# Тридцать и выше: Правила большого города

Маргарита Сергеевна Теплова

Тридцать лет–не приговор, а лишь вызов, особенно если ты живешь в мерцающем мегаполисе. Аврора, Вера и Снежана–три музы большого города, чьи судьбы сплетены нитью крепче шелка Hermès. Аврора, акула пера, ищет не принца на белом коне, а вдохновение в клубах и случайных встречах.Вера, галеристка с острым глазом на искусство и мужчин, укрывает под маской цинизма ранимую душу, мечтающую о настоящей, невыставочной любви.Снежана, юрист, оттачивающая не только законы, но и искусство флирта, уверена: "Бриллианты – лучшие друзья девушек", но что делать, если хочется большего, чем просто блеск?

Их жизни–коктейль из амбиций, разочарований и надежд, щедро сдобренный дорогим шампанским.Они–современные амазонки, покоряющие каменные джунгли на шпильках Louboutin. Что такое любовь, дружба и успех в мире, где все продается и покупается?И какой новый оттенок помады идеально подойдет к маленькому черному платью? Они–героини нашего времени, их истории заставят вас смеяться, плакать и, немного завидовать.

> ВНИМАНИЕ!

> Данное произведение содержит материалы, не предназначенные для лиц младше 18 лет

> В книге присутствуют:

> Откровенные сцены

> Детальные описания интимных отношений

> Психологические темы

> Возрастное ограничение: 18+

> Все события и персонажи являются вымышленными

> Любое сходство с реальными событиями случайно

> Автор не пропагандирует описанное поведение

## Город Золотых Клеток

Москва. Ночь. Город сиял неоновыми огнями, как драгоценное ожерелье, рассыпанное на черном бархате неба. Аврора, "перьевая акула" – как она сама себя называла, – сидела за столиком в модном баре "Гламур". В бокале искрилось шампанское, отражая блики огней. Она сделала глоток, ощущая, как пузырьки щекочут язык, и улыбнулась.

"Все великие истории начинаются с бокала вина," – прошептала она себе, вспоминая старую цитату Хемингуэя. Только вот где найти эту самую "великую историю" в городе, где все продается и покупается?

Аврора была журналистом, пишущим для глянцевого журнала о жизни московской элиты. Ее статьи были острыми, ироничными и всегда немного провокационными. Она знала этот город как свои пять пальцев, знала его пороки и слабости, его блеск и нищету. Но, несмотря на это, чувствовала себя одиноко.

Она огляделась. В баре царила атмосфера декадентства и роскоши. Мужчины в дорогих костюмах, женщины в вечерних платьях, громкая музыка и смех. Все казались такими счастливыми. Или только казались?

"Официант!" – Аврора махнула рукой. "Еще бокал этого чудесного шампанского."

Она любила это чувство – когда пузырьки выпитого напитка щекотали горло, а мысли становились яснее. В этот момент мир казался ей чуть более понятным, а ее одиночество – менее болезненным.

Вдруг ее взгляд остановился на мужчине, сидящем за соседним столиком. Он был высок, статен, с густыми темными волосами и пронзительными зелеными глазами. Он листал книгу, но его взгляд был прикован к Авроре. Она поймала его взгляд и кокетливо улыбнулась. Мужчина ответил ей такой же, еле заметной улыбкой.

"Интересно, о чем он думает?" – подумала Аврора. "Может, он тоже ищет вдохновение?"

Она сделала еще один глоток шампанского, чувствуя, как алкоголь расслабляет ее. Может быть, сегодня она найдет свою историю. Или, по крайней мере, хорошего собеседника.

В голове Авроры роились мысли. Она размышляла о своей жизни, о своей работе, о своих подругах – Вере и Снежане. Вера, галеристка, с холодным сердцем и острым умом, всегда была для нее опорой. Снежана, юрист, умеющая очаровывать мужчин, словно кошка, играющая с мышью. Все они были такими разными, но их объединяла одна общая черта – каждая искала любовь и счастье в этом безумном и порочном городе.

Вдруг мужчина за соседним столиком встал и медленно подошел к ней.

"Извините, я не помешаю?" – спросил он, улыбаясь. Его голос был глубоким и бархатным.

"Конечно, нет," – ответила Аврора, почувствовав, как ее сердце забилось быстрее. "Присаживайтесь."

Он сел напротив нее.

"Я Андрей," – представился он.

"Аврора," – ответила она, протягивая руку.

Их руки соприкоснулись. Аврора почувствовала легкий электрический разряд.

"Вы журналист?" – спросил Андрей, глядя на нее с интересом.

"Как вы догадались?" – удивилась Аврора.

"У вас взгляд хищника," – улыбнулся Андрей. "Еще вы пьете шампанское, как настоящая королева."

Аврора рассмеялась. "Вы льстите мне."

"Ничуть," – возразил Андрей. "Я просто наблюдателен. А вы, судя по всему, ищете вдохновение."

"Может быть," – ответила Аврора. "А вы?"

"Я ищу… покой," – ответил Андрей, его взгляд стал серьезным. "Но, кажется, в этом городе это невозможно."

"Согласна," – кивнула Аврора. "Москва – это город золотых клеток. Мы все в них сидим, ищем выход, но не всегда находим."

Они замолчали, глядя друг на друга. В воздухе висело напряжение, предвкушение.

"О чем вы пишете?" – спросил Андрей.

"О жизни," – ответила Аврора. "О любви, о предательстве, об успехе, о разочарованиях. О том, что волнует людей."

"А что волнует вас?"

Аврора задумалась.

"Меня волнует… настоящее," – ответила она, глядя ему в глаза. "Не фальшь, не ложь, не блеск мишуры. Меня волнует настоящая любовь, настоящая дружба, настоящая жизнь."

Андрей улыбнулся.

"Вы романтик," – заметил он.

"А вы?"

"Я – циник, но, знаете, иногда хочется верить в лучшее."

Они проговорили несколько часов. Андрей оказался интересным собеседником. Он был умным, начитанным, с хорошим чувством юмора. Аврора узнала, что он архитектор, а еще, он недавно развелся и тоже одинок в этом большом городе.

Она рассказала ему о своей работе, о своих подругах, о своих мечтах. Ей было интересно с ним и она почувствовала, как между ними возникает притяжение. Химия – простыми словами.

К концу вечера оба понимали, что между ними что-то есть.

"Как вы смотрите на то, чтобы продолжить наше знакомство?" – спросил Андрей, когда они уже выходили из бара.

Аврора улыбнулась.

"С удовольствием," – ответила она.

Он взял ее за руку, и они пошли прогулочным шагом по ночной Москве, освещенной огнями. В этот момент Аврора почувствовала, что, возможно, она нашла не только вдохновение, но и нечто большее…

Они долго гуляли по ночной Москве, наслаждаясь обществом друг друга. Андрей рассказывал ей о своих проектах, а Аврора – о своей работе и о своих мечтах. Они смеялись, шутили, делились сокровенными мыслями. будто знали друг друга уже много лет.

