Сэм Андерс
Границы виртуальной любви

ОБРАЩЕНИЕ ОТ АВТОРА

Здравствуй, дорогой читатель!

Добро пожаловать в мир «Границ виртуальной любви». Это современный любовный роман с примесью магического реализма, в котором героиня, которая избегает романтики в жизни, попадет в любовную новеллу. Она вынуждена пройти историю до конца, чтобы вернуться домой. Но все будет не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Действия происходят в современном мире, но в сюжете может встречаться часть событий, локаций и фактов, которые являются художественным вымыслом автора.

Все герои истории вымышлены. Совпадения с другими книгами случайны. Права на песни, указанные в плейлисте, принадлежат их непосредственным владельцам.

Приятного чтения!

ПЛЕЙЛИСТ

Liam Payne and Rita Ora – For You

Tove Styrke, Alma – Good Vibes

Niall Horan – Bend The Rules

5 Seconds of Summer – Wherever You Are

Aidan Martin – Good Things Take Time

Elley Duhe – Love Me Hard

Cher Lloyd – Head Down

Little Mix – Always Be Together

Anna Clendening – Dead End

OneRepublic – Nobody

ГЛАВА 1. ПОСЛЕДСТВИЯ

Правило любовной новеллы №1: все ваши выборы влияют на сюжет игры.

Чикаго, штат Иллинойс

Утренний переполох в Норладсе был сравним с недавним штормом, который обрушился на берег Майами и стал самой обсуждаемой новостью последней недели.

Пока сотрудники носились между отделами компьютерной графики и дизайна, я попросила девушку-стажера, которая метила на место второго секретаря Виктории, выключить новости или хотя бы переключить на музыкальный канал, где сегодня целый день крутили латиноамериканские треки. До этого она все время испуганно глядела в телевизор и с ужасом рассматривала кадры с вертолетов.

«Милая, посмотри по сторонам. В компании происходит кое-что похуже».

Я подпевала песням и смотрела в окно на верхнем этаже бизнес-центра. С него открывался восхитительный вид на озеро Мичиган, соседние здания делового района Чикаго-Луп и кусочек Грант-парка с Букингемским фонтаном. С утра туда потянулись туристы, желающие насладиться красотами города и попасть в Музей Искусств, очередь к которому вызывала у меня приступы паники.

В это время сотрудники бегали по коридорам, передавали друг другу документы или поручения руководства и тихо переговаривались, злобно посматривая на человека, который стал источником очередных проблем.

Девушка-стажер наконец-то сообразила, что в компании происходит что-то странное, но никак не соотнесла это со мной, сидящей под дверью начальницы. Она улыбнулась мне, предложила кофе и даже угостила конфетами, которые припрятала в нижнем ящике стеклянного стола. Я наслаждалась бесплатными лакомствами и ставила на то, что эта добродушная бедняжка уже в конце недели сбежит со стажировки, чтобы сохранить ментальное здоровье.

Мимо пробежал Рики из отдела по связям с общественностью, и я сделала вид, что не заметила его недовольного взгляда. Из-за угла показалась Рошель, секретарь Виктории, и скривилась, увидев меня с чашкой кофе в руках. Идеально постриженные под каре светлые волосы обрамляли лицо и выделяли острые скулы. С ее приходом из-за двери послышался недовольный возглас. Рошель недобро улыбнулась.

– Я предложила ей избавить нас от страданий и наконец-то уволить тебя.

– Видимо, ты очень ценный сотрудник, – сухо ответила я. – Раз они ни разу не прислушались к твоему мнению.

Рошель притворилась, что слова ее никак не задели, но я знала, что всю следующую неделю она будет распускать обо мне новые слухи.

Дверь в кабинет Виктории резко открылась. Лицо начальницы полыхало от гнева, но она быстро взяла себя в руки и процедила:

– Заходи.

Я спокойно поднялась с места и зашла в кабинет только после того, как оттуда вышел Джимми, арт-директор одного из проектов. Он задел меня плечом, выражая высшую степень недовольства, и размашистым шагом направился прочь от «причины его нервных срывов».

Виктория села за рабочий стол из светлого дерева и уставилась немигающим взглядом в мониторы. Её короткие каштановые волосы были слегка растрепаны, а ярко-красная помада явно требовала обновления. Бежевый пиджак висел на спинке стула, что свидетельствовало о сложной ситуации, которая вызывала у Виктории раздражение.

Воздух в кабинете нагрелся. Учитывая, какие жаркие споры здесь шли, в этом не было ничего удивительного. Рошель зашла после меня и заняла привычное место у окна и стеллажей, чтобы успеть подать Виктории необходимые документы в случае чего. Она притихла с телефоном, готовая пересказать команде все, что будет происходить в кабинете. Разумеется, приукрашивая детали.

– Я уволена?

Виктория подняла голову. Морщин вокруг ее глаз стало еще больше, когда она сощурилась.

– Ты издеваешься надо мной?!

Я села на стул напротив и закинула ногу на ногу.

– Никакого уважения, – шепотом, но все равно достаточно громко, произнесла Рошель и цокнула языком.

Я, как всегда, проигнорировала ее замечание.

– Ты вообще понимаешь, что сделала?! – на повышенных тонах продолжила Виктория.

– Спасла «Гибель Таорина» от полного провала?

Виктория закрыла ладонями лицо и глухо застонала. Ей нечего было ответить, потому что она знала, что я поступила правильно.

«Гибель Таорина» – приключенческая игра, над которой я работала последние полгода. Одна из многих, набравших хорошие оценки за счет моего ответственного подхода и анализа аудитории. Два года назад меня назначили ведущим сценаристом, потому что мое блестящее портфолио и подход к созданию игр стал бы игнорировать только идиот. Это позволило мне принимать участие в разработке самых топовых игр Норладса, и я быстро сообразила, что уважаемые профессионалы своего дела могут качать права.

Виктория неоднократно отмечала мою чуйку, которая помогала прорабатывать сюжет игры так, чтобы завлечь как можно больше пользователей в сети нашей компании. По ее словам, я была одним из самых ценных сотрудников с неповторимым талантом и свежим взглядом.

Наверное, она сотни раз пожалела о своих словах.

– Шейлин, – медленно, растягивая слова, продолжила Виктория. – Ты не можешь просто взять и поменять концовку игры за день до релиза финала.

– Хочешь сказать, я сделала хуже? – За спиной послышался новый вздох. – Вам повезло, что я сидела на форуме и заметила комментарии игроков. Знаешь, что они там писали? – я ткнула в монитор с обратной стороны. – Что завалят нас отрицательными отзывами, если главный герой умрет в конце. Я изменила концовку, потому что являюсь ведущим сценаристом. Мне не нужно разрешение.

– Верно. – Виктория нервно застучала пальцами по столу. – Но с тобой в одной команде работает почти сотня человек. Ты не думала, что стоило бы предупредить и их? И что стоит обсудить это с отделом маркетинга, а не публиковать запись на своей страничке о том, что концовка задерживается из-за технических работ?

– Мне следовало написать, что сценаристы, которым ты поручила закончить игру, решили её испортить?

– Мы изначально планировали сделать концовку трагичной, – продолжила наступать Виктория. – Если бы ты продолжила писать сценарий, ничего бы не поменялось.

– Поменялось. Потому что я всегда исследую потребности игроков и могу создать то, что им точно понравится. В отличие от идиотов, которые не видят дальше собственного носа, я бы настояла на том, что нам нужны изменения.

Но мне почему-то решили дать несколько дней на отдых, оградив от работы над сюжетом.

– Мы три недели готовили рекламную компанию и сегодня должны были выпустить игру.

Вместо ответа последовала тишина.

– Шейлин! – крикнула Виктория, заметив, что я разглядываю картину Чикаго с высоты птичьего полета на стене позади нее. – Ты можешь относиться к этому серьезно?

– Как раз потому, что я отношусь к этому серьезно, мы избежали катастрофы. Неужели лучше оправдываться перед игроками за слитый финал, чем потерпеть еще недельку и сделать все на высшем уровне?

– Разумеется, не лучше, – согласилась Виктория.

– Тогда я не понимаю, в чем проблема.

Виктория тяжело вздохнула.

– Шейлин, ты работаешь в команде. Знаешь, что это означает?

Я моргнула несколько раз и снова начала рассматривать картину на стене.

– Мы – слаженный механизм. Мы должны поддерживать друг друга и справляться со всеми трудностями вместе. Если ты поняла, что конец нуждается в доработке, нужно было сообщить мне, и мы…

– Что? Послушали бы меня? В прошлый раз я попыталась объяснить всем свою позицию, но меня никто не услышал.

– За месяц до этого ты вмешалась в работу младших сценаристов и без их разрешения внесла корректировки, – напомнила Рошель, словно это все объясняло.

– Я не делаю ничего из того, что может навредить игре, – огрызнулась я, вставая с места.

– Но вредишь команде.

– Какое мне дело до команды? Вмешалась в работу младших сценаристов? Они даже не умеют прописывать диалоги!

– Это ты так думаешь, – добавила Рошель.

Я набрала воздух в легкие, чтобы послать ее куда подальше, но вмешалась Виктория.

– Достаточно.

Какое-то время мы с Рошель не сводили друг с друга ненавистные взгляды, пока я не поняла, что не хочу тратить лишние эмоции на бесполезные споры. Она даже не принимает участие в создании игр. Что такой человек вообще может понимать?

– Шейлин. Признаюсь честно, моя команда немного… устала от твоего поведения.

– Сочувствую.

Виктория наградила меня взглядом, который должен был заставить либо заткнуться, либо почувствовать вину. Ничего из этого не произошло.

– Мы долгое время обсуждали эту ситуацию, – продолжила Виктория, сцепляя пальцы рук.

На этот раз ее взгляд потеплел, и она посмотрела на меня… виновато?

Это был тот самый момент, когда я впервые занервничала.

– Тебя переведут в другой отдел.

Первые секунды я находилась в подвешенном состоянии, страшась услышать новость об увольнении и не зная, как реагировать на такой пустяк как перевод. Облегчение медленно поднялось по позвоночнику, но до того как у меня получилось расслабиться, Виктория продолжила:

– В команду Жаклин Хобс.

Я не смогла взять свое тело под контроль, поэтому предательское «нет» все-таки сорвалось с губ. Позади послышался довольный смешок Рошель.

– Только не к ней. Виктория, я…

– Это не обсуждается, Шейлин. – Виктория резко поднялась и остановила мои попытки заставить ее передумать. – У тебя два варианта. Увольнение или переход. Даже твоего хамского поведения с коллегами недостаточно, чтобы я поверила, что ты захочешь уйти из компании.

– Но Жаклин…

– В этом месяце они начали работу над новой любовной новеллой. Жаклин будет рада принять в свои ряды такого талантливого сотрудника.

– Я не работаю с этим жанром. И с новеллами тем более!

– Начнешь с завтрашнего дня.

Виктория вышла из-за стола, кивнула Рошель, призывая вернуться к работе, и обратилась ко мне:

– Если история Жаклин станет такой же успешной, как и все, за что ты берешься, я верну тебя в свою команду.

– А если нет? – рискнула спросить я.

Уже у дверей Викторий ответила:

– Останешься в отделе Жаклин. Если только не захочешь уйти.

♡♡♡

У молодого парня, который делал мне кофе в кафе на первом этаже бизнес-центра, явно было хорошее настроение. Он улыбался девушкам, делавшим заказ, приветливо общался с другими работниками и почти порхал за стойкой, не забывая бережно обращаться со всеми предметами, которые попадали ему в руки.

Когда он наконец-то соизволил отдать мне американо, я наградила его сухой улыбкой и бросила чаевые в стеклянную банку у кассы, замаливая все свои недавние грехи.

У огромного окна в углу кафе сидела Полин, моя кузина и по совместительству личный психолог, на которого я всегда вываливала все свои проблемы. Справедливости ради хочу заметить, что возможность поныть работала в обе стороны. Она пила вторую порцию молочного коктейля и махала мимо проходящим на улице парням. Вряд ли они смотрели на ее прекрасные большие зеленые глаза или пухлые красные губы. Нет. Их интересовали длинные ноги, выставленные напоказ, и неприлично короткая кожаная юбка с шипованным поясом. Этот образ идеально подходил её светло-русым волосам. Я со своими рыжими прядями и голубыми глазами лишь отдаленно напоминала сестру Полин. Первое время в компании никто даже не догадывался о нашей родственной связи.

– Когда-нибудь этот вырез станет еще глубже, и все мужчины повалятся к твоим ногам.

– Они уже это делают, – ответила кузина и подмигнула группе молодых ребят.

– Молю, прекрати. Они могут быть несовершеннолетними.

– Я не делаю ничего противозаконного. И всегда проверяю паспорт перед сексом.

Я поперхнулась кофе и уставилась на кузину.

– Избавь меня от этих подробностей, извращенка.

Полин хихикнула и провела языком по верхней губе, убирая остатки коктейля. Я спиной почувствовала мужские взгляды, которые сосредоточились в одном конкретном месте.

За этим самым столиком.

Где сидела я, ненавидя все это.

– Этот день не может стать еще хуже.

Полин оторвалась от всеобщего мужского внимания. Игривость на ее лице сменилась состраданием.

– Как они могли так с тобой поступить, моя беззащитная девочка. В этой компании работают одни бездари и неблагодарные, которые ничего не смыслят в человечности и таланте. Разве не могли они вытерпеть еще одну твою выходку и просто принять тот факт, что ты – настоящее сокровище всего Норладса? – Последовала подозрительная пауза, во время которой милая улыбка Полин превратилась в натянутую, а потом кузина громко засмеялась. – Это ты хотела от меня услышать?

Я недовольно фыркнула.

– Сама виновата, – продолжила кузина, доставая зеркальце и помаду. – Создаешь проблемы и хочешь, чтобы все закрывали на это глаза? До сих пор не понимаю, почему Виктория тебя держит.

– Потому что я…

– Талантлива? Это оправдание перестало работать еще два года назад, когда ты заставила дизайнеров полностью перерисовывать главных героев, потому что тебе взбрело в голову поменять их внешность.

– Это было верное решение.

– Как хорошо, что ты не можешь влиять на наш отдел.

Полин работала в группе по звуковому сопровождению. Руководители составляли техническое задание для них и отпускали в свободное плавание, доверяю их мастерству.

Я любила звуковиков, потому что они никогда не косячили и делали то, что от них требовалось.

– Может, все-таки написать заявление на увольнение?

– Да брось, куколка. Жаклин Хобс не так плоха, чтобы из-за нее нужно было уходить.

– Ты видела, в чем она пришла вчера? – спросила я, вспоминая широкую перьевую шляпу и длинное платье, подол которого постоянно путался под ногами. – А песни, которые она поет во время обеденного перерыва. Жаклин заставила свою команду выучить их, чтобы начинать так каждый рабочий день.

Полин ахнула, и как только я подумала, что до моей кузины наконец-то дошел весь масштаб проблемы, она воскликнула:

– Я услышу, как ты поешь!

Моего воспитания было достаточно, чтобы сдержаться и не окатить Полин волной ругательств, но я все равно пихнула кузину под столом. Она на это задорно засмеялась, убирая волосы на левую сторону.

– У нас в компании работает много странных личностей. Некоторые творческие люди действительно пугают.

– Вот именно.

– Но Жаклин сложно назвать пугающей. – Полин постучала пальцем по подбородку, раздумывая. – Она на своей волне. Это же неплохо.

Неплохо для тех, кто любил спонтанность, разговоры по душам и пятничный вечер в компании коллег и друзей. Но плохо для тех, кто все держал под контролем, любил уединение и ненавидел открываться людям.

То есть, мне.

Жаклин Хобс доведет меня до нервного срыва, и я выброшусь в окно, используя заявление на увольнение в качестве парашюта.

Полин попыталась убедить меня, что будущее не такое унылое, каким я его себе представляла, и, пообещав позвонить перед сном, упорхнула в «объятия судьбы». Так она называла время, которое тратила на поиски идеального мужчины.

Рабочий день окончательно подошел к концу, поэтому я допила кофе, вышла из кафе и медленно поплелась в сторону метро.

Моя квартира в стиле лофт находилась в районе Бактаун на последнем этаже небольшого четырехэтажного дома. Я сняла ее не только из-за близости к метро и отсутствию молодых семей с детьми по соседству, но и из-за выхода окон на соседнюю улицу, где почти каждый вечер играли музыканты. Они устраивались вдоль узких аллей и исполняли свои авторские песни или известные хиты, которые заказывали прохожие.

Я любила прийти поздно вечером, заказать ужин из итальянского ресторана в соседнем доме, зажечь свечи с цветочным ароматом и усесться на тахту под широким окном, наслаждаясь своим уединением и музыкой. В такие моменты ко мне приходило вдохновение, и я подолгу сидела в ноутбуке, прописывая сюжеты игр.

Приключенческих игр с экшеном, боями и магией. Не сюжеты любовных историй, где девушки сражаются за внимание парней. Где драма сплетается с сомнительным счастьем, а в конце тебя ждет тот самый, идеальный мужчина, которого ты выбрала самостоятельно. Я сторонилась таких историй в жизни, а в работе и подавно.

Квартира, которая всегда дарила мне чувство безопасности, в этот раз потеряла свои волшебные свойства. Я какое-то время постояла в дверях, глядя на аквариум и пытаясь найти тот самый дзен для спокойствия, но напряжение внутри лопнуло как мыльный пузырь. Бросив ключи на тумбу, я размашистым шагом прошла в гостиную, схватила диванную подушку и со всей силы закричала в нее.

Стало легче.

Улыбнувшись отражению в зеркале, я быстро стянула одежду и, отказавшись от плотного ужина, заварила себе огромную порцию кофе. Не удивлюсь, если к сорока годам мое сердце встанет от такого огромного количества кофеина.

Сев на свое любимое место у окна, я зашла на рабочий форум нашей компании и открыла чат команды Виктории. Кто-то лишил меня статуса администратора, но забыл удалить, поэтому вечерние сообщения не стали секретными, как того хотели другие.

Вечерний воздух вдруг показался очень колючим.

Надо было набраться храбрости и выйти из чата самостоятельно. Надо было послать всех в задницу и с гордо поднятой головой закончить этот ненавистный день. Но сегодня словно хотелось добить себя чужим мнением.

Рошель: «Сразу видно, что у нее никогда не было друзей. Она даже не знает, как адекватно вести себя с другими».

Джимми: «Хорошо, что ее перевели».

Лайла: «Жаль другую команду. Им придется справляться с ее постоянными загонами».

Занятно, что в таких сообщения не упоминали мое имя, используя таинственные «ее» и «она», будто никто в чате не знал, о ком именно они говорят.

Эта троица оскорбленных особ общалась между собой, пока остальные ставили смешные реакции. Вот вам самая сплоченная команда, которая быстро избавилась от меня и даже не пыталась скрыть радости.

На губах играла улыбка, но было в ней что-то натянутое. Вымученное. Я знала, что с ее помощью подавляю свое желание написать и напомнить о себе, высказать им все, что я думаю. Здравый смысл кричал закрыть ноутбук и проигнорировать их.

Рошель: «Почему она такая злобная сука? Неужели нельзя быть помягче?».

Все тело замерло. Глаза то и дело перечитывали сообщение, а в голове против воли возникали люди из прошлого и фрагменты, от которых почти тошнило.

«Почему ты такая добрая и мягкая?».

«Почему ты навязываешься, Шейлин?».

«Ты готова опускаться так низко, чтобы быть доброй и всем нравиться?».

Когда-то Шейлин Картер была милой дурочкой, которая совершала добрые поступки и улыбалась людям, вытиравшим об нее ноги.

Когда-то Шейлин Картер думала, что доброта способна растопить даже самые заледенелые сердца.

Когда-то у Шейлин Картер появился выбор: остаться удобной, милой и доброй или стать холодной, черствой эгоисткой.

Шейлин Картер выбрала последнее и ни разу об этом не пожалела.

ГЛАВА 2. НОВАЯ КОМАНДА

Правило любовной новеллы №2: некоторые второстепенные персонажи сильно влияют на развитие сюжета.

На утренние собрания я всегда приходила первая. Это обескураживало остальных сотрудников и лишало их возможности коротать время за обсуждением несносной меня. Так было в команде Виктории, в которой я уже привыкла видеть недовольство, тщательно скрытое под натянутыми улыбками и попытками сделать вид, что меня вообще нет в комнате. Они льстили начальнице, не предлагали изменений, если Виктория того не желала, и превозносили ее мнение, даже если это могло иметь ужасные последствия.

Команда Жаклин Хобс была другой. Такой же чокнутой, как она сама, предлагающей безумные идеи и устраивающей коллективные посиделки каждую пятницу в кафе недалеко. Их совместный чат назывался «ДетиЖак», в кабинете для обсуждений висели совместные фотографии с различных мероприятий и каждый знал, когда у другого день рождения.

Они считали себя сплоченным коллективом и выглядели сумасшедшими в глазах других, потому что держались друг за друга так сильно, что некоторые даже отказывались от повышения, только чтобы остаться под крылом Жаклин.

Итог: худшего коллектива для меня нельзя было представить. Со своим послужным списком я буду здесь не просто чужой. Здесь я стану врагом номер один, которому придется постоянно оглядываться, опасаясь за свою жизнь.

Нет, я не боялась всю команду Жаклин Хобс. Больше всего меня напрягало присутствие одного единственного человека, который по чистой случайности или воле судьбы стал первым, кто в итоге открыл дверь в зал совещаний и замер у входа.

Леона Ивинг.

Проблема, тянувшаяся за мной еще с первых курсов университета, где мы попробовали быть подругами, но провалились и стали незнакомками.

Леона родилась в Америке, но имела корейские корни, сказавшиеся на выразительном разрезе глаз, густых черных волосах с синими переливами и стройным телосложением, на которое не влиял ни один фастфуд в мире. А ела она его неприлично много.

Еще со времен университета Леона ненавидела свои карие глаза, поэтому каждый день приходила с линзами или декоративными очками, уводящими внимание от лица.

Что я запомнила лучше всего? Как сжимались ее губы при виде людей, которые ей не особо нравились. Наверное, поэтому я не удивилась, когда она сделала то же самое, увидев меня сейчас. Всем своим видом эта сногсшибательная брюнетка показывала, что не желает находиться со мной в одном энергетическом поле. Я не была против. Но, несмотря на нашу взаимную нелюбовь, Леона Ивинг все же обладала одним качеством, располагающим к себе даже меня.

И эти качеством был здоровый пофигизм. Леона не тратила время на обсуждение других сотрудников. Была зациклена только на работе и команде, и несколько раз ясно дала понять Рошель и остальным сплетникам, что не желает состоять в их клубе.

Вместо приветствия Леона кивнула, показывая, что не станет игнорировать присутствие нового человека в команде, и молча села с противоположной стороны. Пока она листала толстую папку, я заметила наброски и рисунки незнакомых мне героев и локаций.

Когда-то мы вместе учились на факультете сценарного мастерства, но на втором курсе Леона подала заявку на перевод, потому что рисовала так же хорошо, как и придумывала истории. Но никто не знал правды. Никто, кроме меня.

Мы обе желали попасть на стажировку в Норладс, но туда мог пройти только один сценарист с нашего потока. Преподаватели никогда не скрывали, что этим сценаристом стану я. Поэтому Леона решила попытать удачу как художник и не прогадала.

Мы обе получили то, что хотели, но я никогда не сомневалась: Леона стала художником не потому, что желала об этом все свою жизнь, а потому что у нее попросту не осталось шансов. А я не собиралась давать поблажки, выбрав себя и будущую карьеру, а не дружбу.

Раздумывая над нашим общим прошлым, я не заметила, как в зал вошли другие сотрудники. Девушка с яркими голубыми глазами и очень длинными светлыми волосами резко остановилась, специально привлекая внимание, и прекратила смеяться. Пока она придумывала, как кольнуть меня посильнее, я пыталась вспомнить, как ее зовут.

– Часть меня надеялась, что это шутка, и что нам в команду не могли перевести знаменитую рыжую фурию.

– Как досадно, что твои ожидания не оправдались, – спокойно ответила я, хотя уже приготовилась вести словесный бой.

Девушка рядом с ней наклонилась и прошептала: «Диана, не надо».

Но Диана останавливаться не собиралась. Она подождала, пока в зал зайдут двое парней, и сказала.

– Знаешь, тебе вообще-то здесь не рады.

– Знаешь, мне вообще-то пофиг.

Диана оказалась слабее Рошель или других из команды Виктории, потому что не стала продолжать и с высоко поднятой головой направилась к Леоне. Меня чуть не стошнило от приторного приветствия и широкой улыбки, которая появилась у нее на лице.

Ситуация в Норладсе не отличалась от той, что была в университете. Почему-то все стремились заполучить расположение Леоны. Она была центром всех компаний, доброй, уверенной в себе, ответственной и надежной. О таком человеке в своей жизни мечтал каждый. А я когда-то просто мечтала стать таким человеком.

