# Марсель. Начало. Книга 1

Ирина Пенчук

Серия «Вампиры и оборотни».И все-таки Марсель остался жив благодаря тому, что этим миром правит любовь и доброта, милосердие и истинная дружба. Новая глава его жизни, спустя столетия, где он обретает свою любовь, и снова с женщиной-вампиром, свою семью и где начинаются новые, увлекательные, а иногда и странные приключения.

© Ирина Пенчук, 2025


ISBN 978-5-0067-8166-5 (т. 1)

ISBN 978-5-0067-8167-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Ирина. Пенчук. «ДРУГИЕ МИРЫ». МАРСЕЛЬ. НАЧАЛО

Серия «Вампиры и оборотни»
Книга 1

Новосибирск 2025

### Вступление

Я увидела его в первый раз в Старой Праге в марте 2013 года, это была просто мимолетная встреча, однако я все-таки обернулась, так же, как и он, чтобы ещё раз посмотреть на красивого статного мужчину, который, мне показалось, кого-то напоминает. Я сразу поняла, по запаху, что где-то рядом оборотень, но не предполагала, что это Марсель, ведь он погиб в 1913 году, 100 лет назад, но я не сомневалась, что это именно он. И он жив.

А вдруг мне всё-таки показалось? Я снова обернулась, но он уже исчез… А был ли он?


Я стала вампиром всего лишь 100 лет назад, во время революционного переворота в России, когда мы всей семьёй уехали жить за границу, сначала в Барселону, потом в пригород Франции, Сен-Клу, на западе, мои родители, слава богу, так и не узнали, о том, что я вампир. Потом мне пришлось уехать в Америку, Майами, и видеться очень редко, чтобы ни у кого не возникало претензий к моей внешности, которая осталась такой же, как и в 28 лет. Я конечно бывала в Сен-Клу очень часто, благодаря скорости с которой передвигаются вампиры, это было совсем не сложно, чтобы просто побыть рядом с мамой и папой, посмотреть на них хотя бы со стороны, но только они меня не видели и не подозревали, что я где-то рядом…. А мне так хотелось побыть рядом с ними, поговорить, попить кофе с мамой, как мы делали это раньше. Но, мне не хотелось травмировать их, а рассказывать о том, что я вампир и как я им стала, я уж конечно не планировала.


Наш ковин в 2010 году во главе с высшим вампиром Владимиром и его женой Анной, обосновался в замке Билтмор Эстет в Ашвилле, Северная Каролина, абсолютно на законных основаниях – мы его купили! Это был очень красивый и светлый замок вместе с прилегающей к нему территорией, все было в зелени, на территории парка было несколько очень красивых фонтанов, много деревьев и клумб с цветами, все мы носили разного цвета одежду (хотя у вампиров принято в основном всё чёрное), и, когда к нам с официальными визитами или в гости приезжали вампиры из других кланов и ковинов, многие из них с брезгливым выражением лица говорили:

– Как здесь можно жить? Здесь столько света. Ха! Цветы! Это, несколько не в нашем стиле, не находите?

На наш разноцветный гардероб, они тоже смотрели с явным неодобрением, но Владимир, наш старейшина, всегда с улыбкой говорил:

– Мы – не свет и не тьма, мы – посередине. Вы же не в 15 веке, честное слово. На дворе 21-ый век, свобода! И живём, и одеваемся, там и так, как нам комфортно!

Кто-то ухмылялся, кто-то откровенно фыркал, но откровенного негатива не было.

И я с ним согласна, потому что мы – наш ковин – это всё-таки больше свет, или серединка, мы не приносим зла ни людям, ни животным, потому что уже давно питаемся синтезированной кровью, которую научились вырабатывать в нашей лаборатории, наши учёные соратники-вампиры. И все, кто здесь живёт очень светлые, добрые и душевные личности, конечно за некоторыми исключениями! И все мы очень любим наш прекрасный Билтмор с фонтанами, цветами, зеленью, светом и садом!

## ГЛАВА I

Все междоусобные войны уже давно, слава Господу, были закончены, да-да, я несмотря на то что уже более ста лет являюсь вампиром, верю в существование Всевышнего, он никогда меня не оставлял в моей жизни, ни в прошлой, ни в настоящей. Мы жили в нашем замке абсолютно спокойно, каждый был занят своим делом, было нас около тридцати пяти вампиров, большая часть из которых были в постоянных разъездах – кто по другим ковинам и кланам в гости и с поручениями, кто с рабочими проверками и визитами в нашу лабораторию или ещё по каким-то другим делам и бизнесу. Бизнес и влияние у нас были обширными (я имею ввиду всех вампиров в принципе) – фармацевтическая и исследовательская деятельность, пищевая и лёгкая промышленность, корабле- и яхтостроение, добыча драгоценных металлов, нефть, и много чего ещё, поэтому занятий хватало всем.

Я на данный момент только что вернулась из Италии, куда я ездила с инспекцией в одну из наших научных лабораторий, где велись разработки нового вида синтезированной крови с разными вкусами, вампирам ведь иногда тоже хочется разнообразия! При жизни человеком, я была хорошим химиком, и мои знания очень кстати пригодились и в моей теперешней жизни. Я была исполнительным директором по всем лабораториям, принадлежавшим нам, а их по миру у нас было целых восемнадцать штук. Так что работы и путешествий мне хватало. И я очень люблю свою жизнь, не люблю сидеть на месте!

Нынешним утром, проснувшись и позавтракав, я отправилась гулять по лесу, который со всех сторон окружал наш замок, лес был прекрасным: вековые дубы, красивые голубые ели и множество клёнов! И, гуляя по лесу в радиусе примерно 40 км, я обнаружила, что рядом оказывается, есть какое-то поселение, с очень аккуратными красивыми каменными домами, а на окраине этого поселения, поодаль, у водопада, у горы Чимни Рок, стоит красивый, не большой дом-замок. Мне очень захотелось узнать, кому принадлежит этот дом, но, когда я сначала почуяла запах оборотня, а потом и увидела Мемфиса, самого близкого друга Марселя, я поняла, кому он принадлежит. Я опешила от удивления и счастья. Неужели да…

Примчавшись в Билтмор, я разыскала Владимира, и задыхаясь от волнения и сбиваясь, рассказала о своей находке, и он подтвердил, что оборотни не так давно приехали сюда, буквально пару месяцев назад, по согласованию с ним, Владимиром и Анной. Ведь мы уже давно не враждовали, поэтому и не было причин не согласиться с тем, что Масель и его оборотни могут жить где угодно. Владимир, наш старейшина был очень добродушным, и очень мудрым вампиром, Анна была его отражением – добрая и понимающая, всегда готовая прийти на помощь.

Марсель – предводитель оборотней, или альфа-оборотень, высший из всех существующих, так как он был первым из перворожденных оборотней, оставшихся в живых, т.к. его родителей убили сразу же после его рождения. И он так же был очень справедливым, порядочным и добрым, более человечным, чем и отличался с самого рождения от других своих собратьев. Как раз во время моего пребывания в Италии, Марсель приехал к нам сюда, они встретились и договорились о соседстве.

Так-так… Я от радости не могла не вымолвить и слова. Неужели ОН здесь? Господи, как же он спасся? Значит тогда в Старой Праге мне не показалось, что это действительно он??? Я нервничала, мысли не могли собраться в стройный ряд. Стоп. Владимир подтвердил тебе, что это правда. Успокойся и приди в себя. Я глубоко подышала и тут место тревожности и растерянности сменила бурная радость и эйфория! Уррррааааа! Он жив! Жииииив!

Я села в кресло и стала продумывать план. План моего приближения к нему.

Мне очень хотелось с ним встретиться, а ещё лучше – познакомиться поближе, поэтому я стала прогуливаться в тех местах с определённой периодичностью (лес же не купленный, правда?), и никак не могла его встретить. Когда я уже было отчаялась встретить его во время своей очередной прогулки и, намеревалась пойти домой, я вдруг увидела его, идущим мне на встречу. Он был прекрасен, как впрочем, и всегда, я очень хорошо знала и помнила его образ, вплоть до мельчайших подробностей. Я почему-то опешила, хотя с нетерпением ждала встречи с ним, и решила от растерянности просто пройти мимо, но он сам заговорил со мной:

– Добрый день прекрасная леди!

Конечно же, я не хотела показаться невоспитанной, хотя у меня язык к гортани прилип (а ведь я никогда не была особо застенчивой!), я собралась с духом и ответила:

– Добрый день! – одарив при этом его несколько высокомерным взглядом, и поспешив с трясущимися руками и ногами, побыстрей убраться восвояси. А он стоял и смотрел мне вслед, я это чувствовала всем своим нутром, но не обернулась ни разу, хотя мне этого очень хотелось. И шла я намеренно медленно, как бы прогуливаясь, а на самом деле мне очень хотелось повернуть назад и поговорить с ним, потому что я была давно влюблена в него, с тех пор, как вообще узнала о его существовании, его историю, его благородство и страдания. Теперь, увидев его вживую, я поняла, что люблю навсегда и безоглядно….

Вернувшись в Билтмор, я хотела побыстрей оказаться в своей комнате, но Анна, супруга Владимира, увидев меня, остановила и стала расспрашивать, как мои дела, как я съездила в командировку и так далее, и я не могла ей не ответить, потому что уважала и любила её, так же, как и Владимира. Они в некотором роде заменяли нам всем родителей, поэтому мы относились к ним с должным уважением, почтением и любовью. И любили мы их на самом деле, потому что они были удивительно гармоничной парой, оба очень великодушные (если здесь уместно говорить о душе), красивые, статные, всегда понимающие, любящие нас всех и готовые помочь советом или делом. Так вот, Анна стала расспрашивать меня:

– Как погуляла, красавица?

– Хорошо, – ответила я.

– Никого не встретила?

– Нет, – зачем-то соврала я. И тут же устыдилась своей лжи. Анна почувствовав это, удивлённо взглянула на меня.

– Анна, мне нужно с тобой поговорить, – сказала я.

– Пойдём ко мне, – предложила она. И мы поднялись на третий этаж в её кабинет.

– Присаживайся девочка, – она указала рукой на кресла и диванчик.

– Спасибо, я похожу, – нервно как-то вырвалось у меня.

Анна бросила на меня ещё более удивлённый взгляд, видимо подумав: «В чём причина такого странного волнения?», и тут же спросила:

– Ириша, что случилось?

А я нервно ходила по кабинету и не знала, как мне рассказать, что я люблю совершенно мне незнакомого человека, легенду, оборотня, который старше меня на девятьсот лет! Когда я сделала сто тридцать пятый круг по кабинету, Анна не выдержала:

– Ты будешь рассказывать, или у нас сегодня кросс? – шутливо спросила она.

И я немного расслабилась, неаккуратно плюхнувшись на диван в стиле «Барокко», который ещё в шестнадцатом веке изготовили во Франции для Людовика XIV, Анна все свои любимые вещи очень ценила, любила, и очень аккуратно за ними сама лично ухаживала, а я так неаккуратно уселась на него! Анна не подала вида, хотя я почувствовала, как она пожалела бедный, любименький диванчик, причём абсолютно без злобы на меня, ей было жаль это произведение искусства, и она даже на какое-то время забыла про меня, воззрившись на свой диван, как будто он мог ей пожаловаться, а она ему – чем-то помочь! И тут я выпалила:

– Анна, я встретила Марселя. И я люблю его.

Она наконец оторвала свой взор от дивана, и уставилась на меня.

– В каком смысле? – удивлённо спросила она.

– В самом… прямом, – начала я сбивчиво.

Мысли путались, мне хотелось сказать всё и сразу.

– Он легенда, и я интересовалась его жизнью очень давно, ещё до того, как меня обратили, я любую информацию о нём всегда запоминала и всегда мечтала с ним познакомиться, а когда впервые его увидела 3 года назад в Старой Праге, ещё раз укрепилась во мнении, что он мне не безразличен. Он тогда тоже оглянулся вслед мне, но это видимо было просто любопытство, и вообще, я тогда решила, что мне почудилось. И сегодня при встрече он просто поздоровался со мной, и я подумала, что он вряд ли меня помнит.

– Не торопись с рассказом, ты так взволнованна! Успокойся! Где ты его встретила? – после не большой паузы спросила она меня.

– В лесу, – ответила я, немного приведя в порядок мысли.

– Гуляла почти за сто километров от дома? Не далековато ли?

– Я уже давно там гуляю. С тех пор, как узнала, что они там живут, мне сказал об этом Владимир. И цель моя теперь тебе понятна. Что мне делать?

– Гулять там дальше! – сказала Анна

– Зачем?

– Но ведь ты же желаешь поближе с ним познакомиться?

– Да, он сегодня со мной поздоровался, а я от страха задрала нос и высокомерно так ему ответила, что теперь он со мной вряд ли захочет заговорить. И еще эта история с его любимой, дочерью вампира Геворга. Ты же знаешь.

– И что? Это было девятьсот лет назад. Конечно это тяжело, потерять любимую, да ещё таким варварским способом, но время лечит. И я думаю, надо пробовать.

– А я думаю, что не надо. Даже если исход знакомства будет удачный, нам все равно нельзя быть вместе.

– Это почему?

– Потому что я – вампир, а он – оборотень.