В какой-то момент Андрей остановился и посмотрел ей в глаза.

"Аврора," – сказал он, тихим и проникновенным голосом. "Я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался."

Аврора почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Она посмотрела в его глаза и увидела там желание.

"Я тоже," – вкрадчиво ответила она.

Он поцеловал ее. Поцелуй был долгим, страстным, обжигающим. Аврора почувствовала, как ее тело охватывает огонь. Ей казалось, что она никогда не испытывала ничего подобного.

Они спешно прыгнули в первое попавшееся такси и поехали в его отель, который находился недалеко от центра. Номер был просторным и светлым, с панорамными окнами в пол, из которых открывался прекрасный вид на ночную Москву.

Андрей включил приглушенный свет. От его пронзительного и возбужденного взгляда, Аврора чувствовала себя немного нервно, прямо как школьница, но в то же время безумно желанной.

Он обнял ее, прижимая к себе. Поцелуи стали глубже, страсть – сильнее. Спешно срывая с себя одежду, не в силах сдержать желания, они рухнули на постель с шелковым покрывалом.

Тело Авроры горело от прикосновений Андрея. Он целовал ее шею, грудь, живот. Она отвечала ему тем же. Их горячие тела слились воедино в порыве страсти, когда он вошел в нее на всю длину. Для них обоих время перестало существовать.

Ночь была долгой и незабываемой. Они занимались любовью, страстно и горячо, забыв обо всем на свете наслаждаясь друг другом, исследуя тела и позволяя себе вольности, которые открывали новые грани наслаждения.

Утром они проснулись в одной постели, в нежных объятиях друг друга. Солнце заливало комнату теплым светом.

"Доброе утро," – прошептала Аврора.

"Доброе утро," – ответил Андрей, нежно целуя ее в губы.

Так они провели еще несколько часов, вместе, наслаждаясь завтраком в постели и телами друг друга, болтая и смеясь все утро.

Спустя несколько дней…

Аврора проснулась с ощущением легкости и эйфории. Недавний вечер с Андреем оставлял после себя приятное послевкусие уже несколько дней. Она улыбнулась, вспоминая его глубокий голос, его зеленые глаза, его умные шутки и горячие прикосновения.

Аврора провела рукой по простыням, ощущая приятную прохладу шелка, чувствуя себя отдохнувшей и полной энергии. А еще, она была бы не против повторить такое приятное знакомство. Она была не из влюбчивых и наивных девушек, но Андрей сумел ее зацепить. Впервые за долгое время ей хотелось большего от мужчины.

"Надо написать статью," – подумала она, вставая с кровати и пытаясь отвлечься, сосредоточиться на работе.

Приняв освежающий душ, Аврора надела любимое шелковое платье от Gucci изумрудного цвета и отправилась в редакцию. Сегодня ей нужно было написать статью о новой выставке в галерее, которую открывала ее близкая подруга Вера.

В редакции ее встретила суета утра. Все куда-то спешили, что-то обсуждали. Аврора поздоровалась с коллегами и пройдя в свой небольшой кабинетик, села за компьютер.

Она начала писать статью, но мысли постоянно возвращались к Андрею. Она вспоминала их приятный разговор, их взгляды, их жгучие прикосновения, чувствуя, что между ними что-то есть, что-то особенное. Его темперамент поразил ее. Аврора не была целомудренных нравов, но отдаться в первый же день знакомства мужчине, для нее было немного «слишком».

Вдруг на столе зазвонил телефон. На экране всплыло имя – Вера.

"Аврора, ты придешь сегодня на открытие?" – спросила она.

"Конечно, приду," – ответила Аврора. "Я как раз пишу статью о твоей выставке."

"Отлично," – сказала Вера. "Будет много интересных людей. И, кстати, я видела вчера твоего Андрея в "Гламуре". Он был там с какой-то девушкой."

Сердце Авроры екнуло и пропустило удар.

"Правда?" – спросила она, стараясь скрыть свое волнение.

"Да," – ответила Вера. "Не знаю, кто она, но они выглядели очень счастливыми."

Аврора положила трубку. Внутри нее все сжалось. Она почувствовала ревность, разочарование и обиду.

"Неужели он просто играл?" – подумала она. Но тут же, взяв себя в руки, сказала: "Черт, мне тридцать, а не пятнадцать. Чего же еще я ждала? Он ведь даже не взял мой номер…". Затем, уже вслух, закурив сигарету прямо в кабинете, она сказала: «Веду себя как малолетняя идиотка».

Аврора снова попыталась сосредоточиться на статье, но у нее ничего не получалось. В голове крутились только мысли об Андрее и теперь еще о девушке, с которой он был вчера, невольно представляя как «соперница» могла бы выглядеть и кем она ему приходится? Жена? Любовница? Подруга?

"Черт!" – выругалась она. "Почему все так сложно?"

Она отложила статью и решила пойти выпить кофе. Ей нужно было успокоиться и разобраться в своих чувствах.

Это было небольшое, но уютное заведение, что-то вроде ресторанчика с «кофе-брейками», милое местечко, которое удобно располагалось в шаговой доступности от работы, в самом центре города. Аврора любила это место.

В кафе, она случайно встретила свою подругу Снежану.

"Привет, дорогая," – сказала Снежана, улыбаясь. "Как дела?"

"Не очень," – ответила Аврора. "Я, кажется, влюбилась."

Снежана громко рассмеялась, доставая из новой кожаной сумочки от Hermes – кошелек.

"Опять?" – спросила она.

"Снова," – вздохнула Аврора. "И, кажется, он не свободен."

"Ну, это Москва," – пожала плечами Снежана. "Здесь все сложно. Но не переживай, твой принц обязательно появится."

Они проговорили несколько часов, обсуждая мужчин, любовь, жизнь. Снежана поддержала Аврору, посоветовав ей не сдаваться и бороться за свое счастье.

К вечеру Аврора почувствовала себя лучше, наконец закончив статью. Она поняла, что не стоит делать поспешных выводов. Возможно, Андрей не женат, возможно, это была просто случайная встреча с какой-нибудь подругой. Но, а если все же женат, то нужно просто перешагнуть этот вечер в своей памяти, и тешить себя мыслью о приятном времяпрепровождении. Спать с женатым – было для Авроры табу. С тех самых пор, когда она уже обожглась на таком романе, каждый день, на протяжении года, слушая обещания, что совсем скоро он бросит свою «недовольную грымзу», а в конечном итоге, грымза оказалась очень довольной, когда благоверный вручил ей ключи от новенькой Bentley, она даже закрыла глаза на его походы «налево». В итоге у жены – семья и новенькая машина, а у Авроры – разбитое сердце и море алкоголя, со слезами в придачу.

Аврора, взяв себя в руки, решила пойти на открытие выставки Веры. Нужно было развеяться и на всякий случай – шикарно принарядиться. Ведь сегодня там соберется весь бомонд. А может быть и Андрей тоже будет там.