Через приоткрытую дверь в коридор послышались странные гортанные звуки, которые, как стало понятно позднее, были корявым пением. Я нахмурилась и напряглась, увидев счастливые улыбки людей вокруг. Их реакция означала только одно. Я приготовилась к катастрофе.

Дверь быстро открылась, со всей силы ударившись об стену и едва не слетев с петель. В проеме появилась высокая женщина сорока лет в длинном бежевом плаще и ковбойской шляпе. В обеих руках она держала подставку со стаканчиками, а на мизинце удерживала пакет из кафе на первом этаже.

– Доброе утро, мои прекрасные таланты, – почти пропела она, двигаясь по направлению к своему месту во главе стола. – Готовы к новому рабочему дню?

Я с ужасом наблюдала, как все вокруг меня резко перестали источать недовольство и заполнили зал своей безграничной любовью к женщине, которая носила ковбойскую шляпу месте с классическим плащом под пояс и высокими сапогами.

Аромат ее пряных духов смешался с запахом выпечки и это, помимо меня, больше никого не напрягало. Я вжалась в кресло, стараясь придумать способ, как остаться незаметной. Каковы вообще были мои шансы?

Из-за людей вокруг, которые принялись активно рассказывать друг другу о своих планах на ближайшие дни, я не заметила приближение Жаклин Хобс. Женщина возникла из ниоткуда прямиком у меня за спиной и поставила на стол стаканчик с кофе.

– Доброе утро, Шейлин. – Жаклин сняла шляпу, позволив закрученным каштановым волосам упасть на плечи, положила ее на тумбу между окон и села на стул рядом со мной, который никто не рискнул занимать. – Я очень рада, что ты присоединилась к нашей команде. – Она наклонилась ниже и прошептала, чтобы другие не слышали. – Пусть и не по своей воле.

Я была обескуражена ее ярким появлением и тем, как оно изменило атмосферу в зале, поэтому просто кивнула.

– У меня на тебя большие надежды, – улыбнулась Жаклин. – И это комплимент. Я читала все твои сценарии. Это было вау!

Ее восторг был заразительным, потому что я против воли ощутила волну гордости за саму себя. Жаклин Хобс похвалила мою работу!

А потом в голову ударила мысль:

«Почему это вообще важно для меня?!».

– Предлагаю сегодня не задерживаться с приветствиями и как можно быстрее приступить к работе. – Жаклин вскочила с места и направилась к выходу. – Леона, пожалуйста, предоставь Шейлин всю готовую информацию о проекте. До обеда работаем по плану, который подготовили вчера. Часа… в три встретимся здесь и продолжим обсуждать все детали. Идет?

– Да! – хором ответила команда.

«И это все?» – мысленно подумала я.

Сотрудники быстро встали и поспешили за Жаклин, продолжая обсуждение личных тем в коридоре. Я все еще пыталась понять, что происходило последние пять минут, когда Леона положила передо мной папку.

– Ознакомься со всем до обеда, чтобы на совещании ты была в теме.

– Хорошо, – ответила я, но Леона к тому времени уже ушла.

В зале больше никого не осталось.

Я скептически взглянула на шляпу на комоде позади себя, будто она была виновата в моем замешательстве, и встала с места, готовая уйти. Но тут в поле зрения попал стаканчик, который Жаклин поставила на стол ранее.

Убедившись, что в коридоре воцарилась тишина, я взяла стаканчик и поднесла его к губам. Случайность это была или нет, но Жаклин купила мне американо с карамельным сиропом. Мой любимый.

♡♡♡

Новые коллеги выделили мне место в самом конце стола, где я сидела на утреннем приветствии. Когда я пришла в зал для совещаний, они уже расселись на свои стулья, передавая друг другу заметки и эскизы и кратко обсуждая работу над новеллой.

Мое появление проигнорировали, и это было в разы лучше, чем тяжелое молчание, которым меня каждый раз награждала команда Виктории.

Я опустилась на свое место и вытащила папку Леоны. Сказать, что она мне не помогла – ничего не сказать. Мне поручили ознакомиться с информацией, которой практически не было. Но глядя на оживленное обсуждение и упоминание имен и фамилий, мелькавших в папке, я подумала, что мне, скорее всего, предоставили не все данные.

«Вероятность истинной любви» – сомнительный «шедевр» от Жаклин Хобс, из которого я должна сделать реальный шедевр, чтобы вернуться к своему любимому экшену и приключениям.

Про эту новеллу в компании почти никто не говорил, потому что история была на начальном этапе разработки. Но я не знала, что настолько начальном.

Таблица основных, второстепенных и незначительных героев была прописана наполовину. Самое интересное, что примерные эскизы внешности добавили почти ко всем персонажам, кроме главных.

На электронной доске за местом Жаклин вывели схему с основными моментами, где наверху перечислили особенности истории: золотая молодежь, влиятельные семьи, любовные треугольники, предательства, измены.

Какой отстой.

У меня даже не было сил присоединяться к обсуждению и пытаться разобраться в сюжете, ведь документы Леоны мне в этом вообще не помогли.

Что интересовало больше всего, так это одно имя на первой странице документа, где перечисляли причастных к созданию новеллы сотрудников.

Сценарист: Диана Уолс.

Я посмотрела на девушку, все так же сидящую рядом с Леоной и активно рассказывающую об идеях, которые пришли ей в голову сегодня ночью. Неудивительно, что она была первой, кто выразил несогласие от моего появления здесь. Она значилась сценаристом истории и не желала видеть соперников.

Спустя пять минут пришла Жаклин, уже без шляпы, но в широких штанах клеш с цветной каймой, которые я не заметила ранее из-за плаща.

– Предлагаю отмотать немного назад и начать сначала, чтобы Шейлин могла легко погрузиться в работу, – предложила Жаклин.

Унылые кивки она встретила с широкой улыбкой.

– Диана, пожалуйста, коротко расскажи об основной задумке новеллы.

Девушка скривила губы, будто эта просьба оскорбила ее до глубины души.

– «Вероятность истинной любви» – наш способ раскрыть известные сюжетные тропы с новой стороны. Освежить их и внедрить в историю так, как это видим мы.

– И вы не боитесь, что измены, любовные треугольники и золотая молодежь уже потеряли свою актуальность?

Диана хмыкнула, явно ожидая от меня этот вопрос, и что-то щелкнула на компьютере. Тут же на экране позади Жаклин появилась статистика.

– В течение прошлого месяца мы анализировали запросы в интернете, проводили опросы и выкладывали цепляющие цитаты на нашем форуме, чтобы понаблюдать за реакцией читателей. Они довольно позитивно откликались на популярные и даже немного избитые тропы.

– Журналы, освещающие игровую индустрию, писали, что нет ничего страшного в переосмысление чего-то старого, – добавила Леона, но выглядело это так, словно она уже сейчас начала защищать эту историю.

Словно знала, что ее нужно защищать от меня.

Я задумчиво нахмурилась. Анализ аудитории в течение целого месяца говорил о многом. Например, что команда Жаклин действительно хотела выдать успешную историю. Закинув удочку в интернете, они даже закупили рекламу у журналов и блогеров, которые освещали тему игр.

– Сегодня утром мы анонсировали выход «Вероятности истинной любви» и рейтинг ожидания на сайте за три часа составил восемьдесят пять процентов. И это только среди американских пользователей.

Я не сдержалась и приподняла бровь.

Кто-то передал мне скрин страницы из сайта, чтобы я могла удостовериться в правдивости слов. Популярность новелл в Норладсе определялась не так, как популярность компьютерных или онлайн-игр. Потенциальный успех могли определить еще на этапе анонсов и, если мне не изменяла память, рейтинг ожидания этой новеллы превышал рейтинги ее предшественников. Иначе говоря, восемьдесят пять процентов – это много. Очень много.

Жаклин может взять эту несчастную бумажку, направиться к начальству Норладса и попросить рекламную компанию, которая будет работать в течение всего месяца на территории Соединенных штатов круглосуточно. Жаклин могла заявить, что смогла каким-то образом заинтересовать восемьдесят пять процентов аудитории всего сайта. Речь шла не только о потенциальных игроках любовных новелл, а о всех, кто был зарегистрирован на сайте и играл хотя бы в одну созданную нами игру.

– Это очень хорошие показатели, – сказала я, не видя смысла скрывать очевидный факт. Диана не сдержала самодовольную улыбку. – Но я не понимаю, почему вы не договоритесь с рекламным отделом и не анонсируете игру по всему миру?

Часть сотрудников продолжила смотреть на меня, но некоторые не удержались и покосились в сторону Жаклин. Значит, этот вопрос уже поднимали ранее.

– Я хочу быть уверена, что новелла получится идеальной. Преждевременный успех игры может пагубно повлиять не только на мою работу, но и на работу всего отдела.

В зале наступила тишина.

Некоторые сотрудники переглянулись, явно смущенные поднятой темой. Жаклин продолжала удерживать на губах улыбку, но я слышала в ее голосе твердость. Несмотря на ее легкий подъем, она не позволит кому-либо диктовать условия.

– Продолжаем.

Убеждать меня в том, что эту историю ждет успех, больше не было смысла, поэтому Диана вывела на экран следующие слайды, к информации на которых у меня было больше всего вопросов. Точнее, вопросов к отсутствию какой-либо информации.

«Главные герои новеллы».

Когда Леона дала мне папку утром, я рассчитывала увидеть там подробные характеристики хотя бы главных героев.

«Значит, они не зажали информацию. Ее просто нет».

– Полагаю, здесь тебе тоже есть что сказать, – предположила Жаклин.

– Почему вы до сих пор не прописали внешность большинства главных героев.

– Мы все еще работает над этим, – ответила девушка справа, поглядывая на Жаклин.

– Внешность героев сейчас не так важна, – сказала новоиспеченная начальница.

– Возможно, – согласилась я. – Но важны характер, привычки. Это влияет на сюжет игры. Вы даже не придумали им имена, ограничившись только фамилиями.

– С этим можно разобраться и потом, – встряла Диана.

– С этим нельзя разобраться потом, – ответила я. – Удивлена, что слышу подобное от ведущего сценариста. Ты точно понимаешь, кем работаешь?

Диана возмущенно ахнула. Жаклин с интересом склонила голову, разглядывая меня.

– Любая мелочь может повлиять на сюжет. Даже имя. С его помощью можно создать несколько ситуаций с одним из фаворитов. Придумать прозвище, например. Такая незначительная вещь располагает к себе. Это может в корне поменять отношение игроков к героям новеллы.

Диана усмехнулась.

– Мы не делаем ничего, что противоречило бы задумке Жаклин. Или ты думаешь, что она позволит нам совершить ошибку или допустить пробел в истории?

Слова Дианы показались мне интересными.

– Весь сюжет разрабатываете вы? – удивлённо спросила я у Жаклин.

Та кивнула, не переставая улыбаться. Руководители редко принимали непосредственное участие в создании игр. Если им приходила идея, они посвящали в нее своих заместителей или сценаристов, чтобы сотрудники могли сразу приступить к работе над историей. Виктории было важно, чтобы у игры оставалась первоначальная задумка, но она никогда не вмешивалась в процесс. Не предлагала идеи для развития второстепенных героев или дополнительных развилок. И что уж там, Виктория иногда даже не знала, чем закончилась история для большинства героев.

Для нее был важен конечный результат. Если точнее – хорошие цифры. Количество игроков. Рейтинг. Сумма донатов.

И я, признаться честно, уже привыкла, что мы всегда работали на результат. В первую очередь думали о том, что игра должна быть успешной.

Несмотря на то, что Жаклин тоже неоднократно говорила про успехи новеллы, я подозревала, что дело было не только в этом.

Вот, почему ее команда, отвечая на мои вопросы, сначала смотрела на нее. Жаклин руководила всем. Действительно руководила. Она решала, как будут звать героев. Как они будут выглядеть и какое влияние окажут на сюжет. Жаклин не смотрела со стороны. Это был контроль «от» и «до», и для сотрудника из другой команды это выглядело пугающе.

Вновь наступившую тишину разрушила Леона:

– Предлагаю сейчас сконцентрироваться на сюжете.

Игрокам предстояло играть за таинственную мисс Фридман двадцати трех лет – наследницу из богатой семьи, которая живет себе припеваючи, пока родители не объявляют о ее помолвке с Блейном Мэнсфилдом – наследником другой неприлично богатой семьи.

Это был один из немногих фактов, которые не поддавались изменению. История уже начиналась с того, что главная героиня просыпается почти обрученной. Дальше, судя по спутанному графику, Жаклин рассматривала двадцать пять различных вариаций сюжета, пять из которых приводили к свадьбе, где мисс Фридман шла под венец влюбленной в своего жениха, и один с похожим развитием сюжета, но без любви.

Блейн Мэнсфилд стоял на первом месте, поэтому я предположила, что он может оказаться главным фаворитом новеллы. В графе с внешностью оставили заметки: светло-каштановые волосы, карие глаза, родинка на левой щеке и шрам на правой ноге, который, судя по примечанию ниже, появился в результате аварии.

У главной героини была лучшая подруга мисс Кид, которая тоже родилась с золотой ложкой во рту, и друг детства Эммет Гарнер, который от этой самой ложки отказался и ушел из семьи, чтобы жить бедно, но счастливо.

В случае, если главная героиня не выбирала Блейна или другого фаворита, между этими тремя мог развиться любовный треугольник. Если выбор падал на Блейна, любовный треугольник все равно мог состояться, только место мисс Фридман занимал кто-то другой.

Диана и Жаклин тщательно раскрывали все сюжетные повороты, над которыми уже успели поработать, придумывая и обсуждая детали прямо на ходу. Я смотрела на изобилие финалов и медленно сходила с ума.

К концу рабочего дня моя голова болела так сильно, что сил принимать участие в обсуждении уже не было. Я щурилась, пытаясь разглядеть буквы на экране и постоянно пила кофе из автомата.

Меня тошнило от всего: от романтики, которой был пропитан каждый сюжетный поворот, недопониманий в семье, зависти, драмы, сексуальных парней, которых художники пообещали сделать «просто улетными».

– Я соберу всю информацию за сегодня и вышлю в общий чат на форуме, – сказала девушка, которая постоянно ошивалась рядом с Дианой. Она посмотрела на меня и прикусила губу. – Тебя же туда уже добавили?

Я кивнула.

– Может, оставишь свой номер, чтобы мы добавили тебя в наш личный чат?

Не успела я сказать, что в этом нет необходимости, как Леона, походя мимо, произнесла:

– Не нужно.

В глазах остальных эти слова, возможно, прозвучали грубо. Леона не заметила, как некоторые вопросительно посмотрели ей вслед. В этот момент я сделала два вывода.

Во-первых, несмотря на мой послужной список, большая часть команды Жаклин осознала мое присутствие и не видела смысла меня игнорировать.

Во-вторых, Леона вновь подтвердила статус самого внимательного человека в моей жизни. Еще со времен университета я никому не давала свои контакты и избегала любых чатов, где состояло больше трех человек.

Част с командой Виктории стал первым исключением, потому что меня заставили.

«Почему Леона до сих пор это помнит?».

Пока я размышляла на эту тему, из зала все вышли. Почти все.

Жаклин вновь посмотрела на меня тем самым взглядом, который я ловила на себе целый день. Внезапно появившийся интерес к моей персоне пугал. Особенно интерес со стороны Жаклин.

– Знаешь, Шейлин, я ведь и правда рада, что такой талантливый сценарист присоединился к моей команде.

– Пытаетесь лестными словами сгладить углы? Не стоит. Я знаю, что ваша команда против моего участия.

– Иногда стоит посмотреть на ситуацию с разных сторон, – добавила Жалкин.

– Что вы имеете в виду?

Вместо ответа Жаклин улыбнулась какими-то своим мыслям, нацепила плащ и шляпу и поспешила к выходу.

– К завтрашнему вечеру я вышлю тебе на почту всю информацию о главных героях.

Я не сразу сообразила, о чем она говорила.

– Вы придумали, кем они будут?

У двери Жаклин помедлила.

– Да. Только что. – И снова этот взгляд, слишком пристальный, чтобы просто так его проигнорировать. – Хорошего вечера, Шейлин.

ГЛАВА 3. ЛУЧШАЯ ЗАЩИТА – НАПАДЕНИЕ

Правило любовной новеллы №3: старайтесь не портить отношения с героями. В будущем вам может понадобиться их помощь.

Во время обеда на следующий день я совершила непростительную ошибку. Вместо того чтобы спуститься в кафе и провести свободное время с минимальным количеством знакомых лиц, мой выбор пал на кафетерий на десятом этаже, куда ходила большая часть сотрудников Норладса.

Несмотря на то, что работала я с ограниченным количеством людей, о моем послужном списке и негласном прозвище знали все. Уверена, что я услышала «рыжая фурия» раз восемь, пока шла к витринам с едой.

Полин не позволила мне остаться один на один со стереотипным мышлением людей вокруг и щебетала все время.

– Помнишь того придурка, с которым я ходила на свидание?

– Вчера он был секси эталоном, ради которого ты была готова прыгнуть с парашютом, – вспомнила я, выбирая салат.

– Пошел этот гад в задницу. Он отменил наше свидание, потому что задержался на работе. А ты ведь знаешь, я не люблю попусту тратить свое время. Поэтому пошла с Келли и Адамом в бар, а там он с какой-то гадиной с обесцвеченными волосами. Какой идиот пойдет на свидание с одной девушкой в место, в которое собирался идти с другой?

– Тот, которого выбрала ты.

Полин обреченно посмотрела на работницу кафетерия, когда та предложила нам выбрать десерты. Я без зазрения совести взяла два куска клубничного торта и пошла дальше. А для Полин, которая неделю назад села на жесткую диету из-за своего парня, решение далось трудно. Вернее, я так подумала.

Обернувшись, я увидела, что Полин тоже взяла два куска и с гордо поднятой головой последовала за мной.

– Не собираюсь гробить свое психическое и физическое здоровье из-за этого козла.

Я бы поаплодировала ей, если бы Полин приняла такое решение раз и навсегда, и больше не позволяла потенциальным кавалерам контролировать свою жизнь.

«Это до первого красавчика».

Я услышала свое имя и еще несколько слов, сказанных приглушенным голосом, и до того как обернуться, узнала Рошель и Диану. Было не сложно догадаться, что у образования их тандема была только одна причина. И это я.

– Шейлин! – воскликнула Рошель, сделав удивленный вид. – Не видела, что ты здесь.

Я не стала ничего отвечать, хотя очень хотелось.

– Как тебе в новой команде? – продолжила она, каким-то образом подвинув людей и оказавшись рядом со мной и Полин. – Говорят, не очень хорошо.

– Интересно, кто говорит? – спросила я, глянув на Диану.

На этот раз она не сжалась и не отступила. Видимо, присутствие Рошель добавляло ей уверенности.

– Какая разница? Информация в Норладсе расходится быстро, ты же знаешь.

– Не без твоей помощи.

Полин громко усмехнулась. Рошель мое замечание не понравилось, но она скрыла это за натянутой улыбкой. Благодаря этому я снова убедилась, что ее искусственные губы выглядели просто ужасно вблизи.

– Виктория так надеялась, что смена обстановки пойдет тебе на пользу. Будет жаль сообщать ей такие грустные новости.

– Как будто это на что-то повлияет, – вставила Полин. На недоуменный взгляд Рошель кузина пояснила. – Все знают, что ваша команда преуспевала все время, потому что Шейлин потрясающий сценарист. Ты еще пожалеешь, что выкурила ее.

Заместительница Виктории громко засмеялась, выдавливая звуки, но вместо нее ответила Диана:

– Незаменимых людей нет.

– Говори себе это почаще, – ответила я, забирая порцию курицы с витрины. – В ближайшее время я наглядно покажу тебе, что эти слова правдивы.

– Я ведущий сценарист Жаклин.

– Которого легко можно подвинуть в сторону, – спокойно ответила я.

Щеки Дианы вспыхнули от гнева.

– А ты все та же дрянь, – сказала Рошель. – Неудивительно, что ты попала именно к Жаклин. Идеальное место для такой психованной, как ты.

Диана дернула головой в сторону Рошель. Было видно, что эти слова ее задели, но она не встала на защиту своей команды. Вместо этого Диана решила проглотить оскорбление.

Я злобно улыбнулась.

– Удачи, Рошель. Месяц без премии будет тяжелым.

Девушка фыркнула, будто это было настоящей глупостью, но мы с ней обе понимали, что слова Полин имели смысл. Команда Виктории преуспевала, потому что игры, над которыми мы работали, занимали первые места и получали награды за высокий рейтинг. И неоднократно это происходило из-за увлекательного сюжета. Сюжета, который создавала я.

Полин показала Рошель и Диане язык и потянула меня за свободный столик у дальнего окна. Я села спиной к стене и поймала взгляды некоторых сотрудников.

– Что за невоспитанные гадины? – продолжила возмущаться Полин. – Как можно столько времени и сил тратить на обсуждение других?

Я хотела ответить, но тут мое внимание привлек столик недалеко от нас. За ним сидели звуковики, с которыми работала Полин. Некоторым из них было абсолютно все равно, что происходило вокруг, но другие перешептывались и поглядывали в нашу сторону. В мою сторону.

– Не смотрит на них, – твердо произнесла Полин.

– Я никогда не думала, что из-за родства со мной у тебя могут быть проблемы.

– Нет у меня никаких проблем! – воскликнула кузина с набитым ртом. – Если честно, в компании полно тех, кому все равно на слухи, которые распространяет Рошель. И еще столько же, кому плевать, даже если это правда.

Не понимаю, почему это вдруг начало волновать меня. Возможно, мне не очень хотелось создавать проблемы для Полин, которая была единственным человеком, настроенным дружелюбно.

– Кстати, ты звонила своим родителям?

Я обожала свою кузину, потому что она не зацикливалась на проблемах. Но бывали моменты, когда Полин двигалась вперед без тормозов и забывала держать свой язык за зубами. Например, сейчас.

– Нет.

– Они еще не перестали злиться на тебя?

– Они всегда будут злиться на меня.

К счастью, Полин кто-то позвонил и избавил меня от дальнейшего неприятного разговора.

Я строго приказала себе не зацикливаться на больной теме и с треском провалила задание. Тягучее неприятное чувство вновь распространилось по всему телу, приглушило все недавние счастливые моменты и вернуло меня на шесть лет назад, в тот самый день, когда я отказалась от мечты, которая мне не принадлежала. Я с легкостью могла вести курсы «Как разочаровать родителей» и, вероятно, получила бы несколько премий как специалист в этой области. Потому что мне удалось не просто испортить отношение, а стать совершенно чужим человеком для тех, кто назывался моей семьей.

«Неблагодарная идиотка, готовая разрушить свою жизнь из-за мимолетного увлечения» – последние слова, которые я услышала от своего отца.

То самое мимолетное увлечение сделало меня первоклассным сценаристом со множеством наград и благодарственных писем, которое подняло мое имя в списке лучших сотрудников Норладса и уже который год удерживало его в десятке лучших.

Я добилась успеха в направлении, которое родители считали пустой тратой времени. Они обесценивали мое хобби, а я взяла и превратила его в работу своей мечты. Я доказала им, что смогла взобраться наверх там, где они сулили мне одни неудачи. Но даже этого было недостаточно, чтобы родители признали свою ошибку и пошли на мировую.

Мой дядя, отец Полин, последние три года вел ожесточенную борьбу со своим старшим братом и неоднократно призывал его помириться со мной. Он в красках рассказывал о моих достижениях и всегда получал напряженную тишину в ответ. Какое-то время я надеялась на дядю, а потом перестала.

Моим родителям было все равно. Они никогда не простят мне того, что я пошла против их воли и выбрала что-то настолько ущербное, как сценарное искусство, когда для меня были открыты двери в лучшие факультеты экономики и политики по всему миру.

Два года назад, во время рождественских каникул, мне позвонила мама. Она напилась со своими подругами и только поэтому набралась смелости связаться со мной.

– Ты предала наше с отцом доверие и отказалась от всего, что мы тебе дали. Самая неблагодарная дочь из всех досталась именно нам. Ты хоть представляешь, как много мы работали, чтобы ты жила в роскоши и ни в чем не нуждалась? Те курсы сценаристов оплатили мы, и я жалею, что позволила тебе пойти на них. Они все испортили. Ты все испортила.

Я внимательно слушала ее, глядя в стену, пока звонок не прервался. И даже тогда у меня не получилось сдвинуться с места. Я сжимала телефон в руках, позволяя дрожи захватить тело.

Неблагодарная дочь.

Такой я была в их глазах. Такой я останусь до самого конца.

Неблагодарная дочь, которая просто хотела заниматься тем, что ей очень нравилось.

– Папа сказал, что ты обязательно должна приехать на это Рождество к нам, – снова начала Полин. – Он сказал, что не желает видеть дядю. А во время последнего звонка он вообще послал его со своими обидами.

Я не сдержала улыбку.

– Твои родители придают мне уверенности, – сказала я, зная, что и мама Полин яро защищала меня в глазах родителей.

– Потому что ты большая молодец. – Полин взяла меня за руку и крепко ее сжала. – Продолжай работать и идти к своей цели, хорошо? Настанет день, когда твои родители сильно пожалеют о своих словах и приползут извиняться. А простим мы их только после того, как хорошенько помучаем.

