# Парное молоко

Руми Раффин

«Уголок счастья» – так клиенты называют крошечную кофейню «Парное молоко». Здесь время замедляется: пар от капучино рисует в воздухе обещания, а серый кот Раф, как часовой, наблюдает за миром с подоконника. Раф знает: люди глупы без кошачьей помощи. Иногда любовь приходит на четырёх лапах. И приносит с собой не только кофе. Иногда счастье начинается с мурчания на подоконнике.

Иногда – с капучино, в котором утонуло два сердца.

> Иногда мир рушится, чтобы дать тебе шанс построить новый – из обломков прошлого и аромата свежего кофе.

## Глава 1. «Раф»

«Счастье – это когда кто-то мурлыкает в такт твоему сердцу»

Пушистые лапки по-царски топчутся по флисовому пледу. Бездомный серый кот уже в который раз ошивается вокруг кофейни, и Аня, по доброте душевной, впускает его внутрь. Котик стал «талисманом» данного заведения: уж слишком часто он здесь оказывается. Серый пройдоха выпрашивает у работающих тут стаканчик молока и важно охраняет свой пост на подоконнике, тем самым зазывая посетителей очаровательным выражением мордочки и мягкой шёрсточкой. Аня в который раз вздыхает, думая про себя, что «Парное молоко» слишком многим обязано пушистику. Но злиться на него просто невозможно: кот от природы очень ласковый и тактильный. Многие посетители заходят только за тем, чтобы его побаловать новой игрушкой, а заодно находчивые бариста предлагают им расписной стаканчик фирменного рафа «Кошачья лапка». Настоящий хит любого сезона – уютный сладкий раф с нотками карамели и мягким молочным послевкусием, который обожают даже те, кто обычно пьёт только эспрессо. Клиенты улыбаются каждый раз, когда слышат такое тёплое название и часто фотографируют пенку с отпечатком лапки. Также «Кошачья лапка» подаётся вместе с воздушной зефиркой «как комочек шерсти» на блюдце. В меню даже добавили такую надпись из отзыва одного из покупателей:

«Этот раф – как кот, свернувшийся у вас на коленках: тёплый, сладкий и невозможный без мурчания».

Аня всегда мечтала о своём кафе. О запахе свежих круассанов и кофейных зёрен, об улыбающихся капучино людях. О том, как она будет радоваться каждому дню и просыпаться с сияющими глазами, идя на любимую работу. Но некоторым мечтам не суждено сбыться – Анна была по уши в долгах из-за учёбы. Девушка имела множество амбиций и целей, но не умела сосредотачиваться на чём-то одном: это её и привело к коммуналке с пятью незнакомыми людьми, отсутствию горячей воды и «Дошираку» на завтрак, обед и ужин. Жизнь была горькой, как двойной эспрессо. На бюджет в университет она не поступила – не хватило баллов за ЕГЭ, – взяла кредит, чтобы платить за учёбу. Трепетно старалась совмещать работу и учёбу, но слишком поздно поняла, что этот вариант не для неё. Работа была неофициальная, из-за желания получать чуть больше прожиточного минимума, смены были ночные. Очное обучение днём, работа ночью – и ты оказываешься в яме, из которой, кажется, выхода совсем не видно. Недосып, вечные долги, долгожданное отчисление, проблемы со здоровьем и перманентное недомогание. Казалось, хуже периода в её жизни не придумаешь.

Но следом даже за самой тёмной и беззвёздной ночью наступает рассвет, дарящий нежные лучики солнца, ласкающие лицо. Этим рассветом была кофейня «Парное молоко». Аня устроилась туда работать в конце зимы, сразу после неудачно сданной сессии. Там бывшую студентку приняли с распростёртыми объятиями, ведь здесь работала её близкая подруга Маша. Мария позаботилась о том, чтобы Анна трудилась в приличном заведении днём, прежде чем уходить на работу в ночной клуб барменом. Работая в двух местах, Аня могла побыстрее закрыть учебный кредит и выбраться в люди. А там, как-нибудь, она определится с тем, что делать дальше. Наверное.

