# Хозяин огня

Ольга Сол

Можно ли назвать мою жизнь простой? Нет!

Я сирота, живущая одна в лесу, но не одиночество гложет меня, а смерть родителей, которые погибли при загадочных обстоятельствах, и никто не захотел расследовать это убийство.

Девять лет я не могла разгадать эту загадку, и вот, когда свет на эту тайну пролил найденный мной дневник матери, на моем пути встал огненный маг, который считает меня лесной ведьмой, пугающей до заикания его солдат.

Надо ли говорить, что без его помощи я не справлюсь? Думаю, надо. Но как заставить врага отомстить за смерть родителей и при этом не сгореть самой в его пламени?

Задача сложная, скорее почти безумная, но когда нас это останавливало?

Он думает, что почти поймал меня, но не тут-то было, мы еще посмотрим, кто кого поймал…

> Огненный маг. Стихийная ярость, заключенная в человеческой форме. Все знают, как его победить – потушить. Но что, если сражаться – не вариант? Что, если единственный шанс – приручить его?

> Моя задача не просто сложна – она безумна.

> Заставить огненного мага отомстить за смерть моих родителей… и самой не сгореть в его пламени.

> Он уже начал охоту на меня, но я не такая легкая добыча, как ему могло показаться…

> Мы еще посмотрим, кто проиграет в этом сражении и что будет стоять на кону…

## Глава 1

Ненавистные лучи уже заходящего солнца светили мне в лицо. Я не люблю солнце, предпочитаю гулять по ночам. Не физиология, нет, это моя глубинная, выстраданная сущность, приобретенная в связи с моим своеобразным образом жизни.

Я лениво потянулась на кровати, не открывая глаза, чувствуя, как усталость сковывает каждое движение. Солнце, днем милостиво укрытое кронами деревьев, сейчас нагло вторгалось в мое личное пространство, мешая спать.

– Мирдер, ну задерни ты это проклятое окно!

– Сама занавесь, я тебе не прислуга? – прозвуял его ворчливый голос в моей голове, привычно раздражая.

Мирдер – мой филин, по совместительству фамильяр, доставшийся мне в наследство от мамы, а ей от бабушки. Сколько столетий он прожил? Ни мать, ни бабушка не знали. Он был их тенью, их спутником, а теперь стал моим. И заодно постоянной головной болью в голове, которая все время пытается научить меня жизни, давая мудрые советы.

Он бесшумно опустился на край кровати и уставился на меня своим немигающим взглядом, полным то ли укора, то ли усталости. Он так же, как и я, не любил дневной свет, мы оба предпочитали гулять по ночам.

– Ну что тебе стоит? Это же так просто, – ныла я, пытаясь спрятаться от ненавистных лучей.

– А тебе, когда только прилетела, сложно было окно закрыть? Каждый день одно и то же! Ни капли уважения к старости, к опыту! – ворчал он в моем подсознании.

Он не умел говорить вслух, этот старый ворчун, но наша ментальная связь была как распахнутая дверь. Я слышала все его мысли, все его жалобы, его вечное недовольство.

– Какой же ты зануда, Мирдер! Невыносимый старый зануда!

Я соскользнула с кровати, и мои босые ноги коснулись пола, опалённого солнцем. Жар обжигал кожу, словно издеваясь, напоминая мне о солнце.

– Снова кружила над лесом, сеяла панику в сердцах заблудших?

– Нет, сегодня меня ждало зрелище куда пикантнее. В наши края забрёл красавчик из солдат ближнего герцогства, и, поверь, моим представлением он был глубоко впечатлён. Теперь будет рассказывать своим, что видел в лесу ведьму, которая пыталась вырвать его сердце.

– Тебе двадцать шесть, а в душе всё ещё ребёнок!

– Ой, не начинай, – я подошла к окну и резко задёрнула шторы, погрузив комнату в темноту. И, пригладив рукой всклокоченные волосы, села на край кровати.

Ведьмой я была лишь в их испуганных фантазиях. На самом деле, я всего лишь смешанный маг-отшельник. Наш дом давно стоит в Вудвудском лесу, что раскинулся на вольных землях близ Векинтронии, вдали от людской злобы и предрассудков.

Раньше тут было веселее, когда рядом бродили твари из разлома, но уже десять лет, как его закрыл местный правитель, Викториан Викентрон, чьи земли тянулись вдоль самого Рубежа. Рубежом называли огромную стену, которую он сам и возвел во времена, когда разлом был открыт и твари, которых называли галаками, жрали эмоции людей. Нам, магам, вообще ничего не грозило, они просто не могли нам навредить, но простые смертные… Опустошенные, выжженные изнутри, лишенные всех эмоций и чувств и потерявшие смысл жизни, брели к Бездне. Кстати, Бездна – это вход в царство мертвых, его огромный зев располагался за сотню миль отсюда, на мертвых землях, оскверненных, бесплодных. Раньше десятки опустошенных людей брели туда, следуя зову хозяина нижнего мира, проходя через мой лес, но эти люди не были мне интересны, они просто шли, еле волоча ноги, к своей цели. И многие, очень многие, не доходили. Умирали от жажды, тонули в болотах моего леса. Мы не могли им помочь, поэтому просто не обращали на них внимания.

Я потянулась, разминая затёкшую спину, и подошла к зеркалу. В его глубине отразилась молодая красивая девушка, которая, надо сказать, была просто чертовски хороша собой и не скрывала этого.

Чёрные как крыло ворона волосы волной ниспадали до пояса. Смуглая кожа натянулась на тонких, почти болезненно изящных чертах лица, зелёные, как изумруд, глаза и чувственные, припухлые губы.

При виде меня мужчины иногда теряли рассудок, при желании я могла бы соблазнить любого, но мужчины у меня еще не было, потому что я ждала того единственного, кто займет место в моем сердце, а не в кровати.

– Мирдер, у нас сегодня важная миссия, полнолуние. Мы должны добыть травы для нашего отвара, скоро на базар, а у нас ничего не готово.

– Я помню, Элина, ты, как всегда, все делаешь в последний момент.

– У нас целых две ночи! Успеем, не ворчи, словно старый пень!

Он взмахнул крыльями и сел на подоконник:

– Я вздресну на ветке сосны, если буду нужен – зови, с тобой тут не выспаться.

Один взмах крыльев, и моя огромная птица взмыла ввысь.

Нужно начинать собираться, времени и правда немного. До поляны, где растёт дамина, лететь недолго, но лететь через лес, потому что выше подниматься нельзя, могут заметить. Моя метла, конечно, не запрещена, но всё же артефакт редкий, такие на вес золота, мало ли кого может заинтересовать. Конечно, обычные разбойники мне не страшны, скорее я им могу навредить, чем они мне. Но есть герцог со своей свитой, которая периодически портит мне жизнь и пытается поймать, но не тут-то было.

Я оделась, собрала в сумку только самое необходимое: нож, мешки и на всякий случай дурман-траву – вдруг кто-то заметит и придется все-таки убегать.

Подхватила метлу и вышла из дома.

– Мирдер, идем, – крикнула я, запрыгнула на метлу.

Ее подарила мама на восемнадцатилетие… последний ее подарок. Потом ее нашли бездыханной у стены рубежа. Герцог выдал сухое заключение – магическое истощение. Но сердце мое отказывается в это верить, противится, кричит от боли, ведь ровно год назад так же ушел и отец. И я не верю в такие совпадения, а вот противный Освальдер, как оказалось, верит.

Отец не жил с нами в нашей лесной глуши. Мама встречалась с ним на опушке леса раз в неделю. Он был маг, приближенный к герцогу, верно служил при дворе. И у него была жена, с которой ему не суждено было познать радость отцовства. А у нас с мамой был он. Помню, маленькой я тоже ходила с ними. Помню шелест леса, приглушенные голоса, ускользающие взгляды животных. А потом я выросла и поняла, что им интереснее вдвоем, в этом странном уединении, а мне… мне веселее одной бродить под сенью знакомых деревьев. И я перестала им мешать, наивно полагая, что моя тихая независимость облегчит их тайную ношу. А потом их не стало, и я осталась одна. Точнее, с Мирдером. И сегодня у нас с ним важное дело, на которое я уже опаздываю.

Мы летели напрямую, касаясь верхушек деревьев, чтобы в любой момент уйти под крону и спрятаться от лишних глаз. Чаще всего все было тихо, но могли шастать патрули герцога или вообще чужаки. Свободные земли на то и свободные, что тут нет мага-правителя, и живет на них кто хочет и где хочет, но правило одно: даже если ты маг, магию применять нельзя – это карается законом, и даже в магический кодекс прописали не так давно, что маги, пересекая границу этих земель, не могут использовать магию, которая несет вред простому населению. Таким образом, прибив тут обидчика, можно лишиться магического центра, а прибив его, например, на землях Викентронии в честном бою, можно получить награду.

– Элина, снижайся, мы почти на месте, – крикнул Мирдер, вынув меня из моих мыслей.

– Хорошо, ворчун.

Я начала медленно снижаться к земле и аккуратно приземлилась у края поляны, на которой росла дамина. У этой травы было одно свойство: ее можно было увидеть только под светом луны, и расцветала она лишь в дни полнолуния.

Мы с Мирдером использовали ее для отваров, которые носили на базар. Мы, конечно живем отшельниками, но нам тоже нужны деньги. Кушать хочется всем.

– Вон смотри, фиолетовые цветочки справа, иди собирай, я буду смотреть, чтобы нас не поймали, – проворчал он, садясь на ветку самого высокого дуба.

Конечно же, он будет следить, чтобы не поймали, а я работать не разгибая спины.

Выйдя в поле, я начала собирать нужные мне цветы. Через полчаса, когда сумка сильно тянула плечо, я поняла, что она уже полная, а значит, миссия выполнена, и я готова возвращаться домой.

Осмотревшись по сторонам, я поняла, что очень далеко ушла от Мирдера.

Ноги гудели от усталости, и лишь мысль о скорой встрече с метлой давала силы идти вперёд.

Подойдя к опушке леса, я заметила свечение среди ветвей. Интересно, что там могло быть? Раньше я не замечала тут каких-то посторонних светлячков.

– Мирдер, – шепнула я.

Филин молчал, наверное, опять спит на посту. Вот что за бесполезный у меня помощник.

Я отодвинула куст, но свечение было значительно глубже, чем мне показалось на первый взгляд. Я полезла по кустам, царапая руки.

Но он ускользал, как будто дразнил, заманивая вглубь чащи. Что это? Игра воображения или зов судьбы?

Внезапный хруст ветки оборвал мои мысли. Не подо мной… Сердце бешено заколотилось в груди.

– Кто тут? – но в ответ только тишина.

И вдруг, словно из ниоткуда, возникли сильные руки. Грубые пальцы впились в мои плечи, лишая возможности двигаться.

– Попалась, ведьма, – прорычал мужской голос над ухом.

Но не тут-то было, я была изворотливая девица, мама с детства учила мужикам в руки не даваться, если сама этого не хочешь.

Я схватилась за руку этого хама и шарахнула его огнём, но он умело впитал мою магию. А, понятно, огневик, опять он. Никак не оставит свои провальные попытки поймать меня.

– Как же ты меня достал, – я извернулась и шарахнула в него водой, вырвавшись из захвата.

Вот так-то, милый мальчик. Не на ту напал красивый.

Я схватила метлу и взмыла вверх. Огневики, они же маги огня, летать не умеют, но у этого было на чем летать – боевой анкор, но, увы, его в ночном лесу не спрятать, а значит, он пешком.

– Мирдер, хватит спать, нас поймали, – заорала я филину.

Он с громким уханьем взлетел следом за мной.

– Что случилось? – спросил он, нагнав меня в небе.

– Этот костерок надоедливый случился, опять пытался меня поймать.

– Я не видел.

– Надо меньше спать. Ты вообще зачем был оставлен? Чтобы смотреть? А если бы он украл метлу? Я, конечно, умею летать по ветру, но не так быстро, как на ней, и, надо признать, не так умело.

– Не ворчи, Эля, а то упадёшь. Лучше смотри на дорогу.

– Ой, учитель, ни на кого нельзя положиться, ещё и фамильяр называется!

– Полукровкам вообще не положены фамильяры, я – талисман.

– Ага, талисман, от которого одни беды, потому что он спит на посту.

– Всё, прекрати, убежали же.

– На этот раз да, но рано или поздно, боюсь, он нас найдёт, и тогда я как минимум поплачусь за применение магии в отношении него.

После десятиминутной погони я наконец-то приземлилась во дворе своего дома и быстро забежала внутрь, плотно закрыв за собой дверь. Уже почти рассвет, нужно разложить траву на столе и ложиться спать.

