов, как голос мамы,

Зовет домой, от бедности спася.

Здесь сила духа, в каждом русском сердце,

Горит огнем, сквозь бури и невзгоды.

Здесь вера в правду, что не даст согреться

Лишь тем, кто предал честь своей свободы.

Русь – это память, боль и вдохновение,

Русь – это жизнь, любовь и созидание.

Русь – это вечное преображение,

В единстве душ, в стремлении к познанию.

И пусть летят года, меняя лица,

Русь будет жить, в сердцах своих сынов.

Русь – это вера, что всегда искрится,

В надежде светлой, в ожидании новых снов.

Догоревшая свеча

Догоревшая свеча, как тихий вздох,