Алексей Павликов
Хроники разума. Путешествие вглубь себя

Социальные сети:

Telegram: [@Aleksey_7424]

Электронная почта: 

[paf1982@mail.ru]

Пролог. Точка невозврата

В тускло освещенном кабинете лаборатории Дмитрий Соколов склонился над монитором, его пальцы нервно барабанили по столу. На экране мелькали графики мозговой активности пациента, но нейробиолог уже знал – что-то пошло не так.

Три дня назад он ввел экспериментальный препарат Нейролайт-23 одному из своих самых перспективных пациентов. Препарат, над которым Дмитрий работал последние пять лет, должен был стать прорывом в лечении депрессии. Вместо этого он превратил жизнь ученого в кошмар.

Анна Михайлова, 27-летняя журналистка, страдавшая от тяжелой формы депрессии, стала первым человеком, получившим полную дозу препарата. Первые часы после инъекции все шло идеально – показатели были лучше, чем в предыдущих тестах. Но затем случилось нечто необъяснимое.

Ее мозг словно замкнулся сам на себя. Электроэнцефалограмма показывала странные, никогда ранее не встречавшиеся паттерны активности. А потом… полное молчание. Кома.

Дмитрий провел бессонные ночи, анализируя данные, пытаясь найти ошибку в формуле, в методике введения препарата. Но все казалось правильным. Слишком правильным, чтобы быть правдой.

В зеркале напротив стола он видел свое отражение – некогда уверенного ученого, а теперь человека, терзаемого сомнениями. Седые пряди в темных волосах появились за последние месяцы. Глубокие морщины избороздили некогда гладкое чело.

Он вспомнил свою первую лекцию в университете, где с энтузиазмом рассказывал студентам о безграничных возможностях нейробиологии. Теперь эти возможности казались ему иллюзией, а наука – не более чем набором красивых теорий, неспособных объяснить происходящее.

В кармане завибрировал телефон. Звонил главврач клиники. Дмитрий знал, что разговор будет тяжелым. Он глубоко вздохнул и принял вызов.

– Дмитрий Александрович, мы должны обсудить ситуацию с пациенткой Михайловой, – голос главврача звучал официально, почти отстраненно. – Семья требует объяснений. И полного отчета о состоянии Анны.

– Я работаю над этим, – ответил Дмитрий, чувствуя, как ком подступает к горлу. – Но пока у меня нет ответов.

– Боюсь, отсутствие ответов больше нельзя считать приемлемым, – в голосе главврача появились стальные нотки. – У нас есть этические обязательства перед пациентами. И финансовые обязательства перед инвесторами.

Дмитрий отключил звонок, не дослушав. Его взгляд упал на фотографию на столе – он с коллегами на вручении премии за исследования в области нейробиологии. Счастливые лица, искренние улыбки. Теперь все это казалось таким далеким и нереальным.

Он знал – это только начало. Начало конца всего, во что он верил. Начало пути в неизвестность, где наука и реальность переплетались самым пугающим образом.

В этот момент Дмитрий понял – точка невозврата пройдена. Назад дороги нет. Остается только идти вперед, в темноту, надеясь найти свет в конце туннеля, который, возможно, существует только в его воображении.

Глава 1. Первые трещины

Встреча с Татьяной

Холодный ветер пробирался под лабораторный халат Дмитрия, заставляя его ёжиться. Он стоял на одной из тропинок парка Сокольники, погружённый в свои мысли, и не замечал, как сгущаются сумерки. Последние несколько дней превратились в бесконечную череду тревог и сомнений.

Его разум всё ещё был полон образов Анны Михайловой, лежащей в коме. Он пытался найти объяснение случившемуся, но каждый раз натыкался на стену непонимания. Научный метод, которому он посвятил всю свою жизнь, теперь казался бессильным перед лицом этой трагедии.

Внезапно его внимание привлекло движение сбоку. Кто-то шёл по тропинке, и этот кто-то явно направлялся прямо к нему. Дмитрий обернулся и замер.

Перед ним стояла женщина. Высокая, стройная, с длинными тёмными волосами, заплетёнными в толстую косу. Её простое льняное платье казалось неуместным в этом сумрачном парке, но в то же время создавало ощущение гармонии с окружающей природой.

Её глаза… Они были необычного зеленовато-карего оттенка и словно светились внутренним светом. Дмитрию показалось, что она видит его насквозь, читает все его мысли и страхи.

– Дмитрий Александрович? – голос женщины прозвучал мягко, почти нежно, но в нём чувствовалась странная сила. – Я знаю, что вы ищете ответы.

Учёный не мог пошевелиться. Кто она такая? Как узнала его имя? Сотни вопросов роились в его голове, но язык словно прилип к нёбу.

Женщина сделала шаг вперёд, протягивая руку.

– Меня зовут Татьяна, – произнесла она, и в её голосе прозвучала уверенность, которая странным образом успокоила Дмитрия. – Я практикую древние техники работы с сознанием. Возможно, это поможет вам найти то, что вы ищете.

В этот момент что-то внутри Дмитрия надломилось. Он почувствовал, что больше не может идти по старому пути. Что-то новое, неизведанное манило его, обещая ответы на мучившие его вопросы.

– Кто вы такая? – наконец смог выговорить он, всё ещё не решаясь принять её руку.

– Я тот, кто может показать вам другую сторону реальности, – ответила Татьяна, и в её глазах мелькнула загадочная улыбка. – Но решение за вами.

Дмитрий посмотрел на её протянутую руку, и в этот момент понял, что его жизнь никогда не будет прежней. Точка невозврата была пройдена.

Несколько долгих секунд они стояли в молчании, нарушаемом лишь шелестом листьев и далёким городским шумом. Дмитрий всё ещё не мог прийти в себя от неожиданности этой встречи.

– Кто вы такая? – наконец смог выговорить он, всё ещё не решаясь принять её руку. – Как вы узнали, что я здесь? И откуда знаете моё имя?

Татьяна мягко улыбнулась, не отпуская протянутую руку.

– Иногда ответы приходят к нам сами, если мы готовы их услышать, – ответила она, её голос звучал успокаивающе, словно колыбельная. – Пойдёмте, я покажу вам кое-что.

Она повела его вглубь парка, туда, где фонари уже не освещали тропинку. Но странным образом Дмитрий видел всё вокруг так же ясно, как днём.

Они остановились у небольшой поляны, окружённой вековыми деревьями. Татьяна села на траву, жестом приглашая Дмитрия присоединиться.