Фредрих Освальдер

– Фред, ну только не говори, что ты снова упустил эту чертовку? – ржал на весь кабинет мой лучший друг и по совместительству герцог Викентронии, Викториан.

– Ты не поверишь, на этот раз она меня потушила, – злился я.

– Третий раз она ускользает от тебя, я предлагаю тебе на ней жениться, это единственная женщина, за которой ты гоняешься десятилетку и не можешь поймать, ни одна твоя подружка так долго не держалась.

– Не смешно, Вик, она меня достала, у меня очередной солдат пришел с рассказами о ведьме, которая хотела вырвать его сердце.

– О, друг, это судьба, она просто создана для тебя.

– Ей сто лет в обед, я не засматриваюсь на таких.

– А она вот тебя явно приметила, – ржал он.

Вообще, с того времени как Викториан женился, он стал веселее, раньше все его мысли были заняты разломом и галаками, а теперь семьей и герцогством. Его супруга Ольмира ввела много новых законов, которые позволяли нам процветать, и в связи с этим Викториан был почти всегда занят делами герцогства.

Дверь распахнулась стремительно.

– Дядя Фред, ты поймал ведьму? – залетели в кабинет отца мои названные крестники Вереса и Райден.

– Нет, я снова ни с чем.

– ОООО, – протянули они хором, – она снова тебя обставила.

Я очень их любил, но двойняшки были копией отца, а жаль, лучше бы унаследовали гены Ольмиры, она более толерантна.

– О Фред, не переживай, новое полнолуние не за горами, она снова придет на поле, и в этот раз ты обязательно ее поймаешь, – зашла в комнату Ольмира.

– Я сожгу это поле к чертям – злился я скорее на себя самого.

– Так нельзя, свод законов свободных земель не позволяет причинять магический вред ничему и никому из его обитателей.

– Не начинай, Мира, я знаю. Только ведьму это не останавливает, сегодня она меня потушила.

– Ну, не переживай, сегодня потушила, завтра подожжет.

– О, вы оба невыносимы, – я вышел из кабинета Викториана и направился к анкору, мне еще предстоит полет к соседям на переговоры вместо Викториана, который боится на шаг отойти от любимой жены, и поэтому миссия снова досталась мне.

Элина Гринтерг

Весь день мы проспали, вечером спать было некогда, нужно было ставить вариться зелье которое требовало моей руки, а полынь, как назло, закончилась, моя оплошность, я снова забыла про нее.

– Эля, когда же ты станешь внимательнее? – укор Мирдера как всегда не во время.

– Ну, с кем не бывает, забыла, прости. Сейчас мигом обернусь.

– У тебя час, не больше, иначе все труды пойдут прахом.

– Успею, обещаю.

– О да, свежо предание, ты собираться будешь час.

– Я быстрее ветра.

– Лети уже, сказочница моя – проворчал он садясь на печку

Я выскочила из дома и пошла на болото, всего-то десять минут по знакомой тропинке. От дома до старого дуба, а там направо.

Лес дышал тишиной и прохладой. Я обожала эти летние вечера, когда земля, утомленная дневным солнцем, еще не успевала источать духоту, даря ночам свежесть и покой.

Болото дремало, спокойное, без чужаков, никаких непрошеных гостей.

Я ступила на тропу, выученную с детства.

Присев, стала собирать траву и складывать ее в котомку, которую принесла из дома.

Я почти закончила, когда над головой пронеслась гигантская тень. Сердце болезненно сжалось в предчувствии чего-то нехорошего.

Запрокинув голову, я увидела то, что повергло меня в ужас. Над самыми верхушками деревьев метался красный анкор, его когти едва не касались дрожащих верхушек деревьев. Что-то было не так. Обычно они не рискуют спускаться так низко.

Он отчаянно вихлялся, словно раненый, почти касаясь брюхом колючих кустов. Менее чем в сотне метров справа от меня. Я застыла, казалось, он вот-вот упадет на землю.

Зверь явно из последних сил удержался в воздухе, но всадник с него упал вниз, и бездыханное тело уже приближалось к земле, когда я успела подхватить его потоком воздуха и не дать удариться о землю. Сил у меня было немного, поэтому я смогла лишь смягчить падение всадника, и он свалился в кусты и затих.

Сначала я хотела уйти, ведь для ведьмы статус которой мне приписали я и так много сделала хорошего для этого бедолаги. По крайней мере, его найдут и, возможно, успеют спасти. Но, с другой стороны, что если он маг и у него есть регенерация, и рано или поздно он, возможно, сможет встать и может найти мой дом.

Я вставила два пальца в рот и со всей силы свистнула, метла примчалась ко мне через минуту, пикируя между деревьями, и больно ударила мне в ладонь.

Сколько лет летаю, а так и не научилась управляться с артефактом.

Я подошла ближе к кустам волчьей ягоды, в которые он свалился. Было тихо, скорее всего, он все-таки мертв, но мама учила меня с детства не оставлять тела в лесу потому, что если их начнут искать, то у нас могут быть непрошенные гости, а нам они не нужны. Все местные боятся ведьму, но не маги, хоть дом и скрыт от чужих глаз заклинанием, но маги могут найти.

Я оперев метлу о ствол дерева полезла в кусты.

Тело хрипело и дышало с трудом, и сомнений не оставалось – это был маг. Багровый камзол, прошитый золотой нитью, безошибочно выдавал в нем огневика. В этих краях их было больше всего, и почти все правители окрестных земель принадлежали к их числу. Однако я не разбиралась в знаках, зашифрованных в узорах нитей на камзолах, а именно они указывали на принадлежность к определенному герцогству.

Задыхаясь от напряжения, я потащила его на себя. Мужчина был непомерно тяжел. С отчаянным усилием я вытащила его из цепких кустов на траву, осторожно положила на спину.

Мужчина был красив: белые волосы, сейчас растрепанные, выбивались из хвоста; узкие губы и строгий нос с легкой горбинкой придавали ему аристократичности.

Он стонал, не открывая глаз.

Нужно было, как делала мама, закинуть его на метлу потоком воздуха и вынести ближе к опушке, чтобы его быстро нашли, не углубляясь в мой лес.

Я приподняла мужчину, он снова застонал. Объективно оценивая характер его ранений, он не доживет до утра, даже с регенерацией – просто замерзнет в лесу, либо его разорвут хищники. Живого мага они боятся, а почти мертвого не испугаются.

Я кое-как подняла его потоком воздуха и закинула на метлу, перекинув животом через середину.

Но в какой-то момент я поняла, что если я ему не помогу, то он действительно умрет.

В доме были травы и отвары, которые могли помочь, но что будет потом, когда он придет в себя? Он же меня сам и схватит, хотя что предъявит? Я ему ничего плохого не делаю, наоборот, помогаю. За такое нужно благодарить.

Ладно, делать нечего, помогу и завтра вынесу на опушку, одна ночь погоды в его случае не сделает.

Занеся его в дом, я скинула его с метлы сразу на настил, который стоял в кухне на случай, если я усну, пока варю отвары, и мне будет лень идти наверх.

– Что ты притащила в наш дом, Элина? – голос Мирдера дрожал от смеси гнева, его глаза, полные тревоги и злости, впились в меня.

– Он упал с анкора в наше болото – мне было искренне жаль бедолагу, на него явно напали, но он отбился и теперь от меня зависит его жизнь.

– Туда ему и дорога, – проворчал Мирдер, но в его тоне сквозила не только злость, а глубокая, почти отчаянная забота о нашей безопасности.

– Он умрет, если ему сейчас не помочь – наставала я на своем теряя драгоценное время.

– Мы умрём, если поможем, – отрезал он и селна подоконник всем своим видом показывая что он не намерен помогать мне.

– Не ворчи, все будет хорошо, я просто немного подлечу раны а утром отнесу на опушку леса. Он очнётся и уйдёт, и никто не узнает.

– К утру здесь будет толпа его друзей-магов, они обвинят тебя, скажут, что это ты его опоила, отравила! И пыталась убить!

– Не придумывай, по нему явно видно что моей силы не хватило бы на такое. Тем более за несколько часов ничего не случится.

– Потом не жалуйся на судьбу, – вздохнул он, он отговоаривать перестал.

Я подошла к огневику и перевернула на спину, нужно было расстегнуть камзол чтобы оценить глубину ран и их размер. Он весь был в крови и казалось что ранено все тело. Я старалась действовать осторожно, но не всегда получалось.

Он снова застонал.

– Тише, тише, сейчас станет легче, – прошептала я, поглаживая его дрожащую руку.

Я быстро справилась с камзолом, но рубашка… она была пропитана кровью, густой и липкой, и было не совсем понятно, где начинается рана и где она заканчивается.

Так, ее тоже нужно расстегнуть. Я аккуратно расстегнула рубаху, стараясь не потревожить израненную плоть и не вызвать новую волну агонии.

Его лицо скривила гримаса боли.

Рана была единственной, но какой! Она разрывала тело от плеча к противоположному боку. Рана оказалась не слишком глубокой, чтобы убить мгновенно, но достаточно коварной, чтобы выпить жизнь капля за каплей, заставляя кровь литься рекой.

– Странно, почему не начинается регенерация? – прошептала я себе под нос.

Мирдер опустился на край настила и осторожно положил лапу на руку мужчины.

– Он почти пуст, – вздохнул он. – Ему нечем исцелять раны.

– Спасибо, – выдохнула я, теперь более четко понимая, что нужно делать.

– Могла бы и сама проверить, – проворчал он, но в его тоне сквозило не упрек в моей невнимательности.

– Я буду долго концентрироваться, а времени у нас нет!

Я принесла воду и принялась промывать рану. Раствор с антисептиком стекал по коже, смывая грязь и обнажая рваные края раны.

Он тяжело вздохнул, попытавшись дернуть плечом.

– Спокойно, нужно промыть, чтобы не занести заразу, – я осторожно положила руку на его плечо, удерживая от резких движений.

Зачем я ему это говорила, я не понимала, но вдруг ему станет хоть немного легче.

Промыв все раны, я намазала их заживляющей мазью и наложила повязку. В течение нескольких минут она начнет действовать, за пару часов должна остановить кровь. Мазь была целиком на травах, без капли магии и уповала лишь на силу природы.

– Если ты вольешь в него немного магии, то процесс ускорится, но тогда есть риск, что он придет в себя.

– Пока не буду, магия у него своя есть, когда придет время, она подключится к регенерации, и к этому времени его тут уже не будет.


– О да, хотелось бы верить – проворчал он снова сев на подоконик

– Иди лучше полынь в кастрюлю положи, толку больше будет, чем от твоего нытья, – огрызнулась я, стараясь скрыть тревогу за мага.

Мирдер, вспыхнув обидой, метнулся к столу, схватил полынь и, ворча что-то себе под нос, швырнул ее в кастрюлю. Он, конечно, был недоволен моим решением помочь незнакомцу, но я не могла иначе. Как я могла бросить его умирать, зная, что в моих силах его спасти? Совесть бы загрызла.

Закончив с повязкой, я застегнула рубашку. Мой взгляд невольно задержался на незнакомце. Он был невероятно красив. Даже в своем предсмертном состоянии он сохранял притягательность, что-то такое, от чего сердце начинало биться чаще. Нет, ему явно не двадцать. Пусть маги и стареют медленнее людей, но морщинки в уголках его глаз говорили о зрелости, о прожитых годах. Ему было где-то за тридцать, может, чуть больше.

– Что ты на него уставилась? – подлетел Мирдер.

– Его сейчас нельзя трогать, пусть полежит пару часов, на рассвете вернем на опушку.

– Если к этому времени его друзья не схватят нас, – не унималась птица.

– Да брось, все будет хорошо, – старалась сгладить конфликт я.

– Хотелось бы верить – снова вздохнул он

– Так верь! – кивнула я и, оставив гостя, пошла мешать отвар.

Через час он перестал стонать и начал покрываться испариной, значит, заживление идет полным ходом. Отлично, еще часок, и можно возвращать пострадавшего в лес.

– Сейчас уже пора, – торопил он меня, стараясь поскорее избавиться от мага.

– Нет, Мирдер, еще рано, он сейчас не переживет транспортировку, – упрямилась я.

Вот он меня достал сегодня, сколько можно, я же сказала: пока не убедимся, что действительно помогли, не отпустим.

Через еще пару часов испарина прошла, и теперь действительно тянуть было нельзя. Еще немного, и он придет в себя, а нам это совсем не нужно.

Я так же, как и в прошлый раз, закинула его на метлу, и мы пошли на опушку.

Дойти до опушки нам не дали.