Аврора старалась изо всех сил. Ее ванная комната, превратившись в алхимическую лабораторию красоты, заполнилась ароматами Dior и Chanel. Кожа, словно шелк, приняла на себя увлажняющий крем La Mer, обещая сияние, достойное богини. Настал черед макияжа – "боевой раскраски", как шутила Аврора. Тональный крем, словно вуаль, скрыл малейшие недостатки, оставив лишь безупречную канву для творчества. Палетка теней "холст для глаз", позволила создать дымчатый взгляд, глубиной с Марианскую впадину. Ресницы, словно крылья бабочки, взметнулись вверх благодаря туши. Губы, словно спелые ягоды, заиграли оттенком Dior, "идеальный красный для идеального вечера".

Локоны в идеальной укладке, словно волны океана, струились по плечам, излучая здоровый блеск белых волос. Завершающий штрих – капля парфюма Chanel, "аромат, пленяющий сердца". И вот, финальный аккорд – наряд! Аврора долго выбирала платье и остановилась на Alexander McQueen, которое было словно сотканно из звездной пыли. Черный бархат облегал красивую и точеную фигуру, подобно ночи, усыпанной бриллиантами. Линию плеч подчеркивали острые, графичные вырезы, намекая на силу и независимость. Туфли Christian Louboutin, "алые искры" на ее ногах, добавляли образу дерзости и огня. В руках Аврора держала клатч Bottega Veneta, сплетенный из кожи, словно из секретов. "Красота – это оружие," – подумала она, и, облачившись в этот доспех роскоши, шагнула в ночь.

Аврора взглянула в огромное зеркало на выходе из квартиры.

"Veni, vidi, vici", – прошептала она, готовая войти в мир искусства, уверенно, словно королева, вступающая во владения своего королевства.

Открытие выставки.

Галерея была заполнена красивыми и гламурными людьми. Яркий свет, музыка, непринужденные разговоры. Вера стояла у входа, принимая поздравления. Она выглядела элегантно и сдержанно. Аврора вошла в галерею "Art de Vie", ощущая смешение волнения и надежды. Толпа уже собралась, люди общались, смеялись, рассматривали картины, потягивая дорогое шампанское. Аврора, сияя в своем черном платье и с алыми губами, сразу же притягивала к себе взгляды.

Она прошла сквозь толпу, ища глазами Веру. Та, как всегда, была безупречна. Она стояла у входа в галерею, встречая гостей, в строгом костюме от Max Mara и сдержанном, но элегантном макияже. Ее темные волосы были идеально уложены, а на шее красовалось колье с бриллиантами от Van Cleef & Arpels.

"Аврора!" – Вера улыбнулась, обнимая подругу. "Ты выглядишь… просто сногсшибательно."

"Спасибо, дорогая," – ответила Аврора, кокетливо улыбаясь. "Ты тоже. Выставка – просто чудо."

"Рада, что тебе нравится," – ответила Вера, ее глаза блеснули. "Я так долго старалась."

Аврора знала, что за этой безупречной внешностью скрывается разбитое сердце подруги. Вера скрывала свои чувства за маской цинизма, оберегая себя от любой новой боли. Аврора понимала, что Вера переживает нелегкий период после расставания с очередным возлюбленным.

"Ты видела Андрея?" – спросила Аврора, стараясь говорить небрежным тоном.

Вера на мгновение замерла, а затем ответила: "Да, он где-то здесь. Я видела его с этой, как ее… Еленой."

Сердце Авроры сжалось. Она старалась сохранять спокойствие, но внутри все кипело.

"Елена?" – переспросила она, стараясь казаться безразличной.

"Да, по-моему – она его коллега," – ответила Вера, наблюдая за реакцией подруги. "Они по-моему вместе работают. Вроде как очень хорошо смотрятся."

Вера заметила, как у Авроры изменилось выражение лица. Она знала, что Аврора влюбилась, и ей было жаль подругу.

"Давай я тебе покажу картины," – предложила Вера, стараясь переключить внимание Авроры.

Они обошли несколько залов, рассматривая произведения искусства. Вера рассказывала о художниках, о техниках, о вдохновении. Аврора слушала ее, но ее мысли были где-то очень далеко. Она постоянно оглядывалась, пытаясь увидеть Андрея с его пассией.

В одном из залов они остановились перед картиной, изображающей одинокую женщину, стоящую у окна и смотрящую на ночной город.

"Эта картина… она о тебе?" – спросила Аврора, глядя на Веру.

Вера вздохнула.

"Отчасти," – ответила она. "Одиночество – это переоцененное искусство. Особенно, когда ты галеристка и вынуждена каждый день улыбаться людям, которые, по сути, интересуются только ценой."

В этот момент Аврора обернулась и увидела Андрея. Он стоял в другом конце зала, разговаривая с Еленой. Они смеялись и о чем-то оживленно беседовали. Аврора почувствовала, как ее сердце разрывается от боли.

Она попыталась взять себя в руки, но это было не так-то просто. Она поняла, что наверное влюбилась в мужчину, который, возможно, уже был занят.

Вдруг Вера тихо сказала: "Посмотри."

Аврора повернулась. Вера указала на картину, которую они рассматривали. На картине подпись: "Любовь – это переоцененное искусство".

"Ты права," – прошептала Аврора, глядя на картину. "Наверное, любовь – это действительно переоцененное искусство."

Аврора сделала большой глоток шампанского, и сказала:

"Поздравляю, Вера," – переключая тему разговора, – "Выставка действительно потрясающая."

"Спасибо, Аврора," – ответила Вера, улыбаясь. "Рада тебя видеть."

Они немного поговорили о выставке и работе. Аврора старалась не подавать виду, что ее что-то беспокоит.

Она больше не могла смотреть на Андрея, который вальяжно разговаривал там с этой женщиной. И, набравшись смелости, подошла к ним.

"Привет, Андрей," – сказала Аврора.

Андрей повернулся к ней. Его лицо осветилось улыбкой.

"Аврора," – сказал он. "Как я рад тебя видеть."

Он представил ее женщине, с которой разговаривал.

"Это моя коллега, Елена," – сказал он.

Аврора бегло прошлась по ней взглядом. «Красивая, статная. Породистая» – предательски пронеслось в мыслях, опьяняя не от шампанского, а скорее от ревности.

Елена широко улыбнулась Авроре белоснежной улыбкой.

"Очень приятно," – сказала она.

Аврора поздоровалась с ней. Она не увидела на ее безымянном пальце кольца и это означало, что Елена не замужем.

Они немного поговорили. Андрей вел себя дружелюбно и непринужденно. Аврора почувствовала, как ее сердце немного успокаивается и она обретает уверенность.

Вдруг Елена сказала:

"Андрей, мне пора. Была рада познакомиться с вами, Аврора."

Она коротко попрощалась с ними и ушла.

Андрей повернулся к Авроре и с нескрываемым интересом оглядел ее.

