# Брак с условиями или... Развод

Елена Грасс

Муж признался, что на фоне его любовницы я – никто. Да, прямо вот так и сказал «ты никто»!

Не подбирал фраз, не извинялся, а просто взял и уничтожил наш долгий брак двумя словами.

Спасибо за откровенность, дорогой! Своими признаниями ты подарил абсолютную ясность как и куда мне двигаться дальше.

Теперь я свободна: от клятв, от обязательств и от последних чувств к тебе.

Но главное даже не это! Ты вдруг решил, что я смирюсь с ролью униженной и проигравшей?

Ошибся! Это не про меня!

В ответ на подлость я отвечу тебе взаимностью и уничтожу всё, что тебе дорого.

Начнём с твоей карьеры?

## Глава 1

ЗА ДВА ДНЯ ДО КОНФЛИКТНОГО ДИАЛОГА

«Не забудь, что завтра презентация. Ты всё купила?» – приходит мне СМС от мужа.

«Не переживай, холодильник забит до отказа. Всё будет в лучшем виде!» – отвечаю уверенно.

«Мне нельзя ударить в грязь лицом коллегами, помнишь?»

«Конечно. Не ударишь!».

Отправляю несколько смайлов с поцелуями, и я снова погружаюсь в мысли о важном событии.

На днях к нам придут коллеги мужа. Для них мы должны организовать достойный ужин. Точнее, я.

Муж хочет представить коллегам конкурсный проект. И сделать это прямо у нас дома.

Не знаю, зачем ему понадобилось устраивать презентацию здесь, а не в офисе, но спорить не стану. Не за – за таких же мелочей нам ругаться?

К тому же мне самой любопытно услышать их стороннюю оценку нашей кропотливой работы.

Правда, я всё же поинтересовалась: «Почему именно дома?» – и его ответ оказался вполне разумным: «В офисе сейчас столько подковёрных интриг, что даже стенам нельзя доверять».

Что же, раз надо – значит, надо. Если на пару часов наш дом станет импровизированным рабочим кабинетом – ничего страшного не случится.

Для меня куда больше катастрофа, что мне совершенно неожиданным образом нечего надеть для встречи гостей.

Завтра он приведёт их знакомиться, а я стою перед гардеробом и с тоской осознаю: у меня есть задача, похлеще, чем меню и готовка.

Перебираю платья, которые уместны для встречи, но не вижу ни одного подходящего.

Деловые костюмы при условии, что я работаю из дома, как – то слишком странно и официально. Убираю их в сторону сразу же без единого сомнения.

Домашние вещи непозволительно сразу выдадут во мне человека, который совершенно точно забыл, что такое «выход в свет».

Этого Ян мне не простит. Да и сама я понимаю, что они неуместны.

Юбка – карандаш и блузка простого кроя не сходятся на груди…

Единственное решение – шопинг. Быстро собираюсь и еду в торговый центр недалеко от дома.

В одном из любимых магазинчиков выбираю несколько вещей привычного сорок шестого размера, и вдруг обнаруживаю, что большинство из них не просто сидят впритык, они вообще не желают застёгиваться.

– Что за ерунда? – смотрю на этикетку, где обозначен размер. – Сорок шестой. Маломерка, что ли? Причём глобальная такая, маломерка… Девушка, поменяйте мне размер.

Продавец несёт мне вещь на размер больше, но и она сидит на мне так, словно вещь разойдётся по швам.

– Мне страшно просить у вас на размер больше, но…

– Другого размера нет.

Иду в другой магазин, и там происходит всё то же самое.

– Вот она, Вера, расплата за жизнь в работе на удалёнке, – бормочу, с трудом натягивая очередную юбку.

Но как бы я ни пыталась обмануть себя, замок не застёгивается.

Замираю перед зеркалом, разглядывая своё отражение с грустью и отчаяньем.

– Девушка, а есть на размер больше? – сдаюсь в очередной попытке найти себе вещь.

– У нас только до пятидесятого. Это магазин для… стройных женщин.

И вроде говорит это спокойно, без какого—либо сарказма, а я всё равно мысленно цепляюсь за её слова, и разочарование сводит настроение на нет.

Консультант приносит мне новые вещи, я уже и мерить не хочу.

– Женщина, не переживайте! Со всяким бывает! – наверное, она видит по моей физиономии, что я очень расстроена. – Я тоже набрала пару сантиметров в талии после того, как родила близнецов. Моим малышам уже по два года, но я так и не сбросила лишнее.

– Спасибо вам за помощь. Моему малышу почти двадцать лет, так что такое утешение и оправдание мне вряд ли подойдёт.

Девушка, забирая вещи, больше ничего мне не предлагает, понимая, что я всё равно или не влезу, или забракую наряд.

