Кристина Стародубова
Нет места магам

Глава 1. Инквизитор

Глаза Ивены слипались от недосыпа. Всю ночь за окном барабанил сильнейший дождь, а раскаты грома мешали нормально спать. Давно погода не бушевала так сильно. В это пасмурное весеннее утро больше всего на свете Ивена мечтала о чашке крепкого кофе, но дома сварить его так и не успела. Предвещая сильные пробки из-за залитых дорог, она вышла пораньше, чтобы не опоздать на работу.

В своем кабинете Ивена скинула с себя верхнюю одежду, приоткрыла окно, впуская в помещение свежий воздух. Заряд энергии и бодрости все еще требовался, поэтому она сразу поставила греться чайник. Пока вода кипятилась, Ивена насыпала в кружку кофе и сахар, после чего отправилась к рабочему столу, чтобы включить компьютер. Не успела рука дотянуться до кнопки, как раздался звонок на рабочий телефон.

Глянув на часы, висящие над столом, Ивена чуть нахмурилась. Прошло всего лишь пять минут от начала рабочего дня, и обычно в это время никто еще не звонил. Пришлось ответить.

– Инквизитор Ноттен. Слушаю.

– Доброе утро, Ивена, – раздалось в – трубке.

– Доброе утро, господин Файтнор, – вымученно поздоровалась она сонным голосом. – Неужели что-то уже успело случиться?

Ранний звонок от начальника не предвещал ничего хорошего. Чутье подсказывало, что кофе придется отложить.

– Увы, маги не дремлют. Удачно к диспетчерам заглянул, тут вызов поступил от женщины. Говорит, собирала сына в школу, и ей показалось, что у него случился первый выплеск магии. Женщина незамедлительно сообщила об этом нам и попросила проверить. Так что собирайся, Морис тебя уже ждет. У тебя все равно первый допрос сегодня только в одиннадцать, успеешь.

– Поняла. Сейчас отправлюсь.

Она уже отстранила трубку от уха, как услышала:

– И еще, Ивена.

Рука вновь прислонила трубку к уху.

– Я хочу сказать, что очень доволен твоей работой за последнее время, – гордо объявил начальник, – так держать. Еще парочка успешных дел, и прибавка к зарплате тебе обеспечена. Так что радуйся, Ноттен, и удачной ловли магов.

Подбородок Ивены невольно приподнялся, а губы растянулись в сдержанной улыбке.

– Мне очень приятно, что вы цените мой труд, господин Файтнор.

Попрощавшись, Ивена отстранила телефон и оглядела кабинет. Взгляд упал на недавно вскипевший чайник. Жаль, что вызов поступил так рано, не дав возможности по-человечески взбодриться и полностью настроиться на рабочий день.

– Ну неужели эта несчастная женщина не могла сообщить хотя бы на десять минут позже? – пробурчала Ивена себе под нос и выругалась: – Грешная магия.

Невзирая на незначительные недовольства, она осознавала важность своей работы и полностью гордилась должностью, поэтому с достоинством собралась, оставив кофе в кружке неприготовленным. Накинув на себя темно-синий плащ и захватив сумку, Ивена покинула кабинет и отправилась на парковку.

Возле светлого служебного автомобиля умиротворенно стоял Морис, держа в руках сигарету. Из машины раздавались звуки музыки, под которые парень покачивал головой. Увидев Ивену, он махнул ей рукой. Делая шаг за шагом, она пыталась аккуратно переступать через лужи и слякоть. Грязь липла к ботинкам, раздражая.

– Погода – полная дрянь, – возмутилась Ивена.

Подойдя к Морису, она сморщилась и стала отмахивать дым от себя.

– А ты опять дымишь. Ну сколько можно?

– И тебе приветик, – усмехнулся Морис. – Гляжу, настроение у тебя сегодня на высоте.

Открыв переднюю дверь машины, он впустил Ивену внутрь салона. Она пристегнулась и отчаянно вздохнула.

– Серьезно, Морис, курить вредно, прекращай баловаться. Как ни посмотрю на тебя, ты вечно это делаешь. Тебе еще так мало лет, а от тебя несет, как от прокуренного мужика, которому уже за пятьдесят.

– Работа у нас такая, что приходится как-то подавлять стресс.

Морис пожал плечами, тоже сел и завел машину. Окурок вылетел в окно.

– Ты еще слишком молод, чтобы так часто его подавлять, тем более такими вредными способами. Я же как-то справляюсь без этого.

– Слишком молод… Кто бы говорил. – Морис скептически поглядел на Ивену. – Ты вот иногда так ворчишь, что я забываю, что со мной рядом молодая и красивая девушка, и думаю, будто это старая бабка. А я считаю, ворчание вреднее сигарет. Когда я курю, я хотя бы только себе вред наношу, а когда ты ворчишь, то треплешь нервы и себе, и другому человеку. А этот самый человек потом на нервной почве как раз может начать курить, между прочим. Замкнутый круг получается. Так что ты косвенно к этому причастна.

Ивена закатила глаза и посмеялась.

– Какой же ты болтун. – Она покачала головой.

– Заботливый болтун, попрошу заметить, – улыбнулся Морис и махнул рукой в сторону бардачка. – Там конфетки есть. Сегодня запас пополнил.

Настроение Ивены приподнялось. Несмотря на вредную привычку напарника, которая ей так сильно не нравилась, она считала, что с ним очень повезло. С Морисом всегда было легко и работать, и общаться, а еще он любил периодически ее чем-то угощать.

Морис завел машину, и они отправились в путь. Солнечный утренний свет еле пробивался сквозь наплывшие тучи. Жуя шоколадную конфету, Ивена глядела в окно.

– Куда едем-то хоть? – поинтересовалась она.

– Проспект науки.

Делая музыку чуть громче, Морис начал пританцовывать и немного подпевать какой-то незамысловатой песне, барабаня пальцами по рулю. Ивена считала подобную музыку глупой и слишком простой, хотелось чего-то потяжелее, чтобы аж кровь закипала от звучания электрогитары, сердце билось в такт барабанным ударам, а по телу разливались мурашки от мощного вокала. Но наблюдать за коллегой было забавно. К тому же в машине он хозяин, поэтому Ивена не возражала его вкусу.

– Как ты умудряешься по утрам быть таким бодрым и веселым? Не понимаю. Не сильно ты похож на того, у кого так много стресса.

– Хорошая музыка всегда бодрит и поднимает настроение. – Морис начал мотать головой в такт сильнее.

Спорить о том, что музыка, звучащая в салоне, не такая хорошая, Ивена не стала. Это бесполезно.

– Меня бы взбодрил кофе, но мне даже не дали его выпить. А я не выспалась ужасно.

Морис мельком окинул Ивену хитрым взглядом. Включил поворотник и вывернул руль, заезжая на соседнюю улицу.

– Что, веселая ночка была? – ухмыльнулся Морис. – Неужели кого-то себе нашла?

– Если бы. – Ивена повела бровью и откинулась сильнее на спинку сиденья. – Погода спать не давала.

Под разговоры они добрались к указанному адресу. Морис остался в машине, а Ивена вышла и направилась к двери. В домофоне даже не спросили, кто пришел, быстро открыли. Поднявшись на второй этаж, Ивена постучалась в указанную квартиру.

Тучная, но милая молодая женщина впустила Ивену, спешно здороваясь. По слегка опухшему лицу хозяйки было отчетливо видно, что она успела поплакать, пока ждала службу инквизиции. Женщина отвела Ивену в детскую комнату, где покорно сидел мальчик лет восьми, виновато потупив взгляд. Вокруг царил бардак из разбросанных игрушек.

– Как вас зовут? – спросила Ивена.

– Я Ланда Бруно, а это мой сын Рони, – ее голос дрожал от волнения.

– Очень приятно, госпожа Бруно. Расскажите подробно, что произошло.

Ланда обвела рукой всю комнату, указывая на беспорядок и вымученно вздохнула.

– Видите это? Еще утром в комнате был полный порядок, когда я собирала Рони в школу. Он сегодня все утро капризничал, потому что не хотел идти. Ну, знаете, обычное дело у детей. Когда маленькие, мечтают ходить в школу и быть взрослыми, а потом от этой школы носы воротят, уже и не надо им ничего, только бы играться да отдыхать… – Ланда прикрыла рот рукой, явно понимая, что свернула в рассказе куда-то не туда. – В общем, я строго сказала, что все равно придется учиться, и ушла на кухню. Рони начал сильно кричать, а потом я услышала грохот, но сын затих. Конечно, я испугалась, что что-то упало и пришибло, вернулась в комнату и увидела эту картину.

Женщина затихла, пытаясь взять себя в руки, чтобы не заплакать и не пуститься в истерику.

– И вы решили, что это проявление магии? – мягко подтолкнула Ивена к продолжению разговора.

Ланда молча кинула, все еще не в силах что-то сказать.

– Почему вы именно так подумали, а не допустили, что ваш ребенок просто все разбросал?

– Понимаете, – наконец-то вновь заговорила Ланда, – я же знаю своего сына. Если он шкодит, то потом обычно смотрит на меня с видом победителя. Но сегодня он смотрел напугано. И не на меня, а на бардак. К тому же он не мог своими руками за несколько секунд развести такое безобразие. Я сразу заподозрила, что это телекинез, поэтому позвонила в службу.

– Я вас поняла, госпожа Бруно. Благодарю за сведения, сейчас я проверю поле комнаты.

Женщина отошла к своему сыну, который за все это время не издал ни звука, прижала его к себе. Ивена тем временем достала из сумки детектор магии, вытянула короткую антенну и запустила прибор. Экран включился, показывая шкалу от нуля до десяти. Нажав на еще одну кнопку, Ивена увидела, как стрелка сразу же поднялась высоко.

– Девять целых и пять десятых, – констатировала Ивена. – Большое значение указывает, что выплеск магии произошел здесь недавно, поле подверглось излучению. Вынуждена признать, что вы правы, Ланда. Ваш сын является магом.

Слова прозвучали как приговор. Очевидно, в глубине души женщина надеялась, что ее подозрения окажутся ложными, но инквизитор подтвердила причастность сына к грешным силам.

– Мама?

Мальчик посмотрел на Ланду и увидел в ее глазах слезы, которые ей уже невозможно было сдерживать. Вид плачущей матери еще больше обеспокоил его. Несколько секунд потребовалось, чтобы осознать случившееся, и Рони мгновенно бросился в истерику, заныл и начал рукой бешено стучать по полу.

– Я не хочу! Не хочу быть магом! – вопил ребенок. – Мама! Мамочка! Я не хочу!

– Нет, сынок, нет! – с надрывом в голосе воскликнула Ланда. – Только не махай руками, я тебя прошу!

Но просьба не помогла. Мальчик вновь случайно переместил одну из игрушек, и она упала прямо перед ногами Ивены. Ланда тут же сцепила в замок руки сына. Он кричал так сильно, что Ивена поморщилась от оглушающего вопля. Она продолжала стоять и смотреть на то, как мать и сын сидят и плачут, не в силах смириться с горем, которое нагрянуло в их семью.

Ивена не первый раз объявляла о том, что человек является магом. Каждый относился к новости по-разному, но точно никто не радовался этому. Однако взрослые хотя бы чаще всего пытались сдерживаться и не впадать в истерику, в отличие от детей. С ними же Ивене всегда было труднее всего. Но так, как Рони, кажется, не орал еще никто.

Люди не любят магию, и это естественно. Всем с пеленок твердят, что магия – это страшный грех. Неизвестно, откуда она появилась, но точно не от Бога. Бог создал людей без сверхъестественных сил, дал возможность мыслить и познавать этот мир, развивать науку. Но все это без применения магии. Маги, пользующиеся своими силами, – грешники. Их нужно жестко контролировать и не допускать использования магии.

Несколько минут Ланда пыталась успокоить не только себя, но и Рони, однако тот никак не унимался. Казалось, что с каждой секундой его крик становился более душераздирающим.

– Что же теперь делать? – сокрушенно произнесла Ланда, со страхом глядя на Ивену.

– Нам придется вас и вашего сына отвезти в участок, чтобы зарегистрировать случай выплеска магии и внести мальчика в реестр безопасных магов. Далее он должен будет отправиться в Центр контроля магических сил на месячное проживание и обучение. Это необходимое условие.

– Но как же школа? Как же его будущее? – еле шевеля губами, спрашивала Ланда.

В ее глазах застыл ужас, будто вся жизнь рухнула в один момент без шанса на восстановление. Ивена, держа лицо в полном спокойствии, проговорила:

– Увы, месяц он не будет ходить в школу, но в ЦКМС приходят учителя, так что от программы ваш сын не отстанет. Что касается будущего. Тут все зависит от вашего сына. В ЦКМС он научится держать магические силы под контролем, и если никогда не будет ими пользоваться, то проблем не возникнет. Да, некоторые карьерные дороги перекроются, к сожалению. Думаю, вы сами понимаете, что на службу церкви и инквизиции магов никак не могут взять. Но ведь есть множество других доступных профессий. Самое главное для мальчика – никогда не позволять магии снова выйти наружу. Иначе он из безопасного реестра перейдет в опасный, и вы знаете, чем это может грозить. Скажите, вы же помните второй постулат?

– Конечно, госпожа, что вы! – всполошилась Ланда и заученно протараторила: – Бог создал человека без магии. Тот, кто родился магом, невольно принял на себя грех, ибо магия – порождение нечистой силы, неведомо откуда взявшейся. Искупление – это отрицание сей составляющей и полный отказ от ее применения.

– Верно, госпожа Бруно. – Ивена одобрительно кивнула головой. – Увы, тот факт, что ваш сын родился магом, никак уже не изменить, это бремя ему придется нести до конца жизни. Но, если он встанет на путь искупления, отказавшись от применения магии, то все будет хорошо. А сейчас нам нужно проехать в участок. Там я вас зарегистрирую и задам еще парочку вопросов.

Спешно собравшись, женщина с сыном последовали за Ивеной в машину к Морису. Мальчик продолжал плакать. Казалось, что поток его слез нескончаемый. По нервным стукам пальцев Мориса по рулю было ясно, что ему хотелось вновь закурить, но он не мог себе этого позволить в данный момент. Пришлось терпеть крик всю дорогу.

Приехав в отделение, Ивена заполнила нужные документы, внесла мальчика в реестр и выписала направление в Центр контроля магических сил. Ланда успела немного успокоиться, в отличие от Рони. Он устал кричать, но продолжал периодически завывать и говорить примерно раз в две минуты о том, как сильно он не хочет быть магом.

– Благодарю за содействие и честность, госпожа Бруно, – сказала Ивена, закончив оформление документов. – Подготовьте вещи мальчика, чтобы ему было комфортно в Центре контроля. И не волнуйтесь, после обучения все вновь будет хорошо. Ваш сын уже осознает, что магия – зло, и это говорит о высшем уровне воспитания. Значит, можно надеяться, что в будущем он станет порядочным господином.

– Да, госпожа Ноттен, конечно, – гордо отозвалась Ланда, – мы с мужем уделяем много времени воспитанию.

– Это замечательно. Всего благостного, госпожа Бруно.

Проводив женщину с сыном, Ивена взглянула на часы. Еще оставалось достаточно времени до прихода мага на допрос. Значит, можно наконец-то выпить кофе.

Заперев ненадолго дверь кабинета, чтобы никто не потревожил, Ивена взяла кружку с напитком и рухнула на кресло. Сделала первый живительный глоток. Прикрыла глаза. Крик мальчика до сих пор звучал в голове. Хотелось чем-то заглушить, перебить его. Ивена ненадолго включила радио, но и это не помогало. Воспоминание о крике перебивало все звуки. Разболелась голова.

Допив кофе, Ивена вновь открыла кабинет. Ровно в одиннадцать часов на допрос пришел мужчина, температурник. День назад он в драке применил магию, пытаясь понизить температуру тела соперника. Как выяснилось, магией мужчина пользовался не первый раз и в реестр опасных магов уже занесен.

– Господин Цеверт, вы же понимаете, что, воспользовавшись третий раз магией, будете приговорены к казни? – немного укоризненным тоном предупредила Ивена.

Маг одарил ее недовольным осуждающим взглядом, словно она виновата в чем-то, а не он.

– Понимаю, – процедил Цеверт.

– Если понимаете, тогда для чего продолжаете использовать магию?

– Этот человек приставал к моей жене, а до этого пытался подкараулить моих детей. По-вашему, я должен был бездействовать?

