Наталия Девятова
Валаам

Валаам

1.Надежда

Всё началось с книги. Она оказалась не только лучшим подарком, но и сыграла ключевую роль в невероятной истории, приключившейся со мной. Но обо всём по порядку.

У нас с подругами есть традиция: каждый год мы встречаемся в дни рождения и по большим праздникам. Поздравляем друг друга, делимся новостями, но главное – общаемся вживую.

На этот раз мы встретились, чтобы отпраздновать мой день рождения, и, поздравляя меня, Оля спросила:

– А ты читала Ивана Шмелёва?

– Нет, даже ничего не слышала о нем, – честно призналась я.

– Тогда вот: книга – лучший подарок. Держи, думаю, тебе понравится. И Ольга протянула мне большую красивую книгу.

Мы потом еще долго болтали, ведь не обо всём можно поговорить по телефону, а втроем тем более, и как-то так получилось, что все вместе решили: пришло время по нашей традиции съездить куда-нибудь на экскурсию. Наперебой стали предлагать друг другу всевозможные поездки, но каждый раз появлялись какие-то препятствия, и очередной вариант приходилось отклонять. Так и не придя к единому мнению, договорились дома все хорошенько обдумать и обсудить позднее.

После встречи с подругами я поехала к себе на дачу. Ближайшая электричка шла со всеми остановками, из-за чего время в пути увеличивалось вдвое, но я не очень огорчилась, так как у меня с собой была книга-подарок. Она-то и поможет скоротать час в пути. Народу было немного, поэтому, выбрав уютное светлое местечко у окна, я достала книгу, предвкушая обещанное мне удовольствие от чтения. По своей давней привычке, знакомство с литературными произведениями начинаю с последних страниц, так поступила и на сей раз. Раскрыв книгу практически в самом конце, увидела название рассказа – «Старый Валаам».

«Перед нами высокий темно-зеленый остров. Пеной кипит округ него озеро-море. Ближе – остров дробится на острова. Видно проливы, камни, леса. Древностью веет от темных лесов и камней. Из-за скалистого мыса открылся Монастырский пролив, великолепный. Слева, совсем на отлете, каменный островок, на нем белая церковка, крест гранитный, позади – темный бор. Это маяк и скит, страж Валаама и ограда – Никольский скит…»¹

В воображении моем рисовались сказочные картины дремучего леса, полного мудрых тайн за семью печатями и неразрешимых загадок… Погрузившись в этот волшебный мир красоты и покоя, я не заметила, как пролетело время.

«Перхушково», – хриплый голос, объявивший название остановки, вернул меня в действительность.

«Это же моя станция!» – спохватилась я и, захлопнув книгу, стремглав помчалась к выходу. Едва я успела выскочить из вагона, как двери электрички закрылись, и она двинулась дальше.

Подъехал автобус, на котором мне предстояло добраться от станции до дачи. Он, как всегда, был переполнен, но, если надо уехать, просочишься в салон всеми правдами и неправдами. Пропустив мимо ушей все нелицеприятные эпитеты в свой адрес, я всё же сумела протиснуться на вторую ступеньку от входа. Однако, достать из сумки книгу и продолжить чтение не было никакой возможности: я стояла, как стойкий оловянный солдатик – не могла даже руку поднять, чтобы схватиться за поручень. Впрочем, необходимости в этом не было: тело оказалось зажато со всех сторон теми, кто, как и я, не захотел ждать целый час следующего автобуса.

«Скорее бы приехать и опять погрузиться в чтение», – торопила я время. Едва переступив порог дома, сбросила верхнюю одежду и, удобно устроившись на диване, вновь раскрыла книгу.

«У нас в июнь-месяце льдинки еще похаживают, а уж сады цветут – благоухают, дыхание ангельское такое… вон куда уйдешь, а все слыхать, как черемуха подает себя… по всему-то монастырю, томит даже, окошки уж прикрываем, размаривает душу»².

Я почти физически ощутила этот дурманящий запах весны моего детства, где во дворе в изобилии цвела черемуха, наполняя воздух своим острым, пряным, слегка горьковатым ароматом. Отложила книгу и задумалась. Какая-то чарующая магия чувствовалась в каждой строчке рассказа Шмелёва о Валааме.

«Что же это за таинственный благословенный остров? Я обязательно должна побывать там, увидеть всё своими глазами, почувствовать эту благодать», – твердо решила я и набрала номер телефона подруги.

– Оля, я знаю, куда мы поедем. Мы поедем на Валаам!

