Хана Анибал
Соревнования Живых Мертвецов

Соревнование Живых Мертвецов.

Глава 1. Теперь.

– Идем со мной, – сказал Алекс, сжимая ладонь Карлоты. – Ты доверяешь мне?

– Да, – еле слышно пробормотала девушка. У нее кружилась голова от ночи бесконечных танцев в клубе.

Алекс нежно касался кончика женского уха своими губами. Горячее дыхание со сладким запахом алкоголя обжигало кожу. Мурашки прошлись от затылка Карлоты и пропали в глубине живота. Девушка дрожала от предрассветного холода. Она знала, что Алекс никогда не сделает ей больно. Правда, когда фраза про доверие звучала в прошлый раз, Карлота очнулась в больнице. На горизонте появлялись первые лучи красного бледного солнца.

Алекс издал слабый вздох у самой щеки Карлоты. Девушка стояла с зажмуренными глазами, и такая близость ее смутила. Но она ждала этого на подсознательном уровне. Карлота подалась вперед, в сторону Алекса. Чуть приоткрыв веки, она увидела его лицо. Глаза парня неотрывно, с восхищением, глядели на девушку.

– Я не могу поверить, что я рядом с тобой, – тихо, еле слышно пробормотал Алекс.

Карлота не могла найти слов. Ее дыхание участилось, а сердце забилось как бешеное. Алекс положил руку ей на талию и аккуратно притянул к себе. Он нагнулся и нежно прикоснулся губами к виску Карлоты. Она не шевелилась, поэтому Алекс опустил голову еще ниже и поцеловал девушку. Ее губы были горячими и мягкими. Карлота подалась вперед и положила ладонь на затылок Алекса. Она сжала его шелковистые каштановые волосы в кулак и притянула парня ближе. Их робкий и невинный поцелуй превратился в обжигающую лаву. Закрыв глаза, ребята растворились в этом поцелуе. В совсем обычном и многократно повторяющемся со многими партнерами за всю жизнь. Но для Карлоты и Алекса он был особенным.

– Ты не это хотел мне показать, – улыбнулась Карлота.

– Нет, не это. Сегодня последний день, когда можно увидеть звездопад. Но ты красивее всего этого.

– Конечно, я красивее, чем огромные космические булыжники, – засмеялась Карлота, но все равно покраснела. Она никогда не верила, что кто-то по собственному желанию сможет назвать ее красивой. Алекс заметил, как девушка отвела взгляд, и обнял ее крепче. Прикасаясь пальцами к ее горячим раскрасневшимся щекам, парень возобновил поцелуи. Он чувствовал быстрый ритм сердца девушки.

На поле никого не было. Сочная зеленая трава и деревья вдали. Только пение заблудившейся пичужки и журчание реки неподалеку. И все же Карлота боялась.

– Алекс. Пожалуйста. Я не….

Карлота сглотнула и посмотрела Алексу прямо в глаза. Он все понял и не стал с ней спорить. Карлота подумала, что теперь Алекс посчитает ее ханжой. Но ведь так оно и есть. Лучше бы он просто показал ей звездопад и оставил в покое. Она бы и дальше продолжала его любить и в тоже время ненавидеть. Алекс бы продолжал встречаться с другими, но в душе хотел бы быть с Карлотой. Девушка виновато посмотрела на Алекса.

– Прости.

– Ничего. Карлота, слышишь? Все в порядке.

– Вдруг протрезвев, ты поймешь, что не хотел этого, – сказала Карлота.

– Не говори так, – возмутился Алекс. – Я почти не пил сегодня. Не думай обо мне плохо. Ты знаешь меня лучше всех. Я бы никогда не поступил так, тем более с тобой.

Парень бережно коснулся щеки Карлоты и повернул ее лицо к себе.

– Прошу, Карлота, доверяй мне.

Девушка легонько кивнула и потянулась к Алексу. Она поцеловала его, хоть и не могла довериться до конца. Алекс всегда ее обманывал. Он лгал и отталкивал людей. Для него не имело значения, что он ранит этим окружающих. Парень знал, что Карлота никогда не доверится ему полностью, но она отлично притворялась.

Карлота попросила Алекса проводить ее до дома. Парень надел на нее свою куртку. Трава под ногами шуршала, а рабочие просыпались на раннюю смену. Алекс держал Карлоту за руку и мирно болтал с ней. Девушка была счастлива. Впервые за несколько месяцев она перестала страдать и забыла обо всем печальном. Никакие слезы и разговоры не помогали. Завтра все снова станет прежним, но Карлота не хотела, чтобы это утро заканчивалось.

Алекс затормозил у ворот девушки и поцеловал ее на прощание. Он не мог разорвать объятия. Последний поцелуй был долгим и нежным. Парень вдохнул запах женских волос. Апельсиновый шампунь и мягкая сирень. Карлота родилась в сентябре, но была весенним созданием.

– Пока, – прошептала девушка и поцеловала Алекса в сухую щеку. Она прошмыгнула сквозь стонущие ворота в сад. Парень смотрел, как беленькая голова Карлоты скрывается за яблонями. Тяжело вздохнув, он прислонился спиной к забору и протер глаза руками. Его клонило ко сну, но Карлота довела его до высшей точки возбуждения и оставила ни с чем. Алекс еще раз оглядел сонный и тихий дом.

В это время Карлота пробиралась в свою комнату. Ее слегка шатало. Она улыбалась, как ненормальная. Девушка надеялась, что родители и брат не заметили ее отсутствия. К тому же ее брат сам гулял всю ночь, а значит, разбудить его сможет только пушка. Половицы предательски скрипели, но Карлоте было наплевать. Она еще ощущала горячие губы Алекса и его прикосновения на себе.

– Ну и где ты была?

Карлота в ужасе обернулась на громкий грозный голос. Из комнаты брата на нее смотрел Джек. Выражение его лица было хищным. Это напугало девушку.

– Что ты здесь делаешь? – заворчала девушка. – Ты разбудишь родителей.

Джек приблизился к Карлоте и схватил ее за запястье.

– Их нет дома. Они уехали к твоей тете в гости и решили там переночевать. Я привел Вэла домой.

Джек медленно убрал волосы девушки за ухо, нарочно касаясь пальцами ее кожи. Его ладонь на запястье сжалась сильнее. На глазах Карлоты моментально выступили слезы и она погрузилась в воспоминания. Она потерялась в пространстве и во времени. Перед девушкой заплясали картины прошлого. Зеркальный лабиринт, взрывы, дикий смех, боль. Карлота в ужасе смотрела на вздувшиеся костяшки на пальцах Джека. Ее замутило. Когда-то ее руку сжимали точно также. Когда-то, ей делали больно.

– Где ты была? – резко спросил он.

– Какое твое дело, Джек? Отстань от меня, – почти на автомате сказала девушка.

Карлота хотела вырваться и убежать в спальню, но у нее не получилось. Силы покинули тело, а в грудной клетке нарастала паника. Всего лишь одно прикосновение заставило девушку вспомнить то, что она пыталась стереть из памяти.

– Я лучший друг твоего брата. Ты мне как родная, и меня тошнит от того, как ты себя ведешь.

– Прекрати, Джек, – закричала Карлота. Своим шумом она хотела разбудить спящего в комнате брата, но знала, что ее затея обречена на провал. – Джек, ты делаешь мне больно. Отпусти меня. Я ничего не делала, – принялась умолять девушка.

Джек заглянул Карлоте в лицо. Он был пьян и не понимал, с какой силой он сжимает тонкую кисть. Парень не хотел пугать девушку. Он планировал поговорить с ней. Джек даже не осознавал, что сейчас творится с Карлотой. Тревога сжала ее сердце. Мысленно девушка была не дома, а за бетонной стеной, где прошли самые страшные годы ее жизни.

– Джек, прошу. Не трогай меня, – закричала девушка и отшатнулась на безопасное расстояние. Она заметила железную декоративную статуэтку на тумбочке и сделала несколько шагов в ее сторону. Схватила прохладный метал в ладонь.

– Зачем ты так? – спросил Джек. Он в любую секунду мог напасть, а Карлота была зажата в коридоре. – Я не сделаю тебе больно. Я ждал тебя. Ты мне нравишься, и ты это знаешь.

– Нет. Я этого не знала, – твердо сказала Карлота. – Пусти меня, Джек. Завтра ты будешь жалеть о том, что сделал.

На мгновение воцарилось молчание.

– Не буду, – прошептал Джек. Он попытался поймать Карлоту, но она толкнула его. Парень подумывал о том, чтобы прижать девушку к себе и поцеловать ее, но Карлота в ужасе закричала. Девушка не понимала, что Джек ничего ей не сделает. Ей казалось, что ее жизнь сейчас оборвется. Хотелось защитить себя, спастись из плена. Девушке мерещилось, что в комнате спрятаны камеры и они следят за происходящим. Она сжалась от страха. В этот момент что-то тяжелое опустилось на скуловую кость Джека. В коридоре стоял Алекс.

Джек трусливо отпрянул, не давая сдачи противнику. Он перевел мутный взгляд на Карлоту и усмехнулся.

– Серьезно? Алекс, вот чьего лица честно не ожидал увидеть. И как она, Алекс? Хороша?

– Заткнись! – грубый голос Алекса разлетелся по коридору. – Пойдем со мной, Карлота.

Девушка замерла в нерешительности. Взяв себя в руки, она осторожно обошла Джека и вложила пальцы в ладонь Алекса. Джек больше не атаковал. В его глазах читалась боль и разочарование.

– Карлота, пожалуйста. Не уходи с ним. Останься, прошу тебя. С кем угодно, только не с ним, – взмолился Джек, но Карлота уже не слышала его. В слабом туманном состоянии она различала силуэты входной двери и пыльной дороги. Она ощущала себя жидкой и изломанной, как ртуть в градуснике. Единственное, что оставляло ее в сознании, это крепкие руки Алекса. Он всегда ее поддерживал и оберегал. Его лицо и голос спасали в прошлом. Не давали сойти с ума.

Алекс привел Карлоту к себе домой. Девушка молчала всю дорогу. Ее руки тряслись, хоть Алекс и накрыл ее курткой. Карлота очнулась, когда парень открыл входную дверь.

– А твои родители не будут против? – робко спросила девушка. От ее мягкого голоса Алекс всегда терялся. Вот и сейчас он сглотнул и постарался привести дыхание в норму, прежде чем начать говорить.

– Мама на научном симпозиуме, а папе еще два года.

Карлота нервно заморгала. Конечно же, она знала, что его отец сидит в тюрьме за предательство перед нацией. Он лечил нелегалов в больнице. Алекс уже привык к клейму сына предателя. Карлота была так напугана случившимся, что на автомате спросила про родителей. Она собиралась извиниться, но Алекс ее остановил.

Дом парня был большим и чистым. Алекс провел Карлоту на второй этаж и открыл дверь в свою комнату. Девушка бывала здесь в детстве. Потертые синие обои и большая двуспальная кровать у стены. В лучах нового дня комната светилась аккуратностью. Шкаф в углу, книжная полка и пустой письменный стол. Ничего лишнего, ничего вызывающего.

– Может, ты хочешь чаю?

Алекс спросил чисто из вежливости. По состоянию девушки он видел, что она поскорее хочет лечь в постель. Карлота не шевелилась и не отвечала. Парень отыскал в шкафу чистую футболку. Он медленно подошел к Карлоте. С опаской он потянулся и снял с нее рубашку. Полуголая она охватила себя руками, но не сопротивлялась. Алекс надел на нее футболку, стараясь не думать о том, какая перед ним девушка. Как бы парню хотелось прикоснуться к ней, но Джек все испортил. Алекс рассказал Карлоте, что услышал ее крики и сразу прибежал на помощь.

Пока парень расправлял кровать, Карлота сняла джинсы. Края футболки прикрывали бедра. Карлота легла в постель, и Алекс поправил ей одеяло. Он собирался пойти спать в гостевую комнату, но девушка его остановила.

– Пожалуйста, ложись со мной, – Алекс уже стоял у двери, когда услышал слабый голос под одеялом. Он увидел лицо Карлоты в слезах.

Алекс вернулся. Он разделся и лег рядом с девушкой. Секунду подумав, парень обнял ее за талию и прижался лицом к ее шее. У Карлоты была длинная тонкая шея. Девушка не сопротивлялась. Ее дыхание приходило в норму. Алекс вплотную прижался к ней, ощущая рядом хрупкое теплое тело. Между ними не было одеяла, лишь ткань футболки на Карлоте. Девушка повернулась лицом к Алексу и положила голову ему на грудь. Она легонько поглаживала предплечье парня, пока не уснула, а он лежал и смотрел на Карлоту.

Алекс впервые привел в дом девушку. Он знал, что это должна быть именно Карлота. В прошлом он сотни ночей делил тепло кровати с ней, но секс никогда не был частью отношений с Карлотой.

Ребята проснулись ближе к полудню. Точнее, первым проснулся Алекс. Спросонья он не понял, кто с ним лежит. Пару мгновений он тупо разглядывал спящую Карлоту. Парень почувствовал, что прижимается к ее бедру. Девушка практически лежала на Алексе, как кошка на своем хозяине.

Парень вспомнил прошлую ночь и утро. Он расчувствовался и раскрыл перед Карлотой все карты. Он не сказал, что любит ее. Раньше они были врагами. Соперниками. Хотя кого он обманывает? Сколько обещаний он дал Карлоте? Ночами шептал ей клятвы, что всегда будет заботиться о ней и защищать. Алекс разозлился сам на себя. Темная сторона парня зловеще усмехнулась. Вчера он был хорошим, но ведь Алекс не такой. Как бы Карлота ни пыталась его перевоспитать, он не сможет стать таким, каким она хочет его видеть.

От этих мыслей парень грубо затряс Карлоту за плечо. Но когда он увидел ее сонные ласковые глаза, вся злоба улетучилась.

– Доброе утро, Карла, – заулыбался Алекс.

От этого голоса Карлота засияла, но перед глазами вспыхнуло утро и пьяный Джек. Девушка вспомнила статуэтку на столе и ее острый наконечник. Карлота не сдалась бы без боя.

– Я тебя не поблагодарила, – сказала она серьезно, на что Алекс пожал плечами.

– Я еще придумаю, как ты сможешь мне отплатить, – заулыбался парень и погладил подругу по волосам.

– Я придумала, ты можешь довести меня до дома, – засмеялась девушка.

– Твои родители не оценят моего великодушного жеста.

– Тогда оставишь меня на соседней улице, – отмахнулась Карлота, вылезая из кровати.

Она заперлась в ванной комнате и забралась в душ. Девушка схватила шампунь Алекса, принюхиваясь к знакомому запаху. Она помыла им волосы, чтобы остаток дня пахнуть любимым. Когда Карлота вышла из душа, завернутая в полотенце, парень ждал ее. Одетый и готовый к новому дню, Алекс сидел на кровати, нервно сжимая и разжимая ладони. Он уже давно привык к одиночеству и присутствие девушки казалась странным.

Парень заметил на запястье Карлоты пятна от пальцев Джека, и его глаза гневно засверкали. Алекс принес косметичку матери и выудил оттуда тональный крем. Он пытался замазать синяки на кисти Карлоты. Ничего путного не выходило. Карлота не была слабой, но Алекса выводило из себя, что такая девушка должна страдать. Ей хватило испытаний на всю жизнь. Сегодня Карлота была такой солнечной и счастливой, что Алекс не мог сдержать чувств.

– Давай сходим на свидание. Будем только вдвоем.

Казалось, Карлота разучилась дышать, с подозрением поглядывая на парня.

– Ты сейчас честно говоришь? Не смеешься?

– Конечно, честно, – улыбнулся Алекс и поцеловал девушку в губы.

– Тогда пусть это будет настоящее свидание. С походом в кино, а потом в ресторан. И чтобы ты подарил мне цветы. Мне никогда не дарили цветы.

– Хорошо, – засмеялся Алекс. – Тогда в следующую субботу, в день без комендантского часа. Договорились? Встретимся в восемь, в сквере.

– До следующей субботы еще целая неделя, – хмуро задумалась Карлота, но тут же заулыбалась. – Может, за это время я передумаю и не приду.

Алекс самодовольно улыбнулся и снова поцеловал Карлоту. Он знал, что она не передумает. Она была его с самого начала жизни. Какую бы вещь парень ни совершил, кем бы он ни стал, девушка его понимала и принимала.

Есть столько вещей, которые ребята избегали в разговоре друг с другом. Например, последние слова Алекса на финальном испытании – «Я люблю тебя». Эта фраза эхом проносилась в сознании Карлоты. Тогда Алекс верил, что проживает последний день и не прятался за маской. Тогда Карлота видела, какой он на самом деле, и этот образ вырезался на ее сердце.

Алекс довез Карлоту и оставил недалеко от нужной улицы. Он не рискнул целовать девушку в такой близости от ее дома. Карлота попрощалась и выпорхнула из машины.

Она вернулась домой точно к обеду. Ее родители уже вернулись из поездки и сидели за столом. Даже Вэл – старший брат Карлоты, уже встал. Он весело болтал и удивленно посмотрел на Карлоту, когда та вошла. Джек сидел рядом с Вэлом и выглядел менее нормально, чем его друг. У Вэла был талант гулять и пить всю ночь, а на утро быть свежим, как огурчик. Казалось, парню следует поспать пару часов, чтобы вновь встать в строй. Джек был помятым и слегка припухшим. В месте, куда прилетел кулак Алекса, красовался симпатичный синяк. Карлота улыбнулась, заметив такое художество на лице обидчика.

Карлота со многим сталкивалась в жизни. Ее не могла вывести такая мелочь, как вчерашняя выходка Джека. Карлота видела смерть и реки крови. Она собственными глазами видела, как двоюродный брат нападает на девушку. Карлоте пришлось убить и девушку, и брата. Поэтому родители ездили в гости к тете без дочери.

– Где ты была? – поинтересовался отец, доставая еще одну тарелку для Карлоты.

– Да так. Вчера ночью мы гуляли с Аги, и я решила остаться у нее. Утром мы ходили бегать, а потом смотрели фильм.

Девушка покосилась на Джека. Только друг Вэла знал, где она была на самом деле. У парня был виноватый вид. Он с грустью глядел на Карлоту, но молчал.

Родители что-то пробормотали в ответ. Они знали, что в субботу, в единственный день без комендантского часа, никто из подростков не сидел дома. Каждый отрывался, как мог.

– Странно. Мне снилось, как ты кричала, – сказал Вэл. – Я даже испугался.

Старший брат сидел в униформе миротворца, как и Джек. Они были друзьями и напарниками. Миротворцем стать сложно. Вэл долго проходил отбор, чтобы получить эту работу. В общем-то, ему помогли связи Джека и другие обстоятельства. Но парень любил рассказывать истории про тяжкий путь к конечной цели.

– Ты сегодня в смену? – поинтересовалась Карлота. Она нарочно сделала нажим на «ты». Джек был практически членом семьи, что позволяло ему постоянно питаться в их доме.

– Да. Сегодня торчим в доме правительства. Там даже скучнее, чем охранять зону парка. Везде камеры, стой себе как часовой.

Вэл толкнул локтем товарища, но тот молчал. Джек глядел на запястье Карлоты и кольцо оставленных им синяков. Парень побелел, как мел, поэтому девушка убрала руку под стол.

– Как поживает тетя Питс? – поинтересовалась Карлота, избегая взгляда Джека.

– Отлично. Она передает тебе привет.

Вэл и отец учтиво промолчали. Мать Карлоты слегка прокашлялась, и девушка грустно улыбнулась. Конечно же, ей не передавали привет. Никто не захочет терпеть в доме убийцу сына. Ее двоюродный брат Патрик был неблагополучным парнем. С ним было много хлопот, но тетя Питс его любила. Она была его матерью, а он ее единственным сыном.

Карлота решила перевести тему и вспомнила новость.

– А меня позвали на свидание в следующую субботу, – скороговоркой проинформировала она семью.

Все тут же встрепенулись, спрашивая, кто этот счастливчик и кто получит от отца пинок под зад.

– Алекс меня пригласил, – Карлота слегка покраснела, но тут же взяла себя в руки.