Звякнул колокольчик на двери кофейни, предвещая прибытие нового посетителя. Аня поправила свой фартук, после чего улыбнулась заходящему парню. Парень на вид был примерно её же возраста, а может, чуть старше. Он выглядел задумчивым и хмурым, на его плече была сумка для ноутбука. «Скорее всего, зашёл поработать», – промелькнула мысль в голове бариста.

– «Флэт Уайт», – коротко сказал юноша.

Девушка с улыбкой кивнула, начиная готовить заказанный кофе. Аня бережно взвешивает 18 граммов тёмной арабики, мелет зёрна в облако пряной пыли. Под серебряным носиком кофемашины рождается двойной ристретто – густой, как бархатная ночь, с карамельной пенкой на поверхности. Тем временем в питчере танцует молоко: струя пара поёт, взбивая его в шелковую микропену. Тонкой нитью вливает его в чашку, смешивая эспрессо с молочным шёлком, пока на чёрной поверхности не расцветает маленький тюльпан. Напиток дышит теплом – крепкий, но приятный, словно объятие после долгого дня. Анна, довольная своей работой, отдаёт напиток покупателю. Парень забирает чашку, даже не взглянув на улыбающуюся бариста. «Угрюм и неразговорчив», – вздохнула Аня про себя.

Следом за хмурым мужчиной пришла энергичная девушка вместе со своей подругой. Они заказали два рафа «Кошачья лапка» и попросили заменить зефир на пряники с героями популярного мультфильма. Девчата, стоило им забрать свой заказ, сразу же припали к подоконнику, на котором сидел серый кот.

– У него есть имя? – спросила подружка энергичной девушки. Аня пожала плечами: даже если и было, никто в «Парном молоке» его не знал. – Тогда я буду звать его Раф.

«Раф» в это время довольно зевнул, потягиваясь на своём пледике. Он явно удовлетворённо махнул хвостом, прикрыв зелёные глазки, обычно зорко рассматривающие посетителей. Сегодня кот был каким-то вялым, но с прибытием людей в кофейню словно снова оживал. Он ластился, потираясь мордочкой об руки клиенток, и выгибал спинку, красуясь перед ними. Девушки были в восторге. Они фотографировались вместе с кофе и котиком, смеялись и разговаривали, делясь друг с другом последними новостями. Аня с улыбкой наблюдала за ними, скучая по подобным моментам со своими друзьями. Из-за работы и желания поскорее расправиться с кредитом бариста практически не видела своих подруг.

Колокольчик снова зазвонил. Вошла пожилая пара, держащаяся за руки. Они заказали капучино и латте, после чего со своим заказом проследовали в дальний уголок кофейни, явно лишь для того, чтобы не мешать другим и им никто не мешал. Парочка часто заходила именно в эту кофейню, видимо, для них это был какой-то особый ритуал или памятное место. Сколько себя помнит, Аня всегда видела их здесь, практически каждый день. Их взаимоотношения умиляли девушку, ведь всегда приятно видеть любовь и заботу двух людей друг о друге.

Солнечный весенний день не мог не радовать её. Весну Анна считала самым потрясающим временем года: то, что было так трепетно скрываемо под снегом, поднимает головы и показывает свой свет миру. Растения, цветы, деревья – всё вокруг оживает и дышит словно в унисон с тобой. Парки многолюдны, ещё остались на дорогах лужи от растаявшего снега, некоторые птицы прилетели обратно и уже начинают петь свои весенние песенки. В этот момент ты чувствуешь, что мир вокруг тебя по-настоящему живой. Что бы у тебя ни случилось, какие бы тяжёлые моменты ты ни переживала – всё цветёт и пахнет, как делало это в прошлом году, в позапрошлом и ещё много лет назад. Природа словно приветствует тебя, ласково обнимая мягкими солнечными лучами и песней трясогузки.