– И что? Времена меняются, девочка моя. Решай проблемы по мере их поступления. И ты прекрасно знаешь, что я и Владимир любим тебя, а по поводу того, сможете ли вы быть вместе, говорить ещё рано, согласись? Ты его даже не знаешь, ты любишь мечту, тебе приятна сама мысль о любви к нему, а какой он сам? И о браках между оборотнями и вампирами – мы давно уже живем в мире, и я думаю, тут никаких преград быть не может. И уже есть несколько пар, ты же знаешь, у которых родились прекрасные детки смешанной крови. И Владимир со мной согласится.

– Значит, завтра я снова иду гулять в лес?

– Непременно!

– Спасибо Анна, – сказала я, вставая, я подошла к ней, обняла и нежно поцеловала её в щеку.

– Тогда я пойду? – уже улыбаясь спросила я.

Она кивнула, и я пошла в свою комнату. Я всё ещё была очень растерянна, но вместе с тем радость поднималась в моей бессмертной душе!

Пришла, и опять начала нервно ходить по комнате, мне хотелось прямо сейчас броситься в лес, к водопаду, в надежде, что я там снова встречу Маселя, но уже была глубокая ночь, неподходящее время для прогулок. Спать совсем не хотелось, и я всё думала и думала о нём, мне очень хотелось его снова увидеть, и чувства мои были смятёнными, я думала над словами Анны, возможно, она права, как можно любить кого-то, если ты его не знаешь, причём абсолютно, а может он совсем не такой, каким я его себе нарисовала, нафантазировала? Все эти мысли не давали мне покоя, и я всё думала и думала, пока наконец от бессилия и разных мыслей не уснула прямо в кресле. Часы показывали 3:30 ночи.

Проснулась я в 5.30, проспав всего пару часов, но чувствовала себя очень бодро и уверенно. Потому что перед тем, как уснуть, я для себя решила, что должна с ним познакомиться, и узнать его поближе, а потом уже очаровываться или разочаровываться. Я начала приводить себя в порядок, и выбирать самый лучший и любимый свой наряд, на улице светило солнце и настроение у меня было замечательное. Да, забыла совсем сказать, я могла свободно находиться на улице при дневном свете.

Вампирша, которая меня укусила, была из нового поколения вампиров, в крови которых содержался заложенный ренди-код, который позволял не сгорать коже вампира на солнце и дневном свете, а совершенно комфортно находиться на улице в любое время суток. И меня это очень радовало, так как ночная жизнь вампиров конечно прекрасна, но не совсем полна, хотя я сама согласилась, точнее, упросила Эсме, меня обратить, она этого очень не хотела делать, так как считала, что это не очень хорошая участь для любого живого существа, но так как она была ранена, и ей для восполнения сил нужна была кровь, она согласилась, а я была несказанно рада, так как уже в то время, в моей голове поселилась навязчивая идея найти Марселя. Эсме, кстати, жила с нами в нашем ковине, и была моей самой близкой подругой. Но ей я рассказать о вчерашней встрече и разговоре с Анной не смогла, так как она уехала в Австралию, к своему любимому, в ковин который возглавлял Девид, тоже один из старейших вампиров. Дело шло к свадьбе, и я немного расстраивалась, так как Эсме скорей всего уедет туда жить…. Вот если бы мы с Марселем смогли быть вместе, мы бы организовали некий городок для семейных пар, и возможно Эсме никуда бы не уехала. Какие чудные фантазии! Но, очнулась я, надо собираться.

Так вот, я приняла душ, села перед трельяжем и навела самый сногсшибательный мейкап. Критично оглядев свои труды, я осталась полностью довольна собой. В дверь постучались.

– Кто там? – спросила я.

– Анна, – я открыла, и она вошла. – Как настроение? Доброе утро.

– Пока не знаю, -ответила я.

– Почему? Ты отлично выглядишь!

Я посмотрела на неё, и засмеялась, потому что она стала корчить мне разные рожицы, чувствуя и видя, что я не очень решительно настроена. И я как будто проснулась, во мне сразу же появилась уверенность. Ведь я прекрасно знала, что я красивая молодая женщина, с отличной фигурой и красивым лицом. У меня большие зеленые глаза (как и у Марселя), длинные пушистые ресницы, ослепительно белые зубы, красивые длинные, цвета темного кофе – волосы – как такую красоту можно не заметить? Ведь в глубине души я очень надеялась, а может даже на подсознательном уровне чувствовала, что он меня уже заметил. Я оделась в красивейшую душегрею из Павловопосадского платка зелёного цвета, отороченную светло-коричневым соболем, бежевого цвета кашемировую водолазку и бежевые кожаные брюки. Довершали мой прекрасный образ зелёные замшевые ботиночки от Кристиана Лабутена в стиле Павловопосадского платка – с узорами из русской тематики. Три капли «Чёрного георгина» от «Дживанши», и я была готова на любые подвиги! Анна зашла ко мне, чтобы посмотреть и ободрить меня, но я, видя своё отражение в зеркале уже не нуждалась ни в чьём ободрении и одобрении. Я решила – если он не оценит мою красоту и тонкую натуру, ну и не надо!

– Удачи куколка! – пожелала мне Анна.

– Спасибо! – откликнулась я.

И уверенно двинулась к выходу. Я пошла, точнее полетела со всех ног, к водопаду. Благодаря способности вампиров передвигаться со скоростью света, у водопада я была уже через десять минут, и естественно дом Марселя был в поле моего зрения. Я осторожно поглядывала туда, пытаясь хоть что-нибудь или кого-нибудь увидеть и разглядеть, но тщетно.

И тут я учуяла, что где-то рядом оборотень! Надежда затеплилась в моей душе – это он! Я обернулась, но, как ни прискорбно, я ошиблась – это был Мемфис – старый друг и соратник Марселя, они прошли вместе все раздоры, распри и размолвки, принимали участие во всех войнах между вампирами и оборотнями, и несмотря на всё это, до сих пор были живы, так как относительный мир был заключён всего сто лет назад (никто никого не трогает без явной угрозы, и как раз в тот момент, когда меня обратили).

Он шёл мне на встречу, ещё не видя меня и разговаривал по телефону, а я стояла и смотрела на него, ожидая его реакции на моё присутствие. Он мне всегда очень импонировал, ведь он был очень предан тому, кто меня так сильно интересовал. К тому же Мемфис был очень добрым и отзывчивым, что не могло не радовать и очень располагало. Он тоже учуял мой запах и стал настороженно глазами искать источник этого запаха, и наконец наткнулся взглядом на меня. Увидев, он остановился как вкопанный, и выронил телефон из рук, и только и делал, что смотрел на меня, часто-часто удивлённо моргал и молча открывал рот, как выброшенная рыба на сушу.

Пауза затянулась, и я почувствовала себя неловко, чего, он думаю, так смотрит на меня? Может у меня рога выросли или хвост?

Затем его взгляд с удивлённого сменился на восхищённый, рот закрылся, но он продолжал молчать, возможно потому, что никогда не общался с женщинами, точнее не верно сказала, не любил женщину (согласно легендам, рассказам и преданиям, а я изучила почти наизусть всю информацию, которая касалась Марселя), хотя я не могла об этом знать наверняка. Так мы и стояли некоторое время, и я решила, что пора выходить из неловкой ситуации, и слегка кивнув, в знак приветствия, двинулась вверх по тропе, ведущей к горе Чимни Рок. Он тоже, как будто очнулся ото сна и заспешил в свой замок, поминутно оглядываясь. Я поднялась на гору, присела на край плато и, стала любоваться красотами, простирающимися передо мной – красивейший сосново-кедровый лес, первые весенние цветы неземной красоты, к которым я питала всю свою жизнь особую страсть, я всегда мечтала, что, когда я выйду замуж, и у нас обязательно будет свой огромный дом и сад, в моём саду будет очень много цветов, всех-всех моих любимых цветов!

Так я просидела пару часов, совсем забыв о времени, в своих мыслях, о будущей прекрасной жизни, что даже забыла об истинной цели своего визита сюда, как учуяла снова запах оборотня, и не успев повернуть головы, услышала за спиной ЕГО голос (я почувствовала, что это именно Марсель, хотя я никогда в своей жизни не слышала вживую его голоса):

– Добрый день!

На сей раз я не растерялась, и не разволновалась, и не занервничала, как вчера, повернувшись к нему, я ответила:

– Добрый! – тут же повернувшись обратно, продолжая смотреть на деревья и лес, чтобы привести в порядок дыхание и мысли, лёгкое волнение всё же нахлынуло.

– Не помешаю? Я вот пришёл посмотреть на богиню! – раздалось за моей спиной.

– На какую богиню? – удивлённо снова обернулась я.

– Мемфис, как сумасшедший, бегает по дому с возгласами «Там пришла богиня! Она гуляет рядом с нашим домом!» – ответил он.

Я продолжала удивлённо смотреть и улыбаться.

– Мемфис, какая богиня? Ты сошёл с ума? – спросил я его, на что он мне ответил:

– Ты должен видеть всё сам! – и буквально вытащив меня на улицу, показал мне рукой направление, где он встретил вас.

– Разрешите присесть рядом с вами? – спросил Марсель.

– Скорее это я должна у вас просить разрешения гулять и находиться здесь, это же ваши владения, – ответила я.

– Вы можете приходить сюда в любое время, и вы на самом деле похожи на богиню. Давайте познакомимся? Меня зовут Марсель, – представился он мне, – а вас?

– Ирина, – ответила я, и я прекрасно знаю, как тебя зовут, подумала я.

– Ваше имя столь же прекрасно, как и вы сами! Если не ошибаюсь, это имя очень популярно в России? Вы русская?

– Вы правы, я из России.

И мы разговорились, он оказался (в чём я не сомневалась) прекрасным собеседником, умным, эрудированным, весёлым. Мы много смеялись его (и моим) остроумным шуткам, потом пошли гулять по лесу, а он всё смотрел и смотрел на меня, и я чувствовала, что нравлюсь ему, причём как-будто бы, уже давно, но не могла понять, почему я так уверена в том, что он уже знает или видел меня. И тут меня осенило, Прага, три года назад, неужели он помнит меня с тех самых пор? И тут же спросила:

– Мы раньше встречались с вами?

Он пристально посмотрел на меня, облегчённо вздохнул и сказал:

– Да, я давно мечтаю о Вас. С тех самых пор, как три года назад увидел в Праге. Возможно, вы меня помните? Вы ещё оглянулись тогда.

Честно сказать я была в шоке! Я о таком даже и не помышляла! Я мечтала о нём, сколько себя помню, а после той встречи вообще летала на крыльях счастья, от того, что я его увидела! Что он жив (мысли о том, что мне это показалось, я гнала от себя, увещевая себя тем, что я видела его собственными глазами)! А оказывается, и он тогда меня запомнил и тоже мечтал обо мне!

Я чувствовала всеми фибрами своего существа, что он говорит правду. Он не мог сейчас меня обманывать, потому что я видела искренность и честность в его глазах, и неподдельное восхищение мною. А глаза ведь зеркало души – не зря говорят.

Пробродив с Марселем по лесу около 3-х часов, я решила, что на сегодня впечатлений достаточно, у меня сейчас взорвётся мозг от всей этой (безусловно приятной для меня) информации, если я сейчас не окажусь в своей собственной комнате и не обдумаю всё, что сегодня со мной произошло, и что я узнала и услышала. Хотя расставаться не хотелось – и ему тоже, я это чувствовала, я сказала:

– Мне пора идти, приятно было с вами познакомиться. Есть ещё некоторые дела, которые необходимо сделать сегодня, – я улыбалась.

– Надеюсь, увижу вас ещё, приходите в любое время, вам всегда здесь будут рады! – ответил он, и надежда действительно звучала в его голосе!

– Конечно! Я обязательно как-нибудь выберусь к вам на прогулку! Всего доброго! – ответила я, повернулась и пошла, не оглядываясь, и опять же всем нутром чувствуя, что он пристально и с надеждой смотрит мне в след.

Я примчалась в замок, и стремглав кинулась в свою комнату, с одной единственной надеждой, чтобы мне никто не встретился и не стал меня расспрашивать, что да как. К счастью мне повезло, я влетела в свою комнату, закрылась на все затворы и упала на кровать не в силах перевести дух, опять же в голове было миллион мыслей, и большая часть этого миллиона – была счастливых мыслей! Он меня помнит! Он мечтал обо мне! Не может быть! Я так счастлива! Я лежала, и думала и думала о нём, и счастью моему не было предела! В голове сразу же закрутились возможные перспективы наших отношений, когда меня вдруг какой-то силой как будто подкинуло с кровати и потянуло на балкон, я даже растерялась. Как будто кто-то звал и ждал меня, где-то там, в лесу…

Я вышла на балкон и сначала никого не увидела, стала всматриваться повнимательней, чтобы понять причину того, что меня сюда потянуло, и вдруг отчётливо увидела на кромке начинающегося леса Маселя, который стоял и смотрел на меня, и говорил, я слышала его голос, как будто он находился в шаге от меня: «Я очень прошу вас богиня, приходите завтра к водопаду. Теперь мне ещё труднее будет без вас жить, когда я знаю, что вы так близко от меня».