– Какой Алекс? – тупо спросила мать, не веря своим ушам.

– Алекс? – переспросил отец.

– У нас в округе всего один Алекс, мама, – ядовито съязвил Вэл и засмеялся. – Ты точно уверена, что он тебя пригласил? Александр Хоул не приглашает девушек на свидания.

– С чего ты взял? – резко спросила Карлота.

– Очнись. Мы ведь когда-то дружили. Я знаю его. Он не мог тебя пригласить.

Девушка потупилась и опустила глаза в тарелку. Раньше Джек, Вэл и Алекс и вправду дружили. Потом парни перестали общаться с Алексом. С ним все перестали общаться, кроме Карлоты.

– И почему он не освободил своего отца, когда ему позволили это сделать? – поинтересовался отец Карлоты.

Девушка не знала ответа на этот вопрос. Карлоте самой было интересно. Она вытащила отца из тюрьмы сразу же, как ей было позволено.

– В любом случае, он пригласил меня в субботу, и я намерена пойти. Он хороший. Правда. Вы просто его не знаете. Хотя бы вспомните, сколько раз он спасал мне жизнь.

Мать и отец замолчали. Вэл собирался что-то сказать, но промолчал. Никто не любил вспоминать Соревнования Живых Мертвецов. Они не были в центре всего этого, как Карлота и Алекс.

Мать говорила, что была уверена в победе Карлоты. Это ложь. Она думала совсем по-другому, когда дочь вытащили ночью из постели и надели мешок на голову. Отец был в тюрьме, а мать находилась в полуобморочном состоянии. Один Вэл пытался помочь сестре, но солдаты избили его. Карлоту посадили в машину и увезли в лагерь. Те месяцы были самыми жуткими воспоминаниями девушки. Соревнование должно было сделать из победителя машину для убийств. Карлота победила, но убивать ей совершенно не хотелось. Вместо этого, она закрыла воспоминания на замок и не открывала их даже самой себе.

Одна смерть следовала за другой, как звенья цепочки. В самом начале маленький ангар был забит до отказа. Ребята спали на голом холодном полу или лежали на кушетках по трое. Карлота и Алекс не сразу нашли друг друга. Когда парень встретил в темноте знакомую белую голову, его сердце упало. На тот момент он не общался с Вэлом уже пару лет, но он точно не желал такой участи его сестренке. Никто никому не желал такого ужаса.

Это были первые и последние Соревнования Живых Мертвецов. Шестьдесят подростков примерно одного возраста. Выбирали малолетних преступников или детей, в чьей семье есть сидящие в тюрьме родители. Отец Карлоты был осужден на пожизненное заключение за предательство перед нацией. Он был мятежником и работал на людей, которые впоследствии свергли власть. Отца Карлоты отпустили бы и без победы дочери. В стране произошел переворот, и многое изменилось.

Двоюродный брат Карлоты – Патрик, был наркоманом и давно числился в списках нарушителей. Алекс же попал по обоим пунктам. Его отец сидел в тюрьме, а сам он частенько устраивал беспорядки и драки. Это были тяжелые времена для всех, и вспоминать о них никто не хотел.

Алекс вернулся домой. Он развалился на кровати, прокручивая в голове моменты ночи. Вот он видит Карлоту на танцплощадке. Ее руки подняты вверх, а тело двигается в медленном чарующем ритме. Почти каждую субботу она приходила в клуб с подругой и танцевала, а Алекс смотрел на нее. В этот раз Карлота была одна. Алекс вышел на свежий ночной воздух и увидел, как девушка выходит вслед за ним. Она не преследовала его. Карлота задыхалась от спертого воздуха в помещении, и, встретившись взглядом с Алексом, замерла. Они стояли и смотрели друг на друга пару минут, и тогда парень решился. Он взял ее за руку и, не говоря ни слова, повел за собой. Они избегали друг друга много месяцев, почти полтора года. Алекс хотел показать Карлоте звездопад. Его было видно даже без телескопа вот уже пару ночей, а мать Алекса уехала для этого в специальную обсерваторию. На этом любопытство к космическим телам прекратилось.

Карлота была такой прекрасной. Алекс не заслуживал ее. Парень с горечью думал о том, что сделал. Он пригласил Карлоту на свидание и совершил громадную ошибку. Она не должна быть с ним. Он монстр. Она тоже была монстром, но смогла исправиться. Алекс не мог.

Карлота помнила, когда Алекс совершил первое убийство. Капитан объявил конкурс на выбывание. Это было третье испытание. Девушка точно знала это. Шоу транслировали круглые сутки и делали обзоры ключевых событий. Каждый корчил гримасу омерзения, когда заговаривали о Соревнованиях, но все тайком смотрели его по ночам. Детей и беременных женщин не допускали к экранам. Психика не каждого взрослого могла это вытерпеть. Огромное количество насилия, крови и издевательств. Вэл признался, что его тошнило после каждого выпуска.

На третьем соревновании было объявлено, что ребята больше не получат пищи и воды, пока кто-то из них не погибнет. Дети терпеливо ждали целый день и ночь. Они сидели в ангаре или на улице и болтали. Никто не хотел умирать, каждый ждал смерти соседа. Было невыносимо терпеть жажду. Среди участников была беременная слабая девушка, и ставки делали на нее. Ночью ребята сидели в полусонном состоянии. На второй день никто не соображал. Время тянулось бесконечно долго. Оставалось еще пятьдесят восемь человек. Они лежали в сарайчике и страдали, пока Алекс со всем не покончил. Шатаясь, он шел по ангару с подушкой в руках. Он подошел к первому попавшемуся парню и опустил подушку на его лицо. Парень сопротивлялся, но у него не было шансов. Все видели, как бьется жертва. Как сильно давит руками на подушку Алекс. Каждый его порицал и ненавидел в тот момент, но никто не остановил. Через пару минут, когда безымянный парень перестал шевелиться и дышать, доставили еду и воду. Алекс совершил первое убийство на Соревнованиях, и оно было не последним. Многие его ненавидели за это, но ему было плевать. Алексу нравилось, что его боятся. Только Карлота и мать продолжали его любить.

Парень точно знал, что Карлота любит его, и не желал этого. Он хотел, чтобы девушка отпустила его. Она должна отпустить прошлое. Алекс усугубил положение, пригласив девушку на свидание. Но он уже придумал, как все исправить. Он не был хорошим. Алекс был Алексом. Самим собой. Ничто не сделает его лучше. Даже Карлота.

Глава 2. Тогда.

3 года назад

Карлота стояла за прилавком и глядела в окно на прохожих. День в магазине тянулся бесконечно долго. Особенно после обеда, когда от еды начинало клонить в сон. Карлота не любила магазинчик, но любила свою маму. Кто-то ведь должен ей помогать. После того как отца посадили за решетку, все изменилось. Заключенный до конца жизни. Конечно, за такой проступок Киома Зов могли и казнить, но у него даже в суде нашлись союзники. Друзья друзей, у кого достаточно власти, чтобы оставить отца в живых. Карлоте и Вэлу даже не пришлось делать татуировки, которые были клеймом для всех детей мятежников. Хорошо, что брат успел окончить школу.

У друга Вэла – Джека – есть связи среди миротворцев, и парни ходят на стажировку. У брата все хорошо, и Карлоте не на что жаловаться. Но после того как отца посадили, в школе за ее спиной постоянно шушукались. И не только дети. Больше это занятие любили учителя.

Отца посадили в конце весны. Мать постоянно плакала. Думала, что в городе все от них отвернутся. Но к семье Зов люди оказались добры. Даже спрашивали, не нужна ли помощь. Покупатели также захаживали в магазинчик, а соседи звали на ужины.

Летом Карлота записалась на школьные курсы. Детей и учителей было мало, и девочке это нравилось. Но, стоя сейчас за прилавком, Карлота поняла, что не хочет идти в школу. Уже конец августа. Листья начинают желтеть по краям. Карлоте хотелось остановить время. Или можно оставить все как есть, только отменить школу? Чтобы на нее больше не смотрели, как на дочь предателя. Ее отец был главным советником мэра и восседал в городской палате. И ему не нравился новый премьер-министр. Киом Зов помогал мятежникам, и правительство об этом узнало. Мужчина всегда умел увиливать от проблем, но на этот раз его поймали по-настоящему.

Каждое утро Карлота и ее лучшая подружка Аги бегали на стадионе. Они не пропускали ни одной тренировки. После Карлота шла на курсы, а потом помогала маме в магазине. Под конец дня у нее уже не было сил. Девушка ожидала другого лета в свои 15 лет.

Среди прилавков смеялись мальчишки, и Карлота следила, чтобы им не взбрело в голову стащить что-нибудь. Уперев локти на стол и подставив ладонь под голову, девушка со скучающим видом смотрела на прохожих через витрину.

В таком небольшом городе многие знали друг друга или хоть раз встречались на улице. Вот идет девушка, которая старше Карлоты на пару лет. Они часто виделись в школе, в городском оркестре или парке. Вот старушка, которая выращивала большие красные цветы во дворе.

Карлота прищурилась. На другой стороне дороги шел Александр Хоул. Парень прогуливался с гордо поднятой головой. Карлота никогда не видела его с одной девушкой дважды. Вот и сейчас рядом с Алексом шла красивая блондинка. Она что-то оживленно рассказывала парню, но было видно, что тот ее совсем не слушает. Алекс не ждал подругу. Девушке приходилось бежать, чтобы не отстать от него.

Когда-то этот парень дружил с братом Карлоты. Девочка и сама любила гулять с Вэлом, Алексом и Джеком. Было весело. Мальчишки ловили змей, гоняли на велосипедах и лазили в заброшенной больнице. Раньше Алекс часто оставался в доме у Вэла. Ребята дружили с детского сада и никогда не расставались.

А потом отца Алекса посадили в тюрьму. Это случилось два года назад. Самая уважаемая семья в городе. Отец – лучший в республике хирург, а мать – ученый. Кто-то пустил слух, что отец Алекса лечит нелегалов. На всякий случай правительство решило все проверить. Доктор Хоул и вправду укрывал семью нелегалов в больнице как пациентов. Его посадили в тюрьму на 7 лет. Людей казнили и за меньшие преступления, но отец Алекса был настоящим талантом в своей профессии. В отличие от семьи Карлоты, семья Хоулов стала отвергнутой. Мать с отцом запретили Вэлу общаться с Алексом.

А теперь Вэл сам стал изгоем. Равновесие сторон пришло к одному результату.

Раньше Алекс был круглым отличником и состоял в команде по плаванию вместе с Вэлом. Но два года назад, после того как ему сделали татуировку, эмблему предателя на плече, парень перестал быть прежним. Он начал устраивать беспорядки на каждом углу, бросил школу или еле окончил ее. Девушка точно не знала.

Алекс остановился, чтобы сказать что-то подруге и заметил Карлоту. Его темные глаза замерли на девушке. Карлота остолбенела. Она почти год не видела Алекса. У нее хорошо получалось избегать парня на улицах, но Карлота помнила все. Например, то, что его карие издали глаза на самом деле ореховые и теплые, как чашка травяного чая зимним вечером, что он ненавидит пчел и помогает в доме престарелых. Раньше помогал. Заметив Карлоту, Алекс улыбнулся и приветливо ей помахал. Рука девушки дернулась. Она подняла ладонь, но не стала махать в ответ. Что-то остановило ее.

Колокольчик на входной двери зазвенел, и Карлота дернулась от неожиданности. Мальчики вышли из магазина и, прыгая через бордюры, побрели дальше. Карлота снова посмотрела в сторону Алекса. Парень не отводил от нее взгляда, словно ожидая чего-то. Карлота ждала того же. Ее дыхание сбилось.

– Дорогая, куда ты смотришь?

– Да так, ничего особенного.

Мать Карлоты строго глядела на дочь.

– Вот и хорошо. Тогда, пожалуйста, обслужи клиентку.

Карлота непонимающе смотрела на мать, пока не осознала, что перед ней уже как полминуты стоит их соседка миссис Сперов. Женщина выпучивала глаза от нетерпения. Пробив по кассе продукты и отдав сдачу, Карлота еще раз оглядела улицу. Алекса не было. Вместо него девушка почувствовала на себе чужой взгляд.

Неподалеку стоял припаркованный черный автомобиль. Карлота плохо разбиралась в марках, но на таких машинах ездили люди из министерства или работники служб надзора. Сидевший внутри мужчина был в темных очках, но Карлота знала, что он смотрит на нее. Поняв, что его раскрыли, человек быстро дернул головой в другую сторону. Через минуту автомобиль скрылся за углом. Карлота не смогла разглядеть номеров, но водитель показался ей странным. Девушка пообещала себе рассказать об этом Вэлу, но через полчаса мужчина уже вылетел из ее головы.

Магазин находился не очень далеко от дома, но Карлота с матерью все равно укорачивали путь через соседские дворы. Мысли девушки были далеко. Ее глаза ловили оттенки орехового цвета. Она всегда жалела Алекса. Парень уже сидел пару месяцев за решеткой. Ходили слухи, что он начал выпивать.

Когда Карлота с матерью вернулись домой, Вэла еще не было. Старший брат всегда возвращался к ужину. Это его особый дар: гулять хоть до рассвета, но приходить именно тогда, когда накрывают на стол. Вот и сейчас. Вэла нет дома, пока мать пытается порезать замерзший кусок мяса.

– Мам, давай помогу.

Мать посмотрела на Карлоту, как на сумасшедшую.

– Ты даже банку с медом открыть не можешь. Иди лучше в сад, нарви морковки и укропа. Помой на улице, чтобы землю домой не заносить. Я только вчера полы мыла.

Карлота быстрее вышла на улицу, закатив глаза. Она ведь не виновата, что в матери ей попалась самая ворчливая женщина. Девушка вышла через заднюю дверь в маленький тенистый садик. Живая изгородь закрывала часть солнца. Ровные грядки и большие теплицы создавали четкие линии. Даже в саду их семья соблюдала невероятную аккуратность.

Карлота с мамой возились на кухне еще два часа, пока не пришел Вэл.

Место отца за столом пустовало. Глаза Карлоты постоянно возвращались к старому деревянному стулу. Раньше за столом шутили и смеялись, болтали о том, как прошел день. Сейчас мать молчала как рыба и уходила в себя, словно она была мыслями с отцом в камере.

Карлота решила взбодрить семью. Она прошла в гостиную и открыла крышку пианино. Вэл сразу встрепенулся. Мать села в кресло, и ее лицо озарила улыбка. Они любили слушать, как Карлота играет. Тонкие длинные пальцы выдавали веселую мелодию. Вэл закрыл глаза и прилег на диван. Его сестренка была талантливой.

Мать пошла спать. Карлота тоже клевала носом, но ей не хотелось ложиться рано в летний день. Девушка решила поболтать с Вэлом. Набрав печенья, ребята засели перед телевизором. Свет в зале был выключен. На улице загорались последние лучики солнца.

– Я видела Алекса, – сказала Карлота. Она не стала упоминать, что парень плотно занял ее мысли на весь вечер.

– Ты с ним говорила?

– Нет. Он проходил мимо магазина и помахал мне. Говорят, он сидел, ты не знаешь?

Вэл покосился на сестру.

– Мне откуда знать. Этот придурок всегда был без мозгов. Давно я его не видел. Не понимаю, что творится у него в голове.

Эти слова Карлоту разочаровали. Вэл знал Алекса с детства, но не мог понять бывшего друга. Карлоте казалось, что она-то как раз и понимает Алекса. Его боль, копившуюся годами в глубине сердца. Эта боль была такой тяжелой, что мозг ни о чем другом и думать не мог. Почему Карлота чувствовала чужие страдания, а Вэл их не замечал? Брат старше девушки всего на три года. Иногда эта разница в возрасте была незаметной. Сейчас же она превратилась в пропасть с развалившимся мостом.

Оставив брата, Карлота пошла спать. Надев сорочку и расчесав волосы, девушка выглянула в окно. Солнце давно село. На горизонте вспыхивали яркие огни. Отблески дальней грозы. На улице стояла такая духота, что Карлоте не хватало воздуха. Сегодня ей было страшно засыпать. Какое-то предчувствие мешало разумно соображать. Плотнее задернув шторы, Карлота поскорее легла в постель.

***

Алекс больше часа лежал в кровати и не мог уснуть. И это его бесило. Его раздражали правила и комендантский час. Конечно же, слушаться не обязательно, но мать попросила Алекса немного успокоиться. Остановиться. А ее об этом попросила полиция. Полицейские – это одно, а вот миротворцы – те еще ублюдки. Алекс еще не попадался им, а то давно бы получил дубинками по спине на городской площади.

Свет от приближающейся грозы мешал Алексу уснуть. Мать парня уехала на научный съезд, и он остался совершенно один. Конечно, можно было позвать какую-нибудь девушку, только Алекс пообещал себе никогда не приводить их домой. Они все шептались за его спиной. Называли его отца мерзким, предателем, мусором. Это все остальные – мусор. Люди все лицемеры. Особенно бывшие друзья.

Бывшие друзья. Их было не так много, но казалось, они будут на всю жизнь. Сегодня парень увидел одного из старых друзей. Карлота Зов. Она даже не друг, а сестра старинного приятеля.

Почему-то мысли Алекса остановились на Карлоте. Ее светлых волосах и голубых глазах. На мягких, чуть приоткрытых губах. Фантазии парня резко оборвали. Алекс поднял голову с кровати. В доме послышались шорохи. Кто-то ходил по первому этажу. Раздался стук входной двери. Скорее поднявшись, парень бесшумно подобрался к шкафу. Там лежала железная бита.

Нащупав в темноте рукоять холодного металла, Алекс осторожно приоткрыл дверь в коридор. В доме стало тихо. Парень подумал, что ему показалось. Может, он забыл закрыть окно, и в кухню пробрался кот?

Внизу что-то упало. В доме было темно, как под землей. Лишь отблески молний оставляли мутные тени на стенах. Алекс быстро вышел из спальни и подошел к лестнице. Теперь он отчетливо слышал шепот и мягкие шаги в отцовском кабинете. Грабители – не такая уж и редкость в их время. Много бродяг и эмигрантов. Много детей без присмотра, чьих родителей казнили или посадили. Вот только все в городе знают чей это дом, и по собственной воле никто сюда не сунется. Алекс зашёл в гостиную. Мышцы на руках напряглись. Они где-то здесь.

«Кто бы ни пробрался в дом, ему точно не поздоровится», – думал про себя парень.

Неожиданно в комнате ударил яркий луч света. Алекс зажмурил глаза. Со всех сторон послышались крики. Отобрав биту, люди в форме заломили руки парня за спину и посадили на колени. Алекс не успел опомниться, как ему надели мешок на голову. Что-то тяжелое ударило в висок.

Карлота проснулась от кошмара и приступа удушья во сне. Снова вернулось дурное предчувствие, которое преследовало девушку днем. В испуге открыв глаза, она прижала руки к сердцу и принялась осматривать комнату. Все спокойно. Только сова ухает за окном, да сверчок шуршит на лужайке. Стараясь восстановить дыхание, Карлота перевернулась на другой бок. Она не могла вспомнить, что же ей такого страшного приснилось. Девушке редко снились кошмары, и она их не запоминала. Все хорошо, все спокойно. Глубоко вздохнув, девочка задремала, но скоро проснулась. Она вздрогнула от неожиданности.

На первом этаже зазвучал громкий мужской голос, за ним – слова матери. Кто-то закричал. Мама. Карлота полностью проснулась и села на кровать. Края сорочки задевали холодный пол. Девушка хотела выйти из комнаты, но остановилась. Теперь она отчетливо слышала свое имя. К крикам и протестам матери прибавился голос Вэла. Тяжелые сапоги стучали по лестнице. Карлота уже слышала нечто подобное, когда ночью пришли за ее отцом.

– Пожалуйста. Стойте. Оставьте мою семью в покое, – молила мать. Тогда и теперь. А затем девушка услышала то, что заставило ее сдвинуться с места.

– Карлота, беги!