Выхожу из магазина в расстроенном состоянии.

Хочется поехать домой, и плевать, что у меня в гардеробе нет приличного платья, но сдаваться я не имею права. Ведь выглядеть перед коллегами своего мужа неприлично я тоже не могу.

В итоге, купив платье фасона «волна», как назвала его продавец, с мягкими драпировками и плавными линиями, прикрывающее все мои недостатки в нужных местах, ноги меня несут в магазин электроники.

Там я замираю перед электронными весами.

– Вам помочь? – парень обращается ко мне с полным безразличием в глазах.

– Да, мне нужны электронные весы. Желательно очень точные.

Парень лениво начинает рассказывать и показывать возможные варианты.

– Вот эти стандартные. Они предназначены для измерения веса, без особых функций. Если вам нужно что – то покруче, например, диагностические, у нас такие тоже есть. Они не только вес показывают, но и определяют индекс тела, процент жира… – Чувствуется, что он знает свою работу.

– Нет, мне нужны самые простые.

– Ой, подождите, вот здесь ещё «умные» есть, они синхронизируются со смартфоном, можно статистику… – сам увлекается теперь в рассказе о новинках.

– Мне самые простые, – почти раздражённо отрезаю, прерывая его поток информации.

Парень сдаётся и вяло протягивает коробку с самыми дешёвыми весами.

«Зачем мне такие замороченные и дорогие приборы? Всё, что мне нужно, – это просто знать, сколько я набрала и сколько нужно сбросить», – убеждаю себя, оплачивая покупку на кассе.

Уже через час я стою дома перед весами, так и не решаясь вступить на них.

Делаю глубокий вдох, переношу вес тела, и цифры на табло замирают, вынося свой безжалостный вердикт.

Застывшие цифры на дисплее неожиданно пугают меня и заставляют растеряться.

Вспомнив, что я по – прежнему в одежде, надеясь на их вес в килограммов пять, скидываю вещи на ходу и снова возвращаюсь на весы.

Закрываю глаза, открываю их обратно. Минус полтора килограмма.

– Вот так, Вера. Здравствуйте, лишние килограммы! Причём ни один, ни два, а целых двенадцать!

Казалось бы, не так много, правда? Но я невысокого роста, и любой килограмм на моём теле никогда не останется незамеченным, как ни крути.

Стою, смотрю на цифры и чувствую, как слёзы подступают к глазам. Как я могла это не почувствовать? Не понимаю.

Скорее всего я не заметила этого, потому что слишком полюбила мешковатую одежду. Море возможностей для сокрытия лишнего килограмма!

Телефонный звонок отрывает от желания расплакаться.

– Привет. Подъеду скоро. Есть что перекусить? – Равнодушно бросает муж.

– Как всегда. Всё самое свежее, – отвечаю автоматически, хотя внутри закипает раздражение.

Зачем этот странный вопрос? Ведь он прекрасно знает, что у нас всегда есть еда к любому его приходу. Каждое утро у меня привычный ритуал – приготовить для семьи самое свежее.

– Отлично. Скоро буду.

– У энергетиков был, – без моего вопроса сразу говорит с порога Ян, скидывая ботинки. – Корми меня, голодный как волк.

Он идёт мыть руки и замечает весы, которые я не успела убрать. Мне не хотелось, чтобы он знал о моих переживаниях, но скрыться, видимо, не удастся.

– Весы? – удивлённо кивает в их сторону, пока я пытаюсь незаметно подтолкнуть их ногой под тумбочку у раковины.

– Да, решила взвеситься, – отвечаю как можно спокойнее.

– Ну и как? – Муж смотрит на меня с нескрываемым интересом. А теперь, кажется, вдруг, что и с оценивающим взглядом. – Килограммов двадцать, поди, прибыток? – Неожиданно шутит, и в его голосе звучит неприятный сарказм.

– Ты рехнулся?! Не смешно! – Отвечаю резко, давая понять, что такой его «юмор» мне неприятен. – Если это шутка, то она идиотская и даже обидная для меня как для женщины.

– А я и не смеюсь, Вера. Разве ты видишь на моём лице улыбку?

– Ты чем – то недоволен в моей внешности? – Несмотря на то что мне совершенно точно неприятен этот разговор, всё равно расправляю уверенно плечи и смотрю на него с вызовом.

– Нет… Пока нет. Но совершенно точно, ты молодец, что купила весы. Это только на пользу. Отлично будет, если ты теперь, прежде чем засовывать очередной пирог в свой рот, будешь вставать на весы и вспоминать, что любая кожа умеет растягиваться до практически непомерных размеров! А это очень опасно. Так и разносит вас до…

– Корми себя сам, – перебиваю его, демонстративно разворачиваюсь и ухожу. – Ты настоящий хам!