Рабочий день продолжался. Люди уходили и приходили, неизменными оставались лишь Анна и угрюмый посетитель. В такой компании они проработали почти до самого закрытия, клиент за это время не обновлял заказ и не сказал больше ни слова. Аня как раз думала, стоит ли напоминать ему часы работы, но именно в эту минуту парень поднялся, собирая вещи, словно по велению души. Бариста облегчённо выдохнула, ведь проблема решилась сама собой, даже без её вмешательства. Когда мужчина прошёл со своим ноутбуком мимо неё, она улыбнулась и по регламенту попрощалась с ним, предлагая зайти ещё. Колокольчик звякнул в последний раз, оповещая о последнем, только что ушедшем посетителе. Аня подошла к подоконнику, на котором всё ещё вальяжно, растянувшись, лежал «Раф». Увидев девушку, он с готовностью перевернулся на спину, подставляя своё пушистое пузико. «Для бездомного кота ты слишком хорошо выглядишь», – подумала девушка, протягивая руку и касаясь тонкими пальчиками мохнатого животика зверя. Это поглаживание действительно успокаивало и было приятно им обоим. Но вопрос: «Откуда же взялся этот кот?» – всё ещё висел в воздухе.

## Глава 2. Валентина Николаевна

Гул машин доносился из распахнутого окна. Кот недовольно мяукнул, лениво поднимаясь со своей уютной лежанки: звуки машин отвлекали его ото сна после хорошей прогулки. Пожилая хозяйка серого котика налила ему в плошки свежего молока, а в соседнюю миску – его любимый паштет. Пушистик, почуяв лакомство, тут же оживился, навострив ушки. Его даже не пришлось звать по имени: кот уже был тут как тут. Старушка улыбнулась, присаживаясь и гладя любимца за сереньким ушком, под его довольное мурлыканье.

– Какой ты хороший кот, Мурзик. Где гулял целый день? – спрашивала кота бабушка. – Опять бегал по другим квартирам, выпрашивая лакомство?

Кот, не отрываясь от еды, тихо мурлыкнул. Бабуля вздохнула, думая о том, как ей несказанно повезло, что котик нравился всем в подъезде старого ЖК. Иначе с ним из-за его наивности и излишней дружелюбности – конечно же вперемешку с попрошайничеством, – могло бы случиться что-то необратимое. Не все люди любят кошек, даже дружелюбных и ласковых.

В дверь позвонили. Валентина Николаевна поспешила открыть дверь: должен был прийти её любимый внук, Максим. Он всегда заглядывал к ней в это время, после рабочего дня. Макс работал на себя, был натурой мечтательной и по жизни угрюмой. Редко на его лице проскакивала тень улыбки. Он улыбался лишь тогда, когда дописывал очередную книгу или главу. Валентина переживала за внука: ему было сложно найти друзей, а уж тем более девушку. Максим всегда отмахивался от её беспокойств по этому поводу, но сердце старушки было неспокойно. Парень был умелым, умным и действительно интересным человеком и собеседником. Но всё своё время посвящал рукописям, а не миру вокруг и живым людям. Максу было легче общаться через свои произведения, нежели облачать мысли поэта и писателя в слова и дарить их людям через речь. В этом плане он был человеком сложным, но если дать ему достаточно времени раскрыться, юноша словно расцветал на глазах, становясь верным другом и товарищем.

– Бабуля! – произнёс Максим, как только дверь открылась, заключая старушку в объятия. – Как сама? Как Мурзик? Всё попрошайничает?

– Брось, Макс, ты же знаешь его: чуть за дверь, сразу же к соседям. Сделает голодные глаза и будет мяукать под дверью, пока ему не дадут чего-нибудь вкусного, – ответила старушка, разводя руками. – А я хорошо. Погода сегодня прекрасная, ты бы погулял хоть, в парке-то.

Максим снял обувь, проходя в квартиру. Он закатил глаза на замечание бабушки. Макс прекрасно знал, что ему стоило бы погулять, пока нет дождя, но сейчас он писал книгу для участия в литературном конкурсе. Каждый день был бесценным для написания чего-то стоящего, медлить было нельзя.

– Как закончу с конкурсом, так сразу же погуляю, не волнуйся.

– Сдались тебе конкурсы эти! Ты бы лучше Вадика проведал, поди давно не виделись.

– Увидимся, времени много, вся жизнь впереди.