Девушка подбежала к окну, попыталась распахнуть раму. Она слышала, как ломятся в ее дверь. Старое окно не поддавалось. За спиной послышался треск дерева. Дверь выламывали. Карлота схватила настольную лампу и со всей силы зашвырнула в стекло. Не обращая внимания на осколки, девушка вскарабкалась на подоконник. Ее поймали за шкирку и заволокли обратно в спальню. Чьи-то грубые руки тащили девочку. В испуге Карлота начала звать на помощь. Где-то совсем рядом были слышны крики матери и Вэла. Девушка видела только высоких мужчин, их руки и их массивные туловища. Карлота упиралась, как могла. Она хваталась пальцами за кровать, за ковер, но через пару мгновений ее уже волокли по лестнице. Ее тащили на руках, но девочка вертелась как червяк. Уже на улице Карлота увидела возле дома белый фургон.

– Карлота! Остановитесь, что вы делаете? – за спиной девушка услышала разъяренный голос Вэла. Ей удалось повернуть голову, и она увидела, как брат пытается пробиться к ней. Кто-то из мужчин в черной форме замахнулся и со всей силы ударил брата по лицу. Вэл рухнул на землю, его принялись бить ногами со всех сторон. Больше девушка разглядеть не могла. Она так орала, что в ушах звенело. Уже в фургоне ее нос сдавили мокрой тряпкой и надели мешок на голову. Девушка потеряла сознание.

Карлоте показалось, что она не засыпала. Кто-то усердно тряс ее за плечо. Девочка не сразу поняла, где она находится. Ей хотелось сказать матери, чтобы та дала поспать еще пять минут. А затем девочка открыла глаза, и воспоминания ужасной ночи обрушились на нее. Карлота поглядела на незнакомую девушку рядом с собой. Она была одета в пижаму, а на лице читалось непонимание происходящего и напряжение. Девушка что-то спросила, но Карлота ее не поняла. Она оглядела себя. Все еще в сорочке и босая. По краям белая ткань покрылась грязью. Карлота лежала на траве рядом с обшарпанным домом. Около девочки на земле повсюду лежали люди. Кто-то уже проснулся и старался растолкать других, как девушка, будившая Карлоту.

– Ты меня слышишь?

– Что? – Карлота смогла сфокусировать взгляд на незнакомке.

– Ты знаешь, как мы здесь оказались? Ты кто?

– Я не знаю, что происходит. Где мы?

Бессвязный лепет Карлоты утонул в гомоне голосов. Девушка уже не слушала. Она пыталась разбудить следующего человека. Карлота поднялась на ноги. Все спали на зеленой лужайке, обнесенной высоченным забором. Народу вокруг было много, и у всех такой вид, словно их только вытащили из постелей. Что здесь происходит? Карлота принялась оглядывать людей, но она никого не узнавала. Никаких взрослых. Нет матери, отца и Вэла. Ни одного знакомого лица. В маленьких городках все друг друга знают, но этих людей Карлота видела впервые. Одно лицо высветилось через несколько секунд. Девушка тут же побежала, стараясь не наступать на руки и ноги. На земле среди прочих лежал двоюродный брат Карлоты.

– Патрик! Патрик, очнись!

От облегчения у Карлоты подкосились ноги. Хоть кто-то знакомый. Патрик жил в соседнем городе, и в последнее время она редко видела его, но сейчас это не имело никакого значения.

Карлота принялась яростно тормошить Патрика, пока тот не открыл глаза.

– Карла? Ты как? Где мы?

Парень прижал ладонь к кровавому пятну на щеке. Серые глаза не могли уловить одну точку, чтобы смотреть хоть куда-то.

– Они тебя побили? Я не знаю, кто это был. Они пришли к нам ночью и избили Вэла. Все хорошо, тебе не больно?

– Нормально. Бывало больнее.

Карлота помогла Патрику подняться. Многие уже встали и принялись оглядываться, задавать вопросы, паниковать. Кто-то подошел к зданию. Маленький белый домик с крышей в центре поляны. Теперь Карлота видела, что он больше походил на ангар или сарай. Двухстворчатые двери были закрыты. Хотя какое это имеет значение? Похитители не обращали внимания на закрытую дверь в спальню ночью. Карлота еще слышала треск дерева и вопль матери. Зачем ее забрали? Она ни разу в жизни не нарушала правил. Ее поведение было идеальным. В отличие от Патрика. Видимо, он мотался всю ночь, раз был одет в потертую куртку, джинсы и новые черные ботинки. В такое время дорогую обувь достать сложно, но тетушка Питс всегда старалась ради сына.

Патрик казался припухшим, а белки глаз покраснели. У Карлоты болело все тело. Ей хотелось есть, да и в горле пересохло. Карлоту передернуло от испуга.

– Что это? У меня на шее? Мне что-то нацепили.

Почти незаметный квадратик чуть ниже подбородка.

– У тебя такой же, – Карлота разглядела на шее Патрика квадратик ткани, который сливался с цветом кожи, как пластырь.

– Помоги снять эту гадость. Карлота, что это?

Хотела бы она знать. Тут никто ничего не знал, все спрашивали друг друга. Вопросы, бесконечные вопросы. Один за другим. И море людей на грани истерики. Девушка попыталась было снять пластырь, но ткань намертво приклеилась к коже.

Участок земли был обнесен высоким бетонным забором с проволокой на вершине. Никаких излишков, совершенно обычная поляна. Местность украшали только пара кустов да старое трухлявое дерево без листвы. Ангар был построен из камня и дерева. Старая крыша из шифера покрылась приличным слоем коррозии. Где-то неподалеку щебетали птицы.

Пока Карлота и Патрик возились с пластырями, остальные разбрелись изучать окрестности. Воздух разрезал писклявый звук, да такой громкий, что пришлось зажать уши ладонями.

– Что за… – Патрик сморщил лицо, пытаясь перекричать мерзкий звук.

Помехи прекратились, и появился громкий, звучный голос, идущий откуда-то из-за забора.

– Доброе утро, детишки! Надеюсь, все хорошо спали? Вам жутко интересно, почему мы вас сюда привезли. Прошу всех собраться около дерева.

Когда ребята подошли к дереву, то не знали, куда смотреть. Голос шел откуда-то сверху, поэтому все глядели в пространство между небом и забором.

– Еще раз доброе утро, детишки. Я очень рад приветствовать вас в моем доме. Меня зовут Капитан. И теперь все вы мои друзья! – завопил голос в восторге.

– От его голоса у меня мурашки по коже, – прошептал Патрик. – Говорит, как будто бритвой режет. Он не Капитан, а Дикий Клоун.

– Правда, чудесно? Поздравляю всех вас, с сегодняшнего дня вы участвуете в Соревнованиях Живых Мертвецов. Все вы участники нового телешоу. Периметр этого загона напичкан камерами. Улыбнитесь, вас снимают! Если кто-то попытается перебраться через забор, то его ждет смерть. На каждой стороне стоят вооруженные охранники. Так, на всякий случай. На вашем месте я бы не проверял. Теперь все вы Живые Мертвецы. Это соревнование наше миролюбивое государство придумало специально для таких, как вы. Вы все малолетние преступники или дети преступников. И сегодня первый день наказания. В соревнованиях есть правила. Знайте, что домой вернуться всего двое из вас. Разве не здорово?

Голос разразился ледяным хохотом.

– Один из счастливчиков вернется домой уже сегодня. У каждого из вас на шее есть небольшой чип. Не пытайтесь его снять. Это невозможно. На его обороте написан номер каждого из участников. И сегодня, по этим номерам, мы будем разыгрывать путевку домой. Это же весело, ну же, улыбайтесь. Камеры уже снимают вас. Теперь вы звезды родных городов и деревень. Наша великая республика гордится вами.

На ближайшей стене появился выступ. Оттуда выехало большое красное колесо с блестящими шариками по краям. Колесо было поделено на части и отмечено цифрами. В центре горела серебряная стрелка. Карлота вспомнила колеса фортуны на местных ярмарках. Цифры на колесе кончались на шестидесяти и начинались снова. Карлота оглядела поле. Рядом с ней толпилось пятьдесят девять человек, и все ждали. Но как понять, кто победил, когда ты не знаешь номера?

Колесо само по себе дернулось и завертелось. По полю понеслась веселая мелодия.

Колесо вертелось и вертелось, все затаили дыхание. Кроме Капитана. Он напевал какую-то мелодию. Колесо стало замедляться, и стрелка, улавливая каждое число, медленно обходила его стороной.

– Еще чуть-чуть. Еще, – кричал Капитан.

Стрелка медленно остановилась на цифре сорок три. Неожиданно что-то бабахнуло. В конце толпы закричали. У одного из парней разорвало шею. Брызги крови попали на лица стоящих рядом. На месте пластыря зияла огромная дыра, из нее фонтаном брызгала темная кровь. Хватаясь за шею и задыхаясь, парень повалился на траву. Кто-то пытался ему помочь. Карлота хотела побежать на помощь, но Патрик схватил ее за руку и прижал к себе. Вскоре парень утих, а его глаза остались широко раскрытыми.

– Вот и наш первый победитель. Номер 43.

В земле у забора автоматически открылся люк.

– Прошу вас отнестись к пареньку с уважением и выбросить его тело в трубу, чтобы мы отвезли победителя домой.

Все стояли. Кто-то упал в обморок. Карлота застыла на месте и не могла отвести взгляда от тела.

– Раз уж вы оказались хорошими гостями, я дам вам ключи от дома.

Двери ангара сами собой открылись.

– Вы все весело проведете со мной время. А пока что, до завтрашнего дня, мои друзья.

Алекс лежал на одной из коек вместе с девушкой и тощим парнем. Он ощупывал пальцами пластырь на шее. Вчера был убит номер сорок три, сегодня Капитан не объявлялся. Летнее солнце еще не до конца село, струясь в раскрытые двери ангара.

Алекс догадался, что пластырь заминировал сонную артерию. Но как снять его? Парень понятия не имел. Он переживал за мать, которая должна была вернуться с поездки. И что она обнаружит? Пустой дом и сына в телевизоре.

«А где Алекс? Да ничего особенного, вот, лежит и думает, как снять взрывчатку с шеи. Доктор Хоул можете, не беспокоиться».

Алекс лежал, разглядывая лица других. Ребята сновали по ангару. Кто искал место для сна, кто ложился там, где стоял. Парень резко сел, вглядываясь в конец здания. Возможно, ему показалось. Что-то знакомое и светлое. Такое теплое. У Алекса защемило сердце.

«Только не ее, пожалуйста. Пусть это будет не она. Мне только кажется. Это не может быть она», – молил про себя Алекс.

Но он уже увидел ее лицо. Медленной походкой по проходу шла Карлота Зов. Ее светлые, почти белые волосы волнами падали на хрупкие плечи. Карлота обнимала себя, словно замерзла. Алекс сглотнул, в горле пересохло. Карлота была последним человеком, помимо его матери и отца, кого бы он хотел тут встретить. Она никому в жизни не сделала зла. За годы дружбы с Вэлом малышка Карла стала ему как сестра. Она всегда улыбалась и смешно барахталась в воде, потому что не умела плавать. И это слабое солнечное создание здесь, вместе с преступниками. У создателей соревнования крыша поехала? Карлота здесь не протянет. Алекс встал с койки, на его место тут же легли. Он неотрывно глядел на Карлоту, будто она могла раствориться как мираж, если он закроет глаза. Обходя людей и спотыкаясь о них, он шел к девушке. Алекс надеялся, что у него начались галлюцинации.

Карлота осматривалась в поисках места, но, уловив на себе чужой взгляд, заметила Алекса. Парень замер на секунду. Живая Карлота. Ее глаза напоминали синий океанский лед. Алекс видел его на картинках у матери на работе. Увидев парня, Карлота остановилась. Ее нижняя губа задрожала. Казалось, девушку сейчас разорвет от сдерживаемых эмоций. Этого Алекс стерпеть не мог. Быстрыми шагами, сократив расстояние, он скорее обнял девушку. С силой прижал ее продрогшее тело к себе. Он услышал, как Карлота зарыдала у него на груди. Ее всхлипывания превращались в стоны ужаса. Дрожа всем телом, девушка не могла держаться на ногах, словно она хранила все в себе, старалась храбриться и быть сильной или, по крайней мере, притворяться сильной.

– Карлота, – прошептал Алекс. Он мягко коснулся губами ее волос. – Карлота.

Алекс повторял имя сотню раз, боясь выпустить девушку из рук и оставить ее совсем одну.

– Карлота, все будет хорошо. Теперь я с тобой, – Алекс целовал ее волосы, лоб, мокрые от слез щеки. Парень старался стереть соленые следы, целуя глаза Карлоты.

– Все хорошо. Верь мне, все будет хорошо.

Карлота кивала, не в силах произнести ни слова. Она поскорее утерла щеки, стыдясь своей слабости.

– Я не очень рад тебя здесь встретить, – усмехнулся Алекс. Карлота слабо улыбнулась.

Позже в ангар вернулся и Патрик. Он целый день ходил вокруг забора, решая загадку четырехметровой изгороди. Ребята легли втроем на пол, в самом углу. Алекс надел на Карлоту куртку, чтобы она не замерзла. Эта куртка была не его. Алекс снял ее с мертвого парня, прежде чем запихнуть тело в железную трубу. Никто не обратил на это внимания. Все были заняты собой и своим горем, от осознания скорой кончины. Алекс по этому поводу горевать не собирался. Он привык бороться за свою шкуру и не особенно боялся смерти. Правда, он не хотел оставлять мать совсем одну. Но она сильная женщина, она может все пережить.

В животе Алекса заурчало. Их кормили три раза в день, оставляя маленькие порции в ящике, который поднимался из земли. Поле было усеяно тайными трубами и тоннелями. В темноте замигали красные лампочки маленьких камер на потолке.

– Ты думаешь, они нас видят? – шепотом спросила Карлота. Алекс удивленно повернул к ней голову. Он думал, что она давно уснула.

– Конечно же, видят, – пробубнил сквозь сон Патрик. – По-любому, они делают на нас ставки.

– Патрик, – возмутилась Карлота.

– А что? Я бы так делал.

Карлота отвернулась к стене и молчала, пока Патрик не захрапел. Алекс не мог уснуть. Он смотрел в потолок, слушая равномерное дыхание людей.

– Ты ведь так не думаешь?

Алекс снова повернулся к девушке. Он не заметил, как Карлота перевернулась и подвинулась поближе к нему. Ее глаза с мольбой глядели на Алекса, будто искали поддержки. Алекс не хотел лгать. Но как он мог лишать эту девочку надежды?

– Мы найдем способ убежать отсюда. Я обещаю, мы выберемся. Главное – держаться вместе. Хорошо?

В темноте Алекс почувствовал, как Карлота подвинулась еще ближе. Нащупав его ладонь, она сжала ее покрепче.

– Знаешь, мне ужасно страшно. Эти два дня были как в тумане, но сейчас мне стало легче. Спасибо тебе.

Алекс не понимал, за что его благодарят, но промолчал. Вскоре дыхание Карлоты стало глубоким. Она уснула, прижавшись носом к плечу парня.

Ночью Алексу снился его дом. Он слышал мелодию старой колыбельной, которую ему в детстве пела мама. Звуки превращались в треск костра и шорох крыс под полами. Алекс сидел в кабинете отца и хотел найти выход из комнаты, в которой пропали все двери. В последней надежде он открыл большой старый шкаф и увидел в нем Карлоту, с завязанными руками и тряпкой во рту. Алекс поскорее вытащил девушку и положил ее на стол. Почему-то ему не хотелось отпускать Карлоту. Он вспомнил, что сам ее связал и спрятал подальше от любопытных глаз. Проведя ладонью по ее тонкой шее, Алекс увидел лицо девушки и остановился. В красивых глазах читалось безразличие. Смирение. Алекс отпрянул от Карлоты, а стены в комнате задрожали. Девушка освободилась от веревок и, спустившись со стола, стала медленно подходить к парню. Карлота звала его как привидение.

– Алекс. Алекс.

Алекс проснулся.

– Алекс, вставай, – тихий голос Карлоты заставил парня открыть глаза. Девушка нависла над лицом, легонько дергая его за локоть. – Все уже проснулись. Скоро пришлют еду.

Ребята завтракали на улице, сидя на траве, когда по полю разнесся громкий игривый голос.

– Доброе утро, детишки! Ну же, не будьте такими невоспитанными. Скажите «Доброе утро, Капитан», – голос тараторил, чтобы ребята с ним поздоровались.

– Сегодня у нас новое задание. Больше никаких путевок домой. Одного из вас мы уже вернули к родителям, но почему-то они не обрадовались. Поиграем в догонялки. Проигрывает тот, кто последним добежит до домика. Правда, весело? Вы будете в восторге, и нашим зрителям должно это понравиться. Начнем на счет три. Прямо сейчас.

– Что, прямо сейчас? – прошептала девушка около Патрика.

– Раз, два, ТРИ! – закричал Капитан.

Глава 3. Теперь.

Всю неделю Карлота пребывала в неописуемом восторге. Ее подруга Аги устала от нескончаемого потока бурных эмоций. Карлота старалась никому не надоедать, но ее улыбка и витание в облаках говорили сами за себя. Каждые десять минут ее мысли возвращались к Алексу.

Целыми днями Карлота сидела дома или помогала матери в магазине. После Соревнований она решила бросить школу. Девушку преследовали любопытные взгляды. Карлота теперь ничем не занималась. Ее родители были в шоке от решения, которое приняла их дочь, но они смирились. Карлота частенько запиралась в спальне и забиралась в самый тёмный угол. И днем и ночью ее преследовали видения. Девушка старалась не обращать на них внимания и жить дальше.

Для свидания она пошла в магазин и купила новое платье. Вэл пытался вразумить сестру, но после неудачных попыток прекратил это дело.

Карлота стояла под вечерним ярко-красным небом и ждала Алекса. Она поглядывала на большие часы, которые висели в сквере. Девушка нарочно пришла позже, но Алекс опаздывал. На дороге показался знакомый автомобиль. Про Алекса говорили, что он не освободил отца, зато купил крутую машину. Карлота увидела, что Алекс сидит не один. По крайней мере, место около него было занято. Когда автомобиль резко затормозил перед девушкой, она увидела в машине знакомое лицо Сури. Как всегда вызывающе накрашена и сильно жующая жвачку, Сури с презрением оглядела Карлоту. На заднем сиденье был еще один парень. Карлота много раз видела его в городе и в магазинчике матери. Он был старше, чем Вэл и Алекс.

Чего-то во всем этом Карлота явно не понимала. Или, наоборот, она поняла все очень хорошо. Алекс смотрел на нее через стекло и ухмылялся. Карлота поджала губы и спокойно залезла в автомобиль. Села рядом с незнакомым парнем. Девушка не знала, что у Алекса есть друзья или просто знакомые, которых парень может терпеть.

– Привет, – Алекс повернул голову к Карлоте. – Ты знакома с Сури и Фликом?

– Да, мы знакомы, – Сури даже не повернулась к девушке, зато ее тягучий голос был отчетливым и холодным.

– Я встретил Сури и подумал, почему бы нам не сходить на двойное свидание. Флик давно хотел с тобой познакомиться.

Флик радостно посмотрел на Карлоту. Алекс же глядел на девушку с вызовом. Если он ждал, что Карлота сдастся и убежит домой, он глубоко ошибался.

У Карлоты все разорвалось внутри. Она что-то весело прощебетала в ответ, не осознавая своих слов. Алекс глядел на нее, но это был не он. Не тот парень, который был с ней на Соревнованиях и который привел ее к себе домой. Не этот Алекс звал ее на свидание.

Флик всучил Карлоте жиденький букет тюльпанов. Парень был взрослым, и неизвестно откуда он тусовался с Алексом. Большие зубы и сухое вытянутое лицо вызывали в Карлоте горечь. Парень молчал и пялился на Карлоту, пока Сури болтала не умолкая. По наставлениям самой Карлоты, Алекс привез их в кинотеатр. В фойе все на них глядели и перешептывались. Карлоту еще никто не видел в такой компании. Все знали, что Сури вешалась на любого встречного парня. Флик пытался обнять Карлоту, но девушка незаметно отодвинулась. Алекс нарочно держал ладонь на пояснице Сури, с улыбкой глядя на Карлоту. Флик выбрал какой-то кровавый ужастик, и никто, кроме него, фильм не смотрел. Карлота с кошмаром осознавала, что парень восхищается каждой оторванной в фильме ногой. Что она здесь забыла? Что? Алекс проверял ее на стойкость или мучил ее? Карлота сидела между Фликом и Сури. Ее тошнило от всего происходящего. Краем глаза она видела, как Алекс целует Сури. Флик хотел пойти по стопам соседей, но Карлота вжалась глубже в кресло. Она обменивалась вежливыми фразами с Фликом, стараясь не терять самообладание.