"Прекрасно выглядишь. Как твои дела?" – утвердил, и затем спросил он.

"Хорошо," – ответила она, медленно отпивая шампанское из бокала. "Я рада, что встретила тебя здесь."

"Я тоже," – сказал он. "Я хотел тебе позвонить, но у меня не было твоего номера."

"У меня тоже не было твоего," – ответила Аврора, улыбаясь.

"Что ж, раз у нас обоих возникло желание созвониться, то нужно исправлять ситуацию" – с улыбкой предложил Андрей.

Они обменялись номерами телефонов.

"Я буду ждать твоего звонка," – сказала Аврора, разворачиваясь, чтобы пойти к подругам.

"И я твоего," – бросил в след ей, Андрей.

Они попрощались. Аврора почувствовала неимоверное облегчение. Она поняла, что Андрей ей более чем интересен, что она хочет узнать его лучше и быть с ним ближе. Как тогда, в юном возрасте, около 20-ти, она влюбилась по уши в музыканта, который играл в местном баре, на окраине Москвы, где Аврора снимала комнату, когда училась. С ним же она потеряла девственность на заднем сидении старой «девятки». Но их любовь долго не продлилась, точнее, после первого раза, он сразу бросил ее, а она, еще пол года, проливала по нему слезы. Конечно, сейчас, ей было очень смешно вспоминать тот глупый случай. Но чувства были те же, только вместо дешевого музыканта – архитектор Андрей в дорогом костюме, а вместо старой девятки – шикарный отель с панорамным видом на Москву-реку.

Она вышла из галереи, переполненной чувствами, ощущая себя счастливой и окрыленной.

"Москва, ты прекрасна!" – воскликнула она, поднимая голову к небу.

## Вернисаж разочарований

Вера, хозяйка вечера и галереи "Art de Vie", бросила взгляд на толпу. Аврора, словно выпущенная из клетки птица, уже порхала где-то в другом конце зала, ослепляя всех своей красотой и чувствуя себя как рыба в воде среди всей этой гламурной мишуры. Внутри Веры, однако, плясали черти. "Любовь – это переоцененное искусство," – проскрипела она про себя, как заевшая пластинка, глядя на свою же выставку, посвященную, в общем-то, этой самой любви. Ну, или, точнее, ее провалу.

Она была галеристкой, акулой арт-бизнеса, чье имя шепталось в самых модных кругах. В ее послужном списке – десятки успешных выставок, сотни довольных клиентов и… гора разбитых сердец. Вера научилась маскировать свои душевные терзания под бронёй иронии, выдавливая из себя дежурные улыбки, как зубную пасту. Кто бы мог подумать, что за этой стальной леди скрывается… ну, не нежная фиалка, конечно, но, и не злобный тролль. Просто женщина, уставшая от драм.

Выставка "Любовь – это переоцененное искусство" – ее личный арт-терапевтический сеанс. Каждая картина – крик души, каждый экспонат – плевок в лицо бывшим. Да, пусть публика любуется ее страданиями!

Вечер набирал обороты. Гости прибывали, убывали, трещали языками, как сороки. Вера, как опытный дирижер, руководила этим хаосом, раздавая любезности налево и направо. Ее взгляд, как лазерный луч, выхватывал из толпы знакомые лица, вычисляя, кто искренне восхищен, а кто просто пришел поглазеть и выпить халявного шампанского с креветками.

В поле зрения попал Андрей, тот самый архитектор, который запал в душу Авроре. Он стоял у одной из картин, задумчиво подперев подбородок рукой. Вера, хоть и старалась не обращать на него внимания, но не могла не признать: у него был вкус. И что-то еще… что-то, что заставляло сердца женщин предательски ёкать. Рядом с ним крутилась Елена, его коллега, и явно не сводила с него глаз. Вера хмыкнула. Вот, пожалуйста, еще одна драма, еще одна любовная интрижка разворачивалась на ее глазах.

В этот момент ее настигла Снежана, ее верный оруженосец в деле разрушения иллюзий. Снежана, воплощение цинизма в обличье эффектной блондинки, появилась как всегда помпезно – с бокалом вина и ехидной улыбкой. В черном мини-платье от Dolce&Gabbana и туфельках Manolo Blahnik, и, как всегда – опоздав.

"Ну что, подруга, как твои похороны?" – осведомилась Снежана, окинув взглядом зал.

Вера усмехнулась: "Снежана, ты как всегда вовремя. Почувствовала запах жареного?"

"Не то слово," – Снежана пригубила вино. – "Вижу, публика в восторге. Что на этот раз? Неудачный роман? Или, может, ты решила увековечить всех своих бывших в бронзе?"

"Все гораздо прозаичнее," – ответила Вера. – "Просто – я устала."

"От чего?" – Снежана удивленно вскинула бровь. – "От мужчин? От любви? От жизни?"

"От всего перечисленного," – вздохнула Вера.

"Значит, все по плану," – заключила Снежана. – "Выставка, как всегда, шедевр. Грустно, конечно, но это уже твой фирменный стиль. Где что-то покрепче? Нужно срочно поднять боевой дух."

Вера махнула рукой в сторону бара, где бармен, молодой красавчик, уже заглядывался на Снежану.

"Иди, развлекайся," – сказала она. – "А я пока полюбуюсь на страдания публики."

Снежана исчезла в толпе, а Вера снова погрузилась в наблюдение. Андрей и Елена все еще стояли у картины. Они о чем-то оживленно беседовали, смеялись. Вера почувствовала обиду за свою подругу Аврору. И тут же себя одернула. Она – галеристка, а не мечтательная дурочка! Все мужики козлы!

В этот момент ее настигла знакомая пара – две светские львицы, которые, судя по всему, пришли не искусство созерцать, а перемывать кости.

"Эта выставка – просто мрак," – громко шептала одна из них, чуть ли не выплевывая слова. – "Сплошная тоска зеленая. Галеристка, видимо, совсем отчаялась." – хихикая произнесла вторая.

Вера не выдержала. Подошла к ним, сияя ледяной улыбкой.

"Простите, дамы," – начала она. – "Вы, кажется, не совсем поняли концепцию."

"А что тут понимать?" – огрызнулась первая. – "Грусть, печаль, тоска смертная. Где позитив? Где радость жизни?"

"Эта выставка – отражение моего опыта," – ответила Вера, глядя им прямо в глаза. – "Я хотела показать, что любовь может быть разной: красивой и ужасной, счастливой и болезненной, но она всегда оставляет след в нашей жизни. И что, даже пережив боль, мы можем найти в себе силы жить дальше."

Женщины переглянулись. Одна из них попыталась что-то сказать, но Вера перебила ее.

"Если вам не нравится, вы можете просто уйти," – сказала она. – "Но не стоит судить о том, чего вы не понимаете."

Дамы поспешно ретировались, бормоча что-то нечленораздельное. Вера вздохнула. Ей хотелось заорать, расцарапать себе лицо, но вместо этого, она пошла искать Снежану.

