# Подарок Игривого Амура

Джулия Либур

Императору Цзиньлуну приелось всё. За триста лет немудрено, конечно. Особенно гарем надоел. Уж сколько раз жён менял, а всё одно и то же. Вот из-за скуки и махнулся не глядя с падишахом. Пятерых жён скопом на одну рабыню эльфийку обменял. Что на него нашло, Амур его знает. Чем это обернётся для бедняги императора даже Призрачной Королеве неизвестно. Эльфийка-то вовсе не изнеженный цветочек. Так что скучать Жёлтому Императору больше не придётся. Понаблюдаем? Смеяться, сочувствовать или злорадствовать – решать тебе, мой дорогой читатель.

Вас ждут:

Пресыщенный герой-красавчик

Несгибаемая эльфийская воительница

Коварные обитательницы гарема

Безусловно счастливый конец

Пролог


Никогда слышите, никогда не игнорируйте то, что нашёптывает вам внутренний голос. Вот она сама лично, глупая эльфийка, придавила червячок сомнения, который интуиция заставила зашевелиться. Теперь где она? Правильно, в плену. В рабстве. Тиафель снова провела бархоткой по своему мечу. Она уже отполировала его до блеска, но всё равно продолжала любовно оглаживать верное оружие. Её всегда успокаивало это занятие, а спокойствие ей сейчас было необходимо как глоток воды жаждущему в пустыне. Она совершила самую большую глупость в своей жизни, поверила купцу. Ну как? Как, скажите на милость, можно верить торговому человеку? Правильно, нельзя. Его задача всегда и во всём искать выгоду. Искать и получать её. И если такой человек вам что-то дарит, значит что? Правильно! Он рассчитывает получить взамен на-а-а-много больше.

И он получил. Получил то, что хотел. Лучшего воина из Королевства Морозной Луны. Значит она будет махать мечом не потому, что надо стать плечом к плечу рядом с Призрачной Королевой, защищая Туата, не потому, что надо помочь товарищам, и даже не потому, что надо проводить караван, охраняя его от разбойников, а потому что на неё делают ставки. Теперь она приносит деньги этому пузану из Монд Маджик Ла, взамен получая лишь еду и одежду. Торгаш, конечно, уверяет её, что отпустит, как только она заработает ему покрытие расходов. Каких расходов и на что?

Покрытие расходов, покрытие расходов… Купец всегда думает о выгоде. Ей надо вырваться от него. Надо пусть и в рабстве, но служить тому, кто способен дать ей рост по этой самой службе. У купца она всегда будет гладиатором, на которого будут делать ставки, а ведь она не просто воин, а хороший стратег. Стратег. Эх… Стратегию купца не разглядела. Ну да ладно. Она и впрямь хороший стратег. Боями проверена. Охранница отличная. Да ещё и такая экзотичная для этих мест. Кто из здешних правителей экзотику любит? Пришла пора брать судьбу в свои руки. Уж что-что, а подбросить идею она мастерица, да так, что тот, кому она эту самую идею подкинула, будет уверен, что лично всё придумал. Купец тоже будет уверен.


Глава 1. Чем Порадовать Падишаха.


Падишах Мустафа V Абдуллахович из династии Заманов, был сегодня очень доволен. Его Великая Восточная Империя упорно разрасталась, завоёвывая новые территории. Вот и сегодня очередной присоединившийся вассал прислал свою дань, согласно уговору. Как раз к празднику подоспел. Сегодня будет нескончаемый поток подарков. Но император Цзиньлун на особом счету. Весь дворец полнился шёпотом. Кроме причитающегося золота, во дворец прибыло триста шестьдесят четыре рабыни. Все они будут наложницами падишаха. Вот только таких рабынь ещё не видели. Миндалевидные глаза, изящные фигурки, летящие многослойные шёлковые одежды с широкими рукавами, замысловатые причёски, украшенные золотыми шпильками. Подвесками к ним служили сложного плетения цепочки, на концах которых сверкали драгоценные камни. Казалось, они не шли, а плыли над полом.

Многие с сочувствием смотрели на процессию ярких, как весенние цветы девушек, ведь эта красота скоро исчезнет. Все знали, что наложницы нужны падишаху, только чтобы поддерживать его молодость. Он, как и его мать – султанша Иклиль, тёмная чародейка, был красив, жесток и беспощаден. Сколько таких нежных бабочек сгорело жаркими ночами, даже не понимая, что происходит. А ведь у них просто-напросто отбирали жизненную силу. Она нужна была матери и сыну, чтобы править как можно дольше. Желательно вечно. Сын использовал наложниц, а мать – евнухов.

Поставляли же им эту подпитку уделы и княжества, которых они завоевали великое множество. Раз в год каждый вассал присылал дань. Сегодня впервые пришла дань от императора, который правил землями практически на краю их мира. Падишах Мустафа V гордился, что даже туда дотянулась его длань. Да и как не гордиться? Страна Золотого Солнца была так далеко, что даже его янычары-гули не смогли бы туда добраться. Лежала она за бескрайними песками, а войску надо питаться. Нет людей, нет еды. Да, джинны, конечно, могут и сами воевать, но тут другой случай. У императора Цзиньлуна есть отличные маги, владеющие магией солнца. А сам он в своей империи самый сильный маг. Тёмные джинны в этом случае без гулей не справились бы.

Тогда Мустафа V решил пойти на хитрость и сначала просто отправил послание с требованием признать его верховным императором и выплачивать ему ежегодную дань, а иначе отправит в страну Золотого Солнца своих янычар вместе с джиннами. И о чудо! Получил в ответ вполне вежливое письмо с описанием дани, которую император считал посильной. Немного поторговавшись, он милостиво согласился, тем более что в договоре были ещё и очень выгодные торговые предложения.

Про Жёлтого Императора до этого слышали только легенды. Жёлтым называли каждого императора, который там приходил к власти, потому что именно на этих землях были золотые копи. По углам шептались, будто золота там так много, что даже цвет кожи у тамошних жителей золотистый. И не только золото там добывали. Драгоценные камни предприимчивые купцы тоже везли именно оттуда. А про женщин тамошних рассказывали, словно они так искусны в танцах, что могут изящно двигаться в такт музыке даже на блюде, которое в это время несут крепкие рабы.

И вот сегодня весь дворец убедился, что это правда. Таких богатств и таких красавиц Падишах Мустафа V ещё не получал в качестве дани. Неизвестно, конечно, как долго Жёлтый Император сможет выплачивать этот непомерный оброк, но в первый раз в грязь лицом не ударил. Зато в его страну не зашёл ни один солдат падишаха. Всё решили только переговорами.

Девушки и впрямь отличались золотистым цветом кожи. Шли они мелкими шажками, потому что на ногах у них были золотые браслеты, соединённые золотой же цепочкой, которая хоть и позволяла спокойно двигаться, но ширину шагов строго ограничивала. Поэтому они плавно семенили, позвякивая своими украшениями. Но это так завораживающе выглядело, что дворцовые служанки даже задумались, а не ввести ли им такую же моду. Вот только так двигаться, наверное, и за неделю не научишься. Какая грация!

Мустафа V, сидевший на троне, с глубоким удовлетворением наблюдал за процессией. Надо же, не обманул император. Ровно триста шестьдесят четыре наложницы. По одной на каждый день. На следующий год, правда, по договору полагалась всего половина того, что прислано в этот раз, но это обычное дело. В соглашении был также договор о торговле. Причём цены Жёлтый император обещал держать очень даже приятные. Это даст возможность купцам самого падишаха развозить редкие товары дальше по Монд Маджик Ла, наживая совсем неплохие деньги. И теперь он, кроме всего прочего, стал ещё и Верховным императором. Это первая империя, которую он поглотил. До этого были княжества, уделы, да, королевства тоже были. Парочка. Теперь вот империя. Первая, но уж точно не последняя. Приятная. Очень приятная добавка к его титулам.

Падишах был доволен новым вассалом. Настолько доволен, что захотел увидеть этого самого вассала лично, а не только поддерживать переписку. У них оказалось много общего. Послания Цзиньлуна Мустафа читал с интересом и отвечал также пространно и живо. Кстати, скоро же празднование Нового года, который они будут встречать в Робинии. Вот и повод увидеться. Он всегда звал туда своих первых вассалов. А уж Жёлтый Император теперь первый среди первых. Сегодня же велит отправить ему послание. Кроме того, интересно на его жену посмотреть. Он знает, что у правителя Империи Золотого Солнца тоже приличный гарем. И пять супруг, как и у него самого. Ну вот хоть одну пусть с собой прихватит.

Ах, этот праздник. Он всегда в Робинии такой… раскрепощённый. Там, совсем другие ощущения. Там можно флиртовать. Это возбуждает. Ведь здесь он только повелевает. Поэтому лёгкое разнообразие всегда приятно. Посмотрим, что устроят Акаций с Цветаной на этот раз. Пора готовиться. И надо ещё подумать, какую из жён взять с собой. Это особая награда, которую получит достойнейшая. Ну что там за шум? Купцы тоже с подарками?

По залу действительно прокатился ропот. Потому что следом за данью и подарками от Жёлтого императора, двинулась вереница с подношениями от благодарных верноподданных Верховного императора. Ох, как же приятно это звучит. И первой шла процессия, которую возглавляли богатейшие купцы Восточной Империи. Следом шла вереница сильных и красивых рабов и рабынь, которых купцы с благоговением преподносили своему владыке. В руках каждый раб что-то нёс. Кто-то блюдо, накрытое узорчатым шёлком, кто-то сундучок, кто-то бочонок. В общем, процессия тоже была яркая и радующая глаз. Но все взоры притягивала необычная фигурка, которая возглавляла вереницу девушек.

Серебряные длинные волосы, заколотые изящными шпильками на макушке, опускались почти до колен. Белоснежная кожа, острые ушки, серебристые глаза, которые вдруг вспыхивали золотым, когда на них попадал луч света, тонкая, стройная фигурка, белое с золотым шитьём приталенное длинное платье с разрезами расширялось книзу, красиво ложась фалдами. Это была эльфийка, вот только таких эльфиек не видели ещё в Монд Маджик Ла. Она явно не принадлежала к тем эльфийским расам, которые обитали в этом мире. Девушка несла овальный поднос, на котором лежали два великолепных меча, несколько кинжалов и лук с колчаном стрел. Всё было самой тонкой работы и украшено богатым узором. Казалось, для её хрупкой фигурки такая ноша должна быть непосильна, но она шла, держа поднос практически одной рукой. Второй лишь поддерживая его равновесие.

