Екатерина Леснова
Хозяйка орочьей крепости

Глава 1

– Мне безразличны традиции ваших богов, главное, что после венчания кусок земли, что мне и так отдан вашим королем, официально станет моим, – грубый голос гудел надо мной, а я никак не могла открыть глаза.

  Что происходит? Тело не слушалось. Я едва ощущала собственное дыхание.

– Но девушка при смерти, – возразил ему старческий, слегка дребезжащий голос.

– Так даже проще, – равнодушно проговорил тот же грубый голос со слегка рычащими нотками. – Отойдет к богам, а я найду свою истинную, и тогда замок точно останется за орками.

– Но так нельзя, – слабо возразил старик.

  Почувствовала какое-то резкое движение, словно сместился большой поток воздуха. Старик вскрикнул, а надо мной снова раздался рычащий угрожающий голос:

– Ты хочешь остаться под защитой этих стен или тебя выкинуть за ворота, священник?

– Пппростите, арым.

– Проводи обряд и закрой свою пасть. Ее родня откупилась ей и этим куском земли, который вот-вот поглотит Марь, если орки не защитят его. Так что делай, что говорят, и помалкивай. А девица, – я почувствовала на себе тяжелый взгляд, хоть никак не могла открыть глаза, да и вообще не могла пошевелиться, – говорят, что она сама вошла в Марь, ты знаешь, что это значит. Так что пусть боги ее заберут. Венчай нас! – приказал голос.

– Мне сказали, что леди Ялана случайно вошла в Марь. Она не слышала зова.

– Да мне без разницы. Из Мари выходят измененными или мертвыми. И она отойдет, судя по ее виду. Так что венчай нас, пока еще не поздно.

  Это они обо мне? Это я умру? Нет-нет! У меня еще дела! Я еще не все закончила!

  Дальше старик что-то быстро забубнил. Слова сливались в один сплошной поток, и я никак не могла вычленить хоть одно слово, хотя чувствовала, что это важно. Что вообще важно все, что сейчас происходит.

  Неожиданно в груди запекло, сдавило, а потом заломило правую руку. Но я не могла ни пошевелиться, ни закричать. Страх накатывал волнами. Это страшно, когда ты в сознании, но ничего не можешь сделать. Когда тебе говорят, что ты умираешь абсолютно равнодушным голосом.

  Старик заговорил громче, а потом выкрикнул какое-то слово и замолчал.

– Вы должны обменяться браслетами, – в голосе старика чувствовалось недовольство.

  Большая шершавая ладонь взяла мою руку, и что-то защелкнулось на запястье.

– Боги приняли обряд, – полным удивления голосом прошептал старик, – браслеты спаялись. Не может быть!

– Это ваши боги, – равнодушно ответил второй, – для меня она не жена. Орки ищут истинных. Отнесите ее в башню, пусть там отходит и не оскверняет своей смертью и так разваливающуюся крепость.

– Но… но… как же, – затараторил старик, – ведь боги…, это же кощунство, они соединили вас, теперь вы вместе навсегда! Власть богов распространяется на всех, даже если вы верите в других!

– Старик, ты меня утомил, – грозно проговорил второй, – мои боги нас не венчали. Я получил, что хотел: крепость и землю для своего народа. Ваш король получил защиту на северной границе. Богам я ничего не должен. Поэтому эту в башню, а ты возвращайся в свой храм и не попадайся мне на глаза.

  Сознание, которое и так с трудом удавалось удерживать, начало гаснуть. Я хотела возразить, что-то сказать. Но вместо этого в голове что-то ярко вспыхнуло и все погасло.

  Холодно.

  Я пыталась согреться, укрываясь каким-то куцым одеялом или покрывалом, но оно не закрывало меня полностью, а снаружи было просто неимоверно холодно.

  Глаза открывались с трудом. Поморгала, пытаясь разглядеть что-то в ярком свете, но вокруг был только камень, а напротив высокое и узкое окно. Сквозь которое нестерпимо светило солнце. Это что?

  Руки дрожали и подламывались, я никак не могла сесть в постели. А еще меня трясло от холода.

  Наконец, кое-как смогла подтянуться и сесть, укутавшись каким-то старым облезлым одеялом. Где я?

  Круглое помещение с единственным окном и кроватью. Напротив небольшой стол и стул с некогда изящной резьбой, но сейчас со сколами и трещинами.

  Ничего не понимаю. Куда я попала? Вчера же села в последний автобус и, наверное, задремала. Может, я сплю?

  Сильный щипок вспыхнул болью на руке. Нет, не сплю. Тогда где я?

  Встала, качаясь и шатаясь, как пьяная. Вертикально удерживалась только за счет столбика кровати.

  Это шутка какая-то. Вся обстановка словно из музея или исторического фильма.