– Я знаю о ваших исследованиях, – начала она, глядя ему в глаза. – Знаю о том, что случилось с вашей пациенткой. И знаю, что вы ищете ответы там, где их нет.

Дмитрий почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Кто вы? – повторил он, теперь уже с ноткой тревоги в голосе.

– Я – тот, кто может показать вам другую сторону реальности, – повторила Татьяна. – Сторону, где наука и духовность не противоречат друг другу, а дополняют.

Она закрыла глаза и начала тихо напевать какую-то мелодию. Дмитрий заметил, как вокруг них словно сгустился воздух, а звуки города стали отдаляться, будто кто-то медленно поворачивал регулятор громкости.

Внезапно он почувствовал странное покалывание в пальцах. Его приборы в лаборатории всегда реагировали на подобные состояния – это было похоже на…

– Подождите, – прервал он Татьяну. – Вы говорите о сознании как о чём-то материальном?

– Сознание – это энергия, – ответила она, не открывая глаз. – Энергия, способная менять реальность.

Дмитрий почувствовал, как в его голове начинают складываться новые связи, словно кусочки головоломки, которые он не мог собрать последние месяцы.

– Но как это возможно? – спросил он, чувствуя, как его научный скептицизм борется с растущим интересом.

Татьяна открыла глаза и посмотрела на него с мягкой улыбкой.

– Завтра я покажу вам. Если вы готовы идти дальше.

Дмитрий колебался. Всё в нём кричало о том, что это может быть опасно – как для его карьеры, так и для его разума. Но что-то внутри подсказывало, что это может быть именно тем ответом, который он искал.

– Я… согласен, – наконец произнёс он. – Но объясните мне хотя бы одно – как вы узнали, что я буду здесь?

Татьяна лишь загадочно улыбнулась.

– Это лишь начало вашего путешествия, Дмитрий. Скоро вы узнаете ответы на все свои вопросы.

В этот момент Дмитрий понял, что его жизнь никогда не будет прежней. Что он стоит на пороге чего-то совершенно нового, неизведанного, и что эта встреча изменит всё.

Всю ночь Дмитрий не мог уснуть. Слова Татьяны эхом отдавались в его голове, вызывая смесь тревоги и любопытства. Он пытался найти логическое объяснение её появлению и странным способностям, но чем больше думал, тем больше запутывался.

На следующее утро, ровно в семь, он стоял у входа в парк, нервно поглядывая на часы. Татьяна появилась без опоздания, словно материализовавшись из утреннего тумана.

– Готовы начать? – её голос звучал так же спокойно и уверенно, как вчера.

Они направились к небольшой беседке в глубине парка. Татьяна достала несколько предметов: чашу с водой, камень с необычной резьбой и старинную книгу в кожаном переплёте.

– Сегодня мы начнём с простого упражнения, – сказала она, расставляя вещи на столе. – Закройте глаза и сосредоточьтесь на своём дыхании.

Дмитрий подчинился, хотя внутри него бушевала буря сомнений. Он чувствовал, как его разум сопротивляется этому странному ритуалу.

Внезапно он ощутил лёгкое покалывание в пальцах, похожее на то, что было вчера в парке. Но теперь это чувство было сильнее, словно тысячи маленьких иголочек пробегали по его телу.

– Откройте глаза, – прозвучал голос Татьяны.

Перед ним в чаше с водой начали появляться странные узоры. Они двигались, менялись, словно живые. Дмитрий протянул руку к воде, и узоры последовали за его движением.

– Это ваша энергия, – объяснила Татьяна. – То, что вы считали невозможным с точки зрения науки.

В этот момент его телефон завибрировал. Сообщение от главврача клиники: «Срочно в больницу. Состояние пациентки ухудшилось».

Дмитрий замер. Это было невозможно – он никому не говорил о встрече с Татьяной.

– Я знала, что это произойдёт, – спокойно произнесла она. – Поехали. Я покажу вам то, что изменит ваше представление о реальности навсегда.

В машине по дороге в больницу Дмитрий пытался осмыслить происходящее. Его научный разум боролся с очевидными доказательствами того, что законы, которые он считал незыблемыми, могут быть лишь частью более сложной системы.

Когда они вошли в палату Анны Михайловой, Дмитрий понял – сегодня произойдёт что-то невероятное. Его пациентка открыла глаза, впервые за всё время комы.

– Дмитрий Александрович… – прошептала она. – Я видела… что-то невероятное.

Татьяна лишь улыбнулась, глядя на потрясённое лицо учёного.

– Это только начало, – тихо произнесла она. – Теперь вы готовы узнать правду.

Дмитрий почувствовал, как земля уходит из-под ног. Всё, во что он верил, всё, что знал – рушилось, открывая путь к новому пониманию реальности. Пути назад уже не было.

Первые шаги в неизведанное

Следующие дни превратились для Дмитрия в череду удивительных открытий. Каждое утро начиналось с медитативных практик под руководством Татьяны. Её техники были удивительны – они сочетали в себе элементы древнего буддизма, йоги и каких-то совершенно неизвестных Дмитрию методик.

Он учился концентрироваться не просто на дыхании, как это делали обычные медитаторы, а на определённых энергетических потоках внутри тела. Татьяна называла это «пробуждением внутреннего света».

В лаборатории начали происходить необъяснимые вещи. Электроэнцефалографы фиксировали странные всплески активности, когда Дмитрий просто находился рядом с ними. Показания приборов становились всё более хаотичными, но в этом хаосе появлялся какой-то скрытый смысл.

Его МРТ-аппарат начал выдавать изображения, которые не соответствовали реальности. На снимках появлялись странные энергетические поля вокруг мозга испытуемых, которых не должно было быть.

Однажды утром, придя в лабораторию, Дмитрий застыл в изумлении. Все его записи, которые накануне были разбросаны в беспорядке по столу, теперь лежали в идеальном хронологическом порядке. Каждая папка была подписана аккуратным почерком, которого он никогда не использовал.

Но самое удивительное было то, что никто не мог войти в лабораторию ночью – дверь была опечатана, а система безопасности не зафиксировала никаких нарушений.

Дмитрий начал замечать, что его мысли как будто материализуются. Если он концентрировался на определённом эксперименте, то все необходимые материалы словно сами находились на своём месте.

В его записях начали появляться формулы, которых он никогда не создавал. Когда он проверял их, они работали – причём работали лучше, чем всё, что он создавал раньше.