– Голоса, Элина, там люди, – прошептал Мирдер, летевший надо мной тенью.

– Оставляем его здесь.

Я склонила метлу и уккаратно стараясь не ранить сгрузила его на землю, прислонив спиной к шершавой коре дерева.

Голоса были уже близко, нам нужно было уходить. Я присела рядом, дрожащими пальцами поправляя камзол, чтобы ночной холод не коснулся его. Почему-то прикосновения к этому мужчине вызывали у меня мурашки.

Его веки были сомкнуты, но дыхание выровнялось. Значит, все не зря. Мой незнакомец будет жить. Я искренне надеялась, что долго и счастливо.

Коснувшись щеки, провела рукой по его лицу, ощущая тепло кожи под пальцами, и, не в силах сдержать внезапный порыв, легонько чмокнула в губы.

Его веки дрогнули, так, сейчас точно пора.

Его веки дрогнули. Все, пора. Больше нельзя оставаться.

Люди уже совсем близко, ищут, несомненно, его. Я схватила метлу и, стараясь не шуметь, взмахнула над деревьями, скрываясь в непроглядной вышине.

– Он тут! – крикнул мужской голос.

Ну вот и все, можно лететь домой. Мирдера ловить точно не будут, кого может насторожить филин в лесу.

## Глава 2

Фредрих Освальдер

Голова раскалывалась на части, и боль пульсировала во всем теле, вторя ей. Последним обрывком памяти остался удар боевого кнута водника, хлестнувший меня наотмашь. Переговоры обернулись кошмаром. Один из претендентов на проклятый торговый тракт, этот змееныш Варен, не смог смириться с поражением за столом и со своей шайкой перехватил меня на самой границе свободных земель. Я им, конечно, надавал, но сам был ранен и даже не помню, как прилетел домой.

Глаза не открывались, но я точно помню девушку-лекаря, которая успокаивала меня, когда я был в бреду.

– Фред, ты как? – Викториан стоял у кровати.

– Бывало и лучше.

– Что случилось? Мне донесли, что договор по торговому тракту заключен, но что с тобой? Граф Принк говорит, от них ты улетал в добром здравии и на часов пять раньше того, как мы тебя нашли. Там лететь час максимум, где ты был остальные четыре?

– Я схлестнулся с Вареном из водников. Он не смог выиграть переговоры за столом и решил напасть на меня на границе свободных земель, а потом я прилетел домой.

– А потом домой прилетел твой анкор, а ты нет.

– А на чем прилетел я?

– На моих руках.

– Как это?

– Мы нашли тебя в лесу на рассвете, перевязанного и залеченного какими-то мазями.

Я не помнил, кто меня перевязывал, только голос и губы со вкусом малины, которые поцеловали меня на прощание.

– Я не помню.

– Ладно, спи, позже разберемся, главное, с тобой все хорошо.

Элина Гринтерг

Ночь выдалась бурной, меня не покидало предчувствие грядущих перемен. И что-то мне подсказывало, что они будут не самыми приятными для нас. С облегчением выдохнув, к утру мы осознали – все успели. Последний рывок: разлить драгоценные мази и целебные настои по баночкам, и – в путь, на базар в Элден.

Рынок, сердце нашей столицы, всегда кипел жизнью. Но лишь несколько раз в год он разрастался, и туда съезжалось вдвое больше торговцев и вся знать наших и окрестных земель.

Потому что четыре раза в год наш правитель, герцог Эльмин Бредрус, отчитывается перед жителями о положении дел в герцогстве. "Свободные земли," – так называли наши края. Но свободными они были от беспредела, который творили маги, а правитель у нас был, и законы установлены еще суровее, чем у магов в герцогствах по соседству.

На эти дни я и ездила в столицу, точнее, летала, потому что экипажи в дни базара стоили недешево, и позволить я себе могла их только на обратном пути, а туда я шла пешком от опушки леса.

Когда-то мама называла это место базар – теперь там раскинулся центральный городской рынок, вот где я и арендовала уголок, чтобы предлагать свои мази и настои.

Постоянные клиенты у меня появились, но чтобы завоевать их доверие, пришлось приложить немало усилий. Ведь кто поверит в силу мази, сваренной хрупкой девчонкой? Нет, им нужна была ведьма, с опытом, с мудростью, в глазах которой читалась бы вековая магия. Можно было бы, конечно, скрыть свою истинную сущность иллюзией, но любой маг сразу раскусил бы обман. Поэтому я потратила немало времени и сил на создание костюма – облачения настоящей, матерой колдуньи, способного убедить даже самых скептически настроенных покупателей.

– Элина, не забывай об осторожности, в этом месте практически все опасно для молодой девушки. К магам не подходи, в темных кварталах не ходи, начнут обижать – придется применить магию, а применишь – запечатают, – Мирдер расхаживал по дому, цокая когтями об пол.

– Я все знаю, птичка моя! – уверила я его. – С незнакомыми не разговаривать, знакомым не рассказывать, кто я, ни с кем никуда не ходить, в экипажи не садиться, с мужчинами не целоваться ни при каких обстоятельствах.

– Все правильно, только это нужно не только знать, а еще и выполнять, иначе жди беды. Я буду ждать тебя на опушке через два дня у дуба на закате. Все поняла?

– Да!

Я закинула на плечо тяжелую сумку. Платье матерой колдуньи в общем-то не очень отличалось от моих обычных, единственное, что оно было в пол и к нему не прилагалось штанишек, чтобы было удобнее летать, как к пошитым мной. Ну и оно было более женственное, с небольшим вырезом и, конечно же, зеленое. Шляпа – и я готова, а макияж на лицо нанесу ближе к походу на базар, этот антураж не самый приятный для кожи.

– Элина, я искренне надеюсь, что ты меня услышала и все запомнила – напуствовала птица пока мы одевались.

– Да, Мирдер, я все помню, – снова успокаивала его я.

Я оттолкнулась от земли и взлетела. Летим мы до опушки леса, дальше я иду пешком, а Мирдер забирает метлу и несет её домой.

Прилетели мы быстро и, на удивление, без приключений, хотя в последнее время без них мне было никуда. Два огневика за сутки – это слишком даже для меня.

– Пока, Мирдер, послезавтра на закате на этом же месте, – отсалютовала я филину и пошла по дороге.

До ближайшего постоялого двора, который находился на самой окраине, было около часа пути. В нём я останавливалась всегда, и его хозяйка не обращала внимания на то, что к ней заселяется молодая девушка, а на базар уходит старая женщина. Я думаю, она тут и не такое видела, поэтому уже давно ничему не удивляется, а главное – умеет держать язык за зубами.

– Добрый день, мисс Гринберг, вам нужен номер? – улыбнулась мне управляющая.

– Да, Мина, пожалуйста, как всегда, с видом на город, если есть.

– Да, берегла для вас, десять серебряных за две ночи.

– Спасибо, – я положила монетки на стол и забрала ключ от номера.

– Приятного отдыха.

Я поднялась наверх. В этом номере я уже жила в прошлый приезд. Он мне очень нравился, потому что его окна выходили на город. Не то чтобы мне нравилось смотреть на суету и слушать крики торговцев по утрам, но, учитывая то, мое место обитания, для разнообразия можно и послушать.

Я бросила сумку и села на кровать.

На дворе уже хорошо вечерело, и идти сегодня мне было уже некуда. Но зато у меня была целая ночь, чтобы подготовиться к завтрашнему дню.

Я залезла в сумку и расставила все баночки на стол. Товара в этот раз было немного, поэтому надеюсь, что все уйдет.

Осмотрев баночки, убедилась, что все этикетки на месте и ничего не перепутано. А то, не дай бог, продать кому-то средство от облысения под этикеткой «Гладкая кожа». Вот клиент удивится, когда те места, которые должны были стать гладкими, стали волосатыми.

В сумке нашелся кусок хлеба и колбаса, видимо, Мирдер положил, чтобы я не проголодалась в дороге. Ну что же, вполне сойдет за ужин. Можно было, конечно, спуститься вниз и зайти в ресторанчик, но здешние цены для меня были высоки, тем более сегодня, пока я еще ничего не продала.

Жуя колбасу, я встала у окна, город и ночью не спал. По улицам, прикрываясь веером, под ручку с мужчинами прогуливались дамы в красивых платьях. Кавалеры тоже им не уступали, их камзолы сверкали разными цветами, показывая принадлежность к стихии своего командира, если это были гости столицы из других герцогств, либо на них была черная форма, говорившая о том, что это подданные свободных земель. Встречались среди гуляющих и мужчины просто в костюмах, которые не имели отношения к службе, но чаще всего это были торговцы, потому что большая часть мужского население Элдена служила на благо герцогства и были военными.

По дамам нельзя было понять, кто они, потому что среди них не было градаций по стихиям, и даже магички предпочитали не афишировать свою принадлежность к той или иной стихии. Да и больше всего на наших землях было таких, как я, полукровок. Это связано с тем, что большая часть населения – люди, а при союзе человека и мага рождаются смешанные маги. Дальше все просто: так как у смешанного мага нет стихии, то его дети уже не полукровки, а такие, как я, – без определенной стихии. Наши силы чуть больше, чем у полукровок, но значительно меньше, чем у магов стихий.

Мой отец – маг земли, а мать – универсал. В народе она, конечно, тоже звалась ведьмой Вудвудского леса, и эти легенды о нашей кровожадности ходят давно. Но по факту, за срок давности слухов, я уже третья ведьма, однако народ думает, что это все еще одна и та же бессмертная ведьма. Нас с Мирдером все устраивало: маги к нам не лезли, потому что мы на свободных землях, а люди боялись ведьмы. Периодически к нам захаживали на разведку люди Викентрона, и вот с ними я и развлекалась, гоняя по лесу с ехидным смехом. Они бежали от ведьмы, которая хочет вырвать их сердце, а мне задаром не нужно их сердце, просто не люблю, когда ко мне домой лезут.

Собственно, именно поэтому за мной и охотится надоевший огневик – я пугаю его людей, и он решил поймать ведьму. Но применять ко мне магию открыто тут он не может, а в Викентронию я ни ногой. Вот и носимся по лесу: он догоняет, я убегаю.

На дворе окончательно стемнело, пока я ужинала и разглядывала наряды дам. Иногда хотелось надеть такое платье и вот так вот прогуляться с кавалером, но какой смысл платья на один день и кавалера на тот же срок?

Я хочу, как мама, влюбиться на всю жизнь. Она расцветала при одной мысли об отце, несмотря на то что всегда знала, вместе им не жить, довольствоваться до конца дней своих встречами на опушке. Но когда я смотрела на них, было понятно, что они любят друг друга, и меня они оба любили. Пока кто-то или что-то не убило их, и рано или поздно я найду, что это было. Это тогда я была молодая и поверила герцогу, который даже разбираться не стал, а сейчас я точно знаю, что что-то тут не так, и я точно найду, что.

Я приняла душ и улеглась в кровать, спать по ночам я не привыкла, но этой ночью нужно было выспаться, завтра весь день на ногах, я просто не выдержу, если не спать.

Звуки города отвлекали, парочки смеялись под окнами почти до полуночи. Я ворочалась и не могла уснуть. Но дело было не в них, я просто не привыкла спать ночами.

Предприняв последнюю попытку уснуть, я легла на спину, выбросила из головы все мысли и провалилась в сон, но это был скорее поверхностный сон, чем глубокий, и просыпалась я от каждого звука.

Утром я была разбита. Мое лицо выглядело на десять лет старше и без антуража.

Умывшись, я наложила макияж, прикрепила нос с горбинкой и на рассвете отправилась на базар. Место нужно было занимать одной из первых, потом шанс встать будет только в конце базара, куда если и приходят люди, то уже без денег.

– Доброе утро, мне нужно место в центре у фонтана, – обратилась я к администратору.

– Доброе, мисс, вам повезло, остался один прилавок между цветочником и артефактами, будете брать?

– Сколько?

– Десять серебряных, – стоимость не маленькая, ровно столько же я заплатила за номер, и мне нужно будет отбить уже двадцатку и еще уйти в прибыль.

– Да, буду, – я положила ему на стойку монетки.

– Удачной торговли, третий ряд, тринадцатое место.

Понятно, почему он остался свободным, у нас все суеверные, и тринадцатое торгаши брать не хотели, примета плохая, число не счастливое, но я все равно ведьма, для меня как раз счастливое.

Я подошла к своему месту и начала застилать прилавок уготованной заранее тканью и выставлять баночки.

– О, зелья! – всплеснул руками артефактор по соседству.