  Дотронулась до ночной сорочки, только сейчас обратив внимание, что она из странной ткани и без пуговиц, только шнуровка почти до живота, сейчас плотно стянутая.

  Сделал пару неверных шагов в сторону окна. Хотя бы посмотрю, что там снаружи.

  Солнце заливало просторный двор за высокой и широкой стеной. Внутри какие-то люди с оружием и в латах совершали синхронные движения, командовал ими высокий, широкоплечий мужчина с черными волосами, стянутыми в тугой хвост. Одно только было странным в этих людях, все они были странно зеленоватыми. Не сильно, но даже с такой высоты заметно.

  Вся обстановка внутреннего двора походила на средневековую выставку. Какие-то каменные сараюшки, из некоторых шел дымок. Живность, бродящая по раскисшей грязи, лошадь тащит телегу, груженную каким-то добром. Захотелось протереть глаза или постучаться головой о стену, чтобы все встало на место, и я проснулась в пустом автобусе на конечной станции.

  Дверь позади меня открылась, я обернулась. Девушка в простом сером платье несла таз с водой. Смотрела она под ноги, но когда увидела меня, таз с грохотом полетел на пол, а девушка прижала руки ко рту, давя вскрик.

– Миледи, – прошептала она с круглыми глазами, – вы очнулись!

  Миледи? Кто – я? Какая еще леди?

– Миледи, – уже радостно вскрикнула девушка и кинулась ко мне.

  Настороженно отошла, не дав девушке прикоснуться ко мне. Ну как сумасшедшая?!

– Где я?

– Миледи? – заладила девушка. – С вами все в порядке?

  Нет. Не все. Я не знаю, где я, и что произошло. Но сказала я совсем другое:

– Не уверена, но я очнулась. Мне бы одеяло какое, здесь очень холодно.

  Меня по-прежнему сотрясала дрожь, зубы мелко дрожали, хоть я и старалась унять сотрясание.

– Ой, простите, я сейчас.

  Девица выбежала за дверь, а спустя пару минут вернулась с тяжелым стеганым одеялом.

– Вот. Арым приказал на вас не тратить дрова. Да мы, признаться честно, – девушка понизила голос и потупилась, – думали, что вы сегодня ночью отойдете, – она показала на потолок.

  Проследила за ее взглядом и ничего кроме каменной кладки и паутины не заметила. Девушка накинула одеяло на меня. Под его весом я даже слегка пригнулась, но зато стало теплее.

– Кто такой арым?

  Девушка вытаращилась на меня, того и гляди глаза выпадут.

– Миледи, вы не помните?

– Не очень, – в голове стрельнуло болью, отчего я поморщилась и приложила руку, – а что случилось?

  Я рассчитывала услышать про аварию в каком-нибудь захолустье и про то, что меня пока в старинную усадьбу определили, а вообще за нами едут спасатели. Но девушка понесла какую-то околесицу.

– Вас же замуж выдали за арыма орков, потому что они помогли отбить северную провинцию у Мари. Вашей семье принадлежат эти земли, король предложил вашему отцу отдать этот старый сторожевой замок и небольшой земельный надел с одной из дочерей, либо пустить орков на свою землю на постоянное проживание. Ваш отец выбрал замок и вас.

  Очаровательные родительские отношения. Но это потом, а сейчас меня интересует другое.

– А зовут меня? – судя по вновь вылезшим глазам и открывшемуся рту, девушку я впечатлила неимоверно.

– Так Ялана, миледи, – совсем растерялась служанка, но потом просияла улыбкой и так шустро попятилась к двери: – А я сейчас священника позову, он вам точно поможет.

  Не успела ничего сказать, как девушка умчалась, стуча подошвами по лестнице.

  Выглянула за дверь, все еще кутаясь в тяжелое одеяло. Уходящая вниз спиральная лестница. Башня, как и сказал тот голос во сне.

  Дрожь отступила, но снимать с плеч тяжесть не хотелось. Еще б на ноги чего-нибудь. С тоской посмотрела на свои ноги в каких-то странных носках-чулках. Вообще ничего не понятно. А потом перевела взгляд на руки, которые крест-накрест удерживали на груди одеяло. На одной красовалась черная вязь татуировки по всей тыльной стороне ладони, а на другой массивный золотой браслет. Это еще что?

  Сейчас мои глаза вылезли из орбит ни чуть не хуже, чем у давешней девушки. И было с чего: это не мои руки. В смысле мои, но не мои… У меня никогда не было татуировки, нигде и никогда. Хотела как-то сделать, да передумала.

  Браслет тоже странный: широкий и гладкий, всего с одной резной печатью, но он слишком плотно примыкает к коже, чтобы его можно было продеть через кисть, и нигде не видно застежки.

