Тиран

Пролог.

Сила – это не когда ты правишь. Это когда ты можешь признать, что ошибаешься.

Он же никогда не признает свою слабость. Ни перед врагом. Ни перед судьбой. И уж точно не перед ней.

Хранитель – древний. Могущественный. Страж равновесия миров. Для него быть сильным – не привилегия, а выживание. Потому что если он хоть раз скажет: "Я не знаю", если хоть раз проявит слабину, если хоть раз позволит себе поддаться пороку… он перестанет быть собой.

А его Алиса – как вирус. Она проникает в его систему. Раз за разом. Смехом. Прикосновением. Взглядом, в котором нет страха. И каждый контакт – как удар током. Он чувствует, как что-то внутри ломается. Его контроль утекает подобно песку сквозь пальцы. А бессмертный дух начинает хотеть – не магию, не власть, а только её. И это пугает больше любой угрозы.

Потому что ему начинает это нравится.

А она? Алиса снова чувствует себя виноватой. Обязанной. Должной. Она знает: он использует её чувства, чтобы крепче держать в своих объятиях. Она просит: "Я хочу равенства." Он отвечает: "Ты и так имеешь всё." И в этом – вся ложь.

Потому что ей не нужно всего. Она хочет свободы. Хотя бы на один день. Хотя бы на один вздох без ожиданий.

Но они оба знают: это не любовь. Это поединок двух стихий, где каждый удар по сопернику – это рана в собственном сердце.

Когда два сильных боятся стать слабыми – никто не побеждает. Только боль становится острее.

Глава 1. На дне.

Алиса, не колеблясь ни секунды, шагнула в бушующие воды океана Иллюзий и он принял её, как пламя обнимает мотылька. Сиреневый туман, окружавший Хранительницу, слился с пеной волн, словно сама стихия признавала её власть. Багровые всполохи отсвечивали в толще воды, будто кто-то разбил витраж и бросил осколки в пучину. Волны не бились о берег, а таяли, как бирюзовый шёлк на ветру, растворяясь в её шаге. Холод обжёг кожу, но это была не прохлада воды, а лед тысячей чужих воспоминаний: они липли к пальцам, цеплялись за платье, шептали “останься с нами” сквозь шум прибоя.

Тени плыли за ней – не стражи, а отражения, обрывки снов, которые она когда-то теряла. Их руки тянулись к её запястьям, но не смели коснуться: она горела слишком ярко. Они боялись её света.

Вода, холодная и тёмная, обняла её, но не стала препятствием. Напротив, она словно расступилась перед ней, открывая путь в глубину. Тени, которые обычно скрывались в самых темных уголках этого мира, теперь вышли на свет, повинуясь ее воле. Они плыли рядом с ней, их формы были размыты и изменчивы, но их покорность хозяйке была непоколебима.

Глубже.

Чем дальше она погружалась, тем тише становилось вокруг. Шум бури, грохот волн и рев ветра остались где-то далеко на поверхности. Здесь, в глубине, царила тишина, нарушаемая лишь мягким мерцанием света, который исходил от самого дна. Это было не просто отсутствие звука, а его противоположность – гулом в висках, звоном натянутой струны. Свет со дна мерцал, как последняя искорка в пепле: не зовущий, а предостерегающий. Но Алиса уже не могла остановиться. Она плыла вниз, её движения были грациозны и уверены, словно всегда была частью этого мира. Ее изящное шелковое платье стало ночным небом – тёмным, словно усыпанным звёздами, что гасли одна за другой. Она чувствовала, как вода выедает из неё имя. Как тени просачиваются под кожу, наполняя её чужими страхами. Но где-то в этой непроглядной тьме был он – и ради этого она готова была стать тенью самой себя.

Рассыпаться в прах, но все равно устремиться ему навстречу.

С каждым движением вглубь мира Иллюзий волшебница чувствовала, как её связь с потоком энергии Теней усиливается. Океан был не просто водой – тени были живыми, наполненными воспоминаниями, страхами и мечтами всех, кто когда-либо погружался в глубины этой тьмы. Но её стремление спасти Хранителя было сильнее любых ловушек, которые могли подстерегать ее на пути к любимому. Сердце девушки, полное боли и любви, горело, как маяк в темноте, и тени, окружавшие её, лишь подчинялись ее воле, не смея вмешиваться.

И вот, наконец, она достигла дна. Алиса замерла на мгновение. Перед ней открылась картина, которая заставила её сердце сжаться от страха. Хранитель лежал на печальном ложе, неестественно неподвижное тело было окутано звёздной мантией, которая мягко переливалась, словно живая. Его длинные волосы бирюзового цвета рассыпались вокруг него, как шелковый водопад, застывший во времени. Лицо мага было спокойным, почти безжизненным, в его чертах читалась слабость, которую Алиса никогда раньше не видела. Дыхание было едва заметным, словно он балансировал на грани между жизнью и смертью.

Девушка опустилась на колени рядом с ним, её руки дрожали, когда она коснулась его лица.

– Хранитель? – позвала Алиса, её голос был тихим, полным боли и надежды. Она осторожно коснулась его бледной кожи, её пальцы дрожали, когда они скользнули по холодной щеке. Его губы, обычно тёплые и мягкие, теперь были ледяными. Она наклонилась ближе, пытаясь услышать его дыхание, но оно было едва уловимым. Маг очевидно уже находился на границе между мирами.

– Я здесь. Я пришла. Проснись, – шептала она. Её голос дрожал, в глазах застыли слезы. – Пожалуйста, вернись ко мне?

Но он не реагировал. Его тело оставалось неподвижным, а глаза закрытыми. Хранительница почувствовала, как страх сжимает ее сердце всё сильнее. Она не могла потерять его. Не сейчас. Не после всего, через что они вместе прошли.

Девушка закрыла глаза, собираясь с мыслями. Её сиреневая аура начала пульсировать, становясь ярче. Она знала, что должна сделать что-то большее, чем просто ждать. Она обязана была вернуть его. И тогда Алиса произнесла слова, которые мечтала сказать ему с самого начала их пути – священную клятву, которую давали только те, кто был готов связать свою судьбу с судьбой другого навеки.

– Прошу тебя, вернись ко мне, – её голос был тихим, но полным силы. – Я не уйду без тебя. Если ты растворишься в тенях, я последую за тобой. Пожалуйста, ты нужен мне. Ты нужен этому миру. Вернись к свету. Я здесь, рядом и останусь с тобой навсегда. Я тебя люблю.

Её слова, казалось, ожили, наполнив пространство вокруг них энергией. Сиреневый туман, окружавший её, начал сгущаться, образуя вокруг них защитный круг. Тени, которые сопровождали её, замерли, словно понимая важность этого момента.

Алиса подняла его руку, её пальцы дрожали, но движения были уверенными. Она начала ритуал привязки, который объединял две души навсегда. Найдя на его ладони шрам от недавнего пореза ритуальным кинжалом девушка приложила к нему свое раненое запястье. Кровь и Сила соединялись плавно перетекая между их телами, сковывая их души нерушимой клятвой верности. Её аура начала обволакивать Хранителя, мягко светясь, как будто пытаясь пробудить его. Она почувствовала, как её энергия сливается с его Силой, создавая невидимую нить, которая уже соединила их судьбы.

– Я с тобой, – прошептала она, ее голос был полон любви и решимости. – Навсегда.

В тот миг, когда их кровь смешалась, она не только почувствовала его жизнь – она ощутила и его боль. Весь груз тысячелетий, все трещины в его душе обрушились на нее, и она поняла, что исцелять придется не только яд, но и саму природу его бессмертия.

И в этот момент что-то изменилось. Хранитель вздрогнул, его веки всколыхнулись, и он медленно открыл глаза. Его взгляд, сначала туманный, постепенно прояснился, и он увидел Алису, склонившуюся над ним. Его губы, которые до этого были холодными, теперь слегка дрогнули, пытаясь улыбнуться.