– Ладно, не дуйся, Вер, – начинает извиняться муж, видимо, понимая, что перегнул. – Но ты, правда… поправилась. Сбросишь пару лишних килограммов и будешь снова шикарной женщиной.

– Женщина шикарная всегда, независимо от веса, если её мужчина любит. А тот, кто ищет недостатки в своём партнёре, всегда найдёт к чему придраться. Ты, Островский, я понимаю, возомнил себя Аполлоном после того, как при вашей компании в спортзал нахаживать начал. А я дома работаю, у меня таких плюшек, как у тебя нет.

– Не думаю, что это может помешать заниматься.

– Согласна! Тогда купи абонемент в спортзал, и я стану стройным кипарисом, какой была, когда за тебя замуж шла.

– Ладно, купим. Обязательно. Не обижайся. Но кто тебе правду скажет, кроме мужа?

Ян быстро съедает еду, нахваливая её, и снова сбегает на работу.

Я тоже на свою сбегаю, но в пределах нашего дома.

Между перерывами работы над документацией пару раз на всякий случай дохожу до холодильника, чтобы проверить по списку купленные продукты для встречи гостей.

Неосознанно хочу перехватить булку или кусок колбасы, но весы, которым я специально выделила место на кухне, напоминают мне, что делать этого совершенно точно не нужно.

Следующий день в суете и готовке приходит незаметно. К приходу гостей всё готово.

Без объяснения причин сегодня я особенно волнуюсь, и никак не получается справиться с этим чувством.

Когда коллеги моего мужа начинают заходить в дом, я понимаю, почему вдруг мой муж обратил внимание на мой внешний вид.

Входящие гости выглядят просто шикарно: безупречные брючные костюмы, у девушек лакированные лодочки на высоких каблуках, ухоженные волосы, собранные в элегантные укладки. Но это не главное.

Главное, то, что каждый из них выглядит безупречно, словно они собрались не в доме одного из коллег, а на каком—то симпозиуме международного уровня.

А я, кстати, даже не догадалась надеть обувь, за что теперь себя мысленно корю, быстро натягивая её на ноги…


## Глава 2

Только теперь, встретив их на пороге, догадываюсь, что надо было надеть костюм и сделать вид, будто я сейчас приехала с работы. Они же не знают, что я работаю на удалёнке.

Но вместо этого я стою перед ними в довольно простом, купленном без настроения и наспех платье, и понимаю: на фоне вошедших девушек выгляжу довольно скромно и неинтересно.

Замечаю, как, заходя с натянутой голливудской улыбкой, они пробегают по мне оценивающим взглядом.

Несмотря на неприятное ощущение от этого знакомства, я изо всех сил стараюсь быть приветливой.

– Здравствуйте, – заставляю себя улыбнуться. – Проходите, пожалуйста.

Муж, заходя следом за приглашёнными коллегами, скользит взглядом по моей фигуре, лицу, образу, и на секунду, как мне кажется, в его глазах мелькает разочарование.

Наверное, вечером выскажет своё негодование по вопросу моего платья.

Только я сама всё знаю. Я и без его «фи» довольно некомфортно себя чувствую.

Не успеваю прочитать все эмоции на его лице, потому что он уже отворачивается от меня и что – то шутливо говорит гостям.

Пока они рассаживаются в гостиной, я ловлю своё отражение в зеркале и машинально поправляю платье.

– Вера, где ты?! – Резкий голос мужа возвращает меня к моим обязанностям.

Мне сейчас показалось, или действительно в его тоне появилось раздражение и надменность?

– Здесь.

– Неси для начала закуски, а чуть позднее горячее. Мы ждём, – учит меня, как принимать гостей.

Быстро иду на кухню, торопливо доделываю последние приготовления и начинаю угощать эту странную компанию.

Поглощая с довольными лицами блюда, коллеги мужа начинают рассказывать друг другу наперебой о своих успехах, достижениях, покупках.

– Вложился в акции… – говорит один и чувствую, как сейчас от гордости лопнет.

– А я участок практически возле Барвихи взял под стройку, – второй не отстаёт.

Слушаю их и складывается такое впечатление, что они, как дети в детском саду, хвастаются своими игрушками, сидя в песочнице. У кого она ярче, моднее, дороже.

– У тебя отличный дом! – Хвалят теперь моего мужа, оглядываясь по сторонам.

– Да. Я сам его спроектировал, – бахвалится Ян в ответ.

– Да, проект шикарный! Если соберусь строиться, закажу тебе такой же. Но… красивее! Не откажешь, поди?

– Сделаю всё по минимальным расценкам в лучшем виде! – соглашается муж.