  Так меня и застал священник, словно макаку, разглядывающую собственные руки в полнейшем удивлении. Я поскребла вязь черных линий. Нет, не нарисованные, настоящие. Браслет прокручивался, но не снимался.

– Миледи Ялана, я так рад, что вы очнулись!

  Толстый старичок поспешил ко мне, раскинув руки. Отступать не стала, позволила обнять себя. Со священнослужителями лучше дружить, это во всех книгах и фильмах говорят.

– Да вроде бы, – неуверенно ответила в лысую макушку старика.

  Он еще потискал меня немного, а потом отпустил, осенив каким-то знаком.

– Вот не зря обряд прошел по всем божественным законам. Ваши жизни с арымом неразрывно связаны. А он не верит, – как-то по-детски пожаловался старик и сложил руки на объемном животике.

– Эээ, святой отец? – неуверенно начала я.

  Дядька моргнул, но потом расслабился и поправил:

– Пока нет, ранним. Обращайтесь ко мне ранним Ивор. Хотя мы с вами уже знакомились.

– Понимаете, ранним Ивор, я ничего не помню, – доверительным шепотом сказала ему на ухо.

– Совсем? – посмотрел мне в глаза ранним, с таким затаенным выражением, ну вдруг я обманываю.

– Совсем, – с тяжким вздохом ответила я.

  Старичок пожевал губами, помассировал подбородок, а потом выдал:

– Я слышал, что некоторые побывав в Мари выходят оттуда с изменениями. Конечно в основном это нехорошие изменения, – он подозрительно окинул меня взглядом, я даже напрячься успела, – но вас уже не раз проверяли. Насчет памяти не слышал, – задумчиво проговорил он, – но все может быть. Чудо, что вы вообще выжили.

  Священник смотрел на меня снизу вверх. Ага, знать бы еще где, как и почему я выжила, а еще лучше, почему “настоящая я” оказалась тут в этом волшебном средневековье. А может я просто сошла с ума? Это бы объяснило вообще все. Говорят, у психов такие знатные глюки бывают, что любой режиссер обзавидуется.

  Нашу беседу со священником или, как он просил себя называть раннимом, прервал грохот внизу, а потом спешные громкие шаги по лестнице, ведущей в башню.

– Где она?! – грозно донеслось снизу.

  Священник втянул голову в плечи и вообще как-то съежился, словно постарался стать меньше, но потом посмотрел на меня, тяжело вздохнул и вышел слегка вперед, вроде как защищая. Но я и сама уже догадалась, кто это. Муженек мой из разговора, что я вчера услышала. Те же рычащие и недовольные нотки в голосе.

  Кто-то внизу что-то тихо ответил, а затем шаги начали приближаться. Было ощущение, что этот арым или как там его, специально вколачивает ноги в ступени, чтобы все сильнее впечатлились и затрепетали.

  Вот едва прикрытая дверь распахивается, и я действительно “затрепетала”, точнее натурально вздрогнула, потому что в комнату вошел монументальный мужчина.

  Он заполнил собой немаленький дверной проем, а потом прошел боком, наклонив голову.

  Его темные волосы собраны в высокий хвост, длинные, гораздо длиннее, чем принято было носить у наших мужчин. Уши слегка вытянуты вверх, в одном болтается серьга в виде голубой капли на цепочке. Сведенные к переносице черные брови. Бледноватые губы и чуть выступающие нижние клыки. Но самое впечатляющее, это цвет кожи – бледно-зеленый! Орк! Мать чесна, это ж орк! Прям, как в играх, фильмах и книгах. Разве что не такой зеленый и какой-то реальный. В смысле не как картинка, а настоящий. Вон и глаз дернулся.

– Не померла-таки, – разочарованно громыхнул орк.

  Я даже не нашлась, что на такое сказать. Разве что брякнуть, что я вообще не понимаю, что тут происходит. Но тогда боюсь, этот громила меня просто убьет или, как обещал священнику, выкинет за ворота. А там, видимо, поджидает скорая смерть, раз Ивор согласился провести обряд, хоть и пытался возражать.

  Вот уж попала, так попала!

– Арым Юнар, – встал на мою защиту Ивор, – миледи очнулась, она очень слаба и кажется не совсем помнит последние события.

  Ранним Ивор говорил ровно, но слегка с заискивающими интонациями. Впрочем, такого мужика и я бы боялась. Точнее пока опасаюсь, ибо ничего не понятно.

– Тем хуже для нее. – Орк перевел тяжелый взгляд на меня. – Ты, чтобы из башни не высовывалась, – ткнул в меня пальцем громила, – мне не нужны лишние пересуды и страх среди моих людей. Достаточно того, что эта земля и замок теперь мои. Чем ты будешь заниматься, мне все равно, главное не попадайся мне на глаза.