– Вся жизнь впереди, да пройдёт мимо, коли в четырёх стенах всё торчишь, – проворчала Валентина, заваривая зелёный чай в пакетиках и разливая по кружкам. – Работа, работа. А жить когда будешь? Все деньги мира не заработаешь, успокоился бы и девушку поискал.

Мурзик, увидев Макса, тут же потёрся об его ноги, довольно мурлыкая, распушив и подняв хвостик вверх. Максим опустил голову, смотря на зверька, который ластился к нему. Оба явно были рады видеть друг друга. Серый прохвост всегда умел разряжать любую напряженную или неприятную обстановку своим нежным мурчанием. За это его все любили.

– Ну не сердись, бабуль. Обещаю, в ближайшее время закончу и встречусь с друзьями, – отмахнулся писатель, поднимая кота на руки и усаживая к себе на колени. Пальцы поглаживали животное по спинке. – С Вадиком мы общаемся, просто по переписке. Весь в делах тоже, ты ведь его знаешь. На свадьбу копит, сделал Иришке предложение.

– Давно пора. Такая они хорошая пара, – улыбнулась Валентина. – Ирина хозяйственная, умная. Да и Вадик наш, чудо, а не жених. Рукастый, всё умеет. Пробивной парень, ты бы у него поучился.

Серый, словно в подтверждение слов Валентины Николаевны, мурлыкнул чуть громче. Макс улыбнулся, почесав кота по мохнатой макушке. Вадим был другом Макса с самого раннего возраста. Они ходили в один садик, окончили одну школу. Словом, всегда были вместе, не разлей вода, хотя такие разные по характерам, но в то же время такие похожие друг на друга. В последнее время они и правда виделись реже: Максим занят литературным конкурсом с большим призовым фондом, а Вадим занят будущей женой и работой. Общаться они стали реже, но когда встречались, казалось, будто бы виделись только вчера, а не полгода назад. Дружба оставалась такой же крепкой, выдерживала проверку и временем, и расстоянием, а темы для обсуждения всё не заканчивались. Только вместе со своим лучшим другом писатель ощущал себя комфортно: только с ним он знал, что его примут таким, какой он есть. В уютной обстановке и их дружбе Макс часто находил утешение дождливыми и промозглыми вечерами. Дружба – настоящее чудо, которое творит волшебство с совершенно обычными людьми, тоже делая их немного волшебниками. Фокусниками, способными руками достать до сердца и согреть его тёплыми объятиями.

Мысли Максима о друге были прерваны. Пока он гладил Мурзика, вспомнил, что недавно был в кофейне «Парное молоко». Во время пребывания там на подоконнике постоянно сидел кот. Макс не придал ему значения, но сейчас понял, что пушистый подозрительно был похож на бабушкиного кота. «Эх ты, серая наглая морда. Неужели работаешь на два фронта? В подъезде нынче мало дают?» – с упрёком подумал Макс, смотря на невинную мордашку кота. – «А может, я и ошибаюсь, и это был не ты».


## Глава 3. Запах

Утро начинается с знакомого звука работающей кофемашины, который стал уже родным. Серый кот потягивается, луч солнца падает точно на его любимое место на подоконнике кофейни. Он наблюдает за пылинками, танцующими в воздухе, и тихо зевает. Здесь его звали «Раф». Во многом это имя звучало более величаво, нежели обычный «Мурзик», пушистику даже начинало оно нравиться. Аня подхватила идею с именем и теперь звала его так, а не «кис-кис, иди сюда». Кот охотно отзывался и подходил к баристе, помахивая пушистым хвостиком в знак одобрения и радостно мурлыкая.

Аня ему нравилась больше всех из тех, кто работал здесь. Она была всегда добра к нему, приносила вкусняшки и наливала тёплое, свежее молочко. Раф был благодарен ей за это, поэтому часто приходил и терся об ноги, пока она работала. У них была особая связь. Котик всегда чувствовал изменения в человеческом настроении, поэтому лёгкая грусть Анны не оставалась незамеченной. Он не понимал, почему она грустила, но замечал, что девушка расцветала и улыбалась, когда видела других людей. Подумав об этом, пушистый дошёл до мысли, что люди делают других людей счастливее. Но иногда клиенты расстраивали или даже злили баристу: тогда Раф догадался, что не всем людям это дано.