Наблюдая за ними, меня не покидает какое – то странное чувство.

Обычно я не ошибаюсь в людях. Эти его коллеги, мне совершенно точно не нравятся.

Стараюсь сейчас не торопиться с выводами, но спустя пару часов непринуждённой беседы понимаю: со стороны этих людей в общении нет ни искренности, ни интереса к работе друг друга, ни заинтересованности в этом проекте.

Здесь скорее царит бахвальство, выпендрёж и соревнование.

Ян говорил мне недавно, что среди тех, кого он пригласил к нам в дом, будут важные шишки.

Совершенно точно помню его слова о том, что мы не можем ударить в грязь лицом перед ними, а особенно перед одним из заместителей генерального директора компании.

Только имени я этого заместителя так и не услышала. И теперь мне предстоит лишь гадать, кто этот серьёзный тип в строгом костюме, перед которым, по мнению моего мужа, я должна особенно выслужиться.

Слово – то какое идиотское – выслужиться!

Не раз уже спорили за – за него. Но он, на удивление, в отличие от меня, не видит в нём ничего особенного.

Когда муж в очередной раз говорит о том, что он спроектировал наш дом сам, мне становится обидно.

Я ведь тоже приняла самое непосредственное участие в этой работе. Но моё имя, как в кино, несмотря на то, что занимает одно из главных по важности мест, оказалось незаслуженно забыто.

– А электрику тебе кто делал?

– Наш коллега с прежней работы, – не задумываясь говорю, пока муж отпивает сок и не может ответить.

– А можно его контакт? Я нормального мастера найти не могу, – говорит один из гостей.

– Да, сейчас, – достаю телефон, желая продиктовать ему номер.

– А газ как у вас проведён?

– Через центральную магистраль, а дальше…

Прекращаю говорить, потому что чувствую, как мой муж довольно сильно сжимает мою коленку.

– Что?

– Хлеба мало на столе, – наклоняется и говорит мне. – Прошу, давай не будем меня перед друзьями позорить. Стол должен быть идеальным, – теперь уже агрессивно, но так тихо, что слышу только я.

– Когда они тебе стали друзьями, – иду на кухню и говорю сама с собой. – Подхалимы и выпендрёжники, а не друзья.

Заходя на кухню, едва не сталкиваюсь лоб в лоб с высокой девушкой, которая появляется передо мной буквально из ниоткуда.

Замечаю, что в её руках почти полная тарелка еды, которую я так старательно готовила: кусок пирога—киш, запечённая картошка…

Девушка, увидев меня, резко замирает, будто пойманная на месте преступления, а затем быстро захлопывает крышку ведра для мусора и практически отпрыгивает от него.

Догадываюсь: она стояла возле него, потому что хотела выкинуть еду.

– Что – то не так с угощением? – спрашиваю я, не скрывая лёгкой растерянности. – Вам не понравились блюда?

– Нет, – отвечает она слишком бодро, но в её тоне чувствуются нотки фальши.

– Тогда почему вы выбрасываете еду?

Возмущение прорывается в моём голосе, но я сдерживаюсь и стараюсь говорить ровно. Я не могу позволить себе конфликта или недовольства в сторону этих гостей.

Уверена, что Ян потом не упустит случая мои мозги чайной ложкой съесть, если кто – то окажется недоволен.

– Потому что я такое не ем, – фыркает она. – Это вредно и калорийно. Вы разве об этом не знали?

Замечаю, как её взгляд скользит по моей фигуре. Быстро, будто случайно, но я—то, конечно, понимаю её тонкий намёк на толстые обстоятельства…

Но главное, в уголках её губ при этом играет откровенная усмешка. Эта напыщенная индюшка даже не скрывает своего превосходства, глядя на меня.

Меня это задевает ничуть не меньше, чем вопрос с едой, только виду я не подаю.

– Пейте сок, чай, ешьте салат… А еду выбрасывать нельзя.

Девушка закатывает глаза.

– Я промолчала, потому что не хотела обидеть хозяина! – Говорит она уже без прежней слащавости, с лёгким пренебрежением.

– Я так и поняла. Очень жаль, что угощения вам не понравились.

Она кивает и убегает прочь, а я так и остаюсь стоять растерянной посреди кухни.

Ни разу никто не был недоволен моими блюдами. Напротив, восхищались и просили добавки.

## Глава 3

Еда, на самом деле вполне некалорийная. Кроме киша, курица, запечённая в духовке, салат цезарь, и многое другое.

Ну, для неё, конечно, возможно, иначе, если она энергией солнца питается. Но я свою еду считаю вполне приличной.

Проходит полчаса, и я всё чаще ловлю себя на мысли, что мой муж очень внимателен к той самой девушке.