Но вместе с удивлением и восторгом рос внутренний конфликт. Научный разум кричал о необходимости объяснений, а наблюдаемые явления не имели логического обоснования.

Дмитрий понимал, что стоит на пороге открытия чего-то грандиозного, но боялся признать, что это может разрушить всё, во что он верил как учёный.

Каждый день приносил новые загадки. Приборы вели себя всё более непредсказуемо, а Татьяна лишь загадочно улыбалась, наблюдая за его реакцией.

Дмитрий чувствовал, что приближается к какой-то важной границе – границе между известным и неизведанным, между наукой и чем-то большим, что только начало открываться перед ним.

В его сознании формировалась новая картина мира, где наука и мистика не противоречили друг другу, а создавали единое целое. Но принять эту картину было непросто – для этого требовалось отказаться от многих убеждений, которые он считал незыблемыми.

Странные события нарастали как снежный ком. Каждый день приносил новые открытия, которые только усиливали внутренний конфликт Дмитрия.

В один из вечеров, когда он работал над очередным экспериментом, произошло нечто невероятное. Компьютер начал сам генерировать данные, которых не было в его памяти. На экране появлялись сложные математические формулы, связанные с квантовой физикой и нейробиологией.

Дмитрий пытался воспроизвести эти расчёты, но каждый раз получал разные результаты. Казалось, что кто-то или что-то направляло его исследования в совершенно новом направлении.

В лаборатории начали происходить необъяснимые совпадения. Когда он думал о конкретном эксперименте, необходимые реагенты словно материализовывались на рабочем столе. Приборы реагировали на его мысли, а не на физические манипуляции.

Однажды, погрузившись в медитацию под руководством Татьяны, Дмитрий увидел нечто поразительное. В его сознании возникли образы, которые позже проявились в результатах экспериментов. Он наблюдал, как нейронные связи формируются не по известным законам, а следуя какой-то высшей логике.

Татьяна учила его работать с энергетическими потоками, показывая, как можно влиять на материальный мир силой мысли. Дмитрий всё больше убеждался в том, что сознание обладает свойствами, выходящими за рамки классической науки.

Но чем дальше он продвигался в своих исследованиях, тем сильнее ощущал сопротивление окружающего мира. Коллеги начали замечать его странное поведение. Руководство лаборатории проявляло беспокойство по поводу всё более необычных результатов его экспериментов.

В его снах стали появляться видения будущего – точные предсказания того, что произойдёт в лаборатории на следующий день. Он видел, как приборы реагируют на его присутствие ещё до того, как он входил в помещение.

Дмитрий понимал, что стоит на пороге открытия, которое может изменить представление человечества о природе сознания. Но цена этого открытия могла оказаться слишком высокой – ему предстояло полностью пересмотреть свои убеждения и принять реальность, которая противоречила всему, что он знал раньше.

В его записях появлялись всё более сложные теории, связывающие квантовую физику с сознанием. Он начал разрабатывать новую модель работы мозга, где классические нейронные связи дополнялись энергетическими взаимодействиями, о которых современная наука даже не подозревала.

Каждый день приносил новые доказательства того, что мир устроен гораздо сложнее, чем казалось раньше. И каждый день Дмитрий всё больше убеждался, что находится на верном пути, хотя этот путь вёл его в неизведанные области знания, где наука переплеталась с мистикой самым удивительным образом.

Странные совпадения

Странные совпадения начали преследовать Дмитрия повсюду. Сначала он отмахивался от них, считая совпадения случайными, но их количество росло с каждым днём.

Всё началось с мелочей. Мысль, которая утром казалась гениальной идеей, к вечеру уже обсуждалась на кофе-брейке среди коллег, будто он сам её и не придумывал. Фразы, которые он мысленно проговаривал, неожиданно всплывали в разговорах с коллегами, словно они читали его мысли.

Но самым пугающим были сны. Они становились всё более яркими и детализированными. Дмитрий начал замечать, что события из его снов начинают повторяться в реальности.

Однажды ночью ему приснился особенно яркий сон. Он стоял в своей лаборатории, окружённый светящимися схемами и формулами. В центре его внимания находилась сложная математическая конструкция, которую он безуспешно пытался создать уже несколько месяцев.

Во сне формула предстала перед ним во всех деталях. Она была настолько чёткой, что Дмитрий мог разглядеть каждый символ, каждую линию. Когда он проснулся, формула всё ещё стояла перед его внутренним взором.

Не теряя времени, он бросился к своему рабочему столу и начал записывать увиденное. Символы ложились на бумагу с удивительной лёгкостью, словно кто-то направлял его руку.

На следующий день он ввёл формулу в компьютер. Результаты превзошли все ожидания. Программа показала, что формула работает – и работает безупречно. Но самое удивительное было то, что она противоречила всем известным законам физики и биологии.

Дмитрий проверил расчёты снова и снова. Всё было верно. Формула давала точные предсказания в экспериментах, которые он проводил. Но как такое возможно?

Этот случай стал переломным моментом. Теперь он уже не мог отрицать очевидное: что-то происходило за пределами его понимания. Его сознание, казалось, получило доступ к какому-то коллективному источнику знаний.

Сны продолжали приносить новые открытия. Каждое утро он просыпался с новыми идеями, которые позже подтверждались экспериментально. Но каждый раз эти открытия ставили под сомнение всё, что он знал о науке и реальности.

Дмитрий понимал, что стоит на пороге чего-то грандиозного, но страх перед неизвестным боролся в нём с жаждой познания. Он чувствовал, что приближается к разгадке какой-то фундаментальной тайны, которая может изменить не только его жизнь, но и представление человечества о природе сознания.

С каждым днём странные совпадения становились всё более явными и пугающими. Дмитрий начал вести специальный дневник, записывая все необычные события, которые с ним происходили.

Однажды, просматривая записи, он заметил закономерность: все пророческие сны предшествовали важным экспериментам. Более того, после каждого такого сна эксперименты давали неожиданные, но поразительные результаты.

В лаборатории начали происходить необъяснимые вещи. Приборы реагировали на его мысли ещё до того, как он подходил к ним. Показания менялись в соответствии с его внутренним состоянием. Когда он был сосредоточен и спокоен, данные получались чёткими и точными. Когда волновался – становились хаотичными.

Коллеги начали замечать изменения в поведении Дмитрия. Он стал более замкнутым, часто уходил в себя, что-то бормотал себе под нос. Некоторые шептались, что он сошёл с ума после инцидента с пациенткой.