Она нашла ее у бара, в компании бармена и еще нескольких очарованных мужчин.

"Ну что, как дела?" – спросила Вера, присаживаясь рядом.

"Все отлично," – ответила Снежана. – "Устроила тут небольшой блиц-опрос. Выяснилось, что все твои бывшие – идиоты. И что ты, как всегда, на высоте."

Вера усмехнулась.

"Спасибо, Снежана. Ты мой личный психотерапевт."

"Всегда пожалуйста," – Снежана подмигнула. – "А что там с архитектором? С этой Еленой у него все серьезно? Как же Аврора?"

Вера пожала плечами.

"Не знаю. Но выглядит… многообещающе."

"Ну, посмотрим," – сказала Снежана, пригубив коктейль. – "А пока давай выпьем за твое разбитое сердце и за то, чтобы ты наконец нашла себе достойного мужчину. А не этих… как их там…"

"Эгоистичных придурков?" – подсказала Вера.

"Именно," – подтвердила Снежана, чокаясь с ней. – "В общем, жизнь продолжается. Идем в соседний зал, танцевать? Или ты будешь сидеть тут и страдать дальше?"

Вера улыбнулась.

"Пожалуй, пойду танцевать," – сказала она. – "Страдать я буду дома, когда налью себе бокал шардоне и сниму эти чертовски-неудобные туфли."

Они направились к танцполу, оставив позади себя картины, гостей и надежду. А Вера, пока танцевала, думала о том, что будет дальше.

Она знала, что ей нужно что-то изменить в своей жизни. Что ей нужно перестать бояться любви и начать искать свое счастье.

Когда она танцевала, в соседнем зале, какой-то мужчина пожирал ее взглядом. Вера сквозь свет неона успела разглядеть его шикарный костюм Brioni, идеальную осанку и отсутствие обручального кольца на безымянном пальце. И она решила передохнуть и освежиться у бара, в то время, как Снежана во всю отплясывала с каким-то очередным поклонником.

У бара, Вера увидела того самого незнакомца, который уже приближался к ней. Он выглядел задумчивым, его взгляд был сосредоточен на картинах. Вера почувствовала, как ее сердце забилось чаще. Она не знала, что он думает о ней, о ее выставке, но ей было интересно узнать его мнение.

"Вы впечатлены?" – спросила она, когда он подошел.

Он поднял на нее взгляд. Его глаза были глубокими и выразительными.

"Да, и не только картинами," – ответил он. – "Но все же, спешу отметить, что ваша выставка заставляет задуматься. Она очень искренняя."

"Так и было задумано. Я хотела быть искренней," – ответила Вера. – "Я устала притворяться, устала скрывать свои чувства."

"Это видно," – сказал он, кивая головой. – "Вы открыли свою душу."

Они немного поговорили о картинах, о смысле искусства, о жизни. Вера почувствовала, что между ними возникает какое-то притяжение, химия или искра – это можно называть, как угодно. Каждая женщина чувствует на начальном этапе общения с мужчиной, это чувство, и как правило, ни к чему хорошему оно никогда не приводит. Она не знала, что он думает о ней, но ей казалось, что он понимает ее.

Вдруг он сказал:

"Мне кажется, вы очень сильная женщина."

Вера улыбнулась.

"Я стараюсь," – ответила она. – "Но иногда это дается очень трудно."

Он посмотрел на нее внимательно.

"У вас есть кто-нибудь?" – слишком прямо спросил он.

Вера на мгновение замерла. Она не знала, что ответить. Она не привыкла говорить о своей личной жизни вот так открыто с незнакомцем, но решила не врать.

"Нет," – ответила она. – "У меня никого нет."

Он кивнул.

"Я тоже одинок".

Вера посмотрела на него. В его глазах она увидела тоску, которая ей была так хорошо знакома. Она почувствовала, как ее сердце дрогнуло.

И поняла, что, несмотря на всю свою циничность, она все еще верит в любовь. И что она хочет быть счастливой. Допив одним глотком свой бокал с шампанским, она сказала:

"Я прошу прощения, но пришло время сказать речь".

Незнакомец лишь улыбнулся и проводил ее заинтересованным взглядом.

Вера подошла к микрофону, стоявшему на сцене. Гости начали переговариваться, не понимая, что происходит. Вздохнув и собравшись с духом, она обратилась к собравшимся:

"Дорогие гости, – начала Вера, стараясь говорить ровным голосом. – Я благодарю вас за то, что вы пришли сегодня на мою выставку. Я рада, что вы разделили со мной этот вечер. Но я хочу сказать вам вот что…"

Она сделала паузу, глядя в зал. Ее сердце бешено колотилось.

"Любовь – это не только переоцененное искусство," – продолжила она. – "Любовь – это самое главное, что есть в нашей жизни. И я верю, что каждый из нас достоин быть счастливым."

В зале воцарилась тишина. Гости переглядывались, не понимая, что происходит. Вера продолжила:

"Я хочу сказать вам, что я тоже хочу быть счастливой. Я хочу найти свою любовь. И я верю, что у меня это получится."

Алкоголь уже изрядно бурлил по ее венам, и Вера вздохнула. Ни за что не осмелилась бы сказать это, если бы не количество выпитых бокалов.

"Я знаю, что я кажусь циничной и саркастичной, – сказала она. – Но это всего лишь маска, за которой я прячу свою боль. Я хочу избавиться от этой маски. Я хочу быть собой."

Она посмотрела на гостей, на картины, и сделала глубокий вдох.

"И хочу сказать вам… – начала она, ее голос дрожал. – Я ищу любовь. И именно об этом моя выставка."

В зале раздались шепотки. Гости переглядывались, не зная, как реагировать.

"Спасибо," – сказала она. – "Спасибо всем вам."

В зале раздались аплодисменты. Гости начали подходить к ней, поздравляя ее, выражая свою поддержку. Она бегло оглядела зал, остановившись взглядом на барной стойке, за которой сидел тот самый незнакомец, но его больше не было. Он ушел. Все снова стало на круги своя.

"Ровно так, как я и предполагала" – с досадой в сердце отметила про себя Вера и вернулась к гостям.

## Законы флирта

Снежана выскользнула из душного вернисажа, словно кошка, у которой внезапно появилась аллергия на шампанское. Она огляделась, поправляя ремень своего ярко-алого пальто от любимого Dolce&Gabbana. Вечер был прохладным, но в душе Снежаны бушевала жара. Речь Веры… Это было что-то новенькое. И одновременно предсказуемое.

"Бриллианты – это всего лишь компенсация," – пробормотала она, доставая из сумочки тонкий мундштук. Закуривала она всегда только дорогие сигареты, как и все, что касалось ее жизни. Мужчины, карьера, отдых – все должно было быть на высшем уровне.

Она быстро поймала такси и, удобно устроившись на заднем сиденье, набрала номер Веры.

"Ну что, подруга, как там твои поиски?" – поинтересовалась она, едва услышав гудки.