Я стояла и смотрела, и от изумления не могла даже мысль какую-нибудь сформулировать, как это возможно, чтобы я могла его слышать? Телепатия? Да, у вампиров есть такая способность, как и у оборотней, но я думала, что это возможно только у представителей однотипного вида, но чтобы вампир слышал оборотня? Это странно. И тут я опять услышала его голос: «Я могу надеяться?», на что я ответила: «Я постараюсь», и он исчез. Я тут же подумала, а вдруг это галлюцинация? Может я настолько увлеклась любовью к нему, что мне уже начинает мерещиться его голос и его облик? Надо срочно найти Анну или Владимира. И я пошла к ним в комнату, чтобы они рассеяли мои сомнения, объяснили мне, что это всё значит. И мне очень хотелось надеяться, что я не сошла с ума. Я постучалась в их комнату, и Владимир ответил мне:

– Заходи девочка, – он был один.

Я вошла, и предупредив мой вопрос, где Анна, он сказал:

– Анна уехала в Майами по делам, ты хотела поговорить?

– Да. Но я хотела поговорить с Анной. Я, наверное, лучше дождусь её возвращения, – сказала я, собираюсь выйти из комнаты. Владимир меня остановил, сказав:

– Я могу ответить на все твои вопросы, девочка. Я прочитал мысли Анны, мне она показалась обеспокоенной и какой-то странно весёлой, и я решил не оставаться в неведении, прости уж меня, старика, пожалуйста.

Честно сказать, я была не очень удивлена, и даже рада тому, что он знал, о чём идет речь, потому что любила Владимира, как отца, и мне очень нужны были ответы на все мои вопросы.

Я ответила:

– Это хорошо, что ты в курсе. Скажи мне пожалуйста, разве может быть такое, – но он не дал мне договорить, сказав:

– Ты о Марселе? О телепатии?

– Да.

– Это действительно возможно, хотя, безусловно, не у всех и не всегда, когда между оборотнем и вампиром возникает такая глубокая, любовная связь, это говорит о том, что они родные души, которые давно ищут друг друга.

Он посмотрел на меня, и спросил:

– Ты уверена, что всё это нужно тебе? – я удивлённо вскинула на него глаза.

– Что именно? Марсель? Или телепатия? – я улыбнулась.

– Он, несомненно, очень хороший, справедливый, умный и прекрасный воин. Но… – и Владимир замолчал.

– Что, но? – не выдержала я.

– Ему около тысячи лет. И он очень многое повидал за свою длинную жизнь – и любовь, и горечь от потери любимой женщины. Он видел много войн, несправедливости, горя, обид. Ирочка, он много пережил, а ты ещё совсем молодая девочка. Нет, я не отговариваю тебя, но может всё-таки стоит вспомнить о Майкле? Он давно любит тебя, и ждёт твоего решения. И он вампир. И готов пойти на многое, чтобы быть рядом с тобой.

Я начала раздражаться:

– Зачем ты мне говоришь о нём? Ты же знаешь прекрасно, что я не люблю его. Как можно жить и спать в одной постели с тем, кого ты не любишь, и кто тебе не интересен, скажу больше – даже неприятен? С кем ты не хочешь находиться даже в одной комнате, не говоря уже ни о чём другом?

– Не нужно раздражаться моя хорошая, я просто напоминаю тебе, что есть альтернатива. На мой взгляд, это лучший вариант для тебя. Он так же молод, силён, прекрасен. Хотя, безусловно, я приму любое твоё решение с уважением. Подумай над моими словами. Я желаю тебе только добра, – ответил Владимир.

Я стояла и смотрела на него, в растерянности, и в голове моей билась одна единственная мысль: «О чём это он?», я не вытерпела, и сказала:

– А ты бы променял Анну на другую женщину? Если бы любил её, а была бы другая альтернатива? Моложе? Красивей? – я смотрела, а в горле стоял ком, мне просто хотелось рыдать, и слёзы предательски побежали по щекам. Как же он не понимает, что я люблю Марселя всей душой! Будь ему хоть пять тысяч лет, какая разница? Ведь он сам только что говорил о родстве душ, и если я слышу его мысли, значит, он мой! У меня всё кипело внутри, и я, не дав Владимиру сказать больше ни слова, спрыгнула с балкона третьего этажа и побежала в лес, тая в душе надежду, что может быть он тоже, всё ещё в лесу. Я мысленно звала Марселя, просила его оказаться где-нибудь поблизости. Я забежала в лес, там стояла звенящая ночная тишина.

## ГЛАВА II

Я села под дерево и разрыдалась, так горько, как будто, у меня забрали всё, что было ценного в моей жизни. И вдруг почувствовала тепло его руки на своём плече, он повернул меня к себе и сказал:

– Я услышал, что вы зовете меня миледи и вернулся. Кто обидел вас? – а я стояла и смотрела на него, а слёзы текли по моим щекам, и я никак не могла их остановить. Он был рядом! Рядом со мной! И держал меня за руку! И в глазах его светилась любовь. Любовь ко мне!

– Меня трудно обидеть. Просто захотелось поплакать, – я подняла на него глаза, и поняла, что его не обмануть, он чувствует, чувствует всё, что происходит со мной, что я расстроена, и я замолчала, не зная, что мне сказать. Лгать не хотелось. Он сказал сам:

– Это не правда. Давайте перейдём на «ты»? Не против? – и посмотрел на меня, я кивнула головой – не против.

– Эти слёзы в какой-то степени из-за меня. Я знаю, о чём вы говорили с Владимиром, но ведь это отцовская забота, не так ли, он желает тебе только добра. Но выбор ведь всегда за тобой? – он стоял и смотрел на меня, ожидая ответа. А я молчала, и смотрела на него, и точно знала, что свой выбор я сделала уже давным-давно, ещё тогда, когда впервые прочитала легенду об оборотне-предводителе, который боролся за справедливость своих сородичей, не боясь никого и ничего, я знала, что люблю только его, и никто другой мне не нужен. Мы стояли и смотрели друг на друга, ничего не говоря, и одновременно понимая, что и говорить ничего не нужно, всё и так понятно.

– Пойдём со мной, – и Марсель протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его руку, и мы пошли.

– Куда мы идём? – спросила я.

– Я покажу тебе одно место, – ответил он, – Моё тайное убежище.

Мы подошли к огромной скале, по другую сторону от водопада, на первый взгляд, она была абсолютно гладкой и очень высокой, и неприступной. Марсель повернулся ко мне и спросил:

– Идём наверх?

– Идём, – ответила я, не совсем понимая, куда мы должны идти.

– Садись ко мне на плечи, так будет надёжней.

Я села к нему на плечи, и мы в мгновенье ока оказались высоко на скале, на огромном плато, на котором стояли два огромных кресла, больше похожие на диваны, и не большой стол. Это место походило на террасу, со всех сторон её обрамляли великолепные разноцветные клематисы: от светло-сиреневого до глубоко фиолетового цвета. Марсель спустил меня, и предложил присесть в одно из кресел. Я присела. Он опустился радом, присев на корточки и смотрел на меня, а я смотрела на него, и думала о том, что это самое прекрасное место на земле и какое счастье быть рядом с ним. Я первая нарушила тишину, спросив его:

– А почему это твоё тайное убежище?

– Потому что, именно здесь я могу побыть один, – ответил он.

– Ты любишь бывать один?

– Да, иногда хочется побыть наедине со своими мыслями, с самим собой. Я очень долго был один. С тог самого момента, как Геворг, забрал у меня Рене, отдав её в жены своему богатому сородичу. А потом их жестоко убили, – его голос звучал печально, и мне стало жаль его. Он тут же продолжил:

– Но вот уже три года, как я не один. Хотя бы в мыслях. Потому что в моей жизни появилась ты. Когда я в первый раз увидел тебя там, в Праге, я понял, что это ты. Моя любовь. Только моя. Моё сердце и душа устали от одиночества, и я давно молил своего Бога, чтобы он помог мне забыть Рене, и послал мне тебя.

– Меня?

– Да, именно тебя, – он заулыбался, став ещё прекрасней. Я смотрела на него с недоумением. Он ответил:

– Ты мне не поверишь, но я нарисовал именно твой образ в своём воображении и сердце, ты мне снилась… – он улыбнулся, – И я знал, что когда-нибудь, я обязательно найду тебя. Перед поездкой в Прагу, было много важных, очень важных дел, которые нельзя было откладывать надолго, и была возможность не ехать в Прагу. Но я поехал. Я поехал, потому что чувствовал – я встречу там тебя. И я не ошибся.

«Сегодня день каких- то невероятных вещей», думала я. Разве это возможно? Ведь это я мечтала именно о нём, мечтала обязательно его встретить когда-нибудь, и постараться сделать всё, чтобы он меня заметил, и возможно, полюбил. А оказывается вот всё как. Значит мы действительно родственные души, искавшие друг друга, и неважно, кто из какого клана или ковина, и неважно, что говорил мне Владимир. Я смотрела на Марселя, и невозможное счастье переполняло меня! Он молчал и смотрел на меня, склонив голову на бок, нежно держа меня за руки.

– Ты знаешь, – сказала я, – сегодня очень странный день, все эти события. Я очень давно мечтаю и думаю о тебе, с тех пор, как вообще узнала о твоём существовании. А это было, когда я ещё даже не была вампиром – более ста лет назад. А оказывается, что и ты мечтал о встрече со мной! У меня такое чувство, как будто я во сне, и я сейчас проснусь, и всё опять будет, как раньше. А я не хочу просыпаться, не хочу, чтобы всё стало как раньше, – Марсель улыбался. Я, глядя на него тоже улыбалась. Он поцеловал мои руки и сказал:

– Теперь, когда мы нашли друг друга, уже не может быть, как раньше. Пойдем, ты не увидела ещё самого главного.

Он подошёл к абсолютно ровной скале, и каким-то таинственным образом нащупал и открыл каменную дверь, которая вела внутрь огромной пещеры.

– Прошу! – сказал Марсель, и сделал пригласительный жест рукой. Я вошла, и удивилась увидев, очень красивую и комфортную обстановку этого тайного убежища – пол был устлан огромным красным ковром, посередине стояла огромная кровать, застеленная красивым красным покрывалом в китайском стиле, расшитом райскими птицами, везде стояли красивые статуэтки греческих богинь, разных размеров, а также большие напольные китайские вазы, наполненные живыми цветами – белыми, ароматными розами. Но больше всего меня поразил огромный стеклянный купол, который заменял потолок, поэтому в пещере было видно сияние звёзд в ночном небе. Стены также было завешаны коврами, но более спокойных тонов, от светло-бежевых до зелёных. Я ходила по этому огромному жилищу и не могла налюбоваться, как всё было красиво и комфортно – даже ковры, украшавшие стены и пол, были не только красивым аксессуаром, они защищали и от холода, ведь оборотни теплокровные, хотя могли обходиться и без всех этих современных удобств. Я была искренне удивлена, что у Марселя такой тонкий и изысканный вкус, всё было очень красиво, я бы даже сказала роскошно, и на своём месте.

– Ну как? Нравится? – спросил меня он.

– Очень. Здесь очень уютно и красиво, – ответила я.

– Это всё для тебя, – я опять посмотрела на него, и подумала, что наверное, уже пора перестать удивляться, но в моих глазах всё-таки был немой вопрос.

– Да, для тебя. И для меня. Я ведь знал, что мы встретимся. Тогда, три года назад, вернувшись из Праги, я приглядел эти места и решил здесь обосноваться со своим кланом, чуть позже Билтмор купил ваш ковин. Но я не знал, что ты живёшь именно в нём. Встретив тебя сегодня, я был удивлён, хотя я понял, что имеет ввиду Мемфис, говоря о том, что встретил Богиню. Он мой друг и практически всё знает обо мне. Он всю мою жизнь рядом со мной.

Тогда же я нашёл и эту пещеру и начал её обустраивать, поэтому, когда мы сюда переехали несколько месяцев назад, она уже была почти готова. Я решил, что это будет наше с тобой тайное место! Я часто приезжал сюда, как только появлялась возможность, отдохнуть, помечтать и подумать о тебе. Я был уверен, что ни одна живая душа не знает об этом месте, но вездесущий Мемфис каким-то образом обнаружил меня здесь. Но без разрешения он никогда сюда не войдёт, не переживай.

– Я не переживаю. Он мне очень нравиться. Вы столько лет вместе, я уверена, что он замечательный друг, – ответила я.

– Да, Мемфис один из не многих, кто ни разу не предал меня, и всегда рядом со мной, при любых обстоятельствах. И он очень надёжный, можно без опасения поручить ему любое дело, и он его в точности исполнит, как сказано. Да, кстати, он передал тебе подарок.

И Марсель протянул мне небольшую серебряную шкатулку, инкрустированную драгоценными камнями: изумрудами, рубинами, чёрными и белыми бриллиантами. Я взяла её и он добавил:

– Открой её. Подарок внутри, – и протянул мне маленький серебряный ключик. Я взяла его, открыла шкатулку, и увидела золотой медальон на цепочке, с выбитым на нём изображением Марселя на одной стороне, и надписью «Мы всегда будем вместе. Я очень люблю тебя» – на другой стороне. Я взяла его в руки, и внимательно рассматривала, пока Марсель не сказал:

– У меня на шее точно такой же, только с твоим изображением. Но надписи пока никакой нет. Я же не знал, что ты захочешь написать.