– Алиса… – голос мага был слабым, но она услышала его. – Ты… здесь…

– Конечно, – её голос дрожал, но в нём была твёрдость. – Я обещала, что никогда не оставлю тебя. И я сдержу своё слово.

Она обняла его, чувствуя, как его тело постепенно согревается. Звёздная мантия, которая до этого казалась тусклой, теперь начала светиться ярче, как будто возвращаясь к жизни. Хранитель слабо обнял её в ответ, его дыхание стало ровнее.

– Ты… связала нас, – прошептал он, голосом полным удивления и благодарности. – Понимаешь, что это значит?

– Да, – ответила Алиса, её глаза были полны решимости. – И я не жалею. Ты – моя судьба. И я не позволю тебе уйти.

Они сидели там, на дне океана Иллюзий, окружённые сиреневым светом и тенями, которые теперь были их верными стражами. Весь мир вокруг казался далеким и незначительным. В этот момент были только они двое, связанные клятвой, которая была сильнее любой магии.

Хранитель нежно улыбнулся, его рука дрожала, когда он попытался коснуться ее лица.

– Ты всегда была сильнее, чем думала… – прошептал он. – Но будь осторожна… этот мир… он не прощает ошибок… Ты не просто связала нас, Алиса. Ты открыла дверь, которую я держал на замке тысячелетиями. И теперь всё, что скрывалось за ней, выйдет наружу.

– Я понимаю, – тихо ответила она, её глаза были полны решимости. – И не боюсь. Ты – мой свет. Главное, что мы снова вместе.

Она закрыла глаза, сосредоточившись на своей энергии. Сиреневый туман вокруг них стал гуще, его свет стал ярче, и в этот момент казалось, что само дно океана начало светиться. Юная волшебница чувствовала, как её сила, её любовь и её воля сливаются воедино, создавая поток энергии, который начал медленно исцелять ее супруга.

Вокруг них мир океана Иллюзий замер, словно затаив дыхание. Даже тени, которые обычно были беспокойны, теперь стояли неподвижно, наблюдая за тем, как Алиса борется за того, кого любит. И в этот момент стало ясно, что её сила – это не просто магия или энергия. Это её сердце, её душа, её любовь, которая была сильнее любого хаоса, любой тьмы и любого страха.

Глава 2. Сердце океана.

Кровь контракта обжигающе пылала в его жилах – сладкий, густой восторг.

“Она связана. Навсегда. Моя.”

Но яд Адриана тоже никуда не делся.

Хранитель подавил его действие, но ещё не выжег до конца. Остатки отравы клубились в магических каналах, искажая силу, делая её непредсказуемой.

Как смешно. Величайший маг эпохи, подкошенный банальным порошком какого-то мальчишки.

“Но признаться в этом? Ни за что.”

А ещё хуже – открыться, что это он устроил тот хаос в бункере. Что это его магия, вырвавшаяся из-под контроля, превратила убежище в ловушку.

И самое невыносимое – она опять была с тем негодяем. В шаттле. Наедине.

Алиса, конечно, скажет "ничего не было". Но он-то чувствовал. Всё. Каждую ее дрожь от прикосновений этого юнца, каждый всплеск тепла в сознании. И то, что он уловил…

Нет.

Сейчас он не сможет поговорить с ней спокойно.

А в таком его состоянии им лучше вообще не видеться.

Потому что если он сорвётся, если даст волю хоть одной искре гнева – магия Иллюзий не выдержит.

И тогда…

Хранитель отстранился от Алисы, встал с кровати и небрежно бросил в ее сторону:

– Мне нужно завершить нашу миссию, – его голос был нарочито лёгок. – Синхронизировать потоки времени в Этерии, чтобы прошлое и будущее воссоединились в единую цепь событий.

Ложь.

Ну, не совсем. Дела и вправду есть. Но главное – уйти. Пока еще не поздно.

– Хорошо, конечно. Мне подождать тебя здесь?

Её голос. Такой… спокойный. Будто между ними ничего не случилось.

“Малышка, теперь всё изменилось… “

– Да, я быстро. – с этими словами он бесследно растворился, оставив девушку одну.

Исчез.

Не потому что спешил.

А потому что боялся, что если останется ещё на секунду…

Сожжёт её дотла.

Алиса ожидаемо была несколько ошарашена такому всплеску деловой активности своего мужа.

– Минуту назад он лежал будто при смерти, а сейчас уже готов работать не покладая рук. Мог хотя бы поблагодарить меня за свое спасение глубоким искренним поцелуем. Тут даже кровать уже заправлена, можно было вовсе не спешить, а немного задержаться, – с грустью размышляла Хранительница, разглаживая складочки на одеяле. – Сейчас напридумывает новых заданий и еще неизвестно, как скоро мы вновь окажемся наедине. Ладно, дела у него всегда на первом месте. Видимо Адриан переоценил силу своего ядовитого порошка, а Хранитель решил залечь на дно, потому что голова болела с похмелья – нужно было просто выспаться в тишине, чтобы никто не разбудил раньше времени. Рада, что с ним все в порядке, я в очередной раз напрасно за него переживала. Хвала Мирозданию, мой муж силен и могущественен, ему все нипочем. Ой, дождется, я поверю в его неуязвимость и больше не приду спасать. Ладно, раз мне разрешили похозяйничать в его обители, пойду гляну что тут интересненького есть на дне океана Иллюзий?”

Предоставив Хранителю восстановление порядка в Этерии, она решила немного исследовать обстановку в самом сердце Источника Теней. Этот мир, казалось, был бесконечным, полным загадок и чудес, которые манили её своей таинственностью.

Тишина была густая, как смола.

Хранительница шла по песчаному дну мира, где даже время казалось застывшим. Её сверкающее платье слегка колыхалось в такт её шагов. Вокруг открывались удивительные пейзажи. Высокие гроты, покрытые биолюминесцентными водорослями, которые светились мягким голубоватым сиянием. Узкие ущелья, где вода текла, словно жидкое серебро. Огромные коралловые леса, чьи ветви переплетались в причудливые узоры. Каждый шаг открывал перед ней что-то новое, что-то, что заставляло ее сердце биться чаще.

Но больше всего её внимание привлёк странный коридор, который появился перед ней, словно из ниоткуда. Он возник внезапно, будто сама обитель мужа вздохнула, пропуская её глубже в его тайны.

Стены были сотканы из магических экранов, которые висели в воздухе, как осколки зеркал, парящие в пустоте. Каждый – как кадр из забытой киноленты, вырванный из плёнки времени.

Его чаяния.

Его откровения.

Она знала, что не должна.

Но как не заглянуть?

Как не потянуться к огню, если он так прекрасно обжигает?

А в тишине словно раздавался шепот:

"Некоторые тайны – как водоворот. Один шаг – и ты уже не выплывешь."

Каждый экран услужливо демонстрировал сцены из прошлого Хранителя, будто это были фрагменты его воспоминаний, вырванные из потока времени. Алиса остановилась, завороженная. Она не могла устоять перед искушением заглянуть в его жизнь, в те моменты, которые она никогда не видела.

На одном из экранов она увидела Хранителя, стоявшего перед Источником – огромным, сияющим существом, чья форма постоянно менялась, как будто оно было сделано из света и тени одновременно. Маг спорил с ним, его голос был полон негодования. Древний дух тем временем мягко и спокойно напутствовал непослушного ученика.

Муж вел себя не так, каким Алиса привыкла его видеть.

Импульсивнее. Жестче.

Глаза горели яростью, пальцы были сжаты в кулаки.

А перед ним – Источник.

Тот, чьё имя он носит.

Тот, кем он и является.

Существо из света и тьмы, из пепла и звёзд. Его форма перетекала, как ртуть – то человек, то тень, то нечто большее, словно зеркало уже в собственном отражении.

В этом осколке он принимал форму зеленого пушистика с карими глазами..

Тот самый, что пришел за ней в далеком детстве…

То же благодушное выражение лица, даже на звериной мордочке.

