Николай Аржанов
Последняя роль "Артиста"

Посвящается моей красавице жене Татьяне и

моей дочери Светлане

События, изложенные в этом романе, являются подлинными и действующие герои – реальными лицами, однако по этическим соображениям фамилии и имена этих лиц изменены. Названия городов и населённых пунктов, где разворачиваются основные события, также изменены. Это сделано в связи с тем, что некоторые из героев романа и поныне продолжают жить и работать в этих местах, а отдельные из них, как и прежде, занимают высокие посты в органах власти.

Пролог

20 февраля 1989 года.

Дежурная часть транспортной милиции города Комсомольск-на-Амуре.

В 12 часов дня в дежурной части транспортной милиции раздался зуммер радиостанции. Дежурный офицер поднял трубку микрофона:

– Капитан Семёнов слушает вас.

– Вам звонит путевой обходчик Бычков, – встревоженным и взволнованным голосом выпалил он. – Сейчас я нахожусь на железнодорожных путях примерно в трёх километрах от станции. Во время осмотра этого участка я случайно взглянул с насыпи вниз и, к моему ужасу, увидел там торчащие из-под снега ноги человека. Похоже он замёрз.

– Бычков, скажите, видны ли там рядом какие-нибудь следы? Может это кто-то из местных жителей или охотников сорвался с крутого откоса, сильно расшибся, потерял сознание, да и замёрз?

– Я боюсь туда спускаться. Уж слишком ужасающая ситуация, к тому же в этом месте очень крутой спуск и глубокий снег. Лица отсюда не видно, так как труп наполовину завален снегом. Одно могу сказать, что это не местный житель. Кто же из них в такую суровую погоду пойдёт по снегу в лёгких полуботинках. Мне кажется, что на нём нет и верхней одежды. Скорее всего этот человек по пьяной лавочке случайно выпал из поезда или его выбросили оттуда. За мою бытность я уже не раз сталкивался с такими случаями.

– Хорошо. Оставайтесь на месте. Сейчас я направлю к вам оперативную группу.

– Пожалуйста, приезжайте побыстрее, а то на улице трескучий мороз, да у меня и заряд батареек в рации заканчивается. Поэтому я не смогу больше выйти на связь с вами. Кроме этого, мне надо ещё успеть закончить осмотр путей на этом участке до того, как по расписанию проследует следующий поезд в сторону Хабаровска. А времени для этого остаётся совсем немного.

– Бычков, не волнуйтесь! Далеко от этого места постарайтесь не отходить. Я направляю к вам оперативную группу. Ждите!

Через час оперативная группа прибыла на место. Их встретил пожилой обходчик, одетый в овчинный тулуп, который вовсю махал руками и приплясывал, пытаясь хоть как-то согреться.

– Где труп? – спросил его следователь, – старший оперативной группы.

– Вон там, – показал рукой Бычков на торчащие ноги из-под снега.

Члены оперативной группы, проваливаясь по колено в снегу и скользя по крутому склону, с трудом пробрались к этому месту. Из сугроба выглядывали только ноги в лёгких ботинках, часть туловища и вытянутая вверх рука как бы в знак прощания. Это было ужасное зрелище.

Немного отдышавшись, члены оперативной группы приступили к тщательному обследованию места происшествия. На крутом снежном склоне они обнаружили отчётливую борозду от скольжения человека, которая начиналась сверху прямо от железнодорожных путей. Других следов рядом не было. Это свидетельствовало о том, что этот труп мог появиться здесь только из проходящего поезда.

– Когда вы в последний раз обходили свой участок? – обратился следователь к обходчику.

– Я проверял состояние этого железнодорожного участка неделю тому назад. В тот раз я ничего подозрительного не заметил. Этого трупа здесь точно не было.

– Глеб, – обратился следователь к стоящему рядом с ним сотруднику уголовного розыска, – так как неделю назад путевой обходчик не видел этого трупа, то получается, что появился он здесь примерно дней пять назад. Я исхожу из того, что он частично припорошён снегом, а последний небольшой снегопад, как мы знаем, прошёл в нашем районе пять дней тому назад. Может кто-то за это время обращался к нам в милицию с заявлением о пропаже родственников или знакомых?

– Насколько я помню, к нам за эти дни никто из граждан не обращался по поводу исчезновения их родственников или знакомых, – категорично ответил сотрудник.

– Ладно, тогда не будем терять время. Надо вначале осмотреть труп, может при нём есть какие-то документы. Если будет установлена его личность, тогда нам будет значительно легче выяснить, как он сюда попал, – заявил следователь.

Помогая судебно-медицинскому эксперту, сотрудники оперативной группы стали осторожно разгребать снег вокруг трупа. Наконец работа была закончена. Перед ними предстал обледенелый труп со страшным оскалом на лице. Даже бывалый судмедэксперт и тот невольно поёжился от этой жуткой картинки. На вид это был молодой мужчина лет тридцати с узким продолговатым лицом и короткой стрижкой. На нём были одеты только рубашка и тёмные брюки. Другая одежда отсутствовала. Никаких документов в карманах не оказалось.

– Странно, – сказал следователь, – ведь человек, который путешествует, как правило, кладёт в карманы деньги и документы, чтобы их не потерять. А может кто-то успел очистить его карманы?

Тем временем судебно-медицинский эксперт продолжал внимательно осматривать заледенелое тело.

– Семёныч, когда ты там закончишь? А то мы сами скоро превратимся здесь в замороженные трупы. Ну что там, криминал или несчастный случай? – не вытерпев, обратился к нему сотрудник уголовного розыска.

– Похоже на криминал. У этого парня пробит черепок. По-видимому, его сначала кто-то стукнул по голове, а затем выбросил из поезда.

– Вот чёрт, не повезло нам! На мне и так уже висят два нераскрытых убийства. Теперь попробуй найди кто его отправил на тот свет. За это время здесь столько уже поездов прошло. Да и личность убитого нам не известна, – посетовал сотрудник уголовного розыска.

– Глеб, кончай возмущаться! – прикрикнул на него старший оперативной группы. – Труп на нашей территории, поэтому ничего не поделаешь. Хочешь ты или не хочешь, а дело придётся возбуждать! Давай не теряй время и займись осмотром прилегающей местности. Пройди по железнодорожной насыпи с километр в обоих направлениях. Может быть, ты найдёшь какие-нибудь следы или вещественные доказательства.

– Хорошо! – недовольным голосом пробурчал сыщик.

Глава I
КРАЖА

Эта история произошла несколько лет назад в одном из приморских портовых городов. В то время я работал руководителем департамента краевого управления внутренних дел и был в чине полковника милиции. В системе Министерства внутренних дел России существовала и продолжает существовать до сих пор система оценки работы милиции по проценту раскрытых преступлений. Поэтому, когда наступал очередной отчётный период, каждый начальник территориального управления делал всё возможное и невозможное, чтобы любым способом повысить этот показатель.

Одной из наиболее эффективных форм, как в то время считалось, была практика формирования бригад сотрудников из различных служб краевого аппарата и направление их в периферийные органы для оказания помощи местным начальникам в раскрытии и расследовании преступлений и тем самым поднятия «пожарным методом» этого важнейшего показателя, от которого напрямую зависела судьба и карьера каждого из них.

Руководителем одной из таких бригад, сформированной из специалистов различных служб, в конце августа 1992 года я попал в небольшой городок, расположенный рядом с центральной автотрассой, соединяющей столицу краевого центра с крупным морским портовым городом. Несмотря на то, что август месяц по календарю означает конец лета, однако, с учётом особенностей приморского климата, он является таким тёплым и благоприятным, как будто это середина лета. Городок в это время утопал в зелени и мне было приятно, что за счёт этой командировки удастся хоть немного подышать свежим воздухом после стремительного и напряжённого ритма краевой столицы.

Как и положено, вместе с местным начальником милиции я распределил наиболее перспективные нераскрытые уголовные дела по своим сотрудникам, а сам решил дополнительно изучить материалы по так называемым нераскрытым преступлениям прошлых лет. Это были уголовные дела, процессуальные сроки расследования по которым прошли, а преступники по ним не были установлены. Следователи, посчитав их безнадёжными, чтобы не растрачивать вхолостую время, в соответствии с действующим законодательством приостановили их как нераскрытые и отправили в архив. Такие уголовные дела могут потом десятилетиями пылиться на полках в архиве пока не наступят юридические сроки их уничтожения или по какой-то счастливой случайности, в результате работы по другим преступлениям, не появится лицо, совершившее это преступление. Вот тогда это уголовное дело поднимается из архива, возобновляется производством и по нему продолжаются следственные действия.

Но я как руководитель краевого департамента прекрасно знал, что таких случаев, к сожалению, бывает мало, основная масса этих дел так и остаётся нераскрытой. Я исходил из того, что отдельные следователи в результате своей физической загруженности или же из-за недостаточного профессионального опыта, нередко отправляют пылиться в архив уголовные дела, по которым можно ещё работать и есть возможность раскрыть эти преступления. Вот на одно из таких дел, на мой взгляд, я и натолкнулся, просматривая нераскрытые уголовные дела прошлых лет. Это была кража крупной суммы денег из бытового вагончика строящегося здания междугородной автобусной станции.

Преступление было совершено около года назад. Строительство этого объекта осуществлял филиал строительного треста, головная организация которого находилась в портовом городе Морской. Как свидетельствовали материалы следствия, вечером из головного офиса на строительный объект была доставлена большая сумма наличных денег, предназначенных для выплаты рабочим. Так как был конец рабочего дня, начальник строительного объекта совместно с кассиром приняли решение: деньги положить в сейф, который находился в бытовом вагончике, а заработную плату выдать рабочим на следующее утро. Ключи от сейфа и от входной двери вагончика забрал с собой кассир. Окна вагончика были заблокированы надёжной металлической решёткой. В ночное время объект охранялся сторожем. Так что и начальник строительства, и кассир были твёрдо уверены, что с деньгами ничего не случится, тем более что ранее они поступали так неоднократно.

Из протокола осмотра места происшествия, который находился в материалах уголовного дела, было видно, что преступник или преступники проникли во внутреннее помещение вагончика через чердачное перекрытие. По приставной лестнице с наружной части вагончика они поднялись на чердак, топором, взятым ими с пожарного щита, пробили потолочное перекрытие, сделанное из тонкой фанеры и через образовавшееся отверстие, спустились внутрь помещения. Затем вскрыли сейф, забрали деньги и обратно ушли таким же путём. Сейф оказался обычным металлическим ящиком, поэтому преступникам, по-видимому, не составило особого труда, вскрыть его с помощью того же топора, который валялся тут же на месте преступления. Однако ни на нём, ни на сейфе, ни на каких других предметах в бытовом вагончике отпечатков пальцев преступников не было обнаружено. Это свидетельствовало о том, что преступники работали квалифицированно, в перчатках.

Кража была обнаружена рано утром, когда кассир открыл входную дверь вагончика своим ключом. Тут же была вызвана милиция. Престарелый сторож, весь дрожа от страха на допросе заявил, что вечером после заступления на дежурство у него немного прихватило сердце, поэтому он выпил несколько успокаивающих таблеток, где-то в середине ночи полностью обошёл территорию стройки, ничего подозрительного не заметил, затем зашёл в здание строящегося автовокзала, присел на одну из лавочек и не помнит, как уснул. Разбудил его пришедший рано утром кассир и обнаруживший кражу.

Местными оперативными сотрудниками, надо отдать должное, по этому преступлению на первоначальном этапе была проведена большая работа. Ими было задержано по подозрению в совершении преступления более двадцати человек, но всё было безрезультатно. Большая сумма денег как растворилась в воздухе. Основное подозрение у местных сыщиков вначале пало на кассира, так как ключи от сейфа и от входной двери вагончика находились у него. Они выдвинули версию, что возможно он сделал всё это с сообщниками. Имея ключи, спокойно зашёл в помещение вагончика, вскрыл сейф, забрал деньги, а затем вместе с сообщниками имитировал проникновение через чердак. Однако, как его не крутили, у него оказалось железное алиби. Всю ночь до утра он находился в номере гостиницы, о чём подтвердили несколько человек, в том числе администратор гостиницы. Ни с кем он до этого не встречался, ни в каких криминальных связях замечен не был, в этой должности проработал более двадцати лет и характеризовался всеми как самый честный и порядочный. Исходя из этого, оперативным сотрудникам и следователю в последующем пришлось полностью отказаться от этой версии.