Но самое удивительное происходило во время медитаций с Татьяной. В эти моменты Дмитрий чувствовал, как его сознание расширяется, словно границы его «я» растворяются в чём-то большем. Он видел странные образы, слышал голоса, ощущал присутствие чего-то необъяснимого.

Однажды во время такой медитации он увидел будущее. Не просто обрывочные видения, как в снах, а чёткую картину: его лаборатория, заполненная людьми, приборы, работающие с невиданной эффективностью, и результаты, меняющие представление о природе сознания.

Это видение настолько потрясло его, что он решил рискнуть всем. Дмитрий начал открыто интегрировать новые знания в свои исследования. Он разработал специальную методику, сочетающую научные эксперименты с медитативными практиками.

Результаты превзошли все ожидания. Его новые формулы, полученные через сны и видения, работали с невероятной точностью. Они позволяли влиять на мозговую активность способами, которые раньше считались невозможными.

Но вместе с успехами росла и цена. Дмитрий чувствовал, как тонкая грань между реальностью и видением становится всё более размытой. Он начал сомневаться, что может отличить правду от иллюзии.

В его сознании формировалась новая теория: возможно, всё, что он считал случайным совпадением, было частью большего плана. Возможно, его разум получил доступ к какому-то коллективному полю знаний, где границы между прошлым, настоящим и будущим стирались.

Каждый день приносил новые доказательства этой теории. Сны становились всё более пророческими, совпадения – всё более явными, а результаты экспериментов – всё более впечатляющими.

Дмитрий понимал, что стоит на пороге открытия, которое может изменить не только его жизнь, но и всё научное сообщество. Но он также осознавал, что это открытие может стоить ему карьеры, репутации, а возможно, и рассудка.

В его записях появилась новая формула – формула связи между сознанием и материальным миром. Она была настолько сложной и необычной, что даже сам Дмитрий не до конца понимал её значение. Но одно он знал точно: эта формула работала, и она открывала двери в совершенно новый мир понимания реальности.

Внутренний конфликт

Внутренний конфликт разрывал Дмитрия на части. Каждый день он просыпался с ощущением, что живёт в двух разных мирах. Рациональный ум учёного кричал о необходимости объяснений, требовал доказательств, которые можно было бы измерить и подтвердить. Но то, что происходило вокруг, не поддавалось никаким измерениям.

Ночью его посещали видения и озарения, а днём он пытался объяснить их с научной точки зрения. Но чем больше он пытался это сделать, тем больше понимал, что существующие теории не способны охватить всю полноту происходящего.

В его голове словно вели диалог два человека. Один – строгий учёный, воспитанный на принципах доказательной науки, требовал фактов, экспериментов, воспроизводимых результатов. Другой – исследователь нового, открывающий неизведанные грани реальности, говорил о вещах, которые невозможно было уложить в привычные рамки.

Татьяна продолжала рассказывать ему о коллективном бессознательном, о том, как разумы могут соединяться на уровне, недоступном для понимания современной науки. Она говорила о силе намерения, способной менять материальный мир, о связях между людьми, выходящих за пределы обычного понимания.

Дмитрий пытался сопротивляться этим идеям. Он проводил эксперименты, чтобы доказать или опровергнуть их, но результаты только запутывали его ещё больше. Приборы показывали то, что не должно было существовать, а его собственные мысли словно материализовались в реальности.

В его сознании формировалась новая картина мира, где классическая наука переплеталась с тем, что раньше считалось мистикой. Но принять эту картину было невероятно сложно. Это означало отказаться от всего, чему он учился годами, от всего, во что верил как учёный.

Иногда он ловил себя на мысли, что находится на грани срыва. Напряжение между старым и новым пониманием реальности становилось невыносимым. Он не знал, выдержит ли его разум это противостояние.

Дмитрий начал замечать, что его коллеги смотрят на него с подозрением. Они видели, как он меняется, как отдаляется от привычных научных методов. Слухи о его странном поведении распространялись по лаборатории, и он чувствовал, как растёт дистанция между ним и научным сообществом.

Но самое страшное было то, что он не мог остановиться. Каждый новый эксперимент, каждое новое открытие только усиливали этот внутренний конфликт. Он понимал, что стоит на пороге грандиозного открытия, но цена этого открытия могла оказаться слишком высокой – не только для его карьеры, но и для его разума.

С каждым днём пропасть между тем, чему он был научен, и тем, что он теперь знал, становилась всё шире. И Дмитрий не был уверен, сможет ли он когда-нибудь найти мост через эту пропасть.

В его записях появлялись всё более противоречивые заметки. Он пытался найти компромисс между старым и новым, но с каждым днём понимал, что такого компромисса может просто не существовать. Ему предстояло сделать выбор, который мог изменить не только его жизнь, но и всё его понимание реальности.

Напряжение достигло своего пика. Дмитрий сидел в своём кабинете, обхватив голову руками. На столе лежали результаты последних экспериментов – неопровержимые доказательства того, что его сознание способно влиять на материальный мир.

Научный комитет назначил встречу для обсуждения его работы. Коллеги открыто выражали сомнения в его психическом здоровье. Репутация учёного, которую он строил годами, трещала по швам.

Ночами он почти не спал. Видения становились всё ярче, а интуиция – точнее. Татьяна продолжала обучать его новым техникам, которые позволяли всё глубже погружаться в неизведанные области сознания.

Однажды утром он обнаружил, что его старые научные записи начали меняться. Формулы, которые он считал ошибочными, теперь выглядели иначе – исправленными, дополненными какими-то новыми элементами. Чернила словно двигались сами по бумаге, переписывая его исследования.

Дмитрий понимал, что должен сделать выбор. Либо он остаётся в рамках традиционной науки, сохраняя свою репутацию, но теряя возможность раскрыть новые грани реальности. Либо он идёт до конца, принимая всё то, что происходит, но рискует быть отвергнутым научным сообществом.

В его сознании сформировалась новая гипотеза: сознание – это не просто продукт работы мозга, а фундаментальная сила, способная влиять на реальность на квантовом уровне. Эта идея объединяла все его наблюдения и открытия.

Но принять эту гипотезу означало признать существование того, что современная наука отрицала. Это означало признать, что коллективное бессознательное действительно существует, что сила намерения реальна, что разум способен выходить за пределы физического тела.