То же ласковое спокойствие в голосе.

“Ты не прав," – устало убеждал Источник тем же голосом.

"Я ненавижу, когда ты мне это говоришь!" – рычал Хранитель. Он отражался в этом осколке памяти той самой агрессивной кляксой. Круглой, по структуре напоминающей желе, или скорее грязь. Большой комок жидкой грязи на толстых ножках с такими же пухлыми ручками, голова без шеи сразу перетекала в огромный выпирающий живот толстяка. Алиса улыбнулась от тепла нахлынувших воспоминаний.

"Ты будешь ненавидеть меня ещё сильнее, когда поймёшь, насколько я прав."

Алиса замерла. Она увидела как Источник улыбнулся.

Та самая загадочная улыбка, что появляется на лице мужа, когда он знает что-то, чего не знает она. Та, что буквально сводит ее с ума. Этот жест Хранителя не меняется, не зависит от принятой им формы.

В осколке зелёный пушистый зверёк – мягкий, круглый, с глазами как две капли янтаря – сел, поджав лапки, и по-отечески смотрел на комок жидкой грязи с бурлящим недовольством.

– Иди и поприветствуй Хранительницу Силы Созидания. Девочка прошла испытание и теперь по праву вступает на путь овладения магией. – все также невозмутимо наставлял Источник.

Пушистик так и сидел, поджав лапки, и смотрел на бурлящую грязевую массу с терпеливым снисхождением.

– Зачем мне идти к ней? – булькало капризное создание, его глаза-угли пылали в темноте. – Я не нуждаюсь в ком-то ещё. Моя задача – защищать и оберегать мироздание, а не… с девчонками знакомиться.

Источник мягко вздохнул, его зелёная шёрстка колыхалась в такт дыханию.

– Ты не понимаешь. Она – неотъемлемая часть твоего пути. Ты никогда не раскроешь весь свой потенциал в одиночку. Иди к ней, и вскоре сам изменишь мнение о своей прекрасной спутнице.

Грязь фыркнула, выпуская пузыри раздражения.

– Пф! Мне и так хватает моего могущества! Да и вообще, люди… – масса недовольно заколебалась, – …они все такие… липкие. Эмоциональные. Предсказуемые. Даже ментальные сущности хоть как-то интереснее!

Зверёк покачал головой, и в его янтарных глазах вспыхнула мудрая искорка.

– Вселенная не ошибается. Даже самые неожиданные встречи даны нам не просто так. Порой те, кого мы меньше всего хотим видеть рядом, становятся нашими главными учителями.

– Учителями?! – грязь вздыбилась. – Эта девочка?!

– Именно. События, которые кажутся нам помехой, на самом деле – ступени. Даже если они… неудобные.

Хранитель замер на мгновение, затем недовольно заурчал:

– Почему я не вижу наше будущее? Я хочу заранее знать, что меня ждёт, к чему готовиться!

Зверёк рассмеялся – тихим, переливчатым смехом.

– Ты не сможешь применять свою Силу на Алису. Чаша Созидания специально защищает Хранительницу от любых ментальных атак. Только так ты сможешь достичь необходимого прогресса. Поэтому уже сейчас… привыкай импровизировать.

Он подмигнул, и его голос стал вдруг тёплым, почти нежным:

– С ней твоя жизнь заиграет новыми красками. Непредсказуемости. Настоящих чувств. Всего, что тебе сейчас так не хватает.

Грязь надулась, как обиженный ребёнок.

– Да уж, удружил ты мне. Спасибо.

Но в глубине её тёмной массы словно что-то дрогнуло.

Может быть – любопытство. Может быть – страх.

А может…

Предвкушение.

– Не дуйся, – голос Источника звучал так тепло, будто обволакивал собеседника мёдом. – У тебя всё-таки свидание. Ты должен произвести приятное впечатление на девушку.

Желе заклокотало.

– Приятное впечатление? – булькало создание, и капли тёмной массы летели во все стороны. – Ты вообще понимаешь, как это выглядит? Её "избрали". Ребенку сломали жизнь, и теперь я должен… что? Улыбаться? Делать вид, что это нормально?

Пушистик устало вздохнул.

– Ты слишком драматизируешь.

– Это не драма! – грязь вздыбилась, приняв угрожающе бесформенные очертания. – Это лицемерие. И я в нём участвовать не буду.

Зверёк почесал лапкой ухо.

– Ну хорошо. Выйди к ней в таком виде. Расскажи "всю правду". Посмотрим, хватит ли у тебя духу.

– Ещё как хватит! Я выйду к ней прямо сейчас, ещё и расскажу все. Вот увидишь, как она сбежит, сверкая пятками!

– Напугать ее внешностью не получится, – Источник усмехнулся. – Ты ведь уже обратил внимание, что из ловушки Иллюзий она вытянула не что иное, как зеркало. И непременно воспользуется магией своего артефакта.

Комок грязи замер.

– Что?! Какая-то малявка сможет меня заколдовать?!

– Не стоит недооценивать Хранительницу.

– И в кого же она меня превратит?

Зверёк хихикнул.

– Намёк для тебя будет весьма недвусмысленным.

– Бездна! – выругался Хранитель, и его форма на мгновение рассыпалась в брызгах. – Тогда я специально буду холоден и скучен. Ещё истерику закачу – ей это не понравится, и она оставит меня в покое.

– Ты потом будешь жалеть, что так себя вёл.

– С чего бы?! Что я потеряю? Уникальную возможность вступить в сомнительные отношения с человеческой девчушкой, которых на одной только Земле под несколько миллиардов? – грязь фыркнула, и пузыри лопались с едким звуком. – Ахах, ну ты и шутник!

Алиса не могла сдержать улыбки.

Она помнила их первую встречу. Его человеческую форму – такую строгую, отстранённую, с холодными глазами и сжатыми губами.

"Магия артефакта… Так вот почему он выглядел словно гость моих самых сладких снов."

Но даже в то время, в его глазах она увидела что-то, что заставило ее сердце дрогнуть. Теперь, глядя на этот экран, она понимала, как много он скрывал за своей ледяной маской.

“Он боялся.”

Боялся, что если покажет ей себя настоящего – она убежит.

Но Алиса осталась.

И теперь их судьбы были связаны кровью.

Навсегда.

Тени, окружавшие её, словно почувствовали настроение волшебницы. Они мягко подтолкнули её к следующему экрану, где она увидела момент их встречи после ее первой миссии. Хранитель сидел рядом с ней, его роскошный облик был еще прекраснее предыдущего, а его глаза, такие проницательные, смотрели на неё с лёгким недоумением. Алиса помнила, как тогда почувствовала, что её жизнь может измениться навсегда.

– Да, тогда мне казалось, будто бы отношения это последнее, что его вообще может интересовать. Очень удивилась претензиям наставника по поводу моего взаимодействия с Адрианом.

Тем временем на экране появляется последующий разговор Хранителя с Источником. В этом осколке памяти маг предстал перед наставником в облике изящного юноши, чья красота была отточена до совершенства. Высокий, с благородными чертами лица, с кожей, будто отлитой из бледного мрамора. Роскошные бирюзовые волосы ниспадали мягкими волнами. Глаза, словно два бездонных озера, в которых плескались звёзды.

Он был прекрасен.

И осознавал это.

Каждый жест – плавный, выверенный, точно отрепетированный перед зеркалом. Пальцы, скользящие по локону у виска, томный наклон головы, полуулыбка, заставляющая сердце биться чаще.

Он позировал.

Перед самим собой.

Потому что Источник теперь был его точной копией – таким же ослепительным, таким же самовлюблённым. Без той защитной грубости, что ранее сквозила в каждом его слове.

Здесь он был…

Искушением.

И, кажется, наслаждался этой ролью.

– Как тебе костюмчик? – томно протянул Источник, и его голос был точным отражением голоса ее мужа, лишь с лёгким, едва уловимым эхом вечности. – Знакомый образ, не правда ли?