Мустафа V оживился. Нет, эльфийки не были для него диковинкой. В Робинии можно было купить на рынке рабов любое невиданное создание: эльфа или эльфийку, фею, сильного огра, искусного гнома, русалку. Но эта рабыня явно отличалась от них хотя бы своей силой. Да и сама она была будто изо льда или снега. Также холодна, неприступна и да, вот нужное слово! Она была высокомерна! Это было очень необычно для Монд Маджик Ла, где рабы точно знали, как себя правильно вести и на хозяев даже глаза боялись поднять, чтобы их не заподозрили в непослушании. Интересно, где её раздобыли шустрые торгаши и почему дарят её самому Верховному императору? Чем она так отличается от других, что её сочли достойной его дворца.

Купцы есть купцы, они не просто делают подарки, а ещё и велеречиво расхваливают их, будто не дарят, а продают. Хотя так и есть, на самом деле. Взамен завтра будут наверняка просить, то концессию, то лицензию. После цветистых восхвалений стройных, мускулистых красавцев, на которых благосклонно поглядывала султанша Иклиль – матушка падишаха Мустафы, и подарков, на драгоценных подносах в их могучих руках, наконец перешли к яркому букету чаровниц. И тут император сильно удивился.

Эльфийку, с необычным именем Тиафель, предлагали ему… в телохранительницы! Уж не насмешка ли это? Тогда, пожалуй, надо срочно приказать бравым молодцам, охраняющим трон тут же снести головы наглецам! Но купцы знали характер повелителя и затараторили, упав на колени, что перед ним искуснейшая и величайшая воительница, которую они с риском для жизни захватили для него. Ибо эта эльфийка на самом деле чужеземка из неизвестных в Монд Маджик Ла снежных эльфов. И была она свободной, пока её специально не выкрали для величайшего падишаха.

Тут Мустафа V сдержал свой гнев. Вот это уже интересно. Что ему хоть и красивая, но ледышка, да ещё с таким презрением поглядывающая вокруг. Плохой, очень плохой пример для рабов. Но вот воительница… Ей многое тогда прощается за искусство убивать врагов. Такой охраны нет ни у кого, а прихвастнуть и выделиться падишах любил. Однако верить на слово он не привык.

–– Воительница, говорите? Ну что же, проверим. Освободить середину зала. Пусть останется только эта ваша Тиафель. Юсуф! – падишах сделал едва заметный жест, и огромный телохранитель, стоявший за его троном, лёгким пёрышком выпорхнул на середину зала, – Она будет биться с ним. Оружие может взять из того, что вы в подарок приготовили.

Поигрывая канатами мышц, Юсуф с ухмылкой смотрел на тонкую фигурку эльфийки, предвкушая похвалу Верховного императора. Девушка же спокойно передала поднос двоим рабам, так как один человек его просто не мог удержать, и взяла меч, потому что увидела в ручищах своего соперника такой же. Она заметила, с какой удивительной для его веса лёгкостью двигается воин, и понимала, что бой не будет простым. Обычно ловкость и увёртливость – это был её конёк. В этот раз ей попался соперник, тоже обладающий умением легко двигаться, но отказываться от своей выигрышной стратегии она всё равно не собиралась.


Глава 2. Новый Хозяин.


Это было красивое зрелище. Бойцы кружили как два танцора, непринуждённо поигрывая мечами и не спуская друг с друга глаз. Время от времени их оружие яростно скрещивалось, и все с удивлением заметили, что хрупкая на вид рука девушки ничуть не уступала по силе мускулистой руке опытного воина. Они сходились и снова расходились в одном ритме, будто поймали волну друг друга. Юсуф тоже уже понял, что зря так понадеялся на свою силу. То, как воительница держала удар, просто поражало. Да к тому же, глядя на неё, было видно, какое удовольствие ей доставляет сам процесс. На её лице было написано вдохновение как у художника, созидающего своё лучшее творение.

Взгляды зрителей были прикованы в основном к эльфийке, потому что уж очень внушительно выглядел меч в её тонких руках, а обнажённые плечи так и хотелось обнять, защитив от этого громилы. Её стройные ножки мелькали в разрезах платья так соблазнительно, что тот же Юсуф порой кидал на них быстрые взгляды, но сразу же возвращался обратно к сверкающему мечу. Оставлять без внимания это грозное оружие было нельзя, потому что эльфийка только и выжидала удобного момента. Её бывший хозяин решил подбодрить воительницу.

– Ну, давай же, Оса, не ударь в грязь лицом перед Великим Императором!

Уголок её губ презрительно дёрнулся. Оса. Надо же. Эти невежды наградили её этим «лестным» прозвищем потому что она действительно вилась вокруг врага в сражении, как оса и также быстро жалила его своим мечом. Но разве это главное её умение? У неё есть собственное имя, и догадливый бы уже понял, в чём заключается её истинная сила. Быстрым может быть любой умелый воин. Вон этот Юсуф, смотри, как шустрит. Но её настоящее преимущество в бою вовсе не скорость и ловкость, с которой она управлялась с клинком. Кстати, этот бой точно не стоит затягивать. А то вдруг кто-нибудь случайно пострадает.

Тиафель теперь вела свой воинственный танец, не разрывая зрительного контакта с противником. Тот сначала ухмыльнулся и даже расслабился, думая, что она скоро начнёт молить взглядом о пощаде, но уже через минуту не мог оторваться от её глаз. Весь этот бой уже казался ему неважным. Вернее, не так важна стала победа. А вот сам бой, он теперь хотел вести вечно, потому что только так он мог, не прерываясь смотреть в эти переменчивые глаза, которые то отливали серебром, то вдруг вспыхивали золотом. Движения его стали замедляться, и он не заметил, в какой момент меч вылетел из его рук и со звоном упал на мраморные плиты пола. Тиафель же по-прежнему не разрывая визуальный контакт, ловко подкинула меч соперника ногой и поймала свободной рукой. Через мгновенье у его горла уже было два клинка, и Мустафа понял, что бой окончен.

– На ней что, нет сдерживающего артефакта? – хмуро спросил Мустафа.

– В том-то и дело, что есть, о, Великий Император! – подобострастно склонился купец, – Блокиратор надет ей на шею. Просто сейчас прикрыт платьем. Вернее, всегда прикрыт. Она только такие и носит. Мы разрешаем, потому что уж очень хороша в бою. С тех пор как она с нами, ни один воин не смог её одолеть. И поверьте, Ваше Императорское Величество, даже если не будет трюка с глазами, она всё равно победит. Мы уже пробовали. Просто бой будет чуть дольше длиться, и она может ранить противника. Эта девушка – величайший воин. Вы останетесь довольны. Клятва подчинения сделает её вашей послушной рабой. Мы уже сняли свою. Сейчас на ней только артефакт, блокирующий магию.

Падишах довольно кивнул и благосклонно махнул рукой.

– Хороший подарок. Я доволен. Придёшь завтра со своей просьбой, я удовлетворю её.

Счастливый купец, сияя улыбкой, попятился назад, отбивая поклоны. Мустафа же кивнул евнуху и тот указал Тиафель, где ей встать до окончания церемонии, которая длилась потом ещё около часа. Девушка равнодушно смотрела на бесконечную вереницу роскошных диковинок, которые несли Великому императору. Эльфийка знала, что сегодня она – это самый роскошный подарок владыке. Однако печалиться по этому поводу на людях не собиралась. Всё идёт по плану. Её плану. А вот показывать свою слабость недостойно бойца. Когда выбирала этот путь, то прекрасно осознавала, что для воина всегда есть вероятность очутиться в плену.

Конечно, Монд Маджик Ла – это худший вариант для пленника, а тем более пленницы. Тут эльфы, гномы, русалки, и прочие волшебные существа, по сути, никто. Бˊольшая часть из них в рабстве, те, кто ещё свободны всегда в опасности. В Робинии уже и магов начинают притеснять. Только богатыри в почёте. Но это её не особо волновало. Пока она интересна своим хозяевам как воин, они будут беречь её. Ведь на неё можно делать ставки или дарить, как очень ценный экземпляр. Да, она готова и в состоянии убить каждого из них, но это не поможет получить такую необходимую ей свободу. К тому же испытания, которые посылают боги, надо нести с достоинством. Значит, надо делать вид, что покорилась. А уж там она что-нибудь придумает.

Глупо. Как же глупо она попалась. До сих пор хочется самой себе настучать чем-нибудь тяжёлым по голове. Она сама родом из Королевства Морозной Луны. Там живут снежные эльфы, и к власти несколько лет назад пришёл совсем юный король, которому пришлось многое пережить до вступления на престол. Само королевство входит в союз Пяти Королевств, которые ещё называют Волшебными Краями. В незапамятные времена это было одно государство, которое тогдашний правитель поделил между своими детьми. Нет в Волшебных Краях рабства. Увидев, что это такое здесь, в Монд Маджик Ла, она была потрясена. Но в чужой храм не несут своего бога. Поэтому они просто сопровождали караваны, скромно умалчивая своё отношение к тому, что видят.

Их пять богов договорились с богами здешними о торговле и раз в полгода открывали портал. Но местные жители не могут покидать Монд Маджик Ла, поэтому в Робинию приходили караваны из Волшебных краёв. Самое ценное, что везли купцы – это Слёзы Барханов. Почему Слёзы Барханов? Потому что именно в барханах его добывали. Был этот камень невзрачен и хрупок, но его высоко ценили волшебники всех мастей. Чтобы добыть слезу, приходилось просеивать тонны песка, потому что встречался он только одиночными камнями и никогда залежами или гнёздами. Однако стоил он очень дорого. Потому что делал любое зелье или заклятье намного сильнее, и любой волшебный артефакт намного мощнее. Но его нельзя было разбивать или использовать дважды. Было у камня ещё одно свойство. Он не мог усилить действие такого же камня. К тому же правительница Царства Жёлтых Барханов продавала его в строго ограниченном количестве, так что, доезжая до Робинии, камень стоил уже баснословных денег.

Кроме Слезы, везли ещё необычайные ткани, жемчуга и прочие морские диковины из Царства Трёх Морей. Из Королевства Морозной Луны доставляли эликсиры и особую косметику, которые даже последней дурнушке могли помочь найти мужа, потому что преображали её, делая прелестницей. Оттуда же везли зачарованные стрелы, всегда попадающие в цель. Из Царства Солнечных Долин с нетерпением ожидали волшебный цветочный нектар, от тамошних фей, а ещё вуали от известной мастерицы, по имени Паутинка. За эти вуали невесты готовы были драться. Ведь они приносили супружеское счастье. Королевство Зелёных Дубрав поставляло диковинные цветы для парков и садов, а ещё лекарственные травы для аптечных лавок.