Нет, он не проявляет своё внимание к ней открыто, но его постоянный взгляд на ней не заметить сложно.

Когда она что – то говорит ему, он смотрит в буквальном смысле ей в рот.

Когда она медленно крутит бокал с вином, он, наблюдая за её движениями, берёт свою рюмку и делает глоток, не отрывая от неё глаз.

А сейчас замечаю, как она подносит клубнику к губам, прикусывает её кончиком зубов, а Ян замирает, следя за её движениями.

Хочу думать, что я просто накручиваю себя, но, всё больше, кажется – нет.

Когда гости наконец накормлены, начинается обсуждение рабочего проекта.

Да неужели?! Я думала про него уже никто и не вспомнит! А ведь ради этого как раз все присутствующие и собрались.

Признаюсь, я ждала этого момента куда сильнее, чем сам Ян. Опытному инженеру с безупречной репутацией не нужны чужие одобрения. А для меня всё ровно наоборот.

Он, рассказывая о коллегах перед встречей, расхваливал каждого, делая акцент, что они профессионалы очень высокого уровня. Именно поэтому я так надеялась услышать их замечания и рекомендации.

Пусть разберут проект до основания, будут придираться к каждой линии на чертеже, я им буду только благодарна за это.

Потому что хотя официально проект Яна, ставка на него у меня куда выше, чем его собственная.

Его победа в этом конкурсе – мой самый настоящий шанс не остаться на вторых ролях, а получить должность инженера – проектировщика в престижной компании. А значит, работать открыто на высоком уровне.

Сосредоточившись наконец – то на деле, Ян демонстративно размахивает электронной указкой, двигаясь по проекту и важно рассказывая о нём. Я стою чуть в стороне и слушаю его.

Он говорит чётко, быстро, с той непоколебимой уверенностью, которая всегда меня восхищала.

Сначала всё идёт идеально: кивки, одобрительные взгляды, даже пара острых вопросов, заставляющих меня мысленно ругать себя, сетуя, почему я не учла этот аспект?

Но постепенно что – то меняется. Я замечаю всё меньше интереса в глазах присутствующих. Им явно становится скучно.

Сначала расстраиваюсь, но следом начинаю этому радоваться, потому что спустя ещё несколько минут я слышу, как Ян начинает ошибаться. Причём, чем дольше он говорит, тем сильнее.

Кажется, мой муж совсем не слушал, что я говорила ему о переносе водопроводной системы…

– Здесь у нас основной узел подключения, – заявляет, указывая на пунктирные линии. – Холодное водоснабжение здесь. Горячее – здесь…

Практически паникую, потому что он совершенно неверно продолжает говорить.

– Эти линии мы перенесли по новому маршруту, – снова ошибается.

– Ян, можно тебя на минуточку? – Улыбаясь нервной улыбкой, отвлекая от презентации, и приглашаю его выйти.

Он оборачивается, и его лицо искажает недовольство и удивление.

– Зачем?!

– Прошу… – не дожидаясь ответа, ухожу, и он догадывается, что надо пойти за мной.

Захлопнув дверь в нашу спальню, я сразу набрасываюсь на него:

– Ты совсем обалдел?! Ты всё переврал! Ты забыл, что это я переносила сети?! Конфигурация теперь другая, а ты выдаёшь ошибку за ошибкой!

Он хмурится, его лицо темнеет:

– Надо было мне сказать об этом.

Теряюсь.

– Ян… я тебе говорила. Ты покивал и сказал, что обязательно посмотришь.

– А… да? – Растерянно проводит по волосам, – забыл. Извини… Закрутился!

– Ты ставишь под угрозу весь проект! Провалишь работу, потом не обвиняй других!

Он уходит, ничего не говоря.

Несколько минут сижу растерянно в комнате, не желая возвращаться в эту странную, высокомерную компанию. Но боюсь, что мой муж опять ляпнет что – то не то, поэтому выхожу.

Стою тихонько возле двери гостиной, облокотившись на косяк, и слушаю, как он продолжает доказывать коллегам своё мастерство в проектировании.

– Ян Валерьевич, я думаю, ваш проект будет победителем, – льстиво говорит та самая девушка, пытаясь выразить ему восхищение.

– Естественно! Я в себе не сомневаюсь! – Мой муж расправляет плечи и кажется, что они действительно становятся шире.

– И правильно! Только уверенные в себе люди достигают в этой жизни успеха! – Салютует ему бокалом. – Кстати, вот здесь, – показывает наманикюренным пальчиком на пустое место в чертеже, – я бы ещё магазин разместила.

Ян смотрит пристально в указанную этой дамой точку и задумчиво трёт подбородок.

– Вы гений, Алла Сергеевна! Идея отличная!