В этот момент я почувствовала, насколько гнилой и темной было мое нутро. Пока Полин создавала идеальное будущее, где мои родители извинялись, я мысленно молилась, чтобы этого никогда не произошло.

В своем идеальном будущем мне хотелось, чтобы родители просто обо мне не вспоминали.

♡♡♡

В послеобеденное время работа над новеллой продолжилась. «Вероятность истинной любви» приобрела новые краски, обзавелась примерными набросками современного города, который представлял собой смесь Нью-Йорка и Парижа.

Нужно отдать Леоне и другим дизайнерам должное. Они создали красивую притягательную картинку одной из улиц, на которой происходит часть действий.

Так же Жаклин сообщила, что на протяжении всей игры игроков будет сопровождать голосовой помощник Барт, которого создали для подсказок и наставлений во время прохождения.

– Предлагаю поговорить о нашей дорогой главной героине. – Жаклин опустила круглые очки почти на самый кончик носа и оглядела присутствующих. – Диана, насчет твоего предложения о родителях мисс Фридман…

Диана подскочила так быстро, будто сегодня был последний день, когда она могла внести свой вклад в историю всего мира.

– Да-да. Я уже расписала последствия травмы, которую главная героиня получит после смерти родителей и…

– Мы решили отказаться от этой задумки, – мягко начала Жаклин.

Диана замерла.

– Мы?

– Я попросила Шейлин посмотреть некоторые из наших идей и прокомментировать. Ей понравились почти все, но с этой возникли проблемы. И после объяснений я была вынуждена согласиться, что гибель родителей не совсем подходит нашей истории.

Я почувствовала, как пылкий взгляд Дианы переместился на меня. Как послушный сотрудник она должна была молча согласиться с решением Жаклин и сесть на свое место. Такой исход вполне мог произойти, если бы человеком, внесшим правки, была не я.

– Могу я узнать, почему тебе не понравилась эта идея?

– Потому что это скучно, – ответила я, не поднимая головы.

Почувствовав проскочившее между нами напряжение, Жаклин попыталась продолжить тему истории главной героини, но Диана не стала отступать.

– Для меня этого объяснения недостаточно.

Я обреченно выдохнула и подняла взгляд. Щеки Дианы раскраснелись от злости, глаза гневно заблестели. Она со всей силы сжала заметки и возвысилась надо мной, обещая расправу за вмешательство в ее работу.

– Гибель родителей в автокатастрофе – избитый и скучный сюжетный поворот из всех, что можно придумать. Если хочешь узнать подробности, прочитай мои комментарии к документу.

– Этот сюжетный поворот может раскрыть героиню с новой стороны.

– И упростить твою работу. Не так ли?

– О чем ты?

– Хочешь создать чудесных понимающих родителей, а потом убить их? Банальный способ вывести игроков на сильные эмоции в самом начале истории, от которого вообще не будет толка. Главная героиня начнет страдать, а другие герои – жалеть ее и поддерживать? Скукота полнейшая. Люди устали от этого.

– Потому что так решила ты? – со злобной усмешкой спросила Диана.

Я молча вытянула распечатку из своей папки и протянула Диане.

– Два месяца назад мы проводили опрос среди игроков. Какой сюжетный поворот кажется вам самым скучным? Знаешь, что они ответили?

Девушка рядом с Дианой заглянула в распечатку и прочитала:

– Смерть родителей.

– В подавляющем большинстве случаев характер героини после такой трагедии развивается одинаково. А еще она становится свободной от внимания семьи. Почему нельзя придумать что-то интереснее? Плохие взаимоотношения. Недопонимание. Семейные тайны. Почему бы не создать трудности, которые будут добавлять сюжету красок и развивать не только главную героиню, но и второстепенных персонажей? Почему бы не попробовать выполнить свою работу хорошо, а не попытаться сделать все быстро и удобно для себя.

Последние слова были сказаны с заметным упреком.

– Я хорошо делаю свою работу! – прикрикнула Диана.

– Ты злишься из-за того, что Жаклин приняла шесть твоих идей и отмела одну единственную? Знаешь ли ты, что некоторые сотрудники работают долгие месяцы, чтобы их предложения хотя бы частично рассмотрели, и так и не достигают успеха? Неужели так сложно принять тот факт, что что-то, придуманное тобой, не подходит для истории?

– Девочки, пожалуйста…

Жаклин никто из нас не услышал.

– Все мои идеи подходили, пока не появилась ты.

– К счастью, для всей команды, – улыбнулась я. – Очевидно, что ты не готова работать над своими ошибками и сделать что-то стоящее для этого проекта.

Меня вела злость, которую я испытала во время обеда.

«Вы знаете, что она ничего не сделала, когда Рошель оскорбляла вашу команду?» – хотелось крикнуть мне.

– Жаклин сказала, что ты придумала все эти сюжетные повороты за один вечер. Полагаю, ты гордишься тем, что так быстро создаешь банальщину.

Диана разозлилась так сильно, что от собственных эмоций не смогла ничего сказать. Она взирала на меня, готовая в любой момент наброситься.

– Скорость – последнее, что важно для работы над игрой, – продолжила я. – Вы хотите сделать из новеллы шедевр. Так почему ты так безответственно относишься к созданию сюжета. Почему ты не хочешь заморочиться и подумать, что реально может быть интересно для игроков? Или у ведущих специалистов в этом отделе настолько низкая планка?

– Да как ты можешь упрекать меня в этом?! – Диана наконец-то нашла в себе силы ответить. – Ты? Рыжая фурия, которая выносит мозг всем сотрудникам? Теперь я понимаю, почему тебя выгнали из той команды. Ты просто ужасна!

– Достаточно, – твердо сказала Жаклин, вставая с места.

Диана послушно замолчала, но не стала больше терпеть мое общество и выбежала из зала. Все, кроме меня, посмотрели ей вслед.

Жаклин постучала пальцами по столу и задумчиво уставилась в одну точку.

– Предлагаю взять перерыв до завтрашнего дня. Я вышлю вам на почту всю информацию. Дизайнеры, поработайте над внешностью главных фаворитов истории. Учтите пожелания, которые мы сегодня обсуждали. Анна, составь техническое задание для отдела маркетинга. Через две недели нам можно будет выпустить часть рекламы.

Все кивнули и хором попрощались с Жаклин. Я, как всегда, решила уйти последней, поэтому в течение нескольких минут по порядку складывала свои заметки в папку, пока остальные участники команды покидали зал.

Напряжение возросло до такого уровня, что становилось тяжело дышать.

На какое-то время наступила обманная тишина. Я быстро сообразила, что один единственный человек так и не ушел из зала.

– Хочешь мне что-то сказать? – спросила я у Леоны.

Моя бывшая подруга смотрела куда-то поверх моего плеча и явно о чем-то размышляла. Не удивлюсь, если она окатит меня ругательствами за то, что я публично занизила способности Дианы.

– Знаешь, никто в нашей команде не считал твой перевод чем-то ужасным.

– Неужели? – скептически спросила я.

– Диана сценарист. Неудивительно, что перевод другого сценариста, который отметился немалыми достижениями в компании, смутил ее.

Я закончила собирать документы и встала. Леона не выглядела как человек, который собирался закончить разговор.

– Чего ты от меня хочешь?

– Сегодня утром некоторые из нас обсуждали идею с гибелью родителей и пришли к тому же выводу, что и ты. Никто не стал бы упрекать тебя в желании внести изменения в сюжет. Но ты, разумеется, не подумала об этом.

С моих губ сорвался смех.

– Я почти два года проработала в команде, которая упрекала меня за любые идеи. Считай, что отстаивать свои задумки – моя вторая специализация.

– Это не должно быть проблемой для тебя, – продолжила Леона, когда я остановилась рядом с ней. – Каков процент принятых идей, принадлежавших тебе? Восемьдесят пять? Девяносто процентов? Другие сотрудники могут завидовать твоим успехам.

– Я все еще не понимаю, к чему ты клонишь.

Леона поправила черную сумку с длинным ремешком и сложила руки на груди, глядя на меня тем самым взглядом «я продолжаю говорить с глупым человеком».

– Только полный идиот будет игнорировать твои навыки и не замечать, как много ты работаешь и сколько делаешь для Норладса. Ты талантлива. Упорна. А еще ты бестактна. Неужели было сложно объяснить свою позицию, не занижая навыки других? Неужели тебе так нравится защищаться?

– Мне нравится нападать в ответ, – ответила я и оставила Леону в зале одну.

Никто из их команды не был настроен против меня? Полный бред. Идею поменять сюжетный поворот, придуманный Дианой, поддержали бы? Никогда в это не поверю.

Суть команды заключалась в том, что все сотрудники напоминали слаженный механизм, который работал на взаимопонимании и доверии. Главная проблема заключалась в том, что я никогда не могла стать одной из деталей, имеющей значение. За время работы в Норладсе меня переводили из команды в команду, потому что налаживать отношения с другими – не лучшая моя сторона. В команде Виктории я работала дольше всего только потому, что начальница не была готова отказаться от моих навыков. Поэтому она всегда вставала на мою сторону и закрывала глаза на все конфликтные ситуации.

Ей было важно добиться успеха. Частично успех зависел от меня. Виктория без зазрения совести поставила на мне невидимое клеймо, из-за которого другие руководители даже не пытались предложить мне перевод. Возможно, никто из них их не хотел. Не все были готовы терпеть выходки «рыжей фурии» ради успеха игр.

Размышления прервал звук приехавшего лифта.

Где-то в отдалении я услышала стук каблуков и не успела вовремя нажать на кнопку, когда из-за угла показалась Рошель. Этот рабочий день не мог закончиться еще ужаснее.

Мысленно я напомнила себе уходить с работы через черный вход, если Жаклин вдруг снова отпустит нас пораньше.

Рошель довольно улыбнулась, постучала пальцами по кнопкам лифта и только потом нажала на нужный этаж.

– Вчера во время обсуждения игры мы говорили о тебе, – начала она. – Признаюсь честно, это были ужасные пару минут.

– Удивлена, что ты это выдержала.

– Оказывается, Жаклин похвалила тебя на собрании руководителей. Я впервые слышала, чтобы кто-то считал твои недостатки достоинствами.

Предательское чувство благодарности смешалось с подозрением, которое преследовало меня на протяжении всей работы в Норладсе. Я не позволила ни единой эмоции проступить на лице, раздражая Рошель еще больше, а сама пыталась понять, зачем Жаклин хвалить меня? Я работала в ее команде только пару дней.

– Она поблагодарила Викторию, что та перевела тебя. Я не знала, что Жаклин уже давно хотела переманить тебя в свою команду.

«Знаешь, Шейлин, я ведь действительно рада, что такой талантливый сценарист присоединился к моей команде».

– Это совсем неудивительно, что ты приглянулась той неуравновешенной. – Рошель начала разглядывать длинные красные ногти. – Никогда не забуду, как она заставила своих сотрудников участвовать в благотворительной акции против вырубки лесов и выйти на улицу с плакатами.

Пока Рошель вспоминала безумные выходки Жаклин Хобс, я старалась сдержать внезапно возникший гнев внутри. Может, новый руководитель произвел на меня слишком хорошее впечатление? Может, я не ожидала, что Жаклин ждала моего появления в своей команде и даже хвалила на собрании?

Никто никогда не делал для меня чего-то такого.

– Эй, Шейлин. – Рошель вдруг оказалась почти вплотную ко мне. – Ты сегодня оказалась права. Без тебя вся наша команда останется без щедрого вознаграждения, поэтому не забывайся, понятно? Мне было приятно получать премию, пока ты надрывалась сверхурочно и выпрыгивала из штанов, чтобы хорошо выполнить свою работу. Так что быстрее делай из ущербной любовной новеллы шедевр и возвращайся к нам. – Рошель понизила голос, когда двери лифта открылись. – Наша команда, так и быть, потерпит твои выходки в будущем.

Я не позволила ей сказать мне что-то еще, выскочила из лифта и поехала домой на такси, не переставая сжимать лямки сумки ни на минуту. Сегодняшний день по праву считался самым отвратительным из всех за последние три месяца. Он мог стать днем, когда меня посадили бы в тюрьму за двойное убийство. Нет. За тройное. Вместе с Рошель и Дианой следовало бы избавиться и от Жаклин Хобс, которая вводила меня в заблуждение своим поведением и выбивала почву из-под ног.

Дома я выпила бокал вина залпом, бросила в рот кусок сыра и снова несколько секунд кричала в подушку. Лучшего способа избавиться от внутреннего напряжения не было. Через пять минут бокал снова наполнился вином, а моя голова – мыслями о довольно ущербной ситуации, в которой я оказалась.

Так и хотелось позвонить маме и сказать: «Видишь, я работаю в компании своей мечты. Работаю с людьми, которые меня ненавидят».

Я уселась на кровать с ноутбуком, желая потратить энергию на работу, но случайно открыла папку со старыми фотографиями. Ладно. Возможно, это было не случайно. Иногда я специально просматривала снимки со времен старшей школы и университета, чтобы напомнить себе, что осталось позади.

И речь шла не о длинных насыщенно рыжих волосах, которые уже третий год едва касались лопаток. И не о голубых глаза с блеском, присущим наивной дурехе, не знающей жизни. Речь шла о людях, воспоминаниях, возможностях. О старой версии меня, которая сломалась. Которую сломали.

Ближе к восьми часам вечера мне вдруг позвонила Жаклин. Я слегка перебрала с алкоголем и попыталась сделать так, чтобы новый руководитель ничего не заметил.

– Слушаю.

– Шейлин, прошу прощения за поздний звонок. Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете? Я не думала, что ситуация с Дианой выйдет из-под контроля.

Я глянула на пустую бутылку вина и новую рядом и подумала, что в данный момент ситуация тоже особо не была под контролем.

– Все в порядке.

– В качестве извинений, я кое-что отправила вам. Курьер скоро должен приехать.

Своим пьяным мозгом я не успела ничего предпринять: в дверь позвонили. На пороге стоял молодой парень с небольшой коробочкой в руках. Пока я криво расписывалась, Жаклин решила рассказать мне о своем внезапном подарке.

– Это символ всех сотрудников, которые работают под моим началом. Буду благодарна, если завтра вы наденете его. Возможно, таким образом у нас получится помирить вас с Дианой.

«Я не хочу мириться с Дианой. Мне ничего от вас не нужно».

Я не успевала за словами Жаклин, а когда пришла пора отвечать, начальница уже отключилась. Она снова ворвалась в мой пузырь спокойствия и все там переворошила.

Внутри коробочки лежала тонкая цепочка с кулоном в форме ключа, а под ними – записка.

«Я открою последнюю дверь».

Жаклин ничего не сказала про таинственное послание, которое не задержалось в моей голове даже на несколько секунд. Я отставила коробочку в сторону и направилась к кровати, по пути натягивая цепочку на шею.

«Зачем тебе это, Шейлин? – думала я, залезая под одеяло. – Ты же не хочешь быть частью команды».

Или хочешь..?

Я позволила усталости захватить сознание. Фотографии на ноутбуке, которые перелистывались в формате слайд-шоу, продолжали мелькать на экране. Какое-то время я непрерывно смотрела на прошлую себя в окружении жестоких людей, а потом замоталась в одеяло и закрыла глаза.

«Пока мир плохо относится к тебе, относись к нему плохо в ответ».

Глупое убеждение, которому я следовала, когда-то изменило мою жизнь. Оно избавилось от всех людей, которые пытались воспользоваться мной. Вернее, оно избавилось вообще ото всех. Я осталась одна в своем собственном мире и никогда не сожалела о своем выборе. Но сейчас, в эту самую минуту, пока сон медленно затягивал меня в свой мир, я испытала легкое сожаление.

«Неужели мне следовало отказаться от всего на свете, чтобы быть счастливой?».

♡♡♡

Когда я открыла глаза ранним утром, с потолка на меня смотрел нежный цветочный рисунок в оранжевых и красных оттенках. В комнате пахло сладким ненавязчивым цветочным ароматом. Через приоткрытое балконное окно слышался звук газонокосилки.

Голова жутко болела после вечерней попойки. Следовало хотя бы позвать Полин, чтобы не чувствовать себя алкоголиком неудачником, который не может вовремя остановиться.

Перекатившись к тумбочке, я хотела посмотреть на время, но тут моя рука замерла.

Во-первых, на потолке в моей комнате не было цветочного рисунка. Я ненавидела цветы. Во-вторых, у меня не было балкона, а под домом росли только деревья и кусты, которые не нуждались в газонокосилке. В конце концов, моя кровать не была настолько большой, чтобы я могла перекатиться на ней до тумбочки и с грохотом не рухнуть на пол.

Я медленно обвела взглядом гигантскую комнату, разделенную на части сквозными стеллажами и колоннами, уделила внимание углу с цветами и туалетному столу, заставленному косметикой. Взгляд цеплялся за настенные картины, книги, вещи, аккуратной стопкой лежащие на белом комоде, за гирлянду, украшающую фотографии над рабочим столом.

Какой вывод из этого следовал?

Вывод был таким, что я, каким-то невообразимым образом, проснулась не у себя дома.

ГЛАВА 4. ВЕРОЯТНОСТЬ ИСТИННОЙ ЛЮБВИ

Правило любовной новеллы №4: даже самые неприятные сюжетные повороты могут благоприятно сказаться на истории.

Белоснежные часы над одной из дверей показывали половину восьмого утра. Это единственная вещь, в которой я была на сто процентов уверена в данный момент.

Мозг лихорадочно искал причины появления в незнакомом месте. Чтобы не позволить ему запаниковать, я вскочила с кровати с мягким светло-коричневыми изголовьем, и, пошатываясь, прошла в центр комнаты.

На мне была надета шелковая бежевая пижама. Красивые длинные ногти, выкрашенные в натуральный оттенок, больше не имели ничего общего с обрубками, которыми я светила на весь мир до этого. А мои волосы… Я перекинула их на сторону и увидела, что они стали длиннее. Прямо как в школьные времена.

Неужели после вина мой мозг отключился и перестал контролировать тело? Неужели я не справилась с напряжением из-за работы и пустилась во все тяжкие? Приехала в какой-нибудь клуб, подцепила доступного парня и поехала к нему, а перед этим заскочила в салон красоты и нарастила себе волосы?

Я еще раз огляделась. Не хотелось быть стереотипной, но комната вряд ли принадлежала парню. И дело было не только в пушистых белоснежных коврах на полу, ряду красивых статуэток мифических существ на верхней полке книжного стеллажа или изобилию косметики на туалетном столике. Повсюду витала женская энергия. Каждый уголок комнаты был пропитан любовью и заботой. Кто бы здесь ни жил, этот человек вкладывал много сил, чтобы комната стала для него островком безопасности и комфорта.

Одна дверь в дальней стене была больше остальных, поэтому я предположила, что за ней находился выход в коридор.

И что мне делать?

В замешательстве я продолжала осматриваться, замерев на одном месте. Возле окна с широким подоконником стоял небольшой диванчик с фигурной спинкой и множеством маленьких подушек, а рядом – стеллаж с книгами, журналами и блокнотами.

Прямо за мной находилась дверь, возле которой было углубление. Осторожно включив свет, я заглянула внутрь и присвистнула. Огромная гардеробная, по размерам как моя комната дома, поделенная на несколько отсеков, вмещала в себя неприличное количество одежды, обуви и украшений. В ближайшем шкафу за стеклом висели платья, начиная от легких летних и заканчивая вечерними, расшитыми камнями и цветами.

На верхних рядах в прозрачных чехлах стояли сумки. Я не была знатоком моды, но точно могла сказать, что большая их часть могла обеспечить меня на тридцать лет вперед. Про украшения, лежащие на специальных пьедесталах с мягким покрытием, не стоило и говорить.

Кажется, я оказалась в гостях у очень-очень богатой девушки. Оставалось понять, как меня сюда вообще занесло.

За колонной возле высокого книжного стеллажа находился рабочий стол, который я заметила раньше. Хотелось подойти и рассмотреть фотографии над ним, но невидимая сила не позволяла мне сдвинуться с места.

У второго окна стоял большой красивый аквариум с красными и желтыми рыбками, мирно плавающими из одной стороны в другую. Стало чуточку легче дышать. У меня дома тоже был аквариум, и это совпадение как будто сделало ситуацию не такой страшной.

Правда, ненадолго.

Накрыло резкое чувство тревоги, а потом в дверь, которая по моему мнению вела в коридор, аккуратно постучали.

– Мисс Фридман, вы уже проснулись? – послышался взрослый женский голос.

Я в ужасе заметалась по комнате, не зная, куда себя деть. Хоть кто-нибудь знает, что сегодня в доме была гостья? Что в этой комнате ночевала я? Судя по тому, что спрашивали хозяйку комнаты, нет. Я споткнулась о пуфик у кровати и подбежала к окну.

– Госпожа?

Комната находилась на втором этаже. Благо под окнами был бассейн. Если я прыгну и быстро вылезу из воды, то смогу добежать до забора, который… был слишком высоким, чтобы так легко через него перелезть.

Я могла бы спрятаться за теми высокими деревьями и выждать подходящий момент для побега.

Никакой другой план мне в голову не пришел, поэтому я резко дернула окно и застонала от досады. Оно оказалось закрыто.

Паника быстро накатила волной, вызывая мурашки на спине и у корней волос, когда дверь открылась.

Стоит придумать оправдание. Объяснить, что я понятия не имею, как сюда попала. Что я весело провела время с хозяйкой комнаты и оказалась здесь.

На пороге показалась невысокая женщина с седыми волосами, убранными в низкий пучок. На ней был строгий классический костюм и туфли на широком каблуке.

– Госпожа. Вы не слышали, как я звала вас?

До того как я успела что-то ответить, женщина отошла в сторону, пропуская в комнату двух девушек со светлыми волосами в одинаковых черных платьях и кружевных фартуках.

Одна катила перед собой поднос на колесах из трех секций, на которых стояли тарелки с маленькими бутербродами и пирожными и чайник с двумя чашками. Запах был восхитительным, но я не позволила голодным спазмам задурманить мне разум.

Ты все еще находишься в чужом доме, Шейлин Картер.

Вторая девушка внесла какую-то одежду в белых чехлах и отнесла их в гардеробную.

– Ваши платья привезли из химчистки. Мы все проверили, так что можете не переживать. – Женщина кивнула девушкам, и те покинули комнату. – Звонила мисс Кид и предупредила, что скоро зайдет. Она выразила негодование по поводу того, что снова не дозвонилась до вас. Мы подготовили закуски на двоих, чтобы вы не отвлекались.

Интересно, я выглядела как идиотка или как полная идиотка? Кажется, эта женщина не замечала округленных от удивления глаз, приоткрытого рта и потерянного вида, который я не пыталась скрыть.

– Звонила ваша мама. Просила передать, что они не успеют приехать сегодня, но точно будут на званом вечере через два дня, чтобы сопровождать вас. Платье и украшения готовы. Стилист приедет в семь утра. Вам нужна моя помощь?

Пока незнакомка разговаривала, я смотрела на большие карие глаза, подведенные тонкими стрелками, паутинку морщин, которые ничуть не портили возрастную красоту, и поджатые губы, свидетельствующие о том, что она смотрела на кого-то, кто иногда доставляет проблемы.

– Нет, – выдавила я.

– Я позову вашего охранника. Он сообщит расписание на сегодня. Хорошего утра.

Сухое пожелание меня ничуть не огорчило. Наоборот, когда женщина закрыла за собой дверь, я громко выдохнула.

Что. Здесь. Происходит?

Еда на подносе манила своим аппетитным видом и запахом. Я сглотнула, борясь с желанием схватить хотя бы один бутерброд. Нет! Нельзя.

Я шагнула назад, подальше от еды, и встала напротив рабочего стола. Глаза блуждали по неизвестным мне заметкам на пробковой доске, ноутбуку и стопке документов. Где-то внизу громко закрылась дверь. Я дернулась и уже собиралась хотя бы у кого-то выведать информацию, когда мое внимание привлекли фотографии.

Те самые, которые до этого почему-то напрягли меня больше всего. И не зря. Я издала невнятный гортанный звук и закрыла рот обеими ладонями. Еще немного – и оттуда сорвался бы крик.

С фотографий на меня смотрела… я сама.

В школьной форме у фонтана. В бальном платье с красавчиком брюнетом и счастливой улыбкой. С букетом воздушных шариков на какой-то лужайке. В большой компании людей, окруживших меня по кругу.

Да, это точно была я.

Один момент…

Этого не было в моей жизни.

– Что за черт?!

Я сорвала первую попавшуюся фотографию, на которой была изображена в свитере и чашкой кофе в руках. Могу поклясться, что никогда не улыбалась так, даже в самые счастливые периоды своей жизни. Девушка на фотографии существовала в светлом, полном любви мире. Не в том, где жила я.

Итак. Я попала в аварию? Перебрала с алкоголем и впала в алкогольную кому? Умерла от проклятия, которое на меня наслали Рошель и Диана?