Я подошла к нему, и увидела точно таких же размеров медальон, на такой же точно цепи, я заметила его ещё при первой нашей встрече, но мне и в голову не могло прийти, что там выгравировано моё изображение. Теперь я могла его как следует рассмотреть и задать все интересующие меня вопросы. На нём было действительно моё изображение, именно моё! И именно такое, как я выглядела тогда, в Праге. Удивляться я уже устала.

– Когда Мемфис сделал эти медальоны? – спросила я.

– Когда я вернулся из Праги. Он был тогда вместе со мной. Как, впрочем, и всегда. Он очень нежно относится к тебе и называет богиней. Кстати, он сам изъявил желание, сделать эти медальоны, так как я его уверил, что мы скоро встретимся. Не знаю, верил он мне тогда или нет, но медальоны сделал. А шкатулку он решил сделать для тебя вчера, когда увидел здесь, живую и настоящую, и сегодня, прибежав в дом с воплями «Богиня! Она приехала!», отдал её мне, и я побежал смотреть ты ли это на самом деле, искренне надеясь, что его не посетили галлюцинации и он не потерял рассудок.

– Медальон очень красивый, и шкатулка тоже. Помоги мне его надеть пожалуйста.

Я подошла к огромному зеркалу, стоящему возле стены, Марсель подошел ко мне, взял медальон, я повернулась к нему спиной, видя наши отражения в зеркале, он застегнул медальон у меня на шее, и обнял, осторожно поцеловав в щёку. Мы стояли и смотрели на свои отражения в зеркале, и молчали. Не знаю, сколько времени это продолжалось, мне было очень хорошо рядом с ним, и никуда не хотелось идти, а хотелось лечь на эту огромную кровать и уснуть в его объятиях. И тут меня осенило:

– Подожди, а откуда ты знал, что я буду с тобой? С чего ты решил, что мы будем вместе? Не слишком ли самонадеянно? А вдруг я бы не ответила тебе взаимностью?

Он тяжело вздохнул:

– Такие мысли посещали меня некоторое время, и Мемфис тоже очень аккуратно и тактично, перед тем, как начать делать эти медальоны, высказывал свои сомнения. Но примерно через месяц, после того, как мы вернулись из Праги домой, в Шотландию, мы жили тогда в небольшом городке Уик, в графстве Кейтнесс, это север Шотландии, я бродил по лесу Аффрик, он расположен в районе Хайлендс, там очень красиво и тихо, это прямо таки образец дикой природы и захватывающих, просто потрясающих горных пейзажей. Там, пару веков назад, поселилась одна прорицательница, из наших, я имею ввиду оборотней, и я пошёл к ней, чтобы больше не мучать себя и не иметь, если, я вдруг действительно ты мне откажешь, разочарований и душевных болей. У меня уже было одно такое горе и мне его хватило на много веков… – он помолчал, вспоминая, мне так показалось, Рене, и события ушедших дней, – придя, я попросил её сказать мне, что меня ждёт с тобой. И ждёт ли. И она, погрузившись в транс и обратившись к Духам Леса, сказала, что ты – моя истинная любовь, моё предназначение и моя семья на долгие года. Вот именно поэтому, я был так в себе уверен, – он улыбнулся и посмотрел на меня, ожидая реакции.

– Понятно, – сказала я и улыбнулась, – Мне пора домой. Меня уже, наверное, потеряли.

А меня действительно потеряли, потому что на улице уже занимался новый день, а телефон я оставила в Билтморе, так что Владимир, наверное, сходит с ума и от беспокойства, и от негодования на меня. Ведь прошла целая ночь, а меня до сих пор нет. И он будет очень недоволен, нам запрещалось отлучаться без каких-либо веских причин из замка, только по предварительному со старейшинами согласованию, естественно в целях безопасности. Война с оборотнями закончена, но на планете есть и другие существа, которые, мягко говоря не любили нас, нет, открыто никто не враждовал, но избавиться при случае от одного из нас, вполне могли с большим удовольствием. Поэтому Владимир и Анна всегда беспокоились о всех нас. Я высвободилась из его объятий, и сказала:

– Мне пора возвращаться.

Марсель с явным нежеланием отпустил меня и спросил:

– Тебе точно туда хочется?

– Я должна пойти, и всё объяснить Владимиру, он беспокоится, – и я вышла из пещеры. Он вышел следом за мной. Мы взялись за руки и спрыгнули со скалы.

– Ты не закрыл дверь, – сказала я.

– Я сейчас провожу тебя и вернусь. И буду ждать тебя там.

И мы пошли по лесу, как можно медленнее, очень не хотелось расставаться. Мы шли и молчали, и нам было так комфортно вместе.

Мы подошли к забору, окружавшему наш замок, и я сказала:

– До свидания.

На что он мне ответил:

– До скорой встречи… Я очень люблю тебя. Я никого никогда так не любил, я даже не знал, что могу так любить. Я буду ждать тебя.

Повернулся и быстрым шагом пошёл в лес. А я пошла в замок, где меня ждал разговор с Владимиром. Он явно догадался, куда я направилась, и где провела всю ночь, так что этот уход, в общем-то, был и не без предупреждения. Но, я прекрасно понимала, что делать так нельзя. Нужно уважать и ценить тех, кто тебя любит и оберегает.

Я вошла в замок, где меня поджидала Антония, она смотрела на меня в упор с хитрой ухмылкой.

– Доброе утро, – сказала я ей.

– Доброе! А он действительно – доброе? – и сразу огорошила меня, – Зачем ты связалась с этим оборотнем? Для чего тебе это нужно? Ему же ведь много лет, старичок, – она засмеялась, – Хотя сохранился он конечно отлично и в общем, да, красавчик, – она призадумалась, о чём-то размышляя, – У тебя же есть Майкл, молодой, красивый и он такой же, как ты, вампир, – она смотрела на меня выжидающе. Я молчала, – Я бы от такого не отказалась, – мечтательно произнесла она.

– Вот и займись им, – ответила я.

– Каким образом? – она вздохнула, – Он только о тебе и говорит. Он тебя любит.

– А я его нет. Вот и сделай так, чтобы он полюбил тебя. Если есть цель, значит, и средства для её достижения найдутся. Всё, я пошла спать, – ответила я, занеся ногу на лестницу, ведущую на второй этаж.

– Вряд ли тебе сейчас удастся лечь спать, тебе еще предстоит разговор с Владимиром, – ответила она, развернулась и пошла в сад.

Я вздохнула и пошла к себе в комнату, так не хочется сейчас выяснять отношения. Но за свои поступки нужно нести ответственность, я открыла дверь в свою комнату, Владимир уже ждал меня там. Я вошла:

– Доброе утро, – сказала я.

– Доброе, – ответил Владимир, посмотрев на меня с явным недовольством, Где ты была так долго? Ты же знаешь, что надолго, а тем более без предупреждения отлучаться из замка нельзя. И ещё и телефон оставила дома!

– Да, знаю. Но я думаю, ты в курсе, где я была. Я готова понести наказание, если нужно, – спокойно ответила я.

– Ты не ответила на мой вопрос, где ты была, – повторил он.

– Я была у Марселя, – просто ответила я.

Владимир смотрел на меня и ждал продолжения. Я молчала и смотрела ему в глаза.

– И чем вы занимались так долго? Прости, конечно, но я, как старейшина, несу за тебя ответственность, – спросил, не выдержав паузы Владимир.

– Разговаривали. Он тоже любит меня, – ответила я с вызовом.

– Как у вас всё скоро. Ладно, хорошо, что ты жива и здорова. Но на будущее пожалуйста, будь добра, извещай о своих передвижениях и бери с собой телефон! – уже более спокойно сказал Владимир, – Да, и кстати, тебе письмо от Майкла, – он отдал мне письмо, ожидая моей реакции, но я молча взяла его и держала в руках, решив, что открою его, когда останусь одна. Он немного помолчал и вышел из комнаты.

Я осталась одна. Письмо от Майкла. Почему-то этот факт очень сильно разозлил меня. Зачем он мне пишет? И зачем эти письма в бумажном виде? Можно по электронной почте, цивилизация ведь уже дошла и до нас, Карл! Тоже мне, средневековый рыцарь. А чего с голубями не прислал?

Я, по-моему, предельно ясно дала понять, что между нами ничего не может быть. Я стояла, и злилась, и не заметила, как я с яростью скомкала письмо. Я с удивлением увидела у себя на ладони комок бумаги. Я смотрела на него и смотрела, и ненавидела всё больше и Майкла, и это злосчастное письмо. Я даже забыла о Мареле, настолько я была зла. Читать или не читать, думала я. В конце концов, я бросила скомканное письмо на трельяж, и пошла в душ. Потом, так и не прочитав письмо, я легла спать. Мне снился мой дорогой Марсель, но почему-то сон был тревожный, я все время убегала от него, а он пытался меня догнать, и у него это никак не получалось. Потом я оказалась в самолёте с Майклом, и он объявил мне, что мы теперь муж и жена, что он очень любит меня, а я сказала, что этого не может быть, но обнаружила, что на мне нет медальона, подаренного Марселем, а на безымянном пальце левой руки у меня надето обручальное кольцо, с белыми и чёрными бриллиантами, причём черные бриллианты были такие большие, что очень сильно привлекли моё внимание. Я спросила у Майкла, где мой медальон с изображением моего любимого (так и спросила), на что он мне ответил, что он его утопил в водопаде вместе с убитым им Марселем. Я кричала, что это не правда, что я его не люблю и не любила никогда, и плакала, плакала так сильно, что даже проснулась от собственных рыданий. Я села на кровати, утёрла слёзы и стала вспоминать сон. Плакать во сне, это хорошо, по крайней мере, так говорила моя мама, когда была жива. И тут я вспомнила про письмо от Майкла, и с ещё большим гневом взяла его в руки, мне показалось, что оно было уже скомкано, как будто бы как-то по-другому… Но я не стала заострять на этом внимания – кто бы смог его прочитать в моей запертой комнате, кроме меня? Развернув и расправив письмо, я начала его читать. Письмо было коротким.

«Здравствуй любимая моя! Давно нет никаких известий от тебя, вот я и решил сам написать письмо. Не буду ходить вокруг да около, ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь. И мне хотелось бы услышать от тебя окончательный ответ. Я очень люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Моей. И ничьей другой. Но ответ я хочу услышать от тебя лично, поэтому через неделю прилечу в Билтмор. Я очень надеюсь, что ты примешь правильное решение, ведь от него зависит моя жизнь – будет ли она радостная вместе с тобой, или….

До встречи!

P.S. Я тебя никому не отдам. Или умру.

Майкл»

Вот те на! Что значит, я не дала окончательный ответ? Я тысячу раз сказала, что я его не люблю и замуж за него не пойду. Зачем он всё это затеял? Господи, да что ж такое, я только нашла, того, кого так долго искала, и тут объявился этот… Майкл. Долго ещё я лежала в раздумьях, это письмо, и сон, странно всё это. И тут я не вытерпела, включила ноутбук, и решила написать Майклу письмо по электронной почте. Как цивилизованный человек. Вот что я ему написала:

«Доброго дня Майкл! Я получила твоё письмо и не совсем понимаю твой вопрос, по поводу моего окончательного ответа, мне казалось мы во всём разобрались, и ты всё понял. Ты хороший, добрый, умный, Майкл, но я не люблю тебя. Не люблю. И не любила никогда. И ты об этом знаешь. Ты конечно можешь приехать в Билтмор, но только не по этому вопросу. Я надеюсь ТЕПЕРЬ всё предельно понятно. Ирина», и, нажав клавишу Enter – отправила.

Но на душе легче не стало.

И тут мне опять вспомнился недавний сон – Марсель, самолёт, слёзы. И мне вдруг так стало страшно за него, за нас, за наше будущее. Я вышла на балкон и стала вглядываться в лес, сама не понимая, на что надеюсь. Я думала о нём, а в голове крутились мысли об этом злосчастном письме и о Майкле, и тут же испугалась своих мыслей, ведь он меня мог слышать! Зачем ему знать про этого дурака Майкла? Но было уже поздно – Марсель вышел из-за портьеры на моём балконе. Я растерялась. Он что, всё это время был рядом? Или только что пришёл? И вдруг он меня спросил:

– Кто этот Майкл?

– Вампир из Майями, из ковина Зедера.

– Вас что-то связывает?

– Нет.

– Тогда, зачем он написал это письмо, особенно мне непонятна фраза про окончательный ответ, – я удивлённо уставилась на него.

– Ты что читал письмо?

– Да.

– Каким образом?

– У меня на душе было не спокойно, когда ты ушла в замок. Я слушал тебя, но ничего не слышал, только чувствовал, что ты расстраиваешься, гневаешься, и что тебе плохо. И я подошёл к кромке леса, и когда почувствовал, что ты спишь, тихонечко прокрался и пробрался к тебе на балкон, и, увидев письмо, решил прочитать. Прости. И я видел, что ты плакала во сне. Страшный сон?

– Да. Мне приснился страшный сон, – и я рассказала ему о сне. Он рассмеялся и сказал:

– Маленькая моя, меня не так – то просто убить. Тем более молодому вампиру. И я – то точно, ни за что на свете, тебя никому не отдам. Пусть не надеется.

