Андрей Мельник (Ascold Flow)
Законы рода. Том 2

Глава 1

Столица. Зал консультаций. Романова Стефания Алексеевна и Ажарова Ульяна Владимировна.

Под чутким надзором безмолвной имперской стражи две наиболее властные женщины империи сидели за бокалом вина и лёгкой закуской и обсуждали одну из последних животрепещущих тем.

Берестьевы. Одна из них заварила эту кашу. Вторая должна была её расхлебать. Но слишком уж густым вышло варево, поэтому глава корпуса псиоников, что разместилась в одноимённом дворце рядом с императорским, сейчас пребывала в смущённом состоянии.

Псионики, что умеют копаться в мозгах других и манипулировать людьми, всегда считались элитой и были для императорского рода подобны несокрушимому щиту. C лёгкостью вскрывали возможные бунты, заговоры и прочие проблемы, которые могли бы пошатнуть устои империума. Однако имелся у них недостаток… Они не отличались боевой силой, а потому являлись лакомой целью для вражеской разведки и диверсантов. Поэтому их всегда охраняли могущественные воители из имперской гвардии, куда бы те ни направлялись.

У древних родов империи, которые ещё называли боярскими, были свои методы защиты от этих вездесущих псиоников. В первую очередь законы империи. Один из них, подписанный более пятисот лет назад, лишил любые рода, кроме императорского, власти над талантливыми псиониками. Любой, в ком проснулась подобная магия, становился на учёт и отправлялся в столицу, чтобы жить и работать на благо империи, а не какого-то отдельного рода. Взамен все древние рода получили иммунитет для старших членов своей семьи, так что нельзя было просто взять и приказать явиться на допрос.

Единственный способ обойти это правило – Капонария. Другой древний закон, который развязывает руки императорскому роду против тех, кто подозревается в измене. Высказать подобную претензию обязан лично император на Совете империума перед главами могущественных родов, что занимают должности советников. После оглашения должен предъявить доказательства, и только после принятия их советом он мог действовать.

Сложная система ограничений и противовесов, что возвеличивала силу императорского рода, но при этом поддерживала интересы других родов, даруя им своего рода «свободу» и «гарантии».

Безусловно, ничего не идеально в этом мире, и ситуация с Берестьевыми тому подтверждение. На них напали без Капонарии. Взвесили все за и против и решили, что действовать надо быстро. Были и те, что лишь обрадовались освобождению земель и уничтожению опасного и влиятельного рода, и те, что крайне возмутились подобной выходкой. И последних оказалось гораздо больше. И потому сейчас практически полностью исполненный план, что после широкой огласки в СМИ и активной пропаганды был весьма добродушно принят простолюдинами, медленно трещал по швам.

– Ульянушка, душенька моя, как тебе вино?

– Идеальное, Ваше Величество! Лучшее, что я пробовала, – соврала не моргнув и глазом Ажарова, глава корпуса псиоников.

– Я рада, что тебе нравится. А как по мне… – Стефания убрала с лица такую же фальшивую улыбку, как и у собеседницы, и, прикрыв на миг глаза, вылила своё вино на пол: – Редкое дерьмо. А теперь ответь мне, пожалуйста, на один вопрос… – вернула бокал на стол, не отводя хищного взгляда от Ульяны. – Очень простой вопрос. Кто глава рода Берестьевых?

И любительница острых ощущений тут же ощутила зуд на шее. Осторожно прикоснувшись к приоткрытым по воле собеседницы мыслям, Ульяна увидела уготовленную для себя виселицу.

«Надо что-то ответить!..» – подумала глава специального отдела разведки герцогиня Ажарова и нервно сглотнула.

– Мы ищем его. У нас уже есть зацепки. Несколько групп уже вылетели из столицы и работают в этом направлении… – осторожно произнесла вызванная на ковёр женщина.

– Я тебя ещё раз спрашиваю: как ты и все наши разведчики из тайной канцелярии могли пропустить это? Почему, объясни мне, наш и так рискованный план, что вызвал бурю негодования среди старых пердунов, не только не закончен, а ещё и появляются всё новые и новые проблемы?! – повысив под конец голос, регент империи швырнула бокал на мраморный пол, и хрустальный сосуд разлетелся на тысячи осколков.

– Ваше Величество, мы поймаем его! – тут же склонилась Ажарова. – Я лично ему мозги расплавлю! Неделю… Дайте мне хотя бы неделю!

– Дура ты. Залевский уже принёс мне материалы, и я с ними ознакомилась. Внимательно ознакомилась. Что, думаешь, что этот новоявленный глава рода, который жил в тени всё это время, – это тот подброшенный Золотарёвой ребёнок?

– Ваше Величество… Это наиболее вероятный вариант. Я всё узнала: он инвалид. Я привлеку наших лучших специалистов, и мы…

– Что, похитите его? Мне Золотарёва за своего старшего сына уже миллион писем написала, подписанных многочисленными главами родов. Если я ещё и с ними начну открытую вражду, это пошатнёт империю! Я ещё не готова смести все старые рода и заменить их новыми! Именно поэтому Владимира было решено женить, как главу рода Берестьевых, а не убить! А ты предлагаешь её младшего сына, что у неё под боком всю жизнь рос, похитить и пытать?! Гениально! Как я, б****, сама не догадалась?! – метала Романова.

– Ваше Величество, простите мне мою глупость, – продолжала сверлить глазами стол Ульяна. – Я недостаточно мудра и прозорлива в сравнении с вами, и мне никогда не стать такой же…

– Да заткнись ты уже, жополизка сраная… – правительница империи тяжело вздохнула, понимая, что сама создала себе проблем, решив поиграть мышцами.

«Маленькая победоносная война превратилась в… В чёрт-те что она превратилась!» – с болью в голове пробурчала Стефания про себя.

– Работай по другим вариантам. Доклад о проделанной работе мне на стол ежедневно. По Золотарёвым: глаз не спускайте и в их родовые земли без моего ведома не суйтесь. Всё ясно?

– Так точно, – расслабленно подняла голову Ажарова, – Ваше Величество. Сегодня утром до меня дошли слухи, что приёмному сыну Золотарёвой нездоровится последнее время.

– Источник слухов?

– Залевский нашептал. А ему – кто-то из его разведчиков.

– Хм, а мне не нашептал… Впрочем… – правительница задумчиво посмотрела на огромный гобелен, на котором изображался её сын, занявший императорский трон благодаря судьбе, – он прибудет ко мне лишь после обеда.

Иногда Стефания даже жалела, что её супруг скончался так внезапно и рано. Не потому, что любила, а потому, что слишком много проблем вдруг свалилось на её плечи.

– Хорошо, свободна. И не подводите меня больше! Хотя стой… – вспомнила регент об очередной рекомендации своего близкого круга советников. – Владимир как выглядит?

Она должна была снизить давление старых родов. А именно это ей сейчас и надо – выждать время, снизить градусы в отношениях и, улыбаясь, дать понять, что всё это было ради империи и что больше она ничего такого делать не будет. И обязательно при этом строить праведные глаза.

– Держится несмотря на многочисленные копошения в его мозгах.

– Думаете там ещё хоть что-то найти? Прекращайте. Через три дня я позволю ему увидеться с этой хитроумной стервой – его матерью. Убедитесь, что он будет выглядеть презентабельно… Или вы нашли хоть что-то, за что его можно показательно судить и отправить на плаху?

Ажарова тяжело вздохнула, так как сама лично дважды пыталась найти мутные и тайные делишки Берестьева Владимира. Но, увы, она узнала лишь то, что её пленник – это, возможно, один из пяти самых благородных дворян империи. Более правильного, сильного духом и патриотично настроенного человека ещё поискать надо.

– Нет, Ваше Величество. Он чист перед империей и вашим родом. Небольшие стычки с другими дворянами и офицерами, но не более того. Да и то если вскрывать эти конфликты и выносить их на суд, то надо брать его сторону.

– Святой, что ли?.. Мне-то голову не пудри! – скривилась правительница и махнула рукой: – Всё, свободна.

Аудиенция была окончена, но обеим коварным и опасным женщинам ещё только предстояло осознать, что их мечтам решить свою проблему в ближайшее время не суждено сбыться. Самолёт с фальшивым Золотарёвым Максимом всего полчаса назад экстренно поднялся в воздух и направился в Цинскую Империю – она же Китай.

С ними у Российской Империи и так отношения были не лучшими в последние годы, а тут ещё и потенциальная проблема вдруг ускользает из-под носа. И что для них хуже всего: она направляется в кузницу талантов своего оппонента – в Тибет. В горы, где во множестве храмов познают силу сильнейшие маги и воители Цинской Империи. В это место если и отправлять убийц и разведку, то только в один конец. Оттуда они уже не вернутся. Более того, подобные поползновения могут спровоцировать международный конфликт, а это точно не то, что требуется сейчас правительнице империума, ибо пока что в её руках слишком мало реальной власти. И если враги начнут давить на неё как внутри, так и снаружи, то ничем хорошим это не закончится. Ни для неё, ни для государства…

– Как же тяжело… – напряжённо вздохнула Стефания Романова. – Решаешь одну проблему, а на её месте появляются две новых!.. И даже когда, пытаясь предупредить возможные проблемы, на опережение убиваешь тех, кто мог бы стать для меня и сына угрозой…

Она понимала, что ей срочно нужно искать союзников. Новых союзников. И стремиться завоевать уважение у простых людей. Всё же и они сила и власть в этом мире, причём не меньшая.

– Надо бы подумать о какой-нибудь реформе…

***

Где-то в Сибири.

Мать честная! Это какой-то ПИ-И-И-И-И-И!..

Благородных слов не осталось, а для тех, что в полной мере описывают моё положение, не хватало воздуха после удара о землю. Хорошо хоть успел укрепить тело, а то совсем уж было бы печально…

Выбросило меня в сторону от разлома, и я, как байкер-суицидник, что потерял контроль над своим железным конём, кубарем полетел куда-то вперёд. Скорость постепенно падала, правда, от круговерти мой вестибулярный аппарат сказал мне: «На этом мои полномочия всё! Я ухожу!» – и меня начало тошнить. Ещё и сбивал кого-то по пути…

В конце концов врезался, как понял, в каменную глыбу и наконец выдохнул. Разгорячённый воздух просвистел сквозь сжатые от боли зубы, и я стал постепенно приходить в себя. И как только язык не прикусил?..

– Р-р-р-р… – не очень дружелюбно кто-то обозначил своё присутствие, и я попытался подняться. Только вот с проткнутой насквозь ногой – а возможно, даже с переломом – сделать это не так уж и просто.

Щит потерял после первого же удара об землю, копьё – чуть позже… Сильно болело бедро, в которое несколько раз ударился мой меч. Ух, блин… Инвалида из меня чуть не сделали. Опять… Ну, хоть живой, и на том спасибо. Пока живой…

Зрение прояснилось, и я как мог приготовился к битве. Не было времени для оценки происходящего вокруг и тех сотен или тысяч монстров, что ранее все как один мчались в разлом, а теперь задумчиво выбирают: двинуться вперёд, повинуясь не то инстинктам, не то приказу главной Химеры, или же сперва сожрать меня. Понял только, что нахожусь в подземелье. Старом. Очень старом и очень большом подземелье.

Где-то далеко впереди виднелся «парадный вход» в излом, выглядящий как чёрная бездна с проблесками синего неба. Оно было настолько старым, что стены и пол выглядели отполированными. Оно и понятно: тысячи монстров шастали тут годами. А ещё здесь воняло…

Что ж, подобная ситуация у меня уже была. И с того времени опыта у меня прибавилось. Правда, и монстров сейчас в несколько раз больше, а сам я – тот ещё спринтер одноногий. Но ничего… Прорвёмся!

Эфир тут же полился по магическим каналам, и на ладони появилась пылающая сфера. Швырнул её поближе. В первую очередь надо прикрыть ближние подходы. Плюс ко всему я у огромного камня, а не стены… Хорошо бы мне на него забраться, только вот прямо сейчас это не очень-то просто сделать…

Эфир расплёскивался метровыми лужами вокруг, формируя токсичный и едкий полукруг со мной в центре. Даже камень постепенно плавился, из-за чего вверх поднимались большие клубы дыма. Правда, толпа тварей в мою сторону так и не двинулась…

В голове мелькнула мысль, что ими управляет кто-то безумно сильный и могущественный и его они боятся намного больше, чем меня. А значит, и первоочередной приказ – идти в разлом и сражаться – для них в приоритете. Но не для всех…

Те, мимо кого я пролетел, кого сбил своим телом или попросту задел, всё-таки слишком разозлились, и сейчас они, колеблясь, всё чаще и чаще отворачивались от столь манящего их разлома.