Гадая, что за жуткие галлюцинации заменили мне реальность, я просматривала все фотографии, а потом посмотрела на заметки на доске. Все тело моментально окаменело.

Среди записей, которые явно имели какое-то значение, на одной бумажке по центру оранжевым маркером были выведены три слова.

Вероятность истинной любви.

Та женщина обратилась ко мне «мисс Фридман», а прийти должна была «мисс Кид». Именно такие фамилии имели две героини из новеллы, над которой я работала.

Мисс Фридман.

Это я?!

– Нееет, – я растянула гласный звук и нервно засмеялась, глядя на надпись. – Это настоящее безумие.

Дверь в комнату снова открылась. Я медленно обернулась, сжима фотографию и глядя на высокого красивого парня с черными короткими волосами, в черном классическом костюме, лаковых начищенных туфлях и с пистолетом, висящим на поясе, часть которого я заметила, когда парень потянулся закрыть дверь.

– Доброе утро госпожа. – Он кивнул. – Хорошо спали?

– Просто чудесно.

Дрожащая рука вернула фотографию на место.

Все-таки алкогольная кома. Видимо, я сильно напилась перед сном, думая о своей работе. Что могло быть хуже, чем попасть в новеллу про любовь в своем подсознании?

– Нужна ли вам моя помощь? – вежливо спросил парень красивым мелодичным голосом.

– Нет, – ответила я. Потом добавила тихо: – Мисс Фридман помощь точно не нужна.

– Кажется, возникло недоразумение. – Послышалось сзади. – Я должен помочь не мисс Фридман, а мисс Картер. Это ведь вы?

Хватило секунды, чтобы я обработала сказанные им слова. На этот раз я развернулась быстро, ударив себя волосами по лицу.

– Что ты сказал?

Парень убрал руки назад, вставая ровнее, и сказал:

– Позвольте представиться, госпожа. Меня зовут Барт. Я ваш охранник и сопровождающий по этому миру. Добро пожаловать в «Вероятность истинной любви».

Я не выдержала и засмеялась над безумным заявлением, и хоть Барт оставался спокойным и сосредоточенным, я изо всех сил отгоняла от себя мысли, что что-то такое могло произойти в реальности.

– Подожди, – вдруг сказала я, застывая. – Барт? Голосовой помощник с подсказками?

Парень кивнул.

– Я тебе не верю.

– Чем быстрее вы поверите мне, тем быстрее мы приступим к прохождению игры и вернем вас домой.

Я с прищуром посмотрела на Барта, выискивая намеки на улыбку. Ждала, пока он выдаст в себе актера и скажет, что все это просто спектакль. Я даже была готова покаяться в своих грехах и извиниться перед Дианой, если этот фарс закончится побыстрее.

Но Барт продолжал неподвижно стоять на месте, закрывая собой дверь.

– И почему, позволь узнать, я оказалась в любовной новелле? – ехидно спросила я.

– Потому что так решила госпожа Хобс.

Меня словно ударили палкой по голове. Все нервы среагировали на слова, сказанные монотонным голосом, и в мыслях пронесся наш с Жаклин недавний разговор.

– К завтрашнему вечеру я вышлю тебе на почту всю информацию о главных героях.

– Вы придумали, кем они будут?

– Да. Только что.

– Мисс Хобс выбрала вас на роль главной героини. Понимаю, что это звучит безумно, но все, происходящее вокруг, реально.

Не дожидаясь, пока Барт скажет что-то еще, я снова подскочила к окну и на этот раз открыла нужную створку. За территорией дома, сквозь пышные деревья с сочной густой листвой, виднелись крыши особняков, а за ними – верхушки высоток и небоскребов.

Белоснежные облака, не торопясь, плыли по ярко-голубому небу и сопровождали стаи птиц, летящих к солнцу. Я была городским жителем до мозга костей, который излазил Чикаго вдоль и поперек, поэтому с уверенностью могла сказать, что раскинувшаяся передо мной картина – не то, что я видела каждый день.

– Где я? Что это за город?

– Деонт.

– А страна?

– Соединенные Штаты Америки.

– Нет в Америке такого города, – заявила я, хотя было глупо рассчитывать на свои географические познания.

– В реальном мире нет. Но в мире новеллы есть. И прямо сейчас вы находитесь в нем.

Я схватила со стола бежевый мобильный телефон, разблокировала его и уставилась на геолокацию на главном экране.

Деонт, 1 июня

Одновременно меня поразили две вещи. Во-первых, нужно было хорошо напрячься, чтобы добавить в геолокацию несуществующий город. Во-вторых, я только что разблокировала чужой телефон. Пальцы сами провели по экрану в нужных местах. На обратной стороне под прозрачным чехлом была моя фотография на фоне большой сцены в лучах прожекторов.

Даже телефон убеждал меня в том, что все в этой комнате принадлежало мне. Нет. Принадлежало героине, которой я вдруг стала.

– Ты знаешь, почему Жаклин выбрала меня?

Барт покачал головой.

– Как я могу вернуться домой? – спросила я, предполагая, что происходящее хоть отдаленно может быть правдой.

– Пройти игру.

Какую игру? Ту самую, сюжет которой я не придумала до конца? Игру, в которой, по словам Жаклин, существовало свыше тридцати различных концовок?

– В вашем телефоне установлено специальное приложение с заметками. Там вы найдете всю необходимую информацию и сможете дополнять ее по мере прохождения сюжета.

– Ты говоришь так, будто я тебе поверила, – сказала я, а сама полезла в приложение с изображением оранжевой розы и золотых блесток.

Здесь были анкеты персонажей, важные заметки, секретные выборы, информация о мире и еще несколько разделов. Я тут же открыла анкеты персонажей, но обнаружила там пустоту.

– А вы еще не поверили? – удивился Барт. – Вам стоит с этим поторопиться.

– Почему?

– Потому что игра уже началась.

Страх сильной хваткой сжал мне горло. На секунду в глаза потемнело и стало трудно дышать.

– Я…

– Госпожа! – послышался голос той самой женщины из коридора. – Пришла мисс Кид!

Я снова запаниковала и придвинулась поближе к Барту.

– Вы можете не беспокоиться, госпожа. В этой игре только я знаю, что происходит. Остальные персонажи следуют правилам игры и подстраиваются под принятые вами решения.

У меня не было времени, чтобы переварить его слова. Дверь резко распахнулась.

– Я в силах открыть дверь сама, Мэгги. Не стесняйся заниматься своими делами!

Не знаю, чем я удивилась больше: тому, что в этой комнате очень прочная дверь, или тому, что на пороге оказалась моя бывшая подруга.

– Леона? – изумилась я.

Девушка прошествовала мимо, села за небольшой круглый стол у угла с цветами, положила солнцезащитные очки на стол рядом с едой и уставилась на меня.

– Ты ждала кого-то другого?

Я не успела ответить, потому что мой телефон издал звук входящего уведомления. Барт подошел поближе и тихо, чтобы Леона не услышала, сказал:

– Прочитайте.

Я нажала на значок игры на главном экране, и приложение перебросило меня в раздел с анкетами. На этот раз вместо пустоты там появилась фотография Леоны, на которую я тут же тыкнула.

Имя: Леона Кид

Статус: лучшая подруга

Возраст: 23 года

День рождения: 2 декабря

Семья: Митчелл и Джоана Кид (родители), Стивен (младший брат)

Увлечения: скрипка, волейбол, тусовки, единоборства

Сильные стороны: общительная, всегда придет на помощь, хорошая память

Слабые стороны: может ударить человека

Интересные факты:

В старшей школе выиграла конкурс красоты и выбросила награду, потому что участвовать ее заставила мама. Плохо ладит с отцом. Не может определиться, в каком направлении хочет работать, поэтому пробует все и сразу. Занимается благотворительностью в самом крупном в Деонте приюте для животных…

Я пролистала еще вниз и поняла, что информации про Леону так много, что читать все пришлось бы до самого вечера.

– Леона ваша лучшая подруга, – шепнул Барт. – Поэтому вы так много про нее знаете.

Получается, информация в этом приложении соответствует знаниям героини истории? Стоп. Почему я так легко это приняла?

– Обожаю Мэгги, – сказала Леона, снимая кожаную куртку. – Она всегда знает, какие сладости я люблю.

По-хозяйски Леона налила себе чай, взяла пирожное и ложкой отломила приличный кусок. Пока девушка наслаждалась утренней трапезой, я замерла в ожидании, разглядывая ее.

Леона никогда не приняла бы участие в этом цирке. Значит ли это, что происходящее…

– Почему ты так смотришь? – спросила Леона. – Будто призрака увидела.

– Так и есть.

– Что?

Я покачала головой. Леона пожала плечами и вернулась к поеданию пирожного. Для нее все выглядело реальным и обычным. А вот я боролась с тупой болью в голове, возникшей из-за бурных размышлений.

– Где был твой телефон? Я звонила все утро.

– Кажется, я немного перебрала перед сном.

– Серьезно? Почему не позвонила? Я бы с удовольствием составила компанию.

Барт одобрительно кивнул мне. По его мнению, я все делала правильно.

– Поедем к Эммету в кофейню? – спросила Леона. – Он пригласил нас на завтрак.

Прежде, чем я успела ответить, перед глазами пронеслись картинки здания где-то в центре города с неоновой вывеской «Шарм» и огромными панорамными окнами, сквозь которые проступали силуэты людей, сидящих за столами и барной стойкой.

Кто такой Эммет?

– Я подготовлю машину для поездки, – сказал мой «голосовой помощник».

– Ты просто душка, Барт! – Леона послала ему воздушный поцелуй. – Самый лучший водитель в моей жизни.

Я дернулась, хватая Барта за руку.

– Не оставляй меня здесь, – прошипела я. – Что прикажешь делать?

– Играть.

– Чего?

Барт высвободил свою руку из моей хватки и ободряюще похлопал по плечам.

– Представьте, что играете в новеллу. Просто следуйте по сюжету.

– Сюжет этой новеллы не был проработан до конца.

Господи, да он же даже на треть не был проработан.

– Тогда создайте свой собственный сюжет.

Барт улыбнулся и вышел из комнаты, оставляя меня один на один с Леоной.

– Ты же не против поехать? – Леона постучала пальцами по столу. – Эммет мне все уши прожужжал, что мы кинули его два дня назад, и теперь требует расплаты.

Мой телефон снова звякнул.

– Да, хорошо, – ответила я и полезла в приложение.

Имя: Эммет Гарнер

Статус: лучший друг

Возраст: 24 года

Остальную информацию я не успела прочитать из-за Леоны. Девушка довольно застонала, откидываясь на спинку стула. Длинные черные волосы повисли сзади, переливаясь в лучах солнца.

Почему-то глядя на нее, я ощутила волну спокойствия, которая выровняла мое дыхание и сделала нынешнюю ситуацию не такой страшной.

Я медленно подошла к столу и села напротив, воспроизводя в голове образ Леоны из реальности. Сдержанная и постоянно сосредоточенная. Она не тратила лишние эмоции, не позволяла людям подходить к себе слишком близко и держала всех на одинаковом расстоянии. Ничего общего с девушкой напротив.

Эта Леона позволяла легкой счастливой улыбке растянуться по лицу, пока глаза бегали по экрану телефона. Она расслабленно сидела на мягком стуле, непринужденно мотала ногой под столом.

Но после я вспомнила Леону, с которой познакомилась на первом курсе университета… Да. Именно такой она и была, пока учеба не раскидала нас по разным углам.

– У тебя точно все хорошо? Выглядишь потерянной.

– Странный сон приснился.

– Да? Какой?

Откуда-то в моей голове появилась информация, что Леона любила говорить про сны, поэтому я ответила:

– Я работала сценаристом в компании по разработке игр и попала в одну историю, к которой придумывала сюжет.

– Вау. Это гораздо интереснее всего, что тебе снилось до этого. – Леона задумчиво постучала пальцами по подбородку. – Интересно. Как думаешь, что значит этот сон?

Что я свихнулась?

– Не знаю.

– Тебе нужно отдохнуть. Ты слишком много нервничаешь в последнее время. – Леона вскочила с места, натянула поверх черной обтягивающей майки куртку и схватила меня за руку. – Пойдем. У Эммета талант поднимать нам настроение. Позволь этому клоуну сделать твой день чуточку лучше.

Чувствуя, что выбора особо не было, я позволила Леоне вытянуть меня из комнаты.

ГЛАВА 5. СУДЬБОНОСНЫЙ ЗВОН

Правило любовной новеллы №5: во время прохождения игры игроки могут слышать звон колокольчиков. Он означает приближение выбора, который повлияет на сюжет.

Перед центральным входом, прямо у большого фонтана, стояло два одинаковых тонированных автомобиля. Вокруг них сновали мужчины и женщины в классических черных костюмах. Судя по тому, как они одновременно повернули головы в нашем направлении, это была охрана.

Барт стоял у первой машины рядом с высокой женщиной с белоснежными короткими волосами. Он не вел себя как человек, который знал о присутствии кого-то постороннего в этом мире.

А была ли я посторонней?

Пообещав не думать об этом слишком много, я спустилась по ступенькам из белого мрамора. До того как Леона вытащила меня из комнаты, пришлось быстро переодеться. Вся одежда Шейлин Фридман была дорогой и далекой от простых вещей, которые я привыкла носить.

Белые брюки клеш и светло-коричневая блузка с широкими рукавами только на первый взгляд казались обычными. Мне было достаточно прикоснуться к ткани, чтобы понять – качественнее вещи я никогда в своей жизни не трогала. Почти вся обувь в моем новом гардеробе состояла из каблуков, и я еле нашла обычные плетеные босоножки.

В сторону туалетного столика и целого стеллажа с украшениями я даже не посмотрела. У меня не было ни времени, ни желания прихорашиваться.

Как бы сильно Леона не хотела поехать со мной в одной машине, ей не дали такой возможности. Бородатый мужчина перехватил девушку на полпути и не позволил пройти дальше.

– Я хочу поехать с Шей.

– Простите, мисс Кид, но мне дали четкие указания. – Он посмотрел на вторую машину. – Пожалуйста, не усложняйте нам задачу. Ваш отец будет недоволен, если вы снова создадите неудобную ситуацию.

– Госпожа. – Барт появился рядом и указал рукой в сторону. – Позвольте я помогу вам.

На секунду мне показалось, что это обычная ситуация, происходящая со мной почти каждый день. Разговор с Бартом. Машина с охраной. Поездка куда-то. Встреча с друзьями.

Я моргнула, стряхивая наваждение. Барт открыл дверь автомобиля и помог сесть. Внутри приятно пахло кожей и цитрусовым освежителем, и я даже смогла вытянуть ноги вперед, не встретив препятствия в виде сидения.

Леона продолжала громко спорить со своей охраной, но не мешала им вести себя к своему автомобилю. Она не смела идти против после упоминания отца, и подумав об этом ещё немного, я как будто вспомнила ситуацию из прошлого.

Леона в красивом платье посреди пустого бального зала стоит напротив взрослого мужчины. Я прячусь за большой колонной. Мужчина громко отсчитывает Леону, и мне кажется, что он вот-вот занесет руку для удара.

– Ты меня разочаровала. Не такую дочь я хотел.

Воспоминание расплылось, будто кто-то вылил воду на холст со свежим рисунком, и потом я увидела Барта в зеркале заднего вида.

– Вы готовы ехать?

От простого вопроса я почему-то напряглась. Сложилось впечатление, словно ситуация не находилась под моим контролем.

– Да.

– Я попросил Морган поехать в другой машине, чтобы вы не чувствовали дискомфорт. – Барт тронулся с места и направил автомобиль вниз по дороге, прямиком к высоким воротам, которые разъехались в стороны. – Если хотите, можете задавать вопросы. Я постараюсь ответить на все.

Стоило сначала их записать.

Я поддалась вперед и постаралась выцепить из мыслей хотя бы один, но с каждой минутой ситуация переставала быть в моих глазах настолько абсурдной, а вымышленный мир – пугающим.

Глупо снова спрашивать об окончании игры. Барт сказал, что я должна пройти ее до конца.

– Со мной происходило что-то странное сегодня. Когда я разговаривала с Леоной. Как будто в голове появлялись воспоминания, которые мне не принадлежат, но я все равно ощущаю себя так, словно проживала их.

– Представьте, что этот мир и эта же жизнь существуют в реальности. Вы стали героиней, у которой есть своя история. Рассматривайте это как потерю памяти, которая постепенно будет заполняться недостающими фрагментами.

– Будет ли как-то характер и прошлое этой Шейлин влиять на меня?

– Нет. Вы можете делать выборы, исходя из своих собственных убеждений. А можете следовать истории, полагаясь на мироощущение игровой Шейлин. Помните, что в новелле множество различных концовок. Они нужны как раз для того, чтобы каждый мог прийти к тому, что он желает больше всего.

Однажды я играла в любовную новеллу на втором курсе университета, потому что нам задали проанализировать сюжет и диалоги. Главная героиня была похожа на белый лист без серьезных стремлений, особенностей характера и установок. Все, что она делала в ходе игры – это развивалась так, как хотела я.

В итоге, скромная девушка из бедной семьи превратилась в уверенную в себе рок-звезду с миллионной толпой фанатов, ежемесячными гастролями и огромной популярностью.

Моя соседка вышла на другую концовку, сделав из главной героини музыкального агента. Еще один студент выбрал мирную и тихую жизнь без музыки, отдав предпочтение прочим увлечениям героини.

– То есть, если Шейлин когда-то хотела увеличить губы, мне необязательно это делать?

– Вы правы.

– Что касается смерти? – спросила я, высунув голову между двумя передними сидениями. – Если я случайно выпрыгну из машины на полной скорости или выпаду из окна?

В тайне я понадеялась, что внезапная смерть станет окончанием игры и вернет меня домой, но все не могло быть так просто.

– Данная новелла не предусматривает смерть Шейлин Фридман в начале или середине истории, поэтому, в случае гибели, вы вернетесь в игру.

Не знаю, стоило мне обрадоваться или огорчиться этой новости. Пока я думала над этим, другая мысль агрессивно проталкивалась наружу.

– Минуту. Ты сказал, новелла не предусматривает смерть героини в начале или середине истории. Это значит, что Шейлин может умереть в конце?

– Среди стандартных концовок есть одна, в которой вы погибаете.

И таких концовок может стать больше, если я сделаю неправильные выборы. Чудесно.

– Ты знаешь о всех возможных концовках?

Барт кивнул.

– Ты можешь мне о них рассказать?

– А это вам поможет?

Нет, не поможет. Знание концовок не сделает прохождение игры легче. Это только усложнит мне задачу.

Я громко выдохнула и откинулась назад.

Господи, Шейлин. Почему ты позволяешь всему этому быть таким… нормальным?

Не думаю, что у меня был выбор, но как только мысли прояснялись, и я вспоминала, что именно происходило прямо сейчас, действительно хотелось выпрыгнуть из машины.

– Что же мне делать, – прошептала я.

Несмотря на то, что вопрос был риторическим, Барт все равно посчитал необходимым на него ответить.

– Пройти игру.

Я злобно глянула на него, а потом вся злость куда-то испарилась. Конечно. Пройти игру. Это ведь не должно быть так сложно. Я снова подвинулась к Барту.

– Значит, я просто должна дойти до одной из концовок и все?

– Или создать новую.

Создание новой концовки подразумевало, что я должна буду импровизировать или совершать выборы, не свойственные классическому прохождению игры. Лишние заботы мне были ни к чему. Как и проблемы, которые я всеми силами должна избегать.

– Что насчет фаворитов?

Все-таки, это была любовная новелла. Глупо рассчитывать, что отношения с мужскими героями обойдут меня стороной.

– Если вы хотите выйти на одну из известных концовок, придется кого-нибудь выбрать.

Я какое-то время смотрела в одну точку на лобовом стекле, прокручивая в голове полученную информацию. Мне стоит выбрать самый простой путь, а самый простой путь…

– Жених Шейлин.

Барт посмотрела на меня в зеркало заднего вида.

– Вы про Блейна Мэнсфилда?

– Да. В одной из концовок главная героиня выходит за него замуж без любви, потому что они договорились сделать это во благо семей, а не потому, что любили друг друга. Идеально.

Я восторженно воскликнула и снова откинулась назад.

Буду надеяться, что уже скоро я проснусь в своей квартире. На всякий случай даже схожу к психологу.

– Это будет самое скучное прохождение любовной новеллы из всех возможных. Никакой любви. Никаких интриг. Ничего интересного.

Как раз в тот момент, когда дышать от принятого решения стало легче, машина остановилась на широкой оживленной улице рядом с гигантским торговым центром. Я проигнорировала многозначительный взгляд Барта, к которому все-таки стоило присмотреться.

Часть первого этажа занимала кофейня под названием «Шарм». Судя по всему, мы приехали сюда.

Барт первым вышел из машины, открыл мне дверь, но Леона выскочила перед ним и потянула меня за руку.

– Как я ненавижу этот контроль, – прошипела она.

Барт и бородатый охранник Леоны последовали за нами ко входу в кофейню.

– Джек, могу я попросить тебя остаться снаружи? – попросила Леона у охранника.

– Нет.

Послышался скрип зубов, который быстро сменился голосами. Я вошла в помещение следом за Леоной и поняла, чем вдохновлялась Жаклин. Это место практически полностью повторяло кофейню на первом этаже Норладса.

Лофт стиль выглядел до боли знакомо и безопасно. Возле столов из темного дерева стояли металлические стулья с мягкими подушками. С потолка свисали простые люстры, а по стенам и колоннам тянулись гирлянды с теплым светом.

В кофейне для утра было подозрительно много людей, и не успела я поразмыслить над этим, как раздался оглушительный девичий крик.

Леона рядом ругнулась, несмотря на недовольный взгляд своего охранника.

Сделав шаг в сторону, я посмотрела на стойку и трех сотрудников кофейни, один из которых и вызвал такой ажиотаж.

Я нисколько не сомневалась, что красавчик бармен за кассой, с ослепительной улыбкой и множеством татуировок на руках, был Эмметом Гарнером. Толпа его фанаток выстроилась в очередь. Они заказывали все, на что попадал их взгляд, и были не против задержки, потому что наблюдать за приготовлением кофе стало для них всех жизненно необходимым.

– Вот же павлин, – буркнула Леона. – Шей, займи нам место. Я сама сделаю заказ.

По интонации и взгляду сложилось впечатление, что Леона разнесёт в пух и прах и это заведение, и бармена, который подыгрывал девушкам и открыто с ними флиртовал.

Барт предупредил, что останется у входа, чтобы дать мне больше пространства, а охранник Леоны предупредил, что будет следить за каждым ее движением. Я не стала спорить, быстро подбежала к столику возле колонны, обвитой живыми цветами, и полезла в телефон. Одновременно с этим пришло уведомление из приложения.

Имя: Эммет Гарнер

Статус: лучший друг, возможный фаворит

Возраст: 24 года

День рождения: 10 июня

Семья: Лонс и Стефани Гарнер (родители), Эллен (сестра-близнец), Ханна и Сьюзен (младшие сестры)

Увлечения: бокс, мотоциклы, готовка, рок-музыка

Сильные стороны: преданный, всегда встает на защиту своих

Слабые стороны: наглый, влезает в драки

Интересные факты:

Был наследником крупной строительной компании, но из-за серьезной ссоры с отцом перестал считаться членом семьи Гарнер и ушел из дома.

Работает в кофейне. В свободное время участвует в гонках…

Я должна смириться, что каждый потенциальный фаворит этой истории будет светиться своим очарованием и притягивать взгляды.

Пусть Эммет и не соответствовал моему типажу, его смуглая кожа, густые черные волосы, прикрывающие уши и шею, изобилие татуировок, пронзительные черные глаза и эта ухмылка, которую он ни на секунду не убирал со своего лица, просто не могли не делать его центром внимания.

Эммет знал, как влиял на женщин поблизости, и пользовался этим. Для справки: даже несколько дам в возрасте, сидящих в кофейне, бросали на него быстрые, но страстные взгляды.

Интересно, сколько из них приходят сюда под предлогом просто попить кофе?

– Вот засранец. – Леона резко появилась из-за угла с двумя чашками кофе. – Подмигнул мне, будто я одна из его фанаток.

– Ты и была одной из его фанаток, – вырвалось у меня.

На секунду я испугалась, что брошенная фраза будет неуместна в наших с Леоной новых отношениях, но девушка просто фыркнула.

– Это было до того как я открыла для себя мир привлекательных мужчин и поняла, что существуют кандидаты лучше павлина в кожаной куртке.

Видимо, мои слова были чем-то обычным, что игровая Шейлин действительно могла сказать.

Не прошло и секунды, как за моей спиной возникла фигура. Сильные мужские руки легли на плечи. Я почувствовала прикосновение губ к своей щеке, а потом услышала:

– Малышка Шей. Понравился кофе? Сделал для тебя самый лучший.

Эммет придвинул стул и уселся рядом со мной, соприкоснувшись плечом. От него пахло кофе и примесью разных сиропов. Что-то сладкое и фруктовое одновременно. Он уставился на меня, игнорируя Леону, и на какое-то время я выпала из реальности, разглядывая его.