  Арым снова посмотрел на священника и проговорил с сомнением:

– Она может оказаться слабоумной или сумасшедшей? – спросил орк, будто меня здесь вовсе не было, а ещё с затаенной надеждой.

  Если я все еще удивлялась, что в моей галлюцинации присутствует зеленокожий орк, то теперь появились сомнения насчет самой галлюцинации. Вроде бы сумасшедшие не считают себя сумасшедшими. Обычно упирают на то, что вполне нормальные. Выходит и это “нормальность”? В том смысле, что все это реально? От таких выводов мурашки побежали по телу.

– Что вы, арым? – даже отступил священник. – Миледи нормальная. Она ясно мыслит и говорит, просто не помнит ничего. Такое бывает иногда, – повторил священник то, что недавно говорил мне.

– Я слышал, что она сама вошла в Марь, добровольно, – продолжили диалог эти двое, словно я здесь мебель.

– Даже если и так, – со слабеньким вызовом ответил Ивор, – значит у миледи были причины. Вы же слышали, что Марь зовет одаренных, а у леди Яланы как раз накануне проснулся дар. Но ее родные считают, что это был несчастный случай.

– Дар? И какой? – вычленил для себя главное арым.

  Орк бесцеремонно схватил мою правую руку, где была татуировка и потянул к себе, рассматривая черные линии.

– Это что? – сунул он под нос мою руку священнику, дернув меня вслед за рукой.

– Я не знаю, – отшатнулся священник.

– Ну знаете ли! – возмутилась я, выдергивая руку. – Это уже чересчур! Не знаю кто вы такой, – ткнула я пальцем в орка, – но не позволю так с собой обращаться!

– Да? – протянул громила. – И что ты сделаешь? По вашим законам ты моя жена, а жена должна исполнять волю мужа.

– Но, – робко начал Ивор, но орк его перебил.

– А моя воля такова: жить будешь в башне, во дворе чтобы не появлялась, на глаза мне не попадалась, и вообще лучше тебе отсюда не выходить!

– А дышать можно?

– Что? – угрожающе набычился орк.

– Ничего. Поняла я, муж мой, – ехидно ответила. – Спасибо за визит, – намекнула орку, что пора бы и честь знать.

  Арым еще посверкал на нас глазами, а потом удалился, сразу же освободив пространство и так небольшой комнаты.

Глава 2

– Ох-ох-ох, – завздыхал Ивор, – зря вы, миледи, лучше с арымом не спорить, он здесь теперь хозяин.

  А я припомнила недавний разговор, когда я была в странном оцепенении.

– Так вроде бы это земля моего отца.

  Такое, конечно, было странно говорить, но раз все меня здесь считают некой Яланой, то стоит подыграть.

– Да, но король обязал его отдать этот надел и замок одному из арымов орков. Они остановили продвижение Мари у северной границы, дальше от нас. За это король повелел наделить землей орков. Атакыр арыма Юнара получил эти земли.

  Понятно, что ничего непонятно. Арым, атакыр – это вообще что? Ну арым, как я поняла, это какое-то звание или должность у орков. А атакыр?

– Что такое атакыр?

– Так объединение нескольких племен. Раньше атакыры были не меньше некоторых королевств, а как пришла Марь и орки стали защищать свои земли, так и осталась их всего горстка. Атакыр Юнара самый маленький. Его земли поглотила Марь, хоть они яростно за нее сражались, много орков полегло. Своей земли у атакыра арыма Юнара не осталось.

  Что это за Марь такая, что поглощает земли и убивает людей? Но спросить такое будет странно. Надо подумать, как выведать. А ведь этот арым говорил, что я, точнее та, что была до меня, сама вошла в эту самую Марь. И вот что-то мне подсказывает, что все это как то взаимосвязано. Но нужно возвращаться к насущным делам.

– Скажи мне ранним, а может ли Юнар вот так мне запрещать покидать башню?

  Священник задумался.

– Разве выйдя за него замуж, да еще и в таком состоянии, – свое состояние упомянула не зря, чуялось мне, что не все так просто с этим обрядом, – я потеряла всякие права?

  По тому, как сконфузился ранним Ивор, я поняла, что таки есть здесь какая-то загвоздка.

– Вообще-то, вы, миледи, благородного происхождения, древнего рода, а арым хоть и является вожаком нескольких племен, но по благородству с вами сравниться не может. К тому же боги приняли ваш союз.

  Я удивленно посмотрела на него. В этом мире так явно можно увидеть божественное присутствие?

– Ваши браслеты соединились, и проявилась печать Маат.

  Посмотрела на левую руку, где болтался золотой браслет. Действительно на нем была какая-то гравировка. Присмотревшись, я увидела в тонких линиях очертания кошки, свернувшейся клубком.