Эх… Мне бы самому к нему прорваться. Но не с такой ногой…

Напали они на меня вмиг. Словно с цепи сорвались. Стайная реакция или что-то ещё – не знаю. Мутанты же. Кто знает, что у них в голове. И свою линию обороны доделать я, конечно же, не успел…

Без раздумий использовал разъедающий луч. Перегружая свои суставы, связки и магические каналы, я вёл точечный отстрел бегущих на меня тварей, что пересекали незримую черту, что я сам определил.

Десять секунд битвы показались целой минутой. Прикончил около дюжины Простов и Гидр, и тут всё изменилось. Причём настолько стремительно, что я совсем уж ничего поделать не мог.

Разлом задрожал. Монстры ускорились, стремясь покинуть своё гнездо и отправиться воевать. Из-за валуна, где я был, выскочило несколько тварей, что плевать на меня хотели и врезались в толпу, что уже начала конкретно так на меня наседать. Слева что-то шмякнулось, отчего сердце в пятки чуть не ушло. Знакомые эманации силы эфира в один миг успокоили тревожную душу.

– ПИ-ПИ-ПИ! – с валуна раздался боевой клич пушистого диверсанта, что прибыл с подкреплением в виде жучары, и полетели шишки.

Шишки? Да толку от твоих шишек!.. Если выживу, научу бросаться гранатами!

И тут вспомнил, как мелкий партизан регулярно швырялся в меня шишками.

Или нет…

Мутанты пёрли в разлом с переменным успехом: из него периодически вылетали сюрпризы. Крылатый монстр с окровавленной и развороченной мордой – один в один как тот, что утащил меня с поля боя, – влетел, а скорее, как и я, упал в разлом и придавил своей тушей несколько тварей. Мелькнули и человеческие силуэты. Причём не один и не два… Даже чей-то внедорожник рухнул в этот самый портал. Насколько же сильны эти твари, что могут поднять в воздух машину весом в пару тонн?!

Начался хаос, в котором я выжимал всё из себя, лишь бы не дать тварям приблизиться ко мне. Без возможности двигаться из меня дерьмовый мечник. Пришлось перестать сдерживаться и экономить силы.

Эфирный огонь полыхал, ярко освещая пространство вокруг. Плескались ядовитые капли, что прожигали кожу, шерсть и даже защитные покровы одарённых природой мутантов. Лучи били в самую толпу, прошивая по паре тварей за раз и достигая мерцающего разлома.

Не смогу. Не успею. Не прорвусь и не выпрыгну я обратно из этой западни… Увы, тут тварей столько, что скоро я совсем себе места не найду… А когда портал закроется и им некуда будет бежать… Надо забраться на валун. Любой ценой!

Оставив своего злобно жужжащего телохранителя внизу, я развернулся на одной ноге и, напитав щедро силой руки и ногу, полез вверх, цепляясь руками за всё подряд, лишь бы вниз не свалиться.

– Пи-пи!

Хомяк смотрел на меня как на сумасшедшего, спрашивая, мол, что я тут забыл.

– Подвинься… – вцепился я рукой в край валуна и подтянулся наверх.

В саму глыбу врезалась туша рогатого мутанта, промахнувшись на метр. Фу-ух!.. Пронесло…

Я швырнул Жужже огромную питательную сферу, что создала здоровенную лужу. Источник постанывал от перегрузок. Оно и понятно: то количество маны, что я выплеснул за эти считаные минуты, было сравнимо с расходом, что не позволяют себе даже опытные и сильные маги. Благо в этом месте у меня был практически бесконечный боезапас. И главное, чтобы мана успевала поглощаться и обрабатываться внутри моего источника, становясь драгоценным эфиром, и чтобы само моё тело продержалось до конца…

Сфера за сферой. Шар сияющего огня за шаром. С треском закрылся проход. Взвыли твари. С горечью я осознал, что оказался чёрт-те где один на один со своими проблемами.

– ПИ! – доставая очередную шишку, угрожающе пищал на тварей хомячелло.

Ладно, не одну, но от этого не особо легче…

– Ж-Ж-Ж-Ж! – под грохот сражения и треск камней внизу раздался полный ярости крик Жужжи.

Я тут же бросился к той стороне валуна и заметил, как его облепили и дубасят со всех сторон разъярённые монстры. Без раздумий на их головы обрушил огненный эфир, от которого вверх, доставая до меня и хомяка, что испуганно дёрнулся в сторону, взлетело зелёное пламя.

– Ж-Ж-Ж-Ж!

Жук с покорёженным панцирем стал весь зелёный. И как только путь освободился, Жужжа, припадая на одну из лап, попёр в сторону толпы монстров.

Это была сумасшедшая битва, что продолжалась до тех самых пор, пока не задрожали стены подземелья. На шум битвы с незваными гостями прибыл либо местный хранитель, либо кто-то к нему приближённый.

Десятиногий магический двадцатиметровый таракан с защитным покровом, электрическими разрядами, скачущими по всему телу, и недобрыми глазами, что сияли красным светом.

Тяжело дыша и с трудом контролируя тело из-за накатывающих волн боли, я смотрел на резко прыснувших в разные стороны монстров.

– Ну вот… Только тебя мне для полного счастья и не хватало…

Молнии вокруг этого мутировавшего гигантского насекомого начали бегать намного быстрее, и оно замерло в сотне метров от меня. Так далеко мои лучи не бьют…

«БЗ-З-З-З-З!»

Шум от формируемого им заклинания нарастал, и я уже готовился спрыгнуть за валун, чтобы прикрыться от этой атаки, как внезапно кто-то выстрелил в электротаракана. И выстрелил не из чего-нибудь, а из ручного гранатомёта!

Тварь натурально подкосило и оглушило, хоть покров её и не сбили.

– ЗА ИМПЕРИЮ! ЗА РОССИЮ! ЗА РОД ШУМСКИХ! СДОХНИ, СУКА! – наполненный бравым криком голос донёсся с другой части той гигантской галереи, в которой происходило сражение.

Убить тварь не смог, зато сумел отвлечь!

Я перевалился через край и нашёл взглядом жука.

– Тяни меня вперёд! – отдал я приказ, ощущая, как восстанавливается запас эфира.

Впереди зазвенели очереди автоматов, загремели взрывы гранат. Те, кто из сброшенных сюда остался в живых, сейчас будто восставали из мёртвых, чтобы дать, возможно, свой последний бой Химере…

Глава 2

Тварь потеряла ко мне интерес, и это она зря! Не стоит вертеться, пытаясь достать, раздавить, прожарить магией молнии злых маленьких людей, а то можно легко подставить спину одному очень авантюрному магу… Что ж, рискнём!

Выдохнул и стал собирать силы для второй формы прожигающего луча – эфирного копья. Сложное заклинание, которым владел отец. С ним у меня получится достать тварь. И пускай у меня не хватает навыка, но сейчас не время думать об этом. Пан или пропал!

Выплеснуть ману под напором во внешнюю среду – и удержать. Аккуратно создаём границы, форму, ай-йа! Фу-ух… Держим-держим… Несмотря ни на что, Берестьев… Держи-и-и!.. Отлично!

Глубокий вдох, и энергия потекла в мерцающую форму. Что-то громыхнуло рядом, и я на миг отвлёкся. Форма дрогнула. Твою ж!.. Благо удержал.

Наконец форма заполнилась, и перед глазами явилось яркое, ядовито-зелёное копьё. Я чувствовал, как плотная энергия готова уничтожить всё на своём пути.

Сглотнув, схватился за снаряд и медленно завёл руку для броска. Глубокий вдох, и – лети, родная!

И копьё ринулось в таракана-переростка, окутанного электрическими разрядами. Ноги подкосились, и я рухнул на грязные камни. Только попади!..

Словно тысячи игл пронзали мои кожу, кости, мышцы, магические каналы… Ужасная слабость, опустошение… Несколько мгновений, и свежий поток маны, а затем и эфира стал успокаивать и восстанавливать моё измождённое тело.

По всей округе разнеслось тараканье верещание, полное боли. Через силу приподнял голову и увидел, как копьё прогрызает структуру барьера твари, изменяет его, ломает изнутри.

И вот копьё вонзилось в тело. Едкий, убийственный эфир ринулся вглубь, а тварь заметалась в агонии и закричала ещё громче.

Слабость продлилась недолго. Через боль вцепился в покорёженный и побитый панцирь жука и отправился обратно к своей скале сразу после того, как тварь перестала верещать.

Было жуть как опасно… Повезло, что тварь не знала, как противодействовать моей атаке. Хотя не думаю, что ей хватило бы энергии отбиться. В любом случае надо поскорее вернуться к своему валуну и как-то забраться наверх. Химера мертва, а значит, мутантами больше никто не управляет…

Время ускользало. Устал как собака. Когда оказался на вершине, завалился на спину и замер. Я смотрел вверх, стараясь утихомирить бьющееся сердце. Оно барабанило в голове так сильно, что я практически ничего другого и не слышал. Лишиться слуха в месте, где в любой момент может появиться монстр, – хуже не придумаешь.

Через какое-то время сердце успокоилось и слух вернулся. Без понятия, сколько я так пролежал…

Приподнял голову. Хомяк дежурил на краю валуна, всматриваясь в темноту подземелья. Жужжа, судя по звукам, плескался в эфирной луже.

С облегчением опустил голову. Думаю, если бы не боль в ноге, которую так просто не заглушить, я бы, может, даже и отключился бы.

Рывком принял сидячее положение и осмотрелся. Тварей нет. По крайней мере, рядом с этим залом. Слышны копошения и шум выживших где-то там, в сотне метров впереди – в том самом месте, где до этого был огромный, просто гигантский разлом.

Жрать нечего. Тело истощено, нога травмирована… Зато всё ещё живой и с полным источником! Впереди меня наверняка ждут ещё битвы, так что надо бы как-то привести себя в порядок…

За продырявленную ногу я не переживал. Травма хоть и страшная, но заражения не будет. Эфир убьёт любых микробов и бактерии. Кровотечение остановилось ещё в первую минуту моих злоключений здесь. Кожа уже покрылась почерневшей запёкшейся корочкой, но этого маловато для полноценного восстановления. Мне бы в больничку… Но пока всё, что у меня есть, – это моё голодное, уставшее тело и…

«ЧПОК!»

…Зелья восстановления, которые вроде как абсолютно нормальные, по заверениям одного ушлого скупщика и мясника.

Опустошив флакон залпом, посмотрел, что у меня ещё с собой есть. Ещё одно зелье восстановления – хорошо. Зелье восстановления маны – без надобности. А вот восстановления энергии пригодится! Противоядия мне ни к чему… Собственно, всё. Остальное я и не брал: закончились места в карманах. Осталось в машине лежать. Эх, ласточка моя… Нескоро я тебя увижу. Столько всего потеряю, возможно. Надеюсь, наши отобьются и Сокол с парнями её заберут.

Я посидел ещё пять минут. Слабость отступала постепенно, а вот боль уходить и не собиралась. Обезбола у меня тоже с собой нет. Зато есть щит с копьём, так и оставшийся в ножнах клинок. Где-то… Надо найти и забрать их. Заодно проверю, есть ли ещё выжившие.

Со стороны мой спуск наверняка выглядел как «пьяный увалень пытается преодолеть бетонный забор». С огромным трудом я оказался снова на земле и огляделся. Жужжа вёл себя странно: закутался со всеми своими повреждениями в какую-то гадкую и склизкую субстанцию и лежал, не шевелясь и не двигаясь.

– Фома!.. – позвал я, и пушистая голова свесилась с каменюки. – Копьё и щит ищем. К другим выжившим не суйся – опасно. Подстрелят ещё… Ах да… Прости, забыл. —

Я нашёл подавленные шоколадки в карманах и бросил ему.

– Спасибо большое за помощь.

Хомяка помятость нисколько не смущала. Он мастерски развернул из фольги свою вкусняшку и принялся, довольно пофыркивая, наслаждаться шоколадкой.

Вот уж кому всё нипочём… Ради шоколадки в такую битву вписался… Удивительная зверюга.

На полпути к Химере я нашёл свой щит. Ещё через пару минут поисков под кучей трупов монстров обнаружил и копьё. А ещё автомат и чей-то меч с треснувшим лезвием… Впрочем, материал хороший, из иномирной руды… Жалко, что у меня даже рюкзака нет. Брать его с собой дополнительно – лишь ещё больше нагружать себя и свою больную ногу лишним весом.

Копьё, кстати, очень удобно было использовать в качестве палки-ковылялки. Сильно облегчило мне передвижение.