– Я вообще крайне удивлена этому письму. Когда я была в последний раз в Майями, у них в ковине, семь месяцев назад, у нас с ним был разговор на эту тему, и я ему ясно и чётко сказала, причём не один раз, что я его не люблю и ни о каком союзе не может быть и речи. А то, что он приедет, в этом даже и сомневаться не стоит, упрямый, как баран. И ладно. Вот на месте всё и выясним.

Марсель стоял и смотрел на меня, и я чувствовала флюиды, исходящие от него, флюиды любви и желания, и мне так хотелось оставить его у себя, но я прекрасно понимала, что этого делать нельзя, поэтому чтобы искушение не одолело меня окончательно, я сказала:

– Тебе пора идти, пока тебя не обнаружили. Владимир был очень недоволен.

А он всё стоял и смотрел на меня, потом медленно двинулся ко мне, подошёл и спросил:

– Ты будешь моей женой?

Я несколько опешила, не ожидая такого вопроса. И не сразу нашлась что ответить. А он продолжал:

– Почему ты молчишь? Нет?

– Постой, давай не будем торопить события, мы с тобой, – он не дал мне договорить, перебив:

– Нет? Просто ответь сейчас, да или нет? – он смотрел мне прямо в глаза, его взгляд был серьёзен.

– Если тебе нужен ответ прямо сейчас, ты его сам прекрасно знаешь.

– Ты не ответила, – упрямствовал он.

– Да, – сказала я.

– Вот теперь я с чистой совестью могу уйти. Я буду тебя ждать, – и направился в сторону балкона.

– И ты меня не поцелуешь на прощание? – спросила я.

Он повернулся, подошёл ко мне, и стал целовать так бережно и нежно, меня захлестнула волна нежности, и я готова была пойти не только за него замуж, но и куда угодно, хоть на край света. Я чувствовала всем своим существом, что очень люблю его и не смогу без него жить. И мы одолеем любые преграды. Вместе. И пусть мы знакомы всего неделю, это не имеет никакого значения, я ждала его всю жизнь!

Он с большой неохотой оторвался от моих губ, и с нежностью сказал:

– Я люблю тебя. И ты права, мы одолеем любые преграды, – и, пошёл к балкону. Шагнув вниз, сказал:

– Майклу привет! – и аккуратно приземлившись, оглядываясь по сторонам, двинулся к воротам, на дворе ведь было раннее утро! А у меня такой гость! Главное, чтобы никто не заметил его… Я стояла и смотрела, и меня разбирал смех над этим «Майклу привет!», и ведь сказал специально, зная, что я не смогу ответить, потому что меня могут услышать. Я стояла и улыбалась, и шептала ему вслед «До встречи, любовь моя».

Я пребывала в прекрасном настроении, и вспомнила про своё письмо Майклу, притащила ноутбук в постель и открыла почту. Письмо от Майкла уже ожидало меня. Оно содержало только одну фразу: «Я приеду, и мы обо всём поговорим. Майкл». Ну и ладно, подумала я, пусть приезжает. С Марселем меня может разлучить только смерть, поэтому я ничего и никого не боюсь. К тому же Антонии выпадет шанс очаровать Майкла, а я постараюсь ей в этом помочь. Правильно говорят, всё что ни делается, всё к лучшему.

Но я ошибалась.

## ГЛАВА III

На следующий день, рано с утра, я помогала в сборах членам нашего ковина, для поездки в Австралию, там строился новый производственный и лабораторный комплекс, где планировалось проводить разного рода испытания для фармацевтической и пищевой промышленности, и не только. Мы закончили, я поднялась к себе в комнату, очень тщательно привела себя в порядок, нарядилась и побежала в наше тайное убежище. Была я там в мгновение ока, забралась наверх на плато, но дверь в пещеру была закрыта и никаких следов Марселя там не было. Я испугалась, наверное, что-то случилось, промелькнула в голове мысль. Я спустилась и побежала в их замок, увидела Мемфиса в саду и позвала его. Он подошёл к воротам, я его спросила:

– А где Марсель? Что-то случилось?

Мемфис очень мне обрадовался, широко улыбаясь, он ответил:

– Доброе утро богиня!

Мне стало неловко за свою невоспитанность, я ведь не пожелала ему доброго утра! Но меня можно было понять, я тревожилась за любимого!

– Доброе, – ответила я, и продолжала вопросительно смотреть на него.

– Он улетел ещё вчера в Рим по делам. Будет завтра.

– Что-то случилось? – забеспокоилась я.

– Всё в порядке, – он не переставал улыбаться, глядя на меня.

– Ну что же, я тогда пойду. До свидания Мемфис. И большое спасибо за подарки! Они очень красивые!

Мемфис смутился, но всё же ответил:

– Пожалуйста, и, до свидания.

И я разочарованная пошла, аж слёзы на глаза наворачивались. Почему он меня не предупредил? Мы ведь виделись вчера утром? Странно, подумала я. Я шла очень медленно, так не хотелось идти домой, и абсолютно не зря. Как только я вошла в холл, ко мне на встречу бросилась Антония:

– Ирина, там Майкл приехал, он ждёт тебя!

– Какое счастье! – саркастически заметила я, – Он же обещал приехать через неделю, а прошло всего один день, видимо очень торопился! – я и так была расстроена тем, что не удалось увидеться с Марселем, и тут ещё этот Майкл! Я совсем закипела, «Зачем, ну зачем, он припёрся?».

– Они ждут тебя в гостиной!

– Их много? Майклов приехало?

– Хватит шутить, – сказала Антония, – Анна и Владимир тоже там.

«Оооо! Ну надо же!», я разозлилась ещё больше, и пошла в гостиную. Майкл бросился мне на встречу, как только я вошла, у него был такой радостный вид, как будто он приехал действительно к любящей его женщине!

– Здравствуй радость моя! – и он поцеловал меня в щёку.

Меня передёрнуло от негодования. Что за цирк? Я посмотрела на Анну, потом на Владимира, они сидели с абсолютно радостными лицами! Казалось, они обсуждают какое-то предстоящее радостное событие.

– Здравствуй, – абсолютно равнодушно сказала я, – Что происходит? – я посмотрела на Анну.

– Вот, приехал Майкл. Он просит твоей руки! – торжественно сказала она.

Меня подбросило на месте.

– А больше он ничего не просит? – ответила я. – Мне кажется, мы уже обсуждали этот вопрос какое-то время назад, и я уже дала свой ответ.

Я вопросительно, с нескрываемой злобой и негодованием, посмотрела на Майкла.

– Мне кажется, вам нужно поговорить наедине, – сказал Владимир.

Я устало вздохнула. «Что за день такой сегодня? – думаю – Марсель неожиданно уехал, и этот ещё на мою голову свалился».

– О чём? – но Анна и Владимир уже встали и чинно удалились.

Я стояла и смотрела на Майкла, и мне хотелось его разорвать на тысячи кусочков, чтобы он никогда больше меня не беспокоил в моей бессмертной жизни!

– Ну? О чём будем говорить? – мне казалось, злость окутала меня какой-то видимой ощутимой аурой и начал заполнять пространство в комнате вокруг меня.

– Любовь моя, не нужно так злиться. Я хотел тебя видеть, я очень скучал. Я люблю тебя, ты же знаешь. И я решил, ещё раз попытать счастья, вдруг ты передумала, и всё-таки решишься выйти за меня замуж, – сказал Майкл.

И тут меня понесло:

– Я не совсем понимаю, на основании чего ты сделал такие выводы? – я кипела, а он стоял и спокойно смотрел на меня, – я продолжала, – Тысячу раз нет, нет и нет! Господи, ну почему я должна объяснять по сто раз? Неужели непонятно? Если бы я питала к тебе хоть какие-то чувства! Я же тебе много раз говорила, я не люблю тебя и не хочу быть с тобой рядом, и не хочу выходить за тебя замуж! Что именно непонятно? – я метнула в него раздражённый взгляд.

– Но ведь твой Марсель – оборотень, к тому же очень древний, – он усмехнулся. И между нами много веков шла кровопролитная война. Мы живём в мире не так уж и давно, и неизвестно, как они себя поведут в дальнейшем, – ответил он.

– О! Уже ввели тебя в курс дела! Антония постаралась? Это моё личное дело, я люблю его, понимаешь? Люблю! И неважно сколько ему лет! Мне не нужен никто другой, или он, или вообще никого! И кстати, Владимир сказал, что не будет противиться нашим отношениям, потому что Марсель – достойный оборотень. И мы живём в мире. И это не твоё дело, Майкл. Оставь меня в покое, я прошу тебя. Тобой очень интересуется Антония, предложи ей руку, ногу, ну и что ты там ещё хочешь, а? И будьте счастливы! – парировала я.

Я хотела уйти, но он схватил меня за руку и сказал:

– Мне нужна только ты! Зачем мне Антония? Я её не люблю, – он помолчал, раздумывая, – Так, я принял решение, мы устроим поединок на мечах, тот, кто останется в живых и будет обладать тобой.

– Здорово ты решил! Я что, переходящий кубок победителя? Если вы устроите поединок, я клянусь, я не достанусь тогда вообще никому. Если ты всё-таки на это решишься, я исчезну навсегда, и никто меня больше не увидит.

Я ушла, хлопнув дверью, направляясь в свою комнату. Майкл остался в гостиной. «Как же я тебя ненавижу!» – думала я о Майкле, ну почему он не хочет меня понять? К чему это упорство? Может он ненормальный? И я тогда, кстати, была не далека от истины… Где ты мой любимый – взывала я к Марселю. Мне так плохо без тебя! И тут зазвонил телефон, я посмотрела на экран, это был он, Марель, я забежала в свою комнату, и закрылась на все замки.

– Алло! – я была в гневе, – Почему ты уехал, не предупредив меня?

– Что случилось? – раздался обеспокоенный голос Марселя, – приехал этот Майкл?

– Да, приехал, – ответила я, внутри у меня всё кипело, – Когда ты приедешь?

– Завтра к рассвету. Прости меня, пожалуйста, что не предупредил тебя, это была не запланированная, срочная поездка. Любовь моя, всё будет хорошо, верь мне. Я тебя никому не отдам. Ни за что. Успокойся и ляг, отдохни. Я скоро выезжаю. Я очень тебя люблю.

– И я тебя, – шёпотом сказала я, и как-то разом успокоилась. Да, всё будет хорошо. Уверенность и спокойствие начали приятной волной разливаться по моему телу. Я облегчённо вздохнула.

В комнату постучали. Я вздрогнула. Опять???

– Майкл, будь добр, уходи. Я не имею ни малейшего желания с тобой разговаривать, – сказала я не вставая с дивана, на котором сидела.

– Это я, – сказала Анна по ту сторону двери, – Девочка моя, открой пожалуйста, я хочу с тобой поговорить. Это ненадолго, – в её голосе звучала мольба.

Я вздохнула и открыла дверь – когда же это кончится? Анна вошла, обняла меня и сказала:

– Успокойся, ягодка моя. Я тебя никому в обиду не дам! Это Владимир разрешил Майклу приехать, он очень просил, в надежде, что ты передумаешь и всё-таки согласишься выйти за него замуж. Это был его последний шанс. Ирочка, он очень достойный и смелый, он богат и надёжен!

Я одняла руку в знак того, что не хочу её слушать.

– Господи, да будь он хоть трижды достойный, я не люблю его Анна! Как вы не понимаете? И к тому же мы с Владимиром обсуждали этот вопрос, он сказал, что Марсель – достойный, умный, порядочный и что он будет не против наших отношений, ведь мы живём в мире! Я ничего не понимаю!

– Успокойся, просто нужно было дать Майклу ещё один шанс, – сказала Анна.

– Какой шанс? Мы с ним всё уже выяснили, и я надеялась, что он понял меня. Я не люблю его, не люблю! Марсель для меня значит всё в моей жизни, я его так долго искала, и ждала, а вы мне говорите – Майкл! И теперь он задумал устроить поединок на мечах с Марселем, за право обладать мною! Кто, говорит, останется в живых, тот и будет тобой обладать, представляешь? – я презрительно хмыкнула.

Анна испуганно, безмолвно открывала и закрывала рот не в силах что-либо произнести, как рыба, выброшенная на берег, затем она кинулась к двери. Она прекрасно знала, что Майкл отлично умеет драться на мечах, он даже создал собственную «Школу сражений», у себя в Майами, где этому искусству сам лично (и очень дорого) обучал всех желающих. На его счету не было ни одной проигранной битвы. Но Марсель! Он настоящий бесстрашный воитель уже много веков! И это может снова развязать войну между оборотнями и вампирами! Она испуганно посмотрела на меня:

– Где сейчас Майкл? А Марсель? – она крутила головой из стороны в сторону.

– Майкл – понятия не имею. А Марель – в Риме, он приедет завтра на рассвете.

Она кинулась вон из моей комнаты на поиски Майкла. Я села на кровать и задумалась. Для чего мне всё это? Господи, помоги мне, дай знак! Мысли одна страшней другой проносились в моей голове, вспомнился недавний сон, и я похолодела. Голова гудела, хотелось умереть (но тут шансов не было, по крайней мере по собственной воле).