Карлота умоляла про себя, чтобы фильм поскорее кончился. Но после кинотеатра последовал поход в местное кафе. Пытка продолжалась. Карлота хотела притвориться, что у нее болит голова, но тогда бы ей засчитали поражение.

– Тебе нравятся мои духи? – Сури терлась об Алекса, и, по-видимому, парню это нравилось.

Флик постоянно расспрашивал Карлоту о Соревнованиях: каково ей было участвовать в них, как это – убить человека.

– Какого цвета мозг? – поинтересовался Флик, когда Карлота поднесла ложку с мороженым ко рту. Девушка еле терпела безумную болтовню Флика, стараясь отвлечься на еду. Алекс и Сури куда-то ушли.

Карлоте казалось, что она начала сходить с ума. Она ясно осознавала, что ее кавалер – озабоченный маньяк, любящий кровь и убийства. Конечно, Флик сделает сладенькое лицо и начнет отнекиваться: мол, я никогда не смотрел Соревнования, и у меня не спрятана запись всего шоу на диске. Флик жаждал знать все подробности и бесцеремонно расспрашивал Карлоту. Он не понимал, что девушке больно вспоминать весь тот ужас. Флика интересовала различная точка зрения: смотреть программу по телевизору или самому участвовать в ней. Карлота не сомневалась, что этот ненормальный парень первым бы вызвался жить за оградой. Слава богу, отсеивание и выбор кандидатов проходил без огласки, а то экран заполонили бы такие психи.

Эфир в те времена крутили на двух каналах. На одном соревнование шло онлайн, без перерывов на рекламу. На государственном канале передачу показывали после субботнего выпуска новостей, оглашая только интересные события шоу. Кто-то умирал почти каждую неделю. И теперь Флик заставлял Карлоту вспоминать.

Алекс и Сури вернулись довольные. Они перешептывались и смеялись. Нервы Карлоты были на пределе. Она сидела как на иголках. Крошка еды не шла в горло, а слова Флика приводили в ярость. Девушка сжимала кулаки под столом.

– Ну как? Веселишься? – надменный голос Алекса был как яд. Плюс к этому шел мерзкий смех Сури и ухмылки Флика. Парнишка положил руку на спинку стула Карлоты. Терпение улетучивалось, как воздух из шарика.

– Простите, мне нужно идти, – роняя стул, Карлота пулей выбежала из ресторана, оставляя позади удивленного Флика.

Распахнув дверь и глотая ртом свежий вечерний воздух, девушка закрыла глаза руками. Она пыталась сдержать в себе непрошеные слезы. Желудок скрутило от приступа тошноты, и Карлота согнулась пополам. Вэл предупреждал ее. Алекс был так очевиден в своем поведении, а Карлота этого не заметила. Она поверила в прекрасное раскаяние и попала на собственную пытку.

– Что скажешь? Понравилось? – Алекс вышел вслед за Карлотой. Он улыбался и с презрением глядел на девушку. – Ты же знала, что так все и будет. Я не умею любить людей. Они мне не нужны. Одного вечера с человеком достаточно. С тобой же я провел намного больше, так что с тебя хватит.

– Остановись, – Карлота все-таки заплакала. Ее тихий голос умолял. Алекс на секунду засомневался. Он знал, что поступает ужасно. Его разрывало на кусочки. Его тошнило от Сури. Он боялся оставить Карлоту наедине с Фликом. Но Алекс делал это, чтобы вернуть Карлоту к нормальной жизни. Она не может любить его. Это всего лишь побочные воспоминания и страх к новой жизни. Доверие к другим людям умерло, и Карлота искала поддержку у того, кому она верила больше всего. Полтора года он избегал девушку и не сдержался.

– Остановиться? Если тебе не хватило, мы можем поехать ко мне домой. Я с тобой пересплю, и, возможно, ты от меня отстанешь.

– Прекрати, Алекс. Ты не…

– Какой? Я не такой? Боюсь тебя огорчить, любимая, но я всегда был таким.

Карлота обессилено смотрела в пустоту. Тяжело вздохнув, она отошла от Алекса. Парень уже обрадовался, что победил, но девушка вернулась к нему.

– Если я соглашусь с тобой поехать, расскажешь мне, почему ты не вытащил отца из тюрьмы?

Алекс усмехнулся.

– Милая, это я делаю огромное одолжение, приглашая тебя к себе. Все знают ответ. Я не захотел, вот и не помог отцу. Мне плевать на него. Зато после Соревнований я получил автомобиль.

У девушки в голове вертелись вопросы: почему она вообще согласилась на свидание? Что она до сих пор тут делает?

Карлота больше ничего не сказала. Она развернулась и ушла. Алекс улыбался ей вслед, но когда девушка завернула за угол, он посерьезнел. Не имело смысла возвращаться в ресторан. Парень постоял еще пять минут у дверей, а потом ушел, оставляя Сури и Флика наедине.

Его грызла совесть и чувство потери. Ладони дрожали от страха. Он не знал, куда теперь пойдет Карлота. Алекса мучила неизвестность. Парень всегда переживал и беспокоился за девушку. Он любил Карлоту. Любил всем сердцем. И оттого он так жестоко ее мучил. Она не могла принадлежать ему. Карлота должна оставаться мечтой – далекой манящей и яркой, как звезда. Алекс шел к себе и пинал камни. Он размышлял, правильно ли поступил, хотя все уже было сделано.

Холодный ночной воздух был для Карлоты спасительным. Он приводил девушку в чувство, возвращал силы. Легкие были благодарны, зато разум нет. Девушке хотелось раствориться в удушающей тьме. Слезы текли ручьем. Карлота громко плакала. Ей делали больно тысячу раз, но Алекс переступил черту. Ноги сами несли девушку. Через дорогу играла оглушающая музыка. Ночной клуб и гусеница очереди перед железными дверьми. В мельтешении тел Карлота увидела Аги и поплелась к ней. Единственным правильным решением в тот момент казалось найти утешения у подруги.

– О Боже, что с тобой? – Аги взволнованно оглядела Карлоту. – Откуда ты? Я думала, ты пойдёшь на свидание с Алексом.

– Я и была там, – сказал уставший, надломленный голос, полный слез и горечи. Аги содрогнулась, услышав слова Карлоты. Блестящие платья и короткие юбки казались неуместными. Цвета потускнели, а неоновые вывески слепили. Пока Карлота рассказывала, что с ней произошло, Аги старалась стереть слезы с лица подруги. Толпа вокруг шумела и двигалась, как морская волна. На ум Карлоте пришел их тесный ангар в первые дни Соревнований.

– Я говорила, что Алекс – козел, – злилась Аги. Ее черные глаза искрились молниями. У подруги появилась идея вернуться в ресторан и избить Сури и Алекса, но Карлота отрицательно покачала головой. Она решила следовать старым действенным методом: танцевать до самого утра, забыться в смоге и громкой музыке, забыть о Соревнованиях, Алексе, своих слезах и этой жалкой любви.

Когда девушки спустились в подвал клуба, то скрылись в самом сердце толпы. Карлота убежала танцевать, но даже ритм музыки отбивал в ее мыслях: «Алекс, Алекс, Алекс».

Карлота не знала, сколько времени прошло. Аги давно скрылась из виду. Скорее всего, она пошла домой, оставив подругу одну. Или девушка сама убежала от Аги, чтобы не слышать ее слов сожаления.

Когда Карлота вышла на воздух, ее шатало. Девушка не знала, который сейчас час. Солнце еще не появилось, но тьма стала рассеиваться.

– Ненавижу, – Карлота бормотала про себя. Она решила вернуться в ресторан. Хотелось наорать на Алекса, сделать ему больно. Как и предполагалось, ресторан в это время был закрыт, но внимание девушки привлек блеск металла на парковке. Глаза Карлоты засверкали, а рот растянулся в жесткой усмешке.

Алекс ушел домой пешком. Ему чертовски хотелось подышать воздухом и прийти в себя после безумного вечера. На парковке совершенно один стоял автомобиль Алекса. Парень мог освободить отца из тюрьмы, но вместо этого выпросил у нового правительства машину. И теперь Карлота шла по пустынной дорожке к любимому автомобилю Алекса с надеждой на скорою месть. Дверь на водительское место была открыта. Девушка нашла ключи в бардачке. Алекс всегда был самонадеян. Ему и в голову не приходило, что машину могут угнать. А кому это надо? В городе знали, кому принадлежит автомобиль. Никто по собственной воле не подходил к машине. Все знали, где Алекс хранит ключи. Парень сам делился этой информацией направо и налево, словно хотел избавиться от машины. Карлота со вздохом благоговения погладила руль. Кожа и едкий запах горючего. Это и был ее план? Карлота повернула ключ. Двигатель отозвался слабым рокотом. В салоне загремела музыка. Девушка собиралась отъехать куда-нибудь в лес, чтобы Алекс переживал за автомобиль. Он бы обязательно разорался. В полном бешенстве обрушил бы свою злость на Карлоту. Они бы поругались, и у девушки появится повод ненавидеть парня еще больше. Карлоте хотелось окончательно понять, что Алекс – плохой человек. Его не исправить, не починить или купить новую версию в магазине. Ну почему она никого не слушала? Да, он был ранимым и добрым, но прятал себя под маской. Карлота боялась его масок, потому что не носила их сама.

Аккуратно выезжая с парковки, девушка направилась к дому Алекса, чтобы проехаться под его окнами, но струсила делать это. Карлота петляла по городу. Миротворцы знали, чей это автомобиль, и не останавливали девушку. Карлота и Алекс могли делать все, что им вздумается. Против них было совершено одно из самых жестоких преступлений – их лишили человечности.

Начался проливной дождь. Капли стеной рушились на стекло, мешая разглядывать дорогу. Вместо того чтобы остановиться, Карлота врубила на всю громкость приемник и надавила на педаль газа. Чертово свидание! Девушка ругала себя за то, что вообще доверилась Алексу и сунула нос, куда не следовало. Порывшись в бардачке, Карлота обнаружила пачку мятных конфет. Она зажевала целую кучу – все, что смогло уместиться во рту. Пара-тройка слезинок непроизвольно вытекали из глаз. Девушка не обращала внимания на такие мелочи. Ее ничего больше не волновало. Еще чуть-чуть, и Карлота могла сорваться, чего не происходило со времен Соревнований.

Это случилось через пару месяцев после начала. Приближалась зима. Карлота тогда проснулась раньше всех и вышла из ангара, вглядываясь в тяжелое свинцовое небо. Настроение у девушки было паршивым. Она подняла с земли маленький камень и кинула его в камеру. Резкий звук бьющегося стекла и рассыпавшиеся по земле осколки. Раз – и готово. И Карлота взорвалась. Девушка принялась крушить все на своем пути. Она перевернула деревянный стол и скамейки, начала сбивать камнями камеры. Девушка отключилась, предавшись поражающей мозг ярости. Карлота очнулась, когда ее руки были в собственной крови. Камеры быстро наладили, а детей наказали.

Автомобиль чуть не съехал с дороги, и Карлота вывернула руль. Стараясь восстановить дыхание, девушка начала подпевать мелодии из колонок. Куда она едет? Зачем? Карлота уже ничего не знала. Хотя нет, одно она знала точно: ей хотелось поскорее вернуться домой – к маме, папе и Вэлу. Не важно, какой сейчас час. Это единственные люди на Земле, которые всегда будут ей рады.

– Я полная идиотка, – усмехнулась девушка себе под нос и улыбнулась.

В ее жизни случались вещи похуже любовных драм. Повернув машину в обратную сторону, Карлота решила поставить ее обратно на парковку.

Капли дождя били девушку по лицу через полуоткрытое окно. Без этого стекла машины потели. Почти вся мокрая, Карлота успокаивалась. Теперь она точно знала, что делать. Больше не было злости на Алекса, осталось разочарование и усталость. Девушка медленно вела автомобиль, желая поскорее вернуться в теплый и уютный дом. Вдруг, на секунду, перед глазами Карлоты промелькнула тень большой птицы. Мощные крылья врезались в лобовое стекло, треснув его. Карлота закричала и отшатнулась, выпуская руль из рук. Что-то попало под колесо. Девушка ощутила резкий толчок и больно ударилась головой о панель. Машина потеряла управление и заскользила по мокрому асфальту. Карлота попыталась выровнять движение. Перед автомобилем появилось темное ограждение. Карлота с ужасом осознала, что дальше будет обрыв и глубокое небольшое озеро. Девушка попыталась открыть дверь, но было поздно. Машина с тягучим металлическим треском переворачивалась. Карлота не успела ничего понять, как от сильного удара у нее потемнело в глазах. Автомобиль перевернулся и скатился в озеро. Салон быстро наполнялся водой. Девушка закричала, но в горло полилась гнилая холодная вода. В ушах зазвенело. Перед глазами расплылись красные круги. Сквозь собственное сердцебиение Карлота чувствовала, что проваливается во тьму. Или, наоборот, она летела к небесам. Это были последние ее мысли. Девушка ощущала, как смерть приближается к ней. Она уже хватала Карлоту за шею цепкими сильными пальцами. Сколько раз девушка убегала от смерти, не сосчитать. Карлота погрузилась в плотную тьму. Вода была настолько ледяной, что девушка перестала чувствовать тело. Воздух в легких кончился. Карлота закрыла глаза.

Глава 4. Тогда.

Алекс сидел под деревом, разглядывая остальных участников соревнования. Подростки бесцельно бродили по периметру загона. После того, как он убил первого попавшегося под руку парня, его стали избегать. Даже Карлота с Патриком перестали с ним общаться. Они не понимали, что он спас их от голодной смерти или от другого человека, который бы рискнул убить.

Убивать оказалось сложно. Алекса мучила совесть, а ведь парень даже забыл, что она у него есть. Совесть? Даже не она, а страх того, что о нем подумают отец и мать. Особенно отец. В тюрьмах наверняка показывали передачу, чтобы родители видели, как страдают и умирают их дети. Что за чушь! Зачем все это? Алекс выпрямил спину и встал с места.

После смерти первого парня люк для тел в стене больше не появлялся. Когда Капитан объявил догонялки, Алекс не терял времени. Он поднялся на ноги, когда услышал мерзкий высокий голос из колонок на изгороди. Алекс сразу все понял. Он собрался бежать на моменте, когда Капитан пропищал «Один», но он не оставил Карлоту. Схватив девочку за руку, парень потащил ее к дому. Некоторые не поняли и остались сидеть как приклеенные, остальные побежали. Все толкались, старались добежать первыми, со страхом оглядывались назад. Алекс держал Карлоту за руку, и оказавшись в тени крыши, вздохнул с облегчением. Через пару секунд на улице послышались выстрелы и женский крик. Визг, от которого в жилах застыла кровь. Карлота закричала вместе с девушкой и скорее зажала рот рукой. В ангар забежали все. Та девчонка была последней. Еще пару часов ребята не выходили, а когда рискнули и открыли двери, то увидели тело. Девушка лежала животом вниз. Ее шея была продырявлена взрывчаткой, а спина и голова покрывались ранами от пуль. На траве красовалось маленькое озеро из яркой липкой крови. Девочке не дали шанса. Почему она прибежала последней? Может, кто-то поставил ей подножку, или она сама споткнулась.

Алекс посмотрел наверх и увидел на вершине стены людей. Миротворцы носили серую форму. Эти мужчины одеты похоже, только цвет формы был черным. Рука каждого сжимала винтовку. По пять человек на каждую сторону.

Капитан что-то болтал о новых соседях и их веселом нраве. С тех пор охранники со стены не исчезали. Они посменно караулили и предостерегающе наводили ружья, если кто-то пытался перебраться через стену или делал что-то подозрительное.

Дети ждали, когда в стене появится труба, чтобы выкинуть тело, но ее не было. Никто не трогал мертвую девушку. Она лежала на пороге целый день, пока парни не унесли тело в дальний угол загона. Ребятам нечем было копать могилы.

Капитан сказал, что девушка была номером 3. На стене ангара начался счет погибших. Никто не знал имя первого парня. Он так и остался номером 43. Кто-то наскреб имя девушки камнем на стене. Дарья – 3.

Почти неделю была тишина, потом в контейнеры с едой положили листы и карандаши.

– Доброе утро, мои дорогие друзья. Вы спрашиваете себя, зачем вам карандаши? Я решил быть добродушным хозяином и сделать вам небольшой подарок. До обеда вы можете написать три предмета, которые вам нужны. Мы постараемся все достать. Взамен вы должны слушаться меня и жить по правилам Живых Мертвецов. Вам все ясно, мои золотые?

Алекс предложил Карлоте написать теплую одежду. Девушка ходила в сорочке и стучала зубами от холода по ночам. Еще Алекс предложил написать ей нож, но девушка не захотела. Она не глядела в будущее, как парень. Алекс стал понимать, к чему приведет эта игра. Их натравят друг на друга и заставят убивать. Нет, Карлота не выживет здесь. Алекс с горечью осознал это, когда девушка, пытаясь написать слово, сломала карандаш. Даже с его помощью Карлота не протянет. Она была одной из самых маленьких в загоне. Возраст участников начинался с 16 лет.

Алекс предлагал поделить список на троих, но Патрик отказался и ушел в другую часть периметра. Ясно, что он собирался написать. В последнюю неделю Патрик стал совсем невыносим. У парня началась ломка, и его выворачивало наизнанку. Трясущиеся руки, сильное потоотделение и ужасный характер. Патрик кричал, лез драться, а Карлота его терпела. Алекс бы давно спровадил парня, но для девушки он был важен. Ей даже повезло, что у нее был здесь родной человек. Или не повезло.

Алекс написал нож, мыло и спальный мешок, удерживающий тепло. Неизвестно, сколько продлятся Соревнования. В живых еще столько человек, а скоро осень. Алекс просил то, что смог бы носить с собой. На следующее утро все обещанное было приготовлено. На лужайке появился большой деревянный стол со скамейками. Видимо, детям пустили газ, чтобы никто в загоне не проснулся. Вместе с завтраком ребята получили посылки со своими именами. Карлота поступила мудро. Она попросила одежду, обувь и аптечку с лекарствами. Патрик получил заветную коробку со своим именем и скрылся в кустах.

Пару недель после этого события царила тишина. Капитан взял за привычку здороваться с ребятами во время завтрака. Соревнования Живых Мертвецов шли по телевидению почти месяц, а потом был конкурс на вылет, где Алекс совершил первое убийство. Это было вчера.

Алекс не мог прийти в себя. Его ладони тряслись, но он старался не подавать виду. Парень все еще слышал радостные вопли Капитана. Зато все поели, это ведь самое главное. Чтобы все в этом проклятом месте были сыты! Алекс, что с тобой? Он не мог уснуть ночью. Его не пугал мертвец, которого скинули в угол вместе с девушкой. Лопату попросить никто не додумался. Алекса пугал Капитан и его вознаграждение.

«Парень, ты молодец. Ты понял настоящие правила Соревнований. Теперь ты мой любимец. Уверен, семья и город тобой гордятся. Держи сладкий приз».

После этих слов открылся люк и оттуда посыпались конфеты, стража на стене тоже начала кидаться ими в Алекса. Град из блестящих оберток дешевого шоколада. Голодные дети стали ловить конфеты и поедать их горстями, а Алекса затрясло.

«Шоколадный град в твою честь, мой сладкий мальчик», – ревел в восторге Капитан.

Алекс снял с трупа одежду, и никто ему ничего не сказал. В отряде стали появляться лидеры, и парень был не в их числе. Его можно было отнести к ряду отшельников. Даже здесь Алекс умудрился создать себе дурную репутацию.

– Ты убил того идиота? – к Алексу подошел Патрик.