– Да уж. И почему он так нравится девушкам? – маг сделал паузу, искусно изображая лёгкое недоумение. – А как же брутальные тестостероновые мачо с грудой мышц и стальными кубиками пресса?Хранитель медленно провёл ладонью по шелковистой ткани своего одеяния, и в его глазах вспыхнул холодный, самодовольный огонёк.

– Это же её фантазия, а не твоя, – отозвался двойник, и его губы тронула такая же манера полуулыбки. – Она хочет наслаждаться, а не бояться.

– Я в точности воспроизвел её желание? – в голосе юноши прозвучала сладостная притворная скромность.

– Думаю, Алиса не отличила тебя от своей первоначаьной версии. Или скорее даже твой вариант ей понравился больше.

– Спасибо, – прошептал Хранитель, и его лицо расплылось в хищной, откровенно-властной улыбке, обнажив идеальные зубы.

Но в следующее мгновение эта маска рассыпалась в картинном, отточенном гневе. Он вскинул руку в изящном жесте, и драгоценные перстни на его пальцах вспыхнули ледяным светом.

– И вообще, кого ты мне подсунул?! – его голос звенел, как клинок, но в нём не было настоящей ярости, лишь её идеальная копия, сыгранная для невидимого зрителя. – Эта маленькая распутница посмела…

Он злился так картинно. Словно актёр, играющий гнев на сцене. Каждая морщинка на лбу, даже блеск в глазах были выверены и поставлены. Это был не всплеск эмоций, а их изощрённая имитация – танец гнева, исполненный для самого себя.

Источник – его зеркальное отражение – лишь улыбнулся, склонив голову под тем же градусом, что и оригинал.

– Посмела не подчиниться твоей воле. Привыкай. Она так будет делать постоянно.

И, будто поддразнивая, повторил жест Хранителя, но сделал его ещё более манящим – пальцы скользнули по воротнику мантии, слегка обнажив ключицу.

Маг фыркнул.

– Ещё чего?! Я отправил девчонку в Сильвермор, лишив Силы и памяти. Она сбежит быстрее, чем ты успеешь опомниться.

Источник рассмеялся – звонко, беззаботно, будто они обсуждали не судьбу Хранительницы, а светские сплетни.

– О, мой дорогой, ты так плохо знаешь женщин… Если не сбежит, что будешь делать?

– Страшные оборотни запугают ее там до полусмерти, а потом съедят заживо. Она попросит меня вернуть ее домой сразу же после возвращения.

– Она потребует у тебя награду за свои старания. Пирожные. И будет с аппетитом их есть, наслаждаясь каждым кусочком.

– Ты меня разыгрываешь. Если эта избранная и правда такая горячая штучка – я женюсь, даю слово.

Алиса почувствовала, как в груди защемило.

"Маленькая распутница? Сбежит?"

Она смотрела на этого самовлюблённого красавца, играющего в опасного обольстителя, и… засмеялась.

Потому что теперь-то она знала – он проиграл. С разгромом.

– Будь осторожен с подобными заявлениями. – предостерег Источник. – Кроме того, ты не единственный претендент на ее руку и сердце. Как будешь справляться с соперником?

– Что? Этот папенькин сынок мне и близко не конкурент. Вообще не понимаю, что она в нем нашла. Я же ясно слышал ее невысказанные вопросы, чуть ли не на лбу было написано, о чём она хочет спросить. “Хранитель, а ты один здесь живёшь? У тебя есть девушка?” Я так и не понял, почему же не спросила. И что означает ее выходка в Этерии? Кто я для неё? Почему я не знаю её ответы заранее, а только в памяти могу копаться? Бесит уже эти ребусы разгадывать.

– Она обиделась. Ты ей даже имя не назвал. Посчитала, что не интересна для тебе как девушка и скрыла свои чувства.

– А почему не попыталась меня завоевать? Или соблазнить? Как все красотки ведут себя в таком случае.

– Алиса не обычная девушка. И она не хотела нарушать твои личные границы. Если не будет уверена в интересе с твоей стороны, не позволит своим эмоциям взять верх.

– Хм, гордость значит. А если заставлю ее показать мне ее чувства?

– Попробуй. И поспеши. Адриан скоро придёт к тебе в гости.

– Что?! Да кто ж его сюда пустит?!

– Ты лично откроешь ему портал.

– С какой стати?!

– По просьбе Алисы.

– Ты бредишь. Если девчушка не сбежит после Сильвермора, на следующий же день будет у моих ног.

Алиса засмеялась, и этот звук, казалось, разбудил в ней самые светлые воспоминания об их первом поцелуе. С тех пор их пути переплелись навсегда, и она стала его опорой, его светом в мире, который иногда казался ей слишком темным.

Источник, всё так же зеркально повторяющий позу Хранителя, склонил голову, и в его глазах вспыхнул хищный блеск.

– Просто соблазнить её недостаточно, – прошептал он, и его голос стал сладким, как яд. – Вы должны заключить магический контракт. А ещё лучше – взять с неё клятву верности, скреплённую кровью.

Тени сгустились, воздух стал тяжёлым, словно пропитанным свинцом. Алиса почувствовала, как холодный пот выступил на спине.

Хранитель замер. Его прекрасное лицо исказила гримаса недоверия.

– Не много ли ты хочешь?

– Такую мощь нужно контролировать, – Источник провёл пальцем по собственному запястью, будто очерчивая будущий шрам. – Или ты хочешь упустить Хранительницу Зазеркалья?

Губы мага дрогнули.

– Нет. Это единственная область мира Иллюзий, что мне недоступна.

Источник приблизился и его отражение заискрилось магическими бликами.

– Рядом с ней ты станешь невероятно силен. Все, что сейчас кажется тебе недостижимым – станет реальностью. Ты сможешь воскрешать мертвых, переписывать судьбы целых континентов, объединять разрозненные ветви времени в единое русло в произвольном порядке.

Тень пробежала по идеальным чертам Хранителя, сменяясь яростным азартом. Он выпрямился, и в его глазах вспыхнуло что-то тёмное, ненасытное.

– Кровью так кровью. Она поклянётся мне в верности и навсегда останется в моей власти.

Алиса вздрогнула. Внезапно осознав, что наблюдает за моментом, когда решалась её судьба. Тени мягко обвились вокруг неё, словно пытаясь утешить, но холодок страха уже проник в самое сердце. Мурашки бежали по спине девушки, заставляя ее неприятно поёжится. Этот голос… Этот тон…

Обещание.

Холодное. Беспощадное.

Источник рассмеялся – тихо, словно шорох крыльев ночной бабочки.

– Не спеши. Важно её не спугнуть. Иначе не получишь то, что хочешь.

Маг резко повернулся, и его роскошные одежды взметнулись, как неукротимые паруса.

– Кто мне помешает?! – самоуверенно парировал он. – Неужто этот никчемный сопляк?

– Её чувства к юноше искренние. Избавиться от соперника будет не так просто.

– Неужели ты веришь, что она сможет устоять передо мной?

Источник покачал головой, и его отражение на миг расплылось, словно вода в озере.

– Клятву крови дают в отчаянии. Одного влечения мало для такой мощной привязки. А менее крепкая связь не удержит столь могущественную волшебницу. – его голос звучал как зловещий шёпот. – Помни, даже скреплённая кровью клятва требует взаимности. Ты тоже отдашь часть себя.

– Что именно? – насторожился Хранитель.

– То, что ценишь больше всего. Свою неприкосновенность.

В воздухе повисло тяжёлое молчание. Алиса видела, как меняется выражение лица её мужа – от жадного ожидания к пониманию, затем к ярости.

– Ты говоришь о…

– Да. Ты больше не сможешь скрываться в своих иллюзиях. Она увидит тебя настоящего. Всего.

Тени вокруг девушки сгустились, закручиваясь в тревожном танце. Она чувствовала, как в груди что-то сжимается – то ли страх, то ли странное предвкушение. Ведь теперь она знала: даже тогда, в самом начале, он боялся быть узнанным. Боялся, что она увидит то, что скрывается за этой ослепительной маской…

Хранительница прильнула к экрану, ловя каждое слово.