Только рабов никогда не привозили из Пяти Королевств. Как же она умудрилась так вляпаться? Куда делась её осторожность? В этот раз караван был особо богатый. Купцы обеих сторон остались очень довольны друг другом и на прощанье закатили знатную пирушку, на которой напоили даже эльфийскую охрану. Не пила она одна. Не любила. Прощались купцы, хлопая друг друга по спинам в предвкушении знатной прибыли. Тут к ней и подошёл этот улыбающийся шакал. Протянул ей ажурный широкий золотой браслет, тонкой работы, рассыпался в любезностях. Сказал, что это подарок от всей их купеческой гильдии, как знак восхищения её воинским мастерством и красотой. Попросил примерить, мастер мол тут же, если что застёжку подгонит. Вокруг были хоть и пьяные, но её верные друзья. Да и обижать отказом этих восточных льстецов не хотелось, магии не почувствовала в браслете, вот и примерила. Браслет сел как влитой. Ничего страшного не произошло, и они отправились к порталу. Она ещё практически тащила сразу двух воинов-эльфов из их отряда.

Портал открылся, все туда начали заходить. Она следила, нет ли отстающих. Друзей к тому времени передала тем, кто более-менее на ногах держался. Проверила, не забыл ли кто чего и шагнула в портал, он стал закрываться и даже вроде закрылся. Ей показалось, вроде уже маячит гостиный двор в родном королевстве, откуда они обычно уходили, а потом вдруг поняла, что стоит рядом с тем самым купцом, который браслет преподнёс. Сразу догадалась, что провели её как ребёнка. Увидев её нахмуренные брови, купец вскинул руки.

– Не кипятись. Портал теперь откроют только через полгода. Так что тебя если даже и начнут искать, то не раньше этого времени. Но ты девочка умная, понимаешь, что к той поре будешь уже очень далеко отсюда. Я тебя похитил не для гарема. Ты будешь по-прежнему воином. Будешь хорошо драться, может, даже заработаешь свободу.

Вот она теперь эту самую свободу и пытается заслужить.

Глава 3. Приглашение На Бал

Император Цзиньлун читал послание Верховного Императора, а на его губах мелькала тень усмешки. Всё шло по плану. Пора ему было познакомиться с другими правителями, узнать их слабости, понять их сильные стороны. Миром правят порой не те, кто считаются истинными правителями, миром правят те, кто знают слабости этих самых правителей. В его руках есть всё, чтобы эти слабости взлелеять и взять под контроль. Золото? Его у него столько, что пожелай, он мог бы замостить им дорогу от Страны Золотого Солнца через всю пустыню, до самой Эльлейл, столицы Великой Восточной Империи. Есть у него и то, что дороже золота. Драгоценные камни. На его копях работают тысячи гномов, старательно добывая и складывая камешек к камешку алмазы, сапфиры, изумруды и рубины. Кроме этого у него налажена добыча чёрных опалов. Желанный камень для любого мага. Так что спрос всегда имеется.

Однако имеется и то, что ещё желаннее чем эти блестяшки. Семена снежного или, как его ещё называют, хрустального лотоса. Снежный потому что растёт только в самых холодных труднодоступных горных озёрах. Эти лотосы цветут до самых морозов и когда лёд сковывает озеро, кажется, что над его поверхностью стоят хрустальные цветы. Приходится ждать, пока лёд окрепнет настолько, что по нему становится безопасно ходить, и тогда сборщики срубают эту красоту, оттаивают в тепле и вынимают семена, которые выглядят как маленькие перламутровые шарики. Если не знать, что это, то запросто можно перепутать с морским жемчугом.

Зачем столько сложностей? Семена обладают особыми свойствами. Ну, во-первых дарят защиту даже от священного клинка. Страшное изобретение королевы Цветаны из Робинии, которое легко может справиться как с чародеем, так и с невиданным созданием. И только богатыри от него не страдают. Вернее для них он как обычный меч. Во-вторых, семена хрустального лотоса дарят молодость. А молодость нужна всем. Например он, Жёлтый Император, правит уже около трёх сотен лет. Он старше Великого императора и старше его матушки, а выглядит на двадцать пять. И нет, у своих наложниц он жизнь не отбирает. Так, конечно тоже можно продлить свою молодость, но зачем расходовать человеческий ресурс?

Нет, ему совершенно несложно посылать Мустафе V дань наложницами. Слава Великой Жизни, девочек в его стране рождается намного больше чем мальчиков. Родители, что победнее, сами приводят их в императорские школы танцев и музыки, как только им исполняется три года. Получают вознаграждение и забывают навсегда, что у них были дочери. Девочки растут там, пока им не исполнится семь лет. Тогда уже понятно будет ли она красива, изящна и талантлива. Таких оставляют, а остальных переводят в другую школу. Там воспитывают вышивальщиц, ткачих, поварих, служанок, прядильщиц, травниц, да много кого ещё.

Народ плодовит, поэтому в стране сотни школ и тысячи выпускниц. Конечно, ему нетрудно отправить раз в год пару сотен обученных красавиц Мустафе V. Себе тоже мог бы брать во дворец юных чаровниц, но ведь куда проще выпить особый настой, секрет которого знает только он. Понятно, что гарем у него есть. На лицо правителя набежало облачко при воспоминании о гареме. Уж этот гарем. Как без него. Не по статусу будет. Но как же ему скучно в последнее время туда заходить. Всё время одно и то же. Отрепетированные улыбки и жесты, афродизиаки, на которые он уже лет сто, как не реагирует вообще, одни и те же танцы, повторяющаяся музыка. Ску-у-у-чно.

Великий император просит в послании обязательно взять с собой хоть одну жену. Да, пожалуйста. Можно и всех пятерых, а в Робинии раздарить их тем кому приглянутся. Мустафа жён меняет когда им по тридцать исполняется, а он еле терпит до их двадцатипятилетия. Вот этих взял всего год назад, а уже хочется заменить, хотя им ещё далеко до рубежа. Решено, все пятеро едут с ним. Вернётся, возьмёт себе свежую пятёрку. Всех евнухов заменит и смотрительниц гарема тоже. Может тогда удастся извести и песни эти, и танцы, надоевшие хуже горькой редьки. Брови его при этом разгладились и он снова едва заметно улыбнулся.

Стражник, наблюдавший за этой сменой настроения тихонечко выдохнул. Может пронесло сегодня. Последние полгода правитель злится постоянно почём зря. Ох и достаётся тогда всем вокруг. Увидев, что Цзиньлун поднял голову, вытянулся по струнке. Тигра дёргать за усы, не хотелось.

–– Позвать сюда всех моих пятерых супруг немедленно, – при этом император вновь представил полную смену своих жён и удовлетворённо откинулся на спинку трона.

Правитель не знал, что кроме стражника, за ним наблюдал ещё кое-кто. Этот кто-то скрывался в тени одной из ниш, и заметить его было практически невозможно. Красивый юноша в хитоне с интересом ждал дальнейшего развития событий. Он ощущал все эмоции Цзиньлуна и прекрасно понимал, чего же он хочет на самом деле, но ему хотелось взглянуть на жён императора. Это было важно, потому что определяло дальнейшую судьбу правителя. Да-да, того самого правителя, который был так уверен, что именно у него всё под контролем и идёт так, как решит именно он. Но, как говорится, хочешь насмешить бога, расскажи ему о своих планах.

Жёны чинно вплывали по одной, следуя строгой иерархии. Первой была Ксиаоли или Утренний Жасмин. Главная и, как считалось, самая красивая из жён. Её ножки были так малы, фигурка так грациозна, что она казалась одной из десяти красавиц, сошедшей со старинной акварели. Её личико отличалось сияющей белой кожей, и на нём глаза казались яркими звёздами. Она двигалась так плавно, что даже подвески на шпильках не звенели. Эта походка всегда вызывала зависть остальных жён, но сколько они ни пытались так ходить, повторить эту плавность движений, у них, увы, не получалось.

Второй склонилась в поклоне Венлинг, Очищенный Нефрит – вторая жена Жёлтого Императора. Она была не только красива, но ещё слыла талантливой поэтессой, обладающей искусством тонких намёков и эпитетов. Третья жена звалась Джингуа (Роскошная), и она полностью соответствовала своему имени. Соблазнительные формы, густая грива волос, поднятая в высокую причёску, чувственные губы. Всё это манило, обещая море наслаждения.

Следом семенила Сяомин или Яркий Рассвет – четвёртая супруга императора. Она была миловидна и нежна, а кроме того владела искусством каллиграфии и славилась умением расписывать ширмы. Ну и пятая жена – Чунтао или Весенний Персик, которая была моложе всех и снискала себе славу своим голосом. Она частенько доставляла повелителю приятные минуты, когда пела ему в саду аккомпанируя себе на цитре.

Цзиньлун милостиво разрешил своим супругам подняться с колен и сесть.

–– Итак, мои дорогие супруги, готовьтесь, мы скоро отправимся в путешествие. Нас пригласил Верховный Император Мустафа V принять участие в праздновании Нового Года в Робинии. Как вам известно, теперь наша страна входит в Великую Восточную Империю и этим приглашением нам оказана честь. Так что вы не должны ударить в грязь лицом. Подготовьте так же подарки, которые вы должны будете вручить супругам приглашённых правителей. Наш церемониймейстер просветит вас, какого рода подношения более всего подходят в этом случае.

Император подметил, какой радостью загорелись глаза его жён. Если бы не строгий этикет, сейчас в зале поднялся бы галдёж из женских восхищённых возгласов. Это ведь так интересно и необычно. Они ещё ни разу не покидали пределы своей страны. Там совсем другие традиции, обычаи, порядки и потом будет столько разговоров, что хватит ещё на год точно. Боги, как же им будут завидовать все наложницы в гареме. Это такая честь, такая честь. У них самый лучший супруг на свете. С каким воодушевлением они опустились на колени благодаря своего повелителя и мужа. Тот же, милостиво отпустив их, вызвал церемониймейстера, чтобы обсудить с ним все детали поездки.

Ни стража, ни сам император ни старый чиновник, так и не заметили, что из дворца, распахнув красивые белоснежные крылья вылетел юноша в хитоне. Весёлый красавчик с лукавыми глазами увидел всё, что ему было нужно. Следующей целью его путешествия был императорский дворец в столице Эльлейл, Великой Восточной Империи. Там он хотел увидеть, как устроилась одна храбрая эльфийка, с серебристыми волосами и глазами отливающими оттенками благородного металла.

Глава 4. Подопечная Амура.