Краем глаза Ивена заметила, как у мужчины руки сжались в кулаки, но она не боялась. Перед допросами на всех магов надевали специальные длинные перчатки с электронным замком, которые не позволяли применять магию. А на случай, если маг начнет нападать физически, у инквизитора всегда под рукой тревожная кнопка и пистолет для самообороны.

– Вы должны были принять меры без использования магических сил, – указала Ивена.

– Посмотрел бы я, как вы, верующие до мозга костей, справились бы с тем, кто покушается на близких вам людей. Этот подонок со своей шайкой не дает прохода моей семье, и я не могу сидеть, сложа руки. Дай вам магию, вы бы сделали то же самое.

Взгляд мужчины становился все агрессивнее. Но Ивене не привыкать к ненависти по отношению к себе. Большинство магов уважали или хотя бы делали вид, что чтят инквизиторов. Многие испытывали вину за свои изъяны. Но попадались и те маги, которые выказывали лютое пренебрежение, злобу.

– К счастью, данное недоразумение обошло меня стороной, – безэмоционально произнесла Ивена, говоря о магии.

– Недоразумение – это вы, – дерзко отчеканил Цеверт. – Говорите, что маги грешны, но сами приговариваете людей к смерти.

– Всем людям прекрасно известно, что трехкратное использование магии, за исключением первого случайного проявления, карается казнью, – твердо поясняла Ивена. – Каждый маг сам решает, рисковать ему своей жизнью или нет. И я бы на вашем месте была аккуратнее со своими словами. За осквернение инквизиции ваш штраф может возрасти. Впредь советую быть осторожнее. Вы уже второй раз воспользовались магией. Еще один раз, и вам грозит казнь.

– Да хоть в пять раз увеличьте этот штраф. Я хочу сказать все, что думаю. Все боятся вас, но не я. Вы, звери, считаете, что самые справедливые на этой земле, но занимаетесь истреблением людей. Думаете, все маги плохие, и совсем не видите, что многие из нас порядочнее и справедливее всех вас, верующих болванов. Кто-то один сказал, что магия – зло, а другие поверили, потому что побоялись. И нет, это сказал не Бог, а человек, которому это угодно. А народ никогда не хочет разбираться, понимать. Проще прогнуться и сеять ненависть. Тот подонок тоже такой же верующий вместе со своей бандой. Они думают, что жизни магов нужно разрушать, и действуют отвратительно. Эти твари часто нарушают законы, но не всех их наказывают. Им все легко сходит с рук, ведь они оправдываются тем, что борются с магией и ее представителями. Никто не разбирается, а действительно ли маг в чем-то виноват? Ни я, ни моя семья не сделали ничего плохого, но нас преследуют, потому что я маг. Якобы я не имею право на существование, а моя семья – это предатели, ведь они на моей стороне. И я вынужден защищать себя и своих родных. Мы, маги, тоже люди. И мы хотим жить нормально. Жить, а не бояться за себя и свои семьи. И я не намерен всю жизнь бояться. Я верю, что однажды маги докажут, что имеют право существовать в нормальных условиях без притеснений, и поставят вас на место.

Маг с вызовом смотрел на Ивену, но она лишь холодно произнесла после этой тирады:

– Все сказали? Тогда поздравляю, своего вы добились. Я назначаю повышение штрафа.

Мужчина еще несколько раз выказал свое недовольство, но вскоре допрос закончился. Следующие несколько часов Ивена провела за документами и отчетами. Послевкусие от общения с Цевертом было крайне паршивым. Давно не встречались такие ярые противники инквизиции. История о том, что кто-то преследует его семью, неприятно откликнулась в душе Ивены, но это не было поводом оправдывать использование магии. Ее ни за что нельзя оправдывать.

Завибрировал телефон, оповещая о том, что пришло сообщение от Алирин.

«Не знаю, как у тебя денек проходит, но я замоталась. Талена сегодня допоздна не будет, а я хочу вина. Еще мне срочно нужна ты. Приедешь?».

Ивена улыбнулась, глядя на предложение подруги.

«У меня день такой, что голова уже гудит, так что я только за. А почему срочно?».

«Потому что у меня для тебя очень важная и классная новость, но сказать хочу лично. В общем, давай так. Я закажу вкусный ужин, а ты по дороге вино захватишь. Нормально?».

«Заинтриговала. Договорились».

Рабочий день подходил к концу. Ивена уже расслабилась, но от фантомного крика все никак не могла избавиться. Утешала надежда, что беседа с подругой как-то исправит дело и заставит забыть об утреннем деле.

Только Ивена начала собираться, как раздался звонок на рабочий телефон. Уже очень не хотелось поднимать трубку, но совесть не позволила сделать вид, что Ивена звонка не услышала и ушла. Вновь звонил Файтнор.

– Ты еще на месте, Ноттен, отлично. Поступил срочный вызов, поручаю это дело тебе. На Садовой улице случилось происшествие. Говорят, что действовал электромаг, но тут же скрылся. Нужно съездить, проверить поле, опросить свидетелей и пострадавших. Часы тебе оплатят дополнительно, как обычно, не переживай. Сейчас там на месте работают медики, есть пострадавшие. Надо спешить.

Ивена вымученно зажмурилась. Этот день решил изрядно ее измотать. Но что поделать? Она знала, на что шла, устраиваясь в инквизицию. Знала и очень хотела этого. Пришлось смириться с тем, что отдых придется немного отложить. Долг превыше всего.

– Грешная магия… – прошептала напоследок Ивена и поспешила на вызов, не представляя, каким судьбоносным он окажется.

Глава 2. Важный вызов

Ивена на ходу быстро накинула плащ и помчалась к Морису. Благо, ехать предстояло не далеко. Добравшись до указанных координат, Ивена вышла из машины и увидела скорую помощь возле узкого переулка. Людей рядом почти не было. Медики заносили какого-то мужчину, находящегося без сознания, к себе в машину, рядом стояла женщина средних лет с девочкой подростком, у которой была разбита губа. Обе явно были напуганы.

Спешно подойдя к собравшимся, Ивена достала и продемонстрировала удостоверение.

– Добрый вечер. Инквизитор Ноттен, – дежурно представилась она. – От кого именно поступил вызов и что произошло?

Слово на себя взяла женщина.

– Уважаемая госпожа, это я вас вызвала. Можете обращаться ко мне просто Герта. Я стала свидетелем магического происшествия.

– Я вас внимательно слушаю.

Герта рассказала, что спокойно шла к себе домой, как вдруг краем глаза увидела, как что-то сверкнуло в переулке. Она остановилась, и через несколько секунд спешным шагом оттуда вышел мужчина. Он шел спиной вперед, после чего развернулся и врезался в Герту. У нее от неожиданности выпала сумка из рук. Мужчина быстро поднял ее, передал и убежал.

– Все произошло так быстро, что я не сразу сообразила, что это может быть маг. Но потом заглянула туда, откуда он выбежал, – Герта указала рукой, – и увидела, что стоит эта девочка, а рядом лежит мужчина. Оказалось, что он хотел напасть на нее, но вмешался маг.

Ивена перевела взгляд на подростка.

– Как тебя зовут?

– Джидит, – тихо произнесла девочка.

Она не плакала, но в глазах отчетливо виднелся сильный испуг после пережитых событий. Джидит сжалась, обнимая себя руками, и смотрела вдаль в одну точку, почти не моргая. На Ивену она глаз не подняла.

Уже по показаниям свидетеля было ясно, что действовал маг, но для собственного подтверждения Ивена измерила поле. Значение излучения было высоким. Все верно, магию применяли совсем недавно. Вновь подойдя к пострадавшим, Ивена предупредила:

– Вам всем придется проехать со мной в отделение инквизиции для того, чтобы дать полные показания. Джидит, сколько тебе лет?

– Тринадцать.

– Мне нужны контакты твоих родителей. Необходимо сообщить им, что случилось и где ты.

Поговорив с родителями девочки, Ивена отвела ее и Герту к машине Мориса. Пострадавшего мужчину увезли в больницу. Ивена глянула на часы и поняла, что к подруге опоздает, поэтому быстро напечатала и отправила сообщение, оповещая о том, что задерживается.

Ивена завела Герту и Джидит к себе в кабинет и вновь включила компьютер. Герта с интересом осмотрелась, а Джидит с отрешенным видом села на стул, сложа руки на худых коленках.

– Герта, давайте продолжим разговор с вами. – Ивена повернула голову в ее сторону. – Вы сказали, что видели, как убегал мужчина, столкнулись с ним, а после зашли в переулок и увидели девочку с другим мужчиной. Что было дальше?

– Я подбежала к ним, чтобы узнать, что произошло, – докладывала Герта. – Девочка отшатнулась и прислонилась к стене, зажимая рот руками, но не кричала и не плакала. Я спросила ее, что же стряслось, на что она ответила, что мужчина, который лежал без сознания, пытался ее обворовать и угрожал, а потом достал нож. Девочка испугалась, но внезапно рядом возник маг и запустил шаровую молнию. Она попала в мужчину, и тот потерял сознание. После маг убежал, появилась я и мгновенно вызвала вас.

Последняя фраза Герты прозвучала так, будто она совершила великий подвиг, чем теперь необычайно гордится. Ивена зафиксировала все показания, предварительно задав еще несколько уточняющих вопросов. Девочка все это время молчала и, казалось, даже не шевелилась. Но настала ее очередь.

– Джидит, твоя мама согласилась на то, чтобы ты дала свои показания мне. Пожалуйста, расскажи, как все было с твоей стороны.

Девочка мотнула головой, но заговорила не сразу. Ивена терпеливо ждала.

– Я просто гуляла, – медленно начала Джидит, продолжая смотреть в одну точку, – слушала музыку в наушниках и не заметила, что за мной кто-то идет. Потом я подметила, что вокруг как-то мало людей, и стало немного не по себе. Я обернулась и увидела неприятного мужчину, который пристально смотрел на меня. Я ускорилась, и он тоже. Я плохо знаю ту улицу, поэтому решила свернуть в переулок и быстро скрыться, но он пошел за мной. Он больно схватил меня за руку, а я очень испугалась и крикнула. Он выдернул мои наушники и бросил на землю, а мне приказал молчать, иначе будет хуже. Потом велел отдать ему украшения, деньги и телефон. Я отпиралась, но он…

Речь девочки шла ровно, но на этом месте она вдруг осеклась и замолчала. Ивена налила стакан волы и протянула Джидит. Та выпила все до дна.

– Он ударил тебя? – аккуратно спросила Ивена, глядя на губу пострадавшей.

Джидит кивнула, зажмурилась и сморщилась, втягивая голову в плечи. Было ясно, что она испытывала стыд и омерзение от того, что приходилось вспоминать.

Ивена еще раз оглядела ее. Джидит была одета очень хорошо, а на пальцах красовалось несколько колец. Должно быть, нападающий решил, что подросток из обеспеченной семьи, поэтому имеет при себе деньги. А уж запугать подростка намного проще, чем взрослого человека. Ивена это знала по себе.

– Этого человека обязательно накажут, не волнуйся, но сперва нам нужно выстроить полную картину. Пожалуйста, расскажи, что было дальше и как появился маг.

Девочка глубоко вздохнула и продолжила:

– Я закричала, на что мужчина сильно разозлился и достал нож, стал угрожать. У меня от страха дыхание перехватило. Я больше не смогла ни звука издать. В этот момент я краем глаза заметила, что кто-то заглянул туда, где мы стояли. Я повернула голову в сторону человека и увидела, что он выставил вперед руку, из которой полетел заряд. Тот, кто на меня напал, не видел этого, а заряд попал прямо в него. Он потерял сознание, и после этого меня сразу нашли. Меня… Меня спас маг…

Обычно подобные слова Ивена игнорировала. Бывали случаи, когда магию выдавали за что-то благородное. Но Бог велел решать все проблемы своими силами, не прибегая к сверхъестественному, поэтому нельзя считать применение магии спасением и помощью. К тому же непонятно, какими мотивами был движим сам маг и почему сбежал.

– Ты запомнила, как выглядел маг? – спросила Ивена.

Джидит первый раз подняла на нее глаза, в которых затаился испуг. Но за кого она боится? За себя или уже за мага?

– Вы и его накажете? Но он же спас меня…

– Нам еще не известно, было ли это спасением, – сдержанно ответила Ивена. – Пока мы с ним не поговорим, неясно, чем именно он руководствовался. Разумеется, наказания не избежать. Но какое оно будет, мы установим после допроса, когда поймаем этого мага. Однако, чтобы это сделать, нужно понять, как он выглядит, чтобы его найти. Не беспокойся, Джидит, если он правда тебя спас, то ему просто назначат штраф за то, что использовал магию. Ведь он в любом случае сильно согрешил.

Девочка понимающе покивала головой и вновь опустила взгляд. Ивена запустила программу для составления фоторобота и принялась спрашивать о внешности мага.

– Я не видела его близко, – виновато пояснила Джидит, – не знаю, какие глаза, но показалось, что светлые. Волосы точно темные, взлохмаченные и чуть вьющиеся. Сам он высокий и немного худощавый. Одет был в темную куртку и темные штаны. Больше ничего я не смогла разглядеть.

– А примерный возраст?

– Не знаю… – Она не мгновение задумалась. – Может, от тридцати до сорока, где-то так.

Ивена предоставила несколько вариантов разных частей лица, и Джидит попыталась подобрать что-то похожее. Черты она помнила не все, но глядя на варианты в программе, вспоминать было легче.

Закончив, Ивена подозвала к экрану Герту, которая все это время сидела и с величественным видом ждала, явно чувствуя, что выполняет долг перед инквизицией. Женщина вгляделась в фоторобот.

– Знаете, я вам честно скажу, не могу точно утверждать, что он выглядел именно так, – с сожалением выдала она. – Понимаете, я же не сразу осознала происходящее и как-то не всматривалась в его лицо. Но мне кажется, что похож.

Ивена озадаченно рассматривала получившийся портрет. Типаж мужчины оказался слишком простым, никаких отличительных или чем-либо примечательных черт. Таких по городу ходит много, и найти будет довольно проблематично. Ивена открыла две базы с магами. Постаралась подобрать нескольких мужчин, подходящих под описание, но Джидит везде отрицательно махала головой. В них она не узнавала нужного мага, как и не узнавала Герта.

Сохранив и отправив фоторобот в службу поиска, Ивена закончила опрос и проводила женщину с девочкой, предварительно обменявшись контактами и попросив сообщить, если они вспомнят что-то еще.

Когда работа наконец-то закончилась, Ивена отправилась к Алирин. По дороге она заскочила в супермаркет, купила хорошее вино и фрукты. Зайдя в квартиру подруги, Ивена сразу почувствовала аромат чего-то вкусного. Тут же в коридор выбежала сама Алирин в домашних шортах и огромной футболке, которую она наверняка позаимствовала у Талена.

– Ну неужели, – радостно воскликнула она, принимая из рук Ивены пакет, – я уже думала, мне придется твои любимые роллы самой съедать. Не то чтобы я против объесться, но с тобой явно веселее.

– Ты заказала роллы? О-о-о, – мечтательно протянула Ивена. – Я не ела нормально весь день. Надеюсь, их привезли много.

– Очень, – подмигнула подруга, – сегодня иначе никак.

Они прошли на кухню, где все уже было разложено. Оставалось только разлить по бокалам вино, что Алирин незамедлительно сделала. Удобно устроившись, подруги накинулись на роллы, параллельно обсуждая друг с другом, как прошел день.

– Ничего интересного, – с набитым ртом говорила Алирин. – Возня с бумажками и постоянное тыканье по клавиатуре иногда навевают скуку. Порой так жалею, что тоже на инквизитора не удалось отучиться. Слышала, что за последнее время всплесков магии все больше. Как-то это огорчает, не находишь? Чем меньше этих грешных отродий, тем миру было бы лучше.

– С твоим характером, – Ивена хмыкнула, – боюсь, либо маги до казни не доживут, либо ты – до конца дня. Так что инквизиция явно не для тебя, уж извини.

Алирин посмеялась.

– Не поспоришь. – Она махнула рукой и принялась палочками пытаться зацепить следующий ролл. – Да ладно, быть аналитиком в научном центре тоже прекрасно. Зарплата хорошая, премии щедрые. Ну и я хотя бы в одном месте сижу, а не мотаюсь по городу, как ты. Что там у тебя сегодня? Затаскали?