Ольга засмеялась:

– Уже прочитала? Я знала, что тебе понравится! Конечно, поедем, только навигация там заканчивается рано, и в этом году мы уже не успеем, а в мае следующего, когда пароходство откроет летний туристический сезон, с первым же теплоходом обязательно там побываем!

Вот за что я благодарна подругам, так это за то, что, невзирая на работу, семейные обязанности, личные дела, ни одну из них не надо долго уговаривать куда-либо поехать: все они, как и я, очень любят путешествовать. Через неделю Оля уже нашла подходящую турфирму и забронировала путевки на первый теплоход, который весной откроет навигацию из Санкт-Петербурга на Валаам.

С тех пор не было и дня, чтобы я не думала о сказочном острове. Время от времени я брала книгу и перечитывала отдельные страницы, мысленно погружаясь в атмосферу дореволюционного Валаама начала двадцатого века. Я проходила «в монастырские ворота, которые называются – святые, над ними церковь Петра и Павла… еще ворота, и открывается монастырский двор. Справа – великолепный собор Преображения Господня. Какой лучезарный свет! Какие синие купола в лазури, золотое крестов блистанье! Собор Преображения Господня уходит в небо высокой колокольней. Тридцать три сажени! Гранитные колонны в окнах у крыльца. Гранитные кресты на камне. Все опоясано гранитом. Строено на века. И все построили монахи, сами. Не верится»³.

Я уже плыла по Ладожскому озеру, бродила по дремучим лесам острова, слышала перезвон колоколов, но нежданно-негаданно жизнь внесла коррективы в мои планы.

Описывая эти события, я вспоминаю одну историю, произошедшую со мной в далекой молодости, когда я была еще студенткой. Прошло много лет, но вижу всё как сейчас. Я спешила в институт на занятия. Бежала в многотысячном потоке, балансируя на высоченных каблуках-шпильках, и только на длинном эскалаторе в метро остановилась перевести дух. Был утренний час пик, эскалатор был полностью заполнен. Справа на каждой ступени стоял человек, а с левой стороны, рискуя упасть, люди бежали нескончаемым потоком. Вдруг стоявший впереди мужчина повернулся ко мне лицом, и только теперь я заметила, что это был старик-таджик. Темное от загара морщинистое лицо, узкие хитрые восточные глаза. Он был одет очень необычно по нашим городским меркам: поверх полосатой черной рубахи вычурный стеганый ватный бархатный халат, подпоясанный пестрым скрученным платком. Из-под халата торчали широкие шаровары, заправленные в кирзовые сапоги. Мне интересно было его разглядывать. Он, видимо, приехал из какого-то дальнего края, и после тихой размеренной жизни маленького аула шумная столичная толпа ошеломляла его, но держался он гордо и уверенно. Вцепившись в поручень, просто врос в ступеньку эскалатора и стоял, как скала.

– Скажи, дочка, куда все бегут? – спросил он.

Я и не сразу поняла его вопрос из-за сильного акцента.

– Кто куда. Кто на работу, кто на учебу.

– А зачем бегут? – не унимался старик.

Я пожала плечами:

– Опаздывают, наверное.

– Чтобы не опаздывать, выйди на десять минут раньше, и не надо бежать! – заключил он и внимательно посмотрел на меня, видимо, ожидая моего одобрения.

Его простая житейская мудрость буквально ошеломила меня. «И правда, почему, во сколько бы мы ни встали, нам всегда не хватает двух-трех минут, чтобы вовремя выйти из дому?» – подумала я, но ответить не успела, так как эскалатор спустил нас вниз, и, подхваченная тем же людским потоком, я вместе со всеми опять побежала дальше.