Где, черт возьми, Жаклин взяла прототип Эммета в реальности? Где-то в моем мире и правда существует кто-то похожий на него?

– Шейлин, молю тебя, прекрати на него пялиться, – попросила Леона. – Не повышай его самооценку еще больше.

Эммет чем-то был похож на испанца за счет смуглой кожи и темных глаз.

Да, точно. Особенно на ту модель нижнего белья, фотографию которого Полин чуть не обслюнявила в прошлый раз.

От воспоминаний о кузине болезненно кольнуло в груди. Я быстро отвернулась, чтобы не выдать эмоции, но Эммет уже переключил свое внимание на Леону.

– Почему ты всегда появляешься в те дни, когда приходят мои преданные поклонницы? – В качестве подтверждения Эммет одной рукой размашисто помахал девушкам, покидающим кофейню, а второй – зачесал черные волосы назад. Раздались восторженные возгласы. – Некоторые из них тебя побаиваются.

– Поклонницы. Как же. – Леона закинула ногу на ногу, открывая вид на упругие бедра и худые икры. – Каждая из них в тайне надеется, что ты займёшься с ними сексом или покатаешь на своем байке.

– Я могу делать это одновременно.

Леона тут же дала парню подзатыльник.

Я удивилась, что у меня не возникло такого же желания.

В реальности я держалась подальше от чрезмерно самоуверенных и слишком красивых парней. Они знали себе цену и стремились добиться девушку любыми способами, были заядлыми нарушителями спокойствия и просто надоедливыми. Мне хватило первого курса университета, чтобы влюбиться в спокойную жизнь и не подпускать в нее кого-то как Эммет.

Но его поведение не вызывало у меня дискомфорта или недовольства. Я смотрела на Эммета, а мои губы все хотели расплыться в улыбке от мысли, что он ничуть не изменился со времен школы.

Воспоминания не нахлынули на меня волной, как в случае с Леоной, но я все равно чувствовала, что Эммет никогда не перейдет черту.

– Шей-Шей, придешь на концерт в это воскресенье? Гарантирую лучшие места.

– А меня ты не позовешь? – недовольно спросила Леона.

– Гарри уже пригласил тебя, так что не прибедняйся.

Быстро вспомнить о том, кто такой Гарри, у меня не вышло. Зато после вопроса Эммета начались слуховые галлюцинации. Я резко обернулась, услышав едва заметный звон колокольчиков, который нарастал с каждой секундой.

Барт разговаривал у входа с охранником Леоны, поэтому я не могла дать понять, что происходит что-то странное.

Колокольчики.

Говорила ли Жаклин что-то про колокольчики? Я не хотела относиться беспечно к чему-то, что имело отношение ко мне. Потому что ни Леона, ни Эммет, который в ожидании ответа смотрел мне прямо в глаза, точно ничего не слышали.

– В субботу будет званый вечер, помнишь? И родители Шей возвращаются, – напомнила Леона.

– Ууу. Надеюсь, они возвращаются без Белой королевы?

Кто такая Белая королева?

Надеясь, что Леона что-то объяснит, я не сразу заметила, что кожа на руках покрылась мурашкам. Упоминание незнакомки вызвало во всем теле дрожь и желание поскорее перестать думать об этой женщине. Я схватила чашку и отпила кофе, позволяя тому обжечь горло.

– Если она снова будет трепать тебе нервы, обязательно мне позвони. – Эммет чмокнул меня в щеку. – Сведем ее с ума вместе.

Он оставил нас через пять минут, когда из кухни показался главный администратор и попросил вернуться к работе. Леона громко вздохнула от облегчения.

– Иногда это утомляет.

Не могу сказать, что заметила на ее лице радости от того, что он ушел. Без Эммета стало пусто, и я предположила, что он был неотъемлемой частью нашей небольшой компании.

Леона принялась жаловаться на своего отца, а я периодически поглядывала на своего нового друга. Эммет ведь был одним из фаворитов этой истории. Кандидат, который в конце новеллы может держать меня за руку и называть своей.

За это короткое общение я не заметила, чтобы Эммет смотрел на меня как-то по-особенному или говорил со скрытым подтекстом. Да, он продолжал флиртовать с посетителями кофейни, но это не выглядело как что-то значимое.

Значит, сейчас между нами были обычные дружеские отношения. Значит, мои действия могут эти отношения изменить.

Через полчаса, когда мы ехали домой, Барт рассказал, что звон колокольчиков знаменует приближение выбора, который повлияет на сюжет. Чем звон громче, тем сильнее будут изменения.

Я услышала колокольчики после приглашения Эммета на концерт. Означает ли это, что согласие будет равносильно развитию наших романтических отношений?

Даже Барт не мог сказать, к чему именно приведут мои выборы, поэтому я приняла единственное правильное решение в данной ситуации.

Держаться подальше от выборов, которые сопровождаются звоном колокольчиков. И сконцентрироваться на своем женихе, а не на других фаворитах.

ГЛАВА 6. БОГАТАЯ ЖИЗНЬ

Правило любовной новеллы №6: Барт может предоставить любую информацию по миру новеллы, но не может отслеживать изменения отношений между героями.

Следующие два дня прошли для меня в сомнительном спокойствии, если это слово подходило для нынешней ситуации. Мир новеллы стал жестокой реальностью, в которой мне теперь придется существовать.

Барт сказал, что в конце истории появится дверь, открыть которую я смогу только с помощью ключа. Секундное замешательство сменилось пониманием. Я вспомнила последний подарок Жаклин перед своим путешествием в новеллу.

Кулон в форме ключа, который станет моим спасением. Полностью состоящий из серебра, он был украшен тремя драгоценными камнями на верхней части и переливался блестками в нижней.

Я плохо спала две ночи, подолгу разглядывая ключ, а днем блуждала по особняку в компании Барта, который проводил мне экскурсию. Некоторые сотрудники вопросительно косились в нашу сторону, но ни у кого из них не хватало духу задать вопросы вслух.

– Что это с молодой госпожой?

– Она кажется немного рассеянной.

Вы даже не представляете…

В конце концов, пристальное внимание к моей персоне испарялось, как только я встречалась взглядами с сотрудниками. Статус «молодой госпожи» пока что приносил одну пользу.

Утром первого дня я исследовала первый этаж. Меня хватило примерно на два часа, которых оказалось недостаточно, чтобы побывать во всех комнатах. Здесь был и огромный шикарный зал в темных тонах, в котором семья Фридман устраивала светские приемы и встречи с коллегами главы семейства. И небольшая гостевая комната, где встречались близкие друзья и члены семьи. Огромная кухня с изобилием ящиков, духовок, холодильников, где в основном обитали повара, а работники дома проводили свое свободное время. Мне было достаточно заглянуть туда всего один раз, чтобы поднять всех со стульев вокруг островка из тумб и навести суету. Рядом располагалась уютная гостиная с панорамными окнами, мягким ворсистым ковром, покрывающим весь пол, стеллажами с экзотическими цветами и стеклянной дверью, ведущей в сад.

В конце извилистого коридора находился кабинет мистера Фридмана, рабочая комната миссис Фридман и гигантская двухэтажная библиотека. Признаться честно, именно в ней я потратила больше всего времени, потому что покинуть это место, не излазив стеллажи и не потрогать книги, было просто невозможно.

Кабинет мистера Фридмана соседствовал с постоянно закрытой комнатой, в которой тот принимал своих гостей. Барт сказал, что даже у его жены не было туда доступа.

Как только мои ноги намекали на желание отдохнуть, я возвращалась к себе в комнату, изучала интернет и приложение «Вероятности истинной любви».

Благодаря этому картинка в моей голове начала проясняться.

Деонт территориально располагался во Флориде и считался вторым самым крупным городом Соединённых штатов. Я хмыкнула.

Бедный Лос-Анджелес, которого жестоко сдвинули со своего места.

Помимо прочего, Деонт был центром всего самого лучшего, самого желанного, самого богатого и самого невероятного не только в штате, но и на всем континенте. Начиная от гигантских развлекательных центров, в которые приезжали люди со всего света, и крупных компаний, контролирующих больше половины земного шара, заканчивая музыкальными лейблами, выпускающими каждый год успешных исполнителей, и огромными сельскохозяйственными угодьями, позволявшими поддерживать жизнь всего города.

Я смотрела изображения современных парков, оснащённых всем необходимым для комфортного времяпровождения, торговых центров, которые представляли собой целую сеть, раскинувшуюся на весь мир. В Деонте было тридцать шесть университетов и колледжей, почти полторы тысячи школ, поделенных по профилям, столько же больниц и тридцать научных центров, в которых проводили исследования в области медицины и физики.

Жители Деонта оценивали комфорт на все сто баллов. За пределами штата город называли «райским королевством».

Девяносто процентов студентов, окончивших университеты в других городах, возвращались обратно. А те, кто учился в Деонте, в основном занимали хорошие руководящие должности и особенно ценились на рынке труда.

Я листала фотографии с различных мероприятий, посвященных дню города, обычных районов на окраине и многолюдных улиц в центре и восхищалась воображению Жаклин и ее команды. Не сказать, что в реальном мире не существовало таких городов, но ощущая все это иначе и находясь в игре, я как будто смотрела на все другими глазами и удивлённо взирала на город, в котором действительно хотелось остаться.

Деонтом руководила «Эльтерра» – организация, состоящая из шести семей основателей, среди которых значилась и фамилия Фридман. Я присвистнула, когда моя новая семья показалась первой в списке, и долго вглядывалась в заголовок «Самые влиятельные люди Деонта».

Для главной героини все самое лучшее, да?

Жаклин как-то упоминала, что в семье Фридман будет развиваться своя собственная история. Значит, мне нужно быть предельно осторожной, чтобы упростить себе игру.

Родители Шейлин собирались отдать ее замуж за Блейна Мэнсфилда, семья которого руководила всеми научными центрами в Деонте и по всей Америке. Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться их воли.

Главное – дойти до конца игры и вернуться домой.

Всю информацию я рассматривала с точки зрения «как это повлияет на прохождение новеллы и создаст ли это проблемы». Придется быть милой, чтобы расположить к себе жениха? Я это сделаю. Быть ласковой и заботливой? Без проблем.

Это всего лишь игра, из которой я обязательно выйду победителем.

Дети семей основателей пересекались друг с другом только на официальных мероприятиях и старались держаться друг от друга подальше в обычной жизни из-за конкуренции и зависти. Мы с Леоной были исключением, а Эммет уже как три года выбыл из списка богатеньких наследников, поэтому дружба с ним не доставляла неприятностей. Именно поэтому Шейлин и Блейн до этого виделись только по несколько раз в год и их общение смело можно было назвать «сухая вежливость». Интересно и то, что эти знания я подчерпнула не из интернета или приложения, а из своей головы. Подобные особенности меня немного… пугали.

Во вторник я встала в семь утра и тут же уселась за компьютер, открыв вкладки двух своих «лучших друзей».

Леона Кид и Эммет Гарнер.

Мы прошли путь от занятий по этикету в детстве до элитной частной школы для богатеньких деток, и даже провели незабываемые два года в университете, пока Эммет не выбрал свой путь.

Наши отношения не ухудшились, но целый год мы с Леоной скрывали от своих семей, что продолжаем общаться с Эмметом. Мои родители, узнав об этом, не стали противиться, а вот родители Леоны до сих пор призывали дочь оборвать с ним все связи.

Разумеется, их никто не слушал.

В архиве ноутбука была целая папка с нашими фотографиями, и я помедлила, прежде чем ее открыть.

Счастливые и беззаботные.

Вместо того чтобы разглядывать Леону и Эммета, я снова смотрела на себя. Было что-то нереальное в широкой улыбке, счастливому взгляду и меланхоличному спокойствию, которое я излучала через снимок. По ту сторону на меня глядела незнакомка. Совершенно чужой человек, которым я когда-то очень хотела стать.

Где-то в девять утра в дверь постучал Барт.

– Госпожа. Вернулись ваши родители. Они ждут в гостевой комнате.

Уже в который раз за последние дни горло сдавило волнением. Только сейчас ощущения были сильнее. Я сказала себе, что буду плыть по течению, но это оказалось не так просто.

– Барт?

– Да, госпожа?

Я уставилась на него со своего места, не в силах сдвинуться. Даже если Барт был всего лишь вымышленным героем, в его глазах пробежало понимание.

– Не волнуйтесь, госпожа. Сконцентрируйтесь на своем плане и не бойтесь. Я вам помогу.

Этого было достаточно, чтобы я поднялась со стула, отбросила страх, и в компании Барта спустилась на первый этаж. Рико, наш дворецкий, открыл передо мной двустворчатые двери из светлого дерева.

Сначала я увидела ее.

У Дженессы Фридман были ярко-рыжие волосы, убранные в аккуратный высокий пучок и украшенные золотой заколкой с красным камнем посередине. Ее идеальной осанке, утонченным чертам лица выразительным голубым глазам и пухлым губам мог позавидовать любой. Я чуть не споткнулась, понимая, что передо мной стояла моя повзрослевшая версия. Занятно было и то, что эта женщина даже близко не была похожа на мою мать из реальности.

– Шейлин, – раздался мягкий голос у уха, когда миссис Фридман меня обняла. – Неделя без тебя была мучительной. Я безумно соскучилась по своей дочурке.

Мое тело одеревенело, глаза уставились в одну точку. Я не ожидала такого приветствия и, пока моя новая мама прижимала меня к себе, пыталась утихомирить сердцебиение.

Никогда… Мама никогда меня так не обнимала.

Я слишком поздно поняла, что руки продолжали висеть вдоль тела, что должно было выглядеть странно для дочери, скучающей по родителям. Миссис Фридман отстранилась, но как будто не заметила замешательства на моем лице. В груди стало тепло, что свидетельствовало о наличии между этими двумя сильной связи.

Когда миссис Фридман шагнула в сторону, я встретилась с внимательным взглядом высокого мужчины, который стоял посреди комнаты. Его каштановые волосы идеально сочетались со светло карими глазами, волевая челюсть – с широкой шеей и крепким телом, которое каким-то образом умудрились впихнуть в классический черный костюм.

Коллин Фридман не встретил меня так же горячо, как его супруга, но уголки его губ немного приподнялись, и он посмотрел на меня добрыми глазами, которые были характерны для любящих отцов.

– Здравствуй, Шейлин, – произнес он низким, по-настоящему мужским голосом.

Вместе с теплом я вдруг почувствовала странное волнение. Оно точно не принадлежало мне, и больше напоминало отголоски из прошлого. Будто что-то, что произошло со мной давно, все ещё имело влияние на настоящее.

Внимательно посмотрев на своих виртуальных родителей, я не заметила на их лицах ничего, из-за чего бы мне стоило переживать.

Это приятное чувство продлилось ровно до тех пор, пока из коридора не послышался стук каблуков. Втянув воздух через нос, я почувствовала приторно-сладкий аромат ванили и вздрогнула, когда позади послышался высокий женский голос:

– Моя любимая племянница!

Мозг отчаянно кричал мне бежать и не верить наигранной доброте, которая смахивала на вынужденное проявление чувств.

Было достаточно бросить через плечо один взгляд, чтобы понять.

Белая королева.

Передо мной стояла женщина с длинными светлыми волосами теплого оттенка и настолько острыми чертами лица, что в них еле проскальзывало что-то общее с миссис Фридман. В обтягивающем изумрудном платье и на высоких каблуках выделялась ее худоба, красная помада подчеркивала выраженные скулы и зеленые глаза.

В приложении не было никакой информации об этой женщине, но я почему-то знала, кто стоит передо мной.

– Тетя Марисса.

Длинные руки обхватили меня за плечи, цепкие пальцы впились в кожу.

– Как я рада, что ты не успела натворить дел, пока нас не было

Кажется в ее глазах я выгляжу бунтаркой. Я выдавила из себя полуулыбку. Когда сотрудники дома оповестили о том, что вещи выгрузили из машины, мистеру Фридману позвонили, и он ушел в свой кабинет.

– Всегда такой занятой, – цокнув, произнесла Марисса. – Он же успеет подготовиться к встрече вечером?

Званый вечер, про который я совсем забыла. Миссис Фридман мягко прикоснулась к моему плечу.

– Я привезла тебе подарок. Посмотришь?

– Наша Шейлин останется в восторге! – хлопнув в ладони, сказала Марисса. – Мне не терпится посмотреть на тебя.

Я испытывала жгучую потребность держаться поближе к миссис Фридман, а не к ее сестре. В голосе Мариссы слышалась теплота и забота, но глаза оставались холодными, безучастными, как будто она хотела поскорее закончить этот спектакль.

Когда миссис Фридман повела меня к лестнице на второй этаж, я с тоской посмотрела в сторону арки, за которой скрылся глава семейства. Почему с тоской? Почему, глядя на него, я испытывала такое сильное волнение? Оно не шло ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала до этого, и вернуло меня на несколько лет назад. В своей настоящей жизни я проходила через что-то подобное.

Когда желала услышать похвалу.

– Барт, ты можешь немного отдохнуть, – сказала миссис Фридман, стоило нам подняться в мою комнату. – Спасибо тебе.

– Всегда к вашим услугам.

К счастью, Марисса не последовала за нами, сославшись на необходимость сделать несколько звонков. Когда дверь закрылась, я почувствовала, как комфорт медленно обволакивает меня со всех сторон.

«Подарком» оказалось роскошное вечернее платье черного цвета с элегантным разрезом с правой стороны и тонкими бретельками. Талия была обхвачена широким шелковым поясом. Верхняя часть платья смотрелась просто, но классический стиль только притягивал взгляд и не портил общего впечатления.

– Я должна надеть его на сегодняшний прием?

Миссис Фридман в замешательстве посмотрела на меня. Только потом я поняла, что формулировка моего вопроса показалась ей грубоватой.

– В смысле… могу ли я?

– Конечно.

Пока я мерила платье с туфлями на среднем каблуке, миссис Фридман рассказывала про командировку и поездку в Орландо. Сделка на строительство нового торгового центра, которым владела она и ее сестра, прошла успешно. Возводить здание будет компания, которой руководил мистер Фридман.

Помимо прочего, Марисса завела несколько выгодных знакомств с известными модельерами, которые пошьют ей одежду для весенней коллекции.

Ширма скрывала меня от внимательного материнского взгляда, поэтому я позволяла себе хмуриться и недоумевать. Как мне стоило относиться к подобным разговорам? Миссис Фридман искренне делилась со мной впечатлениями об Орландо, трудностях при заключении договоров и предстоящей работой, которая снова вытянет из нее все силы, а я могла только издавать непонятные звуки, соглашаясь с ней.

Она видела во мне любимую дочь, в то время как я была чужой для этого мира.

Внезапно зазвонил телефон, и миссис Фридман, извинившись, ответила на звонок.

А я почему-то вспомнила свои слова, адресованные Диане во время нашего последнего неприятного разговора.

– В подавляющем большинстве случаев характер героини после такой трагедии развивается одинаково. А еще она становится, в своем роде, свободной от внимания родителей. Почему нельзя придумать что-то интереснее? Плохие взаимоотношения. Недопонимание. Семейные тайны. Почему бы не создать трудности, которые реально будут добавлять сюжету красок и развивать не только главную героиню, но и второстепенных персонажей?

Я аккуратно выглянула из-за ширмы и посмотрела на миссис Фридман. Ничего из сегодняшней встречи не говорило о том, что у меня с родителями сложные отношения, добавляющие сюжету красок.

Значит ли это, что Жаклин все-таки отказалась от этой затеи? Я же не проснусь завтра утром от новости, что родители Шейлин попали в аварию и погибли? Или трудности начнутся потом?

Почему ты не могла отправить меня сюда после разработки всего сюжета, Жаклин?

Я чувствовала безысходности от того, что не могла предвидеть дальнейшее развитие событий. Стоит ли мне ждать проблем в отношениях с родителями?

Выдохнув, я снова спряталась за ширмой и посмотрела в напольное зеркало. Платья было достаточно, чтобы стянуть с меня слой прошлой Шейлин и создать на ее месте новую, богатую девушку, получающую от жизни все.

Вглядываясь в карие глаза, я анализировала все, что узнала от Барта или из приложения, и пришла к одному простому выводу. Если по ходу сюжета и начнут возникать проблемы, то только из-за меня.

♡♡♡

Четырехэтажный особняк в темных оттенках, стоящий на холме, открыл свои двери для влиятельных семей всего Деонта.

Я вошла в главный холл в сопровождении родителей, постоянно поглядывая на мистера Фридмана. Снова появилось желание сделать все, чтобы добиться от него хотя бы улыбки.

Нас поприветствовала семья Кид в полном составе. Этот особняк, имеющий историческую ценность, достался родителям Леоны по наследству. Если верить информации в интернете, они устраивали здесь званые вечера, концерты с классической музыкой и прочие культурные мероприятия. Семья Кид жила здесь в летний сезон и весенний, а на все остальные месяцы перебиралась в дом в современном стиле, который находился недалеко от дома Шейлин.

Свою азиатскую внешность Леона унаследовала от отца, как и ее младший брат, Стивен. У их мамы были короткие светлые волосы и немного смуглая кожа, а еще кристально голубые глаза. Глядя на нее, я бы никогда не сказала, что они с Леоной находились в родстве.

Интересно, родители Леоны в реальности тоже так отличаются друг от друга?

Я вдруг поняла, что ничего не знала про свою бывшую подругу.

Здешняя Леона послала мне многозначительный взгляд и подозрительно улыбнулась. Когда с приветствиями было закончено, она подхватила меня под руку, извинившись перед родителями, и потащила в главный зал.

Потолок находился так высоко, что у меня закружилась голова. Гости танцевали на светлом паркете под музыку, которую играли приглашенные музыканты. Стены с двух сторон полностью состояли из окон и дверей, выходящих к декоративному саду.

Шурша юбками, мы с Леоной направились к столику с напитками. На девушке было насыщенное синее платье, немного удлиненное сзади, и с красивым лифом, украшенными узорами из серебристой нити. Черные волосы Леона подняла в высокий пучок без украшений.

На нас смотрели наследники из других семей, но никто не решался подойти ближе. Наверное, потому что семья Леоны была второй по влиянию в Деонте, и в их глазах мы выглядели недоступными.

Я думала, что мы задержимся у столов с напитками, но Леона схватила два первых бокала и повела меня в сторону, где было меньше всего людей.

– Как я рада, что за вами не увязалась эта белая грымза. Я бы не выдержала нотации о том, что моя помада на подходит платью.

– Тетя Марисса готовиться к показу, поэтому не смогла приехать, – ответила я, понимая, про кого шла речь.

– Она не сильно тебя донимала?

Я покачала головой, касаясь губами бокала. Леона была обеспокоена приездом Мариссы, и мне стало интересно, что такого произошло в прошлом. Помимо отпугивающей холодной внешности и ехидных замечаний, она каждый раз вызывала у меня мурашки. Тело что-то помнило, и я хотела выяснить, что именно.

Где-то через пять минут на небольшое возвышение в конце зала вышел мистер Кид и поприветствовал гостей. Несколько человек встали по бокам от него, и я предположила, что они и были Эльтеррой, контролирующей город.

Мои игровые мама и папа стояли близко друг к другу и излучали столько любви, что у меня перехватило дыхание. Я вспомнила сухие разговоры своих настоящих родителей, холодное обращение на публике и ссоры в стенах домах. Пренебрежение. Осуждение.

Когда мистер Кид сообщил о начале мероприятия, Леона громко фыркнула, наплевав на этикет, и облокотилась о колонну возле арочного прохода в другой зал.

–Как жаль, что Эммет слился. Только благодаря ему я не сходила с ума от скуки.

Мать Леоны несколько раз подходила к нам, шикала на дочь и напоминала о скором выступлении в дуэте с братом. Мистер Кид тоже подошел. Всего один раз, которого было достаточно, чтобы настроение Леоны с колоссальной скоростью опустилось на самое дно.

– Ненавижу выступать на публике. Ненавижу это место. Этих людей. И даже это платье. Все ненавижу!

Громогласные заявления были ее способом выплеснуть наружу недовольство. Но это, к сожалению, было единственным, что Леона себе позволяла. Изучив ее биографию, понаблюдав за ее общением с родителями, я поняла – Леона не пойдет против воли своего отца.

Не сейчас.

Пока подруга косилась в сторону выхода и рассуждала, насколько ужасным будет ее побег, я вспоминала заметки о ней, оставленные командой Жаклин.

Ее любовным интересом мог стать Эммет или кто-то из музыкальной индустрии, если долг перед семьёй окажется сильнее. Короче говоря, отношения с Эмметом означали бунт и, возможно, разрыв отношений со всей родней.

Я чувствовала, что от моих решений будет многое зависеть, и пока не знала, как правильно поступить, ведь Эммет не интересовал меня как фаворит, а отказ от него в обязательном порядке приводил к развитию романтических отношений между ним и Леоной.

Разница заключалась только в том, как эти отношения закончатся.

Леона выглядела уязвимой под пристальным вниманием своего отца, но мне почему-то казалось, что ей под силу бросить вызов своей судьбе и выстоять.