– Маат не каждый брак благословляет. Это значит, что ваш союз может многое изменить, дать начало чему-то новому.

– Да уж союз человека и орка действительно может дать начало чему-то новому, – тихо пробормотала я, искренне надеясь, что этот громила не придет требовать супружеский долг.

– Ну вы же не первая, – священник услышал мои слова, – орки и люди много веков живут бок о бок. Правда, до этого орки старались не связывать себя с людьми. Они ищут своих истинных.

– Истинных?

– Миледи, что же вы совсем все забыли?

  Я потупилась. Надо быть осторожнее. Кто его знает, как тут относятся к тем, кто занял чужое тело. А если учесть, что произошло это после того, как Ялана побывала в загадочной Мари, то и вовсе все может плохо кончится. Так что лучше помалкивать.

– Все как в тумане…

  Подбавила в голос тоски, с надеждой глядя на священника.

– Традиционно орки связывают себя с соплеменницами, у них появляется магическая связь. Похожая на вашу, но иная, на более глубоком уровне.

  Еще “отличные” новости: я с этим громилой связана магически, что бы это ни значило.

– У орков считается, что истинные – это самый крепкий союз. Хотя я бы поспорил.

– Почему?

–Маат вас благословила, это очень хороший знак.

  Ага, видимо не мне и не орку. Он вообще хотел, чтобы Ялана померла. А она не только не померла, вместо Яланы в ее теле обосновалась я – Зеленцова Ольга, коренная москвичка, разведенка без прицепа, почти сорока лет. Надо еще посмотреть, кому из нас больше не повезло.

  Но вернемся к нашим баранам:

– Давайте все-таки проясним, ранним, может ли мне что-то запрещать Юнар?

– Жена должна почитать своего мужа…, – опять завел священник.

– Ранним, – укорила мужчину, – ответьте прямо.

– И да, и нет. Что-то он вам может запретить, но что касается вашего приданого, то здесь вы оказываетесь в равных правах. Хоть теоретически крепость и земли перешли арыму в наследование, но они также являются вашей собственностью.

– Значит, мы оба можем распоряжаться на этой земле?

– Да, – как-то неуверенно подтвердил Ивор.

  Это и понятно, вон как грозно выглядел этот орк. Хотя я других то и не видела.

  Спросить или не спросить про эту загадочную Марь? Священник и так выглядел растерянным, кажется на сегодня достаточно вопросов, а то точно что-то заподозрит.

– Ранним Ивор, а где я могу найти одежду?

  Священник оглядел меня и, словно только заметил, смутился. У пожилого мужчины очаровательно заалели щеки.

– Пойду крикну Атрину, а вы пока отдыхайте. Я еще к вам приду, – он кинул взгляд за окно, где солнце уже перевалило за зенит.

– Не стоит, я сама к вам приду.

  Еще не знаю куда, но сидеть в башне на радость этому зеленому громиле, не собираюсь. Раз уж неведомым образом попала сюда из автобуса, то надо как-то освоиться, вдруг удастся вернуться.

Глава 3

  Атриной оказалась та суетная служанка. Выяснив, зачем я ее позвала, девушка снова умчалась. Этак она убегается по ступеням этой башни. Нет, сидеть здесь, как принцесса, я точно не собираюсь. К тому же тут холодно.

  Окно в башне было ничем не закрыто. Просто узкая бойница. Ветер свободно гулял по комнате. Если во всем замке так, то зимой тут можно в шубе и валенках ходить.

  Кстати, об одежде: Атрина принесла мне платье и башмаки, туфлями их бы не назвал даже деревенский мужик. Платье из тяжелой, но мягкой и неколючей, шерсти без пуговиц и застежек, только шнуровка по бокам. Похоже, здесь нечто вроде средневековья. Хорошо, что колесо хотя бы есть. Но каждый день шнуроваться – это очень долго и нудно.

  От помощи девушки в одевании я не отказалась, так как самостоятельно бы разбиралась долго, что куда и как прикреплять и шнуровать.

  Башмаки имели жесткую подошву из нескольких слоев толстой кожи. Верх был помягче, но не намного. Тупоносые и грубо сделанные, башмаки ко всему еще и были довольно тяжелыми. Натянув обувку, прошлась по комнате. Да уж, это тебе не кроссовки с мокасинами.

  С непривычки платье путалось в ногах. Но зато стало заметно теплее. Ткань была плотной, а одетое на нижнюю сорочку оно не пропускало гуляющий по комнате сквозняк.

– Атрина, я бы поела, – попросила я.

– Сейчас принесу, миледи. На кухне еще осталось от обеденной трапезы.

  Атрина снова ушла вниз. Я бы тоже спустилась. Нет, не из спора с этим “мужем”, а из любопытства. Шутка ли, попасть в настоящую сказку. Сколько книг было прочитано, сколько фильмов просмотрено, но я никогда не верила, что такое возможно. Пока сама не оказалась в похожей ситуации.