Проглотив ролл с аппетитной креветкой и запив его вином, Ивена ответила:

– Ага. У меня сегодня сразу несколько дел было. Помимо допросов и той же возни с документами на два вызова ездила. Утром у мальчика открылись силы. Телекинетик. Орал, как резаный, я думала, что оглохну. До сих пор кажется, что слышу его крик.

– Боже, еще один телекинетик. – Алирин медленно поднесла руку ко рту, а в глазах мелькнула тревога. – И откуда эта дрянь вообще берется? Не пойму. Этот мальчик хотя бы осознает, что магия – это плохо?

Ивена в знак согласия кивнула, продолжая есть. Алирин задумалась, после чего озвучила вывод:

– С какой-то стороны, оно и хорошо, что некоторые маги в детстве это в себе распознают. Таких легче воспитать. Взрослые в этом плане куда тяжелее.

– Да, и вот с одним взрослым магом как раз проблема.

Отложив палочки, Ивена принялась заплетать свои темные волосы в хвост. После этого она взяла бокал и допила все вино.

– Ты из-за этого задержалась? – любопытствовала подруга. – Что там стряслось?

Ивена пересказала все детали вечернего происшествия.

– Да уж, очень стремно, – заключила Алирин, протирая рот салфеткой. – Бедная девочка. Мало того, что какой-то идиот напал, так еще и с магом пересеклась. Надеюсь, накажут обоих.

– Нападающего точно накажут. Со мной созванивались и сказали, что он пришел в себя, но его полиция допрашивать будет, это уже не мое дело. А вот мага, да, надо бы найти. Мне тем более прибавку к зарплате пообещали. Было бы шикарно.

Разговоры постепенно сменялись с одной темы на другую. В обществе подруги и после выпитого вина Ивена совсем расслабилась. Не хотелось думать ни о работе, ни о магах. Но еще немного подумать об этом все-таки пришлось. Беседу прервал неожиданный телефонный звонок. Глядя на экран, Ивена увидела, что это Герта.

– Да, Герта, я вас слушаю.

– Госпожа Ноттен, извините, что беспокою вас так поздно, но я кое-что вспомнила, – раздался радостный голос в трубке. – Помните, я говорила, что маг мне помог сумку поднять? Так вот, я хоть в лицо ему не смотрела особо, но мой взгляд упал на его руку. У этого мужчины правая кисть как будто красная наполовину. Шрам, ожог, сыпь, пятно… Не знаю, что это. У меня тогда это из головы вылетело, а сейчас вспомнила.

Ивена не смогла сдержать победной улыбки. До этого описание мужчины было обычным, но наконец-то появилась примечательная зацепка, благодаря которой поиски могут значительно ускориться.

– Герта, я искренне благодарна вам за такую ценную информацию. Спасибо. Всего вам благостного.

Она сбросила вызов. Алирин с интересом посмотрела на Ивену.

– Что, еще что-то выяснилось?

– О да. – Ивена откинула руки за голову и закусила губу. – Чуйка мне подсказывает, что мага точно теперь найдут. Свидетельница происшествия вспомнила еще одну деталь, которая может очень помочь.

Лицо Алирин вдруг преобразилось, словно она что-то внезапно вспомнила.

– К слову, о свидетелях, – воскликнула Алирин, – у меня же потрясающая новость!

Брови Ивены удивленно приподнялись.

– Что, неужели…

– Да, Ивена, мы с Таленом подали заявление! Представляешь, уже летом станем мужем и женой!

– Алирин, дорогая, как же я рада за вас!

Встав, Ивена принялась крепко обнимать подругу, которая начала светиться от переполняющего счастья. Алирин и Тален были вместе уже три года, и Ивена знала, как сильно ее подруга мечтала узаконить их отношения.

– Погоди, новость не только в этом заключается, – Алирин заговорщически улыбнулась и добавила: – Ивена, ты будешь моей свидетельницей. Возражения не принимаются.

– Свидетели? Серьезно? – Ивена выгнула бровь. – Да это же прошлый век.

– А я хочу большое торжество по всем канонам, – мечтательно произнесла Алирин. – Правда, Тален еще думает, кого себе в свидетели выбрать. Ну ты знаешь, у него много друзей. Так что как выберет, потом вас познакомим. Вдруг им окажется какой-нибудь одинокий, но очень привлекательный мужчина, и вы друг другу понравитесь? У Талена в друзьях есть такие, я знаю.

Ивена поперхнулась, делая глоток вина.

– Спасибо, но сваху я не нанимала, – усмехнулась она.

– А что такого? – Алирин изумленно поморгала. – Ну почему бы нет? Я уже давно хочу, чтобы Тален тебя с кем-нибудь познакомил. В его кругах такие водятся, что жизнь сказкой покажется. В сфере медиа много серьезных и успешных, так что подумай. Сама-то ты где кого-то найдешь? Ты же никуда не ходишь, кроме как ко мне, к родителям и на работу. Но у тебя явно не та работа, где можно встретить хорошего мужика.

– Знаешь, мне как-то не до мужиков сейчас. А жить хорошо я и сама могу, так что сомнительная идея.

Досадно пожав плечами, Алирин замолчала, решив не развивать тему, чтобы не напрягать Ивену, и та была за это благодарна. Прямота подруги порой выбивала из колеи, но Ивена к этому давно привыкла и в какой-то степени ценила данную черту. Всегда лучше знать, что у человека на уме, чем потом удивляться каким-то неприятным открытиям.

Просидели они до полуночи, после чего Ивена вернулась домой на такси. Войдя в квартиру, она скинула с себя вещи, приняла теплый душ и сразу легла в кровать. День показался слишком насыщенным и каким-то тяжелым. Кричащий ребенок, который не хотел становиться магом. Протестующий маг. Сбежавший маг. Девочка, которую пытались обворовать и избить. Помощь от мага.

Голова вновь загудела, и Ивена попыталась уснуть. Последнее происшествие дня не сразу вызвало ассоциации с прошлым, но стоило оказаться наедине с собой, как из недр подсознания вырвался один момент из школьных лет. Засыпая, Ивена старалась не думать о нем, но сон сыграл злую шутку, демонстрируя то, что она так не хотела видеть.

Осень. Дул промозглый ветер. Погода сильно испортилась, но у Ивены настроение с утра было отличным, ведь наступил ее одиннадцатый день рождения. Родители поздравили рано и дали немного денег на карманные расходы, часть из которых Ивена взяла с собой, чтобы после уроков порадовать себя чем-нибудь вкусным.

Она шла в школу, предвкушая поздравления от одноклассников. Классная руководительница прямо в середине урока вызвала Ивену к доске, чтобы уделить ей внимание. На перемене девочки, с которыми Ивена дружила, раздали ей небольшие подарки: самодельные украшения, угощения, канцелярские принадлежности. Она была безумно рада всему и представляла, как похвастается дома маме.

Но не все относились к Ивене хорошо. Некоторые мальчики в классе почему-то недолюбливали ее. Особенно Ровен. После занятий, когда Ивена шла, радостно неся пакет с подарками, одноклассник со своими друзьями догнал ее и остановил.

– Эй, Ноттен, угощениями не поделишься? – сказал Ровен, пытаясь выхватить пакет.

Ивена смерила его недовольным взглядом, нахмурилась и прижала подарки к себе.

– Отцепись от меня, – бросила она настороженно.

Он подошел ближе.

– Ты знаешь, что у тебя неправильная фамилия? Тебя должны звать не Ноттен, а Жмоттен. Таких жадин, как ты, еще надо поискать.

Друзья Ровена захохотали, оценив его шутку, перекрыли проход Ивене и начали пытаться выхватить пакет. Она уворачивалась, но один из мальчишек толкнул ее. Ивена, вляпавшись ногой в грязь, поскользнулась и упала, марая светлую новую куртку и школьную юбку. Она вскрикнула.

Пользуясь ее растерянностью и слабостью, Ровен забрал сумку и пакет, быстро достал оттуда все вкусное и положил к себе в рюкзак. Ивена попыталась встать, но ее ударил другой одноклассник. Ровен тем временем начал доставать украшения и ломать их, портить канцелярию. Из сумки он украл деньги.

– Нет! Прекрати! – слезно кричала Ивена, глядя, как обращаются с ее подарками, которым она так радовалась. – Хватит! Это мое!

– В следующий раз будешь умнее и дашь мне списать, когда я попрошу, а не будешь выпендриваться, заносчивая Ноттен-Жмоттен.

– Я все расскажу!

Ровен посмотрел на друзей и мотнул головой в сторону, давая команду им отойти. Мальчишки послушались. Ровен остался один на один с Ивеной.

– Только попробуй что-нибудь ляпнуть, паршивка, – злостно произнес одноклассник. – Я не побоюсь Бога и ударю тебя током.

– Тогда тебя накажут или казнят!

– Никто не узнает, что я тебя убил. Я сделаю это скрыто. Кто тогда сообщит? Ведь ты будешь мертва.

Все знали, что Ровен являлся магом, однако он этим часто пользовался. Пусть магов не любили и считали грешниками, но на детей угрозы хорошо работали. Никому не хотелось сталкиваться с магией. И Ровен явно чувствовал свое превосходство вместо того, чтобы раскаиваться.

Тогда Ивена не смогла ничего ответить и сильно испугалась. Ровен еще пару раз пригрозил ей и ударил. Ивена надеялась, что кто-нибудь на улице увидит, как ее бьют и обворовывают, что кто-нибудь придет и поможет, пусть даже это будет тоже маг. Но никого рядом не оказалось.

Довольный Ровен ушел к друзьям, оставляя Ивену в грязи, с испорченными подарками и без денег. Слезы обожгли ее глаза и щеки. Грудь скалывало от несправедливости, но Ивена никому о происшествии так и не рассказала. Соврала родителям, что просто упала и расстроилась, а о подарках вовсе не стала говорить, словно их и не было.

Уже спустя время Ивена пожалела, что промолчала. Ровен продолжал подтрунивать над ней и некоторыми другими детьми, все еще иногда угрожал магией, когда никто из взрослых не слышал. И Ивена вдруг жутко обозлилась, но уже не на него, а на себя. За то, что боится. Это был первый толчок к тому, что она пожелала в будущем стать инквизитором. Ивене не хотелось бояться магов. Это они должны бояться ее.

Глава 3. Маг

Проснулась Ивена с неприятным ощущением. Дурной сон снова вызвал непрошеные воспоминания, заставляя чувствовать себя скверно. Она знала, что нет смысла перемещаться мысленно в прошлое, но невольно делала это. Будь маленькая Ивена с таким же твердым характером, она бы с легкостью могла дать отпор мальчишке. Но проблема заключалась в том, что именно подобные ситуации и закалили этот характер со временем. А та беззащитная Ивена ничего сделать не могла в тот момент. Это просто нужно принять, но обида за себя прежнюю не давала иногда покоя.

Помимо обиды давнее воспоминание заставило также проанализировать вчерашнее происшествие в переулке. Попивая утренний кофе, Ивена постоянно думала о девочке. Пусть на нее напал не маг, но она оказалась в похожей ситуации, в которой ее пытались обокрасть и избить. Только, в отличие от Ивены, к Джидит вовремя подоспела помощь со стороны. И электромаг тоже фигурирует в этой истории. Но если один Ивене угрожал, то другой Джидит помогал. Девочка сильно переживала, когда рассказывала о маге, будто боялась его выдать, но чувствовала, что обязана это сделать. Она видела в нем спасителя. Но разве могут грешники считаться таковыми? Разве способны такие как Ровен делать что-то хорошее?

Ивена практически никогда не испытывала противоречивых эмоций по отношению к магам, для нее все было однозначно. Чаще всего попадались случаи, когда обладатели сверхъестественных сил пользовались ими либо случайно, либо во вред. Бывали исключения, например, когда маги оборонялись или спасали кого-то. И вчера таких случаев представилось сразу два. Один защищал свою семью, другой – незнакомую девочку. Но ведь это тоже в какой-то степени можно оценивать как причинение вреда? Или нет?..

Закончив завтракать, Ивена все же попыталась отвести от себя сомнительные мысли. Что бы ни двигало магами, их силы – это точно зло. Их провинности не нужно спускать с рук. К тому же по-прежнему непонятно, зачем именно тот сбежавший маг пустил молнию и почему скрылся. Может, он сам преследовал того мужчину, а девочка случайно оказалась рядом?

Сегодняшний рабочий день был гораздо спокойнее предыдущего. Вызовов и заявок не поступало, допроса было всего два, и маги вели себя вполне прилично, не буйствовали. В свободное время Ивена еще раз пересмотрела оба реестра, пытаясь отыскать кого-то, кто мог бы походить на сбежавшего мага. Вдруг вчера они кого-то упустили? Но никого не находилось. Сведения о покраснениях на руке Ивена передала в органы, и те принялись искать мужчину. Оставалось лишь ждать и надеяться, что зацепка поможет ускорить поиски.

После работы Ивена зашла в супермаркет возле дома. Запасы в холодильнике нужно было срочно пополнить, поэтому она набрала целую тележку. Пока Ивена катила ее к кассам самообслуживания, зазвонил телефон.

– Алло, мам, привет.

Прислонив мобильник плечом к уху, Ивена принялась пробивать продукты и складывать их в пакет.

– Как дела, доченька? – прозвучал ласковый голос по ту сторону сети. – Ты еще не дома? Отвлекаю, наверно?

– Да я в магазин зашла, все нормально. Вчера был такой насыщенный день на работе, что даже некогда было позвонить. А потом я с Алирин весь вечер просидела. Она меня порадовала новостью о том, что скоро у них с Таленом состоится свадьба. Представляешь?

– Как прекрасно! – искренне восхитилась Мона. – Очень рада за нее. Алирин так повезло с Таленом, он такой замечательный молодой человек. Вот бы и ты кого-нибудь хорошего нашла, – мечтательно протянула она.

– Ой, мамуль, давай не об этом, когда-нибудь найду, – отрезала Ивена и постаралась перевести тему. – Ты там сама как? Хорошо себя чувствуешь? Сердце не беспокоит?

Пока Мона что-то рассказывала, Ивена продолжала складывать продукты. Настал момент приложить скидочную карту. Достав кошелек, Ивена вытянула ее, но не успела поднести к аппарату. Над ухом раздался мужской приятный голос.

– Извините, могу я воспользоваться вашей скидочной картой? Забыл свою.

– Да, конечно, одну секунду, – бросила Ивена ему, после чего ответила Моне: – Нет, мам, это я не тебе, на кассе стою. Так что там дальше с твоим врачом?

Она приложила карту к экрану, чтобы первым делом засчитать скидку себе, после чего, не глядя, протянула карту мужчине, продолжая слушать маму. Ивена достала банковскую карту, чтобы расплатиться, но мужчина быстро вернул скидочную, протягивая ее.

– Благодарю, – произнес он.

Взгляд Ивены случайно упал на руку мужчины, пока она принимала карту обратно. В глаза сразу бросилось красное пятно. Не слишком яркое, но заметное. От неожиданности Ивена округлила глаза и выпрямилась. Забыв о том, что зажимает головой и плечом телефон, она резко повернула голову в сторону мужчины, и мобильник упал на пол. Мужчина быстро наклонился и поднял его той самой правой рукой с пятном. После он переложил телефон в левую руку, а правую спрятал в карман куртки. Когда он повернулся к Ивене, она ошарашенно оглядела его лицо. Темные лохматые волосы, серые глаза, заостренные черты лица, небольшая щетина. Одежда и рост совпадали с описанием.

Протягивая Ивене телефон, мужчина тоже посмотрел на нее, и их взгляды встретились. Он чуть нахмурился, видя удивление Ивены, и молча отвернулся, как только она перехватила мобильник. Ивена быстро проверила экран. Благо, ничего не разбилось, лишь остались царапины. Звонок так и не был отключен.

– Мам, я перезвоню, – спешно проговорила Ивена и сбросила вызов.

Мужчина успел рассчитаться и забрать свои пакеты и поспешил на выход из супермаркета. Ивена быстрым шагом последовала за ним. Дыхание от переполняющих эмоций сбилось, но она не была намерена останавливаться. Ни за что нельзя упустить этого мужчину.

– Молодой человек, стойте! – громко и строго воскликнула Ивена, приблизившись.

Он остановился и повернул голову в ее сторону, смерил настороженным взглядом.

– Вы что-то хотели? Карту я вам вернул, телефон поднял и отдал. А вы, кажется, забыли свои пакеты в магазине, – буднично ответил мужчина, указывая пальцем на дверь.