Пока я разглядывала гостей и пыталась вспомнить, как выглядел мой жених, от ближайшей компании отделилась фигура. Тучная женщина с черными волосами и платьем, которое выглядело на несколько размеров меньше, подошла к нам не раньше, чем Леона чертыхнулась.

– Мисс Кид. Мисс Фридман. Рада вас видеть.

– Здравствуйте, миссис Фонзи.

Кто это такая?

– Уже слышали последние новости? – спросила женщина, наклоняясь.

Я едва не задохнулась от пряных духов.

– Какие?

– В Деонт переехала очень влиятельная семья из Пенсильвании, и Эльтерра сейчас ведет переговоры с ними.

– Зачем?

– Они занимаются перевозками и постройкой автомагистралей по всей Америке. Вроде как ваши семьи хотят проложить несколько трасс в Джорджию и Алабаму для качественного сотрудничества.

Благодаря информации в приложении и интернете, я мысленно соорудила в своей голове пирамиду, где каждая семья занимала свое особое место и стремилась к одному – выгодному сотрудничеству.

Несмотря на то, что отец Леоны, например, не имеет никакого отношения к строительству, он и другие члены организации участвовали в обсуждении и принимали решение вместе с мистером Фридманом. Любая отрасль контролировалась сразу шестью семьям, и при несогласии одной из сторон, участники сразу начинали искать компромисс.

Я знала, что чужаков с трудом впускали в город, но слова этой женщины будто говорили не только о желании новой семьи переехать в Деонт.

– Они хотят вступить в Эльтерру? – спросила я.

– Именно.

Леона заинтересовалась этой новостью, а я, как обычно, попыталась высчитать риски для своего плана.

Нужно срочно найти Блейна.

– Мисс Фридман, мой муж недавно был повышен в компании вашего отца. Он мечтает взяться за проект и доказать свою значимость…

– Миссис Фонзи, – громко произнесла Леона, привлекая внимание гостей поблизости. – Вам не кажется, что подобные вопросы вы должны решать не с нами?

– Но вы могли бы…

К нам подскочил невысокий мужчина с залысинами на голове, извинился и утащил миссис Фонзи.

– Какой наглой была в университете, такой и осталось.

Возможно, она что-то преподавала у нас…

– Шей, не хочешь свалить отсюда…

В этот момент на возвышение поднялась миссис Кид и объявила о совместном выступлении своих детей. Стивен уже стоял с двумя скрипками в руках, с надеждой смотря на свою старшую сестру.

– Отстой, – протянула Леона, отдавая бокал официанту. – Шей, пожалуйста, дождись меня. Я выступлю, и мы рванем отсюда.

Я кивнула, дожидаясь, пока Леона подойдет к возвышению, и вышла через арку на свежий воздух.

Со стороны подруги это был отвратительный поступок, но прямо сейчас я нуждалась в свободном пространстве без внимательных взглядов посторонних.

Узкая тропинка, вдоль которой росли тамариски, уводила к небольшому фонтанчику, с одной стороны закрытого деревянной ширмой с плетущимися растениями на ней.

Я села на скамейку между двумя деревьями, прямо возле фонтана, стянула туфли и облегченно выдохнула. Мероприятие длилось всего полчаса, а мне уже не хватало воздуха. По этой причине я никогда не сопровождала родителей на какие-либо приемы. Мне было неинтересно. Скучно. И совсем немного неуютно.

Ладно, возможно, не немного.

Со стороны особняка раздавались слабые звуки скрипок. Вместе с мягким шелестом листьев и журчанием воды в фонтане они создавали уютную обстановку, которой хотелось окружить себя до конца вечера. Я вытянула ноги и положила их на мокрый камень у фонтана, сосредотачиваясь на ощущениях влаги на коже. К сожалению, мысли гнались вперед моих желаний.

Я закрыла лицо руками, заставляя себя подняться с места и пойти искать Блейна Мэнсфилда. Он был моим билетом домой, который я не имела права упустить.

– Боже, когда это все закончится?

– Примерно через два часа, – раздался голос позади.

Я подскочила на месте, разворачиваясь и на ходу пытаясь ухватиться за спинку скамейки, и поскользнулась на мокром камне. Равновесие было безжалостно потеряно. Я успела увидеть взволнованное лицо парня, прежде чем упасть в фонтан.

Мне так и не удалось найти своего жениха.

Зато он нашел меня.

ГЛАВА 7. ЖЕЛАННЫЙ ЖЕНИХ

Правило любовной новеллы №7: любые герои, даже незначительные, могут повлиять на сюжет

Комната Леоны чем-то напоминала мою собственную. Здесь тоже были окна с широкими подоконниками, большая гардеробная с изобилием одежды темных или слишком ярких цветов, книжные стеллажи и комфортное кресло у камина у дальней стены.

И все же, что-то все равно было не так.

На стенах не висели памятные снимки, по углам не стояли цветы, не было мелких украшений или гирлянд, делающих комнату уютной и обжитой. Возле рабочего стола стояла одинокая скрипка, которая хоть как-то указывало на то, что здесь жила Леона. Во всем остальном комната больше напоминала номер в отеле, сделанный в нейтральных темных тонах, без отвлекающих безделушек, и желанием показать всем своим видом, что в этом месте нет ничего, что делало бы ее личным безопасным пространством.

Я сидела на краю кровати, заправленной черным покрывалом, в черном халате, тапочках и полотенцем на голове. Тело перестало трястись, но холод по-прежнему покусывал кожу. Заметив это, Леона включила обогреватель рядом со мной, а потом позвала домработницу и попросила принести чай.

– Привлекать к себе внимание – твой самый непревзойденный дар из всех. – Леона зашла в гардероб и вышла оттуда с черным длинным платьем, не таким пышным как мое прошлое. – Думаешь, Блейн по достоинству оценил падение в фонтан?

Я не удержалась и застонала в ладони, прокручивая в голове собственное фиаско. Уверена, что в будущем страданий и унижений будет становиться больше. Тогда кто начнет мне за них платить? Нужно спросить у Барта, предусмотрена ли моральная компенсация для игроков, которые обзавелись психологическими проблемами после прохождения новеллы. Жаклин будет должна мне не только объяснения, но солидную сумму, чтобы я не подала на нее в суд за похищение.

Попадание в новеллу вообще считается похищением?

Ладно, об этом я подумаю потом. Сейчас моей главной проблемой был Блейн Мэнсфилд, который вышел прогуляться по саду и оказался не готов к тому, что у его невесты полностью отсутствует координация. Я еще долго буду помнить его ошарашенное лицо и аккуратные попытки вытащить меня из фонтана.

Благо, тут же на горизонте появилась Леона, которая собиралась отчитать меня за побег с вечера без нее и которая с ужасом кинулась к нам. В отличии от Блейна, старающегося не трогать меня в неположенных местах, Леона хватала то за талию, то за бедра, поставив себе цель вытащить меня из фонтана, а не защитить мое достоинство. Хотя оно и без того уже было оскорблено.

– Это новый способ заманить парня в постель? – продолжила Леона. – Или ты стала жертвой неземной красоты Блейна и не удержалась на ногах? Во втором случае могу тебя понять. Сколько мы не видели Блейна? Три года? Когда он успел стать таким секси?

Пока Леона бегала на первый этаж и предупреждала моих родителей, что со мной все в порядке, и их дочь просто растяпа, я впитывала столько тепла, сколько могла, и позволяла лживым воспоминаниям заполнять голову.

Хорошо, что моя сумочка с телефоном остались на скамейке во время падения, поэтому, когда Леона ушла, я быстро открыла приложение и тыкнула на новую анкету.

Имя: Блейн Мэнсфилд

Статус: жених, возможный фаворит

Возраст: 25 лет

День рождения: 19 октября

Семья: Алан и Нита Мэйнсфилд (родители), Джаред (старший брат)

Увлечения: философия, история, благотворительность

Сильные стороны: добрый

Слабые стороны: -

Интересные факты:

Наследник крупнейшей компании, предоставляющей медицинские услуги. В отличие от отца, матери и старшего брата не пошел учиться в медицинский университет, заняв финансовую нишу компании семьи. Блейн контролирует связь между всеми научными учреждениями в Деонте, ездит в другие страны, участвуя в конференциях и находя новых спонсоров или ученых, которые приезжают в Деонт и оставляют свой вклад в научную жизнь города…

Я обратила внимание, что приложение не показывало мне слабые стороны Блейна. Барт говорил, что недостаток информации – это нормальная ситуация для героев, которых Шейлин знает не очень хорошо.

По мере знакомства будет обновляться и приложение.

Последний раз Шейлин видела своего жениха почти три года назад. Он тогда собирался в длительную поездку в Европу для поиска спонсоров, а потом решил остался там вместе со своим братом. Чем именно они занимались в Европе, я не знала. Да и особо не интересовалась.

Блейн Мэнсфилд считался эталоном красоты среди девушек из богатых семей и идеальным кандидатом на роль жениха. Он был хорошо сложен, воспитан, говорил на десяти языках, мог поддержать любой разговор. Блейн всегда источал столько вежливости, что иногда казалось, будто он делает это специально, чтобы выстроить между собой и собеседником невидимую стену.

Да. Все девушки желали его. А еще считали, что он априори никогда не посмотрит на них, потому что не хочет ни с кем сближаться.

Потому то весь высший свет Деонта был удивлен, когда на предложение жениться на мне Блейн ответил согласием.

– Уже придумала, что скажешь ему?

– Я собираюсь избегать его весь оставшийся вечер.

К черту попытки сблизиться с ним сегодня. К черту мой план. Мне нужна неделя, чтобы пережить этот позор и набраться сил для новой возможности.

– Забудь. Блейн ждет тебя в коридоре.

– Ч-что?

Дверь в комнату Леоны стала напоминать проход в Ад, где меня ждал лабиринт из самых жутких и постыдных воспоминаний из жизни.

– Он за тебя переживает. Если бы не правило отца, я бы уже давно впустила его сюда и позволила ему извиниться перед тобой за закрытой дверью.

Леона поиграла бровями, а я схватила диванную подушку и запульнула в нее. Все это было таким естественным, что я и не подумала о том, что никогда не сделала бы так в реальности.

– Давай мы приведем тебя в порядок, чтобы ты могла влюбить его в себя и доказать завистницам, что секс парень теперь твой.

Хорошо, если после сегодняшнего он просто не будет считать меня идиоткой.

Леона уложила мне волосы, заново накрасила, сделав акцент на глазах с помощью черных стрелок, и дополнила образ серебряными кольцами и браслетами.

Пока она поправляла платье сзади и напевала какую-то знакомую рок песню своим мелодичным голосом, я смотрела на себя в зеркало и удивлялась, как изменился мой образ из-за нескольких деталей. Больше дерзости, яркости. Последнего стало еще больше, когда она нанесла мне на губы красную помаду.

– Осторожно, Шей. Тебя могут оштрафовать за похищение мужских сердец. Будь осторожна.

В реальности я бы закатила глаза на глупую шутку, но сейчас этого делать почему-то не хотелось. Наоборот, слова Леоны немного меня успокоили и придали сил. Правда, ненадолго.

Блейн, действительно, стоял в коридоре, прислонившись к противоположной стене. Заметив нас, он выпрямился и взволнованно осмотрел мое лицо.

– Ты не пострадала?

Только мое самолюбие. Я подавила отклик организма на красивый мужской голос и искренние переживания из-за моего состояния.

– Все в порядке.

Блейн выдохнул.

– Если вам нужно поговорить, дальше по коридору есть гостиная, –предложила Леона. – Я прикажу, чтобы вас не тревожили.

Мне не хотелось отвечать слишком быстро и выдавать свое желание кое-что обсудить. К счастью, Блейн кивнул.

– Да. Это будет здорово.

Леона подмигнула мне и подняла большие пальцы вверх, будто после ее одобрения я могла без зазрения совести запрыгнуть на Блейна и повести к алтарю уже сегодня.

Хорошо, что он ничего не видел. Блейн жестом пригласил меня пройти в гостевую комнату и оставил дверь немного приоткрытой. Казалось, что я до сих пор слышу довольный смех Леоны.

– Ещё раз прошу прощения, Шейлин.

– Здесь нет твоей вины, – ответила я, проходя в центр.

– Я тебя напугал.

– А я разучилась ровно стоять на ногах. Что возвращает нас к началу. Ты не виноват.

Блейн вежливо улыбнулся и последовал за мной, дождавшись, когда я сяду в бежевое кресло рядом с журнальным столиком из светлого дерева. Сам он сел на диван напротив.

– С тобой точно все хорошо? – спросил Блейн. – Ты не поранилась? Спина не болит? Мне не нужно позвать отца или брата?

– Нет-нет! – Я выдавила улыбку, по-прежнему чувствуя стыд за произошедшее. – Хотя я думала, что ты тоже умеешь оказывать первую помощь.

Вся его семья состояла из врачей, поэтому не было ничего удивительного, если бы Блейн без должного медицинского образования знал, как оперировать людей. Уверена, во время семейных встреч они обсуждали не прошедший день, а операции или научные исследования, которые отнимали все время семьи Мэнсфилд.

Блейн улыбнулся. На этот раз шире.

– Хочешь, чтобы тебя осмотрел я?

Только после его вопроса я поняла, как прозвучали мои слова. Неужели это было похоже на флирт? Я кашлянула.

– Мне просто стало любопытно. К тому же, ты мой будущий муж. Признаюсь честно, я буду чувствовать себя немного спокойнее, зная, что ты владеешь такими ценными знаниями.

Перед нашей встречей я продумала несколько возможных ответов наперед, подготовила фразы, которые могли смягчить ситуацию или перевести слова в шутку. Я не знала, как Блейн отреагирует на напоминание о нашем замужестве. Несмотря на то, что в воспоминаниях игровой Шейлин он запомнился ответственным и спокойным молодыми человеком, прошло почти три года с их последнего длительного разговора.

По собственному опыту я знала, что этого времени достаточно для того, чтобы измениться до неузнаваемости.

К счастью, это была не та ситуация. Я облегчённо выдохнула, когда Блейн согласно кивнул и заметно расслабился, положив руку на мягкий подлокотник.

– Не волнуйся. Члены моей семьи бесплатно лечатся в лучших клиниках Деонта. Если появится такая необходимость, ты попадешь в руки к лучшим врачам.

– А если я разобью себе колено, пока катаюсь на роликах?

Блейн пытался скрыть замешательство и удивление, но спокойно ответил:

– С этим я могу справиться.

Обычно я не рассматривала людей во время разговора, но сейчас пристально следила за мимикой и действиям Блейна. Мне нужно рассчитать все риски, понять, как он относится к нашей женитьбе и хочет ли чего-то от меня. Для завершения игры нужно просто выйти за него замуж. Необязательно заставлять его влюбляться в себя и влюбляться самой.

Хотя готова признать, что Блейн похож на мужчину, которому хочется отдать свое сердце.

– Как ты отреагировал на новость о нашем замужестве?

В моих воспоминаниях не было реакции Шейлин на это. Попав в новеллу, я просто относилась к свадьбе как чему-то обычному.

– Если честно, то даже немного обрадовался, – ответил Блейн.

Мое сердце пропустило удар из-за паники.

О, нет. Неужели он был влюблен в Шейлин? Сейчас он скажет мне, что хотел этой свадьбы, потому что днями и ночами мечтал о большой семье, трех собаках, шести котах, огромном доме с садом и бассейном и старостью, в которой мы все так же будем любить друг друга.

– Родители рассматривали сразу нескольких девушек на роль моей невесты, но ни с кем из них я практически не был знаком. Мы с тобой знаем друг друга с детства, поэтому я подумал, что это должно быть удобно для нас двоих.

Я тихо выдохнула, а мысленно чуть не упала в обморок от напряжения. Удобство. Блейн тоже ищет удобство.

– Это здорово, – слишком радостно сказала я. Наши взгляды встретились. – В том смысле, что я тоже не против тебя. Это и правда будет удобно.

– Хорошо, что наши цели совпадают.

Ты даже не представляешь насколько. Стыд за падение сменился восторгом. Одна проблема была решена.

– Не хочешь пообедать со мной в понедельник? – предложил Блейн.

– С радостью.

Я улыбнулась, но сдержано. Мне следует быть осторожной при общении с фаворитами. Особенно с Блейном. У этой истории должен быть только один конец. Скучный. Без любви. Без привязанности.

В тот момент мои стремления казались похвальными. Жаль, я забыла одну важную деталь. В любовной новелле чертовски сложно игнорировать любовь.

♡♡♡

К утру понедельника я знала две вещи.

Во-первых, Шейлин Фридман являлась не только наследницей крупной строительной компании, но и сети торговых центров под названием «Холлис», которые принадлежали родственникам по материнской линии, что делало меня чуть ли не самой богатой девушкой в Деонте.

Во-вторых, тетя Марисса самая настоящая сука.

И этот факт портил впечатления от первого.

Марисса каким-то образом умудрялась принижать меня и мои заслуги, не говоря ни единого оскорбительного слова. Пока мы с Дженессой и ней прогуливались вдоль стеклянных витрин торгового центра, она вздыхала, как только речь заходила обо мне в качестве наследницы, и скрывала за заботливыми вопросами свое истинное лицо.

– Шейлин еще столько всего следует выучить. Ты уверена, что она справится? Правильно ли с нашей стороны нагружать юную девушку и лишать ее радостей молодости?

Не скажу, что стремилась быть идеальной наследницей в глазах героев новеллы, но эти сочувствующие взгляды и сомнительные вопросы бесили.

– Уверена, Шейлин со всем справится.

Когда миссис Фридман такое говорила, Марисса согласно кивала и переводила тему, поэтому я не до конца понимала ее мотивацию. Чего она добивалась этими сомнениями? Напоминала мне, что власть требовала навыков? Или намекала, что не видит во мне хорошую кандидатуру?

– Как я рада, что ты не успела натворить дел, пока нас не было, – сказала она в субботу.

Странно, что ее слова продолжали крутиться в моей голове. Странно, что я никак не могла избавиться от ощущения, что Марисса змеюка, которая меня ни во что не ставит.

Торговыми центрами руководили Дженесса и Марисса, потому что больше детей в их семье не было, а меня назвали единственной наследницей, потому что Марисса так и не обзавелась своими. Это попахивало предстоящим противостоянием между племянницей и теткой, и я мысленно готовилась давать отпор надоедливой родственнице. Хотя в разговоре с сестрой Марисса неоднократно говорила, что собирается посвятить себя модельному бизнесу и отказаться от доли в семейном бизнесе.

Пока директор Холлиса, высоченный мужчина с седыми волосами, отчитывался в кабинете перед Дженессой о планах на будущую неделю, а Марисса на повышенных тонах переговаривалась с кем-то в коридоре, я переписывалась с Блейном.

Блейн: «Какую кухню ты любишь?».

Шейлин: «На твое усмотрение».

Блейн: «Мой водитель приедет за тобой в 12:00. Где ты сейчас?».

Шейлин: «В Холлисе возле Национального парка Деонта».

Блейн: «Отлично».

Через несколько минут пришло еще одно сообщение:

Блейн: «Круз не особо разговорчив и часто ходит хмурым. Не воспринимай на свой счет».

И потом еще одно:

Блейн: «Остерегайся фонтанов».

Последнее сообщение вызвало непроизвольную улыбку. Стыда за субботнее фиаско становилось все меньше и меньше.

– Переписываешься с кем-то особенным? – спросила Дженесса.

Оказалось, что в кабинете кроме нас двоих уже никого не было. Директор куда-то смылся, а моя новая мама смотрела на меня с улыбкой на лице, сидя за рабочим столом. Лучи солнца красиво очерчивали ее лицо и переливались на рыжих волосах, добавляя к ним красивый янтарный оттенок. На этот раз Дженесса убрала волосы в низкий хвост, перевязав их бантом, и надела строгий бежевый костюм, сочетающийся с нюдовым макияжем и ожерельем из жемчуга.

– Это Блейн.

Улыбка Дженессы стала еще шире.

– Я рада, что вы нашли общий язык после длительного перерыва в общении.

– Потому что это не создаст проблем для наших семей? – саркастично спросила я.

– Потому что так будет легче для вас двоих.

Мне вдруг стало стыдно. Глядя на Дженессу, я непроизвольно представляла свою настоящую маму и точно знала, что в ее голосе не было бы столько нежности и заботы. Она бы не думала о моих чувствах. Только о том, как мое поведение повлияет на репутацию семьи. Не стала бы принимать во внимание мои страхи или переживания.

«Не неси чепухи, – сказала бы она. – Возьми себя в руки и перестань нас позорить».

Дженесса излучала свет, в то время как моя настоящая мама его поглощала.

– Если… если бы я сказала тебе, что не хочу выходить за него замуж, – осторожно начала я. – Что бы ты сделала?

– Полагаю, отменила бы помолвку.

– Правда?

– Конечно. – Дженесса пересела ко мне и погладила левой рукой по волосам. – Мы с твоим отцом не собираемся принуждать тебя к чему-то, чего ты не хочешь. Блейн хороший вариант, и ваш союз принесет для наших семей много хорошего, но если ты сомневаешься…

– Нет! Нет, я не это имела в виду. Мне просто стало интересно… Я хочу выйти замуж за Блейна.

Потому что это моя единственная возможность вернуться домой. Я не стала уточнять эту деталь. Пусть Дженесса думает, что я хочу выйти замуж во благо семьи и не вижу в этом никакой проблемы.

Дверь в кабинет открылась.

– Шейлин, здесь твой охранник ждет, – сказала Марисса.

Я вопросительно взглянула на Барта.

– Прибыл водитель мистера Мэйнсфилда.

– Оу, – протянула тетя, облокачиваясь о дверной косяк. – Значит, нам ждать счастливые лица на свадьбе?

– Возможно, – сухо ответила я, вставая. – Я пойду… мама.

– Повеселитесь там.

Игнорируя внимательный взгляд Мариссы, я вышла из кабинета. Кажется, моей предстоящей свадьбой она была довольна. Будет здорово задобрить ее как-нибудь, чтобы она перестала лезть в мою жизнь.

Круз коротко поклонился, открывая заднюю дверь черного автомобиля.

– Ваш охранник тоже поедет?

– Да, – быстро ответила я.

Барту не позволялось отходить от меня дальше пяти метров. Это правило ввела я, потому что мир новеллы не перестал быть большим и пугающим, а Барт – единственный человек, который мог мне помочь.

Круз больше ничего сказал. Всю дорогу до ресторана в культурном квартале Деонта он только изредка переговаривался о чем-то с Бартом, пока я читала сообщения от Леоны.

Леона: «Ходит слух, что Блейн встречался с горячей итальянкой, но расстался с ней из-за помолвки с тобой. Ты можешь оказаться той самой злодейкой, которая разрушила прекрасную любовь».

Леона: «Блейн хоть и красавчик, но уточни у него этот момент. Может, его сердце разбито, а ты сможешь помочь ему».

Следом она прислала снимки, где Блейн стоял с красивой черноволосой девушкой на фоне Колизея, Собора Святого Петра, красивых улиц и набережных. На каждых фото они либо обнимались, либо стояли так близко друг к другу, что сомнений об их связи не оставалось.

Леона: «Ты гораздо круче каких-то там итальянок. Пусть радуется, что Шейлин Фридман согласилась выйти за него замуж».

Я радовалась, глядя на фотографии. Блейна не было в Америке три года, поэтому неудивительно, что в Европе он решил начать с кем-то встречаться. Концовка с договорными отношениями сейчас выглядела еще привлекательнее.

Жаль, если в Италии осталась любовь всей его жизни, но это меня не заботило. Мы поженимся, я получу свой идеальный конец и свалю из этого места.

Машина остановилась возле бизнес-центра, на первом этаже которого в свете софитов блистал ресторан «Гелиодор». Хостес встречали гостей на улице и предлагали места на широкой террасе под навесом. Поднимаясь по черной лестнице, я рассматривала позолоченные статуи девушек в вуалях, охраняющих вход, и желтые цветы в горшках, которые являлись основными украшениями.

– Добрый день. У вас забронирован столик? – спросил худощавый парень в золотистой тунике и черных штанах.

– Меня ждут.

– Могу я узнать ваше имя? – Парень опустил взгляд на планшет, приготовившись вводить данные.

– Шейлин Фридман.

Имя волшебным образом подействовало на присутствующих. Парень вскинул голову и улыбнулся еще шире, убирая планшет под руку.

– Мисс Фридман. Следуйте за мной.

Девушки рядом с ним, приветствуя других гостей, не сдерживали своего любопытства и глядели в мою сторону. Официанты, проходящие мимо с пустыми подносами, тихо о чем-то перешептывались. А я поняла, что мой сопровождающий так и не внес имя в планшет.

Барт одобрительно кивнул и последовал за мной.

Парень повел меня на второй этаж и открыл двери из темного матового стекла. Внутри было достаточно света, чтобы разглядеть интерьер, сделанный в золотисто-черных цветах. Теми же цветами были украшены колонны и окна. Столы стояли друг от друга далеко, что создавало видимость личного пространства, куда не попадает внимание посторонних.