Тиафель он нашёл на тренировочном поле. Пока император почтил присутствием свой гарем, она не теряла времени и сейчас плясала в боевом танце с очередным спарринг партнёром. Он был уже пятый за сегодня, но, как и в предыдущие дни, хоть по одному, хоть у всех скопом, у них не был шансов победить воинственную деву. Причём она даже свой взгляд не применяла.


– Вот же наградила Бездна девку, – сплюнул на землю очередной побеждённый, – Нет чтобы мужику такие таланты достались, так где там… Эльфийке рабыне свалилось то, что на троих запросто хватило бы.


– А ты не ной, – холодно осадила его девушка, – тренироваться надо, а не по пивным шастать. Таланты, знаешь ли, и ручкой помахать могут, если их не развивать, – она хлопнула его ладонью по животу, отчего тот даже шаг назад сделал, – А у тебя что? Пузо до колен? Ты как собираешься повелителя нашего защищать?


Десятник, наблюдавший за тренировкой, одобрительно хмыкнул, мол права девка, распустились совсем, на гулей, да на джинов надеетесь. Стражники, поняв, что поддержки у начальства не найти, со вздохом вернулись к упражнениям. Крылатый юноша, который наблюдал всё это, стоя в тени деревьев, направился теперь во дворец, опять-таки никем не замеченный. Там он по-хозяйски проследовал прямо в гарем. Увидев, с каким жаром Мустафа V предаётся любви со своей новой, и пока самой любимой женой, он с довольным видом щёлкнул пальцами, отчего в воздухе появилось облачко светящейся пыльцы, окутавшей парочку, резвящуюся на широченном ложе, и после этого исчез.


Довольный император устало потянулся, затем одобрительно провёл ладонью по пышной округлости своей страстной супруги и, запахнув халат, милостиво позволил ей завязать кушак. После чего, в сопровождении евнухов, направился в тронный зал. Там, усевшись в кресло, приказал позвать свою новую телохранительницу. А пока за ней побежали, поинтересовался, как с ней обстоят дела. Главный евнух, согнувшись в подобострастном поклоне, доложил, что охранники воют от маленькой, но такой тяжёлой ручки эльфийки. Гоняет она их нещадно и всё время шпыняет тем, что они ни на что не годные отбросы, неспособные защитить повелителя.


Верховный император расплылся в довольной улыбке. Да, угодили ему купцы, так угодили. Такой подарок. Он уже с кем только её не стравливал. У всех своих министров карманы обчистил. Приятно. Теперь вот в Робинии развлечётся. Уж там ставки будут совсем другие. Совсем.


Благосклонно улыбнувшись вошедшей телохранительнице, милостиво разрешил ей не преклонять колени и махнул, чтобы сразу встала у него за троном. Сейчас матушка пожалует, надо обсудить поездку в Робинию.


Императрица Иклиль скоро величественно вплыла в тронный зал. Она тоже была в хорошем настроении, вспоминая того милого мальчика, который так нежно и страстно отвечал на её поцелуи. Надо будет сегодня повторить. Такой сладкий мальчик, прямо медовый. Пожалуй, она его не выпьет сразу. Пусть порадует её подольше.


– Матушка, – император встал с трона и шагнул навстречу Иклиль, уважительно взяв её за руку и усадив рядом с собой, – осталось всего два дня, до Нового года. Мы отправимся порталом. В этот раз я возьму всего четверых охранников и Тиафель. Она будет главной. Кого возьмёшь ты?


– Ну, у меня нет Тиафель, так что придётся взять с десяток как минимум, а, скорее всего, и все двадцать. И пусть наши маги постараются, чтобы портал в этот раз был более устойчивый. А то прошлый схлопнулся так, что наш воин чуть ноги не лишился.


– Да, момент был неприятный, но, к сожалению, наши маги, как ты помнишь, были не виноваты. Портал организовывали из Робинии. В этот раз, портал создавать будут уже наши мастера. Так что, надеюсь, подобных инцидентов больше не повторится.


Императрица милостиво кивнула.


– Рада это слышать, сын мой. Ты уже приготовил подарки?


– Да, матушка. От нас обоих. Твои уже доставили, наверное, тебе в покои, чтобы ты могла их упаковать, как тебе больше нравится. А сколько евнухов ты возьмёшь?


– Ну, мы едем всего лишь на праздник, думаю, хватит пятерых. Просто я не знаю, кого мне захочется и захочется ли. Ну и форму поддерживать надо, как ты понимаешь. А ты кого возьмёшь?


– Зариму.


– И всё?


– Ну там никогда не бывает скучно. Так что одной Заримы с избытком. Это ей награда. Пусть развлечётся немного.


Тут его посетила какая-то мысль, и он повернулся к Тиафель.


– Тебе я тоже разрешаю пофлиртовать, а если тебе кто-нибудь приглянется, то я куплю его для тебя.


Тиафель почтительно опустилась на одно колено.


– Благодарю мой повелитель, но мой долг беречь вас, а не предаваться развлечениям и флирту. Я воин, а для воина долг на первом месте.


– Ладно, ладно, моя Ледяная Стрела. Ты права. Хотя в Робинии безопасно, но лично тебе предстоит там немало боёв, и я надеюсь, что ты изо всех выйдешь победительницей.


– Непременно, мой повелитель. Можете быть уверены. Ещё не встречался тот, кто мог меня одолеть.


– Если понадобится, смело применяй своё тайное оружие. Хороших бойцов там много, и я не хочу, чтобы тебя ранили или убили. Мёртвым гордость ни к чему.


– Как прикажете, мой повелитель.


Падишах удовлетворённо кивнул и с довольной улыбкой посмотрел на мать, та благосклонно склонила голову в ответ.


Пока во дворце падишаха беседовали, голубоглазый блондин уже улетел довольно далеко на своих белоснежных крыльях. На самом деле он мог и не лететь, а просто переместиться, но летать ему нравилось больше. Так можно было застать врасплох на речке купающихся обнажённых нимф, ну или просто деревенских девушек, что тоже было неплохо. Среди них встречались такие горячие красотки, что любой богине, не то что нимфе фору дадут. Главное об этом не распространяться, а то глазом моргнуть не успеешь, как бедную девочку эти «великодушные» богини превратят если не в животное, так в цветок. И тогда прощайте жаркие ночи. Не любят, ох не любят небожительницы соперниц.


Чувствовалось, что крылатый красавец был доволен. Если вы ещё не догадались, то это был бог Любви, Амур. С детства он любил шалости, да и сейчас частенько принимал вид невинного пухленького малыша, которого спешили обласкать все особы женского пола, чем он беззастенчиво пользовался, выбирая самых молодых и очаровательных. Вот только не успевали бедняжки отвернуться, как им прилетала стрела Амура. Нет, он не действовал бездумно, соединяя пары своим божественным оружием, но частенько это был совсем не тот кандидат, о котором до этого грезила в своих снах девушка. Хоть Амур и был озорником, но брак почитал священным, а в браке нужно, чтобы муж и жена подходили друг другу, но юные глупышки так часто влюбляются в никчёмных ловеласов. Ну как тут не подправить дело одним, нет двумя выстрелами. Счастливы же будут потом всю жизнь. Вот, например, его родители. Выбирала бы матушка по красоте, так кто знает, поженились бы они или нет. Сама-то богиня Жизнь – красавица. Отец же, бог Смерть, мягко говоря, внешности неординарной. Ну и что, живут счастливо, отец всегда о маме заботится и детей у них сколько. Целый пантеон богов.


Амур, он же Купидон, он же Эрот, уже пролетел жаркую Восточную Империю, и теперь внизу появились почти зимние пейзажи. Купающихся шалуний он не встретил, поэтому даже слегка опечалился, как вдруг почувствовал острый всплеск отчаянья, такой сильный, что даже его закалённое сердце сжалось. Спустившись ниже, он увидел, как у реки, которая уже стала местами покрываться коркой льда, на мостках сидит растерянная девушка с корзиной белья, а вокруг сгрудилось несколько парней, насмехаясь над ней. Девушка была худенькая и невзрачная, ещё совсем девчонка лет восемнадцати. Руки у неё посинели от холодной воды, в которой ей приходилось стирать. Чистое бельё сынки местных богатеев вывалили на мостки и теперь один, самый наглый вытирал им свои сапоги, сетуя, что испачкался, пока к реке шёл.


Купидон узнал в девушке прихожанку своего храма. Да, да, в его честь недалеко построила храм одна состоятельная пара, в благодарность за свою любовь. Хоть и небольшой получился, но туда ходило много молодёжи с фимиамом, пахучими маслами, цветами и фруктами. Просили о любви. О чём же ещё может просить молодёжь. И он хоть и по-своему, но просьбы выполнял. Вот и эта девчушка прибегала, вся в слезах. Молила, чтобы на неё внимание обратил, кто бы вы думали? Да вот этот самый, что сейчас над ней измывается. Как теперь видно, без помощи Купидона внимание получила.


Хотел было он оставить всё как есть. Ну чем не хорошее лекарство от её глупой любви? Но тут его озорной характер взял верх. Достал он свой лук и стрелу из колчана, да не одну, а сразу три. Ровно столько, сколько хулиганов толпилось вокруг девушки и сразу все три стрелы и выпустил. Как-то вдруг притихла вся троица, а уже через минуту собирали бельё в корзину и помогали её вновь к краю мостка отнести. Мало того, даже полоскать взялись и отжимать.


Усмехнулся бог Любви. Прихожанка она преданная, заслужила. А как выберет из троих, кто ей больше по нраву, с остальных любовный морок он снимет. Пусть не мешают свадьбе. Полюбовавшись суетой, которую подняли новоявленные поклонники серой мышки, он полетел дальше. Пора было посмотреть, как продвигается подготовка Нового года в Робинии. Там у него дел будет невпроворот. Надо всё подготовить заранее.

Глава 5. Договор

Столица Робинии Вечноград выглядела празднично. Около магазинов и магазинчиков стояли наряженные ёлки, а все здания были украшены мерцающими гирляндами. Королевский дворец сиял, залитый огнями. Не было там ни одного угла, куда бы не заглянул придирчивый смотритель дворца, и горе той растяпе, которая пропускала хоть пятнышко. С помощью магии наводили последний лоск.

На кухне кипела работа. Повара и поварята носились как угорелые. Вокруг стоял стук ножей, звон венчиков и шорох пестиков, которыми растирали специи. На плите стояли в ряд кастрюли, в которых на пару готовили традиционное угощение. Особый новогодний пудинг всегда варили заранее. Ему требовалось выстояться пару дней, чтобы созреть и приобрести насыщенный вкус. С мясными блюдами тоже было много возни. Коптили окорока и рыбу, особые кровяные колбаски, тоже любили, когда их подержат в ароматном дыму до подачи, так что у главного повара была горячая пора несмотря на мороз за окном.