– Ну ты задал этим тварям, парень! – чуть в стороне произнёс мужик, а следом раздался жуткий кашель.

Я сразу же подошёл к нему, перестав обращать внимание на находку.

– Живой?

Света практически не было в том отнорке, где он сидел, откинувшись на стену.

– Да, но это ненадолго… Если только ты не Архимаг-целитель.

– Нет…

– Ну и ладно. Хорошо повоевали. Не грех и умереть после такой битвы. Кха…

Я слегка насытил копьё энергией. Мрак отступил, и я смог разглядеть своего собрата по несчастью.

Наёмник… Один из тех, что прибыл вместе с группой Скуропатова. И да, он не жилец. Его и Архимаг с того света вряд ли бы вытянул… Не с кишками наружу…

– Передать кому чего, если выберусь к своим?

– А? Да… Да. Передай Хоткину Игнату, нашему полкану, что отправил нас, Скелетонов, с этими дешёвками позорными, что он дерьмоед поганый!.. Один нормальный среди всей этой своры был Шумский, да и тот, сука, погиб… Но как он ушёл, а? Ты видел?!

– Видел. Как каждый из вас до конца сражался, видел. Передам полкану вашему. Ещё что кому?

– Да, Саньке Акиньфеву, если он жив, КХА-КХА… Саньке скажи, чтобы мои погребные и отложенные переслал в Саратовский дом-интернат. Вроде и всё…

Негусто… Жизнь наёмников такая, что и передать особо нечего. Вся жизнь – бесконечная череда битв и отдыха в беспамятстве.

– Помоги руку поднять… – скосил он глаза на свою правую руку, в которой лежал пистолет: – Слишком – больно…

Я не смог ему отказать. Не хотел, чтобы он мучился. И рука его весила, казалось, тонну. Никогда ничего более тяжёлого не подымал.

Он погиб. И другие погибли. Ещё трое были в крайне тяжёлом состоянии, и лишь один из них в сознании. Все они обречены: моё зелье тут не поможет.

Многим досталось от когтей и клыков монстров. Кого-то заживо жрали твари, пока существовал разлом. Кому-то досталось от Химеры.

Я сидел посреди этого побоища в одиночестве. Где-то там, вдалеке, я слышал других монстров. Химеры, Гидры, Просты… Понятия не имею, кто остался. Благо сюда они не сунулись даже после смерти огромного таракана. Думаю, это можно считать знаком: другой Химеры на свободе не имеется.

В голове пустота. Я понимал, что мне нужно двигаться дальше, что надо найти ядро подземелья и забрать этот проклятый осколок… Добить тварей и, подготовившись достаточно, идти к своим. Чем скорее, тем лучше. Только… Я и понятия не имею, где нахожусь. Возможно, моя дорога к цивилизации займёт куда больше времени, чем думаю.

Учёные говорят, что дальность разломов не превышает сотни километров от излома, где они формируются. А ещё говорят, что максимальный размер разлома – примерно с могучий «БелАЗ», что обусловлено размером тварей. Главное, чтобы прошли… Якобы. Только теперь я очень даже сомневаюсь в этих словах.

Можно ещё вспомнить об открывающихся разломах близ городов, когда в сотне километров изломов нет. И ведь солдаты схожие байки травят, как тогда в поезде. Н-да-а… Попал я, конечно…

Я тяжело вздохнул, поднялся, опираясь на копьё, и посмотрел на множество трупов монстров и людей вокруг. И одного хомяка, что уже куда-то «унёс» моего первого гвардейца рода Краст Жужжу.

– Пи? – требовательно протянул вперёд лапку он, надеясь выпросить сладость.

– Не пи… Слушай, ты же где-то хранишь всё, что собираешь… Шишки свои, Жужжу таскаешь каким-то образом с собой…

– Пи-пи… – подтвердил он.

– У меня нет рюкзака. Нет места для сбора трофеев и добычи. А если я всё это соберу с собой и ты мне потом передашь, то в городе я смогу это продать… Ну, скажем так, этого хватит, чтобы обменять на десять шоколадок!

– Пи? ПИ!

– Ох, дружок, тебя не обманешь… Да тут только вот этот меч можно будет на пять плиток с орешками обменять. Если же разделать монстров, собрать добычу, вытащить все изменённые растения, руды, грибы… То, я думаю, двадцать. Может, даже двадцать пять шоколадок можно будет получить в обмен. Ну что, справишься? Сможешь для меня собрать те вещи, что я укажу, а потом отдать?

От моих слов хомяк начал выглядеть как бык. Тяжело дышал, фыркал, смотрел широкими глазами.

– Пи? – спросил он и, проглотив слюну, застучал зубками.

– Да, даже с орешками, – подтвердил я.

– ПИ!

Мне даже ничего говорить не пришлось, когда хомяк начал носиться по полю, останавливаться то у тел монстров, то у заброшенного снаружи оружия и вопросительно попискивать, мол, забираем или нет.

Я же лишь надеялся, что он не надорвётся – и что меня не кинет. Не думаю, что он умеет считать. Но если научится, для меня это будет печальным событием…

Что ж, раз уж я начинаю тотальную зачистку этого излома… Есть смысл позаботиться об общечеловеческих ценностях. Собрать цепочки с номерными жетонами военных и того наёмника, документы, что подскажут их имена и помогут передать весточку родным. Вытащить их наружу и похоронить. Если этого не сделаю я, то этого никто не сделает.

– Хотел самостоятельно исследовать Сибирь и практиковаться, так получите и распишитесь, ярл Краст… – пробурчал я и принялся за работу.

В первую очередь стал перетаскивать тела людей на очищенный от трупов монстров квадрат.

Ликвидаторы… Ими не рождаются. Ими не становятся. Ими – умирают! Это люди, что до последнего ведут бой и оберегают своей собственной жизнью покой простых людей и нашей Родины.

Они заслуживают покой. И я всё сделаю. Отдыхайте, герои!

***

Подземелья дворца Псиоников.

В камеру номер шесть прибыл очередной посетитель. На этот раз цель визита кардинально отличалась.

Измайлова Екатерина, одна из тридцати официальных псиоников империи в ранге магистра и выше, стояла перед дверью и напряжённо думала.

Впервые за свою жизнь она оказалась в такой ситуации. Ей было позволено делать всё что только заблагорассудится. Главное – не убить и не дать сбежать «подозреваемому». И сейчас, стоя перед этой дверью, она понимала: больше не висит над ней незримая рука её наставницы, больше нет нужды соответствовать образу, который она сама в себе воспитала. Вернее, ей помогли воспитать.

Она была хорошим псиоником. Хорошим магом. И отличным дознавателем. И в этом-то и крылась проблема этой молодой девушки, которая попросту не решалась сделать ещё один шаг в камеру Владимира.

Псиоников учили быть жестокими. Быть хладнокровными, властными магами с гнетущей аурой. Они – та самая Баба Яга, которую боится встретить на своём пути любой житель империи. И неважно, аристократ он или простолюдин. Тот, кто попадёт в их руки, обречён на страдания. Это знали все. Это не скрывалось, ведь они были щитом империи от зла. Порой это зло имело смазливые лица, благородные мотивы, популярные в народе лозунги… Но все они несли за собой разруху. И все они, даже притворяясь ангелами, были способны сделать величайшее зло из всех, что только возможны, – нарушить стабильность империи. Раскачать этого гиганта и создать прецедент, что приведёт к разрушениям и войнам.

Екатерину научили быть злой. Она была согласна с тем, что её будут бояться и ненавидеть. Такова цена стабильности. И она была рада стать той, кто будет этой преградой на пути врагов внешних и внутренних. Измайлова была полна веры в свой собственный путь и мудрость своей наставницы. Однако с каждым днём, когда она «работала» с Владимиром, вторгаясь в его мозг, в его воспоминания и самые грязные тайны, она всё больше убеждалась в том, что в системе ошибка. В точной, выверенной, работающей уже не один век системе… И всё из-за этого мужчины.

У Владимира не было грязных тайн. У него вообще не было за спиной так называемых «скелетов в шкафу». Открытый, чистый и с полной верой в себя, свой род и Империю. Он жил ради защиты своей страны. За свою недолгую жизнь он успел побывать на полях сражений, в окопах, в блиндажах и на передовой, воюя с тварями, рвя жилы и делая всё что только возможно ради спасения соратников. Она увидела его клятвы, данные самому себе, и ей, человеку, который убил, вскипятив мозги, уже не десять и не двадцать человек, что угрожали стране, было стыдно. Стыдно перед Владимиром. За себя. За весь их корпус. За империю.

Он не был святым, но и уж точно не был тем, кто угрожал империи. Даже позавчера, когда, задавая каверзные вопросы, копалась в мыслях Владимира, она не видела в нём, измученном, гнева в отношении неё и других мастеров, что выпытывали из него информацию. Он до сих пор считал их всех одними из самых важных и нужных людей для империи.

Екатерина была уверена, что если вдруг к ним в камеру ворвётся какой-то маг-убийца и попытается убить её, чтобы освободить Владимира, то пленник попытается спасти её. Это не укладывалось в голове девушки. Она была шокирована, и ей впервые не хотелось входить в эту камеру. Не хотела нарушать покой человека, о котором думала последние дни. Ещё не было таких, как он, на её практике. Никогда не было. Даже наставница признала это и с недовольным лицом ушла на встречу с регентом.

«Если бы в России было хотя бы несколько таких, как он…»

Впрочем, мечтать девушка уже не хотела. И так она много времени потеряла. К счастью, сегодня ей не требовалось с ним работать. Она пришла, чтобы передать ему сообщение и новость о скорой встрече с его матерью.

Подавив в себе все возможные эмоции, Екатерина вошла внутрь и увидела улыбающегося Владимира, что смотрел на неё ясными глазами. От этого взгляда весь настрой девушки полетел к чёрту на рога, и она запнулась.

– Я… Владимир! Послезавтра к вам прибудет ваша мама. Свидание согласовано и разрешено Её Высочеством, Стефанией Романовой. Я… Приду позже, после обеда… – максимально быстро проговорила заготовленную речь девушка и резко вышла из камеры, делая вид, что очень торопится.

Сердце стучало как ненормальное, а от стыда ей хотелось провалиться сквозь землю. Екатерина хотела вернуться, чтобы ещё раз посмотреть на его лицо, с которого уже практически сошли синяки. И в то же время ей хотелось убежать, чтобы не читать его мыслей. Мыслей, после которых она начинала считать себя мелочной, злобной, бессердечной сукой, которая делает то же дело, что и Владимир, – заботится о своей Родине. Но делает это настолько грязно, в отличие от него, что ей уже никогда не отмыться…

– Дура… – подытожила она и медленно, с задумчивым видом побрела в сторону кухни.

«Там готовят сплошные помои. Не хочу, чтобы Владимир ими питался. Он заслуживает другую еду. Как минимум такую же, как и я. Быть может, если я сама приготовлю ему обед, мне станет чуть легче, а сердце перестанет метаться как сумасшедшее?..»

Глава 3

Никогда бы не подумал, что хоронить незнакомых людей тяжелее, чем в одиночку зачищать излом. Лопаты под рукой не было, и копал руками. Когда те одеревенели, припахал к работам жука. После своего обновления он рыл как бульдозер, но меня это сейчас мало интересовало.

Ну, изменился. Ну, стал мутантом, напоминающим помесь колорадского любителя картошки и ещё кого-то. Ну, крупнее стал, шустрее, тяжелее… Ну и пусть себе растёт и развивается в своей монстроиерархии.

Зря всё-таки прямо подчистую зачистил подземелье. Стоило подчинить ещё одного или двух монстров… Хотя нет. Сейчас не до этого. И уж лучше сделать всё по уму. Тут мутанты совсем вырвиглазные: на нормальных животных совершенно не похожи. В общем, жуть редкостная и противная! Вот Жужжа хотя бы на реального жука похож. Просто переросток. И его, по идее, в город взять можно.

Как говорил Михаил, в Москве, Петербурге и в ещё паре крупных городов нашей Родины уже вовсю развивается новое направление бизнеса – искусственно выведенные монстры-мутанты. Усмирённые, сильные, одомашненные. Для сильного мага это похоже на то, как древние цари и фараоны в качестве питомцев держали тигров, львов, пантер и прочих хищников. Надо бы изучить эту тему, а там уж и решу, что с моими подчинёнными делать. Я ведь не из тех родов, что владеют силой подчинения, так что на этом и спалиться можно. Ну, если не прямо спалюсь, то лишнее внимание точно привлеку. Ладно… Не стоит пороть горячку раньше времени. Где столица, а где я?! Этого и сам не знаю… Кругом леса, камни, холмы. Река неподалёку есть, что радует.