Но Марселю нужно позвонить и обо всём рассказать, что я и сделала. Быстро переговорив (он был на деловой встрече) я успокоилась, он меня заверил, что всё будет хорошо. Я решила принять душ и лечь спать, хотя какой сон после таких событий! А завтра будь, что будет. Только я вышла из душа, опять раздался стук в дверь.

– Кто там? – недовольно спросила я.

– Это Антония.

– Что ты хочешь?

– Открой пожалуйста, – попросила она.

Я нервно цокнула языком и пошла открывать дверь. Она вошла. Я молча вопросительно смотрела на неё.

– Помоги мне завоевать Майкла, – без прелюдий начала она.

– И что мне нужно сделать? – я подняла левую бровь и пристально смотрела на неё.

– Я знаю, что он решил устроить поединок с Марселем. И это может повлечь за собой, самые страшные последствия, ты же сама это понимаешь, – сказала она.

– Понимаю, – со вздохом сказала я, – Каков твой план?

– А план мой такой…

## ГЛАВА IV

Проснулась я встревоженной, в голове опять всплыли события вчерашнего дня, и я ужаснулась предстоящим событиям, точнее их возможным последствиям, но тут же вспомнила разговор с Марселем, и наш с Антонией план захвата, точнее обольщения, Майкла, и немного успокоилась, надеясь, что нам всем удастся каким-то образом, мирно урегулировать вопрос с Майклом, а наш с Антонией план – сработает. Я быстро оделась, привела себя в порядок и побежала искать Анну. Я начала спускаться в холл, но вдруг услышала голоса, это были Анна, Владимир и Майкл. Майкл явно собирался куда-то идти.

– Я очень надеюсь, что ты поведёшь себя разумно, – сказал Владимир.

– Не сомневайтесь, – холодно ответил Майкл.

Я застыла, как вкопанная. А как же наш с Антонией план? Таааак… Значит она ничего не успела предпринять? Куда он пошёл? Марсель должен был вернуться на рассвете.

Я кинулась обратно в свою комнату, выбежала на балкон, спрыгнула и побежал в лес, чтобы успеть первой к Марселю, и предупредить его. Хотя, может Анна и Владимир сумеют Майкла отговорить от этой затеи? Слава богу, никто меня не заметил, я перепрыгнула через ограду и побежала к замку Марселя. Буквально через пару километров, я боковым зрением заметила, что Майкл стоит и с кем-то разговаривает. Я остановилась, пригляделась и увидела – это был Марсель. Вероятно, он шёл в Билтмор, чтобы решить все возникшие вопросы. Я стала потихоньку подкрадываться, чтобы услышать, о чём они говорят. Подобравшись поближе, я встала за большим деревом прямо за спиною Майкла.

– Я думаю, что ей нужно предоставить самой право решать, с кем быть, – услышала я голос любимого.

– Она примет не правильное решение, – уверенно сказал Майкл.

Возмущение душило меня – надо же, он за меня решает, какое я решение приму! Но я стояла затаившись и слушала.

– Почему Вы так думаете? – спросил Марсель.

– Потому что ты ей не подходишь, – ответил Майкл.

Тут я не выдержала, опасаясь, что Майкл выхватит меч и начнёт поединок (и скорей всего совершенно не соблюдая правил, ведь он был уверен, что рядом никого нет), и вышла из своего укрытия.

– Доброе утро, – холодно сказала я, – я в упор, прямо в глаза, с нескрываемой ненавистью и яростью смотрела на Майкла. Марель подошёл ко мне, и сказал:

– Доброе утро любимая, – и нежно поцеловал в щёку.

Я поцеловала его в ответ, отвечая таким образом, на его приветствие. Майкл подскочил к нам сжимая кулаки, он глубоко и прерывисто дышал, весь его вид выражал агрессию и негодование. Я выставила руку вперёд, предупреждая его приближение.

– Вот что я вам хочу сказать, господа, хотя это в первую очередь предназначается для тебя Майкл, – я выжидающе помолчала, ожидая пока он чуть успокоится, – Я вообще не намерена обсуждать эту тему в сотый раз, но для особо одарённых повторюсь, – я многозначительно посмотрела на Майкла, и продолжила, – Я люблю Марселя, и тебе Майкл, я уже давно сказала, что между нами ничего не может быть, кроме необходимого общения. И если вы решите сражаться на мечах, – теперь я посмотрела на каждого из них по очереди, – В случае любого исхода, я исчезну, и никто меня больше никогда не увидит. Я не игрушка, ни для кого, и не бессловесное животное, и сама решаю, как и с кем мне жить и какие решения принимать.

Майкл был взбешён, и, если бы его взгляды метали настоящие молнии, мы с Марселем, да что там мы, весь лес был бы повален и сожжён, а мы были бы уже давно мертвы. Видимо он очень надеялся, что Марсель также разъярится и примет его предложение о поединке, и конечно же он, Майкл, победит (какая самонадеянность!), и всё будет так, как он и рассчитывал, а я так некстати появилась как раз в самый неподходящий момент.

– И к тому же ты обещал Анне и Владимиру вести себя благоразумно, – сказала я, посмотрев на Майкла.

– Ну, может быть уважаемый оборотень сам примет решение? – язвительно спросил Майкл.

– А оно давно уже принято. Я люблю эту женщину и безмерно уважаю. И я не собираюсь рисковать тем, что мне так дорого, – спокойно ответил Марсель, – Я не намерен участвовать ни в каком поединке, тем более, что он не сулит для тебя ничего хорошего. Я убью тебя. А я не хочу никого убивать. Мы живём в мире, и я не хочу нарушить мирный договор с вампирами из-за дурацких амбиций не очень дальновидного вампира.

– Не слишком ли ты самонадеян? – прошипел Майкл.

– Нет. Я трезво оцениваю свои силы, – ответил Марсель.

Тут в разговор опять вступила я.

– Майкл, уйми свою бурную фантазию. Ты мне не нужен. Ты наверняка очень достойный вампир, и сможешь найти себе прекрасную партию, оглянись вокруг. Но это точно не я.

Майкл кипел и негодовал. И тут на моё счастье появились наши старейшины, они бежали в нашу сторону. Я облегчённо вздохнула, потому что я знала – они на моей стороне и теперь уж точно никакой битвы не будет. Они приблизились, и Владимир заговорил первым, Анна молча стояла рядом и слушала.

– Майкл, пожалуйста, успокойся. Ирина права, ты прекрасный вампир, и любая другая женщина почтёт за счастье быть рядом с тобой. Если нет любви и взаимопонимания, то толку от такого союза всё равно не будет, – он помолчал, – Ты просил предоставить тебе последний шанс, и ты его использовал.

– Майкл, – вступила Анна в разговор, – прислушайся, пожалуйста, к нашим советам. Ведь Владимир прав, конечно, может пройти время, прежде чем тебе удастся справиться со своими чувствами, и ты обязательно справишься, но зачем мешать любящим сердцам? Это породит только ненависть и озлобленность. Поверь, в нашем кругу есть достаточно женщин, желающих быть рядом с тобой.

Майкл молчал, но я чувствовала, что напряжение спадает. Он молча, с любовью и одновременно горечью в глазах, смотрел на меня, и мне стало жаль его. Он медленно подошёл ко мне, тяжело вздохнул и тихо спросил:

– Можем мы поговорить пару минут наедине? Я обещаю, что буду держать себя в руках, – Марсель напрягся, но я остановила его.

– Всё хорошо, – сказала я, и мы отошли с Майклом метров на двести, хотя и у вампиров, и у оборотней абсолютный слух, и надеяться, что нас никто не услышит, было глупо, но Майкл видимо принял какое-то важное решение для себя, и просто хотел, чтобы сохранилась хотя бы иллюзия разговора тет-а-тет.

– Послушай меня, пожалуйста, и не перебивай, – попросил он, – Я прекрасно знаю, что он тебе не подходит, но возможно это мои предрассудки. Знай и помни всегда, что я очень люблю тебя, и до конца своих дней буду надеяться, что ты всё-таки когда-нибудь станешь моей. Мне это решение даётся очень непросто, но всё же я желаю тебе счастья, и очень надеюсь, что ты сделала правильный выбор. Но знай, что, если он тебя обидит, я достану его из-под земли и месть моя будет ужасной.

Я даже не успела ничего ответить, как он быстро зашагал в сторону Билтмора, а через 5 секунд вообще исчез из моего поля зрения. Я стояла потрясённая, не веря тому, что все разрешилось так благополучно. Я пошла назад к Марселю, Анне и Владимиру, ожидавших нас. Когда я появилась из-за деревьев, Марсель кинулся ко мне.

– Всё в порядке? – с тревогой в голосе спросил он.

Я лукаво посмотрела на него:

– Ты же всё слышал?

– Да, извини. Но он так быстро исчез…

Анна и Владимир тоже подошли к нам, я им рассказала, о чём мы говорили с Майклом. Владимир сказал:

– Я рад, что всё так прекрасно разрешилось. Я очень надеюсь, что он внял всем моим просьбам, ведь мы с ним сегодня разговаривали всю ночь. Видимо мне удалось его убедить, что без обоюдной любви ничего не добиться. Но всё-таки за ним нужно будет присмотреть какое-то время, эта молодежь так непредсказуема! – он повернулся к Анне:

– Пойдём любовь моя, Майкл, наверное, сегодня же уедет домой в свой клан, сомневаюсь, что он захочет долго задерживаться у нас в гостях.

– Пойдём, – сказала Анна. Она улыбнулась мне и сказала:

– Знай девочка, мы всегда на твоей стороне и никому в обиду тебя не дадим! Ну, мы оставим вас, – и она пошла вслед за Владимиром.

Я повернулась к Марселю, он стоял и смотрел на меня, улыбаясь.

– Ну что, маленькая моя пойдём в наше тайное убежище. Я думаю, нам всем нужно успокоиться и прийти в себя.

– Как-то это странно, что Майкл так быстро согласился. Вчера он был настроен очень агрессивно, – сказала я.

– Я думаю, он разумный вампир. Насильно мил всё равно не будешь.

Я вздохнула, и мы пошли к нашей пещере. Вдруг нам на встречу вышел Мемфис.

– Ты что здесь делаешь? – спросил Марсель.

– Гуляю, – лукаво сказал Мемфис.

– Ну да, конечно, именно сейчас и именно здесь. Больше мест для прогулки в этом лесу нет?

Мемфис молчал и загадочно улыбался. Мы пошли все вместе дальше, тут Мемфис спохватился:

– У меня же есть одно неотложное дело, – сказал он, – И мне срочно нужно идти домой! – и заторопился, быстро шагая в сторону их замка.

– Наверное молоко убежало? – спросила я, но он уже исчез. Мы засмеялись.

– И что же он тут делал? – спросила я Марселя.

– Пришёл защищать нашу богиню, – ответил он мне.

– Ты ему всё рассказал? – спросила я.

– Нет, но ты же знаешь, что мы обладаем телепатией. Наверное, я не сумел скрыть свои мысли.

Я огляделась, но Мемфиса уже и след простыл. Видимо, он увидел, что опасность миновала, и успокоился.

Мы подошли к нашей скале и поднялись наверх. Я присела в кресло, стоящее на плато, Марсель сел в соседнее кресло.

– Почему ты не предупредил меня об отъезде?

– Прости меня, маленькая моя. Нужда возникла внезапно. В нашей лаборатории разрабатывается новое средство для борьбы со СПИДом, и потребовалось моё присутствие.

– А что оборотни болеют СПИДом? – удивлённо спросила я.

– Нет, – ответил Марсель, – Это для человечества.

– Благородная цель. Какова её основная причина?

– Пища, – засмеялся он.

Я посмотрела на него одновременно с возмущением, интересом и любопытством.

– Я шучу. Хотя доля правды есть. Просто очень хочется помочь людям, и, если у меня есть для этого возможность, почему бы и нет? У меня в Риме очень мощный исследовательский институт со штатом великолепных умнейших учёных, они сами предложили мне этот проект. Я согласился. Но там конечно занимаются не только этим. Ещё мои учёные, разрабатывают новые виды синтезированной крови, для вас, – он улыбнулся, – и много разных препаратов для борьбы с серьёзными человеческими болезнями.

– Какой ты молодец! – сказала я с восхищением. Я любовалась его красотой, его великолепными, бездонными, ярко-зелёными глазами в обрамлении длинных ресниц, и ещё раз про себя отметила, что я сделала правильный выбор, что я люблю его безгранично и готова умереть за него, если понадобится.

– Я знаю, – ответил он, и засмеялся своим чарующим смехом.

– От скромности ты точно не умрешь, – парировала я.

– Не умру. Я вообще не собираюсь умирать, когда я наконец нашёл тебя! Ты не представляешь, как я счастлив! А пойдём-ка к нам в гости? Мемфис очень хочет, чтобы ты увидела наше жилище, и, оценила его старания. Он недавно, для тебя, обновил мебель, и очень хочет, чтобы богиня побывала в нашем холостяцком скромном доме. Пойдём? – он потянул меня за руку.

– Нет, любимый, мне нужно в Билтмор, мне нужно решить ещё один вопрос.

– Какой? – с подозрением спросил он. – Твой поклонник уже уехал. Я чувствую.

– И это замечательно. Но дело надо доделать. И я приду к вам с Мемфисом в гости. Обещаю.

– Сегодня? – с надеждой в голосе спросил он.

– Да. Даже если это будет глубокая ночь.