Вся эта суета радовала Купидона. Ведь Новогодний праздник в Робинии – это всегда бурное застолье, где можно позволить себе чуточку (или больше чуточки) лишнего. Вот где Амуру раздолье. Когда он хочет наказать или наградить человека временной пылкой страстью, то использует дротики, а не стрелы. Неделя любовного безумия – просто великолепное средство от скуки и лени или же, наоборот, помогает чудесно отдохнуть и расслабиться. А уж как способствует творческим порывам, просто любо-дорого. Но на этот Новый год у него будет особое развлечение. Он уже создал основу для удивительной любовной истории, и сейчас нельзя было упустить ни малейшей мелочи.

Именно поэтому он отправился осматривать гостевые спальни. Сколько жарких клятв ему там предстоит услышать, однако заглянул сюда он не ради них. Ему было интересно, как устроится император Цзиньлун. Как никак ему нужны были апартаменты с шестью спальнями. Заглянув в его покои, он удивился. В кресле сидела женщина исключительной красоты с вороной, пристроившейся на спинке её кресла. Купидон замер, но не от восхищения прекрасной незнакомкой, хотя она была более чем достойна любых комплиментов. Он замер, потому что узнал, ту, которая явно ждала встречи с ним. Она же смотрела на него, сдвинув брови и тихонько постукивая тонким пальчиком по ручке кресла.

– Приветствую тебя, призрачная королева! – Амур держал лицо как мог, – Ты тоже приглашена во дворец на праздники?

– Нет, милый. Я пришла специально, чтобы повидать тебя. Соскучилась. Навестила твою матушку, решила и к тебе заглянуть.

Будто подтверждая её слова, ворона хрипло каркнула, и Эрот понял, что посетительницы нет в кресле. Там лишь сиротливо лежал её плащ. Та, которую Амур назвал королевой, уже стояла за спиной бога Любви, отчего лицо его окаменело, но он постарался не подавать виду, что испугался. Хотя когда за твоей спиной стоит богиня войны, а это была именно она, испугаться вовсе не стыдно. Морриган же легонько коснулась его лопатки и потом, не отрывая пальчика, медленно обошла Купидона и стала прямо перед ним. Её рука при этом оказалась у него на груди, прямо там, где бьётся сердце. Сердце это стучало сейчас очень даже часто. Причём уже не от страха. Очень отзывчив был Купидон на женскую ласку.

– Ну не бойся, малыш. Я не со злом пришла. Я за помощью.

– Ага, и после этого на меня снова ополчатся все боги всех миров? – возбуждение от мимолётной ласки у бога Любви пропало сразу, – Я помню твою последнюю просьбу. Как доверчивый осёл, выстрелил в этого героя, он влюбился, бросил поле битвы, в итоге его повелитель проиграл войну! Ты просто использовала меня, чтобы отдать власть тому, кто тебе больше нравится. А я потом прятался от божественных покровителей проигравшего.

– Ну я же всё уладила, не так ли? – Морриган подмигнула ему.

– Только поэтому я ещё с тобой разговариваю, – возмутился Амур.

– Ладно, ладно, малыш, не сердись. Сейчас мне и впрямь нужна твоя помощь. Моя крестница здесь в рабстве.

– Как твоя крестница может оказаться в рабстве? И почему ты сама её не освободишь? – Купидон явно не доверял своей собеседнице.

– Она не богиня, но служит ей. Она одна из Туата де Даннан. Так что я, по сути, с просьбой от богини Дану, – вздохнув, открылась посланница.

– О нет, нет! Этого не может быть! Дай угадаю. Её зовут Тиафель? – глаза Амура засияли от предвкушения.

– Именно!

– Но как такое может быть? – его осторожность снова взяла верх, поэтому он хотел получить ответы на все вопросы – Я знаю точно, что она из Пяти Королевств. Откуда там Туата де Даннан?

– Всё просто. Одна из наших сестёр влюбилась в снежного эльфа и с разрешения матушки вышла за него. Как только родилась малышка, меня пригласили крёстной, ну а потом, когда малышка чуть подросла, я давала ей уроки мастерства. Ты же знаешь, что истинные Туата растут не в собственной семье. Так что воспитывалась она под моим присмотром.

– Ах вот в чём дело, – он в удивлении покачал головой, – Понятно, откуда у неё такие таланты и почему её взгляд работает, даже если на ней блокиратор магии. Чары Туата. Твоя крестница тут такого шума наделала. На неё уже заранее делают ставки.

– Да, девочка у нас боевая, – с довольной улыбкой подтвердила Морриган, – Но я не хочу, чтобы она провела всю жизнь в рабстве. С божественным провиде́нием не поспоришь. Если угодила в плен, то значит ей это нужно для чего-то. Освободить её может только сам хозяин, которому она служит, но как бы этому помочь? Не заставляя силой. Ты же знаешь, мы должны соблюдать нами же установленные правила. Поэтому мы можем просто поддержать или дать лёгкий намёк, ну или, например…

– Например, я случайно выстрелю? Отличный вариант. Долгосрочные последствия моего выстрела абсолютно всегда непредсказуемы даже для меня самого. Я могу, конечно, желать какой-то цели, но не знаю, будет ли она достигнута и как. На короткий срок всё проще. Но здесь ведь другое. В общем, да, придраться не к чему. – Амур хитро прищурился, – Это я могу, но что мне за это будет?

– Ах ты негодник! – деланно возмутилась гостья, – Благоволение богини Дану для тебя ничего не значит?

– Значит, но я бы хотел ещё и твоё благоволение, – умильно подластился Купидон, – Ты же у нас, кроме всего прочего, богиня, дающая власть.

– Ого! Мальчуган вырос и хочет править? Зачем это тебе? Ты же и так имеешь власть над всем живым. Любовь управляет этим миром, – на этих словах её соблазнительная грудь приподнялась от тайного вздоха.

– Ну, не только любовь, – глаза его не отрывались от этой груди, которая была прикрыта лишь лёгкой тканью, – Иногда ещё и ненависть.

– Которая всего-навсего обратная сторона любви. Так что, любовь правит этим миром, теперь она пожала плечиком, которое было не менее соблазнительно, – Не хочешь рассказывать свою тайну?

– Скажем так: своё желание я оставлю на тот момент, когда это мне будет действительно нужно, – теперь его глаза опустились к её тонкой талии и округлым бёдрам, – Задел на будущее.

– Твоя взяла. По рукам. – на этих словах она протянула Амуру белоснежную руку, и их рукопожатие вызвало яркую вспышку, означающую скрепление договора, – Как будем действовать?

– Как обычно, – Купидон делал вид, что забыл отпустить её руку после рукопожатия, – Две стрелы зажгут сердца двоих. А дальше уж действительно только божественное провидение. Пути любви неисповедимы.

– Почему две стрелы? Может, достаточно того, что будут любить её?

– Только поверив, что его тоже любят, он освободит её. Иначе ему, наоборот, захочется держать предмет любви в рабстве, чтобы она никуда не делась, – на этих словах, будто для демонстрации, он притянул её поближе.

– Резонно, – теперь она смотрела в его глаза не отрываясь, – Кстати, а что ты делаешь во дворце Акациев?

– Как что? Через два дня Новогодний вечер. Представляешь, сколько у меня здесь будет развлечений? – Амур снизил голос почти до шёпота и наклонился к ней, – Ни за что не пропущу такое!

– Ты, как всегда, шалопай и хулиган, – тон её говорил, что эти качества ей очень даже импонируют, – Но за это мы тебя и любим. Учти, я тоже буду там. Негласно. С твоей матушкой я договорюсь. Надо же мне посмотреть, как в мою девочку пустят стрелу, от которой она не сможет увернуться.

– Мне страшно, – Купидон прикрыл глаза, демонстрируя степень своего страха, – Богиня войны и смерти на весёлом празднике? И ты считаешь, никто этого не почувствует?

– А разве ты почувствовал меня, пока не увидел? Кстати, увидел ты меня только потому, что я так пожелала сама.

– Ладно, меня учили не спорить со старшими, – теперь уже вздохнул он, – Хотя если говорить о тебе, то я порой сильно жалею, что не могу за тобой поухаживать.

– Малы-ы-ыш, я же не возражаю, поухаживай, – глаза её засияли, а губы расплылись в лукавой улыбке, – Тут и место есть для этого. Правду ли болтают сплетницы, что ты ас в…


Она зашептала что-то ему на ухо, и радостно сверкнувшие голубые глаза Эрота подтвердили её надежды. Взмахом руки накинув невидимость, парочка опустилась на роскошное ложе, проверяя, так ли оно удобно и достойно ли императора Цзиньлуна.

Боги неторопливы в утехах, так что расстались они часа через три, довольные друг другом. После чего отправились каждый по своим делам. Неизвестно куда отправилась Призрачная Королева, прихватив свою спутницу ворону, а Купидон, осмотрев дворец напоследок, помчался по своим амурным делам, коих у него было предостаточно.

Глава 6. Прибытие Гостей.

Чрез два дня королевский дворец в Вечнограде с раннего утра гудел от обилия прибывающих гостей. Вышколенные слуги невозмутимо реагировали на все капризы аристократок, не снимая с лица маску предельной учтивости и восхищения. Портальная комната работала без остановки, выдавая всё новые порции венценосных и не очень особ. Гостевые покои постепенно заполнялись. Прекрасная половина втихую разглядывала убранство дворца, чтобы потом внести изменения у себя дома. Нельзя же отставать от моды, а Робиния, как ни крути, законодательница мод в Монд Маджик Ла.

Гости могли пока прогуляться по зимнему саду, который пестрел всеми цветами радуги и поражал колдовскими ароматами диковинных цветов. За садом ухаживали рабы-гномы, которые были не только лучшими рудокопами, но и прекрасными садовниками. Также можно было заглянуть в художественную галерею, где висели не только династические портреты, но и много полотен прославленных живописцев со всего Монд Маджик Ла. Цветана Премудрая обожала цветы и картины. Гости могли полюбоваться на скульптуры, фарфоровые напольные вазы, искусно вырезанные геммы, увидеть коллекцию минералов и драгоценных камней. Женщины ахали, а мужчины представляли, какую плешь им проедят дома супруги, пытаясь угнаться в своём тщеславии за королевской четой.

