# Не кормить и не дразнить!

Станислав Востоков

Книга «Не кормить и не дразнить!» Станислава Востокова – это уникальный путеводитель по Московскому зоопарку. Станислав Востоков работал в Ташкентском зоопарке, принимал участие в природоохранном проекте в Камбодже, работал на острове Джерси, в Международном обучающем центре сохранения природы, в Московском зоопарке. Опыт работы в Московском зоопарке и лёг в основу этой книги, из которой можно узнать необычные факты о животных и забавные истории о работниках дома животных в центре нашей столицы.
Акварельные иллюстрации Веры Цепиловой передают атмосферу книги и переносят читателей в Московский зоопарк. Для младшего школьного возраста.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

© Востоков С. В., 2025

© Цепилова В. А., ил., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025


## Первое лицо

Первое лицо, увиденное мной в Московском зоопарке, было лицом небритого Бори – работника по уходу за горными козлами. И за целый год моей работы в Московском зоопарке это лицо так и не побрилось. Хотя и нельзя сказать, чтобы отпустило бороду. Оно умудрялось как-то сохранять это промежуточное состояние небритости с помощью одного ему известного секрета.

Лицо это стало моим талисманом. Помогало и подбадривало весь год. Увидев меня, лицо махало издалека рукой и спрашивало:

– Ну как, устроился на работу?

Задавало оно этот вопрос даже через год, когда я уже собирался увольняться, и как будто ничего другого и знать не желало. Однако из вежливости пред лицом, я всегда отвечал, что устроился и в доказательство махал веником и тазиком с кормом.

Лицо радостно кивало и, оглядываясь, бежало к очередному мусорному ящику, из которого извлекало бутылки, чтобы затем сдать в приёмный пункт.

Лицо это было глухо на одно ухо, а потому, возможно, сведения о моём устройстве на работу до него так и не дошли.

С грустью я думал об этом через год, покидая Московский зоопарк, и очень боялся, что вот сейчас из толпы посетителей появится Боря и спросит:

– Ну как, устроился?


## Про когти и рога

Когда я шёл работать в Московский зоопарк, мне, собственно, было всё равно с кем работать, если это не змеи, потому что часто они бывают ядовиты. Их ядовитость меня всегда отпугивала. Ведь если есть яд, значит и характер не сахар. Хотя, говорят, из яда лекарства делают. Не знаю, не доверяю я таким лекарствам. Зачем их делать из яда? Не стал бы я такое лекарство принимать. Что им можно вылечить? Подозрительно это.

А вот с другими работать, конечно, можно. Если это не тигры.

Уважаю я тигра. Хозяин тайги. Привык он быть в ней хозяином, а потому вряд ли потерпит, чтобы я вокруг него с веником ходил и кости подметал. Да и не мои ли кости в следующий раз будет подметать новый работник, если тигру что-то не по его, не по-хозяйски покажется? У тигра разговор короткий. Раз – и всё. Был такой Стасик, а теперь нет. Вон – косточка валяется. То ли его, то ли коровья, теперь уже не разберёшь.

Нет, не люблю я тигров, хотя, конечно, уважаю.

Ну и медведей я уважаю. Тоже хозяин тайги.

Только как эти два хозяина тайги вместе в ней живут и хозяйствуют – непонятно. Может, у них две разные тайги? А может, они в разные дни хозяева?

Лапы у медведя большие, как лопаты. Когти – как плуг. Такими лапами пахать можно. Нет, не пошёл бы я к медведям в смотрители. Смотреть бы пошёл, а в смотрители – нет. Тут не смотритель, тут надсмотрщик нужен. С винтовкой.

Глазки у медведя маленькие – далеко не всё, что думает он, в них отражается. Большая часть в мозгу остаётся. Остаётся, остаётся, а потом как выскочит лапомаханием и откусыванием! А глазки всё такие же маленькие. Будто и не он это лапами машет и откусывает.


## Козлы

Ну что ж, козлы – люди мирные. Траву едят. Бородой машут. Рога вот у них, конечно. Но, как говорится, у кого из нас нет недостатков?

А ещё лучше – лошади! Что может быть красивее лошади! Красивее лошади может быть только дикая лошадь. И не просто дикая лошадь, а с фамилией. Лошадь Пржевальского. Правда, особенная у неё красота – тяжёлая, сбитая, степная, рассчитанная на непогоду и дальние расстояния. И лицо у неё восточное, с узким разрезом глаз, потому что живёт в Монголии.

Вот к ним-то я и хотел устроиться.

Буду, думаю, ухаживать за подобной красотой. И лошади будут меня за это любить, потому что рогов и когтей у них нет.

Но начальник Отдела млекопитающих сказал:

– Мест сейчас на Лошадях нет. На Снежных барсах есть – не хочешь ли туда? Правда, там больше месяца никто не выдерживал.

– Нет, – говорю, – не хочу. Зачем мне туда, где больше месяца никто не выдерживал? Я на год хотя бы!

И пошёл в Птичий отдел устраиваться.


## Про пиканье

Не думал я, что в Птичий отдел устроюсь. Но так все-гда – не думаешь, не думаешь, а оно и сбывается, то самое, о чём не думал. А вот куда то, о чём мечтал, девается – непонятно.

Опомниться я не успел, как оказался в клетке с негодующе пикающим золотым фазаном. Как я тут очутился? Леший его знает, да ещё рядом с фазаном. Пикающим.

Не понимал я, как вообще можно так злобно пикать? Как можно злобу выражать таким пикающим голосом? Пиканье существует для другого. Пиканьем призывает цыплят курица-мама. Пикают, если боятся. А этот запугивает. Нападающе пикает. Хотя с таким оперением можно и не пикать.

Боевое оперение у золотого фазана! Как у рыцаря на турнире. Шлем золотой солнечные блики во все стороны мечет. Брюхо синее с алым, словно цвета дворянского герба. Щёки серебряные, будто кольчугой прикрыты. А главное – хвост. Хвост – меч! Острый. Алый. Одним видом сразить может. Лапы тонкие, крепкие, со шпорами. Прямо – рыцарь! И вдруг – пиканье.

– Не может быть у рыцарей пиканья! – сказал я. – Иди отсюда!

И прогнал его в другой угол, чтобы подметать не мешал.


## Зелёный павлин

Красив зелёный павлин! Просвечивают через его зелёное оперение индийские джунгли, сочные плоды и заросли бамбука.