Продукты на данный момент волновали Ивену в последнюю очередь. К тому же расплатиться она так и не успела.

– Я остановила вас не по этому поводу. Ваши документы при вас?

Мужчина на мгновение задумался, после чего усмехнулся.

– Так вы хотите познакомиться? Свое имя я могу и сам назвать. Кастор.

– Меня интересует не только ваше имя.

– Боюсь предположить, что же еще вас у меня интересует.

– Бояться надо было раньше.

Достав из кармана удостоверение, Ивена продемонстрировала его мужчине. Она предвкушала его яркую реакцию, но он остался непоколебим и лишь слегка пожал плечами.

– Хорошо, ваше имя я тоже узнал, – спокойно произнес мужчина, – но вы могли и сами представиться, Ивена. Рад знакомству, но…

– Для вас госпожа Ноттен, – перебила она, недовольно нахмурившись. – Не стройте из себя дурака и прекратите уже это нелепое представление. Вы явно поняли, кто я и для чего остановила вас. Поэтому, господин, вам придется проехать со мной в отделение инквизиции на допрос.

Усмешка с его лица исчезла. Он склонил голову набок.

– И на каком основании я должен туда отправиться?

– На таком, что вы маг, который мало того, что не внесен в реестр, так еще и вчера использовал магию в целях причинения вреда человеку. Давайте не будем ходить вокруг да около. Два свидетеля вас описали, и я вас узнала. Какая удача, – победно воскликнула Ивена, не удержавшись, – даже не ожидала, что поймаю вас лично.

На удивление мужчина не стал язвить, отрицать или спорить. Его лицо выражало смирение, будто на самом деле он прекрасно знал, что так будет. Был готов, хоть и старался обойти.

Ивена могла вызвать дежурного инквизитора, ведь ее рабочее время на сегодня уже закончено. Но не хотелось упускать такой шанс. Во-первых, это было ее дело, и за успешное выполнение она получит прибавку к зарплате. Во-вторых, такие совпадения случаются крайне редко, и ей невероятно повезло. Ивена сама встретила его и должна разобраться. Она хотела выслушать его версию.

– Мне с пакетами и без документов ехать? – тем временем осведомился Кастор.

– Вы далеко живете?

– Нет. – Он мотнул головой в сторону ближнего дома.

«Так мы еще и соседи» – подумала Ивена. Ее дом был за этим.

– Значит, заберете документы и поедете со мной.

Она позвонила в отделение инквизиции, чтобы вызвать дежурного водителя. Им был не Морис, но значения это не имело. Продиктовав адрес, Ивена последовала за Кастором в подъезд.

– В квартиру тоже со мной пойдете? – насмешливо спросил он.

– Конечно. Вдруг вы вздумаете там закрыться и не выходить.

– А если вздумаю причинить вам вред?

Ивена окинула его жестким взглядом и отчеканила:

– Тогда вместо штрафа и предупреждения можете сразу готовиться к казни. Поверьте, вас все равно обязательно найдут, а потом я достану вас еще и на том свете.

От подобной угрозы Кастор не удержался от смешка, хотя на деле ситуация совсем не выглядела смешной. Он все-таки попался.

Маг молча открыл дверь, зашел первым, а после в коридор вошла и Ивена. В квартире был полнейший беспорядок, по которому она пробежалась взглядом. Заметив это, Кастор сказал:

– Извиняюсь, не ждал сегодня гостя в лице инквизитора.

– Очень зря. В вашем положении стоило бы, – подметила Ивена.

Она принялась ждать, пока маг достанет документы. Он открыл шкаф в гостиной, которую было видно из коридора, а Ивена продолжала внимательно всматриваться в окружение. Беспорядок в основном составляли разбросанные вещи, но нельзя сказать, что было грязно. Просто хотелось все аккуратно разложить. Ивена подумала, что мужчина живет один, но вдруг на полу увидела детские игрушки. По разным углам зала и коридора были раскиданы мягкие зверушки, куклы, кубики и детская посуда. Когда-то и Ивена играла с таким и также разбрасывала это по всей квартире. В отведенном для игр уголке было скучно играть, хотелось пометить своими игрушками весь дом, за что ей иногда доставалось от родителей. От воспоминаний на душе стало тепло, но Ивена вспомнила, где и у кого находится, поэтому тут же сосредоточилась на деле.

Наконец Кастор снова вышел в коридор, продемонстрировал паспорт и принялся обуваться. Во дворе дома их уже ожидала машина, на которой они отправились в отделение. Пока ехали, Ивена успела уведомить начальника о том, что она сама лично нашла мага. Тот был невероятно доволен.

В дороге Ивена мельком поглядывала на Кастора. Он смиренно сидел и задумчиво смотрел в окно. Невольно Ивена отметила, что его профиль достаточно красив, но быстро постаралась отмахнуть эту мысль. Не хватало еще магами любоваться. Возможно, Алирин права, и стоит найти себе нормального мужчину, а то вдруг маги привлекать начнут? Добром это точно не кончится.

Ивена подумала о том, что конкретно этот маг чересчур покладистый. Спокойно достал документы, спокойно согласился поехать. А ведь она действительно рисковала, заходя к нему домой. У мага была огромная возможность навредить, но он и не пытался. Даже подозрительно.

Мужчине надели специальные перчатки, хотя Ивена была уверена, что он без них ничего не сделал бы ей. Усадив его в своем кабинете, она первым делом завела новую карточку в реестре опасных магов и занесла паспортные данные. Кастор Линдман, тридцать четыре года, состоял в браке, но развелся, детей нет. «Что тогда за игрушки в его квартире?» – задалась вопросом Ивена, но это пока что было не столь важно.

– Итак, господин Линдман, – начала она разговор, – если вы не оказали сопротивление и пришли сюда со мной, значит, подтверждаете, что пользовались магией вчера вечером. Так?

– Очевидно, так, – сдержанно ответил он.

Несмотря на то, что Кастора поймали, он смотрел на Ивену уверенно и спокойно. Ей даже стало немного некомфортно под таким пристальным взглядом. Но не привыкать, маги как только ни смотрят на нее.

– Благодарю, что пошли навстречу, – холодно произнесла Ивена. – Расскажите, пожалуйста, обо всем: откуда и куда вы направлялись тем вечером, что видели, почему решились на такой шаг. Я вас внимательно слушаю.

– Я был в гостях у приятеля, после чего отправился к своей машине, чтобы поехать домой, – начал докладывать Кастор. – Поблизости негде было припарковаться, поэтому я оставил ее через два квартала. К тому же надо было по дороге заскочить в магазин. Когда я шел, вокруг практически не было людей. Та улица в целом не слишком людная. Я заметил, как шла девочка, а за ней следовал подозрительный мужчина. Он мне с виду очень не понравился, и я отправился за ними. Просто чутье подсказало, что так нужно. Девочка начала озираться по сторонам и, увидев того мужчину, ускорила шаг, после чего свернула в переулок, а он бросился за ней. Я услышал крик и сразу кинулся к ним. Там увидел, как мужчина наставлял на девочку нож, а она стояла, напуганная до жути. Я запустил электрический заряд, чтобы его остановить. – Он развел руки. – Все.

– Для чего вы это сделали?

Кастор провел ладонью по лицу, а после по волосам. Он посмотрел на Ивену, как на глупую девчонку.

– А разве не очевидно?

– Давайте обойдемся без глупых вопросов. Мне нужно уточнить у вас все детали.

– Вы начали их задавать. Разумеется, я сделал это, чтобы защитить девочку от мерзкого ублюдка.

Последние два слова он пренебрежительно выплюнул. Ивена вдруг снова вспомнила свой сон и случай из детства. Была бы она против тогда, если бы к ней пришел такой же маг на помощь? Ивена старалась быть честна с собой. Нет, она не была бы против. Однако не стоит верить магу сразу и тем более показывать свои эмоции. Даже намекать нельзя. Поэтому на лице Ивены ни один мускул не дрогнул.

Профессия инквизитора принуждала соблюдать жесткость и твердость, и у Ивены это отлично получалось. Нельзя сочувствовать магам, сожалеть им, оправдывать их действия. Что бы они ни говорили, магия – грех. Ивена помнила об этом всегда.

– То есть вы хотите сказать, что действовали из благих побуждений? – с недоверием спросила она.

Кастор молча, но уверенно кивнул.

– Но вы причинили вред здоровью другого человека, – указала Ивена.

– А вы считаете, что его действия нормальны? – Кастор повел бровью.

– С его действиями разберутся в другом месте. Поверьте, он тоже обязательно понесет наказание. Но меня в данную минуту интересуете лишь вы.

– Я польщен, – с нарочитой гордостью произнес Кастор и усмехнулся. – Всегда приятно, когда женщина интересуется лишь тобой.

– Не забывайтесь, господин Линдман, – голос Ивены стал жестче. – Ваша судьба отчасти в моих руках, поэтому будьте аккуратнее со своими словами. Защищая девочку, вы могли не просто отключить мужчину, а полностью убить его. За убийство магией приговор один – казнь. В таком случае три попытки уже не дается. Вы думали об этом?

– Какая интересная система у вас. – Кастор потер подбородок и чуть сощурился. – Если кого-то убил обычный человек, ему положен только срок в тюрьме, после чего он рано или поздно вновь выходит на свободу. А если убийство совершил маг, то сразу казнь.

Ивена с виду никак не отреагировала на его слова, хотя внутри что-то дрогнуло.

– Разумеется, в моих планах убийства не было, – вернулся Линдман к вопросу. – Я послал небольшой заряд, который не способен убить.

– Так часто практикуете магию, что знаете об этом? – попыталась подловить Ивена.

На этом вопросе Кастор задумался, явно взвешивая каждое слово.

– Маги чувствуют свои силы и степень их опасности, – уклончиво ответил он. – Это невозможно объяснить.

К сожалению, этот факт Ивена никак не могла опровергнуть или подтвердить, ведь магом не являлась, а их природа полностью не изучена. Пришлось верить на слово.

– Ладно. Предположим, вы действительно хотели помочь девочке. Почему тогда решили сделать это именно с помощью магии? Почему не разобрались с мужчиной разговором? Бог велел все проблемы решать без применения магии, об этом гласит третий постулат.

– Посмотрел бы я, как вы с такими больными на голову типами разговор будете пробовать заводить, – Кастор ухмыльнулся, но в его взгляде промелькнула злость. – Когда видишь опасность, невозможно думать о том, что грешно, а что нет. В момент, когда я увидел девочку, которой требовалась незамедлительная помощь, я понял, что должен действовать быстро, и было совсем не до постулатов. Во-первых, у мужчины в руке уже был нож, и он мог нанести удар. Во-вторых, если бы я напрямую вмешался сам, этот идиот мог убить меня, и тогда девочка бы точно не спаслась, а на руках преступника было бы уже два преступления. Я не мог так рисковать и просто сделал то, что посчитал должным.

Ивена чувствовала, что маг честен с ней. Можно было и не спрашивать о том, жалеет ли он о содеянном. По глазам она прекрасно видела, что нет.

– Событие происходило вечером, когда на улицах еще достаточно оживленно, – отметила Ивена. – Почему вы решили, что мужчина намерен причинить такой серьезный вред девочке? Только из-за угрозы ножом?

– А вы считаете, что этого мало? – изумился Линдман. – На тот момент там не было оживленно. А психов в мире много, и они куда страшнее магов. Их не всегда волнует, при каких обстоятельствах грабить, насиловать, убивать. Движимые своими грязными желаниями, они просто делают это и все. К тому же у девочки была разбита губа, и это сделал именно тот мужчина. Уже то, что он поднял на нее руку, доказывает, что он мог не остановиться.

Ивена тяжело сглотнула. Мысленно она была согласна с Кастором, но не озвучила это.

– Хорошо, ваше мышление понятно. Но если вы помогли, тогда зачем сбежали?

– А какому магу хочется показываться? – искренне ответил Кастор. – Во благо или не во благо была применена магия, для вас это не имеет никакого значения. Вы в любом случае скажете, что это грех. Так почему бы ни попытаться скрыться, если ты знаешь, что совершил что-то во благо, но тебя за это накажут?

Ивена про себя подумала, что он прав. Любому магу назначается наказание. Какое – зависит от причины. Но даже самое оправданное применение карается штрафом. Не наказывают лишь тех, кто первый раз случайно обнаружил магию. Таких людей заносят в реестр безопасных магов и отправляют в Центр контроля. Но если магией пользуются намеренно, то маг числится уже в реестре опасных, и тут начинается отсчет. За третье применение магии – казнь.

– Господин Линдман, вы верите в Бога? – неожиданно спросила Ивена, пристально глядя на мага.

Он на мгновение задумался, но все же ответил:

– Верю.

Ложь Ивена умела распознавать хорошо. Однако в этот момент она не понимала, соврал Кастор или нет. Это вызвало небольшое смятение внутри.

– Тогда все же странно, что вы прибегли к такому способу спасения девочки. Ведь для верующих людей постулаты многое значат, какая бы ни возникла ситуация.

Ивена продолжила стучать по клавиатуре, занося информацию, но внезапные вопросы Кастора заставили содрогнуться.

– А если бы вы были на месте той девочки, тоже бы отказались от такой помощи мага? Или если бы там была ваша дочь?

Пальцы Ивены замерли. Она подняла голову, глядя на Линдмана, который продолжал в упор смотреть на нее. Именно сейчас скрыть свое смятение полностью не получилось. Очевидно, Кастор подхватил это, но больше ничего говорить не стал. Ивена не знала, что ответить.

– Не стоит говорить о том, что потенциально могло произойти, – отмахнулась она. – Мы разбираемся с тем, что уже произошло. Я на том месте не находилась, а дочери у меня нет, поэтому данные рассуждения бессмысленны.

Понял ли маг, что Ивена лукавит? Ей не очень хотелось знать ответ, поэтому она уставилась в монитор и тихо продолжила заполнять карточку. Захотелось поскорее закончить допрос и попрощаться с Линдманом, но оставались некоторые незавершенные детали. Ивена еще раз прошлась по событиям, задавая уточняющие вопросы, занесла всю недостающую информацию, попросила заполнить документы и сделала заключение.

– Вам необходимо выплатить штраф в данном размере, – она указала на внушительную сумму, напечатанную на бумаге, – на вашу электронную почту придет выставленный счет. Также вы будете находиться некоторое время под наблюдением и обязаны приходить на разговоры со мной. Я должна понять, насколько сильную угрозу вы из себя представляете. В базу я вас уже внесла. Нам также необходимо передать сведения вашему работодателю. Где и кем вы работаете?

– Программист, – он назвал компанию. – Работаю удаленно из дома, часы ставлю себе сам.

– Замечательно. Мы проверим информацию и сообщим туда. А то, что работаете удаленно по плавающему расписанию, очень удобно. Сможете посещать наши беседы.

– Беседы, надо же, – хмыкнул Кастор, – такое доброе слово. Под ним чаще подразумевают что-то дружеское. А чай с печеньками к этим беседам полагается?

– Смотрю, вы согласны, – невозмутимо ответила Ивена, игнорируя шутку. – Тогда назначаю вам встречу на завтра в четырнадцать часов. Устроит?

– Устроит, – согласился Линдман.

Проводив мага, Ивена закончила заполнение документов, выключила компьютер и стала собираться домой. За окном уже стемнело. В ее планы не входило пробыть на работе сегодня так долго, но кто же знал, что маг так удачно встретится в супермаркете именно ей. Ивена испытывала гордость и радость за то, что дело сдвинулось так сильно.

Однако на душе почему-то было не очень спокойно. Ивена постоянно думала о девочке, в голове пронесся вопрос Линдмана. Словно он что-то знал или видел ее сон. Это было лишь совпадением, но не могло не тяготить. Она продолжала чувствовать на себе глубокий взгляд Кастора, словно он осуждал ее за то, что она выдала ему наказание за оказанную помощь. Но ведь всех магов нужно наказывать. Как может быть иначе?

Чтобы как-то отвлечься, Ивена вновь позвонила маме, вернувшись домой.

– Извини, что прервала разговор. Представляешь, вчера потерялся маг, а я его встретила в магазине, пока с тобой говорила. Можно сказать, сам попался.

Она пересказала все детали происшествия и сегодняшнего вечера.