Беда всегда приходит, откуда ее не ждешь. В этот роковой день, когда я спешила на работу, мне всё также не хватило двух-трех минут, чтобы вовремя выйти из дому. Нужный мне автобус ходил по расписанию всего раз в час, поэтому, опоздав на минуту, я в результате опаздывала надолго. Быстро закрыв на ключ входную дверь, я рысцой побежала к автобусной остановке. Была поздняя осень, и шедший всё утро снег ровным белоснежным ковром покрыл дорогу, припорошив все ямы и выбоины на асфальте. И вот, когда остановка была в каких-то нескольких метрах от меня, нога моя попала в одну из таких выбоин. Теряя равновесие, я упала и почувствовала, как в ноге что-то хрустнуло. В тот же момент острая боль пронзила, казалось, всё мое тело. Подъехавший автобус быстро открыл-закрыл двери и, набирая скорость, предательски скрылся за поворотом. От боли и обиды я заплакала. К остановке подбежал мужчина. Видимо, находясь в полушоковом состоянии, я, вытирая слезы, еще пыталась шутить: «Тоже не хватило двух-трех минут?» Мужчина помог мне подняться, но на ногу наступить я не могла. Превозмогая боль и хватаясь за всё, что было на моем пути, я всё же смогла вернуться домой. «Ничего страшного, – успокаивала себя, – ну подвернула ногу, наложу сейчас тугую повязку, не зря же в институте на занятиях по гражданской обороне нас учили оказывать первую помощь пострадавшим. Вот я себе сейчас ее и окажу. Полежу спокойно и через неделю снова буду бегать!»

Раздевшись, я ужаснулась: на ногу было страшно смотреть: она опухла и посинела. Однако я по-прежнему не допускала мысли, что могло случиться что-то серьезное. Достав эластичный бинт, наложила тугую повязку и позвонила на работу в отдел кадров.

– Девчонки, выручайте! Так не хочется по больницам мотаться, оформите мне недельку отпуска. – И рассказала им о своих злоключениях.

В то время я работала в бухгалтерии медицинского реабилитационного центра, с кадровиками мы не только были соседями, но и дружили. Поэтому сотрудницы отдела кадров без лишних уговоров согласились, но когда принесли проект приказа о моем отпуске на подпись главврачу, она удивленно вскинула брови:

– В отпуск? C чего это вдруг вне графика?

Пришлось им рассказать мою историю.

– Да она с ума сошла! Что за самодеятельность? Немедленно в травмпункт!

И прислала за мной служебную машину с водителем. С начальством не поспоришь, пришлось ехать.

Травмпункт был полон товарищами по несчастью, люди стояли, сидели и даже лежали на каталках, ожидая своей очереди. Кругом слышались охи, ахи и даже плач тех, кому боль не оставила никаких других шансов.

Врач, уставший от нескончаемого потока больных, посмотрел на снимок и вздохнул:

– Ничем не могу порадовать, голубушка, это перелом! Отправляйтесь в гипсовую.

– Как это?! – вырвалось у меня.

Но утомленный бесчисленным множеством глупых вопросов, подобных моему, врач ничего не ответил, только громко крикнул:

– Следующий!

– Доктор, а это надолго? Сколько будет заживать перелом?

– Не могу знать, всё индивидуально, в среднем месяца два-три…

Трудно поверить, но первое, о чем я тогда подумала: как же я теперь поеду на Валаам?

Да, вот уж не зря говорят: мы предполагаем, а Господь располагает! Помимо московских подруг, по моему приглашению к нашей компании присоединилась и моя питерская школьная подружка с мужем. Они долго думали, ехать или нет, и только после моих настойчивых уговоров наконец согласились, чтобы поддержать компанию.

«Вот заварила я кашу, всех подбила на поездку, а сама даже не знаю, поеду теперь или нет?» – переживала я.

Когда после несчастного случая подруги приехали меня навестить, я стала умолять их: «Только, пожалуйста, не отказывайтесь от путевок! На Валаам даже на костылях поеду!» – со смехом говорила я.

Но тревога в душе не утихала. Понятно, что до отъезда гипс, скорее всего, снимут, но ведь надо еще пройти реабилитацию. Как долго нога будет болеть? Как она перенесет предстоящие нагрузки? Ведь, судя по всему, на Валааме только дорога к скитам составит несколько километров. Удастся ли мне их пройти? Врач сказал, что нога будет заживать в среднем два-три месяца, но о том, что такое средние показатели, мы хорошо знали и всегда шутили, вспоминая анекдот с черным юмором: «Один пациент умер, у другого температура сорок, а в среднем по больнице температура нормальная». Вдруг нога будет заживать полгода, как у соседа моих родителей, решившего сократить путь от электрички до дома и неудачно спрыгнувшего с платформы?

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я снова и снова брала книгу, открывала рассказ «Старый Валаам» на случайной странице и перечитывала. А что, если попробовать погадать на книге? В юности, наверное, мы все увлекались таким гаданием. Брали книгу, задавали вопрос, выбирали наугад страницу и строчку и получали ответ. Очень часто он был вполне конкретным, соответствующим вопросу, но иногда и смешным, что нас весьма забавляло.