Реки обычно ведут к цивилизации. Правда, в контексте Сибири это может быть путь на сотни, а то и тысячи километров. Так что сперва разведка на местности, потом уже принятие решений.

– Вернее, сперва вытащим всю добычу…

Я устало вытер пот со лба и посмотрел на вход в подземелье.

В изломе я действовал по отработанной тактике: создал удобную позицию, вызвал ярость врага, заставив его прибежать ко мне по каменным проходам, стенам и потолку, затем дистанционными атаками и заранее подготовленными эфирными лужами-ловушками убил большую часть тварей.

Ходить было тяжело. Ноге требовалось как минимум время на восстановление, а как максимум – больничная койка и толковый хирург. Вот уж чем-чем, а медициной я практически не увлекался. Лишь общие знания имел, да и те получил «мимоходом», пока лазил по интернету да книги всякие читал. А зачем, если у меня богатырское здоровье? Зато магией я зачитывался капитально. Так зачитывался, что матушка дважды мне зрение поправляла силой специалистов рода Золотарёвых…

В общем, отвоевался я славно. За всю боль парней. И все их кольца ликвидаторов собрал, как и ставшее бесполезным оружие и мелочи в карманах. Не мародёрство, нет. Это выживание! Я не знаю, где я и сколько времени здесь проторчу. Экипировку их не трогал. Каждому, кого уже похоронил, в руку вложил их ножи и прислонил к груди. Не знаю зачем… Просто если вдруг по какой-то причине эти захоронения когда-нибудь откопают наши потомки, то пусть знают: здесь покоятся настоящие воины, что сражались до конца!

Мечи же их и прочие клинки я забрал. Хомяк забрал, если быть точным. Мы с ним сторговались на тридцати шоколадках, и теперь он мне помогал. Единственное – огромные трупы монстров он брать отказался. Ну, они и правда тяжелы и громоздки, так что для этого пушистого грызуна-переростка это была бы дичайшая нагрузка. Незачем его лишний раз напрягать. Уж лучше потренируюсь в разделке. Пускай тащит только то, что имеет цену. Глядишь, и не стухнет из-за его магии в дороге. И снаряжение героев хомяк тоже донесёт. И мне резервное оружие на всякий случай будет, и родным погибших – наследие от ребят, что пали в неравной битве.

Последним я похоронил молодого удальца из рода Шумских. И хотя бесконечно устал, всё же взялся вместе с жуком за большую и более-менее ровную каменную плиту, которую водрузил на своеобразный «постамент». Эфир отправился через мои гудящие, зудящие, выкручивающиеся, тянущиеся… В общем, сильно болящие магические каналы. Он прибыл к указательному пальцу, и тот засветился зелёным.

Морщась от боли и необходимости прикладывать большие усилия для ограничения истекания эфира, я начал выводить пальцем надпись на каменной плите, чтобы те, кто найдёт это место в ближайшем будущем, знали, что здесь покоятся настоящие герои. Имён я практически не знал. Отметил всех, кого удалось определить, и рассказал, как они пали в неравном бою, до последнего отдавая свой долг во имя Родины и всего человечества.

– Спите спокойно, – склонил я голову и провёл поминальную минуту молчания.

Ветер. Шелест листьев. Скрип деревьев… Теперь, после закрытия излома, это место выздоровеет, вернёт свой прекрасный первозданный вид. И это их заслуга в том числе. Далеко не факт, что я бы справился без них.

В сопровождении мохнатого и хитинового гвардейцев я за час сделал круг почёта вокруг излома, залезая на каждую гору, каждый пригорок и все самые высокие деревья.

Кругом природа. Ни следа человека. Да уж… Сбылась мечта одинокого ярла, желающего восстановить собственный род.

– Ладно, Жужжа, не ной и не стучи по дереву.

Перепачкавшись в смоле, слез с высокой сосны под стук жука, что зачем-то решил это самое дерево проверить на прочность.

– Пойдём поработаем с изломом и его дарами, что через день-другой начнут тухнуть.

– Ж-ж-ж-ж…

Поумневший жук развернулся и зашевелил лапками в сторону излома.

С учётом того, что мы тут изрядно заплутали, он либо хорош в географии и ориентировании на местности, либо ощущает излом каким-то своим магическим восприятием. Как и я. Хм… А может, это и вовсе сила эфира тянет нас к местам, где магический фон побогаче? Ведь там носителям этой силы будет куда как легче сражаться… Не знаю. Пока не знаю.

А вот в чём я уверен наверняка, так это в том, что моя мечта о космическом корабле откладывается. Да, зацепили гады эти, что сидят там, в своих технологических кабинетах непонятно где. И всё-таки готов поспорить: именно что на космической базе и сидят. Слишком многое об этом говорит. И если я прав, то для меня крайне удивителен тот факт, что экипаж состоит из людей. Есть, конечно, вероятность, что увиденное мной голографическое изображение – просто форма контакта с местным населением… Правда, этого я не узнаю. По крайней мере, в ближайшем будущем. Но я точно знаю, что скоро у меня будет два балла за закрытие изломов, и тогда я смогу взять что-то, что поможет мне выжить и найти дорогу домой.

– Вот только пару сотен туш разделаю, и проверим, что мне приготовили загадочные гости, собирающие ядра изломов…

***

Сутки спустя. Где-то в Сибири.

Провозился я долго. И провозился бы ещё дольше, если бы не подрядил для работы Жужжу. В темноте подземелья работать было тяжело, поэтому он тащил тела покрупнее наружу. Иногда частями, ибо я неслабо так постарался во время зачистки. Хомячелло же перекинул мне сотни более мелких зверушек, пока я оборудовал себе импровизированный рабочий стол на ближайших крупных камнях, что пришлось выровнять, плавя эфиром.

Дело было сделано, и сейчас я парочкой ножей разных форм и длины занимался тем, чему меня слегка обучили. Грязная, вонючая, кровавая работа. Но мне повезло: рядом протекала довольно шумная и буйная речка, что прекрасно смывала все последствия разделки туш монстров и сбора их потенциально дорогих частей на продажу.

– Фома, они точно не испортятся?

– Пи!

– Смотри мне!.. Если твоя магия не убережёт всё это добро, то вместо шоколадок мы получим шиш с маслом.

– Пи? – заинтересованно посмотрел на меня проглот.

– Нет, невкусный он… – покачал я головой и кинул очередную порцию бесполезных частей тел Жужже.

Как оказалось, этот любитель картошки всеяден, и монстров он пережёвывает за милую душу. Правда, если кидаю то, что ему не нравится, жук своей кислотной атакой растворяет кости, сухожилия и прочие ошмётки. Не оставлять же здесь сотни монстров, превращая это прекрасное место в могильник! Вот Жужжа и жужжит, активно работая своими челюстями. Эх, какой полезный жук! Прямо универсальный утилизатор! А я ещё собирался связь с ним разорвать и убить его таким образом… Хорошо, что не совершил ошибку. Впрочем, не совершил я её только благодаря Фоме…

К слову о помощниках… Из-за излома жизни вокруг практически нет. Грибов нет, земля перерыта во многих местах. Ягодников нет. Животных нет… А я уже давно голодный, но есть плоть мутантов, как Жужжа, не смогу.

Фу-ух… Надо сделать перерыв в работе: уже больше суток на ногах. Съесть готов едва ли не целого быка! Только этого «быка» или любую другую еду надо ещё найти… А это задачка повышенной сложности! Хотя есть у меня одна идейка…

И вот, прекратив работать, я в компании своих пищаще-жужжащих друзей отправился в сторону речки. В ней, по идее, должна быть рыба. Пять минут внимательных наблюдений в свете заходящего солнца дали понять, что я прав. Хоть и не крупная, но есть! Правда, поймать её будет не так-то просто… Рос я всё-таки в имении, а не в деревне посреди леса. Что ж, будем учиться на ходу.

Направился вдоль речки в поисках подходящего места. Предварительно запомнил ориентир местности, по которому мне ночью предстоит вернуться. Стало им длинное поваленное дерево, которое превратилось в своего рода мост. Хороший ориентир, такой не пропустишь.

Прошёл по влажной почве несколько километров, петляя между холмами, каменными глыбами и деревьями. Вода постепенно становилась спокойнее, а речка – шире. Искал небольшую заводь и нашёл! Правда, на другом берегу… Пришлось слегка вернуться назад и найти место, где можно спокойно перейти речку, что в районе заводи растолстела до шести метров.

И вот я на месте. Немного прикормил сухарями, которые добыл в кармане куртки одного из героев, и вскоре объявились первые халявщики. Солнце уже практически ушло за горизонт к тому моменту, как в этой заводи три на четыре метра от сухаря ничего не осталось. Надеюсь, пара рыбин тут осталась. Что ж, попробуем!..

Осторожно подойдя к основному руслу речки, а быть может, уже и реки, я призвал свой эфир и выпустил совсем немного в заводь.

Капля никотина убивает лошадь, а капля эфира убивает как минимум трёх рыбёх размером чуть больше моей ладони, одного крупного карася, двух лягушек и кучу более мелкой рыбы, что тоже была здесь всё это время. Хм, а я только три рыбы сумел разглядеть… Впрочем, даже этого мне мало. Ну, на безрыбье и лягушачьи лапки сойдут…

Я забрал всю добычу и велел Жужже и щекастому, что увязались за мной, даже не смотреть в их сторону. А затем принялся очищать заводь. Надеюсь, завтра мне удастся повторить этот приём.

Сделать это было непросто. Пришлось организовать «канал», поработав щитом как лопатой. Уже в потёмках я выждал полчаса, игнорируя голод, пока заводь не очистилась от силы эфира. Затем слегка сузил вход в заводь, выгреб остатки крошек сухаря из кармана в воду, хотя очень хотелось их съесть, и похромал обратно, закинув щит за спину. Копьё же использовал в качестве третьей ноги.

В темноте задача добраться до излома выглядела тем ещё приключением… Трижды споткнулся, дважды оступился и один раз соскользнул в воду. Благо рыбу и лягушек успел на берег выкинуть. А потом меня ждал квест – с дрожащими от холода руками зажечь костёр, на котором можно было бы поджарить добычу…

Часов у меня не было: не берут ликвидаторы на битву вещи, что могут мешать свободному обращению с оружием. Но и без них готов поспорить, что, кроме двух часов дороги в потёмках, которые иногда разгонял силой эфира с острия копья, ещё три часа провозился с ужином. И всё равно ушёл ночевать в излом голодный…

Проснулся я с чувством жуткого дискомфорта. Хотелось сожрать последнее, что у меня было, – шоколадку…

Нет, так дело не пойдёт! Голова соображает туго, и такими темпами я не смогу здесь задержаться и довести разделку трофеев до конца. Я даже поискать полезные дары излома в виде изменённых металлов, камней и растений не смогу.

– Фома. Голодный?

– Пи!

Тут же рядом со мной из ниоткуда появился хомяк и требовательно протянул свои лапки.

– И я голодный. Давай меняться: с меня немного шоколада, с тебя – найти мне какое-нибудь животное. Только не летающую птицу. Если сможешь прибить и притащить ко мне, то вообще хорошо будет. Тогда ты получишь шоколад быстрее.

– ПИ! Пи-пи-пи?

Хомяк решил проверить меня на дурака и притащил через мгновение тушку мелкого Проста.

– Нет, это я не могу есть, – покачал я головой.

– Пи-пи?

– Так, ну, ты же вроде бы умный, да? Можешь кивнуть мордочкой, если ты меня понял?

– Пи? – вопросительно посмотрел на меня хомяк и покачал головой.

Есть у меня подозрения, что Фома уже жил с людьми до того, как стал таким… Большим обжорой! Очень уж хорошо зверёк всё понимает. А ведь, даже будь у него развитый мозг, мы общаемся всего ничего, и так понимать он меня не должен. Ладно бы мы с ним прошли через подчинение эфиром. Но ведь нет! И я не сомневаюсь: пушистый явно действует исключительно из своих личных, эгоистичных побуждений.

– Да. Я перечислю, что могу есть, а ты можешь отправиться на разведку. Что найдёшь – всё тащи сюда. Та-ак… Живые животные, особенно травоядные, грибы, ягоды, яйца, птицу. Растения… Я не знаю, как объяснить, какие съедобные. Грибы же я посмотрю и отличу. По крайней мере, эфир защитит, если ошибусь. С ягодами то же самое. Могут быть ядовитыми. Ещё рыбу. А вот лягушек и жаб тащить не надо. Позже в городе я тебе фильм найду про еду в дикой природе, чтобы знал на будущее, что точно можно тащить, а что – бессмысленно.