– Да, мистер Криппер, мы с вами снова рядом, – мы с ним были уже знакомы по прошлому базару, он увел у меня не мало клиентов по той простой причине, что мазь или крем заканчиваются, а, например, камень, заговоренный от простуды, – нет, но камень стоит в десять раз дороже, и не каждый может себе это позволить.

– Доброе утро, мисс Гринтерг, на самом деле очень рад вас видеть, – улыбнулся он.


– Доброе, хорошей торговли.

– Сомнительное пожелание от ведьмы.

– Но ведь у вас есть артефакт от сглаза, – улыбнулась я.

– Конечно, есть, милочка, меня тебе сглазить не удастся.

Я не собиралась, но они же видят во мне страшную лесную ведьму. Ну и пусть видят, я не против, мне же легче – меньше пристают с разговорами.

Народ стал понемногу подходить на площадь, и началась торговля. Сначала всех клиентов уводил Криппер, я уже почти отчаялась.

Но потом стали подходить мои постоянные, и понемногу баночки почти все разошлись, осталось несколько, которые были специфические и помогали от покраснений кожи и сыпи. А такие не каждая мисс могла подойти и просто купить, мы же все идеальные, какие покраснения. Но я специально писала на них «Средство для красоты», чтобы они не привлекали внимание своим назначением.

К обеду на моем прилавке стояло три баночки и несколько пузырьков с настойкой от кашля. Но летом настойка от кашля была не ходовой, баночки просто остались с весеннего базара, мы с Мирдером решили отвезти их еще раз, вдруг продадутся.

– Добрый день, мисс, – раздался приятный мужской голос, и я подняла голову на клиента.

О боги, сам герцог Викентрон с супругой!

– Добрый день, лорд Викентрон, – я сделала книксен. Он не был правителем моих земель, но его уважали все вокруг потому, что именно он закрыл разлом и спас нас всех от тварей из бездны.

– Мне нужны от кашля все, что есть.

– Осталось шесть, каждая по два серебряных.

Он положил монеты на стойку, я упаковала баночки и протянула ему. Он уже хотел уходить, но супруга дернула его за рукав.

– Мисс, а «Средство для красоты» что делает? – спросила она, мило улыбаясь мне.

– О, герцогиня, вам оно точно не нужно, – покачала я отрицательно головой.

– Почему же? – продолжала улыбаться она.

Я наклонилась вперед, чтобы кроме нее никто не слышал.

– Оно от покраснений и сыпи, у вас нет ни того, ни другого, а я не продаю людям товар, который им не нужен.

– Вы отговариваете покупателя брать товар? – заломил бровь герцог.

– Простите, герцог, но вашей супруге этот товар не нужен, она и так прекрасна, а вот настойка от кашля с запасом никогда не помешает. Ваши детки в таком возрасте, когда простудиться можно и летом.

– Удивлен, мисс, честность в наше время большая редкость, тем более среди торговцев. Приятно было познакомиться, – сказал он и даже отвесил небольшой поклон.

Я присела в книксене снова. Никогда не любила все эти фамильярности, но его действительно уважала.

– Что вы тут застряли?! – раздался голос слева, и я резко повернула голову.

– Познакомься, Фред, это мисс Гринтерг, она делает сиропы, которые спасают твоих названных племянников от кашля.

Это был он! Тот маг, которого я спасала два дня назад. В добром здравии, значит, мои старания были не зря.

– Я не верю во всякие настои и мази. Тем более запах у них обычно болотной травы.

– Эти пахнут Даминой, – указала я пальцем на оставшиеся пузырьки.

– Что это такое, мисс? – заломил он бровь, не прекращая улыбаться.

– Это трава, которая раскрывается в полнолуние.

– В полнолуние, интересно, – он потер подбородок.

– Что-то не так, лорд? – спросила с улыбкой я.

– Вы, милая мисс, просто натолкнули на мысль, спасибо! – он положил мне на стол золотую монетку.

– Заберите, это была бесплатная информация, – протянула я ее мужчине.

– Вся важная информация стоит денег, – улыбнулся он и пошел вперед, вслед за ним ушли и герцог с супругой.

Я когда-то говорила, что красавица! Помните?

Так вот, эта женщина была еще красивее, ее красота была, как и моя, натуральной и чистой. На ней не было косметики, только чистая кожа и природный румянец.

Я помню рассказы о том, что герцог женился уже после тридцати лет, для мага, конечно, не возраст, но все же. Его супруга была чиста, как вода в роднике. Я ведьма и знаю, о чем говорю, от нее прямо веяло добротой и чистотой, аж противно.

Я смотрела вслед этой троице, не моргая. Он меня явно не узнал, значит, не видел.

Но, кстати, каков наглец, я ему жизнь спасла, а он даже не поблагодарил.

Остаток дня я провела на базаре, сначала продавая, потом, когда товар закончился, пошла прогуляться по рынку и посмотреть, чем сейчас увлекаются светские дамы.

Витрины прямо пестрили разнообразными нарядами, но мне в таких ходить было некуда.

Мне скорее нужен был новый котел или корзина для трав побольше, чем духи и платья.

Моя жизнь вообще не предполагала роскошных нарядов и прогулок под луной с мужчинами в роскошных камзолах. Поэтому останавливаться рядом с этими витринами было не к чему. Тем более, благодаря своему подопечному, теперь я знаю, что его зовут Фредрих, и он правая рука лорда Викентрона. У меня есть целый золотой, на него можно купить все, что нам необходимо, и даже больше.

В связи с этим я решила, что мне просто необходимо заглянуть в книжную лавку, я очень давно хотела заполучить одну редкую книгу по магии, но редкая – значит, дорогая.

– Добрый день! – раздалось из-за полки, как только я зашла внутрь.

– Здравствуйте!

– Чем я могу вам помочь, мисс? – улыбнулся пожилой мужчина с бакенбардами, видимо, хозяин лавки.

– Мне нужна одна книга по магии правоведения, я ее видела у вас в прошлом году, вон в том углу стояла, – я указала пальцем в самый дальний угол лавки.

– О, мисс, я прошу прощения, но вынужден предупредить, что эта книжонка не самая дешевая в моей лавке, возможно, стоит посмотреть что-то попроще?

– Я хочу эту, сколько?

– Тридцать серебряных, мисс, – он произнес это с несколько виноватым видом, как будто не хотел продавать ее за такие деньги, но приходится.

– Меня устраивает, заворачивайте! – выпалила я на одном дыхании.

Он достал книгу и положил ее на стойку, она была в кожаной обложке и с замком, в который был всунут ключик. Это я приметила еще в прошлый раз, но меня ничего не смутило, книга не дешевая, возможно, рецепты из нее хозяин захочет спрятать от чужих глаз.

– Я вынужден предупредить вас, мисс, что книжонка не простая, и избавиться от нее потом будет сложно.

– Я не собираюсь от нее избавляться, она мне нужна для изучения новых рецептов и получения знаний, когда всю изучу, положу, пусть лежит, достанется потомкам.

– Дай-то бог, чтобы все было именно так, а то ее два раза возвращали, – пробормотал он себе под нос.

Странный какой-то, у него хотят купить товар, а он отговаривает, кто и зачем может возвращать книгу обратно в магазин, это же не шляпка, чтобы не подойти по размеру.

Хотя, буквально утром я отговаривала мисс Ольмиру покупать у меня мазь.

Я положила свой золотой на стол, и торговец покосился на меня как-то подозрительно.

– Боюсь, мисс, у меня не будет сдачи с такой монеты, придется разменять.

– А где я могу ее разменять?

– В лавке напротив продаются шляпки, возможно, вам там что-то понравится?

– Хорошо, я посмотрю, но вы мою книгу никому не отдавайте, я за ней сегодня вернусь.

– Да она сто лет никому не нужна была, не думаю, что именно сегодня всем понадобится.

Я вышла из книжной лавки, но идти к шляпам мне было не нужно, я их не ношу, у меня одна мамина, похожая на ведьменскую, другой не нужно.

Вернулась на рынок и купила ткани, продукты, крупы, занесла все это на постоялый двор и направилась обратно в лавку за своей книгой.

– О, вы вернулись, я уже не ждал! – развел руками продавец, который явно уже собирался уходить.

– Да, я же обещала, просто столько накупила, что пришлось нести все в номер.

– Ваша книга, прошу открывать ее только дома, – положил он на стол завернутый в пергамент прямоугольник, перевязанный веревкой.

– Хорошо, – я, конечно, удивилась такому предостережению, но что я могу сказать, он, в принципе, странный, наверно, годы берут свое.

Выйдя из лавки с заветной книжонкой, как ее назвал лавочник, я решила, что прогулок с меня на сегодня достаточно и пошла в сторону постоялого двора, нужно было выспаться.

Завтра с утра нужно ещё зайти за тканями и найти экипаж, который отвезет меня до опушки. Это сюда я шла налегке, а обратно всего в руках я не дотащу, одна книжонка чего стоит.

А она была и правда тяжёлой. Мирдор будет ругаться, но ведь и золотой мне достался просто так, с доброй руки, а не за товары. То есть это сверхприбыль, а значит, потратить могу куда угодно.

Утешив себя этой мыслью, я пошла к постоялому двору. На улице тем временем стемнело окончательно, и шла я, уже лавируя между парочками влюбленных.

Интересно, а мой подопечный тоже гуляет вот так по вечерам с дамами, улыбаясь им и отвешивая комплименты?

Не знаю, с чего я о нём вспомнила, но, наверно, идущая впереди парочка – мужчина в красном камзоле и девушка в платье в тон ему – натолкнули меня на эту мысль.

Я быстро дошла. В конце концов, я обещала Мирдору, что не буду гулять по ночам.

Спать хотелось жутко, меня просто валило с ног. Я быстро приняла душ и залезла под одеяло, утонув в подушках.

Смешки с улицы, как и вчера, отвлекали от погружения в сон, но не мешали. Скорее я им немного завидовала – меня ни разу в жизни ни один мужчина даже за руку не держал.

Ну, не считая того, что одного из них я пару дней назад зачем-то поцеловала в губы на прощание.

Кстати, до сих пор не понимаю, что это был за порыв и зачем я это сделала. Просто его губы были настолько притягательны, что я не удержалась и прикоснулась к ним своими.

Надеюсь, он этого не помнит, но даже если и помнит, то мы с ним больше никогда не увидимся, какая разница, что там было в лесу.

С этими мыслями я и уснула, но снился мне именно он, тот герцог в красном камзоле.

Он летел на анкоре над верхушками деревьев в моём лесу и что-то высматривал между ними, а потом резко развернулся и помчался прочь, как будто не нашёл то, чего искал.

Я в это время стояла, прислонившись к дереву, обнимая метлу, и наблюдала за тем, как он удаляется, почему-то с грустью…

Утром я проснулась поздно, почти в полдень.

Проспала. Собираться нужно быстро, нужно же найти экипаж на вечер и купить немного ткани для личных бытовых нужд.

На базар бежать времени уже не было, решила купить у лавочников – у них чуть дороже, но ближе.

Схватив в охапку ткань, неслась по тротуару, обняв её, как кулёк с ребёнком.

И почти добежала до стоянки лошадей, когда налетела на столб, на котором красовалось объявление:

«В Вудвудском лесу завелась ведьма, которая губит солдат! Поймавший получит вознаграждение в размере тридцати золотых от лорда Фредриха Освальдера и место в гарнизоне Викентронии».

Что! Завелась, значит! Так вот она, плата за доброту! Я его, можно сказать, у смерти отвоевала в последние минуты, а он тридцать золотых за мою голову!

Да, благодарность высшей меры, ничего не сказать.

Я была просто в гневе от увиденного. Представляю, сколько всяких желающих поймать ведьму, которая губит солдат, сейчас хлынут в мой лес.

Ну, лорд, так и знала, что от тебя будет много проблем, спасибо за благодарность! Больше не благодарите!

Солдат я гублю? Что же его-то не сгубила?

Когда я пришла к стоянке экипажей, внутри уже всё кипело.

Договорилась я быстро, даже не краснея, как в прошлые разы, при объяснении, зачем мне экипаж до опушки леса, нужно и всё.

Договорилась на шесть вечера, как раз в семь будем там, и Мирдор не будет орать, что опоздала.

Пройдя по улице, я нашла несколько таких объявлений, одно из них сорвала и сунула в карман.

Ну, теперь ведьма знает, что на неё охотятся! Держись, охотник, я тебе покажу…

На сбор уже упакованных вещей почему-то ушёл час, сто раз всё проверила и переложила, чтобы не разлить и не рассыпать.

К экипажу со своими сумками спустилась сама, но, слава богам, погрузить мне их помогал извозчик.

Я села в экипаж, и он сразу тронулся, не дожидаясь моей команды.