Затем серый начал наблюдать за всеми людьми, входящими в кофейню. Он подставлял им своё пузико, ластился, чтобы понять, как люди это делают. Что в их поведении может сделать других счастливее? Раф снисходительно заметил, что у человека нет такой гладкой и пушистой шёрсточки, как у него; нет очаровательной мордашки и красивых зелёных глазок, которые могут выпросить что угодно; по-кошачьим меркам, люди вообще были самыми непонятными существами на планете. Они были такими сильными и одновременно такими слабыми. Как эти два качества могут уживаться в людях? Чем больше Раф изучал человека, тем больше не понимал его. Несмотря на это, он торжественно решил взять на себя непростую миссию: осчастливить Аню любой ценой. Котик прекрасно знал, что люди – существа крайне несамостоятельные и без его кошачьей помощи ничего не получится.

В один из таких дней в «Парное молоко» зашёл Максим. Кот, уловив знакомый запах, тут же встрепенулся, опасаясь, что сейчас его заберут домой и рабочий день окажется незаконченным (как он может остаться без вкусного паштета от Ани?!). Но Макс прошёл мимо, даже не заметив пушистика. Тогда Раф вспомнил причитания хозяйки на этот счёт и мысленно согласился со всеми словами про её внука, хотя он и не знал значения большей части из них. Максим был грустным и задумчивым и напоминал пушистому Аню, когда на неё нападала хандра. Может быть, Максу тоже нужен был человек, как и Ане?

«Свой человек. Такой же свой, как кот», – осенило серого. – «Вот кто им нужен».

Пушистик неплохо смыслил в том, что считалось своим. По его кошачьей философии своим считается то, что гармонирует с твоим запахом. Значит, чтобы найти нужного человека, необходимо найти то, что идеально дополнит собственный запах Ани. Котик работал тут уже не первый день: он хорошо изучил запах баристы. Анна пахла кофе, лёгкой грустью и сладкими пряниками, которые отдавала гостям. Но какой же запах идеально бы подошёл к ней?

Раф уселся на подоконнике, принюхиваясь. Девочки, которые гладили его, пахли приторно сладко. Это был совсем не тот запах. Пожилая пара пахла кошачьим кормом и тёплым молоком. Ни один из них тоже не мог осчастливить Аню. Тогда пушистик спрыгнул со своего любимого места на подоконнике и встал к входной двери, поскрёбывая её лапкой, требуя выпустить его на утренний обход. Девочки, смеясь, выпустили его из кофейни, и котик помчался на прогулку. Его прогулка – это не блуждание, а инспекция владений и сбор информации. Весь его путь чётко продуман, ни один кошачий не подумает заявиться на его территорию без приглашения. Помимо надзора за местностью теперь у хвостатого появилась ещё одна миссия: найти нужный запах. Искать среди прохожих казалось отличной идеей: за день мимо кофейни проходит много людей. Как только нужный человек найдётся – дело за малым: привести его к Ане.

Однако поиск того самого запаха на практике оказался куда сложнее, чем казалось в теории. Раф думал, раз людей так много, то и тех, кто подойдёт, будет тоже много. Но встреченные им прохожие пахли совсем не так, как было нужно. Они либо перебивали запах Анны, либо добавляли в него неприятные нотки. Кот уже начал переживать, что для Ани просто не существует подходящего человека. Но пушистик не отчаивался. Он искал на улицах, в кофейне, даже когда возвращался домой к Валентине Николаевне, в подъезде – тоже искал. Таким образом прошло ещё несколько дней.

Котик гулял по тротуару, медленно переставляя пушистые лапки друг за дружкой. Рядом с кофейней было «место тишины» (так Раф называл маленький сквер с фонтанчиком, где можно подумать), на другой стороне улицы «Мясной источник» (мясная лавка) и по совместительству «Территория Рыжего Бандита» (там живёт наглый кот, с которым Раф поддерживает напряжённый нейтралитет). Вся эта улица была знакома ему слишком хорошо, до мелочей. Всё же он считал её своим вторым домом.