Решено. Сейчас попрошу «Старый Валаам» дать ответ на вопрос: «Состоится ли моя поездка?» На улице тем временем разбушевалась метель. В темном окне неистово мелькали белые крупинки снега. От сильного ветра ветки вишни гнулись и яростно бились в стекло. Внезапно погас свет. Опять обрыв электрических сетей! Не удивительно при таком-то ветре! За окном жалобно завыла собака. Кот, мирно спавший рядом со мной на диване, вскочил и тревожно заурчал. От страха у меня мороз пробежал по коже. Я поспешила зажечь все свечи, какие только нашла в доме, закуталась в плед и посмотрела на часы – ровно двенадцать. Да, в полночь самое время погадать! Я взяла книгу. Так… страница шестьсот пятьдесят четыре… строка пятнадцатая снизу… Читаю: «Вот кончилась всякая вода, нет дороги, впереди высоченная стена гранита…» Вот и погадала! Это что же, значит, никуда я не поеду? Ясно же написано: «…нет дороги… стена». Неужели не поеду? Не может быть! Ведь сам остров позвал меня через книгу!

«Спокойно, – уговаривала я себя, – вспомни: по важным вопросам мы гадали три раза и только тогда делали выводы. Значит, есть еще две попытки. Страница… шестьсот пятьдесят восьмая… третья строка сверху. Ой, а здесь стихи, написанные иноком монастыря!

О дивный остров Валаам!

Рука Божественной судьбы

Воздвигла здесь обитель рая,

Обитель вышней чистоты.

Ну вот, уже теплее. Попробую в третий раз. Страница… шестьсот шестьдесят четвертая… строка… пятая снизу».

Читаю: «Вереница заливов тихих, старый сосновый бор, таинственный, безмолвный. Вон уж и монастырь».

«Ура! Всё будет хорошо! Я поеду, остров ждет меня! „Рука Божественной судьбы… Вон уж и монастырь“. А мне нужно молиться, просить!»

Время шло. Я молилась и каждый день просила скорейшего выздоровления. Нога потихоньку заживала: мне уже сняли гипс, врач разрешил сменить костыли на палочку, но место перелома при ходьбе болело невыносимо. Тогда я решилась на «клин клином»: одну боль выбить другой, более сильной. До поездки оставалось совсем немного времени, и я задалась целью тренировать ногу во что бы то ни стало: каждый вечер проходить не менее километра, постепенно увеличивая расстояние. Установила на мобильный телефон программу «Шагомер», чтобы фиксировать пройденное расстояние и тем самым контролировать нагрузку. Однако каких-то значимых результатов добиться не удавалось: после двух километров нога начинала болеть так, что искры сыпались из глаз. Дома я падала на диван и даже не помышляла сдвинуться с места. Я ждала дня отъезда и очень его боялась.

И вот долгожданный день наконец-то настал! «Сапсан» привез нас в Петербург утром, а теплоход на Валаам уходил вечером. Свободное время мы решили провести, гуляя по Невскому проспекту. А еще собрались непременно посетить музей-квартиру Пушкина на Мойке. Кому что: мои подруги любовались красотою архитектуры града Петра, я же зорким взглядом сокола высматривала жертвенную скамейку, чтобы стремительно пикировать на нее. Девчонки сочувственно вздыхали и усаживались рядом. Так мы и прошли весь Невский – от скамейки до скамейки.

Вечером, поднимаясь по трапу теплохода, я ставила на ступеньку здоровую ногу и подтягивала к ней больную, потому что опереться на травмированную было невозможно.

«Хорошо, что нога не умеет говорить! – подумала я. – Представляю, что бы она мне сейчас сказала!»

Чтобы не огорчать подруг, я не стала им говорить, что боль в ноге усилилась и порою становилась нестерпимой. Решила: утро вечера мудренее, завтра что-нибудь придумаю, в крайнем случае, откажусь от похода по скитам, ведь это самый длинный и самый сложный пеший маршрут в путешествии, а до монастыря как-нибудь с Божьей помощью доберусь вместе со всеми на катере, и там уже буду ждать возвращения группы.