Стоп! Я не согласна, что это отличная идея! Это ужасная идея! Он обалдел, что ли, совсем соглашаться на такое?

В этой зоне не предусмотрено строительства магазина! Там по проекту может быть только физкультурная площадка!

– Ян, – привлекаю его внимание, но он словно не слышит меня. – Ян, – говорю снова, но ничего не меняется.

Не желая больше участвовать в этом фарсе, выхожу из комнаты.

Надо бы всё – таки сказать, что он ошибся насчёт магазина, но я уже не хочу.

Он знает, что никогда ни одна инстанция не согласует ему размещение проекта с нарушением строительных норм, но поддакивает этой даме, желая угодить ей.

Ну да, она же тот самый заместитель директора, перед которой нужно выслужиться. Ну вот пусть и выслуживается, но без меня!

Соглашаясь на её идею, такой проект автоматически становится провальным.

Но если его устраивает проиграть, пусть проигрывает. Я отказываюсь от наших договорённостей.

## Глава 4

Неожиданно ловлю себя на мысли, что последнее время мой муж сосредоточен на чём угодно, но только не на деле. И это меня очень настораживает.

Ведь мы так не договаривались…

– Ты специально, что ли, это сделала? – спрашивает Ян, едва дверь закрывается за последним гостем.

В его глазах смесь злости и раздражения, будто я совершила что – то непростительное.

– Хотела заявить о себе? Поэтому так упорно лезла в наши разговоры? Вставляла свои пять копеек, когда тебя никто не спрашивал.

Хоть и сама я на взводе, всё – таки стараюсь отвечать спокойно:

– Если бы я хотела заявить о себе, то сделала бы это открыто, а не звала тебя в комнату для приватного разговора.

Он фыркает и отворачивается от меня. Видно, что мои слова его не убедили.

– Ты чуть всё не испортила, – выдыхает, и в его голосе слышится что – то вроде страха.

Или мне так показалось…

– Для кого? Для тебя? Возможно. Только мне и портить ничего не надо. Ты сам себя закапываешь. Глубоко и уверенно.

Смотрю на него и во мне бушует ураган чувств. Гнев. Обида. Усталость. Разочарование.

Как можно быть таким неблагодарным человеком?

Убеждаю себя, что возможно, это просто накопившаяся усталость за сегодняшний день заставляют так сильно реагировать меня на его поведение.

Все эти переживания, волнения, попытки сделать всё идеально для встречи его коллег вытянули из меня последние силы.

А может, я просто выдохлась. Нет больше желания притворяться, бороться, двигаться дальше.

Надеюсь, утро, после крепкого сна ответит мне на все мои вопросы и даст новых сил.

– Убери посуду со стола. Я и так сделала слишком много.

Говоря это, я имею в виду не только сегодняшний день. Это в целом.

Ухожу в ванную и там чуть больше получаса лежу в ванной.

Выходя, я была уверена, что мой муж уже лёг спать, но, на удивление, он сидит по – прежнему одетый в костюм в кресле с телефоном в руке и что – то кому – то пишет. Взгляд его сосредоточен, он напряжён.

– Что – то случилось?

– Нет, – убирает телефон. – С чего ты так решила?

– Просто у тебя такое лицо напряжённое.

– Всё нормально. Ты ушла в ванную, и мы недоговорили. Вер, давай без обид только, хорошо? Мне хотелось бы, чтобы мы понимали друг друга.

– А уж как мне бы этого хотелось!

– Мне казалось, что твоя задача была встретить гостей, обслужить их, создать приятную обстановку. Чтобы все были довольны и…

– И выполнив эти задачи, я должна была спрятаться в подвале, пока все не уйдут… А ты будешь презентовать проект и собирать лавры победителя, – заканчиваю за него. – Да, я уже поняла. Откуда такие барские замашки, Островский?

– Не ёрничай! Я не про проект сейчас, я в целом о приёме гостей. Я просил, чтобы всё было идеально.

– Я не пойму, ты чем – то остался доволен, дорогой?

– Не я. Некоторым, – не указывает имён, но я догадываюсь, о ком речь, – не всё понравилось.

– Да, я уже поняла, что остались недовольные. Та самая девица, что флиртовала с тобой особенно откровенно, не стесняясь даже меня, – я не спрашиваю, я утверждаю. – Сделал бы сам, раз я сделала не идеально.

– Не придумывай, Вера! Я работал! Я не гулял!

– А я и не придумываю. Я тоже не лёжа с телефоном в руках день провела! Я не знаю, что ты ждал от этой встречи, но я ждала хотя бы адекватного мнения со стороны от твоих коллег, которых ты хвалил как лучших. Возможно, даже каких – то замечаний от них или рекомендаций. А в итоге вы договорились до того, что эта некомпетентная дура предложила тебе бредовую идею, а ты пообещал её выполнить! При этом точно зная, что магазин там размещать нельзя! Так кто что испортил из нас?