– Пи… – задумался хомяк и медленно засеменил в сторону выхода из нашего временного места обитания.

Жужжа за ночь сожрал и растворил почти всё, что вчера осталось от монстров. И куда в него столько лезет? Там что, чёрная дыра в желудке? Хотя ладно. Всё-таки мутант, а у них немного иначе всё устроено. Все они обычно стремятся к гигантизму. А этот самый гигантизм должен быть на чём-то основан. Не воздухом же они питаются. Жрут как не в себя, гадят так же, растут как на дрожжах… Хорошо, что жучара у меня культурный. Я ему ещё в первый день объяснил, что делать можно, что нельзя. А то был бы рядом со мной не хитиновый защитник, а жужжащий завод удобрений.

Работать мне в моём состоянии не просто не хотелось, а банально не моглось. От голода и слабости после стольких нагрузок я ощущал себя на грани, поэтому, пока хомяк разведывал местность, отправился в сторону заводи. Может, хоть пару рыбок найду.

Ситуация была для меня критической, поэтому тело мобилизовалось и напрягло мозг, за счёт чего я нашёл более короткий путь к нужному месту на речке. Даже с учётом повреждённой ноги дорога заняла минут сорок туда и столько же обратно.

Добычей же моей стали две более-менее большие рыбины – грамм на пятьсот каждая – и четыре совсем уж мелких экземпляра, размером чуть больше указательного пальца. На всякий случай перед уходом снова отчистил заводь.

И спасибо судьбе или кому там за этого хомяка! Принёс, красавец, всякого!

Ягод примерно банку. Большая часть явно ядовитая, но, пока делаю костёр, пока чищу рыбку, пока жарю её, придавить слегка голод сойдёт. Две трети выкинул сразу, поняв после дегустации, что они для меня бесполезны и лишь вынуждают тратить силы на борьбу с ядом. А треть съел, и стало как-то легче на душе.

С грибами ситуация была ещё хуже. Четверть я оставил, из которых больше половины – сыроежки, а остальное выкинул даже не дегустируя. И так понятно, что ядовитые. Были спорные экземпляры, и с ними я справился без особого труда, просто облизнув срезанную ножку. Если язык опух, то лучше не есть. Вообще, мне в этом плане повезло с моей силой. Будет неприятно, будет тяжело, но не помру от случайно оказавшегося в моей тарелке ядовитого гриба.

Дело пошло веселее. Готовил я с удовольствием. Конечно, посуды и прочей кухонной утвари не было, но я наловчился жарить на раскалённом костром камне, который, опять же, выровнял при помощи эфира. Я ведь уже говорил, что в плане родовой силы я везунчик, да?..

С завтраком закончил только к полудню. Хомяка не было видно почти два часа, и я с грустью думал о том, где же он шляется. И ответ пришёл очень скоро. Тяжело было пропустить возвращение мохнатого зубастика, когда трещали ветки под ногами кого-то, кого мелкий диверсант ко мне вёл.

Меж двух сосен показался хомяк с охапкой шишек в руках. Он развернулся и швырнул свой снаряд, вызывая дикую ярость гонящегося за ним животного.

Визг, хрюки, сопение… Явно кабан! Надеюсь, не мутант…

– ВИ-И-И-И-И!

Выскочил между сосен мой будущий обед и завизжал после очередной шишки, что прилетела ему прямо в пятак.

Убить его, значит, хомяку не удалось, а вот вывести из себя – это он запросто… И почему я не удивлён?..

– Бедолага… Сейчас я тебя успокою, мой бекон на ножках…

Сердце забилось чаще от одной мысли о предстоящем обеде, а эфир, словно и вовсе без моей указки, направился к руке.

Спасибо, Фома, за кабана! С ним дело пойдёт куда как веселее!

***

Зачистка подземелья продолжилась, и через двое суток я забрал осколок, окончательно прекращая его тлетворное влияние на сибирский лес вокруг.

– Так, друзья мои… Если я вдруг исчезну, никуда не уходите. Ждите на месте! Понятно вам?

– ПИ?

– Ж-ж-ж-ж?

– Сам не знаю… В любой момент могут позвать меня дела. Но, думаю, у нас есть время до ближайшей ночи… Значит, так: идём вдоль речки, ищем высокие холмы и деревья для ориентира. Фома, ты тоже посматривай внимательно по сторонам, ищи следы людей.

И путешествие по Сибири официально началось. А вот долгое оно будет или короткое – это никому не известно. Хм… Может, моя милая куратор поможет мне и поделится информацией?

Глава 4

Лесные пейзажи, свежий еловый запах, бодрящий прохладный воздух, богатая концентрация маны в округе… А ещё голод, который регулярно появлялся из-за активного передвижения по лесу к высоким холмам и редким скалам; большая трата сил и времени на поиск припасов и невозможность разбить лагерь… Вернее как: не хотелось размещаться на открытой со всех сторон опушке леса или поляне. Устал я всё-таки как собака и спать, уверен, буду крепко. Жужжа и Фома вообще не факт, что хоть как-то сумеют меня прикрыть. Так что нужно такое место, чтоб закрывалось с нескольких сторон. А на последнюю я уж расщедрюсь: поставлю магическую ловушку в виде эфирной лужи. Плюс ещё призвать на сдачу осколка должны, и это весьма важный момент. В первый раз они стащили меня прямо с поезда, во второй – дождались, пока я усну. Сейчас же, думается мне, поступят точно так же, как и в последний, раз до сих пор этого не сделали.

Идеально было бы найти пещеру. Но где я, а где пещеры в Сибири? По крайней мере, не в этой части лесов… И никаких скал позубастее нет вокруг, а то можно было бы там что-нибудь организовать… Э-эх. Остаётся рассчитывать на остатки человеческой цивилизации… Насколько помню, жили в этих местах, пока их официально не объявили аномальными и не запретили проживание. Слишком уж дорогой кровью обходилась защита городов и поселений, в которых, по сути, лишь лесопилки работали. Рудники да шахты ещё раньше закрыли, как и большую часть производств. Богатств здесь хватало, но та цена, которой они добывались и вывозились, да в условиях практически не работающей техники… Оставался лишь лес.

Кровавый лес Сибири – именно так его называли. Из-за десятков, если не больше, тысяч литров крови ликвидаторов, военных и городского ополчения, что отбивалось от нападок тварей. А те всё постепенно плодились и захватывали эту область. Теперь это был их ареал обитания. И к счастью людей, друг друга твари из разных изломов любили не намного больше, чем наш вид. Естественная конкуренция за главенство в пищевой цепочке… Так что здесь хватало и простых животных, и мутированных тварей, что вынужденно покидали драгоценные изломы и начинали рыскать в поисках еды и нового места для проживания. А в городах людей всегда много еды, поэтому они к нам и любили наведываться. Только вот к нам идти далеко, да и приграничье полностью под контролем могущественных и сильных родов, что берегли покой империи. Вот и ютятся по лесам.

С пограничьем империи та же ситуация: рода получали власть, деньги, людей и ответственность за эти земли, что была ещё больше. Они защищали страну и были передним рубежом от тварей и врагов, что могли в любой момент напасть. Такова цена статуса и громкого имени.

Безусловно, рода, что защищали нашу Родину, были невероятны. Однако не стоит думать, что императорский род и имперская гвардия вместе с войсками были слабее. Наоборот, сила под контролем императора – а в наше время его матери – в среднем в два раза больше, нежели у всех родов, вместе взятых. По крайней мере, по числу простых бойцов и военных, включая технику.

Культ Силы имперских войск и академий в каждом крупном городе империи настолько распространены, что порой при поступлении был сумасшедший конкурс. Но то простые солдаты и офицеры. Они владели оружием и техникой, но слишком редко владели силой воителя или магией. Столица была далеко, и потому любой потенциально сильный боец предпочитал получить помощь какого-нибудь крупного и сильного местного рода, что зачастую оказывался намного влиятельнее и щедрее, нежели государевы слуги в конкретном городе и регионе.

Каждый, кто идёт по пути силы, предпочтёт получить индивидуальные тренировки с сильными мастерами, полезные снадобья и зелья, оружие и другую экипировку рода. Знай лишь: будь лоялен и становись сильнее, и тогда род и тебе, и твоей семье поможет. Государство тоже поможет – в лице императора, но это куда более длинный путь. И что самое паскудное в такой ситуации: тебя могут отправить за тридевять земель служить своей Родине. И неизвестно, когда ты вернёшься и увидишь вживую своих родных и близких.

Аристократы же, принимая воителя на службу, заботятся в первую очередь о своей зоне ответственности. Потому бойцу предстоит зачастую оберегать то место, где родился и вырос, во благо интересов государства, приютившего рода и простого народа. Неудивительно, что при более щедрых, а порой и равнозначных предложениях дворян толковые бойцы соглашаются и подписывают контракты с родами.

Такая вот сложилась в нашей империи тенденция. И эта тенденция, кажется, сыграла против меня… Если нахожусь в центре сибирских земель, что крайне вероятно, то шиш мне, а не поселения. Даже шансы деревню найти околонулевые…

Я шёл на юг вдоль реки, не теряя надежды найти хоть какие-то остатки цивилизации. Монстрам плевать на старые избушки, если в них нет еды, а мне какая-никакая помощь будет.

– Пи!

Хомячелло появился передо мной на закате и стал активно привлекать к себе внимание.

Нашёл что-то, разведчик. И явно что-то любопытное.

– Ну, пойдём, глянем, что ты там нашёл…

А нашёл он огромное гнездо с пчёлами. Я стоял под ним, как герой детской сказки про косолапого медведя, и думал…

Огромных летающих комаров я уже видел и убивал. Магических оводов-манососов – тоже. А тут пчёлы. И вроде бы излома рядом нет, но… Прямо чую, что это, как говорится, неправильные пчёлы. А значит, делают неправильный мёд! Означает ли это, что я сейчас развернусь и уйду? Ага, щ-щас! Стану я сам себя лишать одного из редчайших и высоко ценящихся даров природы нашей империи!

Мутанты бывают разные, это все знают. Просты, Гидры, Химеры… Знаю я, что каждый из этих классов имеет и свои подклассы, что демонстрируют их ранг и уровень силы да и опасности среди себе подобных.

Вот взять моего мохнозадого разведчика Фому. Он мутант? Да. Он опасен? Относительно… Не больше, чем любой встреченный человек в подворотне. Но он другой.

Подобные звери, что идут по пути магической эволюции и мутаций, похожи на сорвавших джекпот везунчиков. Они остались, по сути, собой, но получили удивительное благословение. Например, удивительный рост разумности и появление магических сил. И эти пчёлы были такими же.

О существовании разумных пчёл впервые стало известно более шестидесяти лет назад, когда один из передовых отрядов ликвидаторов обнаружил «новый вид». По сути, это впитавшие силу излома насекомые, что не остались в нём. Как это произошло и почему они были способны противостоять этой немыслимой силе? Тяжело сказать… Возможно, там для них не было цветов и кормовой базы, вот рой с маткой во главе и улетел. И подвергся мутации уже после обоснования колонии.

Пчёлы эти стали живучее, крупнее, и, что немаловажно, у них не осталось природных врагов. Если не считать других мутантов и людей. Им было чем ответить агрессору.

Мирные пчёлы размером с ладошку всё ещё оставались опасны в своём количестве. Огромное гнездо в дупле огромного дуба вмещало пару сотен особей, что летали на огромные расстояния. Сейчас, к вечеру, большая часть из них возвращалась домой на ночёвку. И пусть лично для меня яд этих милых полосатых создателей мёда не опасен, а всё равно получать укол жалом не хочется. Они, по рассказам ликвидаторов, очень болючие. И проверять это на своей уставшей шкуре как-то не хочется, но… Их мёд того стоит!

Мёд из редких изменённых растений, что стали в десятки, а порой и сотни раз крупнее, был одним из чудес природы. Свойствами походил на эликсиры знаменитых алхимиков! И я точно знаю, что эти самые алхимики готовы едва ли не передраться меж собой, если группа ликвидаторов вдруг принесёт его на продажу. Ведь он прекрасно подходит для изготовления зелий. Да и ещё, в зависимости от того, с каких растений и цветов была собрана пыльца и нектар, мёд мог давать разные эффекты. И требовались дорогостоящие тесты, чтобы понять, какой именно приятный сюрприз даст употребление этого мёда.

Мутированные растения и цветы, к слову, произрастали лишь вокруг изломов. Слышал, что рядом с изломом, контролируемым родом Берестьевых, рядом с родовым имением была целая пасека этих пчёл.