– Ты мне расскажешь о своем загадочном деле?

– Обязательно. Когда оно будет завершено.

– Ещё больше тайн, – с притворным недовольством сказал Марсель.

– Я люблю тебя, – сказала я, поцеловав его в щеку, и отправилась в замок.

– Я буду, точнее мы, очень тебя ждать. Сегодня, – прокричал он мне в след. Я в ответ кивнула в знак согласия. И, спрыгнув со скалы, растворилась в лесу.

## ГЛАВА V

Я вернулась в замок, Майкла уже простыл след. Я пошла по замку в поисках Антонии, чтобы узнать, что помешало ей начать претворять в жизнь наш план обольщения Майкла, плюс обновлённый мною, и откорректированный в голове план, пока я шагала по лесу, ведь первоначальный наш план провалился, не успев начаться. Согласно первоначальному плану – Антония должна была сегодня ночью каким-то волшебным образом оказаться в его комнате с утешениями по поводу моего поведения, но Майкл всю ночь беседовал с Владимиром, и в свою спальню пришел только утром, да ещё и в дурном настроении. Она стучала, но он не открыл.

Антония была в гостиной, сидела на диване и рассеянно листала журнал, увидев меня, поднялась мне на встречу.

– Что будем делать? Всё пропало? – спросила она меня тревожно.

– Нет, ничего не пропало! Я уже придумала новый план! Пошли! – сказала я.

И мы пошли в мою комнату.

А план был такой….

Первоначально мы хотели, как я уже говорила, начать завоевание Майкла для Антонии прямо после того, как он приедет, точнее после нашего с ним разговора. Но обстоятельства осложнились его настроем, который ну никак не годился для каких-то завоеваний. Он – Майкл – вообще, после разговора со старейшинами не открыл Антонии дверь, и даже не отозвался на её стук. И я в авральном режиме немного изменила первоначальный план. И нужно было рассказать все его детали Антонии.

Теперь (согласно нового плана), спустя пару месяцев, Антонии нужно было ехать в Нью-Йорк, якобы по делам, и там под благовидным предлогом сочувствия и сострадания начать утешать Майкла, из-за несостоявшейся, безответной любви ко мне. Антония должна быть внимательной, милосердной, слушающей и понимающей, по большей части, крайне молчаливой и соглашающейся с его доводами, собеседницей. Майкл же, по нашим расчётам, должен был изливать ей душу, а она соглашаться и поддерживать его, но до поры до времени не принимать никаких решительных действий. Так, примерно через месяц, опять же по нашим расчётам, он должен был увидеть в ней союзника, но при всём при этом, она должна была быть моей «подругой», и не давать повода для каких-либо сплетен или пересудов в сторону моей персоны, хотя Майкл и так этого делать не станет, он слишком воспитанный и интеллигентный, я была в этом уверена, хотя я безусловно могла ошибаться.

Далее, конечно судя по обстоятельствам, Антония, под опять же благовидным предлогом (боевой подруги) должна была вместе с Майклом ехать по делам ковина в Африку, и там, в гостинице их должны были поселить в один номер (и нам нужно было это обязательно устроить), потому что «больше свободных номеров нет»! Потом (опять же судя по обстоятельствам), Антония организует романтический вечер для «друзей и подруг» и попытается дать понять Майклу, что таки, не равнодушна к нему, и, если он готов, перевести их отношения в разряд, так сказать, более романтических. И, если Майкл будет готов, то уже брать быка за рога, и начинать соблазнять его, конечно очень тактично, чтобы он не сразу опомнился и попался в сети!

Мы очень надеялись, что у нас всё получится, так как Антония была девушкой далеко не глупой, и к тому же она на самом деле любила Майкла и очень хотела его завоевать, а потом прожить с ним всю оставшуюся жизнь и вообще никогда не умереть!

Мы продумали каждый наряд и комплект украшений, которые она должна была надевать каждый день, для того, чтобы Майкл её видел в наиболее выгодном свете, (кстати фигура у неё была отличная, красивые, немного пышные, но привлекательные формы, лицо её тоже было очень привлекательно – пухлые губы, «лисий» разрез синих-синих глаз), и, как можно быстрее, пленился. Мы сидели и мечтали, и даже уже замахнулись на свадебную церемонию, но как-то вдруг обе остановились, решив, что так далеко вперёд мы забегать не будем. Я должна была ей помогать советом и любыми, другими средствами и способами, всякий раз, когда ей это понадобится, то есть постоянно быть на связи, в любое время суток, но делать это нужно было опять же очень аккуратно, чтобы Майкл не заподозрил неладного. Она смотрела на меня и мечтательно улыбалась, потом вдруг спросила меня:

– А ты правда любишь этого оборотня?

Я вопросительно посмотрела на неё.

– Да ладно, можешь не отвечать, я и так всё уже поняла. Я желаю вам счастья, честное слово! Только бы наш план удался! Ладно, пойду, помечтаю!

И она ушла, сияя от радости. А я стала собираться в гости к Марселю и Мемфису.

Был уже полдень. Я красивая и нарядная спускалась по лестнице, в гостиной сидели на диване и беседовали Владимир, Анна, Грег и Фёдор.

– Ты куда направляешься? – спросил с улыбкой Грег. У нас с ним были очень тёплые, практически братские отношения.

– Ясное дело куда, – вместо меня ответил Фёдор тоже с улыбкой.

– Ну раз вы всё знаете, то я и отвечать не стану, – сказала я.

Владимир с нежностью смотрел на меня. Анна улыбалась. Я тоже не смогла сдержать улыбку.

– Могу я узнать причину вашего веселья? – спросила я.

– Мы рады за тебя, – ответил Грег, – Хотя я достаточно настороженно отношусь к нашим, так сказать, собратьям, но мы живём в мире. Я хочу, чтобы ты была счастлива! – он подошёл ко мне и поцеловал в щеку.

– Беги стрекоза! – сказал Фёдор. Весь клан называл меня стрекозой из-за моей неуёмной любви к стрекозам.

Я любила всё, что с ними связано: украшения в виде стрекоз, ткань со стрекозами, в моей комнате был даже ночник в виде очень красивой стрекозы, из разноцветного муранского стекла. Я много читала о них, и любила за ними наблюдать, когда мне это удавалось. Мне казалось, что они красивейшие и изящнейшие из насекомых – они издавали такой приятный звук, когда летели, да и вообще стрекозы символизируют, судя по Японским преданиям – возрождение и в переводе на английский язык стрекоза переводится как «dragonfly», что дословно переводится как «драконья муха» и её ассоциировали с ведьмами, особенно в средневековую эпоху (вампиры конечно не ведьмы, но всё же). По латыни стрекоза называется очень поэтично «odonatum» – рожденная ароматом Вселенной (и вот эта аналогия мне очень нравилась). В античном искусстве стрекоза изображалась как символ спокойствия и красоты. И главное (для меня) считается, что насекомые – традиционный символ краткого существования на земле, что в моём случае напоминало о моём не таком и далёком человеческом существовании, о маме с папой, о прошлом, о детстве.

Но самое важное, стрекоза символизирует спасение души, чего мне очень хотелось. Не скажу, что мы были очень уж кровожадными, но всё же….

– Ты сегодня вернёшься домой? – спросил Владимира.

– Не знаю, – я пожала плечами, – Всем пока – ответила я.

Итак, я вышла из Билтмора и направилась в замок к своему любимому.

Я летела на крыльях счастья, ещё до конца, не веря в такой удачный исход визита Майкла. Я очень надеялась, что наш с Антонией план обязательно сработает! Но пока это было лишь неизвестностью и предположениями и нашими с ней фантазиями (хотя и очень желанными – мне хотелось навсегда отделаться от назойливого ухажёра, ей хотелось любви и безграничного счастья).

Я шла и любовалась окрестными пейзажами – лес был красивым и ароматным, погода великолепная, светило солнышко и небо было голубое и ясное, настроение было радужным. Буквально через десять минут я стояла у ворот замка Марселя. Открыв ворота, я вошла, и он шёл мне на встречу, улыбаясь. Он крепко обнял меня.

– Я вроде тихо вошла, как ты узнал, что я здесь? – спросила я, и тут же поняла – он почувствовал, что я пришла.

– Я чувствую твоё присутствие любовь моя, – подтвердил Марсель. Он протянул мне руку, приглашая пройти в дом. Мы взялись за руки и пошли, у входа уже стоял запыхавшийся, слегка смущённый и нарядный Мемфис. Он улыбался.

– Добрый день! – поприветствовала я его, улыбаясь, а про себя отметила – забавный он, так нарядился, только огромного белого крахмального жабо не хватает, как у английских камердинеров).

Он заулыбался ещё шире и всё смотрел на меня, не отвечая на мое приветствие. Марсель засмеялся и спросил его:

– Ты от радости не отвечаешь? Или от скромности? – чем смутил Мемфиса ещё больше. Наконец он ответил:

– Очень рад вас видеть, богиня! Наконец-то вы решили посетить нашу скромную обитель! – он справился со смущением, его голос был уже более уверенным.

– Прошу вас, – он широко развёл свои огромные руки пригласительным жестом. Я улыбнулась, и вошла в дом. Гостиная была огромная, посередине стоял шикарный, просто огромный, круглый диван, обтянутый красивым гобеленом красного цвета. По бокам стояли кресла чуть поменьше, но всё же по размерам больше напоминавшие небольшие диванчики. Рядом стоял овальный журнальный столик из хрусталя, состоящий из двух ярусов, которые поддерживал бронзовый ягуар, выполненный мастером с такой точностью и филигранностью, что мне показалось, что шерсть на нем кажется настоящей. Глаза были сделаны из великолепных больших изумрудов, а высунутый язык – из рубина. Пол украшал красивый, огромный, мягкий (мои ноги утонули в нём по щиколотку) белый ковер ручной работы. Мебели было минимум, видимо хозяева любят минимализм, а вот красивых аксессуаров было много, но уместно: статуэтки, напольные вазы, полные различных цветов невиданной красоты, цветы в горшках – большие и маленькие.

Из гостиной расходились коридоры в правую и левую стороны (при кажущихся небольших размеров дома снаружи, внутри он оказался просто огромным), где располагались ещё комнаты, пока я не знала какие, это мне и предстояло выяснить в ходе экскурсии по дому, и Мемфис с готовностью ожидал меня. На второй и третий этаж вела красивая витая лестница. Марсель стоял рядом со мной, и тоже ждал, пока я рассматривала гостиную, чтобы пойти дальше и показать мне весь замок. Я посмотрела на него, затем на Мемфиса, и сказала:

– Ну что хозяева, показывайте ваши владения!

Мемфис с готовность подошёл ко мне, предложив свою согнутую в локте руку. Марсель не выдержал:

– Вообще-то это моя любимая женщина!

Мемфис смутился, смущённо заулыбался, но руки не опустил, посмотрев на Марселя, он кокетливо сказал:

– Конечно твоя! Но я ни за что не упущу возможности показать нашей богине наш великолепный замок! Хоть убей меня!

– Надо же, какая преданность, – с улыбкой и не большой долей сарказма сказал Марсель. Подошёл ко мне с другой стороны, и так же предложил свою руку.

– Вот и славно! – сказала я, – Вдвоём вы мне больше покажете и расскажете! И показушно-лучезарно улыбнулась каждому из мужчин. Мемфис засиял как медный таз, а Марсель засмеялся.

– Ну что ж, пошли! – сказал он. И мы двинулись на экскурсию. Слева от гостиной располагался кабинет Марселя, тоже достаточно внушительных размеров, с красивой добротной дубовой мебелью, я про себя отметила, что мебель старинная, наверное, он такой же ценитель старины и антиквариата, как и наша Анна, вот у нее здесь глаз порадуется и, в лице Марселя, она найдёт приверженца и поклонника того же, что любит она, что сулит нам всем приятные вечера у камина за прослушиванием бесед, чтения книг и баталий, и споров на разные темы!

Вся мебель была с резными ножками и подлокотниками (скорей всего стиль Людовика XIV), сиденья были обтянуты парчой красивого синего цвета. Во всю стену стоял огромный стеллаж с книгами. Марсель любит читать!

Из кабинета в следующую комнату вела ещё одна дверь, которая оказалась библиотекой. Да какой огромной! Стеллажи были заполнены книгами до потолка, а добраться до самых высоких полок можно было с помощью дубовой, высоченной лестницы-стремянки (тут мне вспомнился мультфильм «Красавица и Чудовище», помните, какая там была огромная библиотека?). Я в восхищении оглядывала все эти несметные сокровища! Я тоже очень люблю читать, а здесь столько счастья! Марсель поймал мой восхищенный и удивлённый взгляд.

– Сколько сокровищ! – восторженно сказала я.

– Да, это моя гордость. Точнее наша, – поправился он, глянув на друга.

– Мемфис, ты тоже любишь читать? – спросила я, стараясь не выдать своего изумления. Почему-то Мемфис в моём сознании не вязался с образом домоседа, любителя книг за чашечкой чая (хотя, внешность очень часто бывает обманчива)! Внешне я конечно этого старалась не показать, но Марсель всё чувствовал, и с весёлыми огоньками в глазах посмотрел на меня, а затем и на Мемфиса, но уже без тени улыбки.