Смотрю на него с ожиданием, но он ничего не отвечает мне. Думаю, потому что знает, что я права.

– Так что, тем самым ты, повторяюсь, закопал себя сам. И ещё вместе с собой ты втянул в это и меня. А я ведь столько твоему конкурсу отдала! – Теперь уже хочется плакать от обиды и возмущения.

– Прекращай нагнетать, я потом как – нибудь объяснюсь с ней. Скажу, пересчитал всё и понял, что ничего не получится. Мне надо было просто…

– Выслужиться. Помню, – киваю. – Только я не планирую следовать твоей дорогой лизуна чьей—то пятой точки. Я планировала работать с профессионалами.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Если ты не слышишь меня, если мы не можем найти компромисс, тогда давай сам дальше завершай историю с конкурсом. И …

– Нет, погоди! Но мы же договаривались работать в команде! Что значит, сам?! Тебе нужен был опыт, а мне – проект для конкурса! Вера, так нельзя!

Он резко встаёт, сдёргивает с плеч пиджак, за ним галстук, бросает их на спинку кресла, и садится обратно.

Естественно, ему плевать, что потом эту одежду мне в порядок приводить.

– Хотя… кажется, я понимаю … Или ты решила переобуться, как только корочки получила о профильном образовании? – бросает он с язвительной усмешкой.

Я вижу, как его лицо искажается от возмущения. Он, видимо, явно не ожидал, что у нас вообще может состояться когда – нибудь такой разговор. Ведь раньше я всегда оставалась в его тени. А теперь… теперь я осмелилась заявить о себе.

– Вера, это самое настоящее предательство с твоей стороны!

Несколько минут смотрит в пол, затем поднимает на меня глаза и ждёт. Ждёт, когда у меня появится чувство вины.

– Ты используешь мерзкие приёмы сейчас. Я планировала работать с тобой над проектом до конца, но ты сам всё испортил.

– Я выиграю его! Когда ты стала так сомневаться в своём муже?! Прекрати наводить панику.

– Хотелось бы и мне, чтобы ты выиграл! Если ты забыл, напомню, как я завишу от твоего результата. А тебе следует помнить, что ошибки нельзя допускать. До финишной прямой всего пару месяцев!

– Вера, прекрати мне об этом напоминать каждую минуту! Я должен был произвести на неё впечатление и поэтому согласился с этим долбанным магазином. От неё, кстати, очень много зависит. Именно она знает парочку членов жюри, которые нам помогут! Поэтому нельзя её расстраивать.

Ян замолкает на несколько минут, видимо, желая даже самому себе уже дать передышку в этом неожиданном конфликте.

Следом сбавляет тон и говорит более мягко:

– Вер… повторяю: я просто хотел ей угодить, не более.

– По тому как она выглядит, не сомневаюсь, что она знает больше, чем парочку членов… жюри… – Срывается пошлость с моих губ, вспоминая про её откровенное декольте, случайно оголённые ноги практически до трусов. – С тобой, кстати, она кокетничала, тоже довольно откровенно.

Он ничего не говорит на мою реплику в её адрес. И, главное, не спорит!

А что он мне скажет? Защищать её начнёт? Тогда это будет крайне странное поведение с его стороны.

## Глава 5

На самом деле мы оба как выжатый лимон после этой встречи.

У каждого из нас она оставила непонятный осадок в душе. Не только в моей, но и в душе моего мужа. Я вижу это по его поведению.

Человек, который всегда так уверен в себе, вдруг истерит, как неуравновешенный студент.

Ведь обычно мой муж – воплощение профессионализма. Он сам такой и требует этого от других.

Он из тех начальников, кто одним только взглядом заставляет подчинённых перепроверять чертежи по несколько раз и чьи саркастичные замечания могут оставить оппонента в сомнении о своей компетентности.

Но сегодня… Сегодня прежнего и привычного Яна не было. Он стелился ковриком перед этой дамочкой и коллегами. Но самое удивительное, что теперь пытается в своих проблемах сделать виноватой меня.

Я не хочу думать, что всё это не просто так, и там что – то больше, чем просто желание угодить. Но нет – нет, назойливая мысль заскакивает в моё сознание, о том, что для Яна эта женщина очень важна.

– Ладно, хватит. Уже почти полночь. Я очень устала. Я не в силах больше спорить и уж тем более обсуждать эту даму, которая не разбирается в нашей работе. Совершенно точно между разговором о ней и сном я выберу сон. Спокойной ночи.