– Слава Богу, я уже переживать стала. – Мона с облегчением выдохнула и гордо произнесла: – Как же тебе повезло, доченька. Очень рада, что у тебя на работе все замечательно. Главное, не позволяй этим магам тебе мозг запудрить. Всем прекрасно известно, что это нехорошие люди, никакого блага от них не жди.

– Да, мам, – по привычке отозвалась Ивена.

Раньше она никогда не сомневалась в правоте этих слов. Но сегодня что-то вдруг заставило.

Глава 4. Сомнений все больше

Рабочий день начался с планового еженедельного совещания. Инквизиторы, в том числе Ивена, собрались за круглым столом в просторном кабинете господина Файтнора. Он быстро пробежался по отчетам каждого, сосредотачивая внимание на некоторых особенно важных деталях, после чего начал подводить итоги.

– Господа, как вы можете заметить, – говорил Файтнор, – участились случаи внезапных проявлений сил у детей. Статистика говорит о том, что за последние месяцы их стало больше. Это весьма печально, учитывая, что с каждым годом показатель пусть и незначительно, но растет. Однако радует, что родители сообщают нам об этом. Эти побуждения стоит поощрять. Но магам необходимо показывать, к чему может привести использование сил и чем это карается. Дети в этом плане особо впечатлительные. Публичные казни стали проводиться все реже, но надо бы назначить хотя бы три таких в ближайшее время, чтобы народ не забывал, к чему приводит грех. Обычно мы приговариваем к такой казни только особо опасных магов, совершивших тяжкое преступление, но сейчас… – он задумался. – Давайте договоримся так. Тех, кто попадется на третьем использовании сил, можно приговорить именно к публичной казни. Не важно, что именно они сделают и во имя чего. Все ясно? Вопросы есть?

– Господин Файтнор, – вступил в разговор инквизитор Ливорг, – я вообще не понимаю, почему бы ни казнить публично их всех. Так маги боялись бы больше. А то периодически кого-то казнят, а кого и где, мало кому известно.

Файтнор задумчиво почесал подбородок и оглядел всех присутствующих.

– Увы, господа, так мы поступать не можем. Во всем следует соблюдать меру. Если все казни проводить публично, то настроение народа может спать упадническим. К тому же это может вызвать ощущение, что магов много. Обычные люди станут бояться, а маги хоть и испугаются, но перестанут сообщать о себе. Однако периодически такая встряска обществу нужна, и ее давно не было. Поэтому, как я сказал, ближайших магов, нарушивших порядок трижды или совершивших тяжкое преступление, следует казнить именно публично.

Начальник еще немного поговорил о статистике, после чего перешел к нравоучениям, что он периодически любил делать.

– Уважаемые коллеги, помните о том, кто вы, а кто маги. Не следует иметь близких связей с ними. Это может плохо отразиться на вашей репутации. Я думал, все из вас и так прекрасно осведомлены в этом, но, видимо, не все. Например, вы, господин Виланди.

Файтнор посмотрел на сотрудника, что сделали и другие коллеги. Инквизитор напрягся и в смятении глядел в ответ на начальника.

– До меня дошли сведения, – говорил Файтнор, – что у вас тесные отношения с женщиной, которая является магом. Это так?

Виланди выпрямился в кресле и чуть задрал подбородок.

– Господин Файтнор, не спешите с выводами, – протестующим тоном начал он. – Никаких отношений у меня нет. В жизни так или иначе приходится взаимодействовать с людьми, и не всегда можно распознать мага. Вполне возможно, что даже среди нас сидит человек со способностями, просто он об этом не знает.

– Не дай Бог! – воскликнула одна из коллег.

– Тут я согласен, – продолжал Виланди. – Но ведь на лбу у человека не написано, кто он. Так вот, и я не всегда знаю, с кем имею дело. Маг, о котором вы говорите, господин Файтнор, моя давняя знакомая еще со студенческих лет. И до недавнего времени я не имел ни малейшего понятия, что она маг. Естественно, эта новость меня не порадовала, но мы просто в приятельских отношениях, и даже другом я этого человека точно не могу назвать, ни то что любовницей. Не могу и не желаю.

– Хорошо, Виланди, – с небольшой долей презрения говорил Файтнор, – я вас понял. Просто хочу напомнить, что мы и маги – люди абсолютно разные. Не стоит жертвовать своей карьерой и уважением ради близкого общения с грешниками. Конечно, у каждого из вас есть своя личная жизнь, и я не в праве вмешиваться, но это, можно сказать, простые общественные нормы, которые следует соблюдать. Надеюсь, меня все услышали.

Ивена задумалась об этом разговоре. Она никогда не дружила и не заводила никаких отношений с магами, но не допускала мыслей, что магом может оказаться кто-то из близких. Что бы она сделала, если бы вдруг выяснилось, например, что Алирин – маг? Это звучит немыслимо, и представить подобное тяжело, но вероятности исключать не стоит. Смогла бы Ивена отвернуться от своей лучшей подруги в таком случае? Вряд ли. Алирин слишком дорога ей. Но что тогда скажут люди? Инквизитор была так близка к магу, но не смогла его распознать и продолжает общаться, как ни в чем не бывало? Осуждений явно не избежать.

А каково тому, кто никогда не хотел быть магом, но вдруг понял, что является им? Ивена вспомнила крик мальчика. Казалось, что от одного внезапного факта у него сломалась вся жизнь. А что бы делала Ивена, если бы сама в себе обнаружила силы? От этого допущения ее передернуло, и она мотнула головой, смахивая неприятную мысль.

– Кстати, коллеги, еще одна важная новость, – объявил Файтнор. – Сейчас активно действует какая-то хакерская группировка, именуемая себя как «Серые ветра». Они взламывают различные сайты, пытаются с их помощью компрометировать инквизицию и внушают людям мысли о том, что магию и магов подавляют незаслуженно. Когда будете проводить допросы, постарайтесь аккуратно что-нибудь выяснить об этом, вдруг кто-то из ваших подопечных что-то знает. Но действуйте крайне осторожно.

Все присутствующие дали понять, что приняли к сведению данную информацию и сделают все возможное. Ивена сразу вспомнила о том, что Кастор программист. Его явно стоит спросить о группировке.

– Что ж, о плохом поговорили, можно и о хорошем, – заявил Файтнор и внезапно посмотрел на Ивену. – Я очень рад тому, как некоторые из вас несут службу. Например, вы, госпожа Ноттен. Стоит отметить, что вы среди нашего коллектива самый юный инквизитор, но ваши успехи потрясающие. Кто еще не знает, на днях сбежал маг, и Ноттен смогла его обнаружить сама достаточно быстро. Вместо того, чтобы вызвать дежурного инквизитора, она пожертвовала своим личным временем и привела мага прямиком в отделение, продолжила работу с ним. Госпожа Ноттен, я восхищен вами.

Файтнор почтительно наклонил голову и сложил пальцы в замок. Ивена повторила этот жест в знак признательности и благодарности. Ей действительно было приятно, что заслуги не остались незамеченными. Но дальнейшие слова начальника резко вытеснили всю радость.

– Жаль, что тот мужчина, напавший на девчонку, выжил. Если бы маг его убил, сразу бы его самого на казнь отправили, и в мире было бы на два преступника меньше.

Ивена ничего не ответила, никаких эмоций не выказала. Однако внутри нее возродилось негодование. Файтнор желал смерти одного человека во имя смерти другого, чтобы просто запугать народ. Это казалось чем-то неправильным и неприемлемым.

Начальник обсудил еще некоторые заслуги других сотрудников, после чего совещание закончилось. Впереди Ивену ожидала ее привычная работа.

Ровно в два часа дня на допрос явился Линдман. Как выяснилось, штраф он уже выплатил сегодня утром. Кастор сидел, пристально глядя на Ивену, а она все прокручивала в голове слова начальника, которые почему-то ей совсем не понравились. Но о своих сомнениях она подумает позже. А лучше и вовсе о них забыть.

– Господин Линдман, благодарю за то, что выполнили обязательство так быстро, – одобрительно сказала Ивена. – Теперь мне нужно узнать еще некоторую информацию о вас. Скажите, как давно вы обнаружили в себе магические силы?

– Давно, – сухо бросил Кастор.

Ивена выжидающе смотрела на него, но маг молчал.

– Господин Линдман, я бы попросила давать более развернутые ответы, чтобы сократить время ваших визитов. Поверьте, мне тоже есть, чем еще заняться на работе. Но я все равно буду спрашивать вас о деталях. Вы и сами явно догадываетесь, какие примерно последуют вопросы. Поэтому расскажите больше о том, когда именно это произошло и при каких обстоятельствах. Также поясните, почему вы об этом не сообщили в инквизицию.

Кастор откинулся на спинку стула и все-таки принялся рассказывать.

– Обнаружил в подростковом возрасте. Мне было пятнадцать, и я делал уроки, сидя за компьютером. У меня что-то не получалось, я разозлился и слегка хлопнул рукой по столу. Пальцы вдруг сверкнули. Я сначала не понял, показалось или нет, но будто почувствовал в себе что-то, чего не замечал ранее. И уже мгновение спустя увидел, что компьютер вырубился. Он перегорел от внезапного заряда. Конечно, я сильно испугался, но сообщил родителям. Мы не стали никому докладывать, потому что я пообещал им, что не буду пользоваться магией. Всем было страшно говорить об этом кому-то.

– Однако вы свое обещание нарушили, – подметила Ивена. – Вы, конечно, уже не подросток, но что по этому поводу думают ваши родители?

– Увы, об этом я уже никогда не узнаю.

Ивене показалось, что взгляд Кастора в этот момент выражал еле уловимое осуждение. Линдман чуть нахмурился, а ей стало неловко, что она так бестактно поставила вопрос, но высказанных слов уже не вернуть. Однако держать лицо следует и дальше. Да и разве должно волновать, что там о ней этот маг будет думать?

– Сожалею о вашей утрате, господин Линдман. Но я никак не могу одобрить, что вы промолчали. Вы испытывали вину за то, что оказались магом?

– Нет, – без колебаний ответил Кастор.

– Но вы говорили, что верите в Бога, а он против магии, – напомнила Ивена. – И еще утверждали, что испугались.

– Испугался я за то, что скажут другие, если узнают. Но я никогда не считал себя плохим человеком. А верить и испытывать чувство вины – это разные вещи, которые никак в данном случае не связаны. Я не виноват, что родился магом. А что касается веры в Бога… Допускаю, что он существует, но очень сомневаюсь в том, что он так прямо указывал, как нам жить.

Пусть и считалось, что Бог все-таки делал так, Ивена не захотела тратить силы на спор и перешла к другому.

– Вы электромаг, и ваши способности одни из самых опасных. Как вы научились сами их контролировать?

– Я тайно пытался познать силы наедине. Прекрасно понимал, что могу быть опасен, но и не хотел оказаться в списке магов. Моя мать служила при церкви, и это помешало бы ее карьере.

– Выходит, вы нарушили свое обещание практически сразу. Извиняюсь, что приходится затрагивать эту тему, но… Если ваша мать там служила, как она отнеслась к тому, что вы оказались магом? Для верующих это обычно серьезный удар.

Кастор усмехнулся. По его выражению лица Ивена уже приготовилась, что он или съязвит, или как-то переведет тему на нее. И маг оправдал ее ожидания.

– А если бы у вас был сын, который вдруг оказался магом, вы бы от него отреклись? – спросил он.

– Господин Линдман, – Ивена протяжно вздохнула, – почему вам так нравится интересоваться моей жизнью? Если бы я, если бы дочь, если бы сын. Допрос веду у вас я, а не наоборот, так что будьте добры отвечать прямо, не переводя стрелки. Это занимает лишнее время и совершенно неуместно.

– Просто хочется иногда послушать, как мыслят инквизиторы, – с любопытством ответил Кастор. – Знаете, допросы устраивают только магам. Вы все пытаетесь нас подловить, разоблачить. А что у вас в головах? Лишь злобный настрой или хоть что-то человеческое тоже есть? Мир пытается показать, что он цивилизованный. У нас процветает наука, технологии. Но при этом до сих пор существуют казни. Как-то в голове это не укладывается.

– Первый постулат гласит: все благо, что естественно. Развитие науки и познание вещей – это естественный процесс развития человечества. Но магия – противоестественно. Следовательно, ее нужно контролировать и искоренять, если она наносит вред.

Кастор, продолжая пристально смотреть Ивене в глаза, с вызовом произнес:

– А если она приносит пользу? Эту мысль почему-то никто не хочет допускать.

Неожиданно Ивена поймала себя на том, что уже невольно допустила ее. Главное, не показывать это магу. Ни в коем случае нельзя соглашаться с ним. Этому учили еще в академии инквизиции. Ивена должна следовать правилам.

– В любом случае, существуют законы, и магам они известны, – напомнила она. – Поэтому маги сами обрекают себя на смерть, рискуя.

– Даже если они пытаются предотвратить смерть другого?

Не успела Ивена вникнуть в суть вопроса и придумать достойный ответ, как зазвонил рабочий телефон.

– Диспетчерская, – услышала она в трубке. – Поступил вызов с улицы Мира, вас отправляют на место, чтобы зафиксировать происшествие.

Можно было сослаться на то, что у Ивены еще не закончен допрос мага, и передать вызов другому инквизитору, но она решила не делать этого. С Линдманом захотелось скорее закончить, а то длительные разговоры с ним затуманивают разум.

– Поняла. Сейчас отправлюсь.

Ивена положила трубку и взглянула на Кастора.

– Возникло срочное дело, но мне хотелось бы еще кое-что у вас узнать. Скажите, господин Линдман, вы предпринимаете какие-либо попытки активно повлиять на мышление людей, показывая, будто магия – это не плохо? Прошу дать честный ответ.

Маг бесшумно посмеялся.

– Я тоже слежу за новостями и предполагал, что вы меня попытаетесь обвинить, зная, в какой сфере я работаю. Давайте я сразу сокращу наш разговор и скажу, что к взломам сайтов никаким образом не причастен.

– А о группировке «Серые ветра» вам что-нибудь известно? – Ивена смотрела очень внимательно, пытаясь поймать каждую эмоцию на лице Кастора.

– То же, что известно и вам, – ровным тоном ответил он. – Знаю лишь о ее существовании, но лично ни с кем оттуда не знаком, если вдруг вы и это предполагаете. И нет, я к ним не обращался.

Ивене показалось, что маг не врет. В какой-то мере это успокоило, хоть и никак не приблизило к новой информации.

– Хорошо, я вас поняла. На сегодня допрос закончен. Думаю, мы и так уделили друг другу достаточно времени. Следующую встречу предлагаю назначить на понедельник в это же время. Вас устроит?

Кастор задумался, анализируя что-то в голове.

– А если у меня возникнут дела?

– Все мы люди, и в жизни бывают разные обстоятельства, – спокойно говорила Ивена. – Хорошо, что благодаря науке у нас с вами есть средства коммуникации, поэтому в случае чего вы можете сообщить мне об этом. Мой номер вам известен. Главное, будьте всегда на связи.

Кивнув, Кастор встал и отправился на выход. Проводив его, Ивена собралась и побежала на парковку, где ее уже ожидал Морис. Ехать нужно было в центр, и откуда-то в разгар дня возникли пробки. Морис, как обычно, пританцовывал под музыку.

– Ты, конечно, крута, что мага поймала. Все об этом говорят. Я в шоке, – одобрительно воскликнул он.

– Ты мой шок не видел. – Ивена махнула рукой.

– И как этот маг? Слишком опасен?

Ивена вдруг задумалась. Она повидала многих магов, и некоторые действительно представляли из себя угрозу, но не все. И точно не Линдман. Вспомнился вопрос, заданный им перед звонком от диспетчера. Что имел в виду маг? Что, спасая девочку, предотвратил ее смерть? Но ведь не факт, что ее бы убили. Кастор всячески намекает, что магия может быть направлена во благо. Но разве магия и благо – совместимые вещи? Ведь постулаты гласят обратное, а все опирается именно на них. Все благо, что естественно. Магия к этому не имеет никакого отношения.

Однако Ивена вновь решила себе не врать. Даже есть бы Джидит не убили, ей уже причинили вред, а могли причинить еще больше, и от этой мысли становилось тошно. Ивена поняла, что не испытывает злости по отношению к магу, она испытывает ее к нападавшему мужчине. Именно его хотелось наказать больше всего. К счастью, этим занимались другие службы.

Но не будь рядом Линдмана, что произошло бы? Об этом даже думать не хотелось. Как бы ни было тяжело признать, а маг оказался рядом очень вовремя.