“Так вот как всё начиналось, он задумал это с самого начала… “

Но прежде чем она успела осознать всю глубину этой мысли, реальность вокруг неё дрогнула.

Тени заколебались.

Экран начал меркнуть.

Ее вновь накрыло это ощущение падения, провала —

Кто-то активировал принудительную телепортацию.

Последнее, что она успела увидеть – улыбку Источника.

Знающую.

Торжествующую.

И мир растворился в тумане.

Глава 3. Чувства вышли из под контроля.

Адриан лежал на песке, его тело было словно приковано к земле тяжестью отчаяния и сожалений. Вокруг него бушевал океан Иллюзий, но он едва замечал это. Его мысли были полны самобичевания, каждое воспоминание о содеянном терзало его, как острый нож. Он закрыл глаза, пытаясь заглушить внутренний голос, который шептал ему, что он не заслуживает прощения, что он разрушил всё, что было для него важно.

– Зачем я это сделал? – прошептал он, его голос был полон боли. – Зачем я позволил себе стать таким?

Он думал о Хранителе, о том, как тот всегда был для него примером силы и чести. Как Алиса верила в него, даже когда Адриан сомневался в себе. И теперь, когда ее возлюбленный был на грани гибели по его вине, юноша чувствовал, что его собственная жизнь потеряла всякий смысл. Он не хотел больше здесь оставаться, не хотел видеть этот мир, который он так подло предал.

Но вдруг, в самый отчаянный момент, воздух вокруг него сгустился, и перед ним появился портал. Его края мерцали серебристым светом, а из глубины вышла тень – полупрозрачная, но узнаваемая. Это был Хранитель, или, скорее, его образ, созданный из остатков энергии.

Адриан поднял голову, его глаза расширились от удивления.

– Хранитель?.. – тихо спросил он дрожащим голосом. – Ты… здесь?

Тень Хранителя медленно кивнула. Его голос был слабым, но полным решимости.

– Адриан, у меня мало времени. Алиса попытается спасти меня, но я не уверен, что смогу вернуться. Поэтому я должен попросить тебя об одном.

Юноша почувствовал, как его сердце сжалось.

– Что я могу сделать? Я… всё испортил…

– Нет, – прервал принца Хранитель. Его тень протянула руку, и в ней появился небольшой ключ, светящийся мягким бирюзовым сиянием. – Ты должен освободить Рауля. Он заперт в кабинете, где вы когда-то пытались организовать ловушку для меня. Твой друг не должен страдать там из-за твоих ошибок. Ты исправишь это.

Адриан смотрел на ключ, его рука дрожала, когда он взял его.

– Рауль… – прошептал он. – Я… думал, что он погиб. Я не знал…

– Он жив, – ответил маг. Его тень начала растворяться, но его голос всё ещё звучал ясно. – Но был заперт в своем кабинете всё это время. И теперь ты можешь освободить его. Это твой шанс, Адриан. Твой шанс сделать что-то правильное.

Повелитель Алькантара медленно перевёл дыхание. Но Хранитель ждал. И в этой тишине юноша вновь услышал его голос.

– Пока ты споришь с реальностью, ты теряешь силы, – продолжал древний дух. – Как только примешь её, сразу начнешь действовать разумно.

Маг замолчал. В воздухе повисла тишина, насыщенная смыслом. Луна выглянула из-за туч, и её холодный свет упал прямо на лицо Адриана, обнажая сомнения, страх, всю его неопытную юность.

– Действовать и значит жить. Иногда ошибаться, испытывать сомнения.

Юноша резко отвернулся, но маг продолжил, мягко и неумолимо.

– Ты не учитываешь того, что однажды она также совершила ошибку. Подарила тебе надежду, не подумав о последствиях. И теперь ты страдаешь, потому что её чувства ранили твою душу. Но разве это делает её предательницей? Или просто… живым человеком?

– Мы, как мужчины, любим считать себя сильными. Но настоящая победа не в том, чтобы цепляться за призрачные идеалы. А в том, чтобы уметь отпускать. Даже если больно. Даже если кажется, что без этого жизнь не имеет смысла.

Лунный свет скользнул по металлу ключа, оставив на стали холодный отблеск.

– Ты хочешь, чтобы она была счастлива? Тогда перестань делать её заложницей своих ожиданий. Она не обязана соответствовать твоим мечтам. И если ты действительно любишь… то пожелаешь ей добра, даже если её путь больше не лежит рядом с тобой.

Адриан закрыл глаза. В его памяти всплыли её смех, её нежные слова, её внезапное отступление. Да, она была неосторожна. Да, она ранила его. Но…

– А если я не могу? – голос его дрогнул.

Хранитель положил руку ему на плечо.

– Тогда ты так и останешься с этой болью в сердце. Запертым в собственных обидах. Но мир велик, принц. И в нём есть место не только для потерянного прошлого, но и для того, что ещё впереди.

Тишина снова наполнила пространство вокруг, на этот раз – тёплой, почти отеческой грустью.

Адриан резко вдохнул.

– То есть… всё это было напрасно?

– Нет. – Маг покачал головой. – Потому что теперь у тебя есть выбор. Продолжать биться о закрытую дверь… или найти ту, что откроется тебе навстречу.

И в этот момент юноша понял: прощать – не значит проявлять слабость.

Это значит стать сильнее.

Адриан почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза.

– Но… но я не заслуживаю этого шанса. Я… разрушил всё…

Маг кивнул, будто давно ждал этого признания.

– Заслуживаешь, – ответил Хранитель, его голос стал тише. – Ты осознал свои ошибки. И теперь у тебя есть выбор – продолжать страдать или попытаться всё исправить. Решение за тобой.

С этими словами тень Хранителя полностью растворилась, оставив Адриана одного с ключом в руке. Он смотрел на него, чувствуя, как его сердце бьётся всё быстрее. Он понимал, что это не просто ключ – это был символ его искупления.

Повелитель Алькантара медленно поднялся на ноги, его тело все еще дрожало, но в его глазах появилась решимость. Он смотрел на портал, мерцающий перед ним, и сделал шаг вперёд. Внутри него бушевали эмоции – страх, сомнения, надежда. Но он знал, что должен сделать это. Для Рауля. Для Алисы. Для Хранителя. Для себя.

Он вошёл в портал, и мир вокруг него изменился. Он оказался в знакомом кабинете, где когда-то всё началось. Кабинет программиста казался огромным, словно поглощающим все звуки и движения, оставляя лишь ощущение бесконечной пустоты. Внутри комната была такой же, как Владыка её помнил: темной, пыльной, с тяжелой атмосферой, которая давила на грудь. В углу, за столом, заставленным мониторами, сидел министр технологий. Его лицо было бледным, а глаза пустыми, словно он потерял всякую надежду.

– Рауль… – прошептал Адриан, его голос был полон боли и сожаления.

Мистер Харвинг поднял голову, его глаза сузились, когда он узнал Повелителя Алькантара. В них не было радости или облегчения – только гнев и разочарование. Он медленно поднялся с места, его руки сжались в кулаки.

– Ты… идиот! Что ты наделал? – он набросился на друга с обвинениями.

– Рауль… – тихо произнёс Адриан, его голос дрожал. – Я пришел освободить тебя.

– Освободить? – голос программиста был низким и полным ярости. – Ты посмел прийти ко мне после того, что ты сделал?

Владыка Этерии почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что заслуживает этого гнева, но всё же надеялся, что сможет объясниться.

– Рауль, я… понимаю, что совершил ужасную ошибку. Но я здесь, чтобы всё исправить. Хранитель… он передал мне ключ. Маг хочет, чтобы ты был свободен.

– Наставник? – Рауль засмеялся, но в его смехе не было радости. – Ты говоришь о том, кого пытался убить? О том самом, великом и всесильном страже мироздания, который стал для меня примером чести и благородства, кому я мечтаю служить? Ты думаешь, я могу просто забыть, что ты сделал?