– А ты где был? – спросил парень.

– Какое это имеет значение? Меня отрубило на пару дней, и я этому рад. Я могу и с тобой поделиться. Когда мои запасы кончатся, я буду психовать, но сейчас я щедрый. Будешь?

– Нет, спасибо, – брезгливо ответил Алекс.

На ночь, он как всегда, устроился на полу. Карлота ушла в другой конец здания. Алексу было ужасно тоскливо. Он не мог больше лежать. Парня душил затхлый воздух. Выйдя на улицу, он опустился на траву, вдыхая ночные запахи.

Алексу было страшно. Сидя в темноте, он смотрел на далекие звезды. Красные огоньки камер следили за каждым движением. Алекс не шевелился. За домом, на той стороне, лежала его жертва. Парень задушил его подушкой, чтобы их покормили и дали воды.

Что-то за спиной Алекса зашуршало. Парень не стал поворачивать головы. Рядом с ним опустилась Карлота. Девушка села немного подальше, но теперь Алекс не был один. Они сидели и молчали, лишь сверчки трещали где-то за стеной.

– Я не собираюсь… – начала говорить Карлота, но Алекс ее остановил.

– Пожалуйста, не надо, – парень поднял руку, призывая девушку замолчать. – Не хочу, чтобы они слышали это. Давай посидим в тишине.

Карлота метнула взор в сторону камер и стены. На вершине тлели маленькие огоньки сигарет.

Так прошла эта ночь, а за ней еще и еще. Дети перестали различать дни и недели. Ребята пытались отмерять время, считая дни на стене, но никто не следил за насечками, которые появлялись. Могли сделать несколько полосок за день. Случались дни, когда календарь забывался.

Смертельная опасность под номером четыре произошла неожиданно. Карлота еще спала, когда на улице раздался выстрел и глухой удар. Он многих разбудил и поднял на ноги. Рядом с деревом лежал корчившийся от боли парень. На животе багровело кровавое пятно. Одному богу известно, зачем он полез на дерево и почему стражники его только ранили, а не прикончили на месте. Ребята затащили бледного парня в сарай и принялись ждать завтрака, на котором Капитан придумает очередное наказание.

В последнее время Карлота держалась особняком. Старалась избегать Патрика и Алекса.

Она знала, что Патрик наркоман, и без дозы он становится невыносимым. Теперь же парень лежал и бредил на деревянном полу дома или безудержно хохотал. Карлота удивлялась, как у него до сих пор остались таблетки или что он там принимал.

Алекс после убийства того парня был Карлоте противен. Девушка понимала его поступок. Без жертвы их бы продолжали морить голодом и издеваться. Ведь тогда даже в туалетах и душе отключили воду. Она всегда с налетом ржавчины и грязи, но пить хотелось. Алекс спокойно принял отчуждение и ходил один. Его все сторонились, как чумного. Так Карлота и осталась одна, зато она познакомилась с двумя девочками. Хоть какая-то компания. Тара и Надя. Таре было почти восемнадцать, и ее наказали за то, что она забеременела. А мать Нади торговала оружием на черном рынке. Девушки пригласили Карлоту спать с ними на кушетке. Теперь вся группа ела вместе за одним столом. Погода становилась все холоднее. В воздухе чувствовался сладкий запах осени и вонь от погибших на другой стороне загона.

Пока Карлота и Алекс общались, они долго гадали, где находятся. Алекс считал, что их тюрьма рядом с границами республики, подальше от городов, в глубине лесов. Деревьев не было видно, но если прислушаться, то можно уловить шелест листьев и щебетание птиц. Еле уловимое, почти невесомое.

Алекс сидел на траве. Он пытался поймать далекие звуки, но болтовня остальных мешала. Внезапно появился треск помех. Парень напрягся и посмотрел на одну из стен изгороди.

– Доброе утро, малыши!

– Доброе утро, – полушепотом ответила пара голосов, но Капитану этого хватило.

– Вы меня огорчаете. Моим зрителям скучно. Вы ведете себя отвратительно. Вы ничего не делаете. Сидите без дела и объедаете меня! – прокричал обозленный голос. – Сегодня один из вас решил подняться на дерево и посмотреть, что там за стеной. Скажите ему, чтобы больше так не делал. На этот раз я его прощаю.

На поле воцарилась тишина. Послышался тихий вздох облегчения.

– Но, – взвизгнул самодовольный голос, – вы должны понести наказание за него, и вот моя новая арена.

Стенки забора зашевелились, открывая дверь. Все повставали с мест, чтобы лучше разглядеть, что там. Очередной пустой квадрат поля, обнесенный бесконечной стеной. Алекс даже не удивился. Организаторы Соревнований были лишены фантазии.

– Прошу на арену номер 59 и 60. Начнем с конца. Витай Роган и Надя Гроста, прошу вас зайти на арену.

Новая подруга Карлоты задергалась. Понимая, что бежать некуда, она поднялась со скамьи. Один из парней тоже встал и пошел в сторону открытых дверей. Как только ребята зашли, дверь за ними захлопнулась. Теперь голос Капитана разносился на той стороне.

– Деритесь, мои дорогие. Кто из вас выживет, тот и выйдет с арены. Время пошло.

Над полем нависло напряжение. Всем хотелось посмотреть, что же там происходит. Ребята затаили дыхание. Сколько так продолжалось? Алекс понял, что пролетели часы, потому что у него затекла шея. Он сидел в одной позе, сжав ладони в кулаки. Дети притихли. Были слышны стоны раненого парня в доме.

Карлота запомнила Витая. Мальчика, что ушел в загон с Надей. Он был общительным и успел со всеми познакомиться. Он был одним из тех, кто попал сюда из-за родителей, а не по своей вине.

Ребята ждали весь день. Закат окрашивал бетонные стены в алые и оранжевые цвета.

«А ведь это место так похоже на ад», – думал про себя Алекс. После завтрака он сел под деревом и оставался там до темноты. Сквозь опущенные веки он следил за остальными обитателями. Видел, как Карлота и еще несколько людей пошли помогать парню с ранением. Алекс с детства мечтал стать врачом и частенько ходил с отцом в больницу. Ему хватило мимолетного взгляда, чтобы понять: этому парню долго не протянуть. Рана на животе была большой, а крови мало. Совсем скоро этот бедолага начнет захлебываться собственной кровью. Не нужно быть доктором, чтобы сложить два и два. На месте Карлоты, Алекс не тратил бы лекарства.

Все легли спать, так и не дождавшись возвращения Нади или Витая. Ближе к рассвету бетонный забор сдвинулся, но никто этого не услышал, кроме Алекса. Парень уснул под иссохшим деревом. Хромающая тень вышла с арены. Двери за ней захлопнулись. Человек тащил за собой тяжелый сверток. Застывшее тело волочилось за победителем, цепляясь за камни и теряясь в траве. Алекс следил за тем, как тень отнесла мертвеца на трупную гору и, вернувшись, села за стол. Человек не пошел спать в ангар. Обессилено опустив голову на скрещенные руки, тень затряслась в беззвучном рыдании. Алекс привстал, но передумал и не пошел в сторону одинокой фигуры. Он услышал стук. Монотонный звук снова и снова повторялся. Человек за столом не спал, а стучал головой о столешницу. Сидя в темноте безлунной ночи, Алекс слышал звук удара дерева о кость.

Карлота смотрела на бледного мальчишку, который вчера упал с дерева. Его желтые пустые глаза глядели на дыру в крыше. Холодные пальцы были скрючены. Никто не пришел на помощь бедному парню. Рана на животе открылась сильнее. Он не звал на помощь, а лежал и ждал конца. Хотя кого ребята обманывали? Сразу было видно, что парень умрет. Карлоте не было жалко лекарств, которые она на него потратила. Наоборот, нужно помогать и стараться, даже если смотришь в глаза провалу. Многие вышли на улицу, но девушка не торопилась. Она не хотела знать, кто вчера победил: номер 60 или 59? Как можно выбирать из двух живых людей? Несколько парней сказали, что отнесут тело после завтрака. Бедолага лежал на кровати и разглядывал хмурые облака.

Когда послышался звук подъемника, Карлота вышла из ангара. За столом вместе со всеми сидел Витай. Значит, он убил. Ему пришлось убить. Красные глаза парня горели, руки тряслись. Он глядел в пустоту перед собой. Остальные дети старались его игнорировать, как и Алекса. Избегая смотреть на него, ребята брали контейнеры с завтраками и садились подальше от Витая. Он все равно не собирался кушать.

– Как вышел с той стороны ночью, так и не встает.

Карлота повернулась назад и встретилась взглядом с Алексом. Он стоял у нее за спиной.

– Я взял тебе завтрак. Вдруг кому захочется добавки, а ты не выходишь.

– Никол умер, – Алекс заметил, что лицо Карлоты стало опухшим от слез.

– Кто? Парень с дерева?

Карлота нервно кивнула головой. И почему она плакала? Оплакивала новую приятельницу или незнакомого ей парня? Ничего больше не сказав, Алекс толкнул Карлоту к столу и заставил ее есть. С каждым днем еда становилась все отвратнее и скуднее. Жидкая серая каша вызывала отторжение. Алекс впихивал в себя и в Карлоту эту отраву, чтобы у них были силы. А они им необходимы. Алекс ощущал это в воздухе. Что-то назревало и прорастало не за стенами загона, а внутри. Ребята стали коситься друг на друга. Теперь они поняли, что чужая смерть продлевает твою жизнь. Алекс догадался об этом на второй же день. Как все просто. Развлечение на потеху зрителям, или для устрашения. Странно, но теперь от Алекса не шарахались, когда он подходил близко.

– Приветствую вас, мои драгоценные. Разве не прекрасное утро? Я счастлив сообщить, что сегодня из игры выбыли номер 59 и 9. Несравненная милашка Надя Гроста и Никол Шелоб, наш маленький прыгун с деревьев. И я хочу поздравить героя этого дня. Поздравляем тебя, номер 60. Я тебя люблю. Мы тебя любим!

Из люков на вершине стены, как град, посыпались конфеты. В блестящей фольге они больно стучали по головам. Алекс посмотрел на Витая. Тот ничего не замечал вокруг себя. Капитан продолжал выкрикивать поздравления.

Алекс помнил, что чувствовал, когда на него также сыпали конфеты. Парню хотелось удавиться. Казалось, он мог сжечь себя изнутри. И это было страшно.

Еще два тела пополнили гору. Там точно скоро появится гора, это было очевидно.

Ребята стали расходиться. К Витаю никто так и не подошел, кроме Алекса. Тот принес парню завтрак, распаковал коробку и положил рядом ложку. Алекс нахмурился.

– Все будет хорошо, – зачем-то сказал он и собирался уже уходить, как Витай схватил его за рукав.

– Я не хотел этого, – парень повернул к Алексу большие влажные глаза. Алекс еще раньше заметил, что лоб Витая стал сплошным синяком, а волосы покрыло легкое серебро. – У меня не было выбора.

– Я знаю, – ответил Алекс. – Я тоже не хотел делать этого, но я спасал себя и других.

Витай кивнул головой.

– Мы сидели. За стеной была еще забор. Мы были на поле, а вокруг нас разбросали оружие, словно мы дикари какие-то. Люди так не поступают. Мы сидели и болтали. Я не хотел ее убивать, честное слово. Нам приказали драться, или на рассвете убьют нас и наши семьи. Мы не хотели этого делать, – голос Витая дрожал. Он говорил сбиваясь, словно помешанный.

– Она просила убить ее, а я отказался. Я уснул, – парень набрал в легкие больше воздуха, чтобы продолжить. – Она попыталась убить меня. Напала с ножом. Мы стали драться, и мне пришлось.

Лицо Витая исказила гримаса боли. Парень зарыдал, закрыв ладонями глаза. Алекс тоже закрыл веки. Не в силах больше сидеть рядом с Витаем, парень ушел.

Глава 5. Теперь.

«От его голоса у меня мурашки по коже. Говорит, будто бритвой режет».

Режет. Остро, как нож, как бритва! Бритва!

Карлота заметалась на постели, и открыв глаза, закричала что есть сил.

– Бритва режет. Голос как бритва. Он режет! Он рядом. Алекс! Спаси меня! Кто-нибудь! Пожалуйста! – девушка хотела убежать, но чья-то рука прижала ее к кровати.

– Карлота, все хорошо. Ты с нами. Успокойся.

Отец старался удержать дочь, а его спокойный голос подчеркивал каждое слово:

– Все хорошо. Ты с мамой и папой. Твой брат тоже здесь.

Вэл в ужасе глядел, как его сестренка, бледная и с безумными глазами, не может прийти в себя. Наконец ее взгляд сфокусировался на лице матери.

– Мама, я опять была там. Мне снился Патрик и голос. Заставь его замолчать! – Карлота разрыдалась. Отец с матерью пытались успокоить дочь. У нее стучали зубы. От такого натиска они могли раскрошиться. Прижимая руки к сердцу, девушка мотала головой из стороны в сторону, как загнанный в смертельный капкан заяц.

Она пришла в себя только через час. Медсестры предлагали вколоть успокоительное, но этого не понадобилось. Когда силы стали покидать девушку, а слезы кончились, Карлота вернулась к реальности. Она часто так пропадала: сидя в углу или под столом в темной спальне, обняв колени и разговаривая сама с собой. Иногда она отключалась и глядела в пустоту, не воспринимая происходящее вокруг себя. Карлота могла вести себя нормально несколько месяцев, но бывали дни, когда она срывалась. Вэл боялся таких дней больше всего. Он понятия не имел, что ему делать. В ванной у зеркала лежало снотворное в ампулах. Только Вэлу не хотелось колоть сестру, как дикого зверя. Брат удивлялся, как Карлота и Алекс не сошли с ума. Как они смогли пережить все это. Вэл понять не мог.

Карлота так и осталась в постели. Теперь она осознала, что лежит в больничной рубашке, с пластырем на лбу, с перебинтованными запястьями и левой ногой. Стены белой комнаты были покрыты корочкой старой краски. Приборы около железной кровати отсчитывали утихающий пульс.

– Почему я в больнице, мам?

Раклин Зов тут же отреагировала и сжала ладонь дочери.

– Ты съехала с дороги на машине Алекса и упала в озеро. Сильно изрезалась стеклом. Ударилась головой. Ты разве не помнишь? Ты не приходила в себя два дня. Но ничего, теперь все хорошо.

Обеспокоенное лицо матери заставило Карлоту порыться в памяти, отчего застучало в голове. Но девушка все вспомнила. Вначале пришли злость и отчаяние, затем появился образ Алекса и его слова, его поступки, все, что Карлота так любила и ненавидела. Жгучая ненависть заставила девушку украсть автомобиль. Потом был дождь, бедная сова и приближающаяся толща воды. Карлота вспомнила, как умирала, глотала воду в надежде почувствовать кислород в легких.

– Кто меня вытащил?

– Один из миротворцев. Он осматривал периметр и заметил тебя, – сказал Вэл. – Он отвез тебя в больницу и сразу позвонил мне. У парня уже заканчивалось дежурство. Хорошо, что он оказался рядом.

– Милый мальчик, он даже приходил сюда, спрашивал о твоем самочувствии, – прощебетала мать и тут же осеклась.

«В отличие от Алекса», – пронеслось в голове у Карлоты.

– Я проголодалась.

– Ну конечно, дорогая. Киом, сходи в буфет, купи чего-нибудь.

По приказу матери отец тут же скрылся за дверью. Через минуту Раклин тоже убежала, проследить за покупками мужа.

Когда в комнате остались Карлота и Вэл, она все-таки решилась:

– Где Алекс?

– Карлота, не задавай глупых вопросов, – Вэл строго посмотрел на сестру. – Он дома. Я же говорил, не ходи с ним. Ему плевать на тебя и на людей вообще. Ему даже на себя плевать. Мы заходили к нему с Джеком вчера утром.

– Вэл! – воскликнула Карлота.

– Не бойся, мы просто зашли к нему домой и поговорили. А ты больше не общайся с ним. Поняла? Я тебе запрещаю. Он психопат, Карлота. Он мучает тебя и не дает забыть того, что было.

Карлота рассмеялась. От этого звука у Вэла волосы встали дыбом на затылке. Парень слышал точно такой же смех вчера утром. Так смеются те, кому уже нечего терять, чьи головы погрязли в безумии. На самом деле Вэл и Джек вломились к Алексу в дом, и избили его дубинками. Старый друг не сопротивлялся. Алекс хрипло смеялся, получая заслуженное наказание.

– Не дает мне забыть? Вэл, ты серьезно? Я никогда этого не забуду.

Карлота лежала в палате и не могла уснуть. Каждый шорох или скрип за дверью заставлял девушку жмуриться от ужаса. Она частенько, даже дома, спала с включенным светом. Каждые два часа она открывала глаза, проверяя, что лежит в своей постели, а не на сырой койке. Дни на Соревнованиях тянулись мучительно долго. Не было сил или даже надежды избавиться от пожирающего вируса, засевшего в глубине души, ниже сердца. Эта ноющая боль заставила Карлоту украсть автомобиль. Боль принуждает ненавидеть себя за свои поступки.

Больничная еда была пресной и размякшей, как будто ее готовили специально для беззубых стариков. Мать еще долго болтала на заднем фоне, а Вэл игнорировал Карлоту. Размазав по тарелке кашу и соглашаясь с каждым словом мамы, девушка вскоре прогнала родителей, сославшись на усталость. Карлота и вправду устала, по крайней мере, так ей казалось. Теперь она уже несколько часов лежала на кровати в надежде на сон. Пару раз она ходила в туалет, прихрамывая и не понимая, как нога может так адски жечь. Поняв, что идея уснуть или хотя бы подремать оказалась весьма коварной, Карлота закрыла глаза. Она старалась не обращать внимания на странные звуки и собственные пугающие мысли.

Послышались шаги в коридоре, и скрипнула дверь палаты. Карлота зажмурилась. Она почувствовала, что на нее смотрят. Она все еще боялась утреннего сна и Капитана, который мог быть жив. Его личность так и не опознали. Карлоте говорили, что голос Капитана смоделирован на компьютере, но она знала, что их мучитель был настоящим человеком.

Девушка сбросила одеяло и села на матрас. В комнате было темно, но слабый отсвет луны помог ей увидеть. Это был не Капитан, а человек столь реальный, что от его тяжелых грубых слов резало сердце.

– Алекс, – Карлота запнулась, остаток фразы утонул в хрипе. Девушка прочистила горло. – Что ты здесь делаешь?

Алекс стоял у двери, держась за ручку, готовый в любую минуту выбежать из комнаты.

– Я оказался тут из-за твоего брата и его дружка. Скажи спасибо, что они вывихнули мне плечо и наградили сотрясением. Ты угнала мою машину, а виноватым оказался я.

– Я не спрашивала, что ты делаешь в больнице. Я спрашивала, что ты делаешь в этой палате. Зачем ты пришел ко мне?

– Я не буду подавать на твою семью в суд, все равно я проиграю. Тебя нельзя осудить. Ты же неприкасаемая. Я даже не могу подать на тебя и твою семью жалобу. Вот так, – Алекс переступил с ноги на ногу. Решившись, он подошел к кровати поближе. – Поэтому ты сейчас же должна просить прощения за себя и за твоего придурковатого брата.

Карлота выгнула спину, словно позвоночник прижали к доске. Она скрестила ноги, поджав их под себя, обнажая из-под больничного халата колени. Девушка надула губы и посмотрела на парня снизу вверх.

– Ладно. Прости меня за машину. Глупо получилось. Я не хотела ее трогать, но ты меня довел в тот день.

– Я принимаю твои извинения…

– Но Алекс, ты урод. Я тебя ненавижу. Я даже рада, что разбила твой автомобиль.

– Что прости? – Алекс сощурил глаза и подошел еще ближе. Может, ему померещилось? Карлота сейчас и вправду сказала, что его ненавидит? Что-то в сознании парня закипело.

– Вдребезги. Надеюсь, ее нельзя починить и весь салон провоняет рыбой. Ты это заслужил. Я не буду извиняться за брата. Вообще-то я даже рада, что он с тобой сделал. Давно пора было разукрасить твое самодовольное лицо. Посмотрите на меня, я весь такой опасный и коварный!