– Эй, ты уснула? – голос Мориса вывел Ивену из задумчивости.

– Нет, – тихо ответила она.

Если Морис подумал, что это был ответ на его последний вопрос, то он ошибался. Ивена ответила на предыдущий.

– Ты какая-то странная сегодня, – констатировал Морис, проворачивая руль. – Что, такой тяжелый допрос был?

– Знаешь, да. Действительно тяжелый.

Она не стала пояснять, почему. Не признаваться же, что допрос посеял в ее голове зерна сомнений, которых быть ни в коем случае не должно.

– Понимаю. Этот маг поди еще и оправдывался, что ничего плохого не хотел. Все они, грешники, любят из себя невинных строить.

«Но он и правда не хотел плохого» – пронеслось в голове Ивены. Однако озвучивать эту мысль она не стала, Морис не поймет и не одобрит.

Ивену вдруг одолела злость. Почему какой-то маг, внезапно ворвавшийся в ее жизнь, заставляет сомневаться в устойчивых вещах? Такого быть не должно. Ивена верна своему делу и не может отрицать его правильность.

– Грешная магия, – выругалась она.

Морис понимающе кивнул.

– Тебе надо почаще отвлекаться. Вот пока едем, расскажу кое-что интересненькое. Я сегодня утром с пацанами на парковке стоял, и такое услышал… – он принялся делиться сплетнями, на которых Ивена не сосредотачивала внимание, а просто пропускала мимо ушей.

Они приехали к назначенному месту. Вызов вновь поступил не с квартиры, а с улицы, но в этот раз маг был на месте. И им оказалась молодая девушка, года на четыре младше Ивены. Она стояла рядом с пожилой женщиной, которая сокрушенно что-то бубнила себе под нос.

Ивена принялась допрашивать обеих о том, кто отправил вызов и что произошло. Оказалось, что пожаловалась именно женщина. Она спокойно шла по дороге, но в нее врезался велосипедист. Женщина упала и почувствовала сильную боль в руке. Велосипедист уехал, не остановившись, но подбежала девушка по имени Вия. Она помогла женщине подняться и поняла, что у той сломана рука. Вия решила незаметно срастить кость, помогая облегчить боль, но женщина смекнула, что происходит магическое воздействие.

– Я сразу оттолкнула эту мерзавку! – яростно воскликнула пострадавшая. – Нет, чтобы помочь скорую вызвать, так она начала грешить на мне, осквернять мое тело! Мне такого не надо! Это вам молодым еще жить и жить, а мне скоро помирать, и я уже ни от каких грехов отмыться не смогу. Ох, горе, горе…

– Но я же правда хотела помочь… В этом же ничего плохого… – бормотала Вия. В ее глазах появились отблески накативших слез.

«Да откуда ж вы такие беретесь?» – проскользнул вопрос в мыслях Ивены.

Девушку доставили в отделение. Пока ехали, Ивена вновь пребывала в задумчивости. Снова маг пытался кого-то спасти, но пострадавшая даже не поблагодарила за облегчение боли. Она и о велосипедисте не спрашивала, хотя именно он был виноват больше. Вся злость, вся ненависть были направлены на девушку, которая покорно ехала в машине.

– Что за дичь творится? – бесшумно, лишь одними губами проговорила Ивена.

Оказалось, что Вия уже была в реестре, но как безопасный маг. Она проходила обучение в Центре контроля пять лет назад, и вот попалась на использовании магии вновь. Только этот раз вынуждал перенести ее уже в реестр опасных магов.

На сердце у Ивены стало как-то тягостно. Неправильное это название – опасные маги. Кастор, Вия. Да, они согрешили, но сделали это из благих побуждений. Они рискнули собой во имя помощи другим, абсолютно чужим людям. Ивене этот факт никак не давал покоя. Да разве может такое быть? Разве это нормально?

– Зачем же ты так открыто действовала? Что ж вам, таким благородным магам, неймется? – отчаянно спросила Ивена, не сдержавшись. – Ведь очевидно, что женщина бы распознала магию.

– Я надеялась, что она не заметит, – призналась Вия. – Или что сделает вид, будто ничего не поняла. Пожилые люди часто добрые и ценят помощь, но…

Она затихла, будто в ее горле встал ком от обиды.

– Пожилые также обычно самые верующие, – пометила Ивена. – Конечно, она бы не промолчала.

– Но они же видели целую жизнь. Неужели даже за столько лет человек не может понять, что маги способны помогать?

После этих слов в глазах Вии промелькнул испуг, все-таки рядом с инквизитором за речью нужно тщательно следить. Но Ивена ответила понимающим взглядом, ведь и сама задавалась таким же вопросом.

– Люди не главные в этом мире. Не мы установили такие правила, – сказала Ивена привычную фразу, но именно сейчас уловила, как же искусственно и бредово она звучит.

В выходной Ивена в одиночку отправилась в храм, чтобы помолиться. В душе будто поселилась какая-то чернота, которую срочно требовалось уничтожить. Ивена все делала правильно, продолжала выполнять долг, но беспокоило то, что ее мысли относительно доброты магов могут показаться грешными. Нельзя думать о магах, нельзя оправдывать их.

Ивена попросила прощения за свои сомнения, за недопустимые размышления. Извинялась искренне, как только могла. Она надеялась, что после посещения храма станет легче. Гора, созданная наваждениями, рухнет с плеч, и жизнь продолжится. Все будет как раньше. Все встанет на свои места.

Но этого не произошло. Легче совсем не стало. Наоборот, посетило чувство еще большей неправильности, словно именно сейчас Ивена делает что-то не то.

Глава 5. Сбой в программе

В понедельник Ивена ждала Линдмана на допрос. Стрелки часов уже приближались к двум, но его все не было. Не явился он и через пятнадцать минут. Ивена все это время пыталась дозвониться до мага, но его телефон был недоступен. Это стало напрягать и раздражать, и она уже усомнилась в порядочности и благих намерениях мага.

Пришлось вызвать Мориса и отправиться прямиком к Линдману домой. Негодование Ивены росло с каждой секундой, и она представляла, как сейчас выскажет все этому человеку. Но открывать дверь он не спешил. Ивена постучалась еще сильнее, и наконец-то раздался щелчок.

Не ожидая приглашения, Ивена влетела в коридор. В глазах Кастора четко отразились недоумение и удивление, а после – небольшой испуг. Ивена быстро оглядела мага. На нем была обычная растянутая футболка с логотипом известной музыкальной группы и домашние штаны, словно он никуда не собирался идти.

– Господин Линдман, мне бы очень хотелось узнать, почему вы не соизволили явиться на допрос в назначенный час? – раздраженно выпалила Ивена. Сохранять спокойствие стало тяжело. – Почему я вынуждена тратить свое время, дергать водителя и ехать за вами домой? Вы вообще знаете, что такое ответственность? Вешаете мне лапшу на уши про то, какой вы хороший, но даже не можете выполнить элементарное обязательство!

– Я же отправил вам сообщение. – Кастор озадаченно потер голову рукой, глядя на Ивену.

– Никаких сообщений от вас не поступало, так что не нужно так нагло врать. Думаете, что я глупая и поведусь на столь нелепые отговорки?

Разговор прервал внезапный грохот. Оба обернулись в сторону гостиной, из которой виновато выглянула маленькая девочка, которой на вид было около четырех лет. Увидев Ивену, она выпучила большие глаза, изумленно ахнула и медленно подобралась к Кастору. Спрятавшись за его ногами, она потянула за штанину, как бы прося, чтобы он присел. Кастор так и сделал.

– Тея, побудь пока в гостиной, поиграй. Хорошо? – он произнес это таким ласковым тоном, что Ивена приподняла брови от неожиданности. Гнев начал потихоньку стихать, уступая место нежданной неловкости.

Игнорируя просьбу мага, девочка продолжила стоять и с опаской смотреть на Ивену.

– Тебя что, эта тетя заберет? – еле слышно спросила Тея, указывая на нее маленьким пальчиком.

Глаза Теи мгновенно наполнились слезами, задергались нижняя губа и подбородок. Кастор и Ивена переглянулись, после чего он бережно прижал девочку к себе, но та все еще не отводила напуганного взгляда от незваного гостя.

– Не заберет, не волнуйся, моя маленькая. – Кастор погладил ее по голове и вдруг спохватился. – Кстати, ты случайно не трогала мой телефон?

Тея медленно и неуверенно покивала головой, подтверждая.

– А куда ты его дела? – насторожился Кастор.

Отстранившись, девочка побежала в комнату и из завала игрушек достала телефон. Подойдя к Кастору, она виновато протянула его. Оказалось, что он был выключен.

– Тея, ну я же просил тебя его не трогать. – Кастор включил телефон и проверил сообщения. Там, очевидно, было пусто. Он раздосадовано обратился к Ивене: – Похоже, она его случайно удалила из диалога. Простите, не углядел. Ребенок…

Он посмотрел на девочку, и та начала беззвучно плакать. Кастор вновь обнял ее.

– Зачем ты лазила в нем?

– Я хотела поиграть, – Тея всхлипнула.

– Твоя мама для чего столько игрушек здесь оставила? Чтобы ты в них играла, а не в мой телефон, – причитал Кастор, но делал это очень спокойно, не повышая голоса, чтобы не пугать еще больше. – А то ты потыкаешь чего-нибудь, а мне потом разбираться. Больше не трогай, хорошо?

Она опять покачала головой, утыкаясь Кастору в плечо и крепко обнимая за шею.

– Скажи этой тетеньке, чтобы она ушла, – дрожащим шепотом произнесла девочка, но Ивена услышала. – Я не хочу, чтобы тебя забрали. Я боюсь.

– Куколка, я же сказал, меня не заберут. – Он успокаивающе погладил ее по спинке. – Мы сейчас поговорим, и она уйдет, а я продолжу с тобой играть. Договорились? Иди пока что на кухню, можешь достать из коробки сразу две конфетки. И не плачь. Я скоро приду.

Тея схватила лежащего рядом плюшевого слона, вновь со страхом в заплаканных глазах глянула на Ивену и быстро умчалась на кухню.

У Ивены ком в горле встал. Она привычно старалась держать лицо, но стало ужасно неприятно, что маленькая девочка так ее восприняла, испугалась, словно Ивена – монстр. Она пожалела, что дала волю эмоциям и громко возмущалась, когда только пришла. Должно быть, ребенок это услышал. Теперь Ивене не хотелось смотреть в глаза Кастору.

– Еще раз прошу прощения за это недоразумение, – серьезно произнес он, и в голосе слышалось сожаление. – Не думал, что у Теи получится случайно удалить сообщение. Видимо, я не закрыл наш диалог, а как только отвлекся, она взяла телефон и начала баловаться с ним.

До этого Кастор был при Ивене достаточно уверенным и сдержанным, но теперь пребывал в смятении, от чего казался уязвимым. «Надевает иногда маску. Так же, как и я порой. А на деле самый обычный, живой человек» – подумала Ивена.

– Это ваша дочь? – поинтересовалась она, глядя в сторону кухни.

– Племянница. Моя сестра хирург, работает по сменам, а свою дочь часто оставляет мне, так как я работаю удаленно и могу уделять ей время. Сегодня она не планировала отдавать мне Тею, но ее срочно вызвали, поэтому пришлось отменить нашу с вами встречу. Но вышло вот так. – Кастор растерянно всплеснул руками.

– Полагаю, девочка знает о том, что вы маг, раз так испугалась?

– Знает. От близких людей я не скрываю этого… Больше не скрываю. Предвещаю ваш дальнейший вопрос. Относятся ко мне нормально. Моя семья видит во мне человека, а не грешного мага, каким видите вы.

Кастор произнес это с долей укора, и Ивена все-таки посмотрела на него. Он говорил про всех инквизиторов, но ей казалось, что только о ней. Знал бы, что именно он поселил в ее голову неподобающие периодические мысли о том, что маги могут быть нормальными.

– Вы так сказали, будто сами считаете, что маги – это не люди.

– Так считаете вы. Разве нет?

В серых глазах мелькнул вызов, будто Кастор ждал определенного ответа. Но вместе с этим в них была какая-то надежда услышать что-то иное. Не то, что обычно говорят инквизиторы. Однако Ивена не могла себе такого позволить, поэтому проигнорировала вопрос.

– Значит, ваша семья вас принимает… – протянула она. – А другие люди? Коллеги, друзья, бывшая жена, возлюбленная?

Кастор лукаво улыбнулся.

– Как хитро вы соскользнули к теме о моей личной жизни.

– Я выполняю свои обязанности, задавая вам все необходимые вопросы, – невозмутимо ответила Ивена. – Поверьте, если бы не работа, ваша личная жизнь меня бы совершенно не интересовала.

Облокотившись на стену, Кастор прикусил губу, исподлобья глянул на Ивену и низко произнес:

– А если не поверю?

Теперь уязвимой почувствовала себя Ивена. Она решила и на этот вопрос не отвечать. Слишком много маг о себе возомнил, раз уже не первый раз пытается ее спровоцировать.

– Вы ушли от ответа на мой вопрос, – холодно указала она.

– Вы с моими вопросами поступаете точно так же и подаете мне тем самым дурной пример, – парировал Кастор.

– Я не обязана отвечать на ваши вопросы, а вы на мои обязаны.

Маг расслабленно пожал плечами, как бы соглашаясь.

– С коллегами об этом я не говорил и не считаю нужным. Нас связывают чисто рабочие отношения. Друзей у меня не очень много, но те, что есть, ничего против не имеют, раз продолжают называться моими друзьями. По поводу бывшей жены… – Он нахмурился, отводя взгляд. – Ей это не нравилось, но не думаю, что этот вопрос сейчас актуален. Она в моей жизни больше не участвует. А на данный момент ни в каких отношениях я не состою.

Почему-то от последней фразы Ивена почувствовала облегчение, но тут же мысленно поругала себя за это. Какая ей разница, что он один? Что с того? Линдман точно не тот, на кого стоит глаз положить.

– Вы довольны? – поинтересовался он.

– Мне плевать, в отношениях вы или нет, – не успев подумать, сказала Ивена.

– Вообще-то я имел в виду, довольны ли вы тем, что я ответил на все ваши вопросы, – подловил Кастор, и его губы растянулись в хитрой улыбке.

У Ивены внутри все вспыхнуло. Как она могла попасться на такой ерунде? От раздражения и злости на себя она стиснула зубы, но после напустила на себя привычное равнодушие.

– Знаете, господин Линдман, мне надоело стоять и общаться в вашем коридоре. Явно не лучшие условия для нашей беседы.

– Ах да, беседа. Как вы любите это слово, – вновь усмехнулся Кастор, продолжая пребывать в игривом настроении. Испытывать вину он явно перестал. – Согласен, в коридоре не очень удобно. Неужели все-таки намекаете на то, чтобы перебраться на кухню, и на чай с печеньками? Вы в прошлый раз так и не предложили, когда мы беседовали, – на последнем слове он сделал особый акцент, – а я могу предложить.

Как бы Кастор ни пытался разрядить обстановку, Ивене становилось только хуже. Будто опять какой-то груз лег на душу. Маг ведет себя так, будто она просто обычная девушка, которая пришла к нему в гости. Или он делает это специально, как бы издеваясь? Разве может маг проявлять дружелюбие к инквизитору и заигрывать? Наверняка только ради собственного самоутверждения.

– На данный момент лучше предложите это своей племяннице.

Именно в эту минуту Тея осторожно выглянула из кухни, глядя на двух взрослых. Ивене вспомнилось, как бережно Кастор обращался с ней, как она испугалась. Вновь стало неловко и возникло чувство, что она здесь лишняя.

– Считайте, что на сегодня разговор закончен, – подытожила Ивена, – но впредь попрошу быть ответственнее, следить за ребенком и за телефоном. До встречи, господин Линдман.

– До свидания, госпожа Ноттен.

Она быстро вышла. Настроение сделалось самым паршивым. Спешным шагом Ивена вернулась к машине, открыла дверь, села и резко ее захлопнула. Морис, который в это время мирно курил сигарету, вздрогнул и уставился на коллегу.

– А где маг? – поинтересовался он, выпуская дым.

– Нянькой заделался. Заводи уже машину и двигаем обратно. – Ивена дергано пристегнулась.

– Не понял. – Морис продолжал смотреть недоуменно. – Нянькой? Ты его с собой не потащила, что ли?

Ивена повернула голову к Морису и бросила раздраженный взгляд.