– Очень! – гордо ответил Мемфис. – В этой библиотеке нет ни одной книги, которую бы я не прочитал!

Признаюсь, я была очень удивлена, если не сказать больше. Я постаралась справиться с чувствами, и восхищённо добавила:

– Ничего себе! Я тоже очень люблю читать! Посоветуешь мне что-нибудь из древней истории вампиров и оборотней?

– Безусловно, – не скрывая гордости, ответил Мемфис. И он начал продвигаться вдоль стеллажей, поясняя, где каким книгам отведено место, как правильно их хранить, какую влажность и температуру нужно поддерживать при хранении этих драгоценных трактатов. Особо ценные экземпляры стояли в специальном закрытом стеллаже-шкафу за витражным стеклом, внутри которого регулировалась специальная температура и влажность. Возле этого стеллажа он остановился с особой гордостью, начав мне перечислять, какие бесценные труды там хранятся – настоящие подлинники и рукописи! Достоевского и Пушкина, Оноре де Бальзака и сказки Гоффмана, и о чудо – первая рукописная версия книги М.А.Булгакова «Мастер и Маргарита»!

Он открыл красивую, витражную дверцу стеллажа-шкафа и я заглянула внутрь, рукописи были старыми, какие-то – ветхими, но в очень красивых кожаных переплетах. Я протянула руку к кожаному переплёту «Мастера и Маргариты» – одной из моих любимых книг, которую я за свою не маленькую бессмертную и смертную жизнь прочитала не один десяток раз. Но держать в руках рукопись, написанную самим автором, было большим счастьем! Я бережно взяла её в руки, отошла к читальному столику и аккуратно открыла, в абсолютном восхищении перелистывая бесценные страницы, выхватывая глазами знакомые абзацы. Я подняла глаза на моих экскурсоводов. Мне хотелось плакать от счастья.

– Ну как? – с гордостью спросил Мемфис.

– Я в восхищении, Королева в восхищении – прошептала я, словами Коровьева. Не стала говорить в полный голос, чтобы не выдать его дрожи, да ещё и слёзы не дай бог потекут! Я стояла и гладила страницы рукописи не в силах оторваться. Мне не хотелось уходить из библиотеки, настолько я была очарована. Марсель стоял поодаль и улыбался. Ему нравилось, он чувствовал, какие чувства и эмоции я испытываю, ведь он тоже любил читать!

Я посмотрела на него, его взгляд говорил мне: «Ты самая лучшая женщина во Вселенной!». Я с большой неохотой оторвалась от рукописи, закрыла её и поставила обратно на стеллаж. Мемфис закрыл его на кодированный замок, а я опять же улыбнулась про себя – неужели есть какое-то безумное существо, которое осмелится проникнуть сюда, чтобы похитить книги?

– Пойдёмте дальше, а то я останусь здесь навечно! – сказала я.

– Ты ещё не один раз сюда вернешься – улыбаясь, сказал Марсель. – Если Мемфис, конечно, разрешит – шутливо сказал он. – Ведь он у нас заведующий библиотекой! И сюда допускаются только надёжные люди!

Мемфис недоуменно посмотрел на него, как бы спрашивая: «Неужели я могу не допустить богиню в священную обитель?», потом поняв, что он шутит, ответил:

– Посмотрим на ваше поведение! – и шутливо мне подмигнул.

Я рассмеялась. И Мемфис довольный своей шуткой двинулся обратно в кабинет, чтобы выйти в гостиную и отправится в другое крыло с экскурсией. Я, было, задержалась, моё внимание привлек не такой как все стеллаж, казалось, он похож на потайную дверь, которая ведёт куда-то ещё, но решила, что времени предостаточно, впереди целая вечность, и, Марсель сам мне расскажет, что это и зачем. Мы вернулись в гостиную, и направились в правое крыло – где располагался релакс-комплекс – с саунами, парилками, кедровыми бочками, бассейнами и душами. И опять я была крайне удивлена – оборотни оказывается любят купаться? И баню? Очень интересно… Но мне всё это очень нравилось! Марсель поймал мой опять-таки удивлённо-восхищённый взгляд и сказал:

– Я люблю удивлять! В хорошем смысле!

– Надеюсь, что только в хорошем! – ответила я.

И опять в разговор с гордостью вступил Мемфис, объясняя мне, что и где расположено, и какие достоинства есть у всего здесь находящегося. Я слушала его, осматриваясь, и мне захотелось оказаться здесь вдвоем с моим любимым оборотнем, побывать в сауне, затем окунуться в бассейне, понежиться в кедровой бочке, а затем, заняться любовью с моим любимым. У меня от таких мыслей перехватило дыхание. Как по волшебству, Марсель оказался за моей спиной, обнял нежно меня за талию и поцеловал в шею, прошептав мне на ухо:

– Мы обязательно с тобой побываем здесь в ближайшее время, – многозначительно сказал он, его дыхание тоже стало прерывистым, выдавая желание. Я кивнула и подошла поближе к Мемфису, который ничего не заметив, а может просто сделал вид, что не заметил, продолжал расписывать достоинства релакс – комплекса. Марель засмеялся у меня за спиной, я обернулась, улыбаясь. Мемфис вопросительно посмотрел на меня, мол, я говорю что-то смешное? Я закивала головой, в знак того, что я к его рассказу отношусь крайне серьёзно и с большим интересом. Закончив обзор этого прекрасного комплекса, мы двинулись к выходу из него, чтобы обозреть второй и третий этаж.

По красивой, витой, кованой лестнице мы поднялись на второй этаж, где располагалось пять комнат и большой кинозал, с настоящим, дровяным камином. Четыре комнаты – были спальнями – две для хозяев, и две для гостей, и опять-таки большой спортивный зал с всевозможными тренажёрами и приспособлениями для занятия спортом.

Затем мы отправились на третий этаж. Почти весь третий этаж занимал огромный зимний сад, с диковинными цветами, деревьями, кустами и массой прочей зелени. Вся стена и часть купола были стеклянными (я с удивлением отметила, что и в нашем убежище, купол тоже стеклянный, видимо их проектировал один архитектор), в центре зимнего сада стояли кресла и не большой столик, на котором стоял изящный, серебряный сервиз для кофе на серебряном же разносе. И я, будучи человеком и став и вампиром, очень любила кофе со сливками (да, вампиры любят человеческую еду, особенно если она хорошо приготовлена, но конечно, мы могли обходиться и без неё. Но зачем? Если вокруг есть столько гастрономических удовольствий), особенно по утрам. Это был такой своеобразный ритуал, и я его очень любила. Мы с мамой часто пили кофе вместе по утрам, вспомнилось мне… Меня накрыла волна воспоминания, и я на какое-то время отрешилась от рассказа Мемфиса, который с большим удовольствием описывал достоинства теперь уже зимнего сада, рассказывая, откуда привезены те или иные цветы, деревья и растения. Марсель подошёл ко мне, заметив, что я задумалась.

– Что-то случилось? – спросил он меня.

– Всё в порядке, просто я увидела сервиз для кофе, и вспомнила о маме. Мы любили с ней пить кофе по утрам, – с грустным вздохом сказала я.

Он обнял меня, и с пониманием сказал:

– Ты счастливый человек, у тебя есть такие драгоценные воспоминания! А я никогда не видел свою маму, и не знал своего отца. Их убили сразу после моего появления на свет.

Он тоже загрустил, что-то вспоминая. Я повернулась к нему лицом, поцеловала и ободрительно сказала:

– Всё это в прошлом. И оно есть у каждого. Не будем предаваться грустным воспоминаниям. Мемфис так увлечённо рассказывает, не будем его обижать невниманием.

Марсель кивнул, и мы подошли поближе к Мемфису, который увлечённо рассказывал о редкой породе скандинавской комнатной берёзы. Он был очень увлечён, и мне стало казаться, что он не какой-то бесстрашный воин-оборотень, а купец-владелец поместья, который очень любит свой дом и всё, что в нём находится. Наконец Мемфис закончил свой лекторий о растениях, и с удовольствием завершил:

– Ну вот и всё наше маленькое царство!

– Ничего себе маленькое! – сказала я.

Мы спустились в гостиную, и Марсель сказал:

– Спасибо гостеприимному хозяину Мемфису за столь содержательную беседу, мы с богиней пойдём гулять в лес! – и посмотрел на меня, как бы спрашивая моего согласия. Я кивнула в ответ. А Мемфис несколько расстроился, спросив меня:

– Вы уже уходите? Так быстро? И даже чаю не попьёте?

– Я ещё приду к вам в гости Мемфис! Спасибо большое за экскурсию!

Марсель подошёл ко мне, взял за руку, и мы направились к входным дверям. Выходя он кивнул Мемфису, я решила, что спрошу его потом, что означал этот кивок. Мы пошли по лесу, держась за руки.

– Куда мы идём? – спросила я.

– А как ты думаешь? И куда бы тебе хотелось? – ответил он.

– Мне всё равно куда, лишь бы рядом был ты, – я посмотрела на него. Мы остановились, встав близко-близко лицом к лицу, глядя друг другу в глаза. Марсель наклонился ко мне и поцеловал, сначала едва коснувшись губами моих губ, потом поцелуй стал более жадным, дыхание прерывистым, он обхватил меня руками за талию и стал гладить руками плечи и спину, его руки были такими нежными и ласковыми, и мне не хотелось, чтобы он останавливался, и я отвечала на его поцелуй с той же страстью. Поцелуй был так долог и прекрасен, что у меня закружилась голова, и я подумала, что сейчас упаду в обморок. Я с усилием отстранилась, тяжело дыша. Я прекрасно понимала, что, если один из нас сейчас не остановиться, мы займёмся любовью прямо здесь, в лесу. Марсель нехотя отпустил меня. Я отошла к дереву, чтобы отдышаться.

– Ты не хочешь меня? – спросил он очень тихо, подойдя ко мне.

– Хочу. Но только не здесь, – ответила я.

– Почему не здесь? – спросил он, и в глазах заплясали весёлые огоньки.

– Ну вообще я могу, – ответила я, – но лес – это общественное место между прочим!

– А, ну да, конечно, и как это я сам не догадался, – он засмеялся, я засмеялась вместе с ним. – Идём в наше убежище?

– Идём, – ответила я. Сердце моё заколотилось как бешеное, в предвкушении того, чем мы будем заниматься в этом самом убежище.

Благодаря скорости нашего передвижения, через пять минут мы были у входа в пещеру. Мы поднялись наверх на плато, и Марсель начал меня целовать, расстегивая пуговицы на моём жакете, и тихонько подводя ко входу в пещеру, я, отвечая на его поцелуи, так же расстегивая замок на его куртке. Он открыл дверь, и мы в буквальном смысле слова ввалились в комнату, не переставая раздевать и целовать друг друга. Шикарное ложе с кроваво-красным покрывалом манило нас…

«Это было божественно», думала я, нежась и лёжа под уютным шёлковым покрывалом, пока Марсель принимал душ, «Я очень тебя люблю, родной мой, я никому тебя не отдам», проносилось у меня в голове. Вдруг дверь из душевой отворилась, и показался Марсель, я повернула к нему голову – он был весь мокрый, капли стекали, оставляя затейливые дорожки, «Господи, до чего же он прекрасен…» – думала я. Он смотрел на меня и улыбался, приглашая к себе:

– Иди ко мне. Мне холодно без тебя, – я посмотрела на него, улыбаясь.

– Ты хочешь, чтобы я тебя согрела? – спросила я.

– Да, – он смотрел на меня, не скрывая своего вожделения.

Я встала с постели и пошла к нему в душевую. Только я вошла, он стал осыпать моё тело нежными поцелуями, шепча «Моя! Только моя! Люблю тебя! Я никого никогда так не любил, как тебя!». Его губы были нежными и горячими, нега и желание снова охватили меня, и мы снова занялись любовью.

Спустя пару часов, мы лежали в постели и молча наслаждались:

– Мне нужно уехать. Примерно на месяц, -вдруг сказал Марсель.

– Куда и зачем? – спросила я.

– В далёкую Россию, в город Санкт-Петербург. Там открывается филиал нашего завода, по производству лекарственных препаратов от СПИДа, там же будут проводиться клинические испытания на добровольцах. Люди, больные этой страшной заразой с радостью соглашаются, ведь у них нет выбора. Уже набрана первая партия. И я должен, как владелец и учредитель, быть там и решить некоторые вопросы.

– В Россию? Это же моя родина! Я могу поехать с тобой? – спросила я.

– А ты хочешь? – спросил он меня с надеждой.

– Конечно! Мы сможем побывать в местах моего детства и юности! – я радовалась как ребёнок.

– Если тебя отпустят старейшины, – осторожно заметил он.

Но я его не слышала, воспоминания о моей, тогда ещё человеческой жизни захватили-закружили меня. Я лежала с вдохновенно-мечтательным лицом и вспоминала: нашу квартиру, моих подружек, маму и папу, бабушку и дедушку, первое серьёзное свидание на Неве, с Сашей Кузнецовым, нам тогда было по шестандцать лет, первый робкий наш поцелуй… Вдруг место радости уступила тоска – там сейчас все поменялось, столько лет прошло! Друзей и подруг моих уже давно нет в живых, если только среди них затесался какой-то долгожитель, нет мамы с папой, и дедушки с бабушкой. Марсель тронул меня за плечо: