Елена Лукаво
Дневник случайных записей

Под случайными имеется ввиду взятых из жизни, надуманных, богатых воображением, а написанные, что называется на реальных событиях. В этом дневнике будет рассказано о жизни, или моментах показавшихся автору интересными.

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ.

Раечка.

Эта особенная в некоторых случаях женщина в жизни выглядела обычной. под пажа а-ля Мирей Матье блондинка лет 60(+, -). Не знаю кем она работает что-то связанное с религиозной темой.

С утра ребята собираются в храм. Причаститься, исповедаться, потрапезничать. Наши парни мужественно держались, не пошли на завтрак. Мы повели ребят на завтрак, как водится на 1 этаж. Поднимаясь после, увидела, как нашим ребятам помогают собраться Рая и вторая медсестра. Первая ходила на завтрак с ребятами. Я предложила Раечке свою помощь. Одели, сошлись на том, что Рая спустится с двумя парнями на одном лифте, а я с еще двумя на втором. Один из ребят слабовидящий, второй импульсивный очень с изменчивым настроением третий очень полный с одышкой, а четвертый ленивый, который лишнего шагу не ступит. Поэтому было решено всех спускать на лифте Раечка зашла со слабовидящим и импульсивным мужчиной Слабовидящий стоял в уголке лифта, опираясь на трость. Очень крупный мужчина и в рост, и в ширь, что называется. Что-то сказал Раечке. И тут она поднимается на цыпочки, и что-то говорит ласковое, материнское, поправляя челку этому детине. Он как послушный мальчик стоит в полном подчинении у этой хрупкой, маленькой женщины. Но самое главное, я увидела, что Раечка говорит не дежурные фразы, а с настоящим теплом, любовью во взгляде и голосе. Там была настоящая Божественная как будто любовь. Она что-то говорила проживающему, ее глаза сияли, были полны такой искренней любви к людям, без притворства. Хотя, напомню человек был не зрячим, не мог видеть лица Раечки. Дверь лифта закрылась, они поехали. Я своих тоже спустила. Они благополучно поехали-приехали, но я целый день вспоминала эту удивительную женщину. Ее лучистые глаза запомнились мне на всю жизнь. И как хорошо, что у нас есть такие сотрудники, которые, по-настоящему любят людей.

БАТЯ.

Лешу или Алексея Николаевича, боялись и уважали одновременно, все ребята не только нашего отделения, но и всего интерната. День шел к завершению. Это просто магическое слово не только для проживающих, но в большей степени для персонала. Потому что после ужина время двигалось к долгожданному отбою. Наконец зазвонил телефон, пищеблок приглашает на ужин. Как всегда помощник по уходу идет впереди, потом ребят, и замыкает шествие медик. Спускались на первый этаж в столовую. Лида вспоминает, как первое время ее напрягало это шествие. Идет она, среднего роста женщина, а за ней около семидесяти мужчин разного возраста, разной комплекции, и конечно каждый со своим характером. Помнит, когда первый раз повела ребят на завтрак, в душе был некоторый испуг с непривычки. Ассоциации такие были, вспомнила Маугли, как там вожак Акелла, кажется, вёл стаю на охоту или водопой. Сейчас, конечно, уже все хорошо. Наши мальчишки самые лучшие. При Леше мальчики вели себя очень тактично. Лиде всегда было спокойно работать, когда они попадали с Лешей в одну смену. Это значило что после отбоя никто не пойдет выбрасывать мусор, или просто погулять по коридору. На ужин была жареная картошка, наверно самое любимое блюдо у ребят, да еще и пельмени. Но кажется, картофель жареный был в приоритете. Леша степенно ходил между столами, чего не скажешь о Лиде. Она носилась между столами, выискивая тех, кто откажется от своей порции, потому что все хором начинали кричать, прося добавки. А Лида всегда хотела и старалась, чтобы ее мальчишки были до сыта накормлены. Но в этот раз добавки не было. Лида была на грани отчаяния, понимая, что они не наелись. И тут случилось неожиданное. Лида видела, как Леша пошел к поварам, что-то жестко говорил. Лида услышала только одно- ”Я сам! ” Не понимая что происходит, Лида ахнула. Идет Алексей Николаевич, везет, толкая перед собой, тележку, на которой стоит огромный бак. В нем жареный картофель. Леша шел, раскладывая увесистым половником картофель изумленным ребятам. Сначала робко, а потом уже смело ребята протягивали свои тарелки за добавкой. Лида тоже включилась, начала подавать тарелки проживающих, которые сами не дотягивались. Надо было видеть радостные лица проживающих. Накормили всех до сыта. Лида подумала тогда, наверно столовские злятся, мы задерживаем их с уборкой. Они ведь как и мы ждут “ужина”.

Послесловие. ) Потом Леша объяснил Лиде, что пошел к поварам спросить есть ли еще картошка. Тем ничего не оставалось как ответить на все его вопросы. . . Не зря Алексея Николаевича в отделении называют Батей., Картошка осталась, повара отдали положенную норму. Остатки бы выбросили. Таков был их ответ. Леша забрал и отдал всю картошку ребятам, чтобы ЕГО отделение было сыто! Удивительной души человек, с виду жесткий, резкий, громогласный. Ему не надо два раза что-то говорить, достаточно одного, чтобы его услышали и поняли. Но Лида точно знала, он за своих “парней” горой стоит. Наш Леша, Алексей Николаевич, Батя!

ТАНЯ. Эту историю из жизни, вернее не большой ее кусочек, я услыхала от женщины, с которой мы не долго работали в кафе. Она повар, приехала из СНГ. Вся их семья по новой привыкали к новой жизни в другой стране. Солнышко грело по-апрельски тепло Таня радовалась новому дню. На душе было умиротворенно, задумалась о своей жизни, . Как мама состоялась, как жена тоже. У нее есть красивый, любящий и заботливый муж, трое детишек. Свой дом, большой и уютный. Одно омрачало , мама болела. Все надеялись что с приходом тепла, она поправится Родители жили в 49км. от Тани, в родном поселке, где родились и выросли дети Наимовых, три дочери и три сына. На выходные Таня с детками собрались к родителям. Скучала очень, особенно по маме. В субботу собрались, поехали. Муж Тани, Фарид, остался дома. Отчий дом. Таня любила приезжать сюда, и хотя здесь уже хозяйничала полным ходом жена брата, все равно это ее родной дом. Мама была слабенькой, но сама себя обслуживала, не хотела и не была обузой невестке и детям. По сложившейся традиции истопили баню. Искупав ребятишек, сделав какие -то дела по дому, Таня сказала матери что сходит в баню. В баню пошла последней, не любила жар. Баня была добротной, основательно построенной на года. В общем, как и все в доме. Отец был военным, пенсионером, выправка и дисциплина не покидали его и в столь зрелом возрасте. Мысли не веселые роились в голове у Тани, думала о маме о муже, о детях. Вдруг повернувшись, увидела сидящую на табуретке мать, вздрогнула. “Мама, ты что сидишь?” Мать ответила – ” Прости дочка, не хотела тебя пугать”. Взгляд у матери был какой-то странный, смотрит и не видит как будто, мысли где-то в далеке. Ночевать не остались, решили вернуться домой. В глубине души у Тани было не спокойно еще и за мужа. Фарид стал интересоваться спиртным, пока еще стабильно только по праздникам. Кабы чего не случилось в ее отсутствие. Фарид был красавцем, играл на гитаре, прекрасно пел, да к тому же мастер на все руки. Такого мужа надо беречь, думала Таня, подходя к дому. Фарид был дома, все в порядке. Ночью Таня видела сон, как будто мать советуется с ней, какое платье ей выбрать, собирались в гости. Просила дочь помочь с выбором. Выбрали зеленое красивое платье, в пол. На маме оно сидело шикарно. Утром проснувшись, Таня подумала еще, какой странный сон. Проводив старшего сына в школу, он учился во 2 классе, осталась с двумя младшими дома. Фарид сказал, что пойдет в центр, какие-то железки купить. Хотя хозмаг есть в их микрорайоне. Начала уборку дома, предварительно накормив детей. Отправила их играть во двор. Порадовалась в душе, дом большой, удобный и просторный, с большим двором и огромным садом, в котором было много плодовых деревьев. А еще был огород, который был подспорьем очень хорошим. На нем росло все, зелень самая разнообразная, овощи. Таня с любовью относилась к огороду, он кормил ее семью. Все овощи и фрукты были свои. Таня вздрогнула, услыхав крик мужа, он звал ее. Она еще подумала, что он быстро вернулся. Вышла из комнаты, на Фариде не было лица. Обычно спокойно-невозмутимый при любых обстоятельствах, сейчас он был очень нервным. Сбиваясь, говорит-” Я ничего не понял. Иду, соседка говорит- “Чего в село не едите?” Я говорю -” Зачем? Жена с детьми вчера вернулись оттуда вечером. ” Соседка говорит-” Как же, утром слышала от кого-то, у Тани мать умерла”. ” Фарид ответил, что все в порядке. Соседка явно была обескуражена. Но, все же решил проверить, прибежал к Тане. Вдвоем побежали к соседке звонить. Тогда телефоны были проводные и не у всех. Позвонила и узнала, что мама умерла ночью. Тане пытались сообщить через общих знакомых, отправили телеграмму срочную, но учитывая, что прошло мало времени, не доставили. Благодаря соседке, которая непонятно как услыхала эту новость, они узнали о смерти матери. Фарид побежал за сыном в школу, Таня на спех собрала детей со слезами недоумения, как же так вышло, вчера еще мама ходила, разговаривала, а сегодня умерла. Нет, такого не может быть! Торопились, потому что по закону мать должны похоронить до обеда. А еще не к месту или наоборот, свербила мысль, успеют ли все дети приехать на похороны? Вспомнила как мама говорила однажды, что девочки все успеют, а вот сыновья не успеют проститься с матерью. Братья жили кто в столице, кто в районе, лишь один дома. Да и тот уехал по делам в столицу. Девочки тоже жили далеко от родителей. Таня еще тогда сказала матери чтобы даже не думала о смерти, а если что уж случится, то все дети приедут, успеют. Зайдя в отчий дом, Таня кинулась к матери. По обычаю ее уже обмыли, завернули в саван, сверху зеленой материей. Таня, собираясь сюда, хотела взять красивый отрез зеленого пан-бархата с золотистым мелким узором, но потом в торопях забыла. Как бы он сейчас подошел маме. . . Таня сначала рыдала, кричала, причитала в голос. Сердце разрывалось от боли и неверия. “Мама, мамочка, не уходи, не покидай, не оставляй меня одну!” Еще много чего кричала Таня, а потом поняла, что тело как будто не слушается ее, в глазах потемнело, она потеряла сознание. Очнулась от того, что кто-то сильно растирает ей руки и ноги. Постепенно в голове стало проясняться. Оказывается, стресс так повлиял на нее, что руки, ноги, все тело свело судорогой так, что она потеряла сознание. Ее привели в чувство, стали не злобно ругать, мол у тебя дети, если еще и ты умрешь, кому они нужны будут. . . Маму похоронили с почестями. Одно огорчало, все трое братьев не успели приехать