– Лучше не нарывайся. Я тебя предупреждаю, – тихо предостерег Алекс, подняв ладони вверх. Будто они могли защитить его от слов девушки.

– Да прямо. Я тебя когда-нибудь боялась? – Карлота не ругалась, ее голос был холодным как сталь. Словно она делилась логическими выводами, а не оскорблениями. Что-то в этом голосе и во всех ее словах возбуждало Алекса. Он снова почувствовал это ноющее чувство ниже живота. Во рту пересохло. Парень был готов наброситься на девушку, зажать ей рот и делать все, что только в голову придет, лишь бы она заткнулась.

– Ты индюк, Александр Хоул. Вообще-то мои родители тоже хотели подать на тебя в суд. Но твоя королевская задница такая же неприкасаемая, как и моя.

Алекс сжал перила койки.

– Карлота, ты собираешься замолчать?

Подбородок девушки взметнулся, а глаза заблестели.

– Я только начала. Знаешь, твой мозг размером с таракана, и на вид он такой же. Представляешь, как просторно в твоем пустом черепе.

Алекс тяжело вздохнул и закрыл глаза. И зачем он только сюда приходил. Сидел бы в палате этажом выше, а лучше пошел бы домой. Его уже вчера вечером могли выписать. Парню хотелось проведать эту глупую девочку, ведь он места себе не находил. Сейчас она водила его по лезвию ножа.

– Карлота, ты меня соблазняешь? Потому что у тебя это отлично выходит.

Карлота больше ничего не успела сказать. Быстрым движением Алекс залез на кровать. Зажал ладонью ее раскрытые от удивления губы. Не в силах сдерживать себя, Алекс убрал руку. Впился ртом в полные сладкие губы Карлоты. Его руки бегали по телу девушки, изучая каждый сантиметр кожи. Карлота начала дрожать. Алексу нравилось, что его прикосновения доводили девушку.

Когда долгий поцелуй разорвался, Карлота глубоко вздохнула.

– Я так рада, что ты пришел. Пожалуйста, не уходи, – задыхаясь, шептала Карлота. Алекс взглянул на девушку и увидел мольбу в ее глазах. Парень дернулся. Он снова делал это – наступал на старые грабли. Алекс хотел подняться, но Карлота обхватила его руками.

«Пожалуйста, останься. Растворись. Забудь о людях и правилах».

– Алекс, – серьезно проговорила девушка. Теперь в ее глазах горела решимость, такая непокорность, что Алекс замялся.

– Что?

– Я тебя ненавижу.

Эта фраза разожгла кровь. Заставила сердце Алекса биться как бешеное. Он не знал, что такое вообще возможно. Алекс, ты нормальный? Как можно хотеть человека, который считает тебя злым обладателем тараканьего мозга?

– Я тоже ненавижу тебя, – улыбнулся Алекс и снова поцеловал Карлоту. Этот поцелуй был легким и нежным. Девушка была тихой и цеплялась за Алекса, словно он мог убежать. Но это было не в его власти. Она ведь не знает, что Алекс нарочно лежал в больнице и вертелся около ее палаты последние пять часов. Он хотел удостовериться, что она жива и невредима. Когда Вэл вломился в дом Алекса и рассказал ему о машине, тому стало плохо. Парень плевал на автомобиль. По тону Вэла можно было подумать, что Карлота пострадала и серьезно. Она могла умереть. Вполне подходящий повод, чтобы лишиться рассудка.

Парень коснулся кончиком языка тонкой шеи. На вкус она была как соленая карамель. Алекс трепетно сжимал Карлоту. Цепочка поцелуев накрыла изуродованную ключицу девушки. Правое предплечье когда-то было ранено, и остался крупный шрам. Алекс опасался сделать Карлоте больно. Девушка была в бинтах и синяках. Парень ругал себя как только мог. Даже оттолкнув девушку, он умудрился сделать ей больно. Пальцы очертили знакомый длинный шрам вдоль ноги Карлоты. Даже израненная, она была прекрасна. Как же он этого ждал, сны преследовали Алекса почти два года. Он, как и Карлота, видел кошмары. Только в них не было Капитана или других живых мертвецов. В его снах была одна Карлота, и она мучила его, преследовала, дразнила. В кошмарах девушка умирала и воскрешалась сотни раз.

– Алекс, – парень застыл. Карлота отодвинуться. Не в силах остановиться, Алекс проигнорировал девушку, но Карлота оттолкнула от себя парня.

– Карла, – Алекс сел на кровать напротив девушки. Он был лохматым, а голос охрип от возбуждения. Девушка прижала к себе одеяло и осторожно потянулась к парню.

– Ты уйдешь от меня? – ей было так тяжело это спрашивать, в любую секунду могли появиться слезы. Да, Карлота старалась раствориться в Алексе, сделать его своим. Но она осознавала, что он бросит ее при любом удобном случае.

– Не нравится, вызови полицию и прогони меня, – Алекс улыбнулся, и Карлоте стало не по себе. Нормальные люди так не улыбаются.

– Ты говорил, что мы должны держаться друг друга. Быть вместе несмотря ни на что.

– Это были Соревнования. Я старался помочь тебе выжить и ничего больше. Я был напуган. Мне было страшно, так же как и тебе. Я просто не хотел оставаться один. Ты не можешь требовать с меня исполнения старых обещаний. Карлота, я обязательно от тебя уйду, рано или поздно.

– Тогда, – пробормотала девушка, – уходи сейчас.

Алекс остолбенел.

– Что сидишь? Иди.

Алекс встал с постели, не понимая, что происходит. Стараясь привести себя в порядок, парень усмехнулся. Господи, девушки такие непостоянные. Сейчас они до слез умоляют остаться, а в другую секунду требуют, чтобы ты ушел. И что творится в их головах? Сделав шаг к двери, Алекс вернулся. Он сел на край постели и осторожно коснулся ладони Карлоты. Девушка сильнее сжала одеяло, но не убрала руку. Ещё один шрам. Он тянулся через всю ладонь Карлоты. Алекс сплел ее пальцы со своими. Этот родной жест заставил девушку задержать дыхание.

– Ты ведь знаешь, что для так будет лучше, – тихо сказал парень.

Схватив Карлоту за шею и прижавшись к ее губам, Алекс вложил в поцелуй всю силу. Так же резко отдалившись, он встал и пошел к двери.

– Дурак, это я тебя прогнала. Я не хочу тебя видеть. Убирайся! Алекс, ты мне не нужен. Вэл был прав, от тебя одни проблемы. Я тебя ненавижу. Ненавижу!

Карлота швырнула подушку в парня, но тот ее поймал и положил у двери.

– Я тоже тебя очень ненавижу. И поэтому я ухожу.

Карлота сглотнула и отвернулась от Алекса. Ее бессмысленные вспышки гнева быстро прекращались и оставляли после себя оглушающую пустоту.

– Тогда это конец, – прошептала она.

– Конец, – отразился мужской голос от стен. Карлота очнулась, когда дверь захлопнулась.

Не в силах сдержать себя, она скорее спрыгнула с кровати. Еще чуть-чуть, и он уйдет. Карлота не знала, что ему скажет, если догонит. Что будет, если он снова ее оттолкнет? Ее самоуважение капля за каплей исчезало, перерастая в отчаяние.

Хромая, Карлота выскочила за дверь, оглядываясь в поисках Алекса. Темный коридор был пуст. Старые лампы гудели, как улей осенних пчел. Девушка остановилась. Она не знала, в какую сторону идти. Перед глазами мелькали коридор, темнота, лицо Алекса и мутные картины прошлого. Карлота пошла в одну сторону, но тут же вернулась. Схватившись за голову, она прижалась к стене и сползла на пол. Она могла позвать Алекса. Закричать что есть сил, и он бы ее услышал. Он бы вернулся. Но Карлота не будет этого делать. Ни ей, ни ему это не нужно. Будет лучше, если все останется на своих местах. Но это так невыносимо. Карлота поднялась с холодного пола и вернулась в палату. Так легко быть одинокой, но трудно жить, осознавая свое одиночество.

Алекс снова лгал, причем он лгал сам себе. Его опять посетила мысль, что, отталкивая и обманывая Карлоту, он делает только хуже. Морозный воздух ворвался в легкие Алекса, когда тот вышел из больницы. Он не стал подниматься к себе в палату.

– Скоро пойдет дождь, – сказал водитель скорой Алексу. Мужчина курил у входа, вжавшись в куртку.

– Как будто я не в курсе, – пробубнил парень и медленно пошел домой.

Карлота сидела в больничной столовой и пыталась накрутить на вилку разварившиеся макароны. Ей дали новый халат и поменяли простыни на кровати. От вчерашней ночи остались только воспоминания. Они искрились буйством красок и шаровых молний в сознании Карлоты. Алекс всегда был рядом. Его поцелуи порхали, а ядовитые слова разъедали сердце. Девушка не могла остановиться. Она прокручивала в памяти каждую минуту ночи.

Карлота вернулась в палату и хотела почитать, когда нагрянули гости.

– Привет, мы к тебе, – из двери высунулась голова Вэла.

Брат Карлоты привел с собой незнакомого парня. Он был высоким и красивым. Парень держал в руке букет цветов. Карлота заморгала, надеясь, что ей что-то попало в глаз, и это лишь обман зрения.

– Привет, – девушка вежливо улыбнулась и покосилась на Вэла.

– Карлота, это Роман Фарнело. Он вытащил тебя из машины ночью. Он у нас настоящий кавалер, цветочки даже прикупил.

Вэл плюхнулся на койку рядом с сестрой, но девушка его скинула.

– Не слушай его, – засмеялась Карлота и протянула ладонь парню. Тот поскорее ее пожал и злобно посмотрел на Вэла. – Очень приятно с тобой познакомиться.

– Мне тоже очень приятно, – парень мило улыбнулся Карлоте, успев при этом пихнуть Вэла. – Это тебе.

Улыбка Карлоты стала еще шире, когда она уловила запах хризантем. Букет розовых цветов уперся ей в нос, портя уникальный больничный запах.

– Спасибо. За все спасибо.

– Не за что. Рад, что с тобой все хорошо. Я уже приходил, но ты была без сознания.

– Он меня уже достал, – заворчал Вэл. – Постоянно спрашивал, как у тебя дела, вот я и решил взять спасателя с собой.

– И молодец, что взял, – Карлота предостерегающе посмотрела на брата. Вэл не умел шутить. Его слова нельзя было воспринимать всерьез, но многие этого не знали и обижались. Девушка уже привыкла к грубым подколкам брата, но сейчас он перегибал палку. – Я просто обязана угостить вас мороженым.

– Ты лучше Романа угости, а я пошел. У меня служба. Моя миссия здесь выполнена, – сказал Вэл. Карлота начала протестовать, но, подмигнув ей, брат выскочил за дверь. Роман смотрел вслед Вэлу, как на ускользающий спасательный круг.

– Даже лучше, что этот грубиян ушел, – протянула Карлота, вернув к себе взгляд Романа. – Пошли, угощу тебя чем-нибудь вкусным. Хотя сомневаюсь, что смогу с тобой расплатиться за то, что ты сделал.

Схватив парня за руку, Карлота потащила его в кафетерий и вручила самый большой сливочный рожок.

Роман был одет в форму миротворцев, а под глазами красовались синяки. Карлота сразу поняла, что парень был на ночном дежурстве, но все равно пришел. Могли бы дать ему неделю отдыха, ведь он спас человека.

– Как ты меня нашел? Тогда ведь был такой ливень.

– Я видел, как машину занесло, и ты скатилась с дороги, – ответил Роман. – Я прочесывал дальние части города на автомобиле. Я плохо умею водить. Когда начался дождь, я остановился и ждал. А потом я увидел, как ты мчишься со всей скорости. Было темно. Я еле заметил, куда тебя скинуло, и побежал к озеру. Когда тебя вытащил, ты была без сознания и наглоталась воды. Думал, я тебя не откачаю. Мы только смотрели видео по оказанию первой медицинской помощи, а на практике такого не проходили. Я вызвал скорую и рассказал все по рации Вэлу. Еле успел. Я никогда раньше не спасал людей.

– А как ты узнал, что я сестра Вэла? – спросила Карлота и тут же прикусила язык. – Ах, ну точно.

– Я переживал. У тебя был кошмарный вид. Поэтому я пришел тебя проведать. Тебе уже лучше?

– Да, – девушка невольно потянулась к бинтам на руке. – Нога немного болит и пара царапин. Ничего страшного.

Роман оказался нормальным парнем. Карлота давно не чувствовала себя комфортно и спокойно в компании незнакомца. После кафетерия ребята вышли на улицу и болтали, сидя на скамейке. За время разговора не было ни одного вопроса на тему Соревнований или происшествия с машиной. Роман рассказывал смешные рабочие истории. Даже миротворцем Вэл умудрялся проказничать.

Прошлой ночью шел дождь, а утром все замерзло. Иней лег на упавшие листья, становясь слоем покрывала будущей зимы. Прошлую неделю с натяжкой можно было назвать возвращением в лето, а сейчас без куртки не выйдешь из дома.

– Мы как-то дежурили в парке Крузо и увидели суслика. Твой брат его поймал и отдал мне, а этот зверек меня укусил. Серьезно. Оказывается, у них большие острые зубы. Нам пришлось снова ловить зверька и ехать с ним в травматологию. Ну и лица были в очереди, когда мы завалились с сусликом в руках.

Карлота засмеялась. Такое с ее братом происходило постоянно. Там, где у него все получалось, остальные проваливали дело.

– Надеюсь, с сусликом все в порядке.

– У него взяли кровь. Он так громко пищал. Я подумал, что у него бешенство. Но он оказался чистым. Нас отпустили и сказали забрать зверюшку с собой. Вэл отвез его обратно в парк и соорудил ему норку.

– Один раз Вэл учил меня выкуривать пчел из улья. Угадай, кто потом неделю ходил опухший?

Роман подался назад. Его плечи затряслись от смеха.

Карлота прищурилась и посмотрела на Романа. Парень был высоким. Девушка не могла допрыгнуть до глаз собеседника. Хорошо, что они сидели на скамье. Длинные ноги парня напоминали лапки паука или колонны местного здания суда. У него был курносый длинный нос. Парень зачесал темно-русые волосы назад, оставляя открытым широкий лоб. Роман был бледным, худым и очень красивым. Красивее Алекса.

– Сколько тебе лет? – поинтересовалась Карлота.

– Двадцать один, – ответил Роман. – А что?

– Да так, ничего особенного. Ты одного возраста с Вэлом, но ты не учился с ним в одном классе. Я раньше никогда тебя не видела.

Роман улыбнулся, и Карлота снова вспомнила прошлую ночь. Роман улыбался не так, как Алекс. Новый знакомый полностью раскрывался, в отличие от Алекса, который прятался за фальшивым презрением и ненавистью.

– Я не местный. Раньше я жил в Плате, на северной границе. Три года назад я переехал сюда с матерью. У меня хороший аттестат и физическая подготовка, поэтому меня взяли в миротворцы. Почему-то мне казалось, что у миротворцев больше работы. А я только и делаю, что патрулирую улицы и снимаю кошек с деревьев. Зато теперь я могу сказать, что не зря им стал.

– И как вам живется в Зеленых Холмах? – спросила Карлота.

– Тут спокойно. Моей маме нравится. Здесь люди добрее, – заметил Роман.

– Не знаю. Мне кажется, люди везде одинаковые. Все зависит от того, в каких условиях жить, – сказала Карлота. – Знаешь, я немного устала.

– Ох, прости. Я тебя совсем вымотал. Заставлял слушать всякую ерунду, – Роман поскорее поднялся и помог Карлоте встать.

– Вовсе нет. Мне понравилось. Спасибо за цветы и все остальное. Мне давно не было так весело. Если хочешь, можешь заходить. Я буду очень рада.

– Правда? – парень посмотрел на Карлоту. – Тогда, если ты не против, я еще приду к тебе в гости. Обязательно. Могу зайти послезавтра, у меня как раз выходной. Моя очередь покупать тебе мороженое.

– Даже не думай, – возмутилась Карлота. – Теперь я перед тобой в неоплатном долгу и обязана до конца жизни кормить тебя вкусностями. Я буду ждать тебя.

Карлота хотела обнять Романа на прощание, но ее маленький рост позволил уткнуться головой в грудную клетку. Парень опередил девушку и легко обнял Карлоту одной рукой.

– Пока.

– Пока. Спасибо, что спас мою бездарную душу, – прокричала Карлота вслед.

Парень помахал девушке на прощание.

Когда Карлоту забирали домой на машине, поглядеть на это событие пришла вся больница. Девушка слышала историю, как одна из медсестер отказалась ухаживать за ней из-за ее отношения к Соревнованиям. Карлота почти не выходила из палаты. Некоторые люди ненавидели девушку – считали ее убийцей. Остальные старались не обращать на это никакого внимания. Была группа людей, которые Карлоту обожали. К ним девушка особых чувств тоже не питала. В последние годы она старалась игнорировать людей, хотя раньше ее считали болтливой девочкой.

– Дорогая, все хорошо? – Карлота поймала на себе обеспокоенный взгляд матери, которая сидела с отцом на переднем сиденье машины.

– Выглядишь расстроенной, в больнице было так хорошо? – рассмеялся отец.

– Нет. Все нормально, я просто смотрела в окно, – ответила Карлота.

– Вчера приходил Роман? Весело провели время? – мама снова намекала на что-то, отчего Карлота закатила глаза. Роман и вправду приходил к ней в больницу несколько раз. Они играли в шахматы или гуляли. Ничего связанного с романтикой или чем-то, о чем думала мама. С ним было интересно проводить время. С Романом было легко, словно девушка знала его давно. Никакой романтики. Никакой. Совершенно. Нет никаких чувств или взрыва эмоций, как с Алексом. Ну, вот опять. Хотя, если задуматься, девушка никогда не переставала о нем думать. Она засыпала и просыпалась с мыслями об Алексе, и, как думала сама Карлота, это было ненормально.

Вечером Вэл привел Джэка и Романа на ужин. Еще немного, и можно устраивать собрания миротворцев на кухне. Карлота хотела ускользнуть к Аги, но у нее не получилось. Девушке пришлось весь вечер слушать шутки Джека и ворчание Вэла. А Романа Раклин Зов сделала почетным гостем. Она угощала парня лучшими кусками яблочного пирога с шариками пломбира на верхушке.

Весь ужин девушка сидела как на иголках, не зная, куда смотреть или деть руки. На нее постоянно смотрели. Мать, отец и Вэл косились на нее подозрительно, предостерегающе. Зато Роман с Джеком не могли оторвать взгляда от Карлоты. Причем в глазах Джека читался азарт. Девушка вспомнила игру в гляделки и решила смотреть в тарелку до конца вечера. И почему раньше на нее никто не обращал внимания? В школьные времена мальчики обходили Карлоту стороной и называли ее бобрихой за спиной. У девочки были большие передние зубы и бледная, слишком чувствительная кожа, которая за пять минут краснела на солнышке. Ее обзывали альбиносом, раком, зайцем или хомяком за ее детские щеки. Девчонки Карлоту обожали и постоянно за нее заступались. Она ничего не рассказывала Вэлу, чтобы тот не устраивал школьных разборок.

За годы ничего не изменилось, только щеки почти исчезли. Зато теперь ребята смотрели на Карлоту совсем по-другому. Соревнования были отличным рекламным ходом. Теперь ее лицо узнавали везде. Голубоглазые блондинки заполонили экраны телевизоров. Осветлитель для волос моментально пропадал с прилавков магазинов. И даже за обеденным столом Карлоту мучили. Она не могла избавиться от преследующих ее взглядов. К этому невозможно привыкнуть.

Закрывшись в спальне, Карлота посмотрела на себя в зеркало. И в самом деле, она не изменилась, лишь стала взрослее. В глазах появилась усталость измотанной женщины. Но у нее все те же большие зубы, покрытый веснушками нос и вытянутое, как у мыши, лицо. Карлота не поверила Алексу, когда он назвал ее красивой. И как его забыть? Алекс везде, даже в самом глубоком тайнике сознания. Он засел в самую душу и не собирался никуда выходить. Карлота оставила свет включенным и легла спать.