  Мозг еще воспринимал все, как игру, но я уже понимала, что не все так просто, и что угрозы со стороны новоиспеченного мужа не шутки, и что эта Марь вполне реальна, и что магия в этом мире существует. Покрутила браслет с печатью. Сдается мне, что и убивают, и умирают здесь вполне реально. Так что надо отделываться от ощущения сказки, чуда и прочего восторженного. Это реальность, пусть и вот такая странная.

  Девушка вернулась, чуть запыхавшаяся, но с деревянным подносом с ручками, который и водрузила на стол с торжественным видом, будто там блюда с королевского стола.

  А вот я не впечатлилась. На подносе на деревянных же тарелках лежал ноздреватый серый хлеб и кусок отварного мяса, даже на вид жесткий, и какая-то похлебка в глубокой миске. Потрогала ложкой варево. Мутная вода с добавлением каких-то овощей. Пахла она неаппетитно. Если здесь такое едят господа, то что тогда едят простые люди? Но Атрина смотрела на еду вполне обычным взглядом.

– Ты сама ела? – спросила у девушки, которая так и осталась стоять.

– Да, – кивнула она и чуть присела, видимо, в знак почтения, – слуг кормят до господ.

– А здесь есть еще господа? – удивилась я, но девушка странно посмотрела на меня, а потом ответила.

– Миледи, простите, что вмешиваюсь, но вам не следует так говорить.

– Как? – не поняла я.

– Арым и старшие родов, вуры, тоже считаются господами. Боюсь, арым Юнар вам такое обращение не простит. Оркам сейчас непросто, Марь совсем выдавила их со своих земель. Да если б не они, то и нашего королевства бы не осталось.

  Похоже, Атрина очень уважала орков и, в частности, самого арыма.

– Спасибо, что поправила, – искренне поблагодарила девушку. а то бы села в лужу, у нас с арымом и так знакомство не задалось.

  Попробовала еду и сморщилась. Ни приправ, ни соли, а похлебка на вкус просто ужасна.

– Атрина, а здесь всегда так готовят?

– Да, крепость стояла заброшенная. Когда пришел арым, то набрал слуг из ближайших деревень. До этого никто из нас не прислуживал в замке. Поэтому еда, как в деревне привыкли. А что не так?

– Нет, ничего, – покачала головой.

  Для простых людей этого времени может все так, но я на таком долго не протяну. Пусть здесь есть и мясо, и овощи какие-никакие, но все это мало съедобно, и сомневаюсь, что принесет хоть какую-то пользу телу. Хотя, конечно, тело-то все равно не мое, может оно и привыкло к такой пище. Но это ж тоска… Ни вкуса, ни радости, ни насыщения, да и польза сомнительная.

  Поковыряла еду. Атрина перестелила постель, сходив за стопкой чистого белья. И вот что странно: проснулась я на грубой простыне из плохо выделанного льна, явно домотканого, а сейчас она стелила красивое белое тонкое постельное белье. Появилась и хорошая подушка, и толстое одеяло. Пожалели для умирающей хозяйки?

– Атрина, скажи, а в крепости много жилых комнат?

– Весь первый этаж арым велел убрать и подготовить для проживания, но пока там проживает только он сам и трое старших родов, да еще дочка вура Тыма Диера. Но еще три комнаты свободны.

  Ага значит все же разделение на господ и простолюдинов есть и у орков.

– Тогда приготовь мне на завтра одну из комнат, я перееду из башни.

– Но как же… арым велел…

– Не забывайся. Арым пожелал так, а я желаю по-иному. Это и мой дом тоже, – веско проговорила я.

  Командный тон у меня был всегда, не зря ж столько лет проработала директором строительного магазина, и здесь он тоже пригодился. Атрина вытянулась, кивнула и больше не стала ничего говорить.

  Девушка закончила заправлять постель, забрала поднос и удалилась. Я же осталась в пустой комнате, где особенно-то делать нечего. Но сегодня я не планировала спускаться вниз. Рано. Надо хоть немного уложить в голове тот сумбур, что образовался.

  Размышляя, я ходила по кругу комнаты, изредка выглядывая в окно. Там кипела жизнь. Ворота то и дело открывались, вкатывались телеги, выезжали пустые, кто-то что-то вносил и выносил. Люди и орки разносили мешки, тюки и прочий скарб по постройкам. Что-то относилось в замок.

  Я смотрела в окно, когда из главных дверей вышел мой муж-орк. Он отличался от остальных ростом и шириной плеч, а еще его одежда была побогаче. Но все равно довольно простая, просто цвета поярче, качество получше.

  Он прошелся по двору. Поговорил с одними, потом с другими, и направился к внешней лестнице, ведущей на стену.