Отворачиваюсь и мгновенно засыпаю.

…Конечно, я оставила неубранную посуду на столе. После разговора мне уже было совсем не до неё.

Я не вредничала, нет. Я на самом деле просто валилась от усталости.

Да и, если честно, была уверена, что он всё убрал, когда я попросила его об этом.

Утром, проснувшись, вижу, что ничего не изменилось. И грязная посуда стоит там, где я её оставила. И чертежи разбросаны на столе.

– Ты до сих пор не убрала этот бардак? – Ян заходит в гостиную и недовольно кивает в его сторону.

– Я была уверена, что всё это сделаешь ты. Я отнесла всю посуду на кухню и надеялась, что ты хотя бы догадаешься убрать всё в посудомойку.

– Нет, так не пойдёт, – не соглашается с таким предположением, застёгивая сосредоточено запонки на манжетах рубашки. – Раз ты дома сидишь, быт на тебе.

– Мы опять возвращаемся во вчерашний день: принеси—унеси, прибери? – Удивляюсь. – И сколько раз говорить: я не сижу дома, я работаю дома!

– Что с тобой, Вера? Ты как будто не ты! Раздражённая, нервная, агрессивная.

– То же самое могу сказать про тебя.

– А что со мной не так?

– Всё! Ты другой! И я расстраиваюсь, видя тебя таким.

– Каким?

– Невнимательным! Равнодушным! Скользким типом! Откуда в тебе столько жеманства появилось? Пафоса? И… поверхностного отношения к делу!

– Я один из лучших проектировщиков города! Даже это доказывает, что я не отношусь поверхностно к делу, – хныкает самоуверенно. – Всё, хватит дуться. Прибери, пожалуйста, всё здесь и нужно возвращаться к проекту. Ты же хочешь, чтобы я выиграл?

– Пока не поговоришь с этой дамочкой, что магазина там не будет, я не сяду за него больше.

– Ну сколько можно объяснять! – закатывает глаза. – Я же сказал – проект не всё! Ещё нужна поддержка тех, кто влияет на решение в конкурсе. Если я буду держать руку на пульсе, я выиграю его, – уверенно заявляет мне, без всякого сомнения.

– Не зазвездись раньше времени и не говори «Оп» пока не перепрыгнешь! А если выиграешь, я, когда выйду в твою компанию, работая с тобой, не позволю так со мной обращаться, как было вчера и как происходит сейчас!

После этих слов он неожиданно хмурится. Начинает неожиданно быстрее одеваться, словно что – то вспомнил и спешит.

– Неважно, будь мы наедине или с твоими коллегами, – а я продолжаю. – На работе, когда я буду в твоей команде, хочется тебе или нет, но недовольство придётся сдерживать!

– Вера, я передумал.

Он говорит эти три слова и быстро выходит из гостиной.

– Не поняла, – а я иду следом за ним, не позволяя ему сбежать. – О чём ты передумал?

– О работе вместе в одной компании. Я не смогу тебя взять. И говорю это сейчас, чтобы ты потом не обижалась.

– Как это ты передумал?! У нас был уговор: если ты выиграешь конкурс, возьмёшь меня к себе в команду официально! Это же… моё будущее! Я отдала этому проекту столько времени!

– Давай не будем развивать, а?! Я же сказал: не могу тебя взять, – прячет глаза. Вижу, совершенно точно, что – то недоговаривает.

– Какая причина столько неожиданных перемен?! – дёргаю его за рукав. – Говори!

Но он лишь пыхтит зло и пытается найти свои ключи от машины, чтобы сбежать.

Хватая рабочую сумку буквально на бегу, даже не позавтракав, Ян уже спешит к выходу, чтобы уйти от разговора. В эту минуту он ведёт себя как трус.

Ну, естественно, за дверью ведь его ждут более важные дела, нежели наш дом и объяснения со мной.

– Ян, стой! Я не дам тебе уйти, пока ты не скажешь, что изменилось! – Мой голос дрожит от накопившегося напряжения и растерянности. – Я помню совершенно точно, как ты пересказывал мне слова вашего генерального: тот, кто выиграет этот конкурс, получает право набрать свою команду для реализации проекта. Так?

Он останавливается, но не оборачивается, лишь коротко кидает через плечо:

– И что?

– И что?! – Повторяю я, и внутри всё закипает. – Я столько вложила времени и сил, работая над ним… А теперь ты меня просто… – не могу подобрать подходящее слово, чтобы выразить своё возмущение.

Мой огромный словарный запас словно испарился сейчас.

– А я просто вынужден отказаться от… твоих услуг.

– Услуг?!

– Вера, дай пройти, мне некогда.

– Не дам. Ты обязан объяснить, что происходит!