Дмитрий начал записывать свои мысли в новый дневник. Он описывал не только научные наблюдения, но и свои внутренние переживания, борьбу между старым и новым пониманием мира. Эти записи становились всё более личными, всё более откровенными.

В лаборатории он проводил эксперименты, которые раньше считал невозможными. И каждый раз получал результаты, подтверждающие его новые теории. Приборы фиксировали то, что не должно было существовать, а его сознание становилось всё более чувствительным к тонким энергиям.

Он понимал, что находится на пороге открытия, которое может изменить не только его жизнь, но и всё научное понимание реальности. Но цена этого открытия была высока – ему предстояло полностью перестроить своё мировоззрение, отказаться от многих убеждений и принять то, что раньше казалось невозможным.

В его сознании формировалась новая парадигма, где наука и мистика не противоречили друг другу, а создавали единое целое. Это было сложно, болезненно, но неизбежно. И Дмитрий понимал, что должен пройти этот путь до конца, каким бы трудным он ни был.

Каждый день приносил новые открытия, новые доказательства того, что его путь верен. И хотя внутренний конфликт не исчезал, он научился жить с ним, используя его как топливо для дальнейшего исследования неизведанного.

Глава 2. Разрушение границ

Тайны прошлого

В старом здании института время словно остановилось. Архив профессора Волкова хранил свои тайны десятилетиями, и только сейчас судьба привела Дмитрия сюда.

Кабинет встретил его могильной тишиной. Толстый слой пыли покрывал всё вокруг, создавая иллюзию, будто здесь не было ни души последние годы. Высокие стеллажи с книгами казались стражами забытых знаний, а тусклый свет, пробивающийся сквозь грязные окна, лишь усиливал ощущение таинственности.

Дмитрий медленно продвигался между рядами книг, его шаги эхом отражались от стен. Что-то неуловимое изменилось в атмосфере помещения. То, что раньше было знакомым и родным, теперь выглядело чужим и даже враждебным.

Его внимание привлёк массивный книжный шкаф у дальней стены. Профессор часто говорил о нём, но никогда не упоминал, что за ним может быть что-то спрятано. Дмитрий провёл рукой по старинной резьбе шкафа, и вдруг почувствовал, как что-то щёлкнуло.

Механизм потайной двери оказался сложнее, чем он предполагал. Несколько минут ушло на то, чтобы понять принцип его работы. Наконец, с тихим скрипом старинная панель сдвинулась в сторону, открывая проход в небольшую нишу.

В нише стоял сейф – тяжёлый, металлический, покрытый паутиной. Замок выглядел так, будто не открывался десятилетия. Но Дмитрий помнил комбинацию – профессор как-то обмолвился об этом в одном из их разговоров.

Когда дверца сейфа открылась, его взору предстали пожелтевшие от времени документы. Рукописи, чертежи, записки – всё это хранило следы давно минувших дней. Среди бумаг особенно выделялась толстая тетрадь в кожаном переплёте с грифом «Совершенно секретно».

Дмитрий осторожно достал тетрадь. От неё пахло плесенью и временем. Первые страницы были исписаны знакомым почерком профессора. То, что он прочитал дальше, заставило его сердце биться чаще.

Записи говорили о вещах, которые профессор никогда не обсуждал при жизни. О экспериментах, которые считались утерянными. О знаниях, которые, как оказалось, передавались из поколения в поколение тайно, скрываясь от посторонних глаз.

Теперь Дмитрий понимал, почему профессор так тщательно хранил эти материалы. То, что он держал в руках, могло изменить не только его жизнь, но и всё представление о возможностях человеческого сознания.

Но вместе с открытием пришла и тревога. Кто ещё знает об этих записях? И почему профессор решил доверить их именно ему? Вопросы роились в голове, не давая покоя.

Дмитрий понимал, что переступил некую невидимую черту. Теперь пути назад не было – он вступил на путь, ведущий к тайнам, которые многие хотели бы сохранить в секрете.

Дмитрий осторожно перелистывал пожелтевшие страницы тетради. Каждая запись профессора Волкова казалась всё более загадочной и значимой.

Секретные эксперименты 1950-х годов описывали исследования, которые выходили далеко за рамки традиционной науки. Профессор подробно документировал свои наблюдения за людьми, способными к телепатической связи, и описывал методы, позволяющие усиливать эти способности.

Особенно его внимание привлекли разделы, посвящённые работе с памятью. Волков описывал технику, позволяющую не только считывать воспоминания, но и модифицировать их. В записях были подробные схемы и расчёты, которые Дмитрий не мог до конца понять.

Среди документов нашлись и фотографии – размытые, чёрно-белые изображения людей в лабораторных халатах, окружённых необычным оборудованием. На некоторых снимках были видны странные светящиеся контуры вокруг испытуемых.

В сейфе также обнаружились несколько микрофильмов, запечатанных в специальные конверты. Дмитрий решил сохранить их до момента, когда сможет обеспечить должную безопасность для просмотра.

По мере чтения записей становилось ясно, что исследования профессора были частью более масштабного проекта, который был засекречен на самом высоком уровне. Волков упоминал о других учёных, работавших в этом направлении, но их имена были зашифрованы или зачёркнуты.

Дмитрий обратил внимание на предупреждения учителя, разбросанные по всему тексту. Профессор явно осознавал опасность своих открытий и предостерегал будущих исследователей от необдуманных действий.

В одном из разделов Волков описывал этическую дилемму, с которой столкнулся во время своих экспериментов. Он признавал, что некоторые открытия могли быть использованы как во благо, так и во вред человечеству.

Особенно тревожным было последнее послание профессора, спрятанное между страниц: «Не торопись раскрывать эти знания миру. Помни – сила без мудрости становится оружием. Ищи того, кто сможет стать твоим проводником в этом новом знании».

Дмитрий задумался о словах учителя. Неужели профессор предвидел, что именно он найдёт эти записи? И кто может быть тем самым проводником, о котором говорится в послании?

Внезапно его внимание привлёк небольшой конверт, спрятанный в самом конце тетради. Внутри лежала старая фотография и короткая записка: «Помни о цене знания. Т.».

На фотографии была изображена Татьяна – молодая, с той же загадочной улыбкой, что и сейчас. Дата на обороте указывала, что снимок был сделан более тридцати лет назад.

Дмитрий почувствовал холодок по спине. Теперь он понимал, что его встреча с Татьяной была не случайной. Профессор, должно быть, подготовил всё заранее, зная, что его исследования найдут продолжение в руках достойного преемника.