  Я с каким-то жадным любопытством разглядывала его. Ну удивительно же! Орк, настоящий, зелененький! Правда, похож он был больше на человека, просто очень крупного, массивного, ну и внешность слегка отличалась. Так что зря я высказалась священнику насчет смешения рас. Орки, видимо, не слишком сильно отличались от людей, поэтому все возможно.

  Арым, словно почувствовал мой взгляд, резко остановился на середине лестницы и обернулся, точно смотря в окно моей башни.

  От неожиданности я присела, как нашкодившая девчонка. И зачем? Ну смотрела я на него, это же не запрещено. Что тут такого? А теперь уже глупо будет вставать. Поэтому, как была, на корточках пошагала в сторону кровати. Хватит, насмотрелась, надо подумать, как быть дальше.

  Исходных данных очень мало. С такими вопросами все быстро поймут, что я не Ялана, я ведь даже этикет местный не знаю, вдруг здесь положено плевать на руку перед пожатием или еще чего. Надо как-то постепенно заполнить все пробелы. И с арымом тоже надо расставить все точки над i. Нельзя позволить ему запереть меня в башне. Я тут с ума сойду. Надо постараться найти с ним общий язык, хотя бы для того, чтобы жить под одной крышей. С этими мыслями я не заметила, как уснула, хотя был еще день.

Глава 4

 Нужно идти, меня ждут, зовут. Внутри словно вибрировала тонкая струна, которая натягивалась, едва я останавливалась. Она нетерпеливо дергалась где-то внутри, побуждая двигаться.

  Какие-то комнаты, коридоры. Везде горят факелы, а кое-где странные шары, прикрепленные прямо к стене. Я точно знаю, что мне надо на улицу. Туда, куда тянет струна внутри.

  Рукой скольжу по каменной стене, ощущая шероховатости. Нельзя идти, надо кого-нибудь позвать, сказать.

  Можно. Она ждет, тянет. Зовет. Просит прийти поскорее.

  Куда?

  Внутри нарастает одновременно холод и жар, словно два потока встречаются и перемешиваются.

  Быстрее!

  Но ноги сами тормозят, я едва переставляю их. Надо кого-то позвать. Кого?

  Мысли путаются, чувствую только зов. Она ждет. Зовет. Но я сопротивляюсь. Нельзя поддаваться. Нельзя. Надо сопротивляться.

  Почему?

  Что плохого случится?

  Случится.

  Коридоры пусты. Замок словно вымер. Здесь же полно людей. Где они? Где все?

  Стою перед дверями. Нельзя выходить. Нельзя. Не сегодня. Сегодня она пришла. Дотянулась. Зачем?

  За мной.

  Почему я?

  Жар и холод внутри словно слились в едином могучем ударе, который сотряс все тело и наполнил непонятной энергией. Казалось, что я могу летать или бесконечно долго бежать. А она зовет. Может это в ответ на зов? Ей нужна эта энергия?

  Не хочу делать шаг, но делаю. Рукой толкаю незапертую дверь. Почему не заперто? На ночь двери замка запираются, лихих людей много.

  Ступени холодят ноги в домашних сапожках. Сорочка сразу же становится влажной от тумана, но не он вина этому холоду. Прямо у ступеней плещется темное море. Волны облизывают ступени и расходятся дымным туманом.

  Струна затрепетала на высшей ноте и замерла, мелко вибрируя. Я задрожала не от холода, а оттого, что энергия внутри стремилась прочь, но ее зов, он не отпускал, тянул вперед.

  Всего шаг.

  Когда я успела спуститься на десяток ступеней?

  Энергия внутри не хотела, сопротивлялась, рвалась прочь, билась внутри с дрожащей струной зова. Я чувствовала, что рассыпаюсь на куски. Эти сущности, энергии были сильнее меня. Сознание отделилось, и вот я уже со стороны вижу, как моя нога медленно, очень медленно отрывается от ступеньки и делает шаг, погружаясь в туманно-темную волну, которая качнулась навстречу. Нога по щиколотку вошла в эту субстанцию, которая вовсе не была водой, но и туманом не была.

  Струна лопнула, разлившись нестерпимой болью, и девушка, что стояла уже по колено в черном тумане, беззвучно закричала, а другая, которая белесым призраком стояла в стороне, посмотрела прямо на меня.

  Я вздрогнула и проснулась. Сон. Всего лишь сон, но какой реальный. Словно это я там была, и одновременно не я.

  Это что сейчас было?! В груди слабо чувствовалась та самая вибрация.