Она знала, что образ доброго парня, который спасет ее любым способом, и реальный Алекс – два разных человека. Прошла уже неделя или больше с тех пор, как она видела его в последний раз. Карлота пообещала себе поскорее забыть парня. Когда на следующий день позвонил Роман и позвал ее гулять, девушка с радостью согласилась.

На этот раз мама была рада. Роман ей сразу понравился. Он славный парень. Вэл проворчал, что Карлота ворует его друзей по работе, но он тоже ушел в комнату с довольной улыбкой на лице. Роман не говорил, что это свидание. Но то, как он ходил к Карлоте в больницу, приносил цветы и смотрел на нее, наводило на мысль, что это не просто общение героя со своим спасенным.

Роман с Карлотой гуляли. Они болтали, и Карлота удивлялась, как у парня получается избегать всех больных тем. Ребята зашли погреться в кафе, а потом Роман проводил девушку до дома.

Роман водил Карлоту на ярмарку и на каток. Ребята часто сидели в парке. Так тянулся октябрь. Парень всегда звонил Карлоте или приходил к ней в гости.

Одним вечером они сидели на диване перед телевизором дома у Карлоты. После случая с Алексом родители посадили девушку на домашний арест и запретили ей выходить по субботам. Вэл гулял где-то с Джеком, а Аги встречалась с новым парнем.

Роман сидел, прижавшись к Карлоте.

– Ты мне нравишься.

Роман разрушил уютный кокон молчания. Карлота удивленно посмотрела парню в глаза. За целый месяц Роман не пытался поцеловать ее или обнять. Он никак не намекал на чувства, но их было видно и так. То, как Роман смотрел на нее, заставляло девушку отводить взгляд.

– Я знаю, что тебе сейчас не до этого. Но ты мне сильно нравишься, и я решил, что будет лучше не молчать, а сказать тебе об этом.

– Роман, – девушка умоляюще посмотрела на парня и положила ладонь на его плечо.

Карлота использовала бедного парня, и он этого даже не замечал. Рядом с ним было легче не думать об Алексе и Соревнованиях. Роман как будто пришел из совсем другого мира. Девушка могла представить, что парень не смотрел это проклятое шоу и не видел тех ужасов, что она творила. Карлоту все боялись, избегали, ненавидели и презирали, но Роман ничего не говорил.

– Ты мне тоже нравишься, – выпалила Карлота и прикусила губу. Это неправда, это ложь. Роман сразу же поймет.

– Правда? – парень был немного удивлен. Его глубокий, всегда спокойный голос проговорил слово не с подозрительностью, а с восхищением. Искренняя надежда пролетела в глазах парня, как весенний ветерок.

– Да, – твердо сказала Карлота, в надежде самой поверить в свою ложь. Ведь Роман хороший, он спас ей жизнь и стал другом. – Но вряд ли мы сможем встречаться. Со мной трудно, и ты не захочешь связываться со мной.

– Захочу, – сказал Роман. Карлота заметила, что парень приблизил свое лицо, и незаметно отстранилась. Если он захочет поцеловать ее сейчас, то она оттолкнет его. – Почему ты решила, что с тобой будет тяжело?

– Хорошо, – Карлота встала с дивана, давая понять, что вечер окончен. – Давай попробуем. Но я тебя предупреждала.

***

Алекс лежал на диване и читал, когда в комнату вошла мама.

– Сколько так будет продолжаться? Твое меланхоличное состояние делу не поможет, – Скарлетт Хоул только вернулась с работы.

Ее идеально уложенные кудри и строгое синее платье делали ее похожей на жену министра. Мама Алекса была как алмазная скала. Ее ничто не могло разрушить: ни Соревнования и мучения сына, не заключение мужа или презрительные взгляды горожан. Эта женщина могла вынести все.

– Я хочу быть похожим на тебя, мама. Почему ты никогда не сдаешься? – Алекс поднялся, растирая затекшую шею. Он посмотрел на мать, которая облокотилась на дверной косяк.

– Наверное, я не строю планов. И всегда надеюсь на самое худшее. Тогда происходящее становится не таким ужасным.

– Это самый плохой совет, который я от тебя слышал, – на лице Алекса появилась усмешка и тут же исчезла, оставив горечь.

Когда мать вернулась из командировки, Алекс все ей рассказал. Женщина громко ругала сына и наградила его парой подзатыльников. Она любила Карлоту как родную дочь. Скарлетт не могла понять, что движет ее сыном, что он так измывается над девушкой.

– Тогда вот тебе другой совет. Перестань страдать и возьми себя в руки. Если ты хочешь быть с дочкой Зовов, то не строй сам себе преграды. И перестань страдать ерундой. Самое лучшее – это начать жить заново, – задумалась Скарлетт. – У тебя есть такой шанс.

***

– Слоняемся по городу? – переспросила Карлота.

– Слоняемся по городу, – утвердительно повторил Роман. Карлота отказалась выбирать место для свидания. В прошлый раз у нее это плохо получилось. Роман взял дело в свои руки. Он притворился, что ничего не запланировал, но в его голове уже сложилась трехмерная карта маршрута. Карлота Зов действительно была ему симпатична, и он понял это не в первый день. Вначале было острое желание оберегать человека, которому он спас жизнь. Роман никогда раньше не спасал людей, а эта девушка была чистой и душевной. Парень боялся спросить, что заставило ее украсть машину и чуть ли не самой съехать в озеро. Поэтому Роман тянул с признаниями. Он осторожно подбирался к Карлоте, боялся спугнуть это красивое редкое создание.

Ребята зашли на городскую ярмарку. Роман еще на прошлой неделе купил билеты в цирк. Красный шатер покрылся утренним инеем, вокруг гуляли люди, как в иллюстрациях книг со сказками. Приезжий цирк обещал блестящих тюленей и больших неуклюжих моржей. Карлота хлопала в ладоши, не переставая восхищаться. Как пятилетняя девочка, она разглядывала купол и яркую пустую арену. Ребята сели на самый последний ряд. Так попросила Карлота. Но даже это не помогло ей спрятаться от сотни глаз, постоянно следящих за ней.

– Мама, смотри, – закричал мальчик рядом. Роман не успел повернуть головы, уже зная, на кого ребенок тычет пальцем. – Это же она?

Карлота посмотрела на мальчишку, который сидел на скамье перед ними. Ребенок теребил мать за рукав, повернувшись телом к Карлоте и Роману. Девушку затрясло, и она опустила глаза. Вцепилась в ладонь Романа ногтями и сжала ее изо всех сил.

– Мама, ты же ее узнала? – не мог угомониться мальчик.

– Тише, дорогой, она может услышать. Не обращай на нее внимания, это не красиво. Давай сядем на другое место.

Женщина скорее схватила сына и быстрыми шагами выбралась из ряда на лестницу.

– Роман, пошли куда-нибудь. Я расхотела смотреть представление. Не люблю клоунов, – Карлота вскочила с места, вертя глазами и ища выход из шатра. – Пожалуйста, давай уйдем. Скорее.

Голос девушки поник, стал еле слышен из-за разразившихся аплодисментов публики. Роман испугался, что Карлота сейчас упадет. Она была бледной и задыхалась. Парень скорее вывел ее на улицу. Девушка втянула носом морозный воздух. Обхватила лицо руками, зажмурив глаза.

– С тобой все хорошо? – Роман медленно подошел к ней и обнял за плечи.

– Нет. Не хорошо, – Карлота не открывала глаз, как будто боялась взглянуть на этот мир. Все-таки решившись, она повернулась к Роману. – Поэтому я говорила, что мы не можем быть вместе. Я даже в магазин нормально сходить не могу. Все напоминают мне о том, что я делала. Каждый день. Я так не могу, и тебе этого не надо.

– Я не смотрел Соревнования, – сказал Роман, и Карлота замерла на месте, не моргая, глядя на парня. – Я никогда не был особым фанатом таких передач и старался избегать их. Я знаю, что ты там была. Это все знают. Но я не хочу знать, что ты там делала, если ты не решишь сама мне все рассказать. Я считаю, так будет справедливо.

– Роман, – Карлота не верила тому, что слышит. – Ты, наверное, единственный человек в республике, который не смотрел эту передачу.

– Да у меня и телевизора не было. Мы тогда только переехали в Зеленые Холмы и искали работу.

Карлота широко улыбнулась сквозь копившиеся в глазах слезы. Господи, как ей надоело плакать. Пора уничтожать эту привычку и возвращаться к жизни.

– Простите, Карлота Зов, – девушка обернулась, увидев за спиной двух миротворцев. – Мы ищем вас по всему городу. Вы должны срочно поехать домой. Садитесь в машину.

– Что-то случилось дома? – испугалась девушка. Роман знал этих парней. Он не бросил Карлоту и поехал вместе с ней в серой машине миротворцев.

На подъездной дорожке ее дома стояли автомобили полиции и специальных служб. Они давно не навещали Карлоту и ее семью. Девушке стало не по себе. Схватив Романа за руку для храбрости, она зашла в дом и поспешила на кухню, следуя за голосами.

– Невероятно. Карла, где ты откопала этого жирафа?

За столом сидел Алекс и с любопытством глядел на девушку. Комната была заполнена людьми в форме. Родители и брат тоже сидели за столом. Выражения их лиц были непонятными. Карлота не могла их прочитать, и ей стало дурно.

– Что произошло? Почему он здесь?

– Карлота, присядь, пожалуйста, – попросил отец.

– Нет. Не буду, – запротестовала девушка, увидев в толпе лицо знакомого детектива. Он вел их дело со времен завершения соревнований. – Расскажите мне.

– Появилась новая зацепка. Мы не можем утверждать на сто процентов, что этот человек тот, за кого себя выдает. Поэтому вы и Александр Хоул должны поехать с нами.

Полицейский замялся, боясь произнести слова вслух. Карлоту всю затрясло. Она схватилась за край стола, чтобы не упасть. Девушка не знала, что сделать лучше: закрыть рот, чтобы никто не услышал ее крика, или затеряться в беспамятстве.

– Кажется мы нашли Капитана.

Глава 6. Тогда.

Через два дня одна девчонка нашла Витая, номер 60. Вырвав с крыши кусок шифера, кто-то воткнул его ему в шею. Девочка сказала, что парень сам сделал это с собой. Витай написал письмо родителям и попросил победителя отдать его. Парня нашли на холме мертвецов рано утром.

Вечером Алекс пришел к Патрику. Двоюродный брат Карлоты переселился из ангара на улицу, устроил шалаш в кустах. Алекс понятия не имел, зачем Патрику это надо. Может, он так прятал остатки лекарств или избегал остальных. Ночи становились все холоднее. Наступил октябрь или даже ноябрь. Время не на их стороне. Алекс не был уверен, что у Патрика еще остались таблетки. Это были качественные государственные лекарства. Такие давали в психиатрических лечебницах. Их сложно раздобыть даже для больницы.

Кусты совсем обсыпались. На голых ветках висели обрывки грязных простыней и одежды. Никого уже не смущало, что с трупов снимают одежду.

Среди сложенных в кучу и навешанных на кусты тряпок валялся Патрик. Городской бродяга и то выглядел приличней. Курчавая бородка росла клочьями. Патрик похудел на семь килограммов, но неестественный блеск в глазах показывал, что парню и так хорошо. Алекс гадал, что же случится, когда наркотики закончатся.

– Привет, – серые глаза с прищуром поглядели на Алекса. – Что надо?

Алекс поморщился и опустился рядом с Патриком на корточки. Почему-то рядом с этим парнем просыпалась брезгливость, о существовании которой Алекс даже не подозревал. Слезящиеся глаза Патрика выкатывались, как яблоки на большой тарелке. Руки были в синяках, а кожа натянулась на кости. Живая мумия.

– Хочу спросить у тебя, – Алекс оценивающе поглядел на Патрика. Он бы никогда не подошел к этому человеку по собственной воле, но смерть Витая многое меняла. – Кто его убил?

– Кого? – Патрик сделал скучающее лицо.

– Того парня. Он воткнул себе осколок в шею? Ты думаешь, я поверю, что он сам это сделал? Его убили. Ты ведь был здесь и все видел. Ты из своей пещеры по несколько дней не выходишь. Я хочу знать, кто его убил.

– Стал местной полицией?

– Нет, – отрезал Алекс. – Я не могу понять, зачем кому-то его убивать.

– Знаешь, – Патрик сразу оживился и вылез из тряпок. – У некоторых людей на этом свете еще осталась совесть, в отличие от тебя. Ты глотки рвать готов, чтобы выжить. Ты и я поняли правила игры.

– Хочешь сказать, он сам себя убил?

Патрик провел пальцем по своей шее. Этого жеста было достаточно. Алекс продолжал сидеть и смотреть в одну точку. Парень надеялся, что Витая убили.

Патрик заулыбался.

– Ты однозначно убийца.

– Не в этом дело, – оскалился Алекс и огляделся по сторонам. – Витай мертв, и он мог сам себя убить. Знаешь, что это означает?

Патрик потряс головой.

– И я не знаю. Но нас могут наказать. А после этого, я чувствую, начнется…

– Начнется бойня, – продолжил Патрик. Алекс удивленно на него покосился. – Да, я тоже это чувствую. Нашим главарем был Витай, сам того не подозревая. Теперь, когда он умер, главным станет Ластер, а он попал сюда по своей вине.

Алекс посмотрел в сторону загона. Дети, сами того не замечая, делились на группы: на мальчиков и девочек, на взрослых и чуть помладше. Но самым главным различием было, как ты здесь оказался – по своей вине или по вине родителей. Алекс это замечал, да и Патрик тоже. Раньше ребят было поровну, и старшинство держал Витай Роган. Теперь лидером по негласному выбору становился Ластер, а это могло означать все что угодно. До беспредела и паники совсем недалеко. Алекс с Патриком понимали и видели все это, потому что старались держаться в стороне.

– Ты можешь стать главарем, – Патрик пристально поглядел на Алекса.

– Нет.

– Почему? У тебя есть все задатки. Ты имеешь авторитет. Тебя боятся, но слушают. Ты намного лучше Ластера. Кто знает, что придумает этот псих.

– Я не хочу ввязываться. Я собираюсь попасть в финал, – ответил Алекс.

Патрик заерзал на тряпках, отчего вены на шее вздулись. Он собирался сказать еще что-то, но по лицу Алекса понял, что разговор окончен.

– Повезло Карлоте. Ты собираешься тащить ее до финала?

– Я сомневаюсь, что у меня получится.

– Слишком тяжело, – согласился Патрик. – Не хочу, чтобы она умирала. И тем более не хочу закончить ее жизнь своими руками. Поэтому я ее бросил, и тебе советую поступить так же.

Алекс насупился, собираясь уходить, но Патрик постарался его удержать.

– Я понял одну вещь. У каждого из нас есть номер, но мы никогда его не узнаем. А если узнаем, то сразу умрем. Здесь все продумано.

– А мне кажется наоборот. Все слишком уж просто. Люди давно придумали держать животных в клетках и смотреть на них.

– Я был в зоопарке, – съязвил Патрик.

– А теперь ты по другую сторону клетки, – Алекс встал и еще раз оглядел грязную конуру парня. – Поздравляю тебя.

Как ожидали Патрик и Алекс, стычки начались уже вечером. Группа парней пристала к одному мальчишке и отжала у него теплую куртку и место на койке. Мальчик получил пару раз по животу, а потом его выкинули из ангара. Никто не пришел ему на помощь. Карлота шептала что-то про себя, но не рискнула подойти. Алекс не обратил на это никакого внимания. Главное, что к нему и Карлоте никто не приставал. Все начинается с потасовок и вымогательства. Не самое страшное.

Сидя на полу и глядя на то, как мальчишку избивают, Алекс повторял:

– Это не самое страшное. Не самое. Я цел, и с Карлотой пока все хорошо.

Новым лидером стал Ластер. Он надел куртку покалеченного мальчишки и отбирал завтраки следующим утром. Карлота закатила глаза. Это было совсем как в школе. Теперь Ластер докапывался до девчонок и брал все, что захочет. Алекс ходил сам по себе, но старался следить за Карлотой. Впрочем, для Ластера и его собирающейся банды девочка не была мишенью. Их больше интересовали запасы Патрика.

Карлота сидела на койке с Тарой. У беременной подруги уже стал появляться живот, и Карлоту это беспокоило. Никто не думал, что Соревнования будут такими долгими. Сколько месяцев уже прошло? Может, придется принимать роды на этой самой постели. Тара по этому поводу не особо напрягалась. Целыми днями девчонки сидели в ангаре. На улице наступили осенние холода. По утрам иней покрывал стены забора и треснувшие стекла в окнах. Еды давали все меньше, а Капитан наведывался реже. Да и зачем? Дети и так устроили травлю.

После смерти Витая все как с катушек слетели. Как-то раз Ластер выгнал всех из дома и дети ночевали на улице. Все делали вид, что ничего не происходит, будто так и должно быть. Алекс сидел за столом. Вырезая ножом рожицы, парень заметил Тару с Карлотой в окне. Ухмыльнувшись, он продолжил свое важное дело. Весь стол был исписан именами, фразами. Где-то красовались картинки, переходящие в борозды, оставленные личинками короеда. Больше всего парню нравилось выражение «Надежда и фантазия – твои злейшие враги». Его кто-то написал на столешнице ручкой. Некоторые писали стихи, в надежде оставить хоть какую-то память после себя. А надежда на Соревновании не помощник. Вырезав улыбающегося человечка, Алекс подмигнул ему и скинул стружку со стола.

На следующий день Карлота сорвалась. Она и сама не поняла, почему это с ней случилось. Девушку просто переклинило. Проснувшись раньше всех, она вышла прогуляться по периметру и засмотрелась на людские тела в отдалении. Голос в голове ехидно шептал: «Скоро и ты там будешь». У девушки началась истерика. Острая боль резала сердце, а крик в собственном сознании не мог прекратиться. Приступ удушья захлестнул девочку. Стены надвигались. Скоро все они будут под землей. Останется только один, и это будет не она. Отсюда нет выхода.

Взяв в руки камень и ощущая ладонью его гладкую холодную поверхность, девочка зашвырнула его в ближайшую камеру.

***

Вэл сидел в казарме. Злой. Разочарованный. Он целую неделю провел в здании подготовки миротворцев. Парень переживал за мать, которая оставалась дома совсем одна. Сегодня будет экзамен, а у него красные глаза оттого, что он всю ночь смотрел Соревнования. Он и дюжина новичков-миротворцев с отвращением в глазах следили за шоу. Парень переживал за сестру. Теперь Вэл сидел на кровати и чистил ботинки, пока Джек старался отвлечь его от мрачных мыслей. Болтовня друга не помогала. Его сознание снова и снова тянулось к Карлоте, к его милой маленькой сестренке. Парня мучила сама мысль, что она все еще где-то там. Что она делает сейчас, ест или спит? Угрожает ли ей опасность в этот самый миг? Конечно, по кабельному каналу крутят прямой эфир состязания, но кто может смотреть этот кошмар постоянно?

Шум в коридоре заставил Вэла поднять голову.

– Что у них опять случилось? – заворчал Джек. В дверях показался парень из команды новобранцев. Запыхавшийся и с горящими глазами, он смотрел на Вэла.

Поняв за секунду, Вэл выбежал из спальни. Торопясь по коридору, он услышал за собой топот Джека и крики парня:

– Все нормально. С ней все хорошо, но ты должен посмотреть.

Когда парни добрались до главного зала, перед телевизором собралась толпа. Заметив Вэла, ребята сами расступались, создавая живой коридор. Они пустили парня ближе к экрану. Шел прямой эфир Соревнований. На экране была Карлота. Ее лицо перекосилось от ярости и бешенства. Девочка опрокинула стол и скамьи. Красные точки винтовок бегали по ее телу, но Карлота их не замечала. Она принялась крошить камнями одну камеру за другой. Их еле успевали переключать. Карлота разбивала камеры, бегая по кругу, пока они не кончились. На полминуты телевизор потух, а потом включились помехи. Появилась красная надпись на весь экран: ТРАНСЛИРОВАНИЕ ПРИОСТАНОВЛЕНО.