Фух, – громко выдохнула я, падая на сиденье, – как же я устала от этой суматохи, а ещё и эти объявления!

Что теперь делать? Сейчас к нам в лес полезут все, кому не лень. Да и кому до этого было лень, тоже полезут, за такие баснословные деньги каждый первый будет готов вступить в схватку с ведьмой и принести её голову лорду Освальдеру, чтоб его галлаки утащили.

Всю дорогу я просто кипела от гнева и нетерпения поделиться этой информацией с Мирдором.

Хотя я догадываюсь, что он мне скажет, и даже не хочу думать о том, зачем пошла ему наперекор и начала спасать этого негодяя, который теперь хочет убить меня.

Мама не раз говорила мне о том, что маги с той стороны рубежа опасны, и с ними не стоит связываться, тем более, с соратниками Викентрона.

Ведь это сейчас он и его семья герои, спасшие свободные земли от нашествия галлаков, которые губили людей пачками, а раньше их считали затворниками, которые творят за своей стеной страшные дела, безнаказанно нарушая все возможные магические законы вопреки всему. И когда встал вопрос о том, где будет находиться лагерь выпитых, герцог безапелляционно сказал, что только на нашей стороне стены, и на свои земли он не пустит людей, выпитых галлаками.

Поэтому эти страшные, лишённые разума люди толпами шли через наш лес в попытке дойти до края бездны и спрыгнуть туда, чтобы умереть.

Я была ещё маленькая, но бабушка и мама рассказывали мне на ночь эти страшные сказки, которые потом оказались былью.

Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как экипаж остановился, и мне уже даже распахнули дверцу.

– Долго будем сидеть, мадам? – спросил возничий строгим голосом.

– О, простите, я уже выхожу, – я резко схватила свою сумку и спрыгнула на землю.

Через пять минут все мои вещи уже стояли на земле, а карета уезжала прочь, в сторону города.

– Это всё, я так полагаю, крайне необходимые для нас вещи? – пробурчал Мирдор с ветки дуба.

– Да, Мирдор, я тоже скучала по тебе.

– И как мы всё это понесём, если не секрет? – развёл он широкие крылья в стороны.

– Молча!

Я принялась подтыкать подол ненавистного платья под пояс, чтобы было удобнее двигаться. В своём лесу мне не обязательно быть леди, и можно себе позволить такой вид.

Он слетел на землю и начал тыкать свой любопытный клюв в тюки.

– А это нам зачем? – ткнул он клювом в мой заветный фолиант.

– Это новая книга по травоведению, – упёрла я руки в бока.

– Ну, ну, Элина, – отвернулся он ко мне спиной, чтобы продолжить обход тюков.

– Что не так? Чем ты снова недоволен?

– Эля, эта книга странная, её лучше вернуть туда, откуда ты её взяла.

– Не выдумывай, Мирдор, нормальная книга. Просто выглядит так, старая.

Времени у нас было немного, поэтому стоило поспешить, собрать свои вещи и убираться с опушки леса, пока рассвет не настал, тем более, с учётом того, что мы не знаем, когда на нас начнётся охота.

Мне ещё предстояло рассказать своему фамильяру об объявлениях. Думаю, он будет в гневе, поэтому сделаю это дома.

Я взяла метлу и начала навешивать на неё тюки, свою книгу взяла в руки. Из-за количества вещей нам придётся идти пешком, точнее, мне, Мирдор полетит.

Когда всё было собрано, мы пошли вглубь леса. Я погрузилась в мысли о том, как всё рассказывать, поэтому всё время спотыкалась обо что-то, а Мирдор причитал, что я скупила весь базар, и поэтому теперь он тут мучается.

– Мирдор, успокойся, тут только нужные нам вещи! – наконец разозлилась я.

– О да, особенно вот этот тяжеленный гримуар, – причитал он, указывая клювом на книгу, которую я лично сама несла, прижимая к себе, как самое ценное, что есть у меня в жизни.

Я решила промолчать, его всё равно не переубедить, а гримуар уже не вернуть.

До дома мы скорее доползли, чем дошли, я лично еле волочила ноги, но виду не подавала.

Затащив всё внутрь, я разлеглась на кресле, свесив ноги с подлокотника.

– Итак, теперь у нас всё есть, и можно спокойно готовиться к зиме, – констатировал факт филин, сидя на печке и крутя головой.

– Ну да, только есть проблема, по поводу спокойной подготовки, боюсь, в этот раз у нас не получится, – я старалась не выдавать свои волнения и говорить как можно спокойнее.

– Так! И куда ты вляпалась на этот раз? Или нам мало мага, свалившегося на нас с небес буквально на этой неделе?

– Ну, не совсем на этот раз, вляпалась я намного раньше, – смотрела я в одну точку на полу.

– Элина! Рассказывай! – заорал он мне на всю голову.

Я достала из-за пазухи смятый листок и, расправив, положила его на стол.

Мирдор слетел вниз и подошёл к листку прямо по столу, сфокусировал один глаз на строках:

«В Вудвудском лесу завелась ведьма, которая губит солдат! Поймавший получит вознаграждение в размере тридцати золотых от лорда Фредриха Освальдера и место в гарнизоне Викентронии».

– Ну, что, доигралась? Гроза заплутавших! Сколько раз тебе говорили, не трогать его солдат, не пугать их до седых волос. Скучно ей, видите ли, развлекается она, как может.

Мирдор расхаживал по столу, цокая когтями, а я сидела, опустив голову вниз.

Сказать было нечего, я и сама понимаю, что теперь нам придётся туго.

– Кто вообще такой, этот Фредрих Освальдер! Что ему нужно от нас, зачем ему ты?

– Не я, а ведьма, которая пугает его солдат.

– И что пугает, кто же виноват, что его солдаты такие пугливые, что бабы испугались. Хоть бы посмотреть на него, что он из себя представляет.

– Ты его видел, – пробурчала я себе под нос.

– Что? – уставился он на меня своими огромными глазами.

– Это тот мужчина, который свалился на нас с небес.

– Повтори!

Жаль, что у сов нет бровей, а то он бы сейчас её явно картинно заломил.

– Это его я спасла от смерти в начале этой недели.

Филин молча взмахнул крыльями и улетел на печку, прикрыв за собой занавеску.

– Мирдор!

– Я с тобой не разговариваю, расхлёбывай всё сама, я умываю крылья.

Я вздохнула, он прав, это я виновата в том, что нам угрожает опасность, и, если бы я его не спасла, то сейчас ничего бы не было. Но как я могла оставить умирать беспомощного мужчину в лесу?

– Ты ведьма, могла и оставить, – пробурчали мне в голову из-за занавески.

– Я смешанный маг, а не ведьма. Я не злая, просто не люблю людей и шумные города.

– Теперь в нашем лесу будет так много людей, что шумным городам и не снилось. И все это благодаря тебе, – в меня ткнули крылом и посмотрели очень суровым взглядом, хотя у филина не сильно развита мимика, поэтому взгляд у него всегда суровый.

– Прекрати, Мирдер, все будет хорошо. И не от такого отбивались, и в этот раз справимся.

– Отбивались только с твоей матерью и бабкой, а они опытнее в разы были в это время, чем ты, потому что магии учились, а не летали по ночам солдат пугать по лесу и спасать кого попало от смерти.

– Я тоже учусь, вот книгу купила, – подняла я гремуар над столом и потрясла им у филина перед носом.

– Ты сначала от этой книги добейся хоть одного заклинания, а потом тряси им перед моим клювом.

– Сейчас попьем чая, и пойду читать этот гримуар про травы, там должно быть много рецептов. Ведь книга старинная и явно содержит в себе много полезных знаний.

– Ага, не забудь его еще ночью открыть, чтобы уж точно он открыл тебе все свои знания сразу.

– Уже почти утро! – возразила я.

– Вот и иди спать, отдохнешь, потом поговорим, а это положи на печку.

– Кого?

– Гримуар свой.

– Хорошо.

Я устала с ним спорить, не понимаю, что страшного в том, что я купила эту книгу по травам. Я купила ее на честно заработанные деньги. А он мне всю ночь морали читает, как будто я эти деньги украла.

Я поднялась в спальню и улеглась на кровать. В голове было много мыслей, и никак не лез из нее этот противный Освальдер, который назначил за мою поимку тридцать золотых.

Как же он меня бесил, одним своим именем.

Но когда я целовала его в лесу, он не казался мне таким уж мерзким, на рынке он тоже не выглядел злым, разве что немного вредным.

Но как тогда вышло, что весь город завешан листовками с его предложением поймать меня…

## Глава 3

Вечер встретил проливным дождем: он противно и очень громко стучал по крыше и мешал мне спать.

Мирдер тоже спал на дверце шкафа, которая почти всегда была открыта, чтобы он мог на ней сидеть, как на ветке.

Я потянулась и закуталась поплотнее в одеяло. Вставать не хотелось, тем более, учитывая, что на улицу не выйти.

Но нужно было разбирать вещи, которые я притащила из города, и наконец-то открыть книгу и почитать, что там есть хотя бы по оглавлению. Тем более скоро нужно было уже начинать собирать травы для приготовления мазей и микстур, которые я повезу на осенний рынок, а в книге явно много новых рецептов, о которых я ранее не знала. Они, несомненно, принесут нам прибыль, может быть, не в этом сезоне, но в следующем точно.

Вставала я нехотя, но вставала. Дела сами себя не сделают, но и я, если честно, делать их не хотела.

После поездки в город на меня всегда накатывает тоска и уныние: я молодая девушка и могла бы разгуливать там по мостовым под руку с кавалерами, а не носиться на метле по лесу. Но не я делала этот выбор – мы давно живем в этом лесу отшельниками, и, видимо, это не просто так придумано.

– Что ты там бубнишь под нос? – раздалось ворчание Мирдера в моей голове.

– Ничего, все хорошо.

– Ага, как и всегда, когда ты снова решила, что тебе тут плохо, и нужно расхаживать в платьях по городу, чтобы похотливые офицеры пускали на тебя слюни и делали непристойные предложения.

– Не ворчи, за все годы мне ни один офицер не сделал таких предложений.

– И хорошо, нам тут еще не хватало женихов с их плотоядными взглядами: и так по лесу шастают охотники в поисках ведьмы-душегубки, а еще и женихи будут шастать.

– Вот на ведьме пусть и женятся, эти женихи меня не интересуют. У меня других дел полно.

Почему-то нравоучения филина меня злили, хоть я отчетливо понимала, что он прав и, скорее всего, по нашему лесу уже шастают охотники за моей головой.

Я решила пройтись и осмотреться, вдруг и правда дом уже окружен душегубами.

Умыв лицо, надела плащ, сапоги и пошла к выходу.

– Куда понесло?

– Осмотрюсь вокруг, вдруг у нас уже гости.

– Ну-ну, осмотрись. Смотри только не влипни в неприятности.

– Постараюсь, – изобразила я улыбку, больше похожую на гримасу, и вышла из дома.

Несмотря на разгар лета, было зябко. Я решила, что лететь днем не самая лучшая идея, и пошла пешком, заодно посмотрю, что там с кустиками малины, которые на той неделе поломал этот негодяй, свалившийся на меня с небес.

Шла я не быстро, чтобы не пропустить следы возможного присутствия посторонних: я их явно увижу по обломанным веткам и мятой траве.

Пройдя около пары сотен метров, стало понятно, что к нашему домику никто не приближался. Звери тоже вели себя спокойно, что говорило об отсутствии посторонних в лесу.

Белки спокойно прыгали с ветки на ветку, лоси и олени спокойно обдирали кору и чесали рога о стволы деревьев. И даже лягушки, весело распевающие свои песни в пруду, все были на месте.

Я остановилась у куста малины, которая росла рядом с болотом: как раз его в прошлый раз и повредил этот Фредрих Освальдер, герцог и правая рука Викентрона.

Я осматривалась по сторонам, пытаясь понять, что меня настораживает, параллельно засовывая в рот ягоды малины.

Лес был как обычно тихим и несуетливым, но что-то было не так. Я как будто чувствовала чье-то присутствие, но это исключено: если бы тут был кто-то, кроме меня, живность бы отреагировала, но все было на своих местах.

Я начала более активно крутить головой в надежде, что мой взгляд зацепится за что-то необычное, то, чего раньше тут не было.

После пяти минут таких вращений моя голова закружилась, и я сползла по стволу дерева, шмякнувшись попой на землю, и моя попа почувствовала под собой не траву, а какой-то предмет.

Я резко вскочила на четвереньки, но в плаще это было не так легко сделать, и я просто упала на бок, не удержав свой вес.

Поднявшись, я начала шарить руками по траве, на которой только что сидела.