Адриан опустил голову, чувствуя, как его охватывает стыд.

– Я не прошу тебя забыть. Знаю, что не заслуживаю твоего прощения. Но я хочу исправить то, что натворил. Хранитель… он в опасности. Алиса пытается спасти его, но я не знаю, сможет ли она вернуться. И он… попросил меня освободить тебя.

Рауль сжал кулаки ещё сильнее, его глаза горели.

– Ты думаешь, что можешь просто прийти сюда, сказать пару слов, и всё будет хорошо? Ты предал его, Адриан! Ты предал всех нас!

Он сделал шаг вперёд, и прежде чем Повелитель Алькантара успел что-то сказать, министр технологий набросился на него. Его кулак со всей силы ударил друга в лицо, отбросив его к стене. Адриан не сопротивлялся, он принял удар, чувствуя, как жар разливается по его лицу. Эта физическая боль была ничто по сравнению с тем, что он чувствовал внутри.

– Ты не заслуживаешь быть здесь! – кричал Рауль, его голос дрожал от ярости. – Ты не заслуживаешь даже дышать тем же воздухом, что и он!

Владыка медленно поднялся с пола, его губа была разбита, а щека горела.

– Ты прав, – прошептал он. – Я не заслуживаю. Но я здесь, чтобы попытаться всё исправить. Хранитель верит в меня, даже когда я перестал в себя верить. И теперь я должен сделать то, что он попросил.

Программист зло смотрел на юношу, его дыхание было тяжелым, а глаза полны боли.

– Ты не понимаешь, как много он для меня значит. Я остался здесь, в этом кабинете, добровольно. Хотел доказать, что достоин служить ему. Мечтал помочь в его миссии. А ты… чуть не уничтожил всё, ради чего я жил.

Адриан почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза.

– Я знаю. И я никогда не прощу себя за это. Но я здесь, чтобы попытаться всё исправить. Пожалуйста, Рауль… дай мне шанс.

Мистер Харвинг замер, его кулаки всё ещё были сжаты, но гнев в его глазах начал угасать. Он смотрел на Повелителя Алькантара, видя в его глазах искреннее раскаяние. Наконец, министр технологий опустил руки и глубоко вздохнул.

– Ты действительно хочешь всё исправить? – спросил он, его голос был тихим и полным сомнения.

– Да, – ответил Адриан твёрдым голосом . – Я сделаю всё, что в моих силах. Для Хранителя. Для тебя. Для всех, кого я предал.

Рауль молчал несколько секунд, затем кивнул.

– Хорошо. Но знай, что я не прощу тебя просто так. Ты должен доказать, что достоин подаренного тебе второго шанса.

– Я понимаю, – ответил Повелитель Алькантара, чувствуя, как в его сердце появляется искра надежды. – И я сделаю всё, что потребуется.

Он знал, что путь к искуплению будет долгим и трудным, но теперь у него был шанс. И Владыка Этерии был готов идти до конца. Принц подошел ближе, его рука дрожала, когда он протянул другу ключ.

– Хранитель попросил освободить тебя. Прости меня… за всё.

Рауль медленно взял ключ, его глаза наполнились слезами.

– Я думал… что он вообще забыл обо мне.

– Он никогда ни о ком не забывал, – ответил Адриан, его голос был полон искренности. – Я просто… был слеп. Но теперь вижу. И сделаю всё, чтобы исправить свои ошибки.

В тот момент, когда вновь обретшие друг друга старые друзья готовились покинуть кабинет, воздух вокруг них внезапно сгустился, наполнившись мягким сиянием. Свет стал ярче, и в центре комнаты начал формироваться силуэт. Сначала это была лишь тень, но постепенно она обрела форму, и перед ними появился Хранитель Времени и Пространства.

Он выглядел величественно, как и всегда. Длинные бирюзовые волосы, словно сотканные из шёлка, мягко переливались в свете, падающем из ниоткуда. Роскошная мантия, облегающая фигуру, мерцала, как ночное небо, усыпанное тысячами звезд. Взгляд, глубокий и проницательный, смотрел на них с легкой улыбкой, в которой читалось облегчение и тепло.

Рауль замер на месте, его глаза расширились от изумления. Он не мог поверить в то, что видит. Наставник, которого он так боготворил, ради которого он добровольно заточил себя в этом кабинете, чтобы доказать свою преданность, стоял здесь, во плоти, прямо перед ним.

Живой и невредимый.

Величественный.

– Хранитель… – прошептал Рауль, его голос дрожал от нахлынувших эмоций. – Это… действительно ты?

Маг равнодушно кивнул, его улыбка стала чуть теплее.

– Да, Рауль. Это я. Благодарю тебя за твою преданность.

Программист не смог сдержать себя. Слезы навернулись на его глаза, и он, забыв обо всём, бросился к магу, обнимая его так крепко, как будто боялся, что тот исчезнет. Его голос был полон радости и облегчения.

– Вы вернулись! Я… не мог поверить, что вы сможете выбраться… Я так боялся…

Вдруг Рауль страстно припал к губам Хранителя в поцелуе.

Древний дух лишь слегка приподнял бровь, его взгляд оставался холодным и отстраненным. Министр технологий же с силой отлетел к противоположной стене кабинета, отброшенный мощнейшим импульсом. Ученик мага ощутил, как его тело ударилось о камень, оставив на ней глубокую вмятину. Боль пронзала каждую его клеточку, но она была ничто по сравнению с ужасом, который он испытывал сейчас. Рауль понял, насколько серьезную ошибку он совершил, перейдя черту, которую ни в коем случае нельзя было переступать. Воздух вокруг него сжался, словно невидимые щупальца обвили его тело. Незримый поток энергии, исходящий от мага, наполнил комнату холодом и страхом. Он почувствовал, как его ноги отрываются от пола, а его тело словно бы разрывало изнутри. Дыхание программиста стало прерывистым, будто невидимая рука сжимала его шею. Он попытался закричать, попросить прощения, но звук застревал в горле, превращаясь в жалкий хрип.

Наставник невозмутимо стоял в центре комнаты, его лицо оставалось спокойным и недосягаемым, несмотря на бурю эмоций, образовавшуюся вокруг. Он знал, что Рауль пошел на это не просто так – в глазах ученика читались боль и отчаяние. Но Хранитель оставался непоколебим, словно скала среди бурного моря.

Адриан, стоявший в тени у входа, наблюдал за происходящим с нарастающей тревогой. Когда он увидел, как мистер Харвинг оказался прижатым к стене, его сердце замерло. Он хотел вмешаться, остановить этот кошмар, но его ноги словно приросли к полу. Он чувствовал, как сила могущественной сущности проникает внутрь, парализуя волю и тело.

С трудом сделав шаг вперед, юноша рухнул на колени. Его голова опустилась вниз, словно под тяжестью невидимого груза. Он попытался заговорить, умолял мага успокоиться, но слова застряли в горле. Голос звучал глухо и сдавленно, как будто кто-то душил его изнутри.

– Пожалуйста… остановись… Пощади его… – выдавил принц сквозь зубы, чувствуя, как слезы катятся по его щекам.

Но Хранитель оставался неподвижным, его лицо было маской холодной бесчувственности. Он внимательно смотрел на ослушавшегося ученика, словно оценивая свою работу, проверяя, достаточно ли сильно тот пострадал. Затем его взгляд скользнул к Адриану, и в этот миг в его глазах мелькнула искра понимания.

Медленно, почти незаметно, давление ослабло. Министр Технологий упал на пол, кашляя и хватая ртом воздух. Повелитель Алькантара смог наконец поднять голову, его тело дрожало от напряжения и страха. Он посмотрел на мага, ожидая увидеть хотя бы намек на раскаяние, но тот лишь молча сел на стул в центре комнаты, оставив их в тишине и мраке кабинета.