Вэл сглотнул. Он не заметил, как подошел слишком близко и вцепился ладонями в края телевизора. В комнате воцарилась тишина. Кто-то в толпе прошептал, что с ней все будет хорошо. Вэл непроизвольно стиснул зубы. Карлота побила все камеры и остановила трансляцию. Может, это было запланировано с самого начала, и теперь жертвы соревнований смогут убежать? Вэл в этом сомневался. Он не пошел на экзамен в тот день. Никто его не осудил. Парня взяли в миротворцы без всяких тестов.

Глава 7. Теперь.

Карлота вглядывалась в окно, пока они ехали. На улице было пасмурно и сыро. Большую часть пути они проехали на скоростном поезде, а теперь пересели в машину. Всю дорогу мама и отец пытались подбодрить дочь. Ей это было необходимо. Многие страхи она победила, но боялась возвращаться в место, где ее пытали.

В месте, где проходили Соревнования, теперь сделали музей-захоронение. Оно находилось вдали от городов и деревень. В сам загон людей не пускали. Разрешалось ходить только вдоль массивного забора. Старый сарай и сухое дерево все также стояли в центре поляны. Похищенные дети даже не подозревали, что за забором был построен целый маленький городок. Там жили солдаты, которые сторожили ребятишек. Там придумывали соревнования, готовилась еда, жили организаторы. Жуткое место, где пытали и убивали людей. Никто до сих пор не мог понять, как продюсеры додумались до такого.

Правительство решило проводить основное расследование по телешоу в этом месте.

Снег уже лежал на земле, и Карлота вспомнила самые жуткие месяцы Соревнований. Было холодно, и еды давали меньше, чем осенью. Некоторые дети замёрзли насмерть.

Ровная, внушительная цепь чёрных машин ехала вдоль единственной по всей округе дороге. Семья Зов напряженно поглядывала друг на друга. Все молчали. В соседней машине ехали Алекс и его мать. Парень был спокоен с виду, но в душе его разрасталась паника. Только вид мамы успокаивал. Скарлетт Хоул было скучно. Она зевала, рассматривала ногти и недовольно глядела на водителя. Совершенно спокойная и холодная. Глядя на маму, Алекс усмехнулся и расслабился.

– Мы сегодня планировали шикарную вечеринку с друзьями, а вы заставили нас поехать, – возмущалась Скарлетт.

Алекс засмеялся. У его семьи уже много лет не было друзей и вечеринок. Мать нарочно смешила его и бесила военных. Алекс выдохнул и сжал руку матери. Он был благодарен ей, что она поехала с ним.

Машина остановилась возле самого большого здания. Стеклянный купол отражал грустное синее небо. Алекс медленно вышел из автомобиля.

В сотне метров от него был забор арены. Выглядел он обшарпанным и ненадежным. Маленький загон для животных. Из другой машины вышла Карлота. Алекс встретился с ней взглядом.

Он пошёл к ней навстречу. Хотел обнять её, утешить. Лицо девушки было растерянным. Алекс вспомнил слова матери. В последнее время он долго о них думал. «Если хочешь быть с дочкой Зовов, то будь». Может, хватит этих игр разума. Да, он хочет быть с ней. Она нужна ему. Пока он думал, из машины вышла семья Карлоты. Вэл обнял сестрёнку за плечи и грозно посмотрел на Алекса.

Вид у всех был потрясенным. Только мать Алекса оставалась невозмутимой. Как птичка, выпрыгнув из машины, она недовольно огляделась.

– Ну и дыра, – Скарлетт Хоул поморщила нос.

Полицейские, которые ехали с ними в машинах, тоже вышли и ждали появления главного.

Карлота огляделась. Это место казалось ей другой планетой. Когда они были в загоне, то гадали с Алексом, что на той стороне. Они думали о лесе. Мечтали, что смогут убежать и прятаться среди деревьев. Как оказалось, леса нет. Это была равнина. В километре от забора находилось поселение создателей и охраны. Бетонные невысокие постройки на скорую руку. Вдалеке виднелись горные вершины, а в получасе ходьбы было небольшое озеро. Летом там водились утки, но они улетали зимой. Если бы можно было забраться на крышу ангара, то через забор Карлота увидела бы горы и кусок озера. Быть может, парень, который лазил на дерево, видел все это. Он не успел рассказать.

Теперь это место открыто для всех желающих. Туристы, скорбящие семьи, любопытные. Все могут сюда приехать.

Приехавших проводили в самое большое здание с куполом. Всем вручили пропуска, проверили карманы и сумки, а позже оставили в белоснежной холодной комнате.

Карлота легонько задела плечо Алекса, отчего по его спине пробежали мурашки. Давно он не ощущал ее близость кожей. Еще миг, и она отошла к семье. Надо извиняться, добиваться, не опускать руки. Но момент не подходящий. Алекс делал вид, что спокоен, но в душе творилась полная неразбериха. Давно не приходило ощущение безудержного страха.

В комнату принесли поднос с чаем и печеньем.

– Вам стоит отдохнуть после дороги. Вы, должно быть, устали.

Один из миротворцев разливал чай по чашкам. В центре комнаты стоял стеклянный столик с пустой вазой. Небольшой кабинет был обставлен мягкими диванчиками и пуфиками. Но никто не сидел. Семья Карлоты и Алекса жались по стенам. Старались стать незаметными. В другой части комнаты стояли миротворцы и агенты.

Детектив Мейсон зашел в комнату и понял, что дела пойдут медленно. Это дело было трудным с самого начала. Он устало сел на один из пуфов и рукой предложил присоединиться к нему. Надо дать семьям успокоиться, привыкнуть к обстановке. Мужчина был еще помощником, когда началось расследование. Помнил, как было сложно с детьми. Они были напуганы. Их растерзанный разум не выдавал никакой информации. Почти за два года сменилась куча детективов и персонала. Остался только напарник и наставник, детектив Кейн. Он зашёл в комнату и встал тихонько у окна. С первого дня это расследование его. Вести доброжелательные разговоры мужчина не умел и оставлял это Мейсону.

Первой подошла мать Алекса. С вызовом посмотрев на остальных, она элегантно присела на край дивана и взяла предложенную чашку с блюдцем.

– Благодарю, детектив. Я действительно устала с дороги. Нам обязательно надо было ехать сюда? Нельзя было устроить встречу в другом месте?

Постепенно Алекс и семейство Зов расселись вокруг стола.

Они сидели в зале для посетителей на верхнем этаже. В окна уходила дорога, по которой они приехали. Вид на ангар остался в другой стороне. Так спокойнее.

– Да, понимаю. Для вас это стресс – возвращаться сюда. Да еще и по такой причине. Но здесь находятся все архивные данные, и мы проводим следственные эксперименты. Мы должны показать вам одного человека. Разумеется, вас он видеть не будет.

– Капитана, – сказал Алекс. – Мы его ни разу не видели. Встретимся мы с ним или нет, это ничего не поменяет.

Карлота согласно кивнула.

– Тут главное не увидеть, а услышать, – вставил детектив Кейн из своего угла.

– Но вы могли записать его голос на пленку и прислать нам, – возмутился отец Карлоты. – Не стоило нас привозить сюда. Мы этим местом по горло сыты.

Мать и Вэл согласились. Но Карлота знала, что им нужно это место, чтобы узнать Капитана. Без этой земли его личность потеряется, станет неузнаваемой. Здесь Капитан имеет над ними власть. Но хочет ли она его увидеть? Столкнуться со своим страхом?

– Я согласна, – лицо Карлоты стало спокойным, решительным. – Но мы пойдем вдвоем.

Алекс встал с дивана и посмотрел на девушку. Когда она становилась смелой, он терял свою стойкость. Храбрость покидала его тело. Или наоборот. Когда Карлота была слабой, Алекс становился несокрушимым. Без нее он бы не выжил. Ей нужна была защита, поэтому он тянул ее и тянул себя в этом смертельном испытании.

– Давайте быстрее с этим разберемся и поедем домой, – сказал Алекс.

Оставив семьи в гостевой комнате, ребят подвели к лифту. Значительная часть здания находилась под землей. Там располагались архивные папки с именами детей с Соревнований и их истории, шаги каждого игрока на арене и все дни по часам, комнаты с телевизорами, через которые наблюдали за ареной во время Соревнований, бумаги всех создателей игр, большую часть которых успели сжечь. Некоторых виновных нашли по этим бумагам, но многое осталось втайне. Теперь на подземных этажах были комнаты допроса и изоляторы. На каждом шагу стояли миротворцы, везде камеры. Это место охранялось лучше Дома Правительства. Детективы пропустили ребят в просторный лифт.

Алекс посмотрел на Карлоту. Она стояла слева от парня и, заметив его взгляд, посмотрела ему в глаза.

– Ты как? – спросил он шепотом.

За спиной стояла вооруженная охрана, впереди – детективы. Карлоте не хотелось говорить в их присутствии.

– Все хорошо, – сказала она одними губами.

Алекс это прочел и осторожно взял ее ладонь в свою. Девушка не протестовала. Легонько улыбнувшись, она отвела глаза.

Алекс вздохнул и отвернулся. Карлота не была испугана. В ее глазах читалась уверенность. Парень же уверен не был. Он схватил ее ладонь, как ребенок находит руку матери. Он не хотел сюда возвращаться, хоть прошло много времени. Маска уверенности слетела с лица. Он не отводил взгляда от Карлоты. Она изменилась с их последней встречи, стала спокойнее, покорилась судьбе, перестала бороться. Она всегда глядела на него с надеждой и страхом быть отвергнутой. Но сейчас этого нет. И Алекс проклинал себя за то, что прогнал Карлоту. Теперь рядом с ней один из миротворцев – ее новый спаситель. Это злит. Злость на себя самого терзала парня.

Лифт плавно опускался под землю. Дальше их водили по бесконечной цепочке коридоров и лестниц. Везде сновали люди: кто с бумагами, кто со стаканами кофе. Работа в этом месте кипела и не прекращалась. Здесь проводили тщательное расследование и продолжали разыскивать преступников. Кейн зашел в одну из дверей, а Мейсон остался стоять с ребятами около другой.

– Детектив Кейн сейчас зайдет к подозреваемому. Мы будем следить за ними через зеркало Гезелла. Заключённый не будет видеть вас и слышать. Я понимаю, вам будет трудно с первого взгляда определить, является этот человек Капитаном или нет, но вы постарайтесь. К тому же он сам дает подсказки.

– Что вы имеете в виду? – спросил Алекс.

– Мы нашли подозреваемого в доме для душевнобольных. Все нити вели туда, и этот человек всем твердит, что он Капитан. Я понимаю, как для вас это тяжело. Я вас не держу. Как поймете, что вам достаточно, можете спокойно выйти из комнаты.

Бесшумно открылась дверь. Все зашли и сели на свободные стулья. Здесь уже сидела кучка специалистов. Они сверяли бумаги. Кто-то был в наушниках. Помимо Алекса и Карлоты в комнате находилось ещё пять человек. В стекле, как в аквариуме, отражался человек за столом. Рядом стоял Кейн, сложив руки на груди.

Алекса изумил Капитан. Облик заключенного был совсем не таким, каким парень рисовал его в воображении. Год и семь месяцев в заточении, а из внешнего мира до тебя доходит только озлобленный голос. Для парня Капитан был психом с безумными глазами и нервными тиками. А этот человек сидит себе спокойно, пьет воду из пластикового стаканчика.

– Вы сами нашли организаторов или вас позвали? Вы проходили кастинг? – задавал вопросы детектив. Человек за столом зашумел наручниками, поставил стакан на стол и участливо улыбнулся.

– Не было кастинга. Как-то вечером ко мне приехали люди с телевидения и предложили работу. Сказали, что я буду ведущим и смогу предлагать свои идеи.

– И вы не спросили, что это за работа? Вы не отказались после?

Человек вздохнул. Его кудрявые черные волосы гармонировали с густыми черными бровями и синими глазами. Зрачки блестели, как после капель или слез. Кожа – гладкая, чистая. Парень был молодым. Алекса это поразило. Ему казалось, Капитан должен быть взрослым. Это ведь взрослые мужчины обрекли их тогда на смерть. А этот парень был всего на пару-тройку лет старше Алекса.

– Я уже отвечал на этот вопрос. Мне показали черновик, и мне он понравился. Мне нравилось быть Капитаном, стравливать детишек-ребятишек. Раньше я был ведущим праздников и пару раз участвовал в передачах. Опыт у меня был, а идея Соревнований показалась мне фантастической.

Человек улыбнулся. Синие глаза заблестели.

– Вы же привезете их ко мне? Я хочу с ними повидаться. Я так по ним соскучился. Особенно по Алексу. Я обожал с ними играть. А этот мальчик – моя любимая игрушка. Я больше ничего не расскажу, пока с ними не встречусь. Они нужны мне.

Голос человека был на несколько тонов выше, но то, как он растягивал слова, напоминало Капитана, даже слишком. Алекс повернулся к Карлоте. Она сидела рядом и во все глаза смотрела сквозь стекло.

– Это он, – сказала девушка.

– Вы уверены? – Мейсон смотрел то на Карлоту, то на Алекса.

– Да, – твердо ответила девушка. Не прошло и секунды, как она встала и вышла из комнаты.

– Нет, – мягче, чем девушка, сказал Алекс. – Я не уверен. Мне надо подумать и обсудить все с Карлотой.

Детектив задумчиво кивнул, а Алекс пошел за подругой. Закрыв за собой дверь, парень оглядел коридор. Карлота сидела на полу, прижав голову к коленям. Он опустился рядом с ней и ласково погладил по волосам.

– Как ты? – повторил он свой вопрос.

Карлота перевела дух, восстанавливая силы.

– Это был он. Ты узнал его?

Алекс растерялся. Он не мог сказать наверняка. Они не видели Капитана во время Соревнований. Этот мужчина ничем себя не выдал, а голос был изменен. Но почему Карлота так уверена?

Парень спросил у нее, но девушка лишь пожала плечами. Она не могла сказать. Чутье ей подсказывало, что вот он, тот самый человек, ее мучитель. Для Алекса это не было аргументом.

– Ты весь дрожишь, – Карлота изумленно посмотрела на парня. Даже в самые тяжелые минуты он держался стойко, а теперь сидит рядом с ней и трясется. Обхватив колени руками, он прижался к ее плечу.

– Ненавижу это место, – ответил Алекс.

Из дверей вышел детектив Мейсон. Дверь в камеру Капитана была плотно закрыта. Ребят отвели обратно к семьям. Скарлетт Хоул сразу заметила, каким бледным стал ее сын. Она мягко сжала его руку и попросила кого-нибудь принести чаю.

Включили диктофон. Попросили сделать заключение. Карлота твердо повторила свой вывод. Алекс не смог. Он ничего не сказал, просто покачал головой.

– Вы должны сделать это еще раз, – Мейсон смотрел на семьи и замялся, не смог продолжить фразу.

– Мы должны поговорить с ним лично? – закончила Карлота. – Я согласна. Я хочу встретиться с ним.

У Алекса с Вэлом глаза на лоб полезли. Инстинктивно они посмотрели друг на друга. Вэл театрально закатил глаза, а Алекс испуганно улыбнулся в ответ. Возможно ли, что их вражда стала остывать?

– Мне нужно подумать, – сказал Алекс.

Ему пообещали дать время. На этом все. Вечером семьи отправили домой. Поездка была бесполезной. Она ничего не дала парню, только раскачала нервы и заставила вернуться в еще не забытое прошлое.

Все путешествие у Алекса потели ладони. Вернувшись обратно в дом, он завалился в кровать и проспал два дня. Таким уставшим и разбитым он себя чувствовал. Скарлетт Хоул периодически заглядывала к нему в комнату. Обеспокоенно рассматривала лицо сына, убирала влажные волосы с его лба. Стоит ли бить тревогу? Давно она не видела сына таким испуганным, с тех пор как ее мужа посадили в тюрьму. После этого Алекс держался уверенно, отстраненно. Но эта поездка и встреча с Капитаном его сломала. Образовалась брешь в крепкой защите парня.

Женщина ругала себя, что отстранилась от сына, когда мужа посадили в тюрьму. Она не могла оставаться в доме и постоянно находилась в разъездах. Тогда Алекс стал неуправляемым. Он прогуливал школу и был частым гостем в полицейском участке. Ему не хватало внимания и любви. Постепенно парень привык к одиночеству. А потом случились Соревнования.

Скарлетт вздохнула и спустилась на кухню. Устало присела на стул, и сложив руки, уронила лоб на холодную столешницу. Стеклянная, она охлаждала мысли женщины. Делала их четкими. Алекс справится. Ему не нужна ничья помощь. Если Скарлетт начнет ухаживать за ним, вести себя как с больным, станет только хуже. Он потеряется. Алекс умеет выживать, только если он один.

Когда Алекс очнулся, на кухонном столе его ждала записка.

«Уехала читать лекции в Горолан. Вернусь через месяц.

Мама».

Алекс перевернул лист. Ничего. Парня захватило горькое чувство, в глазах защипало. Но в секунду все отхлынуло. Суровый стержень в душе очнулся от спячки. За обидой пришла надменная усмешка. Да, ему определенно никто не нужен. Даже мать. Алекс скомкал письмо и швырнул в мусорное ведро. Снова невозмутимый. Он полез в холодильник поискать еды. За дни спячки он дико проголодался.

***

Вэл поглядывал на сестру сквозь опущенные ресницы. На улице шел снег. Дома грел камин и духовой шкаф. Мама печет яблочный пирог. Отец на работе. Карлота читает книгу, сидя в кресле. Вэл дремал на диване неподалеку, но теперь окончательно проснулся. С поездки прошла неделя, и Карлота вела себя очень подозрительно. Очень спокойно. Не было истерик, как в прошлые разы. Прошли слезы и крики среди ночи. Вэла это слегка настораживало, но в то же время он чувствовал непонятный покой. А еще, в последние дни его мысли возвращались к Алексу.

После разговора с детективами семьи отвезли на поезд. Они ехали в разных купе. Семья Зов была на редкость разговорчивой. Всем хотелось отвлечь Карлоту от тяжелых мыслей. Она же уверяла, что у нее все хорошо. Вэл вышел узнать у кондуктора, когда следующая станция, и наткнулся на Алекса. Тот стоял неподалеку, прижав лоб к холодной поверхности окна. Глаза зажмурены, белый как мел. Вэл хотел проигнорировать парня и пройти мимо, но не смог. Разница между Алексом и сестрой поразила его. Казалось, они поменялись местами. Вэл аккуратно подошел к старому другу и стиснул его плечо.

– Ничего, приятель, вернемся домой, и станет легче.

– Ты так думаешь?

Алекс повернулся к Вэлу. Глаза влажные, волосы лохматые и прилипли ко лбу.

– Как там Карлота? – спросил Алекс.

– Она хорошо, чего не скажешь о тебе, – улыбнулся Вэл и замялся. – У нее как будто груз с души упал. Она говорит, что увидела его и освободилась. Не знаю, что для нее это означает.

– Я забыл попросить у нее прощения. Хотел попросить и растерялся.

– Думаю, она тебя простила. Давай я отведу тебя к матери, выглядишь ужасно.

Как больного Вэл за руку довел Алекса до двери. Там его встретила обеспокоенная Скарлетт. Поблагодарив Вэла, она усадила сына возле окна.

Как дела у Алекса сейчас?

Звонок входной двери затрещал. Мама поспешила из кухни к крыльцу.

– Карлота, к тебе пришел Роман.

– Сейчас, мам, – крикнула в ответ девушка. Захлопнув книгу, она весело убежала за курткой. Через минуту она была уже на улице.

Вэл взбодрился. Парень встал с дивана, аккуратно раздвинул занавески и посмотрел в окно.

Его сестра стояла рядом с Романом. Он притянул ее к себе за шарф и поцеловал. Карлота засмеялась. Взявшись за руки, они удалялись вдоль улицы. После этой картины Вэл совсем затосковал. Определенно дома делать нечего. Джек сегодня работает, а у Вэла выходной. План действий созрел в ту же секунду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.