Так как празднование должно было начаться вечером с бала и потом уже перейти в праздничный ужин, то пока гости обедали у себя в покоях. Бˊольшая часть гостей уже прибыла, остались только королевские особы, которые не любили толкаться среди толпы. Дамы охали, вспоминая, Мустафу V. Ну такой красавец, просто огонь мужчина. Высокий, темноволосый, с карими пылкими очами. Ах и ах. Он даже танцует превосходно, несмотря на то, что это не в традициях Восточной Империи. А как говорит комплименты! Сколько женских сердечек замирает, глядя на этого горячего красавца. У него сложилась даже армия поклонниц, которые сейчас поджидали его в холле перед портальной комнатой. Они расселись на диванчиках в самых изящных позах, кокетливо обмахиваясь веерами, будто просто ожидают знакомых или отдыхают после прогулки по великолепному дворцу.


Болтая и поглядывая на дверь портальной комнаты, они увидели, как она открылась и оттуда стали выходить по очереди утончённые красавицы в невиданных одеяниях. Они были чем-то похожи на одеяния Великой Восточной Империи, но отличались бˊольшим изяществом и несколько отличались фасоном. Пять красавиц с высокими причёсками, в которых позванивали подвески на драгоценных шпильках, вышли из портальной комнаты в сопровождении прислужниц, а потом… Потом показалось божество. Образ Мустафы V померк и растворился в его прекрасном облике. Длинные иссиня-чёрные волосы были частично подняты в узел на затылке, оставляя остальные пряди шёлковыми лентами падать на атласный халат, расшитый изображениями золотого солнца. Белая кожа, с лёгким румянцем была нежна, как у юноши, ещё не брившем бороду. Губы, как лепестки роз, поражали своей алостью и нежностью. Густые ресницы подчёркивали лисий разрез глаз, и эти глаза были чернее ночи с искрами, которые вспыхивали и гасли, как звёзды глубокой ночью. Он не шёл, он парил, как высшее существо. Его лицо было так надменно – прекрасно, что некоторые особо чувствительные девицы упали в обморок от избытка ощущений.


И вот этот небожитель прошёл мимо них, не окинув даже взглядом. В карманы распорядителя полились золотые монеты. Кто он, откуда, кто эти женщины, которые его сопровождают, что о нём известно? Вопросы сыпались как из рога изобилия. За пять минут распорядитель заработал месячное жалованье, правда, ответы его были довольно лаконичны. Он пока мало знал об этом госте, но тем не менее в курс дела жаждущих информации ввёл. Да, это Жёлтый Император. Он правит страной, недавно присоединившейся к Великой Восточной Империи. Его сопровождают жёны. Да, да. Он женат. Но для наложниц всегда найдётся место в его гареме. Да, каждой есть шанс приглянуться императору Цзиньлуну. Леди совершенно правы. Имя очень красивое. Да уж. Наши дамы, такие тонкие натуры.


Не успели девицы с помощью вееров и холодной воды привести в порядок свои чувства, как дверь портальной комнаты снова открылась, оттуда вышла эльфийка и сразу закрыла дверь. Высокородные девицы сморщили свои носики, разглядывая эту рабыню. Нет, трудно было не признать, что она интересна, но эти абсолютно белые, вернее, серебристые волосы, кожа ещё светлее, (хотя это, кажется, уже невозможно) чем у того самого небожителя, при этом тёмные брови и ресницы, а губы розовые, что твоя малина. Тьфу. Ну зачем такая красота (очень тяжело это признавать, очень) этой прислуге? И платье у неё чересчур уж богатое для рабыни. Да и фасон такой, что стыдно приличной девице носить. Где кринолины? Где корсет? К чему это золотое шитьё? Кто вообще позволил рабыне так одеваться?


А ведёт себя как заносчиво! Встала перед дверью, окинула всех взглядом, не поклонившись даже, и как будто насквозь пронизывает. Затем распахнула дверь с поклоном. И оттуда вышел Султан Великой Восточной Империи! Это с ним она? О Боги! Какой же у него вкус! Он даже рабыню смог преобразить так, что и принцессы позавидуют! Ну разве не милашка? Правда, теперь чувства поклонниц были в полном смятении. Хорош, ох как же хорош Великий Император, но и повелитель Страны Золотого Солнца просто сказочно красив. Ну вот как теперь быть? К кому бросаться?


Повезло же этой… Нет, вы посмотрите, что она из себя строит? Встала прямо за падишахом и, как только кто-то пытается к нему приблизиться, моментально оказывается перед ним, не давая даже близко подойти к правителю. Она что телохранительница? Матушка Жизнь! Да где же этой худышке, защитить их любимца? Боги, ещё один стресс! Да у Великого Императора новая жена! Идёт следом за ним. Ну как всегда. Всего чересчур много. Фигура, что твои песочные часы. Разве это изящество? И где только падишах их берёт? Ну хоть бы одна со вкусом была. Вот и у этой браслетов-то браслетов! А колец? Чуть не на каждом пальце, да с камнями, что твои булыжники. Как только руки от такой тяжести не оторвутся? А платье с накидкой расшитой золотом, да ещё и ожерелье с каменьями и с жемчугами. Как только шея выдерживает! Ну прямо Новогодняя ёлка пожаловала. И брови-то у неё слишком чёрные, и глаза слишком большие, и покачивает она своими широченными бёдрами, когда идёт так, что кажется, будто весь дворец на волнах колышет. Как же не везёт бедняжке Мустафе с жёнами. Эта тоже вульгарна, как и все предыдущие. Вот матушка его, султанша Иклиль, совсем другое дело. Уж как хороша, а наряды все с каким вкусом подобраны.


О-о-о, к портальной комнате пожаловала сама королева Робинии! Неужели Цветана тоже оценила мужскую красоту падишаха. Хотя, скорее всего, это политика. Но как же завидно. Она свободно может общаться с их горячим восточным кумиром. О, Богиня Жизнь, помоги унять волнение, он даже ручку ей поцеловал! Ну что за милашка, что за душка! Какое воспитание! Какая изысканность манер! Ведь это у них не принято, а он делает такую уступку местным традициям.


А эта беловолосая охранница ещё и хмыкает. Ну что за деревенщина! Как можно так себя вести? Как этот воспитаннейший аристократ только терпит её? Даже Её Величество обратила на эту грубиянку внимание. Разглядывает. А она в ответ пялится. Наконец сообразила глаза опустить. Боги, боги, как только таких во дворец пускают. В Робинии! Рабыня! И такая невоспитанность, такое непослушание. Возмутительно! Великодушие наших владык просто не имеет границ.


Совсем неслышно о чём говорят, но каким теплом веет от взгляда Мустафы. Ах, хоть на миг почувствовать бы это тепло на себе. Всё-таки наша королева совсем ледышка. Ну как можно не растаять от такого мужчины, а она стоит, беседует с такой холодной улыбкой, что кажется в холле мебель инеем покроется. Прощаются. Он уходит, уходит…


Уже развеялся сладковатый запах восточных духов, а девы всё ещё обсуждали сегодняшние новости. Однако распорядитель напомнил, что до начала бала осталось всего пару часов, и пора бы идти менять наряды. Тут все всполошились и разбежались по своим покоям, чтобы обсудить с горничными самые убойные способы привлечь внимание теперь уже не только Мустафы V, но и Цзиньлуна.

Глава 7. Бал и Прочие Безобразия

Бальный зал переливался мягкими огнями, сверкал мишурой, обволакивал ароматом хвои, цветов и фруктов. Огромная, величественная ель мерцала гирляндами, отблески которых превращали игрушки в удивительные драгоценности. Гости прибывали. Все были в маскарадных костюмах, поэтому глаза буквально разбегались от яркости, необычности и богатства костюмов. Для удобства вдоль стен были расставлены кресла и диванчики, выделена особая зона, где стояли ещё и столики, чтобы можно было, взяв в напиток, спокойно посидеть там, отдыхая от шума и суеты (хотя куда от них деться на балу-то).

Места для гостей тоже были распределены заранее. Венценосные особы сидели рядом с семьёй Акациев, ну а остальные расположились по рангам. Робиния славилась своей строгой иерархией. Рабы, например, тут ходили, не смея поднять глаза на именитых гостей. Поэтому поведение Тиафель выделялось. Она не боялась ничего и глаз в сторону не отводила. Опустила их только перед Акацием и Цветаной, но лишь потому, что и в Пяти Королевствах принято было с уважением относиться к правителям. С уважением, но не подобострастием. Именно поэтому она сначала спокойно и прямо посмотрела им в глаза и лишь потом опустила веки и с достоинством поклонилась.

Мустафа же только усмехался. Причуды его телохранительницы – совсем небольшая плата за те деньги, которые она ему принесёт за время праздников. Пусть тешится. Тем более на рожон не лезет, в принципе ведёт себя, как и должна себя вести охрана. Если охрана глаза опускать будет, так охранять станет некого довольно быстро. Выглядит, эльфийка, конечно, совсем не как телохранитель, но это же ещё и лучше.

Мустафа с Иклиль и Заримой уже расположились на своих местах, и он поглядывал на соседние, которые должен был занять Жёлтый Император с семьёй. Очень ему хотелось вновь посмотреть на его жён. Он уже виделся с Жёлтым императором и его супругами, но пока только мельком. Они лишь представились и поздоровались. Наконец, распорядитель, низко кланяясь, провёл высокого молодого человека, привлекательность которого уже оценил даже падишах. Следом за ним шли девушки, похожие на ярких бабочек. Это сходство усиливали широкие клиновидные рукава, яркие шелка, порхающие движения. Они были очень красивы. Все. Каждая по-своему. Невозможно было выбрать какую-то одну. Казалось, что они дополняют друг друга, подчёркивая этим свою красоту. Маски придавали им загадочности и шарма. Падишах просто завис, глядя на это яркое разнообразие. Как же они прекрасны.


Однако сам Цзиньлун был красивее всех. Он будто сошёл с красочной иллюстрации, на которой художник попытался изобразить идеал. Да, именно идеал. Так не может выглядеть обычный живой человек. Жёны его, по всей вероятности, считают так же. Потому что смотрят на него с восхищением и обожанием. Этикет этот красавчик знает, поклонился и представился как полагается. Жёны его тоже затрепетали крылышками-рукавами в традиционном приветствии. Тиафель глаз с них не спускала и смотрела при этом так мрачно, что Жёлтый Император ответил ей несколько удивлённым взглядом. Он ещё не видел эльфийку. Во время первой встречи, она проверяла покои своего господина. Однако Цзиньлун был наблюдателен и быстро понял, что это не просто рабыня, а телохранительница. Усмехнувшись с явным сомнением в её способностях, он величественно опустился на своё место. Его супруги сели только после него.