Второй ключ от входной двери вагончика находился у начальника строительного объекта, однако расследование показало, что он, как и кассир, так же не имеет никакого отношения к этой краже.

Тогда сыщиками стала активно отрабатываться версия возможности совершения этого преступления военнослужащими воинской строительной части, которая дислоцировалась недалеко от этого места. На срок до трёх суток было задержано пятнадцать военнослужащих по подозрению в краже, однако в связи с недоказанностью их всех пришлось выпустить из-под стражи.

Вот такая ситуация вырисовывалась по этому делу – бумаг много, а ясности никакой.

«Да, – подумал я, – действительно дело тёмное и навряд ли его когда-нибудь можно раскрыть».

Однако для успокоения совести, прежде чем отправить его снова в архив, я решил узнать у начальника милиции, закончено ли строительство автобусной станции и существует ли ещё воинская строительная часть. Он сообщил мне, что строительство станции заканчивается в этом году, а воинская часть ещё полгода назад была полностью расформирована. Узнав, что я интересуюсь этим в связи с тем, что просматриваю уголовное дело по краже денег из бытового вагончика, начальник милиции только глубоко вздохнул и сказал:

– Я это дело хорошо помню, нашумело оно сильно. Была похищена очень большая сумма денег, предназначенных для выплаты рабочим. Это дело стояло на особом контроле у генерала и у краевого прокурора. На его раскрытие я бросил лучших сыщиков. Однако, как мы не бились, найти преступников и деньги так и не удалось. Вот за то, что мы не смогли раскрыть это преступление, меня и наказали, объявили мне строгий выговор. Так что я надолго запомнил это преступление.

– На мой взгляд, – продолжал говорить он, – это преступление «тёмное» и совершили его какие-нибудь заезжие гастролёры из Хабаровска или Владивостока. Возможно, когда-нибудь что-нибудь и всплывёт случайно, а сейчас я бы не советовал вам впустую тратить на него своё драгоценное время.

Если до разговора с начальником милиции я действительно был готов отправить это дело обратно в архив, то после встречи с ним, услышав какое важное значение придавалось раскрытию этого преступления, я решил ещё раз внимательно посмотреть материалы и только после этого прийти к окончательному решению.

Просматривая вновь, уже более внимательно материалы уголовного дела, я обратил внимание, что оперативными сотрудниками и следователем был отработан круг лиц, которые имели информацию о том, что на стройку вечером привезли деньги, только из числа тех лиц, которые непосредственно работали на этом объекте. В то же время, на мой взгляд, о доставке на периферийный объект крупной суммы денег могли знать и другие лица, в том числе работающие в головном офисе в городе Морском. Однако, кроме кассира и охранника, ни один человек из строительного треста не проходил по этому уголовному делу ни в качестве свидетеля, ни в качестве подозреваемого. А это большое упущение, подумал я, так у меня уже сложилось внутреннее мнение, что эта кража не случайность, как её пытался представить начальник милиции, а целенаправленное заранее спланированное преступление и совершить его могли только лица, располагающие информацией о доставке на объект крупной суммы денег, а также о месте её хранения. Значит преступника надо искать среди этого круга лиц.

Так как время приближалось к обеду, я решил пройти перекусить в расположенное неподалеку кафе, а по пути заглянуть на строящуюся автобусную станцию. Объект я увидел ещё издалека. Это было красивое современное здание и располагалось оно недалеко от центральной трассы. Напротив, него, через дорогу, находился небольшой киоск, где в обеденное время шла бойкая торговля пивом. Глядя на него, у меня в голове созрел план, который я решил тут же осуществить. Я купил три бутылки пива и открыв одну из них, периодически прикладывая её ко рту, медленно побрёл в сторону строящегося объекта. Невдалеке от меня, прямо на траве шесть человек рабочих в синих спецовках лениво жевали свои бутерброды. Когда я подошёл поближе, они прекратили есть и настороженно уставились на меня.

– Мужики, – сказал я, прихлебывая из бутылки пиво, – жарковато сегодня.

– Да, жарковато, – недружелюбным голосом проговорил один из них. – Чего тебе нужно?

Насколько я понял, тот, что заговорил первым, был у них за старшего. Как потом оказалось, я не ошибся, это был их бригадир.

– Да вот, работу ищу. Нет ли чего-нибудь у вас стоящего? – как можно дружелюбнее спросил я.

– Опоздал ты мужик, объект уже почти закончен, так что придётся тебе искать в другом месте, – ответил бригадир.

– Жаль, очень жаль! – сказал я. – А мне про этот объект рассказал один друг, сказал, что сюда можно устроиться на работу и платят у вас хорошо. Ну что ж, не повезло, придётся искать работу в другом месте.

Постепенно разговор оживился, а когда я предложил бригадиру оставшиеся две бутылки пива, вообще перешёл в дружеское русло.

– Да, приятель, который рекомендовал мне обратиться сюда для устройства на работу, рассказывал, что в прошлом году солдатики вас хорошо грабанули. Вот говорит шуму было, милиция всех перетрясла, – как бы невзначай я решил коснуться этой темы.

Попивая, предложенную мной бутылку пива, бригадир вдруг оживился.

– Да, шуму было много, да не там милиция искала. Мы с ребятами думаем, что увёл эти денежки наш бывший начальник строительства.

– Быть не может, чтобы начальник строительства и сам уволок денежки? Это что-то из области фантастики, – решил я подзадорить бригадира.

– Не веришь? – вскипел он. – Вот и милиция также не поверила, когда я предположил, что именно он мог украсть деньги, только посмеялись надо мной, да ещё и пригрозили, что привлекут меня к уголовной ответственности, за то, что я клевещу на честного человека. Не нравился он мне. Прикомандирован был к нам временно всего на месяц из строительного треста, на период, пока наш начальник участка находился в отпуске. На мой взгляд, в строительстве он соображает слабовато, зато понту от него на целый километр. Рабочих он ни во что не ставил. А когда я стал их защищать, пообещал и меня выгнать, да не успел, отозвали его обратно в трест.

– У него, – продолжал возбуждённо говорить бригадир, – кроме денег ничего не было на уме. За короткое время он здесь столько нахимичил с нарядами по выполнению строительных работ. Пытался поначалу и меня втянуть в это дело, да я категорически отказался подписывать эти липовые документы. Вот после этого я и стал для него врагом номер один. Замашки у него были барские, чувствовалось, что привык он жить на широкую ногу. На субботу и воскресенье ездил к себе домой только на такси, а с учётом дальнего расстояния это выливалось в кругленькую сумму. Не каждый себе это может позволить, так сорить деньгами, а для него это было обычное дело.

Обед заканчивался, бригадиру видно хотелось ещё поговорить, излить свою душу, но посмотрев на часы, он встал, попрощался со мной, и рабочие следом за ним двинулись на объект.

Получив таким образом необходимую информацию и наскоро перекусив в кафе, вернувшись в милицию, я попросил начальника как можно оперативнее навести справку по бывшему начальнику строительства междугородной автобусной станции, который в прошлом году был временно прикомандирован на этот объект.

Через час нужная справка лежала у меня на столе:

«Сибирцев Владислав Григорьевич, возраст тридцать пять лет, образование среднетехническое, специальность – строитель. В июле прошлого года был временно прикомандирован головным строительным трестом из города Морской в качестве руководителя строительства междугородной автобусной станции сроком на один месяц. По окончании срока командировки убыл на прежнее место работы. Проживает в городе Морской, улица Корабельная, дом 12, квартира 16. Ранее не судим, характеризуется только положительно. По оперативным учётам нигде не проходит».

«Да, по справке вырисовывается исключительно положительный человек», – подумал я.

Но у меня не выходила из головы информация, которую я случайно получил от бригадира строящегося объекта. По его словам, вырисовывался совершенно другой образ этого человека: алчного, готового ради денег пойти на любые ухищрения.

Но почему следователь и оперативные сотрудники не приняли во внимание эту информацию бригадира, почему, пусть даже формально, не опросили бывшего начальника строительного объекта и не отработали версию о возможной причастности его к этому преступлению?

«Скорее всего они исходили из того, что раз он уже не работал во время совершения кражи на этом объекте и жил совершенно в другом городе, то он физически и не мог этого сделать, – пришёл я к неутешительному выводу. – Ну что же, вот этот пробел следствия я и постараюсь устранить».

Я рассуждал таким образом:

«Поеду в город Морской, через местную милицию проработаю, что это за личность Сибирцев. Заодно постараюсь выяснить в строительном тресте, кто из его сотрудников мог иметь информацию об отправке большой суммы денег в тот день на строительный объект в город Штыково. Вот тогда и расставлю все точки по местам».

Через полчаса я уже сидел в дежурной милицейской автомашине, которая везла меня в крупный портовый город Морской. Дорога петляла между сопок то вправо, то влево, то круто поднимаясь вверх, то резко опускаясь вниз. С левой стороны высились величественные сопки, сплошь покрытые хвойными дальневосточными деревьями и мелким кустарником. Склоны сопок представляли из себя сплошной зелёный ковер, как будто сотканный руками искусных мастеров. Лучи яркого солнца скользили по верхушкам деревьев, по высокой траве и отражаясь от крутых склонов, создавали на них причудливые фантастические фигурки, похожие на экзотических животных.

С правой стороны дорога периодически приближалась к побережью Японского моря и тогда моему взору открывалась широкая водная гладь. Ветра не было, и только мелкая рябь скользила по поверхности моря.

Кое-где на песчаной косе виднелись туристические домики, стояли палатки и сотни отдыхающих горожан со всего Дальнего Востока лениво, наслаждаясь последними лучами ласкового августовского солнца, лежали и загорали на песке, или наоборот, азартно играли в волейбол или баскетбол. Повсюду мелькали загорелые спины и довольные, счастливые лица отдыхающих.

«Везёт же людям, – с завистью подумал я, – а тут, несмотря на жару, приходиться работать и забыть об отдыхе. Ладно, – успокоил я себя, – на обратном пути остановлюсь где-нибудь у берега и от души искупаюсь, наверстаю упущенное».

В пути мы находились уже около трёх часов. Вдруг дорога стала подниматься вверх, а затем, извиваясь как змея, поползла на вершину стоящей перед нами высоченной сопки. Казалось, что остроконечной вершиной она упирается прямо в небо и только птица может добраться до её конечной точки. Однако надрывно ревя, машина медленно, но уверенно продвигалась по серпантину вверх и минут через тридцать мы наконец оказались на ровной площадке. Даже не верилось, что мы очутились на такой высоте. В центре площадки на каменном постаменте величественно возвышался красивый старинный парусник, символ этого морского города.

Я решил немного размять ноги, затекшие от долгого сидения в одной позе, и попросил водителя остановиться. Выйдя из машины, я немного привёл в чувство своё застоявшееся тело и затем подошёл к краю смотровой площадки, огороженной по всему периметру невысоким деревянным барьером. С высоты птичьего полёта передо мной открылась величественная панорама. В голубой дымке внизу лежал город, раскинувшийся узкой полоской вдоль бухты Америка. По своим очертаниям город напоминал исполинского морского кита, поднявшего высоко свой хвост. А дымившие в центре города несколько промышленных заводов, создавали впечатление, что кит выпускает из себя огромную струю воды и пара. На рейде и у причалов стояли огромные океанские суда, казавшиеся с высоты игрушечными корабликами. В порту без устали работали высокие башенные краны. Жизнь десятков тысяч человек этого города была связана с морем. Каждый житель был или моряк, или рыбак, или работал в порту. Я много раз бывал в этом городе, но каждый раз поднимаясь на эту вершину, я с восхищением смотрю на его очертания, каждый раз отмечая для себя всё новые и новые, ранее неизвестные мне детали в его облике.

Основанный первыми русскими первопроходцами более ста лет назад как военный морской пост, он со временем превратился в развитый морской торговый порт международного значения. Сюда привлечённые рассказами очевидцев о высоких заработках и красивой жизни стали стекаться со всего бывшего Советского Союза тысячи людей в погоне за удачей. Кому-то из них повезло, и они нашли здесь своё счастье, для других фортуна повернулась к ним боком, и они опустились на дно. Однако это никак не останавливало других искателей счастья и приключений, и они продолжали, как и прежде, стремиться попасть в это райское место. Бывая в этом городе, мне нередко по долгу службы приходилось сталкиваться с десятками таких искалеченных человеческих судеб. Криминальная обстановка в городе была сложная и милиции не приходилось сидеть сложа руки. Вот что представлял из себя этот город, в который мне предстояло въехать через некоторое время.