Рауль медленно поднялся на ноги, его тело дрожало, лицо было мокрым от слез, но он улыбался и в его глазах сияла надежда.

– Я… просто хотел быть полезным. Хотел помочь вам… Простите меня.

– И ты помог, – сказал Хранитель, его голос был холодным, но полным уверенности. – Твоя непроходимая глупость натолкнула меня на одну интересную мысль.

Адриан, стоявший в стороне, наблюдал за этой сценой с чувством облегчения и стыда. Он хотел что-то сказать, но слова будто не находились. Древний дух, заметив его замешательство, сам повернулся к нему, его взгляд был серьезным, но не осуждающим.

– Адриан, – произнес он абсолютно спокойно, словно и не было той всепоглощающей вспышки гнева. – Ты сделал правильный выбор, решив подчиняться мне. Это будет первым шагом на твоем пути к искуплению.

Юноша в учтивом поклоне опустил голову, чувствуя, как его охватывает смущение.

– Я… не заслуживаю твоего прощения. Знаю, что совершил ужасную ошибку.

– Ошибки – это часть пути, – ответил Хранитель. – Но не обольщайся, еще посмотрим, как ты с этим справишься. Ты выбрал путь исправления, а значит тебе придется несладко.

Рауль, всё ещё держась за шею, посмотрел на Адриана. Его глаза, по-прежнему полные слез, теперь выражали не только гнев, но и тень понимания.

– Ты действительно готов всё изменить?

– Да, – ответил Адриан, его голос был твёрдым. – Я сделаю всё, что в моих силах.

Хранитель хищно улыбнулся.

– Тогда у вас есть работа. Восстановите в Этерии то, что было разрушено, и побыстрее. Я приглашаю вас обоих посетить Землю.

Рауль кивнул, его улыбка стала шире.

– Спасибо, хозяин. Я с вами. Куда угодно.

Маг бросил недобрый взгляд на программиста, всем своим видом приказывая ему заткнуться и больше его не бесить, а затем посмотрел на принца.

– И ты, Адриан, отправишься с нами. – игриво подмигнул принцу маг. – У тебя будет возможность доказать, что ты достоин своего второго шанса.

– Я увижусь с Алисой на ее родной планете? – прошептал он, голосом, полным благодарности. – Спасибо тебе за твою доброту.

Повелитель Алькантара почувствовал, как в его сердце появляется искра надежды. Он знал, что путь к искуплению будет долгим и трудным, но теперь у него появились союзники. И он был готов идти до конца.

Кабинет погрузился в полумрак, лишь слабый свет магических кристаллов, появившихся в комнате вместе с древним духом, отбрасывал причудливые узоры на стены. Взгляд могущественного создания был таким сосредоточенным, словно он читал не текст отчетов своего ученика, а саму судьбу мироздания.

Мистер Харвинг стоял перед ним в ожидании распоряжений, покорно склонив голову. Его скромная стать, облаченная в простую, но изысканную одежду, казалась воплощением дисциплины и преданности. Он чувствовал, как тяжесть задания ложится на его плечи, но в глазах не было ни тени сомнения.

– Рауль, – голос Хранителя прозвучал жестко, с нотками непререкаемой власти, – ты должен подготовить детальный отчет. Собранные данные об Алисе требуют тщательного анализа. Мне нужно, чтобы ты отследил каждую ситуацию, в которой ее эмоции, а особенно ревность, проявлялись с наибольшей силой. Каждый взгляд, каждое слово, каждый жест – все это имеет значение.

Рауль кивнул, в уме он уже начал прокручивать возможные подходы к задаче. Программист знал, что речь идёт не просто о мимолетном чувстве, а глубоком, почти магическом состоянии, которое могло стать ключом к управлению эмоциями жены древнего духа.

– Я понимаю, – произнес он голосом полным решимости. – Отслежу все моменты, когда ее ревность обострялась. Каждая деталь будет учтена.

Хранитель медленно поднял глаза и устремил их на Рауля. Взгляд его был проницательным, словно он видел не только внешнюю оболочку, но и саму душу своего подчиненного.

– На основе этого исследования, – продолжил маг, – ты должен создать идеальный женский образ. Тот, что будет вызывать у Алисы самые сильные эмоции. Она должна ощущать угрозу, но в то же время испытывать восхищение. Твой новый облик заставит ее сомневаться в себе и стремиться к большему проявлению чувств ко мне.

Программист задумался. Он представлял себе, как будет анализировать каждый момент наблюдения Хранительницы за другими девушками, как будет искать те черты, что вызывали в ней бурю страстей. Ему предстояло не просто собрать данные, но и понять саму суть ее души.

– Я сделаю все, что в моих силах, – сказал он, и в его голосе прозвучала непоколебимая уверенность. – Образ будет совершенен. Алиса не сможет остаться равнодушной.

Хранитель кивнул, удовлетворенный ответом. Он знал, что ученик не подведет. Его преданность и умение анализировать были вне всяких сомнений.

– Тогда приступай, – произнес маг, снова погружаясь в чтение. – Время не ждет.

Рауль поклонился, его разум уже был занят планами и расчетами. Ему предстояло не просто выполнить задание, но и создать нечто, что сможет всколыхнуть душу Алисы, заставить ее почувствовать то, что она так тщательно скрывала. И он знал, что справится с этим. Ведь об этом его попросил хозяин, служить ему была его миссия, его предназначение.

Адриан, едва оправившийся от увиденного, невольно выдавил из себя:

– Прости мое любопытство… Но.. зачем тебе это? Зачем вызывать в ней ревность? Разве то, что у вас есть… этой связи… неужели тебе недостаточно?

Хранитель медленно повернул к нему голову. В его глазах не было гнева, лишь холодная, отточенная, саркастическая надменность.

– Достаточно? – он мягко рассмеялся, и этот звук был похож на лёд, трескающийся в бездне. – Малышка, видимо, решила, что ей можно и по чужим шаттлам похаживать.

Его взгляд, тяжелый и насмешливый, скользнул по ученику, заставляя того почувствовать себя ничтожной соринкой.

– Она забыла, с кем имеет дело. Забыла, что мое внимание – не данность, а привилегия. Я просто напомню. Хочу видеть в её глазах такой огонь страсти, чтобы ни о ком другом она даже подумать не смела.

Принц сглотнул, в его душе поднимался бунт. Все те слова о силе прощения, что он слышал на берегу, рассыпались в прах.

– Но это же… манипуляция. Игра на самых низких чувствах. Разве любовь может строиться на этом?

Древний дух презрительно фыркнул, поправляя складки своей мантии.

– Любовь? Речь идёт о её внимании. После того цирка с шаттлом, – он снова бросил на юношу уничижительный взгляд, – она явно нуждается в напоминании, что её муж – не тот, кем можно пренебрегать, пока она флиртует с первым встречным. Я хочу, чтобы она жаждала. Чтобы смотрела только на меня.

Хранитель отклонился на спинку кресла, и в его позе читалась многовековая усталость от чтения морали недостойным смертным.

– Наивный мальчик, – прошептал он с ледяной нежностью, губы мага растянулись в безжалостной улыбке. – Бороться со своими грехами – удел таких, как ты. Я же предпочитаю наслаждаться их вкусом. А её ревность… мой самый изысканный десерт. И я намерен им насытиться.

– Неужели ее искренняя привязанность нуждается в таких… испытаниях? Это же… нечестно. – тихо спросил юноша, больше не решаясь поднять глаза.

– «Честность» – это слово для тех, у кого нет иного выбора. А я могу позволить себе роскошь править реальность под себя. И если для поддержания страсти моей супруги требуется небольшая театральная постановка… что ж, я обеспечу ей самый зрелищный спектакль.