Рука зацепилась за что-то железное, я дернула, думая, что это какая-то брошь, но за ней потянулся кожаный ремешок. Высвободив предмет из травы полностью, стало понятно, что это дневник с гербом, который мне был не известен.

Я попыталась открыть его, застежка, которую я приняла за брошь, переливалась всеми цветами радуги, но не открывалась.

Видимо, защита была магической, и дневник не хотел, чтобы его читали.

Я прижала его к груди, спрятав под плащ, и поспешила домой. Возможно, Мирдер знает, что с ним делать, или хотя бы чей это герб. Явно не Викентронии, то есть упавшему на меня Освальдеру он не принадлежит.

У дома я оказалась через десять минут, все было тихо, можно было проходить через защитный полог.

Мы активировали полог всегда, чтобы спрятать наш домик от лишних глаз, но прятал он его только визуально от простых людей: маги могли заметить следы магии и, при желании, найти нас, но заклинание ставила бабушка, а она была сильным магом – ее полог просто так не снять и не обнаружить. Даже Викентрон его пока еще не обнаружил.

В дом я ввалилась, а не вошла: с корого плаща текла вода и падали ошметки грязи.

– Боги, где ты так вымазалась? – слетел на стол Мирдер.

– Смотри, что я нашла, – вытащила я дневник и положила его на стол.

– Что это?

– Я нашла его под дубом рядом с тем местом, где на меня свалился герцог.

– И что это?

– По всему судя, дневник, но герб на нем не известный: он не имеет никакого отношения к Викентронии.

– А к чему он имеет отношение?

– Не знаю, нужно искать в книгах бабушки: если он принадлежит кому-то из близлежащих герцогств, то он там есть.

– Сначала почисти плащ – ты весь пол залила водой, – проворчал филин, явно не желавший разбираться в этом.

Я не стала с ним препираться, сняла плащ и прошлась по нему магией. Через несколько минут сухой и чистый плащ висел на вешалке, а я сидела на лавочке и смотрела на дневник.

Интересно, сколько он там пролежал и кому принадлежит?

Филин прогуливался по столу, упорно делая вид, что его эта вещь не интересует, ровно до того момента, пока по застежке не пробежал огонек магии.

– Эля, он магический и может быть опасен, – заключил Мирдер.

– Я знаю, но очень интересно, чей он и что там внутри.

– Проблемы там внутри!

– Не преувеличивай! Возможно, там просто рецепты пирожков.

– Ну да, и именно поэтому его спрятали там в траве под дубом в непроходимом лесу.

– Может быть, его туда уронили? – не сдавалась я.

– Откуда его могли уронить? И не искать при этом?

– Кто-то мог лететь и не заметить пропажу.

– Тогда надеюсь, ее и сейчас не заметили, потому что хозяин явно не прост и, если узнает, что его вещь у нас, будет крайне зол.

Я тяжело вздохнула. Понятно, что эту инородную нашему лесу вещицу не нужно трогать, но я ее нашла и не могу просто так вернуть обратно: нужно понять, кто хозяин и что он делал в нашем лесу.

Я поднялась и пошла наверх искать бабушкину книгу в сундуке, скоро стемнеет, а я еще даже не начинала разбирать вещи. Нужно было быстро посмотреть, чей это герб, и приступать к разбору вещей и гримуару, который все это время ждал меня на полке рядом с печкой.

Я положила дневник на полку к гримуару и пошла на верх.

Бабушкин сундук открывался тяжело и со скрипом: крышка как будто не хотела поддаваться на мои уговоры. Я даже призвала ветер, но моей магии не хватило, чтобы ее поднять.

Около двадцати минут я пыхтела и, стирая пот со лба, тащила ее наверх, чтобы хоть чуть-чуть приоткрыть сундук.

– Элина, он магический! Замок нужно сначала расколдовать! – не выдержал сидевший на дверце шкафа филин.

– Ты думаешь, я глупая? Я расколдовала, и он щелкнул, а сундук не открывается! Видимо, замок заржавел окончательно.

– Что говорит о том, что кто-то очень давно не обращался за знаниями. Все чаще по лесу носился, проблемы приманивал.

– Мирдер, замолчи! Помощи никакой, только нравоучения, – я злилась. Не знаю, за что я злилась на него, но злилась.

– Давай попробуем позже, видимо, все-таки, что-то ты сделала не так.

Я упала на попу и села, подперев сундук спиной, пытаясь отдышаться.

– Ты прав, я больше не могу, вернусь к этому позже.

Тяжело дыша, я встала с пола и пошла в кухню. Нужно было развесить специи и порошки, которые я принесла, убрать ткани – ими я займусь позже. Сейчас наша задача – заготовить мази и микстуры, особенно те, которые должны настаиваться год, иначе в следующем году мы останемся без денег. Если доживем.

Полтора часа я копалась в мешочках с травами. Сначала все пересчитали, потом переписали и разложили.

– Все, я устала, сил больше нет, нужно перекусить, – упала я на лавку, обмахиваясь бумагами со списком специй, трав и порошков.

– Да, ты права. Я полечу на охоту, а ты готовь ужин. Я за полчаса управлюсь и посижу с тобой.

Он вылетел в окно, я задернула занавеску и пошла ставить кастрюлю и чайник на огонь.

Пока все это закипало, я чистила овощи. Когда все было подготовлено и варилось на медленном огне, я села за стол, и взгляд зацепился за гримуар.

Ну, если у меня есть свободная минутка, почему бы не полистать его, прочту хотя бы оглавление.

Стащив книгу с полки, я уложила ее в середине стола и провела рукой по обложке, которая была застегнута на крючок.

Обложка книги была выполнена из кожи, по всему судя, как минимум быка. Она была черная и шершавая, в некоторых местах немного ребристая. В середине серебряными буквами было выбито «Сборник заклинаний по зельеварению». Мне показалось, что по этой надписи прошлась полоска блеска, когда я ее тронула.

Видимо, моя фантазия никак не отпустит злополучный дневник, который я все еще не знаю кому принадлежит.

Я взялась за крючок и потянула его вверх. Он вытаскивался туго, видимо, давно книженцию никто не открывал. Как только крючок был расстегнут, я распахнула обложку.

На первом листе под названием, которое было таким же, как и снаружи, было написано: «Если ты, милый друг, хочешь познать все тайны гримуара, капни на лист своей крови, и тогда книга откроется тебе полностью».

Что за бред, какой еще крови? При чем тут моя кровь? Книга не фонит магией, то есть это просто книга, не магическая.

Я перевернула страницу и открыла оглавление.

Оно было достаточно емким и состояло из пяти листов, не мало, но и сам гримуар не маленький.

Начала водить пальцем по строкам, на первый взгляд, ничего интересного.

Отвары от простуды, для заживления ран, от отита и т.п.

Мази от лишая, прыщей, угрей, и так же ничего выдающегося. По всему судя, Мирдор прав, и я отдала кучу денег за бесполезную книгу.

Я закрыла книгу и пошла мешать свой ужин. Овощи были готовы, можно было накрывать на стол, только Мирдер где-то провалился.

Я собрала на стол посуду и уже хотела ставить кастрюлю с овощами, как обложка гримуара резко распахнулась на той первой странице, где было написано про каплю крови.

Сквозняк из окна, нужно позвать филина. Что он так долго ужинает, я уже голодная. Высунулась из окна и, оглядевшись по сторонам, всунула два пальца в рот и громко свистнула. Это был своеобразный клич в случае, когда мне нужно срочно позвать филина.

Но ответа не последовало, где мой фамильяр? Он улетел уже около часа назад. Может быть, он попал в беду?

Я захлопнула книгу, убрала ее на полку и, накинув плащ, выскочила на улицу с метлой в руках.

На лес уже опустилась ночь, и была тьма глаз коли. Но когда меня это пугало?

Запрыгнув на метлу, я оттолкнула от земли, захлопнув магией дверь и прикрыв полог.

Взлетев над макушками деревьев, свистнула еще раз, но филин не откликался.

– Да где ты, Мирдер, черт тебя дери! – заорала шепотом я, свисая вниз с метлы.

Тишина. Я начала летать над вершинами деревьев, пытаясь найти хоть какие-то следы своего фамильяра. Но нет, их не было.

То есть найти его просто так я не могла, придется переходить на магическое зрение, что на территории свободных земель крайне опасно, даже учитывая, что мой лес рядом с рубежом, и тут не так строго.

Прочитав заклинание, я переключилась на магическое зрение, облетела всю территорию вокруг дома, но никаких следов магических существ, коим являлся Мирдер, не было.

Когда я поняла, что не могу найти его и так, опустилась на поляну напротив домика.

Что могло с ним случиться? В этом лесу ни одно животное не рискнет тронуть моего магического филина, тем более он фамильяр и может за себя постоять. Но если бы кто-то недавно применял тут магию, я бы это увидела, но никаких следов магии нет.

Оставив метлу под деревом, я ступила на тропинку, которая вела в сторону болота и рубежа, как там днем я нашла дневник.

Сделав пару шагов, я услышала шорох, точнее, источников звука было несколько. Сюда идут несколько человек, явно не маги, я не вижу магического следа.

Я схватила метлу и взмыла вверх, зависнув над деревьями. Действовать старалась тихо, чтобы не быть замеченной, на всякий случай собрала магию огня, готовясь к удару, кроме нее ни одна сила не позволяла создавать боевые пульсары.

В ста метрах от меня внизу я заметила движение и подлетела поближе. Три фигуры в красных камзолах и плащах в цвет рыскали по земле, пытаясь что-то найти, но они совершенно точно были простыми людьми, ни одного мага вблизи не было.

Я слезла с метлы и уселась на ветку дуба так, чтобы меня не заметили.

– Как думаешь, что они тут разыскивают? – раздалось у меня в голове.

– Мирдор! – прошептала я, чуть не свалившись вниз.

– Тише ты! Нас заметят! – шикнул он.

Но это только он мог торчать в моей голове, я то ответить ему могла только губами, а это означает издавать какие-то звуки и рассекретить нас.

– Я уже полчаса наблюдаю, как они что-то ищут в траве и кустах, приподнимая каждый. Вон там, метрах в двадцати, еще трое, и они тоже что-то ищут, – объяснил мне филин.

Я указала пальцем на болото, пытаясь объяснить ему, что если эти трое сдвинутся еще хоть на пару-тройку метров, они в нем утонут. И все это, кстати, снова спишут на ведьму-душегубку.

– Пусть тонут, они сами сюда пришли, их никто не приглашал! – ворчал Мирдор.

Вот бесчувственный, они же просто солдаты и делают то, что им сказали. А вот где тот, кто отдал им приказ, это уже более интересно.

Я чуть не упала с ветки, когда один из солдат и правда наступил в пучину болота, и его сапог застрял. Парня начало засасывать, и он заорал на весь лес. Остальные бросились ему на помощь, но, естественно, не зная, куда бегут, попали в тоже болото.

– Я им помогу! – повернулась я филину, уже готовая схватить метлу.

– Нет, Элина, они нам не друзья, – посмотрел на меня фамильяр.

– Они невинные люди и явно не ведьму тут ищут!

– Ладно, ты права, только осторожно вытаскивай, я уходим домой, все зрелище мне испортила!

Я запрыгнула на метлу и резко направила ее конец к земле.

Собрав магию ветра, резко направила поток на солдат, и их буквально выдуло из болота и сложило под стволом как раз того дуба, под которым я нашла дневник.

– Смотрите, ведьма, это она! Она нас сожрет! – орали они всем хором, вставая и убегая в сторону моего домика.

– Останови их, они могут найти наш дом! – заорал Мирдер мне в голову.

– Как?

– Не знаю, думай!

Я быстро полетела вперед, чтобы опередить их, филин летел за мной как пернатая пуля.

Я села на опушке у тропинки и, приложив руку к земле, я начала выращивать колючие кусты, чтобы эти паникеры угодили в них, а не в мой дом.

Сработало! Через пять минут все трое влепились в куст терновника, наколовшись и отступили в другую сторону со стонами и нецензурными выражениями.

– Видимо, пошли рассказывать своим, как их ведьма заманила в болото и пыталась съесть! – ржал филин.

– Неблагодарные! – топнула я ногой.

Что за люди у этого Освальдера? Я им жизнь спасла, и ни слова благодарности, одни бранные.

Я подхватила метлу и пошла к дому.

Сегодня они уже явно не сунутся к нам, а утром посмотрим, что можно сделать. Возможно, в бабушкиных письменах есть какая-то информация по обороне дома, думаю, на него не раз пытались напасть.