Матушка рассказывала, что отец целую экспедицию снарядил, чтобы найти пчёл и создать колонию, что будет жить на территории рода, собирать пыльцу с изменённых растений и делать мёд. И целый штат специалистов работал на него, чтобы позаботиться о выживании этих милых жужжащих полосатиков.

– Ж-ж-ж-ж…

О мою ногу потёрся Жужжа, беспокоясь, что я уже целых пять минут стою в одной позе и задумчиво наблюдаю за полётом пчёл.

– Всё хорошо, – покачал я головой, пытаясь придумать хоть какой-то план. – Редкая возможность… Ладно, надо лезть, пока совсем поздно не стало.

Моя униформа, что изрядно поистрепалась, была не лучшей защитой против пчёл, но всё же ей являлась. Поэтому атаковать меня пчёлки будут в первую очередь в голову и ладони. Печальное это будет зрелище…

Мне бы тут магический щит пригодился, но без жемчужины в источнике создать полноценный не получится. Да и мнимый тоже… Всё-таки у меня ни знаний, ни практики. Слишком сложная магия.

Я по Светловой помню, как быстро просел её собственный щит во время комариного нашествия. А всё потому, что делала она его тяп-ляп, будучи магом четвёртого ранга. Нет, то, что она вообще сумела его сделать, – за это ей огромный респект! Лишь сильные и талантливые маги, с которыми работали не менее талантливые наставники, способны на это. Тем не менее факт остаётся фактом – энергии жрёт много, а эффективность так себе. Особенно против толпы.

Могу, конечно, просто закинуть в дупло эфирный шар, и всё на этом. Но пчёлки эти… Они одни из немногих прижившихся на планете мутантов, что приносят пользу. Так что нет. Не стану я так поступать. Не хочу!

– Что же делать… Фома, ты, случаем, залезть внутрь и спереть пару сот с мёдом не сможешь?

– Пи? Пи-пи? – посмотрел на меня щекастый, строя странную рожицу.

– Нет, я не дурак… И вообще, попроще выражайся.

– Пи! – задрал голову горделивый монстрик.

– БЖ-Ж-Ж-Ж-Ж! – за спиной снова зажужжало, но в этот раз – на уровне головы.

А вот и страж дупла прилетел… Хм. Что же, а это идея!

Я медленно снял с побаливающей ноги берец и, осторожно развернувшись, оказался лицом к лицу со стражем улья.

Надо его поймать. И попыток у меня будет немного: активное размахивание ботинком привлечёт ещё больше внимания.

Эх, мне бы создать капельку эфира, что будет светиться и не уничтожит ботинок… Но нет. От излома я далеко, мана не бурлит внутри меня, и мой контроль – оставляет желать лучшего. Когда навык растерять-то успел?! Впрочем, ладно, хотя бы попробую привлечь внимание…

Эфир двинулся по телу, даруя мне усиление. А конкретнее – правой руке. Я ощутил рвущуюся наружу силу, и зелёный свет стал просачиваться через кожу.

Светящаяся рука всё-таки привлекла пчелу, и даже не одну. На свет слетелись ещё два стража улья и стали крутиться вокруг ладони с ботинком. Я терпеливо ждал подходящего момента, сдерживая силу, что рвалась наружу. Рука ныла от боли, даже начала деревенеть.

– ХОП!

Резким движением руки я опустил ботинок на землю и прижал любопытных пчёл.

Теперь надо действовать быстро! Подчинение таких слабых монстров будет лёгким, а силы эфира надо всего ничего. Благо уже есть опыт подчинения, правда, в тот раз был всего лишь один спокойный жук, а не три мечущихся туда-сюда мутантика… Ладно, пора за дело!

Эфир потёк по моим каналам, и началось таинство родовой магии. Немного подготовки, пара магических трюков, подсказанных отцом, и нежная, мягкая эфирная пелена окутала всё пространство вокруг и внутри берца и стала медленно душить пчёлок. Как и думал, много времени и эфира не потребовалось. Совсем скоро я ощутил, как между нами появляется незримая нить мастера и подчинённого. Они принимали мою волю и мою энергию. Всё гнездо я подчинять не буду. Смысла нет. Для моего плана хватит и этой троицы.

Отлично, ментальная связь появилась! Осталось достучаться до их разума и объяснить, что я от них хочу.

Поднял берец, и такие же жужжащие, как и прежде, пчёлы взлетели. Слегка помятые, они парили рядом со мной.

Так… Образ пожара. Большая беда. Срочная эвакуация улья! Ну, вроде полетели, услышав от меня новость и приказ…

Три засланца скрылись в улье, а я тем временем дополнительно поджёг сухой мох и ветки, что собрал в кучку рядом с деревом в стороне. Всё это загорелось, задымилось, но пожара как такового не было. Всё слегка тлело, создавая запах дыма, что «предвещал пожар». Ох, как встревожился улей…

Наблюдал из-за дерева, как пчёлы нервно наматывают круги у дуба.

Связавшись с моей троицей, я понял, что ещё не все покинули дом. Матка. Она была в два раза здоровее всех прочих пчёл. Её грузное тело едва летело. Как только пчела села на ветку дуба, получил сигнал от засланцев, что они сделали своё дело. Простейшая команда по сути своей, но тем не менее!..

– Фома… Всё готово! Дуй в гнездо и возьми половину сот с мёдом. С личинками не бери. Мы отойдём куда подальше, а ты туда с мёдом и приди. Разделим на троих, – «отдал приказ» главному диверсанту, затушил костерок землёй и удалился на приличное расстояние.

Буквально через пару минут рядом появился хомяк и замотал головой. Я понял, что он хочет, и положил на землю щит, предварительно стерев с него всю грязь.

Это не соты с мёдом, это что-то иное, напоминающее двухсотграммовые стаканы. Ну да ладно… Ох, сколько же здесь вкусноты!

Мы объелись буквально за полчаса, и у нас ещё столько же осталось.

– Рядовой Фомченко, спрячь запасы, не то я сейчас лопну! Воды почти не осталось запить…

– Пи… – тяжко выдохнул хомяк и с трудом поднялся на лапы.

Вид у него, как и у Жужжи, донельзя счастливый. Мордашки у обоих грязные, и впереди нас явно ждёт возвращение к берегу реки, вдоль которой мы шли.

Жизнь стала казаться не такой уж и тяжкой. Ещё и на грибную полянку нарвались по пути, а в потрёпанном рюкзаке имелись остатки зажаренного мяса кабана на чёрный день. Вообще, то, что здесь встречаются грибы в это время года, иначе как магией я назвать не могу. И думаю, в ней и кроется причина столь ранней активности грибниц. Я насобирал тех из грибов, что были мне знакомы, несли хоть какую-то пользу и ценность имели. Забил ими рюкзак доверху.

Дальше по плану – поиск места для ночлега. К моему огромному сожалению, поблизости я так ничего и не нашёл. Пришлось лезть на высокое раскидистое дерево и спать в неудобной позе на крупных ветках. Дополнительно привязался к своей «кровати» лямками ремня и одной-единственной верёвкой, а скорее даже тросом, что имелся у одного из невольных попаданцев в излом.

Пробуждение моё было адским. Болело и ныло всё, отчего я и проснулся ни свет ни заря.

Понимая, что уснуть не смогу, начал осторожно слезать с дерева. В кромешной темноте да с затёкшими руками и ногами это было то ещё испытание. Напади на меня сейчас хоть кто-нибудь, я даже руки поднять для защиты не смогу.

– И меня почему-то никто не похитил… Хм, странно это, конечно…

– Ж-ж-ж-ж?

– Всё в порядке. Я пока разведу костёр и завтрак приготовлю. А ты поспи, если устал, – ответил я, похлопав по хитину своего стража, и тот почти моментально втянул голову под панцирь, укладываясь на пузо.

Хомяка я и вовсе не видел. Он, видимо, где-то там, в своём пространственном мирке живёт и спит. Что, в общем-то, логично. Здесь он не боец, а нору обязательно кто-нибудь рано или поздно найдёт. Всё же он такой, крупненький, заметненький.

Собрал в темноте ветки посуше и начал мастерить костёр. Ох и намучился с ним… Не дать ему затухнуть – та ещё задачка. В общем, через полчаса мучений я таки справился. Спасибо зажигалке! Без неё было бы совсем худо.

Медленно потрескивали ветки. Я при скромном освещении собирал вокруг лагеря всё, что горит. Подумывал отойти подальше, но только подкинул хвороста в огонь, как началось…

Глубокой ночью посреди дикого леса, где нет ни души, ни техники – и вообще связь не работает, некто наплевал на все ограничения! У меня резко потемнело в глазах, и через миг я очнулся где-то там…

В этот раз всё было чинно. Очнулся в светлой комнате на мягкой койке из странного материала, похожего на кожу. Маны снова нет. Совсем. Но при этом я вполне неплохо себя чувствовал.

Как только сел, свесив ноги, открылась дверь. А они сегодня вежливые…

Быстро оценив обстановку и увидев действительно технологично обставленную комнату со столом, стулом, каким-то проектором, другой непонятной мне техникой и пышным цветком под пластиковой колбой, я вышел наружу.

Идя по подсказкам, совсем скоро пришёл к агрегату по изъятию ядер излома. Рядом стояла всё такая же очаровательная и довольно улыбающаяся Джуди.

Куратор коротко мне кивнула, и я разместил руку с кольцом над приёмником. Аппаратура зашумела, загудела, засветилась, и вскоре полоска с таймером в моём «пластиковом» кольце опустела.

– Ты знаешь, Максим, я тобой горжусь. И я тебе об этом говорю на полном серьёзе! Ты слабейший из контрактеров, но уже показываешь результаты сильнейших наших партнёров, что работают не в одиночку, а используя силу своих родов, армий и гвардий. Я хочу поощрить тебя, как твой Куратор. Пойдём за мной.

Она повернулась и, демонстрируя свою прекрасную фигуру, направилась к ближайшей двери.

Помещение походило на обеденную зону. Много пустых столиков, идеальная чистота, мягкая и удобная мебель.

– Спасибо за столь высокую оценку моих тяжких трудов, Джуди, но буду честен, я делал это не ради вас. Просто так сложились обстоятельства.

– Ох, да, я знаю. Не переживай. Я следила за тобой. Ты попал, конечно, не в самую приятную ситуацию. И именно поэтому я собираюсь помочь тебе немного. Угадаешь, что за помощь?

– Вы дадите мне карту, чтобы я понял, как мне выбраться к обжитым землям?

– Ты смешной. Так мелко мыслишь. Нет, это будет более ценный подарок! И давай уже перейдём на «ты». Если у нас с тобой всё сложится, мы сможем долго работать вместе.

– Хорошо, Джуди. Значит, ты говоришь, что я мелко мыслю? Тогда, быть может, как в фантастических книгах, вы… то есть ты мне подаришь нейроинтерфейс со встроенной картой и интеллектуальным помощником?

– Ну, ты палку-то не перегибай! Это даже дороже корабля… Так, тебе это вообще знать не надо. Нет, попроще будет подарок. Его цена – четыре очка, но я, видя твой потенциал и возможности, а также то положение дел, в котором ты оказался, уговорила командование предоставить дополнительную скидку. Кстати, именно из-за ожидания ответа я так поздно тебя… Ну, в общем, тебя перенесли на нашу базу.

По её хитрой улыбке я понял, что её оговорки – это вовсе не оговорки, а степень возросшего доверия между нами и, возможно, её персональная награда за мои старания…

Теперь всё стало куда как понятнее. Значит, мне не показалось…

– Спасибо тебе за твой труд, Джуди. Я тоже ценю это, – не остался я в долгу, осторожно подбирая слова, после чего спросил, что за награда такая меня ждёт.

– Вот, смотри…

И перед ней появилась голограмма наручных часов.

На вид простые умные часы какого-то не слишком дорогого и знаменитого бренда. Один из тысячи нечитаемых цинских брендов, что постепенно заполоняют весь мир.

– Часы?

– Лишь внешне. На самом деле – это крайне полезный инструмент для выживания. Работают в трёх режимах: поиск, отдых и бой. Сейчас подробнее расскажу. Если останутся потом вопросы, задавай их мне. Не стесняйся.

Джуди начала целую лекцию на тему того, что это за чудо техники и чем оно мне может быть полезно. Во-первых, функция «бой» выступала как помощник, демонстрирующий на экране часов, как на радаре, передвижение мутантов. Размер масштабировался, и можно было увидеть монстров на расстоянии до километра.