– Забыл предупредить вас, госпожа, – вдруг сказал Барт. – Новелла может помогать вам сближаться с фаворитами.

– И что это знач…

Договорить я не успела. Из-за колонны выскочил официант с огромным подносом. Поздно заметив нас, он попытался остановиться, но его нога подвернулась, бокалы полетели на черный мраморный пол. Я сделала машинальный шаг назад, а мой каблук, конечно, не смог удержать вертикальное положение.

Барт протянул руку, чтобы поймать меня, но кто-то другой подхватил меня за талию и не позволил рухнуть рядом с официантом. Я застыла с закрытыми глазами, а когда открыла их, увидела взволнованное лицо Блейна.

Несколько ругательств крутились на языке, но я не позволила им сорваться. Серьезно? Меня будут преследовать настолько нелепые и клишированные ситуации?

– Ты в порядке?

– В полном.

– Просим прощения, мисс Фридман. – Парень хостес подлетел к нам и стал быстро извиняться. – Ресторан компенсирует вам моральный ущерб…

– Все в порядке, – отмахнулась я, все еще держась за предплечье Блейна. – Правда. Не переживайте.

Хостес и официант с благодарностью кивнули.

– Пожалуйста, следуйте за мной. Я провожу вас…

– Не стоит. Я сам провожу мисс Фридман к нашему столику. Принесите наш заказ.

– Хорошо.

– Пойдем? – обратился Блейн ко мне.

Я кивнула, не отпуская его предплечье, и покосилась через плечо на Барта. Он добродушно улыбнулся и убрал руки за спину. Знал ли Барт, что подобное может произойти? Я сделала мысленную пометку позже расспросить его об этом.

Блейн подвел меня к дальнему столику и помог сесть возле панорамного окна. Темное стекло не пропускало внутрь солнечные лучи и тепло и приглушало яркое дневное освещение с улицы. Недалеко стоял охранник Блейна, к которому подошел Барт. Мне стоит привыкнуть к присутствию посторонних.

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь.

– Правда? – спросил Блейн, когда нам принесли кофе и легкие закуски.

– Все это происходит не по моей воле.

– Это?

– Все эти… ситуации. – Я указала рукой в сторону, надеясь, что он поймет. – Это не то, что я могу контролировать.

Блейн задумчиво почесал щетинистый подбородок.

– Все-таки хорошо, что я могу оказывать первую помощь. Чувствую, в будущем это нам пригодится.

Я расслабилась, увидев на его лице улыбку.

– Ты беспокоишься? – поинтересовался Блейн, заметив мою реакцию. – Немного неуклюжести не делает тебя плохим человеком.

Я не сдержалась и хмыкнула, посмотрев на него наигранным недовольным взглядом.

– Прости. Мне не следовало называть тебя неуклюжей.

– Не хочу, чтобы ты думал, будто я стараюсь привлечь твое внимание.

– Тебе не нужно стараться.

Ответ прозвучал искренне, что сбило меня с толку. Продолжать эту тему одновременно хотелось и нет. К счастью, принесли еду.

Блейн заказал мне фриттату с курицей и запечённым золотистым картофелем, английский пирог с мраморной говядиной и шоколадно-кофейный коктейль, посыпанный карамелью.

Я попыталась сделать непринужденный вид, когда как мой мозг подсчитывал стоимость этого обеда. Ведущему сценаристу Норладса платили достаточно, чтобы изредка позволять себе такие гастрономические увлечения. Но я все равно никогда не тратила на еду слишком много. Огромная пицца с курицей и помидорами вызывала у меня гораздо больше эмоций, чем небольшая порция дорого мяса или национального блюда другой страны, которое готовили только для людей с толстыми кошельками.

Шей, в этом мире толстый кошелек именно у тебя.

Блейн сказал, что заплатит за обед, и я приняла это как должное. По крайне мере, постаралась.

– Ты хочешь меня о чем-то спросить? – вдруг спросил Блейн.

Я не сразу поняла, что пристально рассматривала его последние минуты.

– Нет! – Посмотрев на телефон, я вспомнила сообщения Леоны. – Вернее. Да. Кое-что есть.

Блейн отложил вилку и принял расслабленную позу, показывая, что готов к диалогу.

– В последнее время в Деонте ходит… слух, – медленно начала я. – Что у тебя были отношения в Европе, которые ты разорвал из-за помолвки со мной.

Лицо Блейна не изменилось, но я заметила, как дернулась скула.

– Это неправда.

– Что ты разорвал отношения?

– Что они у меня были. В Европе я не гнался за серьезными отношениями. Признаю, что пару раз я сближался с девушками, но это сложно отнести к чему-то долгосрочному. И если бы у меня все-таки были серьезные отношения, я не согласился бы на помолвку с тобой.

Я облегченно выдохнула и поздно поняла, что это было слишком очевидное облегчение. Блейн заинтересовано склонил голову в сторону.

– Мне просто… Не хочу через пять лет открыть дверь и увидеть на пороге девушку с ребенком на руках, которая заявит, что он твой. Это создаст небольшие… трудности. Понимаешь?

Я старалась звучать убедительно, избегая эмоций. Пусть Блейн думает, что я не хочу проблем как его будущая жена, а не как девушка, которая просто хочет пройти эту игру по легкому пути.

В этой новелле предусмотрены любовные треугольники. Не собираюсь становиться частью такого.

– Не беспокойся из-за этого. – Блейн достал телефон из кармана черных джинс и показал мне фотографию. – Слухи про нее?

Я кивнула.

– Это Фина. Моя подруга детства. Она учится на врача и проходит обучение в институте моей семьи. А еще она без ума от Джареда.

– От твоего старшего брата? – удивилась я.

– Да. Они встречались какое-то время, но брат часто бывал в разъездах, поэтому отношения подошли к концу. Потом он женился. – Блейн тяжело выдохнул, но по-доброму улыбнулся. Воспоминания о брате были для него чем-то теплым и комфортным. – Не на ней.

Я сдержала еще один облегченный вздох.

– Ну а ты? – в ответ спросил Блейн. – Мне стоит беспокоиться о чем-то подобном?

Я издала странный звук, похожий на хриплый смех.

– Нет. Точно нет.

– Говоришь так, будто это какие-то глупости.

– Потому что это они и есть. – Я сделала большой глоток коктейля.

– Если меня в Деонте называют самым желанным женихом, то ты – самая желанная невеста. Не скромничай.

– Так обо мне говорят? – ошарашено спросила я.

Блейн хмыкнул, показывая свое недоверие к моей реакции. Конечно. Разве Шейлин Фридман может не знать об этом?

– Я держалась подальше от… серьезных отношений, – ответила я и почему-то ощутила вкус горечи во рту.

Мне неизвестно, встречалась ли игровая версия меня с кем-то. Послевкусие отношений было, но я не могла копнуть поглубже в воспоминания и найти ответы.

– Многим интересно мое наследие, – продолжила я, выдумывая. – Люди сближались со мной, потому что почти сорок процентов Деонта построено компанией отца. Для многих я – пропуск в богатую жизнь. Это кажется неважным, когда дело касается дружбы, но любовь…

Думая, что лгу, я опять почувствовала горечь. Видимо, мои слова были недалеки от истины. Блейн понимающе кивнул.

– Я сталкивался с чем-то похожим. Поэтому и не начинал серьезные отношения в Европе. На самом деле, в тайне я надеялся, что родители предложат мне брак по расчету.

– Я тоже, – ответила я, чтобы Блейн увидел мою решимость.

Мы должны стать коллегами. Возможно, друзьями. Если я покажу Блейну, что разделяю его планы на будущее, будет легче следовать с ним по выбранному пути и не натыкаться на препятствия.

В отдалении послышался звук колокольчиков. Я огляделась и вопросительно глянула на Барта. К сожалению, мой помощник был занят разговором.

– Через два дня мне придется вернуться в Европу. Где-то на неделю. Не хочешь завтра сходить на выставку в картинную галерею? – предложил Блейн. – Мой друг художник будет выставлять там свои работы.

На что может повлиять его предложение? Что произойдет, если я соглашусь? И если откажусь.

Колокольчики звенели тихо. Это означало незначительные изменения в сюжете. Вряд ли я что-то испорчу, если соглашусь. Так у меня появится возможность узнать Блейна поближе и приблизить нас к свадьбе. От последней мысли я поморщилась.

– С удовольствием.

Мы с Блейном обменялись улыбками и продолжили есть. Говорили о его путешествиях по Европе, предстоящей поездке. О моих родителях и планах на строительство нового научного центра в Нью-Йорке. С каждой минутой звон становился все тише и тише, пока совсем не пропал.

ГЛАВА 8. БЕЗДЕЙСТВИЕ ПРИВОДИТ К АКТИВНОМУ ДЕЙСТВИЮ

Правило любовной новеллы №8: сюжет новеллы не может развиваться без вашего участия

До конца следующей недели я находилась в стенах своего нового дома, наивно дожидаясь, пока сюжет новеллы начнет развиваться без моего участия.

Исследование огромного особняка семьи Фридман позволяло отвлечься от проблем или вообще сделать вид, что их не существует. Я много читала про Деонт, про своих друзей и Блэйна. Старательно игнорировала Мариссу и осторожно налаживала контакт с игровыми родителями.

Дженесса создавала уют в особняке одним своим присутствием. Рабочие семьи с радостью выполняли все поручения по дому, повара готовили сытные завтраки, обеды и ужины. Садовники дотошно следили за территорией вокруг, подстригая деревья и кустарники и вычищая дорожки от листвы. Горничные порхали по коридорам, придерживая идеальную чистоту. Несколько раз я находила Дженессу на кухне: она помогала поварам и с радостью выполняла часть их работы. Ее волосы почти всегда были убраны в высокую прическу и украшены заколками или ободками. Несмотря на управление торговыми центрами, Дженесса часто бывала дома. Чего нельзя сказать о ее муже.

Колин уезжал на работу рано утром и приезжал поздно вечером, поэтому виделась я с ним редко. Если такое случалось, он нежно трепал меня по волосам и уходил в кабинет или поднимался в спальню отдыхать. Я поняла, что старалась лишний раз не попадаться ему на глаза, и это желание было практически невозможно контролировать. Игровая Шейлин испытывала к отцу безграничную любовь и знала, что это было взаимно. Тогда почему у нее потели ладони при виде его, а глаза опускались вниз, словно она испытывала… вину?

Меня раздражало такое поведение и интриговало, потому что в этой семье, по всей видимости, была какая-то тайна, до которой я пока не добралась.

Доберусь ли вообще?

В субботу утром, лежа на своей гигантской кровати и глядя в потолок, я не выдержала и позвала к себе Барта.

– Почему ничего не происходит? – спросила я, как только он оказался в комнате. – Прошло уже почти пять дней. Мне никто не звонит. Не пытается со мной связаться. Разве не должно случится… хотя бы что-нибудь?

Барт снова посмотрел на меня тем самым взглядом «Почему ты ничего не понимаешь?».

– Потому что вы не делаете ничего, чтобы сюжет развивался.

Я замерла посреди комнаты и медленно повернулась к Барту.

– То есть…

– То есть, пока вы сами не создадите ситуации для развития сюжета, история будет стоять на месте.

– Эти пять дней…

– Считайте, что игра была на паузе, пока вы исследовали дом и общались с родителями.

На журнальном столике поблизости стояла ваза с красными пионами, которые росли у нас в саду, и я едва подавила желание швырнуть их в Барта.

– Почему ты мне ничего не сказал?!

Ведь это был мой гениальный план: отсиживаться в четырех стенах, чтобы не напороться на неприятности.

– Вы выглядели такой уверенной, когда исследовали дом. Я подумал, что это необходимо для дела.

– Да на кой черт мне этот дом, – рыкнула я и от безысходности застонала в ладони.

Я потеряла пять дней. Как много могло произойти за это время? Блейн улетел в Европу, но сюжет крутился не только вокруг меня и моего фаворита. Леона и Эммет тоже были значимыми фигурами, которых можно было привести к конкретной концовке.

Главным игроком истории выступала я. Это означало, что от моих действий будет зависеть судьба остальных.

– Что мне нужно сделать? – сквозь зубы процедила я.

– Начать взаимодействовать с кем-нибудь из основных героев.

– Родители Шейлин к ним не относятся, да?

Барт покачал головой.

Я выдохнула и потянулась к телефону. На экране появилось два первых контакта: «Красотка Леона» и «Самый сексуальный парень». Последний контакт принадлежал Эммету, и я точно знала, что не сама записала его так.

– Имеет значение, кого я выберу?

– Да.

Значит, позвоню Леоне.

Эммета следовало держать на расстоянии, потому что я не рассматривала его в качестве фаворита. Будет круто, если в какой-то момент наши отношения на сто процентов останутся только дружескими. Но для этого мне необходимо свести его с Леоной.

– Ты услышала мои молитвы о пощаде? – услышала я по другую сторону. – Клянусь, если Карен снова заставит меня придумывать сольные выступления со скрипкой, я проткну ее смычком.

Мои туманные воспоминания подсказали, что Карен – это бабушка Леоны.

– Хочешь развлечься?

– Господи, да, – простонала Леона, громко закрывая за собой дверь.

– Идеи есть? – с надеждой спросила я.

Почему-то мне казалось, что Леона была генератором самых безумных идей и неиссякаемым источником энергии.

– Одна мысль есть.

Пока Леона издавала звуки, похожие на переодевание, я включила громкую связь.

– Эммет сказал, что сегодня в Чиэре будет выступление его группы. Можем сгонять туда. Или, если ты не хочешь видеть его самодовольную морду, сходим в другой клуб и пофлиртуем с загадочными парнями.

На флирт с загадочными парнями у меня не было времени и желания, поэтому я согласилась на первый вариант.

– Молю, только оставь своего красавчика охранника дома. Барт классный. Огонь парень. Но он распугает всех потенциальных ухажеров.

Я взглянула на Барта и увидела на его губах легкую улыбку.

– Заеду за тобой в пять.

– На своей машине?

– Сбрендила? Нет. Я собираюсь напиться сегодня. Может, тогда у меня хватит смелости все-таки прирезать кого-нибудь смычком.

Леона сбросила звонок, не дав мне ответить. Я испуганно посмотрела на Барта.

– Что мне делать?

– Поехать с госпожой Кид в клуб.

– Без тебя? Я отказываюсь. Если там что-то произойдет? Если мне будет нужна помощь? Что мне тогда делать?

– Вы уже знаете, что из себя представляет игра. Вам нужно взаимодействовать с героями так, как считаете нужным. Хотите свести вместе госпожу Кид и господина Гарнера? Помогите им в этом. Хотите дойти до концовки с Блейном Мэнсфилдом? Избегайте близости с другим фаворитами.

– Как понять, кто из парней вокруг фаворит?

– Приложение. – Барт кивнул на телефон в моих руках. – Если персонаж имеет значение для истории, в приложении обновятся анкеты. Там же вы можете увидеть, является ли герой потенциальным фаворитом.

Это звучало просто на словах. На деле будет невыносимо сложно.

– Ладно, – протянула я и отправилась выбирать наряд.

Благодаря безделию, я изучила свой гардероб вдоль и поперек и точно могла сказать, что половина вещей игровой Шейлин никогда не заинтересовала бы меня в реальной жизни.

Все казалось слишком идеальным, без лишних деталей, приближенное классике, а не к комфортному уличному стилю, который выбирала я. Элегантные юбки нейтральных цветов висели под классическими блузками и рубашками, дальше – платья, сортированные по сезонам: теплые с мехом были убраны под чехлы, а летние красовались рядом с полками с красиво украшенными туфлями и босоножками.

Я покосилась в сторону дальнего шкафа с черным стеклом, за которым висело несколько комплектов одежды, когда-то выбранные или подаренные Леоной.

Кожа, замша, стразы и еще много чего, что являлось визитной карточкой моей игровой подруги. Я открыла шкаф и посмотрела на черные кожаные штаны, висящие в начале, и короткий топ такого же цвета на тонких лямках. А ведь Леона в реальности тоже когда-то так одевалась. Она любила темные цвета, веселилась с друзьями байкерами и ходила на рок-концерты, не забывая втягивать в это меня.

Первый курс было круто, пока уровень социализации в моем организме не начал стремиться к нулю. Как и отношения с Леоной. Тогда все пошло под откос.

Отношения с семьей были отвратительными. В любовной сфере я тоже потерпела неудачу, связав жизнь с кретином, который вознес меня над облаками, а потом толкнул в пропасть…

Тряхнув головой, я прогнала надоедливые мысли, приготовила кожаные штаны с разрезами снизу, топ и взяла расшитую красными нитками кожаную куртку. Из обуви выбрала обычные черные кроссовки.

Времени до пяти было много, поэтому я спустилась на первый этаж. Не знаю для чего, но ноги сами понесли меня к выходу с противоположной стороны дома, а потом – в небольшую оранжерею возле сада, в которой игровая мама проводила почти все свободное время.

– Шейлин! – радостно воскликнула Дженесса, сидя возле клумбы тех самых тюльпанов, которые стояли в моей комнате. – Стало скучно?

– Хотела предупредить, что в пять за мной заедет Леона.

– Поедете на концерт Эммета?

– Да.

– Хорошо. Твой папа приедет домой пораньше, так что мы посмотрим с ним какой-нибудь жутко романтический фильм.

– Он же их не любит, – выпалила я информацию, которая, как всегда, пришла ко мне в голову внезапно.

– Он любит их комментировать. Любимая мелодрама превращается в комедию рядом с ним.

У меня перехватывало дыхание, когда я видела взаимодействия игровых родителей или слышала, как Дженесса говорила про Коллина. В реальности я не могла наблюдать за чем-то подобным, поэтому такое поведение казалось приятным, но непривычным.

Дженесса продолжила копаться в цветах. Я почему-то подумала о ее реакции на концерт Эммета.

– Ты не против, что я продолжаю общаться с Эмметом?

– Совсем нет. Почему же я должна быть против?

Потому что Эммет отказался от наследия своей семьи и выбрал обычную жизнь. Потому что весь высший свет по-прежнему говорит о его предательстве. Потому что даже его семья не хочет ничего о нем знать.

– Я совсем не удивилась, когда он сбежал. Когда-то решение его отца сделать Эммета наследником превратилось в непосильную ношу. Твой друг выбрал быть счастливым. К тому же, дети не должны соответствовать ожиданиям родителей.

– Марисса хочет этого, да? – выпалила я. – Чтобы я соответствовала ожиданиям семьи, хотя у меня не получается.

Дженесса удивленно округлила глаза.

– С чего ты это взяла?

– Хочешь сказать, вы не разочаруетесь и не разозлитесь на меня, если вдруг я скажу, что не хочу наследовать целую сеть торговых центров? Что я могу позволить себе бросить все на полпути и подорвать репутацию семьи?

Вау. Неужели я все-таки произнесла это вслух? Жаль, что человеком, который это услышал, стала не моя настоящая мама. Я быстро пожалела о своих словах и уже хотела быстро извиниться и сбежать, но Дженесса медленно встала и стянула грязные перчатки.

– Пойдем со мной.

Мы пришли к зоне отдыха, где под виноградом стоял плетеный стол и два стульчика с мягким сиденьем.

– Садись.

– Я…

– Давай, – мягко повторила Дженесса.

Я покорно села напротив нее.

– Когда тебе было шесть, ты увидела по телевизору соревнования по фигурному катанию и захотела встать на коньки. Я отвела тебя в спортивную академию. Два года ты усердно тренировалась, даже выступала на конкурсах, но потом почему-то передумала и бросила коньки. Люди говорили мне, что мы зря потратили время, и за два года ты могла усвоить что-то полезнее для себя. Я была с ними не согласна. За два года тренировок ты стала выносливее, сильнее, полюбила спорт.

Дженесса налила чай в расписные стеклянные стаканы и протянула один мне.

– В средней школе ты захотела записаться на уроки рисования. Учителя говорили, что у тебя талант, но через год ты все равно ушла, потому что это не приносило тебе радости. Люди снова принялись судачить. Но мне было все равно. Ты начала видеть красоту этого мира, полюбила искусство, стала ходить в театры и на концерты, снимала напряжения, делая наброски в своих блокнотах и даже на салфетках.

Я стиснула пальцами стакан, сдерживая дрожь в теле. Сердце застучало быстро-быстро, а глаза защипали, хотя слез не было.

– В старшей школе ты самостоятельно записалась на кулинарные курсы. Правда, талант в готовке обошел тебя стороной. Твой преподаватель советовал бросить эту затею. Но ты старалась. Научилась готовить мясную запеканку и творожные булочки и ушла. Я не знала, зачем ты так старалась те три мучительных месяца. А потом мы с твоим папой пришли домой и увидели, что ты приготовила эти блюда. И продолжала их готовить, когда кто-то из нас задерживался на работе.

Я посмотрела на свое расплывчатое отражение в стакане. Каждое слово Дженессы возвращало меня в игровое прошлое, которое одновременно было и не было моим.

– Уверена, что в этом мире так много увлечений, которые тебе предстоит познать. Поэтому нет ничего плохого в том, чтобы искать себя. Мы с папой никогда не разочаруемся в тебе. И уж точно не будем заставлять тебя наследовать целую компанию. Конечно мне хочется, чтобы ты стала профессионалом в каком-нибудь направлении, нашла свое призвание и увидела в этом смысл жизни, но если при этом ты будешь несчастна, то какой в этом толк?

Дженесса подвинулась ближе и положила ладонь мне на колено. Я подняла голову и увидела в ее глазах то, что мечтала увидеть на лице своей матери, лежа под одеялом перед сном.

Любовь.

– Получай удовольствие от этой жизни, моя дорогая. Развлекайся. Ищи себя. Ошибайся и пробуй снова. Прошу тебя только об одном. Не бери пример с Эммета. – Смешок непроизвольно сорвался с моих губ. Дженесса улыбнулась. – Он храбрый мальчик, но у него не было другого выбора. У тебя он есть. Мы любим тебя. И продолжим делать это несмотря ни на что. Хорошо?

– Хорошо, – тихо ответила я.

Дженесса утвердительно кивнула и встала, подготавливая новую пару перчаток. Глядя в одну точку, я поставила стакан на стол и…

– Мама…

– Да?

– Могу я… помочь тебе с цветами?

– Хочешь уже сейчас попробовать себя в новом деле? – с улыбкой спросила она.

– Откуда ты знаешь, может во мне спит будущий флорист?

Дженесса громко засмеялась.

– Буду рада, если ты поможешь мне.

♡♡♡

Леона приехала на полчаса раньше с раскрасневшимся от гнева лицом.

– Ваша семья может одолжить мне адвоката? Наш отказывается предоставлять мне защиту в случае убийства родственника.

– Кто кандидат на этот раз?

Красноречивый взгляд темных глаз. Поджатые губы. Опять поругалась с отцом.

– В Чиэр, пожалуйста.

Водитель бизнес-класса кивнул, включил расслабляющую музыку и отъехал от тротуара.

Чиэр считался элитным клубом, который днем работал как бар, а вечером превращался в тусовочное место для золотой молодежи Деонта.

Когда мы с Леоной зашли внутрь, сотрудники расставляли аппаратуру и инструменты на сцене в дальней части зала. Бармены натирали бокалы и доставали элитный алкоголь. Диджей настраивал пульт, готовясь к тому, что будет после концерта группы Эммета. Кстати, я до сих пор не вспомнила название.

Эммет занял нам вип-место на втором этаже с двумя диванами из коричневой кожи, стеклянным прямоугольным столом и персональным официантом, который пообещал выполнить любой наш каприз. Невысокая брюнетка с широким лицом и большими зелеными глазами приняла заказ Леоны и ушла.

– Мы рано приехали, – заметила я. – Почти на час.

– Скоро сюда нахлынут фанатки. Поверь, ты не захотела бы прорываться сквозь них.

Мы сидели по центру зала, прямо напротив сцены. Я прикинула, что отсюда будет хорошо видно сцену с группой.

Леона оказалась права: за полчаса до начала, когда свет в темном клубе стал приглушенным, зал стремительно начали заполнять девушки. Все круглые столики на первом этаже унесли, освободив место для толпы.

Еще чуть позже к нам с Леоной присоединилась Эвита – девушка, которая, судя по всему, была испанкой до мозга костей, и которую я все никак не могла вспомнить. Она подскочила ко мне, оставив пухлыми губами звонкий поцелуй на моей щеке, и рванула к Леоне, не обращая внимания на недовольство в глазах последней. Золотистые глаза Эвиты круто сочетались со смуглой кожей, каштановыми волосами и коричневым кожаным платьем с высокими сапогами. От глубокого выреза, открывающего вид на большую грудь, мне стало некомфортно.

Только спустя пять минут разговора, в котором участвовала только Эвита, я, наконец, смогла растормошить воспоминания.

Семья Эвиты была одним из основных спонсоров компании отца Леоны. Они спонсировали несколько музыкальных групп и сольных исполнителей. Если не ошибаюсь, Эвита активно хотела сделать из группы Эммета мировых звезд, но они почему-то противились.