Вошла в дом и поставила метлу у входа. Плащ снова чистить не стала, дожидаясь нравоучений Мирдера, почистила и повесила.

– Зачем ты разложила на столе эту книжонку?

– Какую еще книжонку? – спросила я, не поворачиваясь к нему.

– Гримуар свой. Так тут еще и какой-то бред про кровь написан, я надеюсь, ты ничего такого не делала?

– Что, Мирдер? Что ты несешь? Книга стоит на полке над печкой, – сказала я, оборачиваясь к столу, и застыла каменным изваянием. Я отчетливо помню, перед уходом положила книгу на полку!

– На полке говоришь? – посмотрел на меня вопросительно филин.

– Как она тут оказалась? – подняла я бровь.

– Видимо, ты забыла убрать, – развел он крыльями.

– Я точно помню, что книгу убирала.

– Твоя рассеянность когда-нибудь тебя погубит.

Я взяла книгу и, демонстративно закрыв ее, положила на полку. Поставила тарелки на стол и, подогрев ужин, села кушать.

– Так что там искали эти трое? – подняла я глаза на филина, который пил из крынки воду.

– Ну, явно не ведьму, уж больно детально осматривали кусты и траву, явно искали что-то небольшое.

– Дневник, например?

– Точно, как я про него забыл! – стукнул он себя крылом по лбу.

– Но тогда мы примерно понимаем, что хозяин дневника – Фридрих Освальдер?

– Почему это ты поняла?

– Солдаты были в красной форме, – сделала я торжествующее лицо победителя, раскрывшего преступление.

– Да, но в том и проблема, что Освальдер работает на Викентрона и его солдаты носят синие камзолы, и в их герцогстве нет других магов огня, потому что там их в принципе нет, кроме Викториана, Ольмиры и Освальдера, все остальные пали в битве за рубеж.

– Ты прав, но чьи тогда это солдаты?

– Тут явно замешан кто-то другой, и вот теперь и мне интересно, чей герб на дневнике. Если мы узнаем это, то узнаем и чьи солдаты.

– Тогда нужно открыть сундук, иначе никак, – сказала я, положив ложку на стол.

– Доела? – заглянул он ко мне в тарелку, как к маленькой.

– Да! – гордо ответила я.

– Тогда пошли наверх, посмотрим, что там с сундуком, а то утро скоро, спать пора ложиться.

Я молча встала, убрала посуду и пошла наверх. Филин полетел за мной.

Так, нужно открыть бабушкин сундук, я встала и спокойно произнесла заклинание, положив ладонь на замок. Он щелкнул и открылся, как и в прошлый раз.

Я отстегнула его и начала тянуть крышку, она легко поддалась, и я открыла сундук.

– Что с ним было в прошлый раз? – повернулась я к филину.

– Не знаю? Может быть, ты неправильно произнесла заклинание?

– Я много лет его произношу и не могу сделать это неправильно, – уперла я руки в бока.

– Что ты хочешь услышать, Эля? Я ничего не делал, – возмутился мой фамильяр.

– А я думаю, что делал, Мирдер.

– Хорошо, да, это я заколдовал крышку, что ты не смогла ее открыть, потому что точно уверен, что этот дневник закрыт на магический замок не просто так, и нам не стоит его открывать.

– Мирдер! Я тебе доверяю, как себе, а ты так со мной поступаешь!

– Эля, он опасен в первую очередь для тебя!

– Не опаснее, чем толпа солдат в нашем лесу! – злилась я.

– Опаснее! Явно опаснее, и эта книга не так проста, в ней есть магия, и я ее чувствую.

– Ты как всегда преувеличиваешь.

– Нет!

Он слетел вниз и сел на край сундука. Осмотрев содержимое, указал крылом на одну из книг.

– Нам нужна вот эта, доставай.

Я молча вытащила ту, на которую он указал, и, как только он слетел на пол, захлопнула сундук.

На кухне положила книгу на стол и начала искать по оглавлению гербы всех герцогств или что-то похожее.

Нашла почти сразу, раскрыла на нужной странице и, положив дневник рядом, начала искать нужный мне. Но там не было ничего похожего на тот, что на дневнике. Были похожие, но они принадлежали родам, которые давно канули в лету, и ни одного их представителя сейчас не было, большинство из них погибли в битве за разлом.

– Так, тут нет полностью совпадающего с нашим, что делать? – подняла я голову на филина.

– Ну, значит, нам не повезло и с представителем данного рода твоя бабка не встречалась.

– Отлично, то есть мы не узнаем, чей он. Но можем попытаться его открыть. Возможно, тут есть заклинание, подходящее для этой цели.

Я долго листала книгу и наконец нашла то, что нам нужно, но случилось это уже к утру, и мои глаза просто закрывались, не помогала даже рука, которой я поддерживала подбородок.

– Убирай книгу, пошли спать, вечером разберемся с этим.

Я была согласна с Мирдером, но решила все-таки переписать заклинание, вдруг вечером сундук снова не откроется.

Положив две книги и бумажку на полку, мы пошли спать.

В сон я провалилась почти сразу, даже рой мыслей не помешал мне уснуть, лишь коснувшись подушки.

Проснулась я, когда уже солнце клонилось к закату, видимо, так устала за прошлую ночь, что проспала весь день. Да и мы часто так делали, днем в лесу можно было кого-то встретить, и все мои травы показывались на глаза только под светом луны, днем их было невозможно найти.

Встала с кровати, Мирдер тоже уже проснулся и, расправив крылья, качался на своей двери.

– Ну что, нужно поесть и заниматься рецептами. Нужен список трав, и завтра можно идти собирать их, времени мало.

– Да, только у нас еще дела с дневником не закончены.

– Ты опять про него! У нас есть более важные дела, чем влипать в неприятности.

– Прекрати, ничего там такого не написано. Ну почитаем, чего тут такого.

– А ты бы хотела, чтобы твои тайные записи почитали?

Я замешкалась, конечно, нет, особенно если я заколдовала их от лишних глаз. Но хозяин дневник потерял и не знает, у кого он, а значит, нам ничего не грозит.

В крайнем случае, отнесем обратно.

По лестнице я шла, протирая глаза руками, они упорно не хотели открываться до конца.

– Эля, смотри! – сказал филин, но я не сразу поняла, куда мне смотреть.

Гримуар снова лежал на столе, раскрытый на той же странице, как и вчера. А я снова помню, что убирала его на полку.

– Теперь ты видишь! Я и вчера убирала его, а он оказался на столе, – я ткнула пальцем в книжонку, лежащую на столе.

– Что он хочет от нас?

– Видимо, то, о чем написано на первом листе, каплю крови.

– Я думаю, это плохая идея!

– Мы не узнаем, насколько хороша эта идея, пока не капнем на него кровью, – я схватила нож и уперла его в палец, филин даже не успел отреагировать, как капля моей крови упала на лист.

Мы оба уставились на книгу, но ничего не происходило. Вообще ничего, он просто лежал, и капля растекалась по странице.

– Вот видишь, это просто страшилка для юных волшебников, которые верят в сказки про тайные книги, – развела я руками и, закрыв книгу, села завтракать.

– Странно все это, зачем писать такое в гримуаре просто так? – не унимался Мирдер.

– Ну, видимо, чтобы все думали, что в нем есть какая-то тайна и переплачивали за него деньги лавочнику, а потом возвращали с разочарованием, и он продавал его очередному искателю приключений.

– Типа тебя! – закончил фразу филин.

– Да, типа меня.

– Ну то есть ты все-таки согласна, что книга ненужная?

– Да, согласна, Мирдер, может пить чай и собирать все для зелий. Нужен список, чего нет, я могу еще успеть сходить сегодня за некоторыми травами.

На том и решили, я позавтракала и села за стол, разложив книгу с рецептами, травы и листы бумаги для составления списка. Около часа составляли список, на улице тем временем стемнело.

– Так, все, список есть, можно собираться и идти на болото, там есть как минимум четыре растения из списка, остальные на поляне.

– На поляну рано, полнолуние только завтра.

– Вот завтра и пойдем, а сегодня на болото. Сейчас только попробую открыть дневник.

– Эля, не надо!

– Надо!

Я положила дневник и рядом лист с заклинанием. Положив руку на дневник, начала читать заклинание. Под ладонью стало сначала тепло, потом очень горячо и наконец – нетерпимо жгло, я еле дочитала. И в тот момент, когда я произнесла последнее слово, книга засветилась, и резкая вспышка магии устроила взрыв в моей кухне, которым меня отбросило с лавки на пол, и филина в окно.

Он летел обратно, нецензурно выражаясь, точнее говоря, уже открыто матерясь мне в голову.

Сев на подоконник, посмотрел на меня.

– Доигралась! – шипел он.

– Угу, – начала я вставать с пола, потирая спину.

Я почти встала с пола, когда за спиной раздался зловещий хохот.

– Кто так открывает тайные дневники, дилетанты!

Я медленно повернула голову и увидела, как на столе лежит раскрытый гримуар, его страницы светятся, и он откровенно смеется над нами, шевеля листочками и закладкой.

Я попятилась к стене.

– Да не бойся, девочка, я не злой, тем более теперь ты моя хозяйка.

– Что? Какая хозяйка?

– Ведь это твоя кровь упала на мою страницу! – скорее было утверждение, чем вопрос.

– Моя, – проблеяла я в ответ гримуару.

– Значит, ты моя хозяйка на ближайшие века.

– Но я не хотела, я просто капнула, потому что так было написано.

– А ты все делаешь, что написано?

– Нет, – опустила я глаза в пол.

– Да! Она все делает наперекор мне и как написано, – проорали мне в голову.

– Не ворчи, птица, я тебя тоже слышу, – пробасил гримуар.

– Что, он меня слышит, но как? – чуть не упал с подоконника Мирдер.

– Да вот так, я магический, и слышу, и вижу, и понимаю всех магических существ, даже если они пернатые и едят крыс.

– Я не ем крыс! Только мышей! – гордо ответил мой фамильяр.

– Не ври мне, пернатое, я знаю все, я тут второй день лежу и точно знаю, кого ты ешь, а кого нет.

– Хватит! – заорала я.

Оба притихли, ведь хозяйка я обоим!

– Кто ты? И почему только сейчас показал, что живой?

– Ты это филину? – усмехнулся гримуар.

– Нет, тебе, книжонка! – я указала на него пальцем.

– Вернут в магазин! – рассмеялся Мирдер.

– Они просто не капали на меня кровью, обычные люди брали так, побаловаться в зельеварении, наивно думая, что у них что-то получится.

– Снова хватит! Имя у тебя есть, или как к тебе обращаться? – топнула ногой я.

– Да, меня зовут Саргис, но можно просто Сар, для друзей, так сказать.

– Так значит, Саргис, и чем ты можешь нам помочь? – спросил скептически Мирдер.

– Я вам могу помочь всем, например, рассказать чей это знак принадлежности и объяснить, почему его не стоило пробовать открыть.

– Так, этот парень мне уже начинает нравиться! – развел крыльями филин и перелетел на стол рядом с гримуаром.

– И чей это знак? – спросила я с ухмылкой.

Он начал быстро листать страницы, шурша листочками.

– А вот же оно, иди читай, Эля.

Я подошла и нависла над книгой, текст в ней был написан достаточно витиеватым шрифтом, и читать было сложно.

– «Некроманты и их особенности», – прочитала я вслух заголовок.

– Что! – аж подпрыгнул Мирдер.

– Некроманты и их особенности, пернатый, ты что, плохо слышишь! – усмехнулся гримуар.

– «Каждый некромант имеет свой особый символ. Он состоит из основного герба, который символизирует его принадлежность к герцогу, которому он служит, далее к рисунку добавляются линии в зависимости от квалификации, рода и вида магии», – прочитала я снова вслух.

– А ты точно уверен, что этот дневник принадлежит именно некроманту? – спросил филин.

– Да, и также я уверен, что открывать его было нельзя по той простой причине, что его все еще не нашли, просто потому, что он в закрытом виде не оставляет магического следа, а вот когда Элина начала вливать в него магию, хозяин почувствовал, что его пытались вскрыть, и, скорее всего, скоро будет здесь, – заключил гримуар.

– Нам конец! – осела я на лавку.

– Ничего нам не конец! Просто верни его туда, откуда взяла, и все, пусть хозяин забирает его и идет отсюда подальше, – заорал Мирдер.

– Мысль здравая, Элина, положи его, откуда взяла, или это далеко? – спросил Саргис.

– Да нет, идти минут двадцать, лететь пять.

– Вот и хватай эту книгу и лети, а я тут посторожу дом. Некромант не маг, он легко найдет нас, если будет преследовать такую цель.

– Не злись, Мирдер, я же не знала!