– Все мутанты отображаются одинаково или союзные и нейтральные, как Хомяк, Жужжа и пчёлы, будут выглядеть как-то иначе? – сразу уточнил.

– Их можно настроить, если покопаться. Рекомендую использовать голосовой интерфейс. Просто дай команду запомнить магическую ауру, и те, кто тебе нужен, будут по-другому отображаться на экране. Это поможет тебе не попасть под внезапную атаку. Главное – режимы менять не забывай. Итак, второй режим – это поиск. Полезная и универсальная функция. Позволяет в режиме реального времени сканировать пространство вокруг на наличие необходимой вещи. Например, можешь сказать: найди мой телефон. Появится радар с отображением подходящей под описание вещи. Сразу поймёшь, в какую сторону двигаться. Или можешь сказать: найди источник воды, еду, грибы и вообще всё, к чему неравнодушен.

Джуди с улыбкой завела непослушный локон за ухо и продолжила:

– Радиус поиска неограничен. И это маготехническое устройство. Для активации этой функции, как и всех прочих, нужна твоя мана из источника. Рядом с изломами и разломами будет хватать и внешнего фона для работы.

– Вот как! И намного мне хватит моих запасов источника?

– Не знаю. На сегодняшний день наибольшее расстояние, что удалось зафиксировать при активации в одном из крупнейших изломов, составило чуть более восемнадцати километров.

– А, понял, тогда закатываю губу обратно. Где я, а где запасы маны излома… – вздохнул я.

Разочаровался, но ненадолго. В любом случае эта штука будет мегаполезной. Особенно в комбинации с хомяком!

– А третья функция?

– Ох, это отдых. Незаменимая вещь! Быстро вводит тело в состояние сна и ускоряет восстановление. Сокращает время сна в два раза, но высыпаться будешь даже лучше…

Джуди рассказывала всё больше о нюансах этого удивительного устройства. Поначалу я всё ещё не понимал, почему оно стоит целых четырёх закрытых изломов. А потом, хорошенько всё обдумав, решил, что стоит. Во-первых, они довольно неплохо настраиваются. Главное, чтобы маны хватало. Можно запрограммировать как будильник на случай появления в радиусе одного километра мутантов или, допустим, других людей. Тогда я не просплю возможное спасение. В общем, это обалденный и универсальный инструмент, который действительно лучше карты.

Карту, к слову, я тоже выпросил. Правда, не навсегда, а посмотреть.

Фух, направление выбрал верное! На севере вообще ловить нечего…

Я быстро прикинул и запомнил для себя примерный маршрут, по которому удастся максимально быстро очутиться в человеческом обитаемом городе. Если быть точнее – в Горлике номер два, что был на юго-западе.

Как только выменял часы за очки, сразу надел их на руку, чтобы протестировать, и застыл, смотря на выключенный дисплей.

А, ну да… Маны-то нет.

Ну ладно, времени у меня много. Еда есть, а вот предметов быта немного не хватает… От кастрюли какой-нибудь я бы не отказался.

– Максим! Только что я получила сообщение с предложением выдать тебе дополнительную миссию. За её исполнение тебе будет начислено четыре очка. Желаешь ознакомиться?

Я? Тот, кто вынужден шляться по лесу столько времени и только что оценил возможности лишь одного артефакта, который получил благодаря своему очаровательному Куратору? Желаю ли я ознакомиться?

– Конечно, желаю! Что сделать надо?

Счастливая донельзя улыбка появилась на лице красавицы, когда она взмахнула рукой на ближайшую стойку с приветливо выехавшим из ниши планшетом.

Глава 5

Я в задумчивости сидел посреди огромного леса, смотрел за копошением жучков в свете костра и ждал, пока дожарятся грибы на ветке. Кабана съем на обед. А на ужин постараюсь найти что-нибудь. В крайнем случае побалуюсь мёдом.

Для задумчивости у меня было много причин. Например, вот эти жучки. Простейшие насекомые… Если они однажды попадут в излом, то превратятся в монстров. Просты, затем Гидры… Даже могут Химерами стать. И изменятся они настолько сильно… Никогда ж не догадаешься, что всё началось вот с такой козявки…

Помнится, читал перевод какого-то исследователя из Египта. Он доказывал, и не без оснований, что момент превращения насекомого в Проста – размер полевой мыши. Не крысы, а именно мыши.

Если жук увеличился за счёт маны до размеров полёвки, то всё, дальше начинаются новые законы выживания. Ему надо расти дальше, а одной энергией уже сыт не будешь. Поэтому они начинают питаться плотью и пожирать в первую очередь себе подобных.

Всеядность – самая базовая и основная мутация любой твари. Само собой, сто грамм животного белка в разы проще получить, чем сто грамм растительного. Не одно дерево придётся обглодать для насыщения. И пока будут жевать листья, ещё больше проголодаются. Поэтому деревья и кусты в районе изломов твари обычно не трогают… Так говорил этот исследователь. И пусть его теория не была идеальной, а большая часть ответов строилась лишь на домыслах, многие, и я в том числе, были с ним согласны.

Из-за подобных метаморфоз сражаться с тварями необходимо, иначе сами пищей станем. По-хорошему, надо бы их полностью истребить. Только вот… Чтобы провернуть подобное, необходимо уничтожить источник всего – изломы.

Проклятые подземелья… Закрывать мы их закрываем, но это лишь временная мера. Ведь новые появляются. И никто из нас не знает истинных причин их возникновения. Теорий – миллионы. А правда – она одна. И нам недоступна… Возможно, те, кто призывает меня сдавать «ценные» ядра изломов, знают чуть больше. Посмотрим, смогу ли я заслужить достаточно доверия, чтобы получить ответы на фундаментальные вопросы. А пока…

Факт остаётся фактом: сколько бы изломов люди ни закрывали, а меньше их не становится… Закрываем один – открывается другой. Международная Служба Мониторинга Изломов в том году выкатила отчёт, который я с удовольствием почитал. Как и прошлые девять. Так вот, в течение десяти лет число изломов на контролируемой человечеством территории колеблется около десяти тысяч. Плюс-минус пара сотен. А есть ещё Антарктида. Есть незаселённые и труднодоступные места вроде Сибири, где точное число изломов установить невозможно. Есть ещё подводные подземелья, с которыми, к сожалению, вообще ничего сделать нельзя. И пусть вкладываем огромные ресурсы в изобретение новых методов борьбы… Всё равно мы закрыть излом на дне морском пока не в состоянии. Хм-м… А если собрать армию водных магов, что смогут добраться туда и не погибнуть? Нет, это что-то из области фантастики, ведь каждый должен быть минимум в ранге Архимага…

– Ж-ж-ж-ж?

Просыпаясь, зашевелился рядом Жужжа, и я тут же кинул ему один из грибов, что медленно жевал, активно размышляя.

Место тут такое – необычайно спокойное. Так и манит удариться в философию и размышления.

Вторая тема, что заняла мою голову после возвращения, – моя нога. Пока я был на базе, даже не заметил, что хожу не хромая. И лишь когда оказался у костра вновь, осознал, что она безумно чешется, но не болит. А ещё у меня за эту ночь выросла недельная щетина. Не знаю, что там за эффект был у этого мёда волшебного, но мой организм словно неделю прожил…

Травма уже практически не ощущалась. Прыгать я ещё, конечно, не мог, но ходил вполне себе нормально. Даже копьё уже как третья нога не нужно.

Хм-м-м. Если всё дело и впрямь в мёде, получается – он ускоряет регенерацию?! Если это так – а я прямо чую, что это так, то мне рекомендуется повторить процедуру этим вечером!

Третья тема для размышлений – мои новые часы. Я вдоволь ими побаловался и изучил. Разве что максимальную дистанцию сканирования не проверял. Включил с этим умным гаджетом функцию автосна, чтобы переводил в режим отдыха, когда я сам усну. Настроил «автобудильник», чтобы сигналил при приближении на максимальное расстояние любого мутанта, кроме моих компаньонов. Их я уже отметил, и теперь они были синенькие на сканере. Протестировал функцию поиска, отфильтровав по грибам, съедобным растениям и прочему. Он мне чуть ли не всё вокруг показывал. Грибы же и мелкие бывают. Плесень – это тоже гриб. Так что, провозившись полчаса, я оставил лишь «потенциально съедобные для человека продукты питания массой от ста грамм». Кодировал я их голосом, а приятный голос, который я тоже настроил, отвечал мне «Принято». Теперь каждые сто шагов могу обращаться к часам, чтобы проверить, есть ли что в радиусе ста метров из интересующих меня критериев: люди, мутанты, хищные животные, еда, остатки техники и так далее. К слову, на подобное расстояние маны тратится совсем мало: полминуты, и магический источник снова полный! В городах, конечно, всё равно стоит пользоваться этим аккуратно… И дело ведь даже не столько в шпионах, сколько в безумных растратах магической энергии и отсутствии столь насыщенной среды для её восстановления.

Был у часов ещё один крайне приятный бонус… С помощью них можно искать полезную магическую добычу в подземельях: зёрна, руду, корни, растения, кристаллы… И это только то, до чего я догадался. А ведь можно изучить эту тему подробнее… В общем, я крайне доволен этим приобретением!

– Пи… – лениво потягиваясь, огласил своё появление у меня за спиной хомяк и втянул носом воздух. – Пи.

– Чего морду корчишь? Жужжа вон как грибы уплетает, а ты нос воротишь…

– Пи…

– Нет шоколада. Ты вчера последнюю плитку съел, если не забыл. Всё остальное осталось где-то там, далеко. Но ничего, я знаю, куда нам идти, так что рано или поздно мы доберёмся до магазина.

Мои слова Фому ободрили, и он начал рыскать вокруг, пытаясь найти что-нибудь вкусненькое, помимо грибов. Вредный, как ребёнок… То ли дело Жужжа – послушный мальчик. Или девочка… Не знаю.

– Жужжа. Ты мальчик?

Мерно жующий шляпку гриба жук ответил мне синим кружочком.

– О, хорошо. А то, будь ты девочкой…

И снова синий кружок.

– Ты знаешь, в чём разница между мальчиком и девочкой?

Красный кружок.

Ну, приехали… Ай, ладно. Это ни на что не влияет.

Как позавтракали, отправились в путь вдоль берега реки, что становилась всё шире. Периодически пробирались через грязь, болота, трясины и чавкающие под берцами лужи…

Вскоре, если я правильно сориентировался по карте, мы попадём к небольшому озеру. Рядом с ним вполне возможны следы человеческой цивилизации, так что проведём полномасштабный осмотр при помощи хомяка и часов! Если найдётся подходящее место для ночлега, то, наверное, организую временный лагерь. А там уже и смогу заняться заданием от моего симпатичного Куратора. Четыре очка на дороге не валяются, знаете ли. Вон какие прибамбасы получить можно!

С одной стороны, задание было крайне простым, а с другой – крайне тяжёлым. От меня как от ликвидатора требовали убить всего лишь десять мутантов. Десять! И за это мне дадут целых четыре очка! Проблема лишь в том, что эти монстры должны быть из десяти разных изломов… Они нужны в качестве материалов для каких-то там исследований.

Мне даже специальные маячки выдали, которые цеплять к тушам надо. Они будут светиться зелёным, если образец подходит, и красным, если он из того же излома, что и ранее предоставленный.

Единственное ограничение – мне на задание дали три месяца. И по моим прикидкам, дорога к цивилизации займёт примерно столько же… Ну, с учётом практически исцелившейся ноги – может, и быстрее. Если за месяц доберусь до Горлика-два, считай, красавец!

Чего уж греха таить, не вижу разницы между месяцем и двумя. Так что сперва не буду торопиться. Буду спокойно искать изломы, осторожно убивать мутантов и становиться сильнее. Каждый день. Главное за это время не одичать. И не сойти с ума. Ну, с этим порядок. Благо есть хотя бы хомяк, с которым можно нормально поговорить… Хотя стоп. Разговаривать с хомяком – это уже звоночек!..

– Пи! – появился пушистый, стоило только о нём подумать.

Он радостно кричал, скакал на месте и активно звал меня куда-то вперёд. Что же, видимо, нашёл что-то интересное.

На всякий случай активировал поиск. К сожалению, в сотне метров никаких объектов моего интереса не обнаружилось.

Рядом шуршал Жужжа, что пыхтел, как паровоз, от взятого нами темпа. Да, с подлеченной ногой путешествовать в разы приятнее по Сибири!

Вскоре мы пришли к водопаду. Маленькому, но безумно красивому. Деревья склонялись над ним, словно закрывали творение природы от кого-то своими листьями.

Внизу находился водоёмчик, из которого медленно тёк ручей, что, петляя, впадал уже в настоящее крупное озеро.