Собрав все материалы, Дмитрий принял решение – он должен продолжить работу учителя, но сделать это максимально осторожно, не привлекая лишнего внимания к своим исследованиям.

Перед уходом он ещё раз оглядел пустой кабинет. Теперь это место казалось ему не просто архивом, а порталом в мир тайн и открытий, которые могут изменить представление человечества о самом себе.

Запретные эксперименты

Записи профессора рассказывали о секретных исследованиях, которые проводились в СССР в 1960-х годах. Речь шла о работе с человеческим сознанием, телепатической связи и манипуляциях памятью.

Профессор Волков документировал каждый этап своих экспериментов с невероятной точностью. Он описывал случаи, когда испытуемые могли устанавливать телепатическую связь на расстоянии, передавать сложные образы и эмоции, влиять на физическое состояние друг друга и манипулировать собственными воспоминаниями.

Особое внимание в записях уделялось методу, который профессор называл «вхождением в память». Это была сложная многоступенчатая техника, позволяющая проникать в воспоминания других людей, наблюдать события глазами их участников, анализировать эмоции и ощущения, а в некоторых случаях даже изменять содержание памяти.

Профессор неоднократно подчёркивал риски этой техники: возможность потери собственной идентичности, риск психического травмирования, опасность утечки личной информации и возможность манипуляции сознанием. В записях встречались многочисленные случаи, когда испытуемые теряли связь с реальностью, спутывали свои воспоминания с чужими и испытывали сильные эмоциональные потрясения.

Волков уделял особое внимание этической стороне исследований. Он отмечал, что техника «вхождения в память» может быть использована как во благо, так и во вред. Профессор описывал потенциальные медицинские применения, риски военного использования и возможность психологической манипуляции.

Читая записи, Дмитрий не мог не провести параллели с собственными исследованиями. Многие описанные явления находили подтверждение в его собственных экспериментах. Особенно его поразило описание взаимосвязи между мозговой активностью и энергетическими полями, возможности направленного воздействия на сознание и существования коллективного информационного поля.

По мере изучения материалов Дмитрий всё больше убеждался в необходимости продолжить исследования учителя. Но теперь он понимал, что должен действовать с особой осторожностью, учитывая все предупреждения и уроки прошлого.

В конце раздела профессор оставил важное наставление: «Только тот, кто готов нести ответственность за свои открытия, может прикоснуться к этим знаниям. И помни – сила без мудрости становится оружием». Эти слова глубоко запали в душу Дмитрия, заставляя его ещё раз задуматься о цене, которую придётся заплатить за новые открытия.

Дмитрий долго сидел над записями профессора, погруженный в мысли. Предупреждения Волкова о возможных опасностях не покидали его. Но любопытство и научный интерес были сильнее страха.

Он решил начать с малого – воспроизвести некоторые базовые эксперименты под строгим контролем. Татьяна, узнав о находке, согласилась помочь, но поставила условие: действовать предельно осторожно.

Первые попытки были осторожными. Дмитрий начал с простых техник концентрации, постепенно подводя свой разум к состоянию, описанному в записях. Каждый шаг фиксировался в новом дневнике, куда он заносил не только научные наблюдения, но и свои ощущения.

Вскоре он заметил, что его способность к концентрации значительно возросла. Мысли стали четче, а восприятие – острее. Приборы в лаборатории начали показывать необычные результаты, когда он проводил эксперименты в новом состоянии сознания.

Однажды, работая с одним из пациентов, Дмитрий почувствовал странное дежавю. Словно невидимая нить потянула его сознание в сторону. Он увидел размытые образы, не принадлежащие ему. Это было похоже на то, как если бы кто-то приоткрыл дверь в чужую память.

Испугавшись, он прервал эксперимент. Но событие не давало ему покоя. В записях профессора было описано нечто подобное – непроизвольное проникновение в чужое сознание.

Следующие недели Дмитрий посвятил изучению защитных техник, описанных Волковым. Он научился создавать ментальные барьеры и контролировать глубину погружения в чужое сознание.

Во время одного из экспериментов с Татьяной произошло нечто удивительное. Она помогла ему установить устойчивый контакт с её сознанием, но при этом полностью контролировать процесс. Дмитрий увидел её воспоминания как бы со стороны, не теряя собственной идентичности.

Это открытие воодушевило его, но также показало, насколько тонкой была грань между исследованием и опасностью. Каждое новое открытие приносило не только знания, но и ответственность.

Дмитрий начал разрабатывать собственную методику безопасного использования техники «вхождения в память». Он понимал, что должен создать четкие протоколы безопасности, чтобы избежать ошибок прошлого.

Параллельно он продолжал изучать записи профессора, находя всё новые детали и подсказки. Особенно его заинтересовали разделы о коллективном сознании и энергетических полях, которые, по мнению Волкова, играли ключевую роль в работе с памятью.

Но чем глубже он погружался в исследования, тем больше понимал масштаб того, что открыл профессор. И тем яснее становилось, почему эти знания были засекречены. Они могли изменить не только медицину, но и само понимание человеческой природы.

Дмитрий знал, что впереди его ждут новые испытания и опасности. Но теперь он был готов к ним, вооруженный знаниями учителя и поддержкой Татьяны. Он понимал, что стоит на пороге открытия, которое может изменить мир, но также осознавал, что должен быть готов заплатить за это открытие соответствующую цену.

Новые способности

Первые тренировки с Татьяной проходили в специально подготовленном помещении лаборатории. Она учила Дмитрия особым техникам ментальной концентрации, позволяющим входить в необходимое состояние сознания.

Процесс был сложным и требовал полной сосредоточенности. Татьяна объясняла, что для успешного «вхождения в память» необходимо достичь определённого уровня ментальной тишины, создать устойчивый энергетический канал между участниками и соблюдать строгую последовательность действий.

Первые результаты появились неожиданно. Во время работы с пациентом, страдающим потерей памяти, Дмитрий почувствовал странное головокружение. Внезапно перед его внутренним взором начали проступать образы.

Это было похоже на просмотр старого фильма: размытые кадры постепенно становились чётче, приобретали цвет и объём. Дмитрий увидел детскую комнату, игрушки, мать пациента, читающую ему сказку. Он ощущал эмоции ребёнка, его радость и безопасность.

Осознав произошедшее, Дмитрий был потрясён. Он понял, что действительно может проникать в чужие воспоминания, проживая их словно сам.