Отдохнув и налюбовавшись представшей перед нами картиной, мы с водителем снова сели в машину и медленно, по узкому серпантину стали спускаться вниз. Минут через двадцать, успешно преодолев крутые повороты, мы очутились на окраине города. По обеим сторонам дороги расположились старые одноэтажные деревянные домишки, напоминавшие небольшую деревню. Это была старая часть города. Проехав ещё немного, мы наконец очутились на широком шоссе. Справа и слева от нас возвышались многоэтажные кирпичные и монолитно-железобетонные дома. На многих фасадах зданий во всю стену красовались сделанные из мозаики или нарисованные несмывающимися красками, изображения причудливых морских животных и рыб: осьминоги с длинными устрашающими щупальцами, морские черепахи, кальмары, резвящиеся дельфины и другие обитатели океанских глубин. Вся эта живописная атрибутика, по замыслу архитекторов и дизайнеров, должна была с первого взгляда напоминать любому человеку, впервые попавшему в этот город, что это особый город и жизнь его переплелась вплотную с морем. Шоссе было заполнено потоком машин, по тротуарам спешили по своим делам сотни горожан. Город жил своей обычной повседневной жизнью.

Увидев идущее впереди нас городское такси, я невольно вспомнил, как бригадир, с возмущением вспоминая своего бывшего руководителя строительного объекта, сказал, что тот любил шикнуть и на выходные дни ездил домой в город Морской на такси. У меня тут же мелькнула мысль:

«А что, если попробовать через диспетчерские службы местных таксопарков проверить, не пользовался ли услугами такси Сибирцев, или кто другой для поездки в город Штыково в прошлом году в ночь совершения кражи».

Я знал, что согласно внутриведомственных инструкций, все заказы на такси на дальние расстояния, и особенно, в другие города и отдалённые населённые пункты, в обязательном порядке должны фиксироваться в журналах регистрации. В них должны отражаться основные данные на заказчика: его фамилия, имя, отчество, место проживания, а также домашний или рабочий телефоны. Эти нововведения были предусмотрены только для того, чтобы обеспечить безопасность водителей, так как за последние годы было много нападений на таксистов, когда они везли пассажиров ночью.

Как оказалось, водитель милицейской автомашины прапорщик милиции Константин, ранее в течение нескольких лет жил в городе Морской и прекрасно ориентировался в нём. Отвечая на мой вопрос, он сообщил, что в городе всего два таксомоторных парка и один из них располагается как раз недалеко от того места где мы сейчас находимся. Это меня очень обрадовало, и я попросил его по пути сначала заехать в этот таксопарк.

Пожилой диспетчер, долго и внимательно изучал моё служебное удостоверение личности и только видно полностью удостоверившись, что я и есть на самом деле полковник милиции, изображенный на фотографии, стал медленно перелистывать прошлогодний журнал регистрации заказов на такси, с таким важным видом, как будто он выполняет какую-то работу государственного значения. Надеясь быстро получить необходимую информацию, я весь сгорал от нетерпения и в душе, как только мог проклинал этого медлительного пенсионера. Однако делать было нечего и мне хочешь или не хочешь, а пришлось скрепя сердцем, ждать ещё минут пятнадцать окончательного результата. К моему сожалению, несмотря на потерянное время, результат оказался отрицательным: никаких заказов такси для выезда в город Штыково в ночь совершения кражи не было.

«Ну что же, отрицательный результат есть тоже результат, – прикинул я. – У меня остаётся ещё один шанс проверить свою версию».

После этого я попросил водителя проехать во второй таксопарк.

Дежурившая там молодая девушка-диспетчер, по сравнению со своим коллегой из первого таксопарка сработала удивительно быстро и буквально минут через десять показала мне на найденную в журнале регистрации запись. Я взглянул и вначале даже не мог до конца поверить в это. Неужели интуиция не обманула меня, и я нахожусь на верном пути? Действительно, в журнале чёрным по белому была отчётливая запись:

«22 августа 1991 года, десять часов вечера. Заказ – выезд в город Штыково. Адрес заказчика – улица Корабельная, дом 12».

Фамилия заказчика, номер квартиры и номер контактного телефона в журнале по какой-то причине отсутствовали, но даже несмотря на это, полученные сведения вселяли в меня надежду, так как по имеющейся у меня на руках справке, именно в этом доме, откуда последовал заказ, проживал Сибирцев, бывший временный начальник строительного объекта автобусной станции.

«Неужели я нахожусь у цели и кражу совершил именно он? – размышлял я. – А может это просто случайное совпадение и в город Штыково ездил кто-то другой, проживающий в этом же доме, ведь в журнале регистрации отсутствует номер квартиры заказчика. Поэтому утверждать однозначно, что это был Сибирцев, пока нельзя. Раз я нащупал начало верёвочки, то теперь надо продвигать по ней пока не дойду до её конца».

– Девушка, а можно ли уточнить, кто из водителей выезжал по этому заказу? – спросил я.

Порывшись немного в своих записях, диспетчер ответила:

– Выезжал водитель Сидорович. Вам повезло, недавно он вышел из отпуска и сегодня находится на линии по городу. Государственный номер машины Б 537 СМ.

Я записал полученные данные по госномеру такси и попросил девушку оформить мне официальную справку – выписку из журнала регистрации вызовов, но оказалось, что сделать это не просто. Её можно получить только у руководства таксопарка, да к тому же в рабочее время и по официальному запросу из милиции. Я решил, что до завтрашнего дня это дело потерпит, поэтому поблагодарив девушку-диспетчера за оперативную работу и тепло попрощавшись с ней, чтобы не терять время, я решил проехать к Сибирцеву непосредственно домой и там опросить его в рамках уголовного дела.

Вечерело, на улицах стали зажигаться фонари, с моря подул свежий ветерок. Я приоткрыл боковое стекло и с наслаждением вдыхал прохладный воздух. Мысленно я прорабатывал встречу с Сибирцевым. Вдруг водитель тронул меня за плечо:

– Товарищ полковник, впереди нас идёт такси, номер которого нам дали в диспетчерской.

– Постарайся затормозить его, – приказал я водителю.

Водитель заморгал фарами и нажал на клаксон – раздался длинный гудок.

В такси, по-видимому, обратили внимание на сигналы идущей сзади милицейской автомашины. Такси замедлило ход, стало съезжать на обочину дороги и затем остановилось. Оно было свободным, в салоне находился только водитель, примерно лет сорока. Он был сильно удивлён и встревожен:

– За что меня остановили? – спросил он у моего водителя, который находился в форме сотрудника милиции. – Я же ничего не нарушал.

Я достал удостоверение личности и представился. После этого водитель удивился ещё больше.

– Вы Сидорович? – спросил я.

– Да, Сидорович и уже пятнадцать лет работаю водителем в таксопарке номер два. Вот только до сих пор не пойму, зачем я понадобился милиции, что я плохого сделал? Почему меня задержали?

– Успокойтесь, – ответил я. – Никто вас не задерживал и не собирается задерживать. Я работаю по раскрытию одного серьёзного преступления и, в связи с этим хочу, чтобы вы ответили мне на несколько вопросов, связанных с вашей профессиональной деятельностью. 22 августа прошлого года в ночное время вы ездили по заказу в город Штыково. Пассажира забирали у дома номер 12 по улице Корабельная.

Вот, в связи с этим я прошу вас вспомнить и как можно подробнее рассказать, что это был за пассажир и зачем он туда ездил в ночное время? – задал я ему первый вопрос.

Немного подумав, Сидорович рассказал:

– Хотя времени прошло много, но я этот заказ помню хорошо, так как такие заказы в последнее время редки, в основном по городу бензин жжём. Действительно, около года назад диспетчер направила меня по предварительному заказу на улицу Корабельную, номер дома я уже не помню. Но этот дом элитный, там проживают в основном богатенькие люди этого города. Со слов диспетчера, нужно было отвезти пассажира в город Штыково и привезти обратно.

– В такси сел мужчина средних лет, – продолжал рассказывать Сидорович, – и попросил отвезти в город Штыково. Всю дорогу он молчал, делал вид что дремлет. Да меня это и не волновало, главное, я был рад, что этот хороший заказ достался мне. В городок мы прибыли где-то в первом часу ночи. Не доезжая до центра городка, он попросил меня свернуть на неосвещенную просёлочную дорогу и указал место, где надо остановиться. Я ещё обратил внимание, что рядом не было никаких строений, место было безлюдное, и я даже немного струхнул. Однако пассажир вытащил из кармана деньги, отсчитал мне половину суммы – задаток за поездку и сказал, чтобы я не волновался и пока дремал, а он встретится с приятелем и через часик вернётся. С собой у него ничего не было кроме небольшой дорожной сумки, перекинутой через плечо. Я уже задремал, когда он вернулся. Я посмотрел на часы, действительно он отсутствовал всего час с небольшим. Где он был и что делал меня абсолютно не волновало. Обратно мы вернулись под утро. Клиент полностью рассчитался и на этом мы расстались.

На мой вопрос, не заметил ли он чего-нибудь подозрительного в поведении пассажира, водитель ответил:

– Наоборот, мужчина произвёл на меня положительное впечатление. Выглядел по-спортивному, спокойный, приятный молодой человек. Побольше бы таких пассажиров.

– А смогли бы вы при необходимости опознать этого пассажира?

– Конечно, – подтвердил Сидорович, – у нас у таксистов в процессе работы вырабатывается хорошая память на лица. Бывает год или два назад возил пассажира, а как только он сел в салон и заговорил с тобой, сразу же в памяти всплывает, когда и даже куда раньше возил этого человека. Так что если нужно будет, то обязательно смогу его узнать, да и запомнился он мне хорошо.

– Хорошо, – сказал я, – имейте в виду, что возможно в ближайшее время вы будете вызваны в милицию для дачи официальных показаний.

– А что он сделал, убил или ограбил кого? – поинтересовался водитель.

– Пока я не могу вам сказать что-либо по этому вопросу, – ответил я, – но я предупреждаю вас, о нашем разговоре никому не слова, всё это должно остаться в тайне.

Расставшись с водителем такси, мы поехали к дому, где должен был проживать Сибирцев. Это был красивый пятиэтажный кирпичный дом, построенный, как видно, по особому проекту. Он располагался в живописном месте, практически на окраине города. С одной стороны дома виднелась красивая роща, откуда, несмотря на поздний вечер, раздавалось чириканье птиц и стрекотание кузнечиков. С другой стороны, находилось небольшое природное озеро, поросшее по краям высоким камышом. В вечерней тишине оттуда отчётливо слышалось кваканье лягушек. Внутренний дворик был оборудован детскими и спортивными площадками. Кругом сквозила добротность, чистота и порядок. Чувствовалось, как и отметил таксист, в этом доме живут непростые люди.

Так и оказалось. Дежурившая в подъезде вахтёр-старушка долго разглядывала моё удостоверение личности и всё допытывалась, к кому и по какому поводу я иду. Пришлось схитрить и сказать, что я иду в гости к своим знакомым, к Сибирцевым. Как оказалось, это сработало и старушка, ещё немного поворчав для видимости, пропустила меня в подъезд. Я поднялся по ступенькам на третий этаж и подошёл к квартире номер 16. Входная дверь впечатляла, она была отделана под чёрное дерево и отполирована, как зеркало. Вся отделка лестничной площадки свидетельствовала о богатстве и значимости проживающих здесь людей.

«Я, наверное, иду по ложному пути? – мелькнула у меня мысль. – Разве может жить в таком элитном доме обычный преступник-воришка? Если даже и подтвердится, что Сибирцев в ту ночь выезжал в городок Штыково, то на поверку потом может оказаться, что он никак не причастен к этому преступлению, а встречался там с приятелем, или с любовницей, которую он завёл в этом городе, пока находился в командировке. Скорее всего Сибирцев – честный и порядочный гражданин, а я своим вечерним визитом потревожу его семейный покой. Что же делать?» – продолжал рассуждать я.