Внутри Адриана что-то оборвалось. Он смотрел на это божественное создание, только что говорившее о силе отпускания, и видел самого искусного тюремщика в мироздании. И он, добровольно ставший его учеником, был теперь бесправным соучастником. В этот момент Повелитель Алькантара осознал страшную истину: величайшая сила во вселенной была ранима, как подросток, и столь же безжалостна в желании доказать собственную значимость. Его урок о чистоте помыслов не был для него самого руководством к действию, а лишь красивой сказкой для тех, кто стоял ниже. А наверху царили свои, жестокие и великолепные законы.

Глава 4. В тени цветущих садов.

Ключ повернулся в замке с тихим щелчком, похожим на сломанную кость. Дверь отворилась, и свет, хлынувший внутрь, был не освобождением, а ослеплением – жестоким, безразличным, как вспышка в конце туннеля, за которым ничего нет.

Рауль шагнул вперёд, но тяжесть не исчезла – она лишь сменила форму, превратилась в холодный камень под ребром.

Свобода пахла пеплом.

– Пойдем, – сказал он, и слова показались ему чужими, сорвавшимися с чьего-то чёрствого языка. – У нас есть работа.

Адриан кивнул, и слёзы на его глазах блестели фальшиво, как стразы на гробу.

– Это только начало. Мы исправим всё. Вместе.

“Вместе… ”

Слово пустое, как скорлупа. Они вышли, оставив за спиной не тьму, а лишь ее иллюзию – ведь отчаяние шло за ними по пятам, беззвучное и неотступное.

Пространство дрогнуло и рассыпалось, как песочный замок на ветру.

Гигантская рука судьбы не сжимала время – она его роняла.

Молодые люди оказались в летней резиденции Повелителя на берегу Лианории, где воздух был густ и сладок, как терпкий запах ночных цветов. Они прибыли в день окончания Фестиваля. Аромат увядающих букетов, дым от погасших фонарей, привкус благовоний – всё это было маской, под которой сквозил тлен.

Зал был пуст. Золотые узоры на сводах походили на застывшие молнии, портреты великих правителей смотрели со стен с каменным безразличием – все эти короли и герои стали пылью, а их величие – сказкой для детей. Массивный стол ломился от яств, но еда казалась восковой, ненастоящей, как всё в том мире растявших грёз.

Рауль достал ключ – артефакт Силы Порядка. Он излучал холодное серебристое сияние – мертвенный свет пустоты. Инструмент для устранения ошибок, которых не исправить. Они собирались переписать судьбу целого континента, но не могли управлять даже собственными сердцами. Вечность смеялась где-то в тенях, зная, что любое их действие – лишь рябь на воде, исчезающая в момент возникновения.

Он сжал ключ в ладони, чувствуя его неестественную гладкость. Одно неверное движение – и всё рухнет.

“Но что такое «всё»?”

Пыль, мираж, жалкое мгновение между прошлым и будущим.

И он, вечный помощник, обречённый чинить то, что не имеет для него никакого значения.

Повелитель Алькантара шагнул вперед, его темный плащ с вышитыми символами власти развевался за ним, как крылья, а глаза, холодные и проницательные, были устремлены на артефакт. Он знал, что их задача невероятно сложна, но также понимал, что другого пути нет.

– Готов? – спросил он, его голос звучал как низкий гул, наполненный силой.

– Готов, – ответил Рауль, сжимая ключ в руке. Он чувствовал, как энергия артефакта пульсирует в такт его сердцу, словно живое существо.

Одновременно они подняли руки, и ключ начал светиться ярче, выпуская тонкие нити света, которые сплетались в сложный узор. Вокруг них воздух заколебался, и временные потоки Этерии начали синхронизироваться. Перед их взорами развернулась панорама прошлого, настоящего и будущего – бесконечные линии судеб переплетаются в единую ткань.

Рауль закрыл глаза, погружаясь в поток информации. Ему предстояло переписать удел целого континента, чтобы все пути сошлись в одной точке. Он видел, как события прошлого накладываются на будущее, как истории разных людей переплетаются в этом сложном танце. Адриан, стоявший рядом, направлял его, мощная магия Теней помогала ему удерживать хрупкое равновесие потоков энергии.

– Сосредоточься, – прошептал Владыка Этерии. – Каждая деталь важна.

Рауль кивнул, его разум работал с невероятной скоростью. Он видел, как они сами выходят из кабинета министра технологий после бала, их лица озарены светом торжественной церемонии прощания с Верховным Консультантом и его супругой, богиней любви. Как Солтис, первый советник, обретает память двух миров и обручается с Яной Дельвинских, которой Алиса подарила второй шанс. Он видел Исабель и Мелиссу, личных фавориток Повелителя, которые занимали самое привилегированное положение в Алькантаре и также были почетными гостями фестиваля в Лианории. Он видел Салливана и Лану, Тиберия и Аврору, Дамиана и Кристал, Теодора и Оливию – всех, кто удостоились чести помнить обе жизни.

– Все сходится, – прошептал Рауль, его голос был едва слышен. – Реки времени ведут к одной точке.

Адриан кивнул, его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах светилось удовлетворение. Он знал, что их работа почти завершена.

– Теперь зафиксируй изменения в главном коде пространства, – сказал он. – И пусть гармония восстановится.

Рауль сжал ключ сильнее, и свет артефакта вспыхнул с новой силой. Временные потоки слились воедино, и судьбы континента были переписаны. Вокруг них воздух затих, и наступила тишина.

Когда они открыли глаза, зал резиденции был снова погружен в полумрак. Ключ-артефакт в руке Рауля потускнел, его работа была завершена.

– Мы сделали это, – обреченно подытожил министр технологий, его голос звучал с облегчением и ноткой разочарования.

– Да, – ответил Адриан. – Теперь мне предстоит убедиться, что в Этерии все идет своим чередом, а тебе выбрать подходящий образ для путешествия.

Они вышли из зала, их фигуры растворялись в тумане, который окутал улицы Лианории. Впереди давних друзей ждал новый день и новый мир, где судьбы людей были переплетены в единую гармоничную картину. И где каждый нашел свое место в этой сложной, но прекрасной мозаике.

Туман над Лианорией рассеялся, уступив место золотистому свету заката. Летняя резиденция Повелителя тонула в ароматах карминсен и жасмина, а фонтаны шептали что-то на языке падающих капель.

Рауль и Адриан сидели на мраморной скамье, утопающей в плюще. Между ними стоял серебряный поднос с Нектаром Древа Памяти и спелыми фламмиферами, но ни один из них не притрагивался к угощению.

Тишина была слишком громкой.

Наконец Владыка не выдержал.

– Я так и знал, что моих родителей этот зазнайка не воскресит.

Программист холодно потёр переносицу, словно поправляя невидимые очки.

– Глупо было на это рассчитывать.

– Но почему?! Он ведь может? Или всемогущий древний дух всё ещё боится Армандиуса? – голос Адриана дрогнул, став тише. – Сделал бы его смертным. Лишил памяти. Но оставил в живых… Я так тоскую…

Рауль отломил веточку жасмина, крутя её в пальцах.

– Как ты наверняка догадался, Хранитель исполняет желания Алисы, а не твои. Радуйся, что тебя вообще в живых оставили. Как по мне – ты этого не заслуживаешь.

Повелитель Алькантара рассмеялся и ткнул друга в плечо, но в его глазах мелькнула тень.

– А ты, значит, предатель. Переметнулся на сторону врага. – Он облокатился на спинку скамьи, глядя в небо. – Я бы, кстати, тебя тоже в живых не оставил за подобные выходки. Он что-то слишком милосердный стал.

Рауль нахмурился.

– Ты правда хочешь это обсуждать? После всего, что натворил?

– Да, мне уже терять нечего, – рассмеялся Адриан. – А ты, получается, меня бросил. Я думал мы друзья, столько лет места себе не находил, мучился совестью, что погубил тебя из-за собственной прихоти. А ты добровольно вызвался служить этому обольстителю. У меня просто в голове не укладывается твой поступок. Ладно Алиса – девочки падкие на силу и власть, но ты-то с какой стати на него позарился?! Судя по реакции мага, соблазнять тебя не входило в его грандиозные планы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.