"Да так себе, – послышался уставший голос Веры в трубке. – Я, кажется, только что публично призналась в своей слабости."

Снежана хмыкнула. "Ну, хоть не в любви к котикам. Это было бы совсем уж банально."

"Смешно тебе, да?"

"Очень. Ты хоть знаешь, сколько мужиков сейчас будут предлагать тебе свою помощь? Готовься к нашествию."

"Не уверена, что мне это нужно."

"А что же тебе нужно? Хороший секс? Новый бриллиант? Или просто, чтобы тебя оставили в покое?"

Вера вздохнула. "Я не знаю, Снеж. Я просто хочу быть счастливой. А еще, я очень устала и хочу домой, скорее снять эти неудобные туфли!»

"Это, конечно, святое, но как-то расплывчато. Давай так: если тебе понадобится мужская компания, звони, я организую. Думаю, что тебе не хватает хорошей порки, поэтому и распустила нюни. У меня сегодня, кстати, намечается интересная партия."

"Кто?"

"Один юный дарователь. Лет на десять младше меня, но с такими глазами… ммм… просто мечта."

Снежана довольно улыбнулась. Она обожала молодых мужчин. С ними было легко, весело и, что самое главное, они всегда были готовы угодить. А если нет, всегда можно было воспользоваться другими способами достижения удовольствия.

"Ну, удачи, подруга. И не спугни мальчишку."

Попрощавшись с Верой, Снежана откинулась на спинку сиденья, предвкушая вечер. Она уже видела его, этого юного дарователя, в своей постели. Он был похож на красивого жеребца, которого она собиралась приручить. И, конечно, получить от этого максимум удовольствия.

Такси подъехало к ее роскошной квартире в центре города. Снежана расплатилась с водителем и вышла на улицу, вдыхая прохладный воздух. Она поднялась на свой этаж, открыла дверь и шагнула в мир роскоши и комфорта. Квартира была обставлена со вкусом, в ней преобладали светлые тона, дорогие ткани и картины современных художников. Снежана обожала свой дом, это было ее личное пространство, ее крепость.

Она сняла с себя пальто, небрежно бросив его на стул, и направилась прямиком в ванную. Приняв расслабляющую ванну с пеной и ароматическими маслами, она почувствовала, как напряжение последних дней постепенно отступает.

Выйдя из ванной полностью обннаженной, Снежана подошла к своему гардеробу. Сегодня она должна выглядеть безупречно. Она долго выбирала наряд, перемерив несколько платьев, прежде чем остановилась на облегающем «голом» платье с глубоким вырезом на спине.

Завершив приготовления и посмотрев на себя в зеркало, она вслух произнесла: «Шикарная блондинка, с идеальной фигурой и манящим взглядом». И вправду, никто бы и не подумал, что ей 35 с небольшим. Гладкая, фарфоровая кожа, стройные ноги. Снежана не жалела ни средств, ни сил, ни времени, стараясь всяческими способами поддерживать свою молодость и естественную красоту.

В дверь наконец позвонили. Она, поправляя волосы, улыбнулась и неспешно пошла встречать своего долгожданного гостя. На пороге стоял он. Тот самый юный дарователь, которого она встретила на выставке. Его звали Максим. Закончив смену в баре, где он подрабатывал, Максим на всех парах примчался к богине этого вечера. Он и подумать не мог, что такая «дорогая» женщина обратит на него внимание. И, словно сорвав большой куш, с легкой улыбкой, переступил порог квартиры Снежаны.

"Привет," – сказала она, открывая дверь пошире. – "Чувствуй себя как дома."

Максим вошел, смущенно улыбаясь. Он был высоким, стройным парнем с красивым лицом и немного наивным взглядом. Его внешность походила для обложек глянцевых журналов, а никак не для работы за барной стойкой, но Снежану это не особо волновало. Если бы не та самая барная стойка, то ей сегодня не с кем было бы и потрахаться.

"Спасибо, что пригласили," – сказал он.

"Не за что. Проходи, располагайся. Что будешь пить?"

"Что-нибудь легкое, пожалуйста. Я за рулем."

"Тогда шампанское?"

"С удовольствием."

Снежана достала из холодильника бутылку шампанского и налила напиток в два бокала. Затем подошла к Максиму покачивая бедрами, и медленно, почти дразняще и соблазнительно протянула ему бокал, при этом выгнувшись как кошка, открывая все прелести своего платья взволнованному парню.

"За знакомство," – сказала она, поднимая свой бокал.

"За знакомство," – повторил Максим, слегка смущенно.

Они выпили. Снежана внимательно наблюдала за Максимом, пытаясь понять, что у него в голове. Он был явно очарован ею, и это не могло не льстить ее самолюбию.

"Ну что, Максим, рассказывай, чем ты занимаешься?" – спросила она, откровенно присаживаясь на диван.

Максим начал рассказывать о своей работе и учебе, о своих увлечениях. Снежана слушала его, кивая и задавая вопросы. Ей было интересно узнать его, но в первую очередь ее интересовало его красивое, горячее и молодое тело. Она любила секс, и ничто не могло сравниться с ощущением, когда она получала от него удовольствие. Она не собиралась тратить время на пустые разговоры. Но так как Снежана была «леди», то соблюдать рамки приличия было в этом случае – необходимым.

Спустя час, когда Максим уже начал расслабляться от выпитого алкоголя и приятной беседы, Снежана решила переходить к делу, как истинная охотница за сердцами мужчин.

"Максим," – сказала она, вставая с дивана. – "Я хочу тебе кое-что показать."

Она взяла его за руку и повела в свою спальню.

Спальня была такой же роскошной, как и вся квартира. Большая кровать с шелковым бельем, приглушенный свет, свечи… Все было готово для романтического вечера.

Снежана обернулась к Максиму. Он стоял, немного растерянный, но с горящими глазами.

"Я хочу тебя," – сказала она, прямо и без подтекста. – "Я хочу тебя прямо сейчас."