Я посмотрел на часы. Времени уже было около десяти часов вечера. Я стоял у двери квартиры и продолжал раздумывать:

«Может действительно нет смысла в такое позднее время стучаться в дверь, а поручить завтра местной милиции опросить Сибирцева по обстоятельствам его ночной поездки в городок Штыково, а самому, чтобы не терять время, проехать утром в строительный трест и заняться там установлением круга других лиц, которые так или иначе могли знать об отправке в тот день большой суммы наличных денег на периферийный объект».

В нерешительности, так и не придя к какому-либо окончательному решению, я постоял ещё минуты две и только собрался уходить, как за дверью неожиданно раздался громкий детский плач. Я машинально нажал на кнопку дверного звонка. Дверь открылась. Передо мной стояла молодая женщина с маленьким ребенком на руках. Она вопросительно посмотрела на меня. По-видимому, она подумала, что я ошибся квартирой.

– Вам кого? – спросила она.

– Сибирцев Владислав Григорьевич здесь проживает? – ответил я.

Женщина вдруг побледнела и с дрожью в голосе спросила:

– Что случилось с моим мужем? Кто вы?

Глава II
КАРЬЕРА

Было шесть часов вечера, когда к автобусной станции подошёл междугородний автобус, прибывший из города Степное. Из числа пассажиров выделялся молодой мужчина, опрятно одетый, спортивного телосложения. У него был небольшой чемодан, а через плечо перекинута дорожная сумка. Он медленно осмотрелся по сторонам, что-то спросил у прохожего и бодрым шагом направился к видневшейся неподалёку гостинице «Турист».

Лето ещё только начиналось и поэтому гостиница не была полностью заполнена, как это бывает в разгар летне-осеннего сезона, когда тысячи граждан устремляются к берегу моря, чтобы насладиться там долгожданным отдыхом. Молодой человек заполнил обычные для гостиницы бланки прибытия и зарегистрировался под фамилией Сибирцев Владислав Григорьевич. Получив ключ, он поднялся в лифте в свой номер. Там он плотно закрыл за собой дверь и только после этого открыл дорожную сумку, разделся и прошёл в ванную комнату. После принятого душа он почувствовал себя значительно бодрее. Он сел в кресло и погрузился в свои мысли. Так он просидел минут пятнадцать, затем тяжело вздохнул, встал и подошёл к открытому окну. Вечер вступал в свои права, портовый город входил в обычную для него ночную жизнь с его шумными ресторанами, толпами подвыпивших моряков и крикливых девиц вольного поведения.

Владислав открыл чемодан, оделся в чистую белоснежную рубашку, которая выгодно оттеняла его загорелое лицо, одел новые туфли и решил спуститься в ресторан поужинать, а заодно, изучить, что за публика здесь собирается. Ведь он приехал сюда не на один день, а построить здесь свою будущую жизнь.

«С чего-то ведь надо начинать, – подумал он. – Вот и начну с ресторана».

В ресторане более половины зала уже было занято. Чувствуется, что ресторан пользовался популярностью у местной публики. Администратор, ярко раскрашенная девица лет тридцати пяти, с лошадиной мордой, вихляя бёдрами, и скаля в улыбке свои прокуренные зубы, проводила его к столику, который удобно располагался в дальнем углу, откуда можно было видеть практически весь зал.

Владислав сделал заказ, выпил две стопки водки и стал внимательно изучать веселившуюся публику. Вдруг он увидел, как со стороны кухни выскочил лысоватый, полный мужчина кавказкой внешности, как потом оказалось это был директор ресторана, и несмотря на его грузную комплекцию, быстро побежал к входным дверям. За ним устремились администратор и человек пять официантов.

«Наверно, какого-то очень важного гостя встречают?» – подумал Владислав.

В зал важно вошёл седоватый мужчина, всё его лицо, взгляд тяжёлых глаз выражали власть и превосходство над всеми этими людьми, которые суетились вокруг него, стараясь угодить любому его желанию. Директор ресторана встретил важного гостя прогнувшись почти до пола, администратор и официанты, чуть ли не на руках понесли его к столикам, находившимся во второй половине зала, которые уже ломились от частокола бутылок со спиртным и обилия различных закусок. За ними следом, с шумом и радостными криками, спешила разодетая публика.

«Вот это да! – с удивлением подумал Владислав. – Видно я попал на вечеринку какого-то очень важного гостя, а такое редко случается. Посмотрим, что это за люди, может с кем-нибудь из них в будущем мне и придётся столкнуться. Чем чёрт не шутит!»

Гости всё прибывали и прибывали и скоро все столики были заполнены. Музыка неожиданно смолкла, и директор ресторана в микрофон радостно и воодушевлённо проговорил:

– Уважаемые гости! У нас сегодня великое событие. В нашем ресторане отмечается День рождения сына прокурора города. То, что всеми уважаемый прокурор для празднования этого события выбрал наш ресторан, это великая честь для нас. От имени нашего ресторана мы поздравляем его сына с Днём рождения и дарим наш скромный подарок!

Директор взмахнул рукой, оркестр заиграл бравурный марш и несколько официантов, с трудом, сгибаясь под его тяжестью, внесли в зал огромный, причудливо оформленный торт.

Все гости повскакали со своих мест, дружно зааплодировали и закричали:

– Ура!!!

После этого начались длинные хвалебные речи, как на хороших служебных совещаниях. Глядя на это, у Владислава возникло такое ощущение, что сегодня в этом ресторане справляется не День рождения сына прокурора, а День рождения самого прокурора. Гости в своих бесконечных тостах, как только могли, восхваляли прокурора, говорили какой он честный, принципиальный, бескомпромиссный борец с преступностью. Какие только его заслуги в этот вечер не перечислялись.

Оказалось, что среди важных гостей присутствуют и сам мэр этого города с женой и дочкой, председатель городского суда и начальник местной милиции.

«Кому расскажу об этом, даже не поверят», – с сожалением подумал Владислав.

Часа через два веселье, как это обычно бывает, перешло в неуправляемое русло. Кто-то танцевал, кто-то громко спорил друг с другом, а некоторые гости, чтобы не потерять своё должностное лицо, с важным видом обсуждали какие-то производственные проблемы в кругу своих коллег.

Музыканты старались изо всех сил. Потом гости поочерёдно стали подходить к ним и за дополнительное вознаграждение просили исполнить их любимые песни. Директор ресторана постоянно подбегал к столику прокурора и лично давал указания официантам по смене блюд и напитков. Вдруг, уже изрядно подвыпивший прокурор, поднялся из-за стола и обернувшись в сторону музыкантов закричал:

– А теперь мою любимую песню!

Гости дружно зааплодировали и подхватили хором:

– Да, да!! Давайте скорее спойте: «По приютам я с детства скитался …».

Всем в городе было известно, что прокурор в молодости воспитывался в детском доме и карьеру сделал не за счёт родственных связей, а благодаря своей природной хватке и целеустремлённости, чем он очень гордился и любил при случае, как и сейчас на этой вечеринке, вспомнить и похвалиться этим. Длинноволосый солист подбежал к прокурору и что-то стал сбивчиво объяснять ему.

– Как это нет в вашем репертуаре?! – взревел как раненый тигр прокурор. – Да я всю вашу богадельню уничтожу, камня на камне не оставлю!

Бедного директора ресторана после таких слов прокурора чуть не хватил сердечный удар. Весь бледный и дрожащий как заяц от страха, он что-то лепетал в своё оправдание, однако прокурор продолжал метать громы и молнии и смотрел на директора сверху вниз, как на какое-то ничтожное насекомое, назойливо жужжащее у его уха, которое он мог в любой момент прихлопнуть.

Владислав, всё это время с интересом наблюдающий за этой забавной сценой, вдруг неожиданно для самого себя, поднялся из-за столика и быстрым шагом прошёл к возвышению на сцене. Молча, без слов, взял из рук у одного из музыкантов аккордеон. Тот отдал его безропотно, думая, что этот человек, один из свиты прокурора. Владислав, привычным взмахом руки пробежался по клавишам и приблизившись к микрофону запел:

– По приютам я с детства скитался, не имея родного угла. Ах зачем я на свет появился, ах зачем меня мать родила…

Голос у него был приятный, задушевный, а слова песни и музыка брали за душу всех подвыпивших посетителей. Прокурор, а за ним и все гости стали дружно подпевать.

Когда песня закончилась, все долго и дружно аплодировали, а прокурор подозвал Владислава к столику, по-приятельски похлопал его по плечу и сказал:

– Молодец!

Налил ему стопку водки и сам лично провозгласил тост:

– За музыканта!

После этого все опять стали громко кричать и аплодировать.

– А можешь ещё что-нибудь сыграть и спеть для души? – спросил прокурор.

После такого неожиданного успеха, от счастья и выпитой водки у Владислава голова пошла кругом, и он бодро ответил:

– Могу! «Вечерний звон», «Бродяга судьбу проклиная», – и он назвал ещё несколько песенок из этого же репертуара.

– Давай, давай парень, постарайся, а я тебя не забуду! – сказал прокурор.

Владислав подошёл к микрофону и снова в зал полилась музыка и бархатный мужской голос профессионально запел:

По диким степям Забайкалья,

Где золото роют в горах,

Бродяга, судьбу проклиная,

Тащился с сумой на плечах.

Идёт он густою тайгою,

Где пташки одни лишь поют,

Котёл его сбоку тревожит,

Сухие коты ноги бьют.

На нём рубашонка худая,

И множество разных заплат,

Шапчонка на нём арестанта

И серый тюремный халат.

Бежал из тюрьмы тёмной ночью,

В тюрьме он за правду страдал.

Идти дальше нет уже мочи –

Пред ним расстилался Байкал.

Бродяга к Байкалу подходит,

Рыбацкую лодку берёт

И грустную песню заводит,

Про Родину что-то поёт.

Оставил жену молодую

И малых оставил детей,

Теперь я иду наудачу,

Бог знает, увижусь ли с ней!

Бродяга Байкал переехал,

Навстречу – родимая мать.

«Ах, здравствуй, ах, здравствуй, мамаша,

Здоров ли отец мой да брат?»

«Отец твой давно уж в могиле,

В земле сырою лежит,

А брат твой давно уж в Сибири,

Давно кандалами гремит».

«Пойдём же, пойдём, мой сыночек,

Пойдём же в курень наш родной,

Жена там по мужу скучает,

И плачут детишки гурьбой».

Какие только песни не пришлось исполнять Владиславу в этот вечер. Его обнимали, хлопали по плечу, ему предлагали выпить, как будто он был членом этой компании. Веселье закончилось далеко за полночь. Когда гости стали расходиться к Владиславу подошёл молодой парень и, представившись помощником прокурора, дал ему в руки визитную карточку и сказал, чтобы завтра ровно в два часа дня он был в кабинете у прокурора города.

Владислав уже почти подошёл к лифту, чтобы подняться к себе в номер, как его догнал директор ресторана, успевший к этому времени проводить всех гостей.

– Ну парень! Ты спас меня! А я этого, дорогой, никогда не забуду. Пока ты здесь находишься, будешь обедать в отдельном салоне и за счёт нашего заведения.

И с искренней благодарностью в голосе добавил:

– Если что нужно, не стесняйся, заходи ко мне в любое время.

Попрощавшись с директором, в лице которого он так неожиданно приобрёл друга, Владислав усталой походкой направился к себе в номер. Хотел пойти в душ, но уже не смог, так валился с ног от накопившейся за день усталости. Только приложился к подушке, как сразу же уснул мёртвым сном.

Проснулся он поздно. Голова болела от чрезмерно выпитой водки. Владислав сел на кровать и с трудом стал вспоминать вчерашний вечер. Как бы сквозь туман, в голове у него промелькнули смутные воспоминания о том, как он играл и пел в ресторане перед именитой публикой.

«Может мне всё это приснилось после хорошей пьянки?» – подумал он.

Он полез в карман брюк и вытащил оттуда лощёную, сделанную на высококачественной бумаге визитку. На ней чёрным по белому значилось: «Прокурор города Трубецкой Павел Иннокентьевич».

«Значит это не дурной сон, а реальность?»