Пассажиров по радиосвязи пригласили на верхнюю палубу. Она была украшена разноцветными надувными шарами; на длинных столах, покрытых белоснежными скатертями, стояли фужеры с шампанским, искрящимся в лучах заходящего солнца. Нас ждало традиционное приветствие от капитана. Грянул марш «Прощание славянки» – какие родные и дорогие душе звуки! Сердце мое защемило от воспоминаний, далеких и в то же время таких близких, они нахлынули, как морская волна. Под этот марш мы провожали на боевую службу подводную лодку моего мужа. С этим же маршем и встречали экипаж после длительного похода. Для меня в этой мелодии были и горечь тяжелой разлуки, и, как принято у моряков, пожелание семи футов под килем, и надежда на успех и удачу при выполнении сложных, порою опасных задач, и несказанная радость встречи после многомесячного ожидания. Глаза наполнились слезами, но в этот момент звон нескольких сот бокалов разнесся над палубой, восторженные крики «Ура-а-а-а!» взорвали вечернюю тишину бухты, всеобщее ликование захватило меня и отвлекло от грустных воспоминаний. Одним длинным гудком и тремя короткими сигналами теплоход возвестил о том, что уходит в рейс, и, взяв курс на загадочный остров Валаам, медленно отошел от берега.

Спать решили лечь пораньше, чтобы увидеть красоту Валаама в первых лучах утреннего солнца. Проснувшись рано утром, я быстро оделась и, прихрамывая, вышла на палубу. Поеживаясь от утренней прохлады, всматривалась в едва различимые берега. Чайки громко кричали, сопровождая теплоход, иногда садились на палубу, очевидно, прикормленные туристами, не пугались людей, позволяли себя фотографировать и ожидали заслуженной награды. С каждой минутой Валаам становился все ближе и ближе… Воздух наполнился смолистым ароматом хвои, стал тягучим, вязким. Показались берега с высокими отвесными скалами, покрытыми густым хвойным лесом. Теплоход медленно вошел в бухту и пришвартовался к пристани.

По громкой связи объявили, что к монастырю мы доберемся на небольшом катере, который уже ожидает нас на причале. Всех туристов разделили на две группы: первая после завтрака должна была отправиться в монастырь, вторая – по скитам, а после обеда наоборот. Мы попали в группу, которой предстояло ехать в монастырь утром. Как здорово! Вот уже и решена одна моя проблема: от причала-то я уж точно дойду до монастыря, а там видно будет, что делать дальше. После завтрака мы дружно пересели на катер и отчалили от берега. Была середина мая. Почки на деревьях уже набухли, но листья еще не распустились, зато на прогретых солнышком полянках красовались первоцветы: синие ковры из печеночницы, желтые головки мать-и-мачехи, белые звездочки ветреницы. Вековые сосны и ели стояли стеной. Воздух напоен был весенними пьянящими ароматами. Я вспомнила слова Шмелёва: «…дышу, дышу, вбираю в себя крепкий, настойный воздух с великих далей, с лесов и Ладоги. Такого воздуха нет нигде…»⁴

От пристани к монастырю дорога потянулась в гору. Боясь пропустить рассказ гида, я изо всех сил старалась не отставать от группы. Вот и монастырские ворота, а за ними – лазоревые купола храма Преображения Господня в сиянии золотых крестов. Аж дух захватывает от такой сказочной красоты!

Сначала нас пригласили послушать валаамское песнопение. Вытянув вперед больную ногу, я постаралась как можно удобнее устроиться на деревянной скамье и огляделась. Маленькое помещение было до отказа заполнено слушателями. Те, кому не хватило места на скамьях, стояли вдоль стен в ожидании начала. Закрыла глаза, чтобы лучше чувствовать музыку, не отвлекаясь на окружающих, и вдруг чарующие звуки заполнили все вокруг. Вслушиваясь в удивительную волшебную мелодию, я потерялась в пространстве и во времени, и показалось мне в тот миг, будто душа моя оторвалась, поднялась куда-то ввысь и парит там, наслаждаясь завораживающим журчанием песни…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шмелёв И. С. Старый Валаам. – Республиканское унитарное предприятие «Издательство „Белорусский дом печати“». – Республика Беларусь. Минск. – 2004. – 603 с.

Вернуться

2

Шмелёв И. С. Старый Валаам. – Республиканское унитарное предприятие «Издательство „Белорусский дом печати“». – Республика Беларусь. – Минск. – 2004. – 640 с.

Вернуться

3

Шмелёв И.С. «Старый Валаам». Республиканское унитарное предприятие «Издательство «Белорусский дом печати» Республика Беларусь. Минск. 2004 г., стр.623-624

Вернуться

4

Шмелёв И. С. Старый Валаам. – Республиканское унитарное предприятие «Издательство „Белорусский дом печати“». – Республика Беларусь. – Минск. – 2004. – 615 с.

Вернуться