– Вы слышали, что Аманда Брукс выходит замуж? Говорят, она залетела от наследника фармацевтической компании, и теперь ее семья пытается скрыть позор. А у Энтони Хьюза нашли какую-то сыпь. Из-за этого его не позвали на участие в модельный показ, хотя он готовился к нему три последних месяца.

– Неужели? – со скучающим видом спросила Леона.

– Я сама в шоке. А еще вы знали…

Эвита выступала местным собирателем сплетен, который не только собирал их, но и активно распространял. Я ощутила легкое отторжение и подсела поближе к Леоне, пока она закатывала глаза на каждую абсурдную новость.

– Он все-таки пришел, – сказала Эвита, делая большой глоток виски из стакана, который принесла с собой.

Мы с Леоной одновременно повернули головы влево, в сторону другой лестницы. По ней поднимался высокий парень-красавчик (ничего удивительного), с густыми светлыми волосами холодного оттенка, в длинном бежевом пальто. Издалека было сложно разглядеть что-то еще. Компанию ему составляли парни и девушки, а еще…

Я чуть не вылила содержимое стакана на штаны, когда увидела знакомое лицо.

– Диана?!

– Змея, – выдала Леона, а я полезла в телефон, который издал знакомый звук обновления.

Имя: Диана Соун

Статус: игнорируете друг друга

Возраст: 23 года

День рождения: 6 сентября

Семья: Гаспар и Изабелла Наварро (родители), Эвита (сводная сестра)

Увлечения: показы мод, дизайн одежды

Сильные стороны: -

Слабые стороны: бесит большинство персонажей

Интересные факты:

Отец Дианы умер десять лет назад. Мать вышла замуж второй раз за предпринимателя Гаспара Наварро, который занимается спонсирование в музыкальной индустрии. Оставила фамилию отца, потому что не признает отчима. В модельном мире считается самым молодым специалистом…

Оказывается, Диана и Эвита были сводными сестрами. Не успела я обдумать эту мысль, как рядом с нами остановилась фигура. Запахло сладкими цветами и фруктами.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Диана, недовольно глядя на Эвиту. – Я просила тебя держаться подальше от кружка одиноких сердец. Это было так трудно?

Ошарашенная тем, что Диана оказалась персонажем новеллы, таким же раздражающим, как и в реальной жизни, я не задумалась над ответом. К счастью, Леона плохо пропускала упреки в свою сторону.

– Я просила тебя перестать вести себя как дрянь. Это было так трудно?

Диана и Леона натянуто улыбнулись друг к другу. Ничего общего с вежливым общением из реальности.

– Конечно. Как же я могла забыть? – Диана сложила руки на груди и перевела свой взгляд на меня. – Леона у нас теперь единственная одинокая. Ты же помолвлена. Или скоро будешь. Прости, не слежу за твоей жизнью.

Меня это чертовски радует.

– Шейлин, надеюсь ты ходишь на свидания с Блейном не в таких же жутких нарядах? – Диана скривила губы, рассматривая мою одежду. – Выглядит отвратительно.

– Я не спрашивала твоего мнения.

Леона довольно хмыкнула.

По сравнению с Дианой, которая была одета в коктейльное розовое платье, на высоких каблуках и с убранными в высокий аккуратный пучок светлыми волосами, я смотрелась оборванкой. Но меня это совсем не волновало.

– Слышала, тебя собираются отдать в руки нового наследника из Пенсильвании. – Леона указала пальцем в сторону стола, за который сел тот светловолосый парень со своей компанией. – Не страшно связывать жизнь с чужаком?

– Не страшно знать, что единственный адекватный кандидат на роль твоего жениха сбежал? – в ответ спросила Диана.

Леона сжала челюсть и нахмурилась. Я поняла, что речь шла про нашего знакомого рокера, который прямо сейчас готовился к выступлению.

– Но ведь это ты должна была выйти за него, – обратилась Эвита к Диане.

Та просияла и победно улыбнулась

– Ах, да. Леона, ты же была запасным вариантом.

Я не успевала переваривать полученную информацию. Леона стиснула стакан до белых пятен на коже.

– Может, ты уже свалишь? – раздраженно спросила я.

Как и тогда, ее присутствие рядом травмировало мою шаткую психику. Диана точно станет персонажем номер один, которого я буду игнорировать в новелле.

Со стороны компании Дианы послышался громкий смех. Я перевела взгляд на того блондина, про которого, видимо, говорили до этого. Телефон снова издал уведомления. Кажется, я смотрела в ту сторону слишком пристально, потому что в следующую секунду Диана встала напротив меня и разъяренно произнесла:

– Даже не думай засматривать на Элдана! Ты меня поняла?!

– Да больно он мне нужен.

– Говорит девушка, которая когда-то уже увела у меня парня.

Я приоткрыла рот от удивления, но не успела ничего добавить: Диана развернулась и грациозно удалилась к своей компании, не забыв потянуть за собой Эвиту.

Увела парня? Я?

Леона ругнулась и подозвала официанта, заказывая несколько видов шотов и бутылку с вином. Пока она объясняла официантке, что справится с таким количеством алкоголя, я все-таки добралась до телефона и открыла анкету таинственного незнакомца.

Имя: Элдан Орест

Статус: второстепенный персонаж, статист

Возраст: 25 лет

День рождения: 27 декабря

Семья: -

Увлечения: –

Сильные стороны: -

Слабые стороны: -

Интересные факты:

Родом из Пенсильвании. Родители занимаются перевозками и постройкой автомагистралей по всей Америке.

Взглянув на фотографию в начале анкеты, я облегченно выдохнула, прочитав статус Элдана. Всего лишь статист. Персонаж, не имеющий для меня никакого значения. Хотя, не спорю, он был красивым.

Не с таким резкими чертами как у Эммета, и не с теплыми глазами как у Блейна. Элдан излучал ауру отстраненности, рассматривая всех холодными серыми глазами. Небольшая ухмылка характеризовала его как самоуверенного и независимого парня. Об этом говорило и его поведение, на которое я обращала внимания, подглядывая из-за плеча Леоны. Элдан смотрел на других без эмоций, поэтому казалось, что ему вообще не интересно находиться в компании этих людей и в этом месте. Диану, сидящую рядом, он игнорировал.

Я закрыла его анкету, запрещая себе разглядывать аристократичное лицо, красивую шею и выступающие ключицы, которые частично прятались под рубашкой.

Безумно странно делать такого красавчика просто статистом, но…

Спасибо, Жаклин. Спасибо, что избавила меня от страданий.

Леона стояла у стеклянных перилл с шотом в руках, когда я вынырнула из своих мыслей. Концерт уже начался, и Эммет радостно приветствовал зрителей, пытаясь перекричать толпу.

– Почему ты грустишь? – спросила я, останавливаясь возле Леоны.

Заиграла первая песня, медленная, чувственная. Я подумала, что Леона не ответит, но она наклонилась и сказала:

– Я ему завидую.

– Эммету?

– Да. У него хватило смелости вырваться. Хватило смелости пойти против семьи. Я так не могу.

Появилось желание расспросить Леону, узнать, что она имела в виду, но я заметила немного затуманенный взгляд и опустевшую стопку.

– Ты глянь. Эвита на своем привычном месте.

Я проследила за взглядом Леоны к центру и увидела, как Эвита поднялась к группе с другими девушками и начала скакать под ритм рядом с Эмметом. Рядом раздался раздраженная ругань.

– Диана была первой претенденткой на роль его невесты. Я – второй. Но больше всего по нему сохла Эвита.

– Ты злишься? Ревнуешь?

Леона резко повернулась ко мне. Ее щеки вспыхнули.

– Вот еще!

Я прикинула сюжет новеллы и попыталась вспомнить факты о Леоне. Информации о том, что она давно влюблена в Эммета с самого начала, не было. Поэтому я предположила, что мне потребуется много времени, чтобы их свести.

Изгнанник и богатая наследница.

Эммет и Леона.

Любовный треугольник, третья роль в котором, видимо, отведена Эвите. Я вернулась к нашему столу, залпом опустошила шот, взяла два бокала с чем-то и вернулась к Леоне.

– Давай напьемся.

Она с благодарностью взглянула на меня.

– Думала, ты не предложишь.

♡♡♡

Спустя полтора часа концерт закончился, а мы с Леоной напились сильнее, чем я хотела. В какой-то момент контролировать свои руки стало невозможно. Как и рот, который продолжал заказывать новые порции коктейлей.

Леона строила глазки какому-то парню, который оказался «ослеплен ее красотой», а я пыталась стоять ровно у перегородки, высматривая своего нового лучшего друга.

– Эммееееет! – воскликнула я. Диджей включил рваные биты, не имеющие ничего общего с прекрасной музыкой, звучавшей раньше. – Ты меня нашел.

Эммет улыбнулся и подхватил меня, когда я прыгнула в его объятия. Тело двигалось само по себе, а пьяный мозг не мог взять над ним контроль.

Ну и пускай.

– Эммет. Кто-нибудь говорил тебе, что ты потрясающий?

– Разумеется. Тысячу раз.

– Хвастун.

Компания парней прошла мимо нас, и Эммет потянул меня на себя, чтобы никто из них меня не задел. От него пахло одеколоном, по́том и адреналином. Я всегда была уверена, что участники рок-групп пахнут именно так после своих выступлений.

– Кажется, ты немного перебрала, малышка Шей. – Эммет посмотрел вниз. – Ты пришла без Барта?

– Леона сказала, чтобы я не брала его. Он распугивает всех парней.

Эммет обратил внимание на Леону. Мне показалось, что его челюсть немного напряглась.

– Я вызову вам двоим такси. – Секундная пауза. – Нет. Я сам отвезу вас.

– Эммет! – крикнули за моей спиной. – Давай напьемся! Иди к нам.

– Видишь? Ты не можешь нас отвести.

– Я отвезу вас и вернусь.

– И лишишь нас веселья? – я выпуталась из его объятий. – Не позволю.

Губы парня дрогнули. Он стянул кожаную куртку, оставшись в черной в футболке, которая открывала вид на татуированные руки и обтягивала накаченный торс.

– Кажется, Леоне нужна помощь.

Эммет развернулся и увидел то же, что и я: парень, с которым Леона флиртовала, тянул ее куда-то с собой. Через секунду рядом со мной уже никого не было. Эммет бросился к ним, отталкивая парня и окатывая его грубыми ругательствами. Леона тоже не забывала вставлять свое слово, отчитывая Эммета.

А я по-прежнему старалась стоять ровно. Не знаю, сколько времени прошло. В глазах перестало плыть. Желудок перестал бурчать от неприличной порции алкоголя.

И вдруг… Я услышала звон колокольчиков. Сначала он звучал медленно, но постепенно начал нарастать, пока моя голова не запульсировала. Вместе с режущей музыкой и криками толпы, это казалось почти невыносимым. А через музыку вдруг послышался голос Леоны:

– Шейлин! Там Дастин!

– Кто такой Дастин?

– Твой бывший, идиотка!

Обычно воспоминания о прошлом Шейлин накатывали на меня постепенно, давая возможность к ним привыкнуть. Но не в этот раз.

Я увидела самодовольное лицо парня шатена, неприятные прикосновения, его назойливое внимание. А самое главное…

– Он снова будет настаивать на браке? – спросил Эммет раздраженным голосом.

О, нет.

Брак. Он делал мне предложение. Я отказалась. Он пообещал, что не отступит и сделает все, чтобы заполучить меня. Звон колокольчиков стал сильнее. Мне нельзя встречаться с Дастином. Его настойчивость может вылезти боком.

– Шейлин!

Я рванула с места.

Мой план и будущее с Блейном, которое вернет меня домой. Мне не нужна развилка. Не нужен любовный треугольник. Я не знала, какое влияние Дастин мог оказать на сюжет. Но в таком состоянии я была не в силах трезво оценивать ситуацию.

На лестнице я чуть не рухнула вниз, закрыв глаза от боли, которая вырастала пропорционально звону. Еще ни разу он не был таким громким. На лбу и шее выступил холодный пот.

Чем выше звон, тем значительнее изменения.

Надо бежать.

Надо вызвать такси. Нет. Позвонить Барту. Да. Он мне поможет.

На пути к выходу, проталкиваясь через толпу, я достала телефон и не сумела удержать его в руках. В глазах резко потемнело, и впереди показалась фигура. Я не успела среагировать и врезалась в человека, выскочившего из-за угла.

Сумка с телефоном упала на пол. Я приготовилась к самому худшему, но звон внезапно прекратился. Руки и ноги перестали трястись. Взгляд прояснился.

Я испугано обернулась, высматривая Дастина на втором этаже или на лестнице, но мой бывший парень, тот самый, которого я увела у Дианы, больше меня не преследовал. Вокруг были только люди, отдыхающие от танцев и попивающие напитки. Вся суматоха осталась позади.

Облегченно выдохнув, я выпрямилась и посмотрела на человека, в которого врезалась.

Элдан Орест.

– Неужели так сложно смотреть по сторонам? – раздраженно спросила я.

Облегчение превратилось в гнев. Элдан удивленно приподнял бровь и вскинул руки, будто защищаясь.

– Кажется, это ты не смотрела по сторонам.

– Правда? А мне показалось, что это ты не удосужился убедиться, что на твоем пути никого нет. – Я опустилась и подняла свои вещи. – Кретин.

– Прошу прощения?

– Не прощаю.

Когда я попыталась пройти мимо него, Элдан схватил меня за запястье.

– Ты серьезно обвиняешь меня? – Серые глаза блеснули в свете неоновых ламп. – Красотка, ты пьяна в стельку, а винишь другого?

– Разве джентльмен не должен просто извиниться? Или ты… Да опусти меня!

Я вырывала руку и посмотрела на него таким же раздраженным взглядом.

– Разве наследница влиятельной семьи может позволять себе такое поведение на публике? – с острой улыбкой просил Элдан.

Он меня знает?

– Придурок.

– Приятно познакомиться.

Не дав мне ответить, он развернулся и направился обратно в зал. Я стояла и смотрела ему вслед. Раздражение быстро схлынуло, и снова вернулось облегчение.

Барт попросил не вступать в словесные перепалки с другими игроками. Но какая разница, если Элдан всего лишь статист?

До жути красивый статист.

Я тряхнула головой, отгоняя порочные мысли. Самое важное, что этот ужасный звон прекратился. Я смогла избежать встречи со своим бывшим парнем и избавила себя от новых проблем.

Только это имело значение.

ГЛАВА 9. ВЫНУЖДЕННАЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ

Правило любовной новеллы №9: старайтесь избегать конфликтов, если не хотите привлекать к себе лишнее внимание

Барт был прав: стоило мне сделать небольшой шаг навстречу героям, сюжет тут же сдвинулся с мертвой точки. На следующий день после алкогольных похождений, которые навсегда высекли в моей голове слова «хватит пить, идиотка», мне написал Блейн, и мы почти час обменивались сообщениями. Когда среди них мелькали фотографии достопримечательностей Парижа и голосовые, я прокручивала в голове субботний вечер и корила себя за несдержанность. Если у меня получится избегать проблем как вчера, шансов дойти до концовки без трудностей станет больше. Если получится…

Во вторник утром в дверь моей комнаты постучали. Это был мой семнадцатый игровой день в новелле и первый день, когда я позволила себя полежать в кровати подольше и не изучать как умалишенная информацию о героях или Деонте.

– Госпожа, пора вставать. – Мэгги бесшумно зашла в комнату, закатывая сервировочный столик с завтраком. – Господин хочет с вами поговорить.

Я быстро подняла голову с подушки, представляя, в каком жутком беспорядке были мои волосы.

– Отец?

– Кто же еще?

– Он сказал, что хочет от меня?

– Господин не уточнил.

Мэгги взяла с передвижной вешалки два дневных комплекта одежды, которые я подготовила вчера вечером по ее просьбе, и передала домработнице, стоявшей в дверях. Мои наряды приведут в порядок и принесут обратно в комнату, чтобы я могла выбрать один.

– Вам будет нужна моя помощь с утренней подготовкой?

– Нет. Я справлюсь сама.

Сегодня Мэгги не изменяла себе уже который день: низкий пучок, классический костюм и отсутствие каких-либо эмоций на лице. Хотя сегодня ее глаза смотрели на меня с теплом. Его было совсем чуть-чуть, но благодаря этому я перестала чувствовать дискомфорт рядом с Мэгги.

Она испытывала ровно столько эмоций, сколько должна была, и всегда держалась поблизости, чтобы помочь хозяевам. Неудивительно, что Дженесса и Коллин с уважением относились к женщине, на которой буквально держался весь дом.

Я надела домашний бежевый костюм, состоящий из широких мягких штанов, майки и длинной рубашки. Волосы причесала и убрала назад белым ободком. Руки заметно дрожали перед предстоящей встречей с Коллином Фридманом.

Дженессы дома не было, и я расстроилась. Почему-то ее присутствие после нашего разговора в оранжерее делало меня гораздо увереннее. Я старалась повторять себе, что те слова были сказаны несуществующим человеком и не должны нести для меня силы, но мысли непроизвольно их прокручивали. Имели вес, который отпечатывался на каждой клеточке моего тела.

Коридоры пустовали, поэтому я спокойно спустилась на первый этаж и направилась в сторону кабинета, которого сторонилась все это время. Дверь была приоткрыта, и я остановилась, услышав голоса.

– … Люку необходимо время, чтобы подготовиться. Почему ты продолжаешь затягивать с решением?

Марисса еле сдерживала высокие ноты.

– Выборы преемников будут через шесть месяцев. Я имею право назвать имя за две недели. К чему такая спешка? – спокойно спросил в ответ Коллин.

Я замерла возле пышного цветка в мой рост и неосознанно пригнулась, впитывая каждое слово.

– Ты ведешь себя так, будто ситуация может измениться, – продолжила Марисса.

– Я веду себя согласно правилам Эльтерры. Никто из участников не сможет упрекнуть меня в этом.

– Но мы можем потребовать от тебя чуть больше конкретики. Особенно члены твоей семьи, которым не все равно на будущее компании.

– Знаешь, что это такое? – спросил Колинн, что-то поднимая со стола. – Телефон. Догадываешься, для чего он нужен?

Вместо Марисса фыркнула.

– Я с радостью отвечу на все вопросы Томаса, когда он свяжется со мной. Не вижу причин передавать всю информацию через тебя.

– Хочешь сказать, что я не важная фигура? Я сестра твоей жены!

– И это единственная причина, по которой я стараюсь относиться к тебе с уважением, Марисса.

Стараюсь относиться, а не отношусь. Интересная формулировка.

Кажется, в этом доме только Дженесса не видела в Мариссе проблемы. Разумеется, они же сестры.

– Мы все знаем, что следующим директором Фиа́роса станет Люк. Шейлин сошла с дистанции еще семь лет назад. К большому сожалению, наша малышка оказалась недостаточно подготовлена. Еще бы. Мы испугали ее большой ответственностью, но хорошо, что она сама указала нам на нашу ошибку. Правда ведь?

К моему изумлению, Колинн не стал ничего отвечать.

– На следующей неделе будет благотворительный бал. Ты бы мог…

– Марисса, – обманчиво спокойным голосом начал Колинн. – Я сам решу, когда объявлять наследника Фиароса. Закончим на этом. Скоро придет Шейлин, и я бы хотел провести время с дочерью.

– Но я…

Движимая странным порывом, я вышла из-за цветка и открыла дверь, оповещая о своем приходе. Марисса раздраженно обернулась, но, увидев меня, снова нацепила приторную улыбку.

– Шейлин. А мы как раз о тебе говорили.

На мужественном лице Колинна читалось явное облегчение, и он улыбнулся, когда мы с ним встретились взглядами.

– Что ж. – Марисса многозначительно глянула на Колинна, надеясь на продолжение, а в ответ услышала:

– Всего хорошего, Марисса.

– Да, до встречи.

Не глядя на нас, Марисса вылетела из кабинета, и в отражении зеркала в коридоре я успела увидеть, как приторная улыбка мучительно сползла с ее лица.

– Спасибо, что пришла сразу.

– Я успела спасти тебя от словесного насилия?

Колинн тихо засмеялся, откладывая документы в сторону и оставляя перед собой одну папку.

– Не то слово. Марисса бывает очень…

Пока он пытался подобрать слова, я решила ему помочь:

– Раздражающей? Бестактной? Наглой?

– Все сразу, полагаю. – Колинн еще какое-то время улыбался, а потом посмотрел на меня серьезным взглядом. – Она доставляет тебе неудобства?

– Хочешь услышать утвердительный ответ и запретить ей приходить в наш дом?

– Было бы чудесно. Но твоя мама этого не поймет. Садись.

Колинн заметил, что я не ответила на его вопрос. Это было понятно по внимательному взгляду и стучащему по столу указательному пальцу. Я чувствовала его желание продолжить меня расспрашивать, но он взял себя в руки и перешел к делу.

– Этим летом Эльтерра собирается создать несколько временных благотворительных организаций и направить средства в различные сферы: медицину, образование, искусство. Участвовать будут все компании и семьи, желающие внести вклад в развитие Деонта.

Я кивала, думая, как вся эта информация будет связана со мной. Колинн открыл папку, которая осталась на столе, и протянул мне.

– Что это? – спросила я, разглядывая названия компаний и их деятельность.

– Дети семей основателей ежегодно участвуют в благотворительности. Но так как летний сезон будет полностью посвящен помощи нуждающимся, условия немного изменились. Вместо недели это займет месяц. Так что выбери место, которое интересует тебя больше всего, чтобы провести время не только с пользой, но и с удовольствием.

Меня не спрашивали: хочу ли я вообще участвовать в этом. Судя по внутренним ощущениям, игровая Шейлин была не против.

Мои настоящие родители никогда не занимались благотворительностью, считая это пустой тратой финансов.

– Почему я должен тратить свои деньги на помощь другим? – говорил отец. – Люди, которые ничего не добились в жизни, ленивы. Я не поощряю лень.

– У детей из сиротского приюта не было выбора, – пыталась объяснить десятилетняя я.

– Эти дети оказались никчемными, раз их родители от них отказались.

– Отец…

– Замолчи, Шейлин. Ты еще мала, чтобы это понять. Когда вырастешь и станешь богатой, поймешь, что я имею в виду. Ни один здравомыслящий человек не станет заниматься этой ерундой.

К счастью, богатой настолько, чтобы начать думать подобным образом, я не стала.

– Что-нибудь понравилось? – спросил Колинн.

Я попыталась вспомнить, в каком направлении двигалась игровая Шейлин, но воспоминания отказывали приходить. Поэтому мне пришлось отталкиваться от собственных убеждений.

– Пушистый рай, – прочитала я название приюта для животных. – Хочу туда.

– Ты уверена? – Колинн что-то открыл на компьютере. – Им необходимы сотрудники для поддержания чистоты в приюте.

– Да, нормально. Я не боюсь запачкать руки. И это явно пойдет на пользу семье. – Увидев замешательство на лице Колинна, я пояснила: – Ведь здорово, что я не боюсь подобной работы. Думаю, остальные выберут что-то менее…

– Пахнущее? – с улыбкой спросил Колинн.

Я не удержалась и улыбнулась в ответ.

– Типа того.

Пока Колинн что-то печатал, я рассматривала его мужественно лицо. Ему было сорок пять, но выглядел он моложе. И, судя по подкаченному телу и правильному рациону, тщательно следил за своим здоровьем.

– Хорошо. Тогда я отправлю им документы. Ездить туда каждый день необходимости нет. Будет достаточно появляться там два или три раза в неделю.

– Поняла.

– Завтра утром приступишь. Пусть Барт постоянно тебя сопровождает. Приют находится почти на окраине Деонта, так что берите одного из наших водителей. Не добирайся туда самостоятельно.

– Хорошо.

Наступила неловкая пауза. Видимо, Колинн был уверен, что я сразу встану и уйду, но я почему-то продолжала сидеть на месте, глядя в его глаза теплого кофейного оттенка.

В детстве я хотела иметь такие глаза, чтобы они хорошо сочетались с рыжими волосами. Голубые глаза всегда выделялись, и дети называли мою внешность необычной. Разумеется, ребенок во мне слышал вместо этого слово «странной».

Я не была похожа на Колинна. Как и на Дженессу. Одинаково рыжие волосы и глаза не делали нас родственниками.

Но мне вдруг захотелось…

Я вскочила с кресла, будто кто-то воткнул мне иголку в пятую точку.

– Я тебя не подведу! – слишком громко сказала я.

Колинн какое-то время удивленно смотрел на меня, а потом кивнул и улыбнулся.

– Знаю. Спасибо тебе, Шейлин.

Нет. Это тебе спасибо. Спасибо, что, хоть ты и вымышленный, помогаешь мне чувствовать себя нужной».

♡♡♡

«Пушистый рай» был не просто приютом для животных. Помимо собак и кошек, которых я обычно видела в приютах Чикаго, здесь был целый сектор для лошадей, домашних животных, проходящих реабилитацию. Ангары с грызунами и прочими мелкими зверюшками, которых сейчас было модно держать дома: начиная от хорьков и заканчивая экзотическими попугайчиками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.