Владислав теперь отчетливо вспомнил как всё это было, как не кто-нибудь, а сам прокурор города пригласил его за свой столик, во всеуслышание похвалил его за песни, которые он исполнял для гостей ресторана и даже угостил рюмкой водки. Вспомнил он теперь и то, что эту визитку вручил ему по окончании вечера помощник прокурора, который предупредил Владислава, чтобы он был у прокурора в кабинете сегодня ровно в два часа дня. Руки у него задрожали, он весь покрылся испариной.

«Вот так ситуация. Что нужно этому прокурору от меня? Зачем я ему понадобился? Что же делать? Идти или не идти?» – лихорадочно размышлял Владислав.

Еще немного поразмыслив, Владислав решил:

«А чего мне собственно бояться! Документы у меня все в порядке. Я законопослушный гражданин и строитель с солидным стажем. А эта встреча скорее всего связана с вчерашним застольем в ресторане. Прокурору понравилось моё пение, вот и хочет, наверное, предложить мне место артиста в городской филармонии. А что! Это было бы совсем недурно! Ведь я всю жизнь мечтал быть профессиональным артистом».

Приняв такое решение, Владислав долго стоял под душем, пока окончательно не пришёл в себя. Затем тщательно побрился, оделся в чистое свежее белье и спустился в ресторан. Время приближалось к обеду, и посетители постепенно заполняли столики. Только Владислав переступил порог зала, как откуда-то из дальнего угла, как будто ожидая его, выскочил директор ресторана.

– Дорогой, как отдыхалось? Может пивка или чего-нибудь покрепче? – спросил он.

Нет, спасибо! – ответил Владислав. – Мне бы кофейку покрепче.

– Хорошо, всё будет в ажуре, – заверил директор.

И действительно, через пару минут ароматное кофе уже дымилось на столе. До встречи с прокурором у Владислава было ещё немного времени, поэтому он решил пройтись по набережной вдоль залива и на свежем воздухе привести немного свои мысли в порядок. Это помогло, и когда Владислав входил в здание прокуратуры, это был уже совершенно другой человек: энергичный, собранный, весь его внешний вид излучал деловитость и уверенность.

Протянув визитку дежурному сержанту милиции, Владислав сказал, что он приглашён к прокурору на два часа дня. Дежурный посмотрел в свой журнал, затем позвонил по внутреннему телефону. Через минуту после этого к ним подошёл молодой человек, который и передал ему вчера визитку.

– Пройдёмте со мной, – сказал он. – Прокурор ждёт вас, как и было запланировано на два часа дня.

Стараясь держать себя в руках, Владислав следом за помощником поднялся на второй этаж, и они вошли в просторную приёмную. Он огляделся, вокруг всё было спокойно. Молоденькая секретарша приветливо улыбалась, а помощник, выполнив свою миссию, сел в кресло и молча уткнулся в экран компьютера. Через несколько минут раздался внутренний звонок, секретарь что-то ответила и пригласила Владислава пройти в кабинет прокурора, открыв перед ним дверь.

Он прошёл вперёд несколько шагов и в нерешительности остановился. Из-за стола поднялся и пошёл ему навстречу сам прокурор города. Это был не вчерашний, подвыпивший чиновник, распевающий блатные песенки. Он был одет в голубой мундир, который обтягивал его массивную фигуру, как монумент. Взгляд его глубоко посаженных глаз, казалось проникал насквозь и видел всё. В этом человеке воплощалась власть, от него зависели судьбы тысяч людей этого города. Он поздоровался за руку с Владиславом и пригласил его за приставной столик. Владислав внутренне весь напрягся, ожидая какие-нибудь неприятности, однако прокурор дружеским голосом произнёс:

– Спасибо парень! Вчера ты очень повеселил публику. Талант у тебя. Ты где-то учился этому?

– Да, – ответил Владислав, – я закончил музыкальное училище, а аккордеон, это мой любимый инструмент.

– А к нам какими судьбами, надолго ли? – продолжал расспрашивать прокурор.

– Приехал устраиваться на работу, – ответил Владислав, – по специальности я строитель. До этого работал начальником участка на стройках Байкало-Амурской магистрали. А музыка и пение – это моё хобби.

– Так, так…, – постучал прокурор пальцами по столу, – это очень хорошо, что ты строитель. Работу мы тебе найдём. Мне утром мэр звонил, сказал, что твои музыкальные способности очень понравились ему, а также его жене и дочке. Так что тебе все карты в руки. Сейчас я ему позвоню, и мы мигом всё устроим.

Не ожидая такого стремительного поворота событий, Владислав только и смог пробормотать:

– Спасибо!

Переговорив по телефону с мэром, прокурор, хлопнув по-приятельски его по плечу, весело произнёс:

– Всё, как я и говорил, дело в шляпе. Работу он тебе уже нашёл. Так что через полчаса ты должен быть у него. А сейчас парень извини, у меня начинается служебное совещание. Так что до свидания, но я думаю, что в ближайшее время мы ещё увидимся.

Когда Владислав вышел на улицу, выдержка изменила ему и ноги у него подкосились. Он присел на лавочку в находившемся неподалёку уютном скверике и прикинул, что же делать дальше:

«Неужели на этот раз колесо фортуны снова повернулось ко мне лицом! Может мне даётся единственный шанс в жизни, чтобы сделать прыжок вверх и если я не воспользуюсь им, то потом буду сожалеть об этом всю жизнь».

Поразмыслив таким образом, Владислав принял окончательное решение:

«Идти только вперёд и постараться использовать знакомство с этими именитыми отцами города, с максимальной выгодой в свою пользу. Ведь не каждому же так везёт».

Окончательно утвердившись в своих мыслях, он уверенной походкой направился к зданию мэрии.

Владислав внимательно рассматривал мэра, восседавшего за столом среди огромного кабинета. Это был человек лет пятидесяти, с большой залысиной на голове. Под глазами были круги, лицо одутловатое. При каждом движении его грузного тела чувствовалась одышка.

«Видно хорошо попивает, много ест, двигается мало. Вот и результат, настоящая развалина, – сделал для себя вывод Владислав. – Прокурор по сравнению с мэром выглядит значительно моложе и бодрее, хотя я думаю, что возраст у них почти одинаков».

Вытирая белоснежным платком ручьём бежавший пот со своей блестевшей лысины, мэр, поздоровавшись с Владиславом, стал задавать ему вопросы:

– Так, значит ты строитель. А что закончил? Где и кем работал до этого?

Этих вопросов Владислав ожидал и поэтому был готов к ним.

– Окончил строительный техникум в городе Красноярске. Работал начальником участка на стройках БАМА, но как известно, сейчас по политическим и экономическим причинам строительство там приостановлено. Специалисты вынуждены были разъехаться в поисках работы по различным регионам страны, а мне один из приятелей рекомендовал этот портовый город. Вот таким образом я и очутился здесь.

Мэр согласно покивал головой, как бы одобряя выбор Владислава, и затем нажал кнопку внутреннего телефона. Через несколько секунд в кабинете появился помощник мэра – пожилой мужчина интеллигентного вида в очках.

– Слушаю Владимир Петрович, – произнёс он лакейским голосом.

– Николай Кузьмич, возьмите вот этого молодого человека и вместе с ним езжайте в строительный трест к Самойлову. Он уже в курсе дела, но на всякий случай напомните ему, что кроме меня, этого человека рекомендует сам прокурор города.

Пока для Владислава события развивались стремительно, как по хорошо спланированному сценарию.

«А вот как встретит меня руководитель стройтреста?» – тревожился он всю дорогу в трест.

Стройтрест располагался на окраине города и пока они ехали, помощник мэра с восторгом показывал новые объекты, которые были возведены этим трестом. Чувствовалось, что руководитель треста имел в городе большой авторитет. Это ещё больше усиливало тревогу Владислава, когда он мысленно представлял себе встречу с его руководителем.

В приёмной толпилось человек пять руководителей различного звена. По всей видимости они прибыли на совещание к руководителю треста и в ожидании вызова, громко и живо обсуждали между собой строительство какого-то важного объекта.

«Неужели и я вскоре окажусь в их числе?» – глядя на них, подумал Владислав.

Секретарь сообщила помощнику мэра, что у Самойлова продолжается производственное совещание, и оно вот, вот должно закончиться. Действительно, минут через семь двери кабинета отворились и оттуда, разгорячённые под впечатлением только что закончившегося совещания, стали выходить люди, продолжая на ходу доказывать что-то друг другу.

Секретарь зашла в кабинет к руководителю, вынесла оттуда поднос с пустыми чашками из-под кофе и пригласила Николая Кузьмича и Владислава в его кабинет. В кабинете было сильно накурено. В углу, в облаке дыма, раскуривая очередную сигарету, за столом сидел мужчина лет сорока пяти. Лицо было худощавое, выдвинутый подбородок свидетельствовал о твёрдом характере. Помощник мэра, подойдя к руководителю треста, за руку поздоровался с ним и представил Владимира.

– Так, значит прокурор города и мэр лично просят меня принять вас на работу. Такое в моей практике редко случается. Вы случайно не родственник кого-нибудь из них? – язвительно спросил он.

– Нет, не родственник, – ответил Владислав.

По тому как Самойлов усмехнулся, Владислав увидел, что тот не поверил ему.

«Ну и пусть думает, что я действительно родственник, – подумал про себя Владислав. – Мне это даже на руку, меньше будет придираться, зато будет меня побаиваться и больше уважать».

– Гм…, тогда вообще непонятно, почему такое внимание и забота к вашей персоне? – продолжал Самойлов. – Ну да ладно! Раз уважаемые люди просят, надо их просьбу удовлетворить. Поступим таким образом: сейчас секретарь проводит вас в отдел кадров, оформите там все необходимые документы и завтра утром выходите на работу. Как профессионала, имеющего опыт работы на стройках БАМА, я беру вас начальником отдела по строительству периферийных объектов. Поработаете, покажете себя, будем двигать дальше. Не справитесь, тогда придётся с вами расстаться.

Владислав поблагодарил Самойлова, попрощался с помощником мэра и вместе с секретаршей поднялся этажом выше, где располагался кадровый аппарат. Здесь его уже ждал сам начальник отдела кадров. Вёрткий как уж, с длинными ушами, он больше походил на какого-то инопланетянина из серии звёздных войн, чем на кадрового работника.

– В курсе, в курсе, какие великие люди вас рекомендуют, – угодливо подавая Владиславу руку для рукопожатия, заискивающим голосом проговорил он.

По его просьбе Владислав передал ему свою трудовую книжку, справку из Красноярского строительного института, о том, что он является студентом четвертого курса заочного факультета, а также свой паспорт. Тот внимательно просмотрел документы и спросил:

– А где диплом о среднетехническом образовании?

Владислав ответил, что, к сожалению, он оставил его у родителей, но если нужно, то он попросит, и они вышлют его по почте. Однако начальник отдела кадров в ответ только замахал руками и сказал, что не стоит тревожиться:

– По записям в трудовой книжке я и так вижу, какой богатый опыт в строительстве вы имеете. Так что для оформления вас на работу будет достаточно и этих документов, которые вы уже представили. Тем более, раз вас рекомендуют такие высокопоставленные лица. Я сегодня же подготовлю и подпишу у директора треста приказ о назначении вас на эту должность. Поэтому завтра к восьми часам утра вам необходимо подойти в отдел кадров, чтобы расписаться в приказе. После этого я отведу вас на новое место работы и представлю подчинённым.

Владислав возвратился в гостиницу, как в тумане. Он никак не мог поверить, что вот так, просто, всё получилось. В один день он побывал у прокурора города, у мэра и назначен начальником отдела в крупнейший строительный трест.

«Как в сказке, – размышлял Владислав, – лишь бы только то, что хорошо начинается, плохо не заканчивалось».

Плотно поужинав в ресторане и выпив триста граммов водки, Владислав поднялся в свой номер и попросил дежурного администратора разбудить его в шесть часов утра. Утром он почувствовал себя значительно лучше, нервное напряжение спало. Сделав лёгкую зарядку, он принял холодный душ, побрился и спустился в буфет. Проглотив пару чашек горячего кофе, он полностью был готов к своему первому рабочему дню в новой должности.

В стройтрест он добрался на рейсовом автобусе на несколько минут раньше назначенного времени, однако там уже вовсю кипела работа.

Владислав расписался в приказе о назначении и в сопровождении начальника отдела кадров направился в свой рабочий кабинет. Кабинет располагался на одном этаже и недалеко от приёмной руководителя треста.