– Я тебе миллион раз повторил, чтобы ты не трогала дневник и не капала кровь на этого, – указал он крылом на гримуар.

– Эй! А ну, не хами, между прочим, если бы не я, вы бы сейчас знать не знали, что на нас охотится некромант.

– Действительно, Мирдер, я правильно сделала, что активировала Саргиса, он нам будет очень полезен.

– Я еще как знаю побольше этого пернатого накопителя магии, и закройте меня, пока не читаете, неудобно лежать глазами в стол.

Я захлопнула книгу и увидела огромные глаза, которые занимали всю верхнюю часть обложки гримуара, и рот с огромными зубами.

– Ты что, кусаешься? – удивилась я.

– Только для самообороны.

– И то хорошо! – буркнул филин и улетел на печку.

– Собирайся, Элина, у тебя мало времени, скорее всего, он скоро придет, а ты лети с ней, а не сиди тут, прикроешь ее сверху, некромант не солдат, его так просто не заметишь, если он будет подкрадываться, – Саргис всем раздал указания и закрыл глаза.

– Что, спать лег, командир? – возмутился Мирдер.

– Дом посторожу, пока вы ходите, – пробубнил гримуар.

– И как мы без тебя справлялись, ума не приложу.

– И не прикладывай!

Боги, они теперь что, всегда так будут? Я не выдержу их двоих!

Я быстро собралась, замотала дневник в платок и вышла из дома. Плащ был не нужен, дождь закончился, и лес почти высох, а в воздухе теперь остался только легкий запах свежести и немного мокрая земля. Я решила не лететь, а идти, так не страшно.

Филин летел над верхушками деревьев, и отсюда я его не слышала. Аккуратно пробралась по тропинке и через пятнадцать минут была на месте.

Осмотрелась по сторонам, вокруг было тихо, только лягушки квакали. Я размотала платок и аккуратно начала закапывать дневник на том месте, где вчера на него села. Когда с этим было покончено, я выпрямилась, держась за дерево, и еще раз осмотрелась по сторонам, никого не было.

Отряхнув руки, вытерла их о платок и пошла к дому. Но стоило мне сделать лишь пару шагов, как услышала голоса за спиной, обернулась, и в этот момент меня схватили сильные руки, и крепкое мужское тело прижало к дереву.

Я начала мычать и вырываться.

– Замолчи, а то хуже будет! И не вздумай применять ко мне магию, иначе встретимся в бездне, я зайду на обед.

К дереву меня прижимал мужчина, крепко закрыв мой рот рукой.

Я притихла, уж очень убедительно он говорил про бездну.

Голоса приближались, сейчас уже можно разобрать, что они говорят.

– Сейчас поймаем ведьму, если красивая, то сначала позабавимся, а потом отведем к Освальдеру, если нет, то мешок на голову, и станет красивой, – ржали они как кони.

Мой рот сжали сильнее, видимо, думая, что я сейчас проявлю женскую солидарность и начну их убивать за такие мысли.

Но нет, куда мне, если бы он меня отпустил, я бы просто сбежала, куда глаза глядят. Подальше от них троих и отсюда.

Мужские голоса приближались к нам, и их ржач был уже очень близко, когда я услышала бульк! И удары по воде, в которой явно кто-то тонул. По всему судя, они попали в болото и сейчас в нем тонули. Ну таким негодяям туда и дорога, я бы стала их спасать.

– А теперь я пойду отпускать их души, а ты беги отсюда подальше и не высовывайся до утра, я очень зол, девочка, не стоило трогать мою вещь, – от него прямо пахло могильным холодом, он пробирал до костей.

Меня отпустили, и он резко метнулся к болоту. Я сначала хотела сорваться с места и бежать, но в последний момент любопытство пересилило меня, и я выглянула из-за дерева, схватившись руками за ствол.

Высокий статный мужчина с волосами по плечи, собранными в низкий хвост, шел в сторону болота. Точнее, он шел по болоту так, как будто там тропинка, и его сапоги даже не создавали брызги на воде. Его силуэт в лунном свете выглядел завораживающе, широкие плечи, стройные, в меру длинные мужские ноги и черный камзол, серебряная нитка на котором играла на лунном свечении, и по ней бежал игривый зайчик света.

Он подошел к утопленникам и, вытянув жезл, который нес в руке, ударил им о воду. Тонувшие мужчины сразу перестали биться в попытке спастись и молча ушли под воду с головой.

Когда все было закончено, он начал медленно поворачивать голову в мое сторону, я, залюбовавшись им, не сразу поняла, что сейчас он смотрит уже на меня. А когда поняла, было уже очень поздно.

– Ты не поняла меня? – спросил он ровным тоном.

Я молчала, прижавшись к дереву.

– Беги отсюда и не оборачивайся! – его глаза засветились синим светом.

Я резко оторвалась от дерева и что есть мочи рванула домой, бежала я и правда не оборачиваясь и не разбирая дороги, хорошо что ее и не надо было разбирать, в дом ворвалась и подперев дверь спиной сползла на пол прямо по ней.

Через минуту следом за мной в окно влетел Мирдер и упал на пол.

– Окно закрой, – прохрипел он с пола, не поднимая головы и лежа, раскинув крылья.

## Глава 4

Я сидела на полу и не могла встать, ноги были ватными, страх сковал меня. Уже слишком поздно.

– Что там у вас случилось? – спросил Саргис, открыв глаза.

– Да ничего такого, просто кого-то чуть не убил некромант, а меня он ввел в стазис, и спасибо, что снял свои чары и дал улететь, – пробубнил все еще с пола Мирдер.

– Прости, Мирдер, я не хотела, чтобы так вышло, – подползла я к нему и взяла его на колени.

– В следующий раз не пущу тебя домой с такими находками, нас чуть не убили, – продолжал он.

– Он бы вас не убил до тех пор, пока вы не представляли для него опасность, – со стола умничал гримуар.

– А все указывало на то, что ему сделать это ничего не стоило, – не унимался филин.

– Если бы он и правда хотел вас убить, то пришел бы сюда и сделал это, а он дожидался вас там, значит, верил, что вы сами проявите сознательность и вернете чужую вещь.

– Саргис, прекрати, он явно просто не успел прийти сюда, поэтому перехватил нас там. На болоте мы встретили двоих охотников на ведьм, то есть меня, и когда они начали тонуть, он их убил за секунду, отправив в бездну.

– Значит, они этого заслуживали, поверь мне, девочка, за убиение неповинных некромантам грозит наказание, и очень жестокое. Они могут забирать жизни только тех, кто не достоин жить, либо тех, кому жить осталось считанные минуты, чтобы облегчить их страдания, больше никого. Их миссия – осуществлять связь между миром мертвых и живых, а не убивать все на своем пути.

– Хотелось бы верить, что больше мы с ним не увидимся, потому что достойны жить, – выдохнула я, поглаживая голову филина.

– Если вы оба здесь, значит, достойны, – выдал гримуар.

Я встала с пола и села на скамейку.

Руки тряслись, я понимала, что в этот раз просто чудом избежала гибели, и моя жизнь могла оборваться вот так, не успев начаться.

Настроение было где-то между подвалом и плинтусом. Поднявшись в свою спальню, я села на край бабушкиного сундука.

Долго смотрела в окно, но там все было тихо. Я как будто ждала чего-то или, скорее, чувствовала чье-то присутствие. Ощущение, что за мной кто-то наблюдает, не покидало меня. Неужели некромант решил вернуться и все-таки убить нас?

Но почему тогда медлит? Мог просто снять полог и зайти в дом, раз нашел его.

Интересно, а в бабушкином сундуке есть формула заклинания по усилению полога, ведь если она его ставила, то могла и учесть, что рано или поздно нам придется обороняться, и предусмотреть этот случай.

Я открыла замок и подняла крышку, порылась внутри. Сундук был большой, и в нем лежали все дневники бабушки и мамы. Я долезла почти до низа, когда взгляд зацепился за дневник в красном переплете, который, мне кажется, раньше я не видела, хотя, скорее всего, видела, просто не обращала на него внимания.

Дернув за уголок, я достала его, как и все лежащее в данном сундуке, он был запечатан магией.

Я попробовала стандартное заклинание, но оно не помогло.

Значит, хозяйка дневника не хотела, чтобы его так просто открыли. Но, скорее всего, эта тайна была не от меня, а от всех остальных. Мама говорила, что все ее книги я могу открыть с помощью своей крови. Я кольнула иглой палец и капнула кровью на замочек, он засветился и щелкнул.

Открыв дневник, я сразу поняла, что это.

Это был именно он, ее личный девичий дневник, у меня тоже такой был, но я в нем ничего не писала, было просто нечего. В моей жизни ничего не происходило, кроме зелий, отваров и мазей.

Ну, по крайней мере, до того момента, пока мне на голову не свалился один нахал.

Я провела рукой по листам и понюхала их. От них шел запах маминых духов, которые она делала сама и брызгала ими только когда шла к отцу.

Я прочла первые строки, но в начале не было ничего интересного, там все про их с папой любовь и про то, как она хочет не отпускать его ни на минуту.

Решила, что если я хочу найти что-то ценное, то мне нужны последние записи. Перевернула все листы, где что-то было написано, и, вернувшись назад листов на десять, начала читать.

«Я не понимаю, что происходит, Омирт не приходит уже вторую неделю, я жду его часами на опушке, но его нет».

Мама и правда за пару недель до того, как был найден труп отца, не могла с ним связаться, и он не приходил на их встречи, чего ранее никогда не было. Они оба все годы бежали навстречу друг другу, как будто только вчера влюбились. Я не могла нарадоваться, глядя на них, а потом папа пропал, и через пару недель, поехав в город с мазями, мать увидела статью в газете о том, что советник герцога Викентронии найден мертвым у подножья рубежа, причина смерти – магическое истощение. Но мама сразу не поверила в это, потому что он был опытным магом и хорошо умел контролировать свою магию, ее кто-то выпил. Папу убили.

После этого целый месяц мама ходила по ночам искать следы убийства отца на том месте, где его нашли, но все её старания ничем не заканчивались. Она приходила утром и ложилась спать. Я сама вела все дела по дому, не трогая её и ни в чём не упрекая, пока в одно прекрасное утро не обнаружила, что она не вернулась.

Я побежала на то место, где убили отца, и мать лежала опустошённая, без капли магии, на месте гибели отца, обняв тот холмик, на котором ранее лежало его тело, руками.

Мать хоронили мы с Мирдером. У нас нет помощников, и, естественно, о смерти смешанного мага никто не узнал, потому что все считают, что лесная колдунья бессмертна и живёт тут уже как минимум полвека. А я четвёртая в этом поколении лесных отшельниц.

В тот день над могилой матери я дала честное слово, что найду их убийцу и отомщу за них. Но я была слишком мала, чтобы кому-то мстить, и мы с Мирдером отложили это расследование на потом.

А потом не наступил, потому что я банально занималась своими делами и гоняла офицеров по лесу.

Обучение я тоже бросила с того момента, как не стало мамы, меня просто некому было учить. Мирдер пытался, но я не слушала, забавляться с солдатами было веселее.

Я перевернула ещё три листа и нашла последнюю запись, она была внесена в день её смерти:

«Я нашла следы странной магии, она не похожа ни на одну из стихий, у неё необычный шлейф и запах. Мне кажется, что Омирт был выпит каким-то магическим существом, но это точно не галлак, они не пьют магов, им нужны эмоции, а не сила. Я вообще не знаю ни одного магического существа, которое могло бы питаться магией, но сегодня я возьму пробу магического следа, который уходит под землю на том холме, где он лежал».

Уходит под землю? Странное умозаключение сделала мама. По её мнению, это был какой-то червяк? Все остальное ползает по верху. Или это было существо, которое ползает под землёй по прорытым ходам?

Я схватила дневник и побежала в кухню, где на столе спал Саргис.

– Просыпайся, есть вопрос, – я потербила книгу за обложку.

– Да, Элина, что ты хочешь? – вздохнул он.

– А ты знаешь что-то про магических существ?

– Каких конкретно? – спросил гримуар, зевая.

– Я прочитаю тебе, а ты сам реши, о ком тут речь. Мирдер, ты тоже послушай.

– Я в стазисе, – раздался голос в голове.

– Тогда не слушай! – разозлилась я. – Так вот, слушайте, – я прочитала им вслух последнюю запись матери из её дневника.

– Хм, интересно, – протянул гримуар, махнув закладкой.

– Что-то знаешь?

– Я знаю! Знаю, что не нужно ввязываться в это расследование, пока целы, а то следующей встречи с некромантом мы можем не пережить, – сказал недовольный Мирдер.