Практика показала, что существуют определённые ограничения. Глубина погружения зависела от эмоционального состояния обоих участников, некоторые воспоминания были защищены ментальными блоками, а длительное пребывание в чужом сознании могло вызывать дезориентацию.

Постепенно Дмитрий научился контролировать процесс. Он освоил техники безопасного входа и выхода из чужого сознания, защиты собственной психики и сохранения конфиденциальности полученной информации.

Но вместе с новыми способностями пришли и новые риски. Дмитрий обнаружил, что может случайно «подхватить» чужие эмоции, иногда испытывает трудности с возвращением в собственное сознание и рискует столкнуться с этическими дилеммами при работе с чужими воспоминаниями.

Особенно тревожным было осознание того, что эти способности могут быть использованы во вред. Теперь он понимал, почему профессор Волков так тщательно скрывал свои исследования.

Дмитрий начал разрабатывать протоколы безопасности для своих экспериментов. Он понимал, что должен тщательно отбирать участников, получать осознанное согласие на работу с памятью, обеспечивать полную конфиденциальность полученной информации и регулярно проводить психологическую проверку состояния участников.

Каждое новое открытие приближало его к пониманию истинной природы человеческого сознания, но одновременно заставляло всё больше задумываться о цене этих знаний и ответственности за их использование.

По мере развития способностей Дмитрий начал замечать, что его восприятие реальности изменилось. Ментальные границы между ним и окружающими становились всё более размытыми.

Он обнаружил, что может улавливать эмоциональное состояние людей на расстоянии. В толпе он чувствовал себя как в море чужих переживаний, что поначалу вызывало дискомфорт.

Татьяна помогла ему освоить техники ментального экранирования, позволяющие контролировать уровень восприятия чужих эмоций. Она предупреждала, что эта способность – обоюдоострая: с одной стороны, она давала возможность помогать людям, с другой – могла поглотить его самого.

В лаборатории Дмитрий начал проводить более сложные эксперименты. Он научился сканировать определённые периоды жизни человека, выявлять травмирующие воспоминания и помогать пациентам в восстановлении утраченных воспоминаний.

Однако каждое успешное погружение сопровождалось побочными эффектами: временной дезориентацией, смешением чужих воспоминаний со своими и повышенной эмоциональной чувствительностью.

Дмитрий разработал специальную методику подготовки к сеансам: предварительная медитация, настройка на определённую частоту и создание ментальных якорей для безопасного возвращения.

Однажды во время эксперимента с особенно сложным пациентом произошло нечто неожиданное. Дмитрий не только проник в его память, но и смог модифицировать некоторые травмирующие воспоминания, делая их менее болезненными.

Это открытие открыло перед ним новые горизонты в лечении посттравматического синдрома, но также заставило задуматься о границах допустимого вмешательства в человеческую психику.

Он начал вести подробный дневник наблюдений, фиксируя условия успешных погружений, побочные эффекты, реакции испытуемых и собственные ощущения.

Постепенно формировалась новая научная парадигма, объединяющая традиционные методы исследования, новаторские техники работы с сознанием и этические принципы использования новых способностей.

Дмитрий понимал, что находится на пороге создания революционного метода лечения, но осознавал и ответственность за его применение.

В процессе работы он столкнулся с неожиданным открытием: некоторые воспоминания существовали не только в индивидуальном сознании, но и были связаны с коллективным информационным полем. Это объясняло, почему иногда он мог получать доступ к информации, которой не было в памяти конкретного человека.

Эти открытия требовали тщательной проверки и подтверждения. Дмитрий понимал, что должен действовать осторожно, не спеша делиться результатами, пока не будет уверен в их безопасности и эффективности.

Каждый новый эксперимент приближал его к пониманию истинной природы сознания, но одновременно ставил перед ним всё более сложные этические вопросы. Как далеко можно заходить в исследовании чужого разума? Где проходит граница между помощью и вмешательством? На эти вопросы Дмитрию ещё только предстояло найти ответы.

Внимание недоброжелателей

Первые признаки внимания со стороны корпорации появились неожиданно. Сначала это были вежливые письма с предложениями о сотрудничестве, затем – настойчивые звонки от представителей компании.

Фармацевтический гигант проявлял нездоровый интерес к его работе. Их интересовали не столько научные открытия, сколько возможность монетизации технологий. Они предлагали баснословные суммы за доступ к его исследованиям, но Дмитрий твёрдо стоял на своём.

Вскоре он начал замечать странные совпадения: незнакомые люди регулярно появлялись возле его дома, в лаборатории происходили необъяснимые сбои в работе систем безопасности, его электронная почта подвергалась попыткам взлома.

Через информатора в полиции Дмитрий узнал, что частная детективная фирма ведёт за ним наблюдение. Они собирали информацию о его связях, финансовых операциях и личной жизни. Особое внимание уделялось его общению с Татьяной.

Однажды вечером, просматривая записи с камер наблюдения, он заметил подозрительную активность возле лаборатории. Кто-то пытался проникнуть в архив, где хранились его самые важные исследования.

Дмитрий усилил меры безопасности: установил дополнительные системы видеонаблюдения, заменил замки на сейфах, начал шифровать наиболее важные данные, переместил часть материалов в тайное хранилище.

Но чем больше он пытался защитить свои исследования, тем настойчивее становились попытки проникновения. Корпорация не собиралась отступать.

Информаторы докладывали о том, что компания готовится к решительным действиям. Они наняли не только детективов, но и специалистов по кибербезопасности, готовых взломать любую защиту.

Дмитрий понимал, что находится в серьёзной опасности. Его открытия представляли слишком большую ценность для тех, кто хотел использовать их в корыстных целях.

Он поделился своими опасениями с Татьяной. Она посоветовала ему быть предельно осторожным и не доверять никому, кроме самых близких людей.

В лаборатории начали происходить странные события: исчезали отдельные записи, некоторые эксперименты давали искажённые результаты, сотрудники стали вести себя подозрительно.

Дмитрий понимал, что среди его коллег может быть предатель. Кто-то сливал информацию заинтересованным лицам, помогая корпорации в их планах.

Ситуация становилась всё более напряжённой. Дмитрий чувствовал, что находится на грани. Он должен был защитить свои открытия любой ценой, но при этом не потерять человечность и не превратиться в параноика.

Каждый день приносил новые угрозы, но и новые открытия. Дмитрий понимал, что стоит на пороге чего-то грандиозного, но теперь ему приходилось бороться не только с научными загадками, но и с теми, кто хотел использовать его открытия во вред.