«Да, не повезло мне, – подумал Владислав. – Всё время буду на виду у начальника. Ладно, ничего не поделаешь, главное поменьше попадаться ему на глаза».

Через несколько минут в кабинет стали заходить сотрудники и рассаживаться по расставленным стульям. Владислав насчитал пятнадцать человек. Среди них были три женщины. Начальник отдела кадров с важным видом посмотрел на присутствующих и медленным, но громким голосом зачитал приказ о назначении Владислава начальником отдела треста. Чувствуется, что эта миссия доставляла ему особое удовольствие. Всем своим видом он старался выпятить важность порученного ему дела и показать, что он является особой, принадлежащей к руководящей элите этого учреждения. Как понял Владислав, начальник отдела кадров, как и многие другие подобные ему чиновники, страдает звёздной болезнью. По реакции присутствующих в кабинете сотрудников он догадался, что они знают об этом, в душе насмехаются над ним и презирают его.

«Да, публика здесь непростая, с ними надо держать ухо востро, чтобы не стать таким же посмешищем, как этот тупорылый начальник отдела кадров», – подумал в этот момент Владислав.

Кадровик с воодушевлением рассказал, что Владислав имеет огромный опыт работы на крупнейших стройках страны, в том числе в последнее время он был начальником участка на строительстве Байкало-Амурской магистрали. После высокопарных слов кадровика, сотрудники, и особенно женщины, стали с ещё большим интересом разглядывать своего нового руководителя.

Владислав вежливо прервал разошедшегося начальника отдела кадров и заявил, что со всеми сотрудниками он поближе познакомится в процессе работы, поэтому предложил первую их совместную встречу в таком составе на сегодня закончить, и всем разойтись по своим рабочим местам, кроме заместителя, которого он попросил остаться в кабинете.

Заместителем оказался мужчина пенсионного возраста, с тяжёлой походкой, с прокуренными до желтизны зубами и пальцами, в старомодных очках. Седоватые волосы на голове торчали во все стороны.

«Вот не повезло, такой дряхлый старикашка, того и гляди «дуба» даст. И почему его до сих пор на покой не отправляют?» – глядя на него, с недоумением рассуждал Владислав.

Старикашка представился:

– Каменев Иннокентий Павлович.

Владислав для начала попросил его кратко по списку охарактеризовать каждого сотрудника отдела, а затем доложить картину по всем строящимся объектам. Оказалось, что несмотря на свой старческий возраст, Иннокентий Павлович свободно, практически не заглядывая в техническую документацию, владел детально положением дел по каждому объекту. Память у «дедушки», как его окрестил про себя Владислав, оказалась удивительно крепкой, он был профессионалом своего дела. Поэтому, чтобы не попасть впросак, Владислав решил на первых порах пока не давать каких-либо конкретных оценок и заключений по этим объектам, а отделался общими фразами.

«Постараюсь побыстрее влезть в эту кухню, а пока буду ориентироваться на своего заместителя. Может это даже и к лучшему, что он пенсионного возраста, – размышлял Владислав. – Во-первых, он не будет подсиживать меня, и во-вторых, он будет из кожи лезть чтобы угодить мне, так как должен прекрасно понимать, что его дальнейшая судьба, как пенсионера, полностью зависит от меня».

После назначения Владислава на должность начальника отдела прошла неделя. Постепенно он стал втягиваться в строительную кухню треста, более свободно стал ориентироваться в сложной технической документации. Сотрудники, как это обычно бывает, продолжали настороженно присматриваться к новому начальнику, пытаясь обнаружить в его действиях какие-нибудь профессиональные промахи. Это сильно злило и раздражало Владислава, хотя он внутренне понимал, что это неизбежно и такова уж человеческая психология. И нужно определённое время, чтобы они привыкли к нему, как к своему непосредственному руководителю. Поэтому он старался изо всех сил, чтобы случайно не допустить какой-нибудь серьёзный промах.

Владислав также внимательно присматривался к своим сотрудникам, пытаясь понять, кто и что из них представляет. Из женщин он особо выделил начальника сектора технической документации. Это была черноволосая, с большими карими глазами, стройная женщина лет тридцати. Она со вкусом одевалась и пользовалась большим успехом у мужчин. Окольными путями Владислав узнал, что она разведена, проживает в однокомнатной квартире с восьмилетней дочерью. Несмотря на то, что многие мужчины предлагали ей руку и сердце, Марина Николаевна всех их отвергала. Владислав обратил внимание, что она также с интересом посматривает на него.

Была пятница и сидя в своём рабочем кабинете, Владислав мысленно перебирал события последних дней, так резко изменивших его судьбу и размышлял, что же делать дальше, как вдруг раздался телефонный звонок. Он поднял трубку и очень удивился, когда услышал, что звонили из приёмной мэра.

– Владислав Григорьевич! Подождите минутку, сейчас будете разговаривать с мэром, – предупредила секретарь.

– Ну как дела, строитель? – раздался в трубке голос мэра. – Успел адаптироваться? Вошёл в курс дела? Не обижает ли тебя Самойлов? – продолжал тараторить он и не ожидая ответа от Владислава, подытожил:

– Ну и молодец! Я нисколько не сомневался в тебе! Но я тебе звоню по-другому поводу. Сегодня к пяти вечера будь у меня в приёмной. Мой помощник объяснит тебе суть дела. Вот пока и всё, а то у меня до вечера ещё дел по горло.

В трубке раздались короткие гудки. Владислав осторожно положил трубку телефона и бьющимся от волнения сердцем стал думать:

«Зачем я вдруг неожиданно понадобился мэру? Не кроется ли в этом приглашении какая-нибудь гадость?»

«Хотя оснований для тревоги пока никаких нет», – пытался он успокоить себя.

Оставшаяся половина дня прошла в беспокойном ожидании. Ближе к пяти часам вечера он попросил в хозяйственной службе разъездную автомашину и к назначенному времени вошёл в приёмную мэра. Секретарь встретила его, также, как и в первый раз, приветливо, а минуты через три появился помощник мэра Николай Кузьмич. Он держал в руках какой-то большой предмет, похожий на чемодан. Владислав сразу же определил, что это футляр для аккордеона. Николай Кузьмич радостно поздоровался с Владиславом и торжественно передал в его руки, принесённый предмет.

– Бери, в этом футляре находится совершенно новый аккордеон. Теперь он принадлежит тебе, это подарок мэра. Сегодня поедешь вместе с ним в одно место, а пока сиди и жди, когда он освободится. А я пока побегу по своим делам.

Владислав был ошарашен:

«Ехать вместе с мэром! Да и во сне мне такое не могло присниться! Неужели судьба улыбнулась мне, и я наконец-то вытащил счастливый лотерейный билет!»

В ожидании пока освободится мэр, он находился минут двадцать. За это время он воочию убедился в могуществе власти мэра. Десятки людей толпились в приёмной, пытаясь попасть к нему на приём для решения своих проблем. Но как убедился наблюдательный Владислав, здесь существовала своя чётко отлаженная система – кого впустить, а кого – нет. Поэтому тот, кто попал в кабинет к мэру и смог решить свои вопросы, выходил оттуда счастливый и довольный, а тот, кто, потратив кучу времени, не смог попасть к нему на приём, был хмурым и злым и проклинал про себя всё на свете.

Вдруг дверь кабинета резко распахнулась и вышедшего мэра сразу же обступило несколько человек, пытавшихся до этого безуспешно попасть к нему на приём.

– Товарищи! – громким голосом сказал мэр. – Поймите, у меня очень много работы, и я при всём желании не могу вас принять сегодня. Сейчас я срочно должен выехать на выездное совещание, но вы можете не волноваться, кто не попал сегодня, я приму на следующей неделе. Согласуйте это всё с моим помощником и секретарём приёмной. А я побежал, так как уже опаздываю на совещание.

Торопливо попрощавшись с осаждающими его посетителями, мэр кивнул Владиславу, и они в сопровождении появившегося помощника быстро направились к запасному выходу из здания.

«Зачем же тогда аккордеон, – не укладывалось в голове у Владислава, – если мэр едет на производственное совещание?»

Они вышли во внутренний дворик, где их ожидал великолепный, воронёного цвета джип-круизер последней модели. Только тут мэр обернулся и, хлопнув по плечу Владислава, спросил:

– Ну как, инструмент получил? Тогда не теряем времени, побыстрее поехали, а то я и так с этой работой задержался!

Помощник и водитель помогли мэру сесть в машину, а Владислав вместе с аккордеоном разместился на заднем сидении. Помощник остался в мэрии выполнять поручения своего шефа, а они помчались по городу.

Владислав был на седьмом небе от счастья. Ещё недавно он был никто, а сегодня он едет в одной автомашине с самим мэром крупного портового города. Вот только как он не ломал голову, а не мог понять для чего он понадобился мэру с аккордеоном.

«Ладно, какой смысл напрягать мозги, придёт время и всё разъяснится», – успокоил он себя.

Через несколько минут они остановились около большого спортивного комплекса.

«Теперь мне понятно! Наверное, мэр решил жир сгонять, а аккордеон понадобился ему для музыкального сопровождения спортивного процесса», – прикинул про себя Владислав.

Они с мэром вышли из машины и через какую-то боковую дверь вошли внутрь помещения. Здесь их уже ждал мужчина. Как оказалось, это был директор спортивного комплекса. Он подбежал к мэру и лакейским голосом сообщил:

– Владимир Петрович, почти все в сборе. Ждут только вас, да ещё нет председателя суда, у него затянулся судебный процесс. Но он недавно звонил и обещал побыстрее его закончить и подъехать.

В сопровождении директора они прошли по длинному узкому коридору и уткнулись в металлическую дверь. Директор электронным ключом открыл её и то, что предстало перед взором Владислава, поразило его до глубины души. В огромной комнате стоял длинный стол, накрытый белой скатертью и уставленный весь различными бутылками с водкой, коньяками и шампанским, а также многочисленными закусками, от вида которых глаза разбегались. За столом уже сидели человек десять мужчин, закутанных в белоснежные простыни. Среди них был и прокурор города, восседавший в центре стола. За прозрачной перегородкой шумел настоящий бассейн с голубой водой.

«Как в сказке «Тысяча и одна ночь», – только и смог в этот миг подумать Владислав.

Сидевшие за столом мужчины дружно, в один голос поприветствовали мэра:

– Владимир Петрович, быстрее раздевайся и за стол! За опоздание тебе штрафную!

После этого директор провёл мэра и Владислава в небольшую комнату-раздевалку и ушёл. Они сняли одежду и облачились в простыни. Владимир Петрович стал инструктировать Владислава:

– Твоя задача потихоньку сидеть за столом, есть и пить, а когда я скажу, будешь играть на аккордеоне и петь. Репертуар должен быть задушевный. Тебе всё понятно?

– Да, я всё понял!

– Смотри не подведи, Владислав, я на тебя надеюсь, – предупредил он его.

– Можете не беспокоиться, – заверил его Владислав. – Я постараюсь не подвести вас.

– Вот и отлично! – удовлетворённый его ответом, сказал мэр. – Тогда не будем терять времени, пойдем к друзьям, а то они уже заждались нас.

Владислав вынул аккордеон из футляра, и они пошли в банкетную комнату. Присутствующие, под весёлые крики:

– Пей до дна! Пей до дна! – заставили Владимира Петровича выпить штрафную и только после этого обратили внимание, на то, что мэр не один, а с молодым парнем, державшим в руках аккордеон.

– О! Да ты Петрович сегодня с музыкой!

– Постойте, постойте! – удивлённо воскликнул один из сидевших за столом мужчин. – Павел Иннокентьевич! Да ведь это кажется тот самый парень, который недавно в ресторане пел и играл на дне рождения вашего сына.

– Да, это он и есть, – подтвердил прокурор. – Мы с Петровичем решили зачислить его с сегодняшнего дня в нашу компанию «Артистом!»

Все с воодушевлением восприняли эту новость и радостно захлопали в ладоши. Владислав обратил внимание, что здесь собралась в основном та же публика, что и на вечеринке у прокурора по случаю дня рождения его сына.

«Вот она элита города! Пьёт и веселится, а я, до недавнего времени обычный гражданин, вдруг оказался в их кругу. С ума можно сойти от такого счастья! Мне протежируют сам прокурор и мэр города. Да с такой мощной поддержкой я многое смогу достигнуть в этом городе», – мечтательно размышлял в эти минуты Владислав.