– А ты видишь его здесь? Нет? Значит, не потащила. А сил невидимости вроде как не существует, по крайней мере, не обнаружены еще. Так что перестань спрашивать меня о глупостях. И так время потратили, еще и болтаем без толку. И хватит уже курить, надоело! Вся твоим дымом провоняю!

Никогда ранее Ивена не разговаривала с Морисом подобным грубым тоном. Она часто могла поворчать, но это не воспринималось серьезно, и Морис любил по этому поводу шутить, пытаясь поднять настроение себе и Ивене.

– Да ладно, чего взъелась-то, ворчунья? – Морис выставил руки перед собой, после чего завел машину. – У тебя месячные начались, что ли? Конфетку съешь, может, успокоишься. Хоть сразу всю пачку, а то еще кусаться и драться начнешь.

В этот раз Ивена не посмеялась, но и ничего не ответила, лишь попыталась усмирить свой пыл. Ехали они молча. Морис не стал дальше беспокоить Ивену, а включил свою любимую музыку.

Ивена сама толком не понимала, что ее так сильно вывело из себя, и она начала в голове это анализировать. Больше всего злили не заигрывания Линдмана, не то, что он не смог прийти на допрос, а то, что Ивена уловила искру симпатии к нему. Ей понравилось, как он общался с ребенком, понравились его честность, открытость и какая-то простота, и эти непрошеные чувства грызли изнутри. Она знала, что обязана быть еще жестче, не должна сочувствовать магу, и уж тем более не должна позволять ему разговаривать с ней подобным образом. Знала и корила себя за то, что не может. Общение с Кастором что-то всколыхнуло в душе, и это переворачивало привычное представление о магах.

Маги порой умеют хорошо манипулировать, пытаясь вызвать жалость или вину у самих инквизиторов. И у Ивены эта вина все больше росла. Только вот действительно ли дело в манипуляции? Или маг в чем-то прав? В голове эхом раздавались его слова о том, что магия может быть направлена во благо, может кого-то спасти. Вероятно, некоторые люди допускают такое, но никто не говорит в открытую. Так не принято. Так думать грешно.

Но Ивена думала. А еще снова вспомнила слова начальника о том, что было бы неплохо казнить этого мага, вспомнила маленькую девочку, ее испуганные глаза. «Тебя что, эта тетя заберет?». А если бы она забрала? Если бы его приговорили к казни, как бы кроха это пережила?

Закрыв глаза, Ивена начала глубоко дышать, пытаясь утихомирить свои эмоции. Не зря их учили, что не стоит инквизиторам проникать на личную территорию мага и общаться с ним там, это может вызвать неподобающие чувства по отношению к нему и привязанность.

– Может, это было специально подстроено? – произнесла Ивена себе под нос.

– Ты о чем? – спросил Морис, делая музыку чуть тише.

Ивена задумалась, стоит ли говорить, но все-таки решилась. Может, это прогонит ее наваждение? Может, Морис приведет ее мысли в порядок?

– Да я об этом Линдмане. Он сказал, что отправлял сообщение, будто не сможет прийти на допрос из-за своей племянницы. Ему ее сестра привезла. У меня никакого сообщения не было, и он сказал, что это девочка его случайно стерла из диалога, а телефон выключила. Девочка еще так на меня смотрела, словно я враг народа, потому что дядьку ее хочу забрать.

Ивене вновь стало обидно и горько, что ее так восприняли, но она продолжила:

– И я же поверила в это. А сейчас думаю: может, это специально? Вдруг он… Ну… Подговорил девочку, чтобы попытаться меня растрогать и вызвать чувство вины, манипулировал, чтобы и на допрос не идти?

– Да по-любому так и есть, – уверенно воскликнул Морис, словно это вполне очевидный факт. – Или ты вдруг возомнила, что маги честные? Да был бы он такой, то заявился бы давно к нам, а он мало того, что скрывался, так еще и с места преступления сбежал. Ты из-за него так загрузилась?

– Не люблю, когда меня заставляют в чем-то сомневаться.

– Так ты и не сомневайся, тут даже думать не о чем. Очевидно, он просто издевается над тобой. Захотел выставить себя героем, а после попытался сделать так, чтобы ты прониклась к нему сочувствием. Чистой воды манипуляция. Так что на следующем допросе я бы на твоем месте в такой угол его загнал, чтобы он даже слово «магия» произносить боялся.

Ивена посмотрела на Мориса. Простой, хороший, веселый парень, готовый всегда прийти на помощь, поддержать, поднять настроение. Может ли он быть неправ в данной ситуации? Ответ в голове прозвучал сам. Может. Задумывался ли он когда-нибудь хоть на секунду о том, что магия может приносить пользу? Вряд ли. А что бы сказал, если бы ему когда-то маг помог? Тоже бы считал, что это из плохих побуждений? Ивена боялась озвучивать свои дальнейшие мысли, углубляя тему. Достаточно того, что она уже невольно продемонстрировала свою слабость, а этого быть не должно.

– Так и сделаю, – бросила Ивена, держа серьезное лицо.

– Вот и правильно, – улыбнулся Морис, – вот это я понимаю – инквизитор Ноттен. Безжалостная, справедливая. Так держать!

То, что считалось комплиментами, в этот раз Ивена восприняла совсем не так. Слово «безжалостная» ей совсем не понравилось, ведь она не считала себя монстром. И точно ли она действует справедливо? Например, когда приговаривает к казни? Когда наказывает магов за то, что они пытались помочь?

«Боже, прости меня за мои грешные мысли. Что же со мной происходит?» – подумала Ивена про себя и посмотрела на небо. Грешный Кастор Линдман. Так хотелось злиться именно на него, обвинять, ненавидеть за то, что вторгся своими действиями и высказываниями в мысли Ивены, но она просто не могла. Совесть не позволяла этого делать, обвиняя саму Ивену.

Вечером дома тоже лучше не становилось. Ивену сковывало внутри и казалось, что она задыхается. Срочно требовалось отвлечься, поговорить с кем-то, и Ивена позвонила маме. Может, самый близкий человек хоть как-то поможет? Но о чем бы они ни говорили, душило непреодолимое желание завести разговор о магах.

– Мам, скажи, – неуверенно начала Ивена, – а тебе когда-нибудь помогали маги? Я имею в виду именно своими способностями.

– Доча, ты о чем? Какая помощь? – Мона ахнула. – Никогда маги об этом даже думать не станут. Да и, знаешь, пусть не думают. Это же огромный грех. В их руках такая сила и мощь, которой можно лишь причинить вред.

– Ну разве прям совсем никто из них не делал ничего хорошего? – с надеждой спросила Ивена. – Может, не именно тебе, а кому-то из знакомых?

В трубке повисло молчание на несколько секунд. Мона, видимо, пыталась вспомнить какие-нибудь случаи.

– Бывали, конечно, моменты, когда кто-то из магов поступал хорошо, да простит меня Бог за такие слова. Правда, это было не со мной. Но вот если говорить именно о применении магии, то мне однажды коллега рассказывала, как маг телекинетик вытянул пулю, когда в ее мужа кто-то выстрелил. Он был военным и выполнял какое-то задание. Давно было, уже подробностей не помню, но, говорили, пуля вошла глубоко. Получается, что маг помог… А еще мне рассказывала тетя Зуэлла. Помнишь ее? Так вот, маг ей понижал температуру, когда она сильно болела. Хотя тут спорный момент, ведь при температуре организм борется с вирусами, а маг не давал этого делать. Но она чувствовала себя легче. Зуэлла утверждала, что этот маг ей хотел помочь, но кто его знает? Может, он ее так совсем убить хотел, а выставил себя в хорошем свете. В общем, разные бывали случаи, но это не значит, что магам стоит доверять. Они могут специально выставлять себя героями, но совсем не являться таковыми. Я им никогда не верю. Ивена, родная, а почему ты спрашиваешь?

Лежа на кровати, Ивена прикрыла глаза. Одной рукой она прислонила телефон к уху, а другой вымучено потерла лицо. Зажмурилась. Рассказы мамы только укрепили ее сомнения. Ведь случаев помощи может быть гораздо больше, чем об этом говорят. Просто люди не воспринимают это как помощь.

– Понимаешь, мне несколько раз подряд попадались маги, которые пытались… как бы действовать во благо. Один маг спас девочку от идиота, который пытался ее ограбить, ударил и угрожал, другой защищал свою семью, а одна девушка облегчала боль незнакомой женщине, сращивая сломанную кость. И я что-то задумалась над этим…

– Ивена, побойся Бога, – воскликнула Мона, перебивая. – Ты же помнишь о постулатах и чтишь их, как никто другой. Как тебе в голову могли прийти сомнения? Всем известно, что магия – это ужасно. Это абсолютно ненужная и неправильная вещь. Все проблемы можно решить без нее, так что даже не думай об обратном. Ладно ты со мной об этом говоришь, я твоя мать, но с другими будь осторожнее с такой темой, пожалуйста. Мало ли, что о тебе подумают.

Она явно не хотела продолжать этот разговор, но Ивена решилась на еще один вопрос.

– Мам, а если бы вдруг обнаружилось, что я маг, как бы ты поступила? Ну, например, если бы я, будучи подростком, открыла это в себе?

Ей сразу вспомнился Линдман. В его духе было спрашивать что-то с «если бы», но Ивена неожиданно сама почувствовала потребность в подобных вопросах.

– Милая… Что же за вопрос такой… – растерялась Мона.

– Просто скажи честно. Это чисто из любопытства. Я не маг, не переживай.

– Я бы умоляла тебя не пользоваться магическими силами, но не отреклась бы от тебя. Не важно, ребенок ты, подросток или взрослый человек. Ты в любом случае моя любимая доченька.

Этот ответ немного успокоил, но Ивена продолжила:

– А если бы я все-таки использовала магию, чтобы спасти кого-то? Как этот электромаг, например. Я спрашивала его, что думают его родители по этому поводу, но их уже нет, поэтому он ответить не мог. А мне все еще интересно, как бы к подобному отнеслись родители мага.

– Родная, ну я-то не такой родитель, к счастью. Мне трудно сказать. – Мона тяжело вздохнула. – Ох, что-то не по себе даже от такого допущения стало, аж сердце закололо. Ивена, милая, прекращай думать о глупостях. Ты, видимо, все-таки перенапряглась на работе. Грузишь себя дополнительными часами. Ты у меня умница, но и отдыхать тоже надо.

– Да, мам. Ты права.

Ивена поняла, что нет смысла продолжать разговор, да и уже не хотелось тревожить маму еще больше. Было легче от того, что она поделилась с кем-то некоторыми мыслями, но ответы мамы не обеспечили ее полным спокойствием. Моне было тяжело представлять подобное, и Ивена это понимала, не могла винить. Винила по-прежнему лишь себя.

Засыпая, ворох разных мыслей крутился в ее голове. Ивене вдруг показалось, что она какая-то неправильная. Будто Ивена – это программа, которая дала сбой и стала выдавать ошибки. Она пытается починить себя, обращаясь к другим людям, но выходит только хуже. Она пытается убедиться, что на самом деле действия этой программы не ошибочны, так и нужно, но этому никто не дает гарантий.

Ивена вспомнила пронзительные серые глаза, которые будто смотрели ей в душу, пытаясь там что-то отыскать. Она уже даже допустила мысль, что думает не о пользе магии, а больше о мужчине, который пытается доказать эту пользу. Просто Ивена посчитала его симпатичным и обаятельным, потому что у нее никого давно не было, виновато одиночество, вот и все.

Но это явно было не все. Не только сам Кастор коснулся струн ее души. Что-то еще. Что-то неправильное. Или все-таки правильное? Ивена так и не ответила себе на этот вопрос, потому что наконец-то уснула, уставшая от навалившихся событий.

Глава 6. Ложные убеждения

Всю неделю Ивена не находила себе места. Требовалось вызвать Линдмана на еще один допрос, но почему-то она никак не решалась. Не хотелось вновь встречаться с пронзительным взглядом, который постоянно пытался в ней что-то разглядеть. Что-то, что Ивена стала так тщательно скрывать и за что корила себя.

Беспокойные мысли никак не давали покоя, пусть даже Морис и мама пытались убедить Ивену, что это все ерунда. Она считала, что стоит поговорить с кем-то еще, чтобы наверняка убедиться в своей временной неправильности и вернуться на тропу истины, заложенной в обществе уже давно. К счастью, в субботу Алирин позвала ее в торговый центр на шоппинг.

Как обычно, в выходной день народу было очень много. Люди переходили из одного магазина в другой и уносили оттуда огромные пакеты. Периодически мимо пробегали дети и подростки, чуть ни сбивая с ног. С фудкорта доносился запах картошки фри, жаренных крылышек и разных специй. Играла ненавязчивая музыка.

Алирин и Ивена уже успели закупиться в отделе с косметикой. Прогулка немного отвлекала Ивену, но она по-прежнему намеревалась поговорить с Алирин о магах, однако боялась делать это при большом количестве посторонних. Мало ли, кто случайно услышит?

– У Талена же скоро день рождения, – напомнила Алирин. – Он сказал, что хочет арендовать на весь вечер клуб и собрать там большую компанию. Все-таки тридцать лет, юбилей, надо хорошо отметить. Ты, конечно же, должна прийти.

– Без проблем, – улыбнулась Ивена.

– Не знаю, в чем пойти, – жаловалась подруга, оценивающе глядя по сторонам. – С одной стороны, мне явно захочется танцевать, и удобнее это делать в штанах. С другой, как-то это не по-праздничному, что ли. Да и я так хочу надеть какое-нибудь классное платье. Вот бы найти что-нибудь красивое и удобное одновременно. Ты в чем пойдешь?

– Знаешь, я как-то еще не успела об этом подумать, ты же мне только сейчас о празднике сообщила.

Алирин остановилась и встала перед Ивеной, выставляя указательный палец.

– А я подумала, – воскликнула она. – Тебе срочно требуется платье. Желательно такое, чтобы свести с ума всех гостей. Ивена, там явно будет очень много мужчин!

Ивена закатила глаза и протяжно вздохнула, но невольно задумалась. Вспомнила, как представляла Линдмана и решила, что он просто ей понравился внешне. Может, если она найдет себе кого-то хоть на время, то это как-то поможет выбить из головы ненужные мысли о маге и о его словах?

– Возможно, ты права, – ответила Ивена. – Наверно, стоит уже с кем-то познакомиться, а то мне иногда стало казаться, что я схожу с ума.

Она не уточнила, от чего и каким образом, а Алирин восприняла фразу по-своему.

– Ну я же тебе давно это говорю! Естественно, от длительного одиночества с ума можно сойти. А ты еще погрязла в своей работе, ничего и никого кроме этих грешных магов не видишь. Решено, идем выбирать нам платья. Тут вроде был хороший магазин.

Подруги нашли в торговом центре отдел с вечерними платьями, в котором, к счастью, практически не было посетителей. Набрав несколько платьев, девушки последовали в примерочные, оповестив консультанта, что помощь им не нужна и они справятся сами. Работница разочарованно отошла вылавливать других клиентов.

Пока Алирин надевала на себя платье, Ивена настраивалась на разговор. Посмотрев по сторонам, она убедилась, что рядом никого нет и их никто не услышит. Правда, пришлось спрашивать через штору примерочной, но от этого даже было чуть легче, ведь не видно лица.

– Алирин?

– Я еще не надела. Что?

– Я хотела тебя спросить. Знаю, что этот вопрос может показаться странным, но… Ты когда-нибудь допускала мысль о том, что магия может быть направлена во благо?

Повисло молчание. Через несколько секунд Алирин распахнула штору и уставилась на Ивену широко распахнутыми глазами.

– Это проверка какая-то? – недоуменно спросила Алирин. – Вам дали задание искать предателей, и ты решила на мне потренироваться?

– Нет, конечно. Что за глупости? Я бы не стала тебя проверять. Мне просто любопытно самой.

Алирин повернулась спиной, прося застегнуть молнию платья. Ивена помогла.

– Нет, я никогда не допускала такой мысли и не собираюсь, – бросила Алирин, немного нахмурившись. – Маги – это грязные отпрыски общества, и ты это прекрасно знаешь. Я уже столько раз убеждалась в этом, что точно никогда не поверю, что маги могут действовать во благо.

Решимость Ивены убавилась, но она все же продолжила.

– А если маг кого-то спасет, применяя магию? Например, архитекторы живых систем. Они ведь могут не только ломать кости и рвать ткани организма, а еще и сращивать их. Это куда быстрее, чем помощь медиков.