Это была первая моя цель на сегодня, и достигли мы её до обеда. Хорошо идём! Скорее бы осмотреть побережье. Главное – не забывать про сканер местности!

Четыре часа я прошлялся, то прыгая, то бегая, то перелезая поваленные деревья. Здесь жило довольно много животных. Их следы я замечал невооружённым глазом, да и радар несколько раз показал на грани дистанции присутствие «потенциальной еды». Даже бобры были. И плотину их я увидел.

За это время я успел пройти только треть берега озера: очень уж сложной была местность. Зато я нашёл её! То ли сторожку, то ли домик охотника, а может, и стоянку ликвидаторов?.. Не знаю, что это за место, но я выдвигаюсь!

Глянул на сканер. А?! Фома уже там хозяйничает! Видать, шоколад ищет…

И тут рядом плюхнулся Жужжа, обдав меня водой, после чего сцапал оглушённую рыбину. Вечно голодные мутанты – горе в семье приручителя.

– Не отставай, – отдал я указание жуку, и теперь он активно шевелил лапами и перепрыгивал поваленные деревья и пни с рыбой во рту.

– ПИ! – раздосадованно, можно даже сказать, с горестным лицом, изображая невероятную трагедию, пожаловался на отсутствие шоколадки хомяк.

– Да, жалко. Я бы тоже не отказался, – ответил я ему, и явно зря…

Хомяк прищурил глаза, как ковбой на диком западе во время дуэли.

– Да ладно тебе… Не будь жадиной.

– Пи… – тихонько ответил мне Фома, словно заявляя, что он будет не просто жадиной, а величайшим жадобой Российской Империи.

Я лишь пожал плечами и прошёл внутрь небольшого покосившегося домика.

Три на три метра. Одна кровать. Старая, насквозь ржавая и без матраса. Рядом ещё одна кровать, только разобранная. Небольшой столик, что держался на честном слове. Стул уже можно было на дрова использовать. Время его не пощадило. Рога на стене, ржавые гвозди… Небольшой сундук, обитый кожей, сохранился получше прочего. И много других предметов старины тут было, к которым явно не прикасались десятилетиями.

Из полезного нашлись проржавевшая вилка и ложка. Правда, ложка была дырявой, а вилка хрупкой… Из какого же де… шёвого металла их сделали?

Кривая крыша, изгаженный животными и местами трухлявый пол, а также дырявые стены, через которые завывает ветер…

– Эх. Не повезло… – вздохнул я и направился к сундуку, что выглядел единственной более-менее ценной и целой вещью.

Внутри я нашёл огниво, немного отсыревшего трута, одну серебряную монету в лучшем состоянии и письмо. Из-за давности лет разобрать, что там написано, было почти нереально. Всё, что я смог понять, – оставили его лет сорок – пятьдесят назад, судя по частично читаемому году внизу, и что это обещание группы ликвидаторов Жени Бирюкова однажды вернуться в сторожку охотника и порыбачить.

– Нет, Женя Бирюков. Вряд ли твоё желание исполнится… В такую глухомань рейды уже лет двадцать никто не проводит.

Хм, порыбачить… Может, здесь лодка есть?

Выйдя на улицу и заметив жука, что лежал, как пёс, у порога и догрызал, тарахтя от удовольствия, свою рыбу, я отправился ближе к самому озеру. Двадцать метров всего идти. Вон и остатки причала… Канат от разросшейся до безумных размеров ольхи тоже вижу, под воду идёт. Попытался его вытянуть.

Канат натянулся, а затем резко порвался. Не выдержал. Минуту подумав, я разулся. Любопытство победило.

Проверил глубину… Чуть глубже, чем по колено. Штаны закатал, шаг вперёд – и нащупал лодку.

– Мизинцем… Су-у-у-у-у-у!.. – скривился от боли я, проглатывая ругань, и вернулся на берег.

Одежду долой, лодку вызволить. Если она в пригодном состоянии, то можно будет её как-нибудь использовать.

Сколько бы я ни пытался вытащить лодку, ничего не выходило. Въелась в ил по верхний бортик практически. Нет, ну её. Только силы и время впустую трачу.

Выбравшись на сушу из ледяной воды, стал активно разминаться, чтобы согреться. Тело должно быть в форме, а мысли – в порядке. Тренировка прекрасно помогает достичь обеих целей.

– Пи!

Рядом со мной что-то громко бумкнуло. Приглядевшись, я понял, что это остатки топора. Ржавые, с гнилой древесиной внутри. Ну, не беда. У меня есть точильный камень! А рукоять я сделаю!

Отлично, теперь и с дровами, и с навесом дела будут попроще.

– Молодец, боец! Так, уже давно обедать пора, а мы всё носимся… Здесь и перекусим, лагерь организуем, а затем уж на разведку.

Место было подходящим для лагеря, хоть и бесконечно далёким от человеческой цивилизации. Уровень маны в округе не зашкаливал, а значит, до ближайших изломов, если таковые есть, пара десятков километров. Примерно столько же, как от Горлика до того болотного кошмара, что мы нашли. Рядом много животных, пресная вода, деревья, рыба. Тут у меня есть возможность набраться сил, долечить ногу и собрать припасов на более долгую дорогу. День-два в этом чудесном и безумно красивом месте ничего плохого не сделают. Заодно с техникой новой до конца освоюсь.

Мы собрали хворост и сухой мох, и я начал разводить костёр. Обложил его камнями, с грустью думая о кастрюле. Её не было, поэтому пришлось делать импровизированную сковороду из камня. Хотя бы что-то. И пока разогревался обед, занимался топором.

Выбил всю ту трухлявую гадость, нашёл гвоздь поцелее, ножом выстругал одну рукоять. Получилось криво… Выбросил. Сделал вторую – уже получше. Заточил нож и лезвие топора, собрал второй, пообедал и принялся составлять конкуренцию бобрам, рубя ближайшие тонкие и высокие деревья. Они станут основой для моего навеса.

Три часа работы, и вот незадолго до ужина я стал обладателем двух квадратных метров, прикрытых от солнца и частично от дождя.

Костёр дымил нещадно, прогоняя назойливых насекомых и диких зверей. Ещё и я весь пропах этим демаскирующим запахом… Ну, слава сканеру, разведке это не помешает. А там буду надеяться, что Фома сумеет привести ещё кого-нибудь. Для рыбалки здесь ничего толком и нет, а убивать всю рыбу в озере разом – глупо. Да и не факт, что силёнок хватит.

Добыча, которую нашёл Фома, была необычной. Это была утка. Хомяк её до смерти перепугал, и та улетела на центр водоёма.

– Внимательнее будь, не то без еды останемся! – предупредил я юного бабайку, активируя сканер на поиск еды.

Хм… А что это за белая точка?..

Я последовал за своим радаром и вскоре пришёл на просторную поляну. Если верить показаниям, я сейчас на ком-то стою… Но входов и выходов не видно.

Обследовав окрестности, выяснил, что это чья-то здоровая нора. Выходов как минимум три, и расположены они в тридцати метрах друг от друга.

Я расставил своих бойцов у выходов, чтобы они ловили жертву, а сам принялся заливать нору эфирным огнём. Пришлось выпустить приличное количество энергии, чтобы по подземным тоннелям моя сила приблизилась к добыче и та зашевелилась. Не особо быстро, но вполне целенаправленно двигалась она к тому выходу, что был рядом с Фомой. Недолго думая, пошёл к нему.

– Подвинься, – сказал я и замер, занеся над собой копьё.

– Пи! – не хотел уходить испытывающий азарт хомяк. – ПИ-ПИ!

Ох, как резко мелкий слинял, когда из норы показалась змея. Большая, здоровенная змея. Это не уж… Это кто-то… Другой. И нора эта не змеиная. Это её столовая. И всех, кто жил там прежде, она либо съела, либо вспугнула…

В любом случае змеи тоже съедобны. Не самая приятная пища в сравнении с кабаном, но мне сейчас главное хоть что-то добыть, чтобы поесть. Да и не хотелось бы, чтобы этот здоровяк двухметровый приполз ко мне ночью и ласково задушил.

С добычей на плече, которую всё порывался атаковать и порвать на части хомяк, мы двигались обратно. По пути забрёл при помощи своего сканера на полянку с ягодами.

Откуда в Сибири ягоды в конце весны? Оттуда же, откуда и грибы. Да и вообще, погода здесь сейчас довольно тёплая. Ночью, конечно, температура падает ниже десяти градусов, зато днём около двадцати держится.

Изломы… Искажают они не только зверей, насекомых и редкие растения, но и климат. Хм… Их в Сибири довольно много. Быть может, они выступают как обогреватель? Не знаю… Книги на эту тему я не читал. Не особо интересно мне это было.

До самой ночи ничего интересного не происходило. Я лёг спать, используя режим отдыха. Уже видел приятный сон, где я шишками расплачиваюсь за императорский люкс в каком-то отеле, когда тревожный звук донёсся до моих ушей, а слабый удар током мгновенно вывел меня из царства Морфея.

Такое бывает только в одном случае. В радиусе километра появились мутанты.

– Жужжа… – посмотрел я на лежащего рядом с догорающим костром жука, – готовься к бою. У нас гости!

Меч в ножны, щит в левую руку, копьё в правую. Полено в костёр.

– Гори ярче и стань целью для рыскающих в поисках еды тварей… – прошептал я, разгоняя эфир по телу.

Глава 6

Несколькими днями ранее. Столица. Комната для свиданий Дворца Псиоников.

Владимир уже час ждал в комнате, пока проверят и допустят к нему одного из самых главных людей в его жизни и одного из последних родственников, что остались.

Он надеялся, что платой за встречу не будет раскрытие тайн рода и допрос местными умельцами его дорогой матушки. Владимир никому не пожелал бы пройти через это. И пусть он назло всем улыбался, но псионики империума – ужасные и могущественные маги. От их проникновения в голову и поиска воспоминаний мозги готовы были взорваться. Каждый раз дикая боль. Каждый раз сумасшедшее свербение, словно кто-то заживо проклёвывает черепушку в разных местах.

Владимир не знал предыстории, не знал причины всего происходящего. Он мог лишь оценивать имеющиеся факты.

«По сути, совершили самосуд. Конечно, всё должны были обрисовать как попытку арестовать предателя, который сопротивлялся и погиб… Но это всё бред и чушь! Если бы отец и был в чём-то замешан, я бы знал…»

«Он только начал восстанавливаться после тяжёлой травмы, всё ещё лелея мечту стать Архимагом… Он бы не стал влезать ни во что рисковое. По крайней мере до полного выздоровления. Да и не только в здоровье дело. Он же глава семьи… Участие в любом деле влияет на репутацию рода…»

«Слишком уж всё подозрительно выглядит. Вероятнее всего, мы стали жертвой чужой интриги. И раз меня до сих пор не убили да и ничего более не предъявили…»

Он знал, что предъявлять ему нечего. С юности он старался идти путём добродетели. У него была мечта. Далёкая и бесконечно сложная. Из-за неё он отринул всё, что манило бы любого молодого сына графа. Владимир хотел стать новым главой рода, что привнесёт в него ещё один Закон – Закон благочестия. Но не судьба. Вряд ли он станет главой рода, ведь теперь это место занимает его брат.

«Интересно, как он там? Где сейчас и что делает? Я не видел его так долго… Эх, Макс, прости, что взвалили на тебя эту ношу…»

Владимир знал, что с матерью он может обсудить многое, но не здесь. Рядом всегда будут лишние уши, что старательно скрываются в тени. Он, по сути, во власти псиоников. И всё, что знает он, знают и будут знать враги его рода.

Рядом стояло четверо могущественных стражей, что по своей силе не уступали самому Берестьеву. Глупо было рыпаться, поэтому Владимир спокойно ждал, наслаждаясь видом из окна и солнечным светом, что проникал в помещение.

Дверь наконец открылась, и внутрь вошла Золотарёва Мария Васильевна.

– Матушка! – поднялся с кресла и поприветствовал пленник этих стен уставшую, но счастливую женщину.

– Вова… Ну что за ироды… За столько времени не зажило лицо. Даже дрянного зелья лечения не выделили, животные! – не стеснялась в выражениях Золотарёва, доставая из сумочки бутылёк розоватого цвета. – Магию мне запретили применять, шакалы, но зелье после проверки в лаборатории разрешили. Вот, держи. Боже, как ты исхудал…

В женщине, очевидно, прямо сейчас боролись аристократические нравы, закалённые десятилетиями общения с такими же высокородными, и материнская истерика. Она выглядела счастливой и несчастной одновременно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.