Весь вечер он забавлял подвыпивших «отцов города» и одновременно присматривался к каждому из них. Он понял, что эта компания собирается здесь каждую неделю по пятницам в конце рабочего дня и за рюмкой водки вершит судьбу города, принимает важнейшие решения. Во главе этой компании стоят прокурор и мэр города.

«То есть, получается, как неформальное межведомственное совещание, – определил про себя Владислав. – Ну что же, постараюсь использовать этот счастливый шанс в свою пользу».

Около часу ночи водитель мэра доставил его до гостиницы, и Владислав совершенно измученный, но счастливый до небес, поднялся к себе в номер.

Дни полетели своей чередой. Теперь Владислав каждую пятницу отправлялся в спорткомплекс, как на основную и самую важную работу. Вечером за ним заезжала автомашина из администрации города и отвозила его на место. На вечеринках иногда появлялись новые лица, в том числе руководители и контролёры из краевых ведомств. Они на дармовщину много пили и ели и на все лады расхваливали местное начальство за умелое и эффективное руководство городом.

Наблюдая за этим, Владислав с грустью размышлял:

«Вот она реальная действительность, за взятки и хорошую выпивку эти горе-контролёры закрывают глаза на все безобразия, которые творятся в городе. Поэтому и получается, в печати и по телевидению только и трезвонят про борьбу с коррупцией, а на практике – совершенно другое. Действует испытанный веками принцип «рука руку моет».

Прислушиваясь к пьяному разговору членов высокопоставленной компании, Владислав постепенно стал обладателем информации, представляющей особую важность и предназначенной только для узкого круга лиц. Теперь он заранее знал, кого прокурор собирается арестовать, кого ищет милиция, какое дело в суде может развалиться, кого собираются повысить в должности, а кого наоборот, убрать, да и многое другое, о чём он раньше и представления не имел. Накапливая в своей голове эту информацию, Владислав, как практичный человек, надеялся, что при случае она может пригодиться. Постепенно он вошёл роль, и она даже стала ему нравиться. Видно, не зря его незабвенный папаша любил, будучи в весёлом и приподнятом настроении, повторять: «Жизнь – это театр, а мы все в ней – актёры!»

Руководитель треста, видя, что Владислав в приятельских отношениях с мэром и прокурором города, старался как можно реже встречаться с ним и все производственные вопросы решал через его заместителя Иннокентия Павловича. Это вполне устраивало Владислава. Однако месяца через два, как-то ближе к вечеру, Самойлов неожиданно вызвал его к себе.

«Зачем я ему понадобился? – шагая по коридору, Владислав мысленно пытался определить цель вызова к начальнику. – Неужели решил проверить как я владею ситуацией по строительным объектам? А может мой заместитель что-нибудь наговорил обо мне? Как быто ни было, но надо постараться не ударить лицом в грязь. А вообще-то, что мне переживать, ведь у меня сейчас такая мощная защита. Если всё же и начнет меня прессовать, то придется только намекнуть об этом мэру или прокурору, как они быстро поставят его на место. Он сразу поймет, что я ему не по зубам», – окончательно решил он для себя, входя в кабинет к Самойлову.

Однако вопреки его тревожным ожиданиям, руководитель треста, как ни странно, о работе ничего не спросил, а сказал, что стройтрест сдал в эксплуатацию новый жилой дом и Владиславу, как начальнику отдела, выделена однокомнатная служебная квартира. Ключи он может хоть сегодня получить в хозяйственном отделе. Владислав от души поблагодарил Самойлова и радостный помчался за ключами. Квартира оказалась прекрасной, на третьем этаже, с балконом и видом на бухту «Америка».

«Наконец-то у меня свой угол», – счастливо улыбаясь, думал он.

Отношения с Мариной Николаевной из чисто служебных «начальник – подчиненная», постепенно перешли в дружеские. В один из вечеров он решился пригласить её на ужин в ресторан. Она согласилась. Ужин был заказан в ресторане гостиницы «Турист». Директор ресторана постарался на славу, в центре стола стояли живописные голландские розы, стол был сервирован изысканными винами и закусками. Владислав встретил Марину у входа. Вначале он даже не узнал её, так она шикарно выглядела. Голубое, отливающее блеском платье выгодно обтягивало её великолепную фигуру. Она резко выделялась среди местной публики, все мужчины буквально поедали её глазами. Это злило Владислава и сильно смешило Марину. Когда она приветливо улыбнулась какому-то старому знакомому мужчине, Владислав весь вскипел от ревности и даже изменился в лице. Вот, вот готов был кинуться в драку.

– О! Да ты ревнивый! – смеясь, сказала Марина. – С тобой опасно, ты как «Отелло!» – пошутила она.

В ответ Владислав сказал:

– Не могу сдерживать себя, когда эти пьяные мужики таращатся на тебя.

Вместе им было хорошо, и они весь вечер танцевали, смеялись и ни о чём другом не думали. Ночевать Владислав остался у Марины. Дочку она отправила к маме.

На следующий день на работу Владислав ехал с приподнятым, радостным настроением:

«Неужели это любовь? Может действительно хватит быть холостяком, пора и к берегу пристать. Марина ведь такая замечательная и красивая женщина».

После этого они стали встречаться с Мариной постоянно, частенько он оставался ночевать у неё дома. Несмотря на то, что город был большой, о любовном романе Владислава и Марины узнали многие. Сотрудники треста, особенно женщины, судачили об этом на каждом углу. Как всегда, кто-то одобрял, а кто-то открыто и язвительно осуждал:

«Развели любовную интрижку на работе!»

Так долго продолжаться не могло. И действительно, однажды вечером Самойлов пригласил Владислава в кабинет и без всяких предисловий спросил:

– Что у тебя с Мариной Николаевной? Серьёзно, или так – погулять решил? Неужели ты не понимаешь, ты – начальник, а она – твоя подчинённая, об этом уже весь трест гудит. Марина, женщина видная, умная, серьёзная, так что даю тебе месяц времени – решай, что будешь делать. Иначе кого-то из вас придётся переместить в другое место.

Владислав вышел от руководителя треста озадаченным. Он и сам понимал, что так дальше продолжаться не может. Надо было что-то решать. Он видел, что Марина от него без ума, любит его и также мечтает о совместной жизни. С ней Владиславу было легко, она ничего не требовала, ей нравилось, что Владислав уверенный, целеустремлённый мужчина. Именно такого она и ждала.

В то же время Марина помогала Владиславу утвердиться в должности руководителя отдела в тресте. Работая много лет в этом ведомстве, обладая наблюдательностью и острым умом, Марина знала все тайные стороны большинства сотрудников и руководителей различного звена. Она сообщила, что его заместитель Каменев, раньше, до того, как он достиг пенсионного возраста, оказывается являлся заместителем руководителя этого треста, а отец Самойлова – начальником управления архитектуры и градостроительства мэрии. Они были в тесной дружбе со школьной скамьи, вместе учились в институте и затем, на протяжении всей жизни помогали друг другу. Отца Самойлова уже нет в живых, вот поэтому, когда сын Самойлова стал руководителем треста, в память об этой дружбе, несмотря на преклонный возраст, он не уволил Каменева, а наоборот, по его просьбе перевел на должность заместителя в этот отдел.

– Самойлов часто советуется с Каменевым по многим вопросам и фактически, как профессионал высочайшего класса, он является внештатным консультантом руководителя треста. Так что будь с этим дедушкой поосторожнее, – предупредила его Марина.

Это предупреждение Владислав взял на заметку и стал относиться к Иннокентию Павловичу с почтительностью, как сын к родному отцу. При каждом удобном случае не забывал похвалить своего заместителя. Это льстило самолюбию Иннокентия Павловича, и он уже не так придирчиво и скептически смотрел на действия своего прямого начальника. Это вполне устраивало Владислава. Он решил, что таким образом нашёл ключик к своему заместителю, пользующемуся большим авторитетом у руководителя треста.

Отношения с Мариной всё больше приближались к семейным. Владислав уже подумывал о том, чтобы окончательно переехать к ней жить, тем более что подходил к окончанию месячный срок, данный ему руководителем треста для решения этой семейной проблемы. Но последовавшие за этим события, резко изменили его планы.

***

Ближе к окончанию рабочей недели, мэр вызвал его к себе в рабочий кабинет и сказал, что в субботу на его даче будет небольшое семейное торжество. В основном будут ближайшие родственники, так что Владиславу необходимо заранее подобрать соответствующий репертуар, чтобы он был лирический.

– И конечно, ничего из блатного, это же, не баня! – шутливо добавил он.

– Понял, не дурак! – также в шутливой форме ответил Владислав.

Утром в субботу точно в установленное время за ним заехала служебная автомашина и отвезла его на дачу мэра. Так как гости ещё только собирались, у Владислава было достаточно времени, чтобы осмотреть дачу. Это было великолепное творение архитектурной мысли. Здание удачно вписывалось в рельеф местности. Своим изяществом поражали резные лестницы, просторная веранда, причудливые башенки. Все три этажа были воплощены в различном стиле. Комнаты были обставлены дорогой итальянской мебелью.

«Да, на одну зарплату мэра такое не потянешь. Откуда же у него такие деньги?» – недоумённо размышлял Владислав.

Часам к одиннадцати дня все гости были в сборе и стали рассаживаться по местам. Стол был накрыт в саду. Хотя лето и близилось к закату, однако в Приморье в этот период вступала в свои права золотая осень, одно из лучших времён года для этого Тихоокеанского региона. В этот день было очень жарко, однако густая крона деревьев надёжно защищала сидящих за столом хозяев и их гостей от палящего солнца.

Оказалось, что торжество было по случаю восьмидесятилетия тёщи мэра – Клавдии Семёновны. Несмотря на свой солидный возраст, она выглядела ещё удивительно бодрой, энергичной и чувствуется, что в молодости была красавицей. Среди приглашенных гостей в основном были сёстры, братья мэра, многочисленные родственники его жены. В общей численности Владислав насчитал человек пятнадцать.

Мэр, как и положено главе семейства, сидел за центральным столиком, по правую руку от него находилась тёща – виновница торжества, а по левую – его жена. Это была женщина блеклого, невзрачного вида, с покрашенными в модный блондинистый цвет волосами, с дорогим бриллиантовым колье на шее, на пальцах сверкали кольца с драгоценными камнями. Вид у неё был властный, чувствовалось, что она как жена мэра привыкла к повседневному чинопочитанию к её персоне со стороны окружающих её людей. Даже здесь, в кругу своих родственников, она не могла сбросить с себя эту маску величия и превосходства. Рядом с ней находилась девица лет двадцати пяти. Одета она была в дорогостоящее красивое платье. Пышные русые волосы были уложены руками умелого парикмахера в замысловатую причёску, лицо было округлое, немного полноватое. По отдельным чертам сходства с мэром и его женой, Владислав без труда определил, что скорее всего это их дочь, как впоследствии и оказалось. Он вспомнил, что уже видел её на вечеринке по случаю празднования дня рождения прокурорского сынка. Но ни тогда, ни сейчас, особого интереса как женщина, она на Владислава не произвела. Но особо он к ней и не присматривался. В этот период он был сильно увлечён Мариной, которая казалась ему богиней, и все остальные женщины для него просто не существовали. Кроме того, эта разодетая девушка была дочкой мэра и по сравнению с Владиславом находилась совершенно на другой, более высокой социальной ступеньке общества. Около дочери мэра сидел мужчина лет тридцати пяти. В очках, с узким бледным лицом, рано наметившейся большой залысине, несмотря на жаркую погоду, в тёмном костюме с галстуком, он напоминал сельского учителя из глубинки или какого-нибудь заштатного чиновника. По тому как он вёл себя с дочерью мэра, Владислав решил, что это скорее всего жених их дочери.

«Ну и нашли же для неё чучело, – подумал он. – Да при таком влиянии и богатстве как у мэра для дочери можно было выписать и принца заморского. И где они его отыскали? Наверное, сынок какого-нибудь богатенького «буратино», – сделал он для себя вывод.