Максим замер на мгновение, а затем шагнул к ней. Он с жадностью, не веря в обрушившееся на него счастье, подошел вплотную к Снежане. Их губы сплелись в страстном поцелуе двух изголодавшихся любовников, а его язык глубоко проникал ей в рот, бесцеремонно исследуя ее. Снежана стонала, подначивая парня не останавливаться. Она дразнила его, постанывая и нашептывая ему на ухо грязные словечки, распаляя и без того, жгучее пламя страсти. Следом ее рука прошлась по его груди, вдоль его подтянутого пресса, ниже… еще ниже… И наконец, достигла цели – его каменного «дружка». Она бесцеремонно, как самая грязная шлюшка, водила по нему рукой вверх-вниз, чувствуя через ткань его брюк и сквозь их глубокий поцелуй, сбивчивое дыхание Максима. Его твердый и внушительных размеров, член, рвался освободиться. Он с громким рыком, резким движением скинул с себя брюки, как голодный зверь. Когда Снежана оценила представший перед ней потенциал «бойца», она опустилась перед ним на колени и принялась с такой неистовой жадностью его сосать, что Максим впервые в жизни осознал, что такое настоящее райское наслаждение. Ее горячий рот был самым приятным местом, в которое удосужился войти член Максима. Затем, не дав ему кончить и получить блаженной разрядки, Снежана грациозно, как кошка, откинулась на кровать, и, задирая свое прозрачное платье вверх, она, будучи без белья, широко развела перед ним свои ноги, словно врата в Эдем. Максим, тяжело дыша, водил рукой по его давно готовому члену в ожидании. Он пылал. Под его пристальным взглядом, словно дивный цветок, распускалась розовая и влажная киска Снежаны. Она, дразняще облизала свои два пальца, смочив их как следует слюной, а затем неспешно вставила их в себя и начала ритмично двигаться, не отводя возбужденного взгляда от парня. Он смотрел на ее розовое и влажное влагалище, представляя, как сейчас охотно войдет в нее на всю длину, заполнит и трахнет так, чтобы она кричала и просила его еще и еще…

Ночь была настолько жаркой, что в памяти Максима она не сотрется никогда. Это лучшее, что было в его жизни. Что нельзя сказать о Снежане. Такие приключения она позволяла себе как минимум – два раза в неделю.

После бурной ночи, когда Максим уже сладко посапывал рядом, Снежана, не в силах уснуть, тихонько встала с кровати. Она подошла к окну и посмотрела на ночной город. Огни мерцали в темноте, создавая иллюзию бесконечности.

Она закурила сигарету, вдыхая дым полной грудью. Ей было хорошо. Она получила то, что хотела, разрядку, которую при всем желании – не заменить никаким фаллоимитатором. Но в душе оставалась какая-то пустота.

Она не искала любви. Она не верила в нее. Для нее секс был просто способом получить удовольствие, снять напряжение, почувствовать себя живой. А иногда, просто необходимой потребностью.

Снежана усмехнулась. Глупо. Но она сама сделала этот выбор, и менять ничего не собиралась. Ей нравилось быть свободной.

Утро встретило Максима мягким светом, проникающим сквозь плотные шторы. Он потянулся, чувствуя приятную усталость в теле. Вспомнив вчерашний вечер, он улыбнулся с надеждой все повторить.

Он хотел было повернуться к Снежане, но ее рядом не оказалось. Приподнявшись на локте в постели, Максим огляделся, но ее нигде не было.

Запах кофе и жареного бекона заставил его встать с кровати. Покинув шелк простыней, он вышел из спальни и направился на кухню.

На столе, сервированном для двоих, его ждала Снежана. Она сидела в кресле, широко раздвинув ноги. Ее черное платье было немного задрано, обнажая бедра. Между ног, прямо перед ним, виднелся фаллоимитатор, ритмично вибрирующий.

"Твой завтрак готов," – сказала она, не отрывая взгляда от него. Ее голос был низким и хриплым от возбуждения.

Максим застыл в дверях, не зная, как реагировать.

Снежана жестом пригласила его подойти. Он сделал несколько шагов вперед.

"Не стой столбом," – сказала она. – "Присаживайся…"

Она слегка наклонилась вперед, и Максим увидел, как кончик фаллоимитатора исчез внутри нее.

Его глаза расширились. Он не знал, что и думать.

"Ну что, будешь завтракать?" – спросила Снежана, улыбаясь.

Он медленно подошел к столу. В его голове творился хаос.

Снежана, не обращая внимания на его замешательство, продолжила свои манипуляции. Она любила эти моменты. И прекрасно знала, что сейчас он будет полностью в ее власти.

Максим сел напротив нее. Он смотрел на нее, не в силах отвести взгляд.

"Ты голоден?" – спросила она.

Он кивнул.

"Тогда приятного аппетита," – сказала Снежана, продолжая свои действия. Она откинулась назад и принялась трахать себя фаллоимитатором, откровенно раздвигая ноги, чтобы он смог все тщательно разглядеть, при этом громко и судорожно издавая стоны.

На столе стояли тарелки с яичницей и беконом, корзинка с круассанами и кувшин с апельсиновым соком. Но Максим не видел ничего, кроме Снежаны. Он был обескуражен, ошеломлен и чертовски возбужден.

Снежана была умелым манипулятором и пронзая его своим взглядом, она наслаждалась его реакцией. Ей нравилось его смущение, его растерянность. И так же она знала, что он будет готов сделать все, что она захочет.

Он встал из-за стола, неспешно приближаясь к ней. А она, в свою очередь, ускорила свои движения. Максим слышал звук вибратора и его это будоражило. Он встал перед ней на колени и перехватив инициативу, со словами: «Давай я тебе помогу…», достал из нее игрушку, сразу заменив ее своими пальцами. Ее киска была полностью готова их принять, мокрая и розовая, она давно этого хотела. Затем Максим аккуратно и нежно, провел по ней языком. Снежана вздрогнула и одобрительно застонала. Он не стал томить ее ожиданием и припал губами к ее лону. Как же хорошо он это делал, его язык будто знал все ее точки G. Она схватила его за волосы, прижимая к себе еще ближе, тем самым давая понять, чтобы он не смел останавливаться. И он не остановился. Он вылизывал ее всю так ритмично, так быстро и одновременно нежно, что ее совсем скоро накрыла волна оргазма. Снежана обмякла, а Максим, достав свой давно уже стоявший колом – член, быстро вошел в нее, и, спустя несколько минут – кончил.

Так хорошо им обоим не было уже очень давно. Именно поэтому Снежана любила молодых парней. Они не жаловались, не уставали, не были избалованными, как мужчины, которые успели многое повидать. Они не задавали вопросов и всегда были готовы к приключениям.

Но новый день принес с собой и новые заботы. Пока Максим пошел в душ, Снежана выпила кофе, привела себя в порядок, и предупредив консьержа, что ее гость должен покинуть квартиру через час, а затем, достала свой телефон и вызвала такси. Ей нужно было ехать.

"Спасибо," – прошептала она, глядя на дверь в ванную комнату.

Она оставила на тумбочке немного денег и записку: "Спасибо за приятный вечер. Пока."

И вышла из своей квартиры, оставив Максима в блаженном неведении. Снежана знала, что он будет разочарован, но ей было все равно. Она должна была идти дальше.

## Пятница 13-е

Москва, пятница, 13-е. Над городом, словно драгоценный сапфир, раскинулось ночное небо, усыпанное звездами, которые, казалось, подмигивали собравшимся на крыше пентхауса. Пентхауса, принадлежащего молодому, но уже сказочно богатому бизнесмену, который, по слухам, сколотил состояние на чем-то вроде "новых технологий для улучшения качества жизни". На самом деле, никто толком не знал, чем он занимается, но это никого не волновало. Главное – деньги, шампанское и возможность покрасоваться. Это был мир, где "достаточно хорошо" означало только одно – недостаточно.