Никто не видел, что за встречей двух императоров и их свиты внимательно наблюдает кудрявый малыш с луком и колчаном за спиной. Он порхал на своих белоснежных крылышках и чему-то хитро улыбался. Когда Тиафель с Цзиньлунем встретились взглядом, он резво достал сразу две стрелы с золотыми наконечниками и выстрелил, ловко попав в обоих разом. Лёгкое облачко золотистых искр вспыхнуло и моментально растаяло, никем не замеченное. Только эльфийка почему-то отмахнулась, будто от пыли. Нет, она не может видеть этого. Амур знал, что его самого, его лук и стрелы, а также золотистое облако, показывающее, что выстрел был успешным, видеть никто, кроме богов, не мог. Понаблюдав ещё немного, убедился, что телохранительница озабочена исключительно безопасностью своего подопечного, и тогда со спокойной совестью полетел резвиться дальше.

Эльфийка даже не заметила, как начался бал. Она внимательно смотрела, кто проходит мимо, есть ли те, кто исподтишка, прикрывшись маской, наблюдают за её хозяином, не пытается ли кто-то подбросить что-нибудь или прицепить артефакт. В руках у неё был довольно большой веер, который она часто использовала как прикрытие, если ей надо было к кому-то приглядеться. Веер мог служить и оружием, при случае. Меч ведь не притащишь на бал, никто не позволит, а веер это дамский атрибут, кто посмеет возразить. Так что бал шёл своим чередом, а она выполняла свою работу.

Пока Великий Император вёл витиевато-восточную беседу со своим новым вассалом, всё было хорошо. Полонез и вальс пролетели незаметно, как и ещё несколько танцев. Императоры живо что-то обсуждали, и их обоих устраивало то, о чём они успели договориться. Каждый считал себя умнее и радовался, что так выгодно провёл переговоры. Вот только от Цзиньлуна не укрылось, как падишах посматривает на его жён, а Мустафа, в свою очередь, заметил, что Жёлтый Император постоянно возвращается взглядом к его телохранительнице. Каждый намотал на ус результаты своих открытий, и от этого их настроение поднялось ещё выше.


Тем временем бал продолжал жить своей жизнью. Раздались звуки польки, и по залу понеслись пары в зажигательном ритме весёлого танца. Тут Мустафа не выдержал. Ему давно уже хотелось скинуть хоть на время сковывающий кандалы правил и традиций. Он именно за этим и приехал. Поэтому оглядевшись, нашёл приглянувшуюся ему красотку и пригласил на следующий танец. Когда Мустафа двинулся в умеренном гавоте, со своей партнёршей, эльфийка напряглась. Однако он, всё время находился в поле её зрения, поэтому Тиафель успокоилась.

Чувство опасности временно отступило, но что-то всё равно не давало покоя, и это не касалось падишаха. Чувствовала девушка странно знакомую ауру. Но откуда здесь она может быть? Аура ощущалась то с одной стороны, то с другой, мелькнул даже вроде знакомый силуэт, но потом оказалось, что это какая-то то ли графиня, то ли баронесса. Можно было бы, конечно, отдать приказ проявить туата, но кто знает, как этот приказ здесь сработает. Вдруг все увидят, а не только она. Ладно. Вечером, когда останется одна, попробует.

Ей выделили в покоях падишаха маленькую комнатушку. Радовало, что не отправили в крыло прислуги. Мустафа считал, что его охрана должна быть с ним. Однако всех остальных поселил отдельно. Они менялись, стоя на страже у дверей. Ей же надо было быть рядом с господином постоянно. Ну разве что ночью могла уйти спать. Вот ночью и посмотрит, что и как.

Была ещё одна странность, которая бросилась ей в глаза. То тут, то там замечала еле заметную россыпь золотистых искр. Они вспыхивали практически одновременно у мужчины и женщины. Чаще всего во время танца, но бывало, даже когда они находились на расстоянии друг от друга. Что это значит, она не понимала. Да и вообще раньше такого не видела, хотя с магией у неё всегда был порядок, ну пока ей блокирующий ошейник не надели. Однако девушка уже понимала, что здешняя магия отличается, да и не любят здесь магов, хотя таких, как её хозяин Мустафа вынуждены терпеть. Слишком силён, слишком могущественен. К тому же магия у него тёмная, не справишься легко.

Глава 8. Пир

В какой-то момент поймала на себе пристальный взгляд. Холёный красавец азиатской внешности наблюдал за ней, слегка приподняв брови. Что ему понадобилось? Вроде вначале он уже своей презрительной миной показал, как относится к рабам. Ну да Хаос с ним. Про себя она употребляла привычные понятия. Здесь бы сказали Бездна с ним.

Гости вели себя по-разному. Кто-то веселился, как в последний раз в жизни, а кто-то смотрелся чужим на этом празднике жизни. Тиафель изучила список основных гостей, чтобы понять, не представляет ли кто-то из них опасности для её господина. Понятно, что такие, как князь Истислав, первый Великий Посланник Тридевятого Государства, и его супруга Владая не будут ничего замышлять на празднике. Им репутация страны слишком дорога. Военачальник этого же государства Радагор и его жена Лада, тоже не заинтересованы в появлении проблем. Если кому-то из них и выгодна смерть Мустафы, то уж точно не в королевском дворце это организуют. Да и непохоже, что им это интересно. Однако уколы тревоги игнорировать не могла.

Заметила в двух местах оживлённые группы. В одном собрались мужчины вокруг довольно симпатичного брюнета, а в другом месте кружок состоял из дам, оживлённо шушукающихся. Дамами верховодила стройная молодая женщина с каштановыми волосами, без устали что-то нашёптывающая аристократкам. Интересно было, что и там, и там, на лицах слушателей появлялись двусмысленные улыбки, которые обычно мелькают при рассказе пошлых анекдотов. Странно. С чего бы. Еще не столько выпито.

Тиафель вполне нормально относилась к тому, что у кого-то есть любовники или любовницы. Сама она до сих пор ещё не бывала в романтических отношениях, да и как эти отношения заведёшь, если все мужики просто изводятся оттого, что не могут её победить. Поддаваться ради этих самых отношений она не собиралась. Не может, значит, не может. Были среди сильных воинов те, кто ей нравился, но вот сами они явно не могли перенести того, что женщина сильнее. Ну и пусть отправляются к Хаосу.

Время летело быстро. Эльфийка увидела, что все опять распределяются по рангам и переходят в пиршественный зал. Близилась полночь. Скоро наступит Новый год. Его полагалось встретить за пиршественным столом. Она думала, что ей придётся стоять за спиной падишаха, но он указал ей на стул рядом с собой. Оказывается, он подал запрос, чтобы её усадили рядом. Так сложнее охранять, но она справится. Снова закралось ощущение тревоги. Теперь девушка следила не только за действиями официантов, которые разносили блюда, но и смотрела, что появляется в тарелке её господина. Понятно, что яд издали не определить. С этим и сам Мустафа разберётся, у него на руке специальный перстень, а вот артефакты легко. Даже вместо обычной салфетки может оказаться всё что угодно.

Надо же, ей, оказывается, тоже еда полагается. Надо отдать должное, Великий император заботится о ней лучше, чем купцы. Сзади подошёл официант с очередной порцией закусок, и она слегка повернула голову, чтобы и стол не выпускать из виду, и официанта без внимания не оставить. Вдруг тихий звук заставил её автоматически вскинуть веер, прикрыв им на мгновение Мустафу. Тот внимательно глянул на неё, но ничего не сказал. Она же ловко вытащила иглу, застрявшую в веере, и воткнула её туда же, но уже между пластинами. Надо будет потом рассмотреть «подарок». Значит, не зря она унюхала опасность.

Гости, сидящие напротив, увлечённо беседовали, не обращая на них никакого внимания. Кроме гостей, было ещё два официанта, удалявшихся в разные стороны с закусками. А ещё… Ещё там был Юсуф. Только что он делал на той стороне непонятно. Она оглянулась. Второй охранник стоял у стены за их спинами. Как же они не видели, что кто-то выстрелил иглой? Ладно. Потом разберётся. Тревога ушла, зато опять она почувствовала Туата. Что тут делать первородным эльфам? В мире, где их постоянно пытаются убить или поработить? И опять пристальный взгляд этого Дзиньлуна. Правда, теперь он смотрит не столько на неё, сколько на веер. Судя по траектории стрелял не он, так что это может быть простое любопытство. Заметил выстрел и теперь хочет знать, что это прилетело. Ей бы тоже было интересно. Так что это нормально.

Та-ак, опять эта парочка, которая постоянно собирает вокруг себя слушателей? Чем это они так увлечённо делятся? Падишах заметил её интерес ним.

– Успокойся, моя Ледяная Стрела. Это Каралисы. Муж и жена. Удивительно любвеобильные супруги. Насколько я понял, у них есть свой секрет сохранения брака. Не всем он подходит, но желающих перенять опыт, как видишь, море. Ты ещё их услышишь. Я успел с ними немного пообщаться. Опыт, я бы сказал, занятный. Мне он, правда, ни к чему. У меня и так в семье царят мир и покой. К тому же недостатка в рабах и рабынях у нас во дворце нет. Кстати, – он сменил тему, – Завтра у тебя бой. Один богатырь утверждает, что ему нужно всего несколько мгновений, и он отберёт у тебя меч. Милостиво обещает не калечить, но в случае выигрыша требует тебя в качестве награды. Так что если ты мечтаешь сменить хозяина, то всё удачно складывается.

– Он проиграет, мой повелитель.

– Даже не сомневаюсь. И моё предложение о подарке раба в силе. Могу даже у Каралисов его купить для тебя. Снова отказываешься? Ну, если вдруг надумаешь, то скажи. Нам здесь неделю гостить. Успею.

Тиафель предстояло ещё шесть дней праздников постоянно быть начеку. Но она не жаловалась. Такую жизнь она выбрала сама. Хорошо, что даже в рабстве ей повезло делать то, что она умела и любила. Вспомнились годы обучения. Учили её лучшие. Но самой главной была крёстная. Морриган. Призрачная королева. Так её называли. Богиня битвы, смерти, мрака и плодородия. Она знала миллион способов убить и учила свою крестницу на совесть. Но не это было её главным искусством. Она распределяла власть. С её помощью сменялись правители, перекраивались границы, исчезали и появлялись государства. Она неукоснительно выполняла приказы своей повелительницы, той, которую все Туата Де Дананн или люди богини Дану, считали своей матерью. Морриган всегда получала то, что хотела. Однако Тиафель даже в голову не пришло позвать крёстную на помощь, когда её обманом захватили в плен, хотя она могла это сделать. Истинные туата умеют послать зов, который будет услышан. Раз она попала в рабство, значит, боги ей подарили это. Поэтому надо просто заслужить освобождение, а не бежать за помощью, как маленькая девочка.