Чествование тёщи началось с долгой и торжественной речи мэра. Он пожелал ей ещё сто лет жизни и отметил, что если бы не его тёща, то он никогда бы в жизни не добился такого успеха, как стать мэром этого города. Как потом стало известно Владиславу, в этом была львиная доля правды, в своё время Владимир Петрович удачно женился на дочке высокопоставленного начальника и после этого началось его восхождение по ступенькам власти.

Поздравительные речи и вручение подарков растянулись часа на два. Всё это сопровождалось обильными тостами. Так что к окончанию официальной поздравительной церемонии, с учетом выпитого и жаркой погоды, все пришли в соответствующую кондицию. Стали вести себя более раскованно и приступили к танцам. Владислав с воодушевлением исполнял вальсы, танго и пел. Все веселились от души, ведь это было семейное торжество и стесняться было некого.

В одном из перерывов дочка мэра подошла к Владиславу и представилась:

– Ольга.

Владислав также вынужден был представиться.

– У вас Владислав талант, – продолжила она разговор. – Вам бы не в строительстве работать, а на сцене выступать. Мне очень нравится, как вы играете и поёте, – добавила она с восторгом.

– Ну что вы, – скромно ответил Владислав, – я очень рад, что вам понравилась моя игра. Я ведь закончил музыкальное училище, музыка – это моё хобби, а до профессиональной сцены мне как до небес.

Увидев, что мэр с мужчиной, которого Владислав определил, как вероятного жениха дочки Владимира Петровича, встали из-за стола и направились во внутренние помещения дачи, он неожиданно для себя спросил её:

– А почему жених покинул вас? Ведь вас, такую красавицу и похитить могут!

От такого комплимента Ольга вся вспыхнула, взгляд её с любопытством остановился на Владиславе, и она вызывающе произнесла:

– Да я и не против, чтобы вы меня похитили. А жених пошли с отцом обсуждать какие-то служебные вопросы.

От неожиданности Владислав не сразу нашёлся как ответить:

– Ольга, а как же танцы? Ведь я должен играть и петь.

Ольга успокоила его:

– Не волнуйтесь, все уже навеселились и наплясались вдоволь, к тому же стало очень жарко и большинство родственников пошли в комнаты, чтобы немного отдохнуть. Так что мы смело сможем с вами пройтись по саду прогуляться.

Действительно, гости неожиданно разбрелись кто куда, и Владислав решил рискнуть. Ольга повела его по узкой тропинке в глубину сада. В конце тропинки была небольшая уютная беседка, скрытая от посторонних глаз бурно разросшимся кустарником. Ольга и Владислав присели на скамейку и постепенно между ними завязался непринужденный разговор. Ольга рассказала, что она закончила финансовый институт и работает в одном из коммерческих банков города, учредителем которого является её мать. О женихе она сообщила, что он является сыном одного высокопоставленного руководителя из Правительства края. Здесь работает у её папаши в должности начальника управления архитектуры и градостроительства мэрии. Скоро его должны перевести на работу в краевой центр с повышением в должности, поэтому родители и торопятся побыстрее их поженить.

– Но он мне совершенно не нравится, поэтому я под различными предлогами оттягиваю эту свадьбу, – неожиданно призналась она Владиславу.

Такого откровенного признания от девушки, с которой он первый раз находится наедине, Владислав никак не ожидал.

– Ольга, – сказал он как можно мягче, – я для вас совершенно посторонний человек, вы меня абсолютно не знаете и так откровенно разговариваете со мной. Почему?

– Потому что вы мне нравитесь, – сказала она в ответ, непринужденно улыбаясь.

Владислав внимательно посмотрел на неё, стараясь угадать что кроется за её словами.

«Неужели она втрескалась в меня? – мелькнуло у него, но он тут же постарался отбросить в сторону эту мысль. – Нет, этого не может быть, ведь она не кто-нибудь, а дочка мэра. Меня совершенно не знает, просто захотелось ей с кем-то поделиться своими сердечными переживаниями, вот она и выбрала для этой цели меня, как старшего по годам товарища».

Находясь теперь рядом с Ольгой, разговаривая с ней, Владислав понял, что первое впечатление о ней, у него было обманчивое. Она была наделена той особой женской красотой, которая не бросается с первого взгляда, а выявляется только при более близком знакомстве. У Ольги была великолепная фигура, с тонкой талией и высокой грудью. Ее русые волосы, завитые впереди, кокетливо спадали на высокий чистый лоб. У неё были удивительно правильные черты лица и даже немного полноватое лицо не портило её, а наоборот придавало ей вид молодой наивной девушки, для которой только наступила пора любви. Владислав, сам того не осознавая, почувствовал влечение к этой молодой женщине, но тут же поймал себя на мысли:

«Стоп! О чём я думаю, ведь это же не просто девушка, которой можно морочить голову, а это дочка мэра. А этот фрукт хотя и сладок, но растёт не для меня».

Видя, что разговор может зайти слишком далеко, Владислав стал торопить Ольгу вернуться назад, мотивируя это тем, что вдруг он понадобился Владимиру Петровичу, а его нет. Будут искать и у него могут быть неприятности. Ольге, как видно было по её выражению лица, не хотелось возвращаться, но в конце концов она согласилась с доводами Владислава.

Действительно, когда они появились, то Владислав увидел, что Владимир Петрович вместе с женихом уже сидят за столом и по всей видимости гадают, куда исчезла Ольга и куда запропастился Владислав. По тому как мэр посмотрел на Владислава, он понял, что Владимир Петрович был крайне недоволен тем, что Владислав общался с его дочкой.

«Вот попал в ситуацию, – подумал Владислав. – Чёрт меня дернул пойти с ней в беседку. Ведь не планирую же я породниться с мэром? Кто я? Шут, забавляющий знатную публику, а её жених – из высшего света. Ладно, надо будет что-то придумать в своё оправдание. Мэр это просто так не оставит».

И действительно, когда торжество закончилось и большинство родственников разъехались, Владимир Петрович подозвал Владислава, сел напротив него и сказал:

– Владислав, парень ты умный, видный, ты мне нравишься своей честностью и добросовестностью. Поэтому давай договоримся сразу же как мужчина с мужчиной. Не вздумай морочить голову моей дочери, у ней скоро свадьба с тем парнем, который сидел за столом около неё. Его папаша мой лучший друг, к тому же он занимает очень большой пост в Правительстве края. Он обеспечит сыну хорошую карьеру и положение в обществе. Я как отец хочу дочь видеть счастливой и богатой. Ну а если надумаешь дурить, то ты меня знаешь, что я это просто так не прощаю.

Владислав за время тесного общения с мэром уже давно понял, что со всеми ему неугодными лицами всегда что-то случалось: кто-то упал со ступенек в подъезде; на кого-то напали хулиганы, избили и ограбили; кого-то случайно сбила автомашина прямо на пешеходном переходе, но милиция и прокуратура сводили всё это к обычному несчастному случаю. Потерпевший не там переходил улицу, напился и упал в подъезде, одним словом, всё было «шито – крыто».

– Ну что вы Владимир Петрович, у меня и в мыслях не было ничего такого в отношении вашей дочери, – заверил его Владислав. – В перерыве я решил пройтись по саду, немного развеяться, а когда уже подходил сюда, встретил вашу дочь. Мы с ней перекинулись буквально двумя-тремя словами, не больше.

Этот ответ, как понял Владислав, немного успокоил мэра. После этого случая он решил быть осторожнее. Не хватало ещё чтобы из-за какой-то женщины, хоть она и дочка мэра, рухнуло всё, что им было достигнуто с таким трудом. Он стал уже серьёзно подумывать, а может не тянуть, а побыстрее оформить в ЗАГСЕ официально брачные отношения с Мариной. Он решил это сделать, как только она вернётся из отпуска. Марина вместе с дочкой уехала на несколько дней к морю в лагерь отдыха.

На второй день после отъезда Марины, вечером Владислав, как обычно, возвращался в свою холостяцкую квартиру. Он поднялся к себе на этаж и увидел, что у дверей его квартиры стоит какая-то женщина. В темноте подъезда Владислав не сразу узнал Ольгу – дочку мэра.

– Что, не узнаете меня Владислав? – смеясь спросила она.

Владислав опешил: «Что же делать? Отправить назад – обидится, впустить в квартиру – вдруг об этом станет известно папаше».

Но раздумывать было некогда, кто-то торопливо поднимался по ступенькам лестницы вверх. Владислав машинально открыл дверь комнаты и впустил её внутрь комнаты.

– Не ожидали? – спросила Ольга. – А мне одной скучно, вот я и решила к вам в гости заявиться, – заявила она.

– А как же жених? – спросил Владислав.

– Он уехал к своему папаше, они оформляют его перевод в краевую администрацию. Да и не хочу я за него замуж, – заявила она серьёзным тоном. – Это мои родители пытаются насильно выдать меня замуж.

Чтобы как-то перевести разговор на другую тему, Владислав спросил Ольгу, хочет ли она ужинать.

– Да, я голодна, с обеда ни крошки во рту, да и вас целый час дожидалась у дверей.

Это сильно рассмешило Владислава. Дочь самого мэра ждала его у дверей квартиры, да если кому из мужиков рассказать об этом, не поверят, скажут сочиняешь. Он достал из холодильника колбасу, сыр, фрукты, коньяк.

– Всё что есть у холостяка, – пошутил он.

– Так тогда тебе надо срочно жениться, – засмеялась Ольга.

– Да вот никто меня не любит, никто замуж не берет, – также в шутливой форме ответил Владислав.

– Не верю, – сказала Ольга, – говорят, что по тебе уже полгорода девок сохнут. Пора бы кого-нибудь уж и выбрать.

– И кого же? – спросил Владислав.

– Меня, – вдруг серьёзным тоном ответила Ольга.

Владислав от неожиданности едва не выронил бутылку с коньяком.

– Ты, наверное, шутишь? – сказал он. – Я старый, а ты молодая; я обычный строитель-работяга, а ты – дочь мэра; я бедный, а ты – богатая. Так что по всем критериям я тебе не подхожу, – закончил он шутливо.

– Это как на это посмотреть, – сказала она улыбаясь.

Владислав аккуратно разлил по фужерам коньяк и предложил выпить за встречу. Первые бокалы выпили до дна. Второй тост Владислав поднял за Ольгу. Говорить тосты, особенно женщинам, он умел красиво и галантно. После его слов даже самая дурнушка чувствовала себя королевой. Ольга ему нравилась. Она была не похожа на Марину. Та уже была зрелой и опытной женщиной, а Ольга на её фоне выглядела совсем юным созданием, ещё не испытавшим, что такое любовь. Она была такой наивной и незащищённой. После выпитого коньяка Ольга расслабилась и стала всё откровеннее прижиматься к Владиславу.

Потом стали пить на брудершафт, и он совершенно потерял голову от близости молодой женщины. Он забыл, что перед ним не обычная женщина, а дочка самого мэра. Голова у него пошла кругом. Ольга плотнее прижалась к нему, и он поцеловал её в губы. Что потом произошло, как всё это случилось, Владислав не мог понять. Он взглянул на часы, было уже около двенадцати часов ночи. А вдруг её ищут? Он осторожно разбудил Ольгу и высказал свои опасения.

– Я предупредила маму, что задержусь сегодня до поздна у подруги, так что ничего страшного нет, – сказала она.

Владислав поймал такси и отвёз Ольгу до её дома. Прощаясь, она крепко прижалась к нему и сказала, что завтра вечером она опять будет у него. Владислав поцеловал её и долго смотрел ей вслед, пока её каблучки стучали по ступенькам подъезда.

Вернувшись в свою квартиру, Владислав одним махом выпил полный стакан коньяка и долго сидел за столом, размышлял:

«Что же делать? Случилось непоправимое. Получается, что я соблазнил дочку мэра. Папаша этого ни за что не простит. Остается только бежать из этого города. Одним махом рушится вся моя счастливая жизнь».

Только под утро он смог немного заснуть.

На работе у него всё шло кувырком. Он накричал на некоторых подчинённых и они, поняв, что начальник не в духе, старались в этот день не попадаться ему на глаза. Вечером он решил прийти домой пораньше. По дороге забежал в соседний магазин, купил продукты и бутылку дорогого элитного коньяка. Не успел он открыть дверь своей квартиры, как увидел поднимавшуюся по лестнице Ольгу. Радостная, она с ходу бросилась ему на грудь и стала целовать. Владислав постарался побыстрее впустить её в комнату.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.