Теперь во взгляде Алирин промелькнули недоверие и страх. Она через зеркало смотрела на Ивену, замерев. Неожиданно Алирин начала смеяться.

– Слушай, я знаю, что у тебя юмор специфичный, то про смерть, то про магию, но сегодня твои шутки крайне странные.

Ивена криво улыбнулась, и улыбка выдалась совсем не искренней. Алирин, явно не воспринимая поднятую тему всерьез, начала рассматривать темно-зеленое короткое платье, проводя руками по своей фигуре. Верх платья плотно облегал ее, подчеркивая грудь, а подол был выше колен и позволял свободно двигаться. Ткань плавно струилась.

– По-моему, шикарно, – сделала вывод Алирин, любуясь. – Конечно, в таком сильно наклоняться нельзя, но аккуратно танцевать вроде позволяет. Как тебе?

– По поводу удобства я сомневаюсь, но тебе очень идет. К цвету глаз идеально подходит и с рыжими волосами классно гармонирует.

– Тогда я беру его, – решительно заявила Алирин. – Тален просто упадет, когда увидит меня в нем. Ну, теперь твоя очередь мерить.

Зайдя в примерочную, Ивена повесила три платья, которые собралась померить. Алирин ждала за шторой.

– И все-таки, – вернулась к разговору о магах Ивена, снимая с себя одежду, – ведь могут маги делать что-то хорошее. Недавно у меня было несколько таких случаев.

И она рассказала о них, большее внимание уделяя Линдману, но имени не назвала на всякий случай. Упомянула о его поступке, о разговорах, о том, как была у него дома.

– Ивена, ну ты даешь, – изумленно протянула Алирин. – Да это же сплошная показуха. Мало ли, что этот мужик тебе наплел. Наверняка он даже и не думал о той девочке в подворотне, она же никто для него. Пока он скрывался, соображал, как будет выкручиваться, предполагая, что его найдут, вот и придумал эту версию, типа он спасал. Бред полнейший. А случай с племянницей – это вообще нечто какое-то. Я бы за такое ему еще больший штраф выписала. Безответственный, наглый, бессовестный и лживый маг. Ивена, он тобой очень тонко манипулирует. Неужели ты повелась на это? Да никогда в жизни не поверю. Или тебе просто его красивые глаза понравились? Кстати, может, он тебя соблазнить решил? Ну, знаешь, экзотика такая – магу переспать с инквизитором. Прикинь, как он потом себе подобным будет хвалиться? Мол, развел тут одного инквизитора, а она повелась. Вот он решил сначала у тебя жалость вызвать, а женщины ведь часто на это ведутся, потом начал героя изображать, что тоже порой может подкупить. А ты еще и в квартире у него целых два раза была. Уверена, в третий раз там уже не будет ни бардака, ни племянницы, он просто тебя к себе в постель попытается затащить.

– Не будет никакого третьего раза, – раздраженно буркнула Ивена.

Мысль о том, что Линдман хочет таким способом соблазнить ее, до этого не приходила в голову и даже сейчас казалась глупостью. Хотя взрослый мужчина вполне может так поступить. Да и кто знает этих магов? Может, действительно кто-то из них желает испытать инквизиторов на прочность. «Хочется иногда послушать, как мыслят инквизиторы» – сказал однажды Кастор. Вдруг ему не только этого хочется от них? Он ведь и заигрывать с ней пытался, флиртовал. Получается, все сходится.

Однако этому всему препятствовало большое «но». Даже если допустить, что рассуждения Алирин верны, были же еще и другие маги, которые тоже поступали хорошо. Тому магу, который защищал семью, уж точно нет до Ивены никакого дела, как и девушке, помогавшей незнакомой женщине облегчить боль.

Вновь Ивену настигло чувство злости от внутреннего противоречия.

– А ведь ладно еще просто переспать с магом, – продолжила Алирин с брезгливостью в голосе, – хотя я бы, конечно, не стала. Но допустить это, по крайней мере, можно. Однако после этого маг же может просто тебя убить. Для него это будет двойная победа. Боже, мне аж дурно стало. Ивена, пожалуйста, будь аккуратнее. Меня такие твои вопросы заставляют мучиться. Слушай, если ты возомнила невесть что о магах, может, тебе поговорить с начальником? У вас же там можно провести психологическую беседу. Если у тебя есть сомнения, их быстро развеют.

«Беседа – такое доброе слово», – неожиданно пронеслось в голове Ивены голосом Кастора. Она резко уставилась на себя в зеркало.

– Сейчас тебя сюда вообще никто не звал! – прошипела Ивена, мысленно обращаясь к Линдману.

– Что? – недоуменно спросила Алирин.

– Да так…

Идея Алирин обратиться к начальнику выглядела вполне здравой, и Ивена уже думала об этом. Все знали, что служить инквизиции порой морально тяжело. Конечно, инквизиторами брали работать психически устойчивых людей, но перегореть и дать слабину мог каждый. Требовалось поддерживать моральное состояние и веру, поэтому работникам без всякого осуждения разрешалось обращаться за помощью к начальству.

– Наверно, ты права, говорю, – заключила Ивена и продолжила примерку.

Первые два платья ей совсем не понравились. Они сковывали движения и выглядели не так хорошо, как на манекенах. Однако третье платье село по фигуре идеально. Темно-синяя ткань блестела и напоминала звездное небо. Глубокого декольте не было, зато спину открывал изящный вырез. Подол платья был не слишком коротким и позволял двигаться комфортно, а длинные рукава красиво струились по рукам.

– Это просто супер! – восхитилась Алирин, глядя на Ивену. – Жаль, спереди все закрыто, но сзади… В обморок упасть можно от красоты, просто секс. Тут обязательно нужна какая-то высокая прическа, чтобы было видно спину, иначе весь шарм потеряется.

Настроение Ивены слегка приподнялось. Выкупив платья, подруги заглянули еще в магазин аксессуаров, после чего зашли в кофейню, чтобы перекусить. Алирин продолжала грезить о предстоящей вечеринке и будущей свадьбе и мечтала о том, чтобы Ивена тоже нашла свое счастье в любви.

Вернувшись домой, Ивена почувствовала некоторое облегчение. Навязчивые мысли о магах все еще донимали, но были уже не так сильны. Она вновь вспомнила Ровена. Он ведь тоже электромаг, как и Кастор. И он угрожал, мог убить своей магией. Линдман точно так же опасен. Может, он не так плох, как одноклассник, но все-таки маг, которому не стоит верить. К тому же его действия в самом деле походили на манипуляцию.

Пусть разум Ивены начал проясняться, она все равно последовала совету Алирин и решилась на разговор с Файтнором. Было неловко обращаться, ведь до этого Ивена никогда не сомневалась в своем деле и в своей вере, и начальник считал ее очень стойкой и сильной. Однако душевный разговор – проявление слабости. Не разочаруется ли он в ней? Но лучше поговорить сейчас, чем потом натворить глупостей и совсем запутаться.

В понедельник утром Ивена подала заявку, и Файтнор незамедлительно принял ее, пригласив Ивену к себе в кабинет.

– Ноттен, тебя что-то тревожит?

– Да, – с трудом призналась она и опустила взгляд. – У меня случилась череда дел, в которых маги будто показывали себя с хорошей стороны и пытались доказать, что магия может быть направлена во благо. Не подумайте, что я сразу поверила в это, но… Как будто допустила эту мысль. Меня это очень беспокоит, потому что умом я понимаю, что магия – страшный грех, и она никак не может быть благом. Но на всякий случай я хочу поговорить с вами об этом. Извините, если разочаровываю вас.

– Я понял тебя, Ивена, – кивнул Файтнор. – Не переживай, ты меня не разочаровываешь.

Поднявшись с кресла, он достал две чашки и налил чаю. Одну чашку поставил на стол напротив Ивены. Она сделала глоток.

– Всем порой бывает непросто, – спокойным вдумчивым голосом говорил Файтнор. – В таком сложном мире мы живем, ничего с этим не поделать. Сомнения и страхи – это нормально. Главное, что ты осознаешь, что они мешают тебе жить, и желаешь избавиться от них. Магия по определению не может быть направлена во благо, ведь сама по себе она им не является, как ты и сказала. А сами маги невероятно хитры. Им нужно как-то выживать, и не все готовы это делать честно, не все готовы встать на путь искупления и отрицать свою магическую составляющую. Ведь они чувствуют, что в их руках особенная сила. Но всем известно, что эта сила грешна.

– А если маг решит согрешить во имя спасения другого человека?

– Это не делает его благородным. Наоборот, показывает, что в магах особый дух бунтарства. Ведь спасти другого человека можно множеством способов, которые не включают в себя использование магии. Как именно спасать – это выбор. Да, может, непростой для них, но все же выбор. И можно сделать его в пользу правильного, а можно – в пользу грешного. Если маг выбирает второе, то это ничего хорошего о нем не говорит. Можно либо быть за Бога, либо против него. Бог велел заботиться о других, но также велел решать все дела своими руками, без магии. Если маг игнорирует последнее, значит, он против Бога. А значит, и на остальные нормы ему по большему счету плевать, и все эти якобы спасения – лишь разыгрываемые представления, направленные на то, чтобы пошатнуть привычные устои, попытаться пойти против системы. И мы никак этого не должны допустить. Ты же понимаешь это, Ивена?

– Конечно, господин Файтнор. – Она поставила чашку на стол. – Меня просто ввело в смятение, что таких магов оказалось сразу несколько.

Файтнор слегка усмехнулся. Вновь встав с кресла, он начал шагами мерить кабинет, задумчиво глядя в окно.

– У меня есть подозрение, что маги могут тайно объединяться в группировки. Как я уже говорил, существуют хакеры «Серые ветра». Вполне вероятно, что это не единственная группировка магов. Вот смотри. Один сделал якобы хорошее дело, второй сделал, третий. А что если это их заговор? Вероятно, они умышленно объединились, чтобы сбивать нас с толку и заставлять сомневаться. Маги могут специально планировать акции помощи, но на деле их помыслы не столь чисты. Это все лишь манипуляции.

Данное предположение уже взволновало Ивену. Такую версию она еще не обдумывала. Хоть ее подопечные маги и происшествия с ними не были связаны, но такие дела действительно можно грамотно подстроить.

Видя, что лицо Ивены слегка прояснилось, Файтнор подошел к ней, встал за спиной и аккуратно положил руку на плечо. Ивена никак не отреагировала, зная, что начальник наедине с ней всегда вел себя более расслабленно, обращался на «ты», чего не позволял себе в присутствии других коллег. Он чтил ее как дочь, а она его – как великого наставника.

– Ивена, я уже говорил тебе, но скажу это еще раз. Я очень горжусь тем, что имею такого сотрудника, как ты. Ответственная, жесткая, смелая, честная, справедливая, верная. Это очень, очень ценно. Я знаю, что ты сильная, поэтому не позволишь сомнениям, вызванным манипуляциями магов, овладеть тобой. Что бы маги о себе ни говорили, они несут опасность. Как я уже сказал, они сами делают свой выбор, решая эту опасность из себя представлять, игнорируя постулаты. Сам Бог не может наказывать магов, но он поручил это великое дело нам. Он доверился людям, потому что мы способны решить все проблемы. И мы не должны подвести. Мы обязаны справляться с той задачей, которая нам дана, во благо всего человечества. Простые люди – вот она сила. Наука – сила. Но не магия. Всегда помни об этом, Ивена.

– Да господин, я помню. Я не подведу.

Файтнор отошел от Ивены, чтобы посмотреть ей в глаза. Она тем временем вновь осознала свою важность, почувствовала, что существует не зря на этом свете и выбрала правильный путь. Эта уверенность передалась и Файтнору.

– Это прекрасно, Ноттен, – одобрительно произнес он. – Ты молодец, что обратилась ко мне. Помни, стоя на верном пути, мы со всем справимся. Надеюсь, твои сомнения развеются и не помешают работать.

– Нет, господин, – в голосе Ивены была твердая уверенность. – Больше никаких сомнений.

Она вернулась к себе в кабинет. Ей стало значительно легче, будто Ивена снова обрела себя и вспомнила, ради чего живет. Морис, мама, Алирин и Файтнор опровергли ее мысли о хороших намерениях магов и подтвердили, что магия может совершаться лишь во вред. Не один, а целых четыре важных человека против нескольких незнакомых магов. Даже, можно сказать, пять, ведь отец бы поддержал маму, просто он занят в командировке, поэтому Ивена пока что не имела возможности поговорить с ним. И, конечно, она выбрала сторону близких.

Ивене вдруг стало неловко и совестно от того, что несколько дней она терзала себя ужасными мыслями. Но самое главное, что их удалось победить. Казалось, что где-то еще на подкорке сознания осталось небольшое зернышко сомнения, но Ивена решила стараться его не взращивать, а закопать поглубже.

Взяв в руки телефон, она наконец-то настроилась на то, чтобы вызвать Линдмана на очередной допрос. Скоро это закончится. Чем быстрее Ивена завершил его дело, тем лучше. Хотелось назначить допрос на сегодня, но она побоялась, что Кастор вновь начнет ее убеждать в чем-то неправильном. Хоть Ивена и отмела эти мысли, но хотела быть более устойчивой, подготовить получше себя к разговору, настроиться на то, чтобы продемонстрировать Линдману всю свою жесткость и твердость характера. Поэтому Ивена назначила допрос на среду. Ничего ведь не может произойти за столь короткое время, что способно как-то повлиять на мировоззрение и перевернуть всю жизнь?

Оказалось, может.

Глава 7. Точка невозврата

Во вторник после работы Ивена отправилась в супермаркет возле дома. Почти никакие сомнения уже не беспокоили. На данный момент больше всего волновал вопрос, что приготовить себе на ужин. Она прошлась по овощному отделу, пополнив там корзину, затем отправилась в молочный, находящийся рядом. Взгляд зацепился за симпатичный стаканчик с тропическим йогуртом, который Ивена еще не видела и не пробовала. Она взяла его, задумчиво покрутила в руках, рассматривая.

– Не рекомендую, он слишком приторный, – раздался знакомый мужской голос рядом.

Повернув голову налево, Ивена встретилась взглядом с Линдманом. Вид у него был такой непринужденный и расслабленный, будто он встретил не инквизитора, а своего приятеля.

– Прекрасно. То, что мне и нужно, – невозмутимо ответила Ивена и положила йогурт в корзину.

Кастор равнодушно пожал плечами.

– Подумал, вдруг вы, как и большинство женщин, следите за фигурой и не едите таких сладких йогуртов.

– Я слежу за магами. Это куда интереснее и полезнее.

Усмехнувшись, Кастор взял две бутылки молока, положил к себе в тележку и отошел от Ивены. Она облегченно выдохнула и продолжила искать нужные продукты, неспешно бродя по магазину.

Отсутствие мага оказалось недолгим, и в отделе с печеньем Ивена и Кастор вновь пересеклись. Она старалась всячески игнорировать присутствие Линдмана, но не заметила, как одновременно с ним потянулась к упаковке овсяного печенья. Рука Кастора оказалась чуть быстрее, поэтому он первым ухватился за упаковку, а Ивена случайно дотронулась до его пальцев. Видя, что это рука Линдмана, она стремительно одернула свою.

– Хотите отобрать у магов не только свободу, но еще и печенье? – хмыкнул Кастор, после чего состроил нарочито возмущенное выражение лица и добавил: – Это уже слишком, я считаю.

Однако он протянул пачку ей. Ивена перевела холодный взгляд с печенья на Линдмана.

– Оставьте себе. Что-то расхотелось.

– Жаль. – Кастор сунул упаковку в тележку. – Оно вкусное, пригодилось бы для бесед.

Ивена намеренно никак не отреагировала на очередную подколку и уже хотела отойти, как зазвонил телефон. Мама.

– Алло, мам, я в магазине. Давай перезвоню, как домой вернусь.

– Доченька, что-то мне так плохо… – еле слышно произнесла Мона вымученным голосом.

Ивена сразу передумала сбрасывать вызов. Пальцы сжали телефон еще сильнее. Сердце тревожно заколотилось. Мону продолжало беспокоить здоровье, и это не давало Ивене покоя, заставляя с каждым разом нервничать все больше. Все-таки не лучшая была идея у родителей – поселиться на окраине города. Было бы куда проще, если бы они жили рядом или хотя бы в нормальной доступности.