Размышления не отвлекали эльфийку от её долга. Что-что, а службу она умела нести. Праздничная ночь подходила к концу, бесконечная вереница поздравительных речей сходила на нет. Гости уже так навеселились, что буквально расползаются по своим покоям. Даже этот азиат перестал на неё пялиться, видно, тоже приустал. Его жёны, несмотря на всю свою показную нежность и милоту, наверняка готовы её растерзать. Глупышки. Зачем ей этот Жёлтый Император? Ей надо нести службу, сражаться в боях и пытаться заслужить свободу. Да и не понимают, что пялится он на неё потому, что Мустафа глаз на них положил. Вот Цзиньлун, наверное, и злится из-за своего гарема. Думает, как отомстить. Её хозяин тоже хорош. Мало ему, что ли, своих жён? Так и ел глазами этих ярких бабочек, как только думал, что азиат не видит этого. Ох, будут ещё из-за этого проблемы. Чует её сердце. Как у этих мужиков всё устроено странно. Даже самые высокородные думают чаще не головой, а тем, что в штанах.

Ого. А шампанское-то и Мустафу расслабило. Тиафель кивнула Юсуфу, чтобы подхватил хозяина. Зарима засеменила рядом. Второму телохранителю приказала идти впереди, а она будет прикрывать тыл и смотреть, всё ли в порядке. До покоев добрались благополучно. Там Зарима уже начала хлопотать около мужа, а Тиафель отправилась к себе, проверив предварительно окна и двери.

Ночь прошла спокойно. Иглу она рассмотрела и поняла, что бросил её действительно Юсуф. Причём наверняка он не собирался вредить Мустафе. Да и не смог бы. Таким образом её проверяли. Зачем? Это можно было сделать ещё когда Великую Восточную Империю не покидали. Скорее всего, устроили демонстрацию кому-то. Её что ли, продать собираются? С другой стороны, даже если так, не всё ли равно? Если демонстрируют её боевые качества, то всё в порядке. Она и дальше останется бойцом или телохранителем. Надо спать. Завтра бой.

Глава 9. Подарок Тайного Доброжелателя.

Для гостей с утра был накрыт завтрак у большой ёлки, под которой высились горы подарков. Все коробочки, коробки, пакеты и свёртки были именные. Так что не перепутаешь кому какой. Мне важно было знать, нет ли опасности в подарке, поэтому, дождавшись кивка падишаха, вскрыла красивую упаковку. Великолепные золотые часы с драгоценными камнями, выполненные известнейшим ювелиром, были произведением искусства. Они показывали время сразу во всех основных государствах Монд Маджик Ла, а каждый час оживал сидящий на часах золотой соловей, который выдавал трель. Угрозы безопасности падишаху точно нет.

Я уже давно выяснила, почему не почувствовала тогда магию в браслете. Там её не было. Там сидел «вампир», а точнее, Бездна. В Бездне Бытия исчезает всё: жизнь, магия, душа. У попавших туда, остаются лишь их деяния и надежда, что они смогут возродиться вновь. Но не каждому это разрешается. Каким образом в некоторые артефакты попадает часть Бездны – загадка. Но именно с помощью таких артефактов часто ловят магов и невиданных созданий. Дело в том, что браслет, забирая магию, не даёт возможности понять это. Он сливается с тем, на ком надет, и ты не ощущаешь, что магия высосана, и нет ни малейшего шанса ею пользоваться. Тем более, по условиям Монд Маджик Ла, пришельцы и так магией не пользуются. Как тут проверить. Стˊоят такие артефакты баснословно дорого, но их надо всего лишь подзаряжать обычной магией. Функцию отбора магии они осуществляют безотказно. Магия, конечно, восстанавливается примерно через недельку, но если на тебе уже блокиратор, то что толку.

Ну а с порталом так вообще просто. Иллюзия. Потом уже вспомнила, как купец суетился, просил её проследить, чтобы никто ничего не забыл, и уже когда практически все были  в портале, крикнул ей, что, кажется, ещё чей-то тюк валяется. Это оказался не тюк, а просто свёрнутая тряпка. Но за это время все уже ушли и портал закрылся, а для неё создали иллюзию, якобы она со всеми вместе отправляется домой.

Однако теперь я могла почувствовать даже такие артефакты, как тот браслет, что меня поймал. Туата многое умеют, опираясь только на окружающие их энергии, и очень быстро учатся. Поэтому, проверив часы, была уверена, что они безопасны. Перебираю подарки очень внимательно. Может, есть ещё для падишаха. Вдруг вижу красивую коробочку с моим именем. Это странно. Неужели Акаций решил подарить рабыне подарок, да ещё положил его под ёлку, вместе с подарками для знати? Но второй Тиафель во дворце точно нет. Открываю коробочку. Там милый браслет из жемчуга. Чувствую только два вида магии. Защитная и оздоравливающая. Такой артефакт я имею право носить, даже в бою. Тем более в бою. Может, это Мустафа озаботился? Странно. Он уже мне давал артефакт. Правда, этот явно сильнее. Надеваю браслет на запястье, и он ужавшись плотно охватывает руку, но не сдавливали её.

Завтрак прошёл мило. Дамы щебетали, обсуждая подарки, мужчины снисходительно улыбались, но к Акациям тем не менее выстроилась очередь желающих поблагодарить за щедрые дары. Еда была, как всегда, вкусной и обильной, но я ела мало. Потом скакать с полным желудком не самое лучшее решение. Да и сонной можно стать из-за всяких вкусняшек.

Наконец, всё закончилось. О предстоящем бое наслышаны были многие, да и Мустафа не скрывал. Я же чувствовала знакомый трепет в кончиках пальцев. Трепет или покалывание. Так выражалось моё желание скорее обхватить рукоять меча и встать напротив соперника. Отец часто лохматил мне волосы на макушке и говорил, что мне бы пацаном родиться. Но я была рада тому, что я девушка. Это давало мне преимущество. Никто не ждёт, что женщина может быть равной мужчине в бою. Лишь самые умные соображали быстро, что если я жива до сей поры, то значит кое-что умею и начинали бой осторожно. Остальные думали, что пару раз махнут мечом и можно праздновать победу над тупой эльфийкой, возомнившей себя героиней. Похоже, сегодня именно такой случай, хотя окончательную оценку сопернику я давать не спешила. Были у меня случаи, когда противники специально прикидывались тупыми валенками.

Я видела сегодня до завтрака того, с кем мне предстоит биться. Мустафа специально велел Юсуфу провести меня недалеко от того места, где богатыри по утрам тренируются, чтобы я могла оценить будущий бой. Этот амбал брал физической силой. Если Юсуф много тренировался, чтобы легко двигаться, а значит, быть непредсказуемым во время боя, то этот развивал чисто физическую силу. Сила удара у него была, конечно, убойная. Если попал под него, то прощайся с жизнью. Там даже у самого богатыря нет возможности, как то ослабить собственный удар. Но насколько он хорошо в затяжном бое, обладает ли выносливостью? Здесь я сомневалась. Юсуф подтвердил мои догадки. Но проверить я могла всё только во время нашей битвы.

Время пришло, и я была готова. Лужайка была плотно окружена зрителями. Самые знатные сидели на специально доставленных креслах. Посмотреть, чем закончится бой между эльфийкой и богатырём, хотели все. Ставки росли каждое мгновение и, конечно, ставили не на Тиафель. На меня пока поставили всего трое. Купец, который подарил меня Мустафе, сам Мустафа и Цзиньлун. О ставке последнего никто не знал, как и сумму, которую он поставил. Мустафа же, хоть и поставил приличную сумму, не сильно волновался. Зная его, могла предполагать ход его мыслей. Проиграет мол, так проиграет. Значит, судьба у девчонки такая: перейти к новому владельцу, а ему малость денег потерять. Зато сколько удовольствия, наблюдать за таким зрелищем.

О том же, что и Цзиньлун поставил на меня, узнала случайно. Когда мы утром ходили смотреть на бойца, услышала, как толстячок, принимавший ставки, распинался, доказывая Жёлтому Императору, что «Его Императорское Величество Цзиньлун» потеряет деньги. На эту бабу мол никто не ставит, потому что точно известно, что против этого бойца ей не продержаться. Представляю высокомерный вид азиата при этом. Ему, самому Жёлтому Императору, кто-то даёт советы. Вообще, выглядит он слишком молодо, чтобы у людей не возникало желания давать ему советы. Хотя кто-кто, а я-то понимала, что ему лет триста уже. Но это я видела уж точно не по его лицу. Его магический фон был слишком ровный, слишком мощный и такой… устоявшийся, что ли. Даже Мустафа был ребёнком по сравнению с ним. Что-то я слишком часто стала вспоминать этого Цзиньлуна.

Мой выход на лужайку прошёл незаметно. За меня болеть было некому. Хотя… Султанша Иклиль, сам падишах и Зарима похлопали в ладоши, милостиво мне улыбаясь. Нет, не только они следили за моим выходом. Жёлтый Император тоже не сводил с меня глаз. Мало того, я заметила, что он мазнул взглядом по браслету и лёгкая улыбка скользнула по его губам. Неужели браслет от него. Хотя… Если он поставил на меня, то удивляться нечему. Забота о своём кошельке, вполне понятное чувство.

Зрители вдруг захлопали, заулюлюкали и разразились приветственными криками. На лужайке показался богатырь. Мой соперник, огромный детина, даже крупнее Юсуфа, стоял, ухмыляясь, и поигрывал здоровенным мечом будто тросточкой. Да уж представляю, как выгляжу со стороны на его фоне. Тонкий прутик, который так легко сломать. И тут я почувствовала ауру меча. Ну конечно. Это же священный клинок. Нечестно, однако, но подними я сейчас шум, меня могут высмеять, обвинить в трусости и засчитать богатырю победу. Никто не мешал мне взять тоже магическое оружие. Просто устроители турнира не предупредили, что так можно. Но это же моя проблема. Думать надо. Ну ничего. У меня тоже есть сюрпризы. Я сжала рукоять своего клинка и прошептала: «Чары Туата всегда со мной». Почувствовала, как магия потянулась туда, куда её позвал древний призыв Туата, а мой клинок начал наливаться силой. Я бы не стала этого делать, если бы богатырь был честен, но раз он задаёт такие правила игры, то как не поддержать хорошее начинание.