Интерьер пентхауса поражал воображение. Панорамные окна, открывающие вид на ночную Москву, упирались в сверкающие хромом и стеклом стены. Мягкие диваны, обитые шелком, казались невесомыми, а хрустальные люстры от Swarovski отражали свет, создавая атмосферу роскоши и гламура. Повсюду – произведения современного искусства, скульптуры и картины, которые, вероятно, стоили целое состояние. Официанты в идеально выглаженных белых рубашках, порхали между гостями, предлагая изысканные закуски и напитки. Музыка, ненавязчивая, но ритмичная, создавала ощущение легкости и веселья. Словно сама жизнь была дорогой вечеринкой, а все присутствующие – ее гостями.

На крыше, утопающей в неоновом свете, собрался весь московский бомонд. От "звезд" Instagram, чьи губы, скулы и прочие части тела напоминали идеально выточенные скульптуры, до наследников древних родов, чьи предки, наверное, ворочались в гробах, наблюдая за тем, что происходит. Это был мир, где молодость и красота были валютой, а связи – главным капиталом.

Аврора, слегка опоздав, появилась на этой вакханалии, как всегда, в своем стиле. Платье от Valentino, расшитое пайетками, словно само излучало свет, подчеркивая ее стройную фигуру и безупречный вкус. Она огляделась, чувствуя себя, как всегда, немного чужой на этом празднике жизни. "Боже, ну и цирк уродов, – подумала она, поднося к губам бокал с "Беллини". – Конкурс красоты среди силиконовых кукол, где главное – чтобы выглядело дорого-богато. Как будто все забыли, что настоящая красота – это не идеальные формы, а извилины мозга". Ее ироничный взгляд скользил по присутствующим, выискивая типажи для будущих статей. Она, как всегда, была наблюдательна, подмечая каждую деталь, каждый жест, каждый взгляд.

Вера, прибыла чуть раньше, выглядела, как всегда, безупречно. Платье от Dior, элегантное и сдержанное, подчеркивало ее утонченную натуру. Идеальный макияж, словно сошедший с обложки Vogue, скрывал, впрочем, едва уловимую грусть в ее глазах. Она пришла сюда не столько ради развлечений, сколько в надежде найти… надежду. "Опять эти лица, – подумала она, с тоской оглядывая толпу. – Опять эти пустые разговоры, эти фальшивые улыбки… Как будто все разучились говорить правду. Где же он?" Она искала глазами того самого мужчину, который очаровал ее на открытии ее галереи, того, в ком она увидела что-то настоящее, что-то живое среди всего этого пафоса. Он был высок, с проницательным взглядом и легкой небритостью, которая придавала ему вид человека, знающего цену жизни. Вера помнила его уверенную походку и завораживающий голос. По слухам, он был бизнесменом в отрасли строительства и его звали Сергей. О личной жизни не было ничего, ни в интернете, ни в жизни. По крайней мере, Вера ничего не смогла узнать.

Снежана, явилась последней, словно королева на бал. Дерзкое мини-платье от Versace, подчеркивающее ее идеальную фигуру, и туфли Louboutin на умопомрачительной шпильке, заставляли окружающих замирать от восхищения и зависти. Она сияла уверенностью, как будто пришла сюда властвовать. "Вот это да, – подумала она, окидывая взглядом толпу. – Все эти люди хотят только одного: выглядеть богаче, чем есть на самом деле, тратить больше, чем зарабатывают, и спать с теми, кто выглядит лучше их самих. Это как игра в покер, где ставки – чувства, а приз – иллюзия счастья." Она, в отличие от подруг, пришла сюда не за поисками любви или надежды и даже не в поисках себя, Снежана знала чего хотела – острых ощущений.

Подруги встретились у барной стойки, где уже вовсю разливали шампанское, коктейли и прочие напитки, призванные поднять градус веселья. Они обменялись приветствиями, поцелуями в щеки и принялись обсуждать происходящее.

"Ну что, девчонки, как вам этот вертеп? Не хватает только клетки с дикими зверями, а то скучно. Как будто все сбежали из какого-то модного зоопарка." – с ироничной улыбкой произнесла Аврора.

"Скучно. Ищу вдохновение, а нахожу только фальшь, которая просто душит. Хочется сбежать. И эти модели… Вы видели их? Они как будто из инкубатора. Куда деваться обычным женщинам, если всюду эти… стандарты? Как будто всем внушили, что счастье – это худоба, силикон и идеальная улыбка цвета унитаза." – отпивая «аппероль», немного обиженно заявила Вера, надув ее от природы пухлые губки, накрашенные сливовой помадой Dior.

"Да ладно тебе, Вера. Зато какие на них бриллианты! И, кстати, о моделях. Вы видели, как они выглядят? Как будто их всех клонировали. У них нет ни индивидуальности, ни интеллекта. Только идеальные фигуры и пустой взгляд. Они как будто живут в параллельной вселенной, где нет ни проблем, ни чувств, только Instagram и бесконечные фотосессии." – уверенно подметила Снежана, выискивая взглядом Максима. Он должен был сегодня работать здесь.

"Согласна. Сейчас, чтобы стать успешной, достаточно быть просто красивой. И это печально. Все эти фильтры, пластика… Они как будто боятся быть собой. Как будто забыли, что морщины от смеха – это гораздо сексуальнее, чем губы-пельмени." – утвердительно кивая, согласилась Аврора.

"И эти мужчины, которые ведутся на это… Они просто не умеют видеть красоту внутри. Они как дети, которые играют с дорогими игрушками, не понимая их ценности." – высказалась Вера.

"Ну, что ж, будем надеяться, что вечер преподнесет нам сюрпризы", – усмехнулась Аврора, поднося бокал с "Беллини" к губам. "Или хотя бы смешные истории для моих статей", – добавила она, подмигнув подруге.

Снежана наконец довольно улыбнулась. Она разглядела Максима у другой барной стойки, в конце площадки.

"Я увидела того, кого хотела. Работает барменом. Надо будет заглянуть в тот бар. Он, кстати, очень даже ничего, скажу я вам. Как раз то, что нужно для пятницы 13-го." – Она хищно улыбнулась, предвкушая новые приключения. И добавила:

"Да, я знаю, что мужчины – как автобусы: всегда найдется другой, когда этот ушел. Но иногда хочется прокатиться дважды…" – смеясь заливистым смехом, сказала она подругам.

Все девушки искренне удивлялись ее смелости и дружно рассмеялись.

Отводя взгляд в сторону, Аврора заметила Андрея поодаль, стоящего в окружении нескольких "красавиц". Он выглядел, как всегда, неотразимо в своем идеально скроенном костюме от Ermenegildo Zegna и сразу выделялся из толпы. Его безупречные манеры, лучезарная улыбка и проницательный взгляд, казалось, сводили с ума всех, кто оказывался в поле его зрения. Он был, как дорогая машина: блестящий, привлекательный, но, увы, не твой.