Напряжение нарастало с каждым днём. Дмитрий больше не мог доверять даже собственной тени. Он начал замечать, что за ним следят не только люди корпорации, но и кто-то ещё – более скрытный и опасный.

В его жизни появились странные совпадения: случайные встречи с незнакомыми людьми в самых неожиданных местах, анонимные звонки с угрозами, подброшенные в лабораторию документы с зашифрованной информацией.

Дмитрий понимал, что нужно действовать на опережение. Он начал создавать ложные следы для дезинформации преследователей, разрабатывать альтернативные планы эвакуации и укреплять связи с теми немногими, кому мог доверять.

Татьяна предложила ему использовать свои способности для выявления шпионов. Вместе они разработали особую методику, позволяющую обнаруживать следы вмешательства в сознание людей.

Во время одного из экспериментов Дмитрий обнаружил нечто тревожное – некоторые сотрудники лаборатории были подвергнуты ментальной обработке. Кто-то целенаправленно влиял на их сознание, заставляя действовать против воли.

Это открытие заставило его пересмотреть все представления о противнике. Теперь он понимал, что имеет дело не просто с корпорацией, а с организацией, владеющей схожими технологиями.

Дмитрий начал вести двойную игру. Он создал видимость сотрудничества с корпорацией, предоставляя им намеренно искажённые данные, в то время как настоящие исследования проводил в секретной лаборатории, о существовании которой знали только он и Татьяна.

Ситуация достигла кульминации, когда корпорация попыталась организовать силовую операцию по захвату его исследований. Дмитрий был готов к этому – все важные материалы уже были вывезены в безопасное место.

В ходе противостояния он впервые применил свои способности в защитных целях, создав ментальный барьер, который не позволил противникам получить доступ к его мыслям.

Этот инцидент показал ему, что его открытия могут быть использованы не только для лечения, но и для защиты. Однако победа далась нелегко – он потерял нескольких верных сотрудников, которые стали жертвами противостояния.

Дмитрий понимал, что теперь он стал мишенью не только для корпорации, но и для других сил, заинтересованных в его исследованиях. Он должен был найти способ защитить не только себя, но и свои открытия, которые могли изменить мир.

В этот момент он принял важное решение – создать тайную организацию единомышленников, способных продолжить его работу в случае, если с ним что-то случится. Но прежде нужно было найти тех, кто мог бы стать достойной заменой.

Каждый новый день приносил новые испытания, но также укреплял его решимость довести начатое до конца. Дмитрий понимал, что находится в самом начале долгого пути, и впереди его ждут ещё более серьёзные испытания.

Цена открытий

С каждым днём напряжение только нарастало. Дмитрий всё чаще ловил себя на мысли, что не может доверять даже собственным ощущениям. Системы безопасности лаборатории постоянно сигнализировали о попытках несанкционированного доступа, хотя все коды были изменены, а пароли усилены.

В его записях появились тревожные схемы и заметки, фиксирующие закономерности атак на его исследования. Кто-то методично пытался проникнуть в его данные, используя всё более изощрённые методы.

Дмитрий начал замечать, что его научные открытия имеют свою цену. Каждый шаг вперёд в понимании человеческого сознания сопровождался новым витком давления со стороны корпорации. Они не просто хотели получить доступ к его исследованиям – они стремились уничтожить его как конкурента.

Личная безопасность стала приоритетом. Он изменил все свои контакты, создал несколько запасных убежищ и разработал систему сигналов опасности. Но даже эти меры не давали полной уверенности.

В лаборатории он установил дополнительные защитные механизмы, способные обнаружить любое несанкционированное вмешательство. Татьяна помогала ему создавать ментальные барьеры, которые должны были защитить их обоих от внешнего воздействия.

Однако цена защиты оказалась высокой. Дмитрий всё чаще чувствовал себя изолированным от мира. Старые друзья отдалялись, опасаясь быть втянутыми в опасную игру. Научные коллеги начали относиться к нему с подозрением, считая, что его паранойя переходит все границы.

Но самое тяжёлое было то, что он не мог полностью посвятить себя исследованиям. Постоянное напряжение, необходимость следить за безопасностью, проверять каждый шаг – всё это отнимало силы и время, которые могли быть потрачены на науку.

В его записях появились размышления о том, стоит ли продолжать эту борьбу. Сможет ли он довести начатое до конца, не потеряв себя? Не станет ли его открытие оружием в чужих руках?

Дмитрий понимал, что находится перед выбором: остановить исследования и сохранить свою жизнь, продолжать работу, рискуя всем, или найти компромисс, который позволит защитить открытия.

Но компромисс казался невозможным. Корпорация не собиралась отступать, а его открытия становились всё более значимыми. Каждый новый эксперимент приносил понимание того, насколько глубоки могут быть изменения в понимании человеческого сознания.

В конце одной из записей он написал: «Цена открытий всегда высока. Вопрос лишь в том, готов ли я заплатить эту цену. И не станет ли эта цена слишком большой для всего человечества?»

Эти слова отражали его внутренние сомнения и борьбу. Он понимал, что стоит на пороге великих открытий, но цена этих открытий могла оказаться непомерно высокой не только для него, но и для всего мира.

Сомнения терзали Дмитрия, но остановиться он уже не мог. Его исследования вышли на новый уровень, открывая всё более глубокие пласты человеческого сознания.

В лаборатории происходили удивительные вещи. Дмитрий обнаружил, что может не только читать чужие воспоминания, но и создавать защитные ментальные структуры, способные противостоять внешнему воздействию.

Татьяна, наблюдая за его прогрессом, предупреждала о возможной опасности: постоянное использование способностей могло привести к перегрузке сознания. Но Дмитрий был одержим идеей защитить свои открытия.

Однажды, анализируя данные о попытках взлома, он заметил закономерность. Все атаки происходили в определённое время – когда он проводил наиболее важные эксперименты. Это означало, что за ним следили не только физически, но и ментально.

Дмитрий разработал новую методику обнаружения слежки, основанную на анализе энергетических следов. Она позволила ему выявить нескольких шпионов внутри лаборатории, которые даже не подозревали о своей роли в чужой игре.

В это время корпорация усилила давление. Они начали распространять слухи о его исследованиях, пытаясь дискредитировать его в глазах научного сообщества. Некоторые коллеги начали открыто выражать сомнения в его методах работы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.