  Страшная догадка пронзила меня. Это Ялана, это она! Это момент, когда она побывала в Мари. Я увидела момент, когда она вошла. Но что же случилось? Почему одна энергия сопротивлялась другой, и почему потом сама призрачная Ялана, если это, конечно, была она, потом вышла из тела и посмотрела на меня? Вопросов стало еще больше. Зато я поняла, что Марь – это какой-то вид энергии. Может это та самая магия, про которую тут говорят. Судя по сну, ничего хорошего она не сулит.

  Оторвала голову от подушки и едва не застонала от боли. Тело ломило и болело. Первое пробуждение в этом мире было гораздо приятнее. А сейчас по мне словно каток проехал. Это что последствия сна? Если так будет всегда, то я не хочу подобное ускоренное обучение.

  Хотела потрогать лоб, может у меня температура, но остановилась, удивленно глядя на татуировку. Черные кружева на запястье едва заметно светились серебряным светом.

  Это еще что?!

  Потрогала узор пальцем, но он никак не ощущался, а свечение начало медленно гаснуть. Я глупо пялилась на руку, пока свечение окончательно не погасло, а линии снова стали просто линиями непонятной вязи татуировки.

  За окном была уже ночь. Звезды проглядывали сквозь узкое окно. В комнате опять стало холодно.

   Нет. С этим надо что-то делать. Решительно встала, превозмогая боль в мышцах и суставах. Сейчас я чувствовала слабость гораздо большую, чем когда ложилась. Хоть бы не простудиться на этой холодрыге. Даже представить боюсь, чем тут лечатся. Если вообще станут лечить, а то мой муженек, наверное, от радости, что я заболела, спляшет возле моей кровати.

  Из окна дул просто ледяной ветер. В комнате не было ни камина, ни жаровни с углями, здесь просто нечем было согреться. На столике горел подсвечник со свечами. А вчера его не было. Значит, кто-то заходил и оставил свечи.

  Огляделась, ища, чем бы закрыть окно. До утра здесь можно и околеть. Судя по тому, что я видела днем, сейчас весна, а значит ночи еще холодные. Чем закрыть? В комнате не было ничего лишнего, только постель, стол и стул.

  Делать нечего, придется пожертвовать подушкой. В одеяло я и так завернулась, как в плащ. А подушка как раз не слишком толстая, скручу в валик и вставлю в узкую бойницу.

  Подушка точнехонько поместилась в проем, осталась только небольшая щелочка сверху. Ну да не страшно, будем считать это микропроветриванием.

  В комнате все еще было холодно, но хотя бы ветер не гулял. Я забралась обратно в кровать, свернулась калачиком, подогнув под себя края одеяла, чтобы было теплее.

 Завтра совершенно точно съезжаю отсюда и неважно, что там орк говорил.

Глава 5

  Спать без подушки оказалось даже удобнее, чем с ней. Все равно она набита была даже не перьями, а чем-то вроде соломы. Закрытое окно и теплое одеяло спасли меня от холодной смерти.

  Второй раз засыпая немного опасалась, что снова увижу нечто странное. Но мне больше ничего не снилось. Так что проснулась я на рассвете вполне отдохнувшая. И даже тело больше не ломило.

  Солнце красиво вставало прямо за далеким лесом. Я любовалась им из окна, сжимая в руках подушку, которую только что вытащила.

  Я в другом мире, в чужом теле, но какой же здесь красивый рассвет!

  Почему-то мозг совершенно спокойно воспринимал сам факт попадания в другой мир. То ли сказались многочисленные фильмы и книги, прочитанные о всяком волшебном и неведомом, то ли детская вера в чудеса. Ведь что меня там ждало? Одинокая смерть от рака?

  С мужем разошлись несколько лет назад, детей у нас не было. У меня была работа, да свободное время, которое я проводила в свое удовольствие. Пока как-то раз мне не стало плохо прямо на работе. Скорая. Больница. Анализы и страшный диагноз – рак. Неоперабельный и с множеством метастазов. Я даже подумать не могла, что все что я откладывала на потом, может никогда не случиться.

  Врачи давали мне несколько месяцев, может меньше, но если повезет, то больше. Я ходила на работу, как привыкла, делала домашние дела, как всегда делала. Я ничего не ощущала. Мне даже плохо больше не было. А потом приступ повторился. И еще раз. И еще.

  После одного из анализов я как раз и ехала домой на автобусе. Помню, как мне ужасно захотелось спать. А потом я проснулась уже в этом мире. Что это? Судьба? Проведение? Второй шанс?

  Чтобы это не было, но я свой второй шанс не упущу. Жить, зная, что каждый новый день может оказаться последним, очень страшно. А еще понимать, сколько всего ты не успела сделать, и, скорее всего, не успеешь никогда. Поэтому я стояла и смотрела, как поднимается красное солнце, окрасив в нежно коралловые цвета пушистые облака. Надеюсь у меня впереди еще много новых дней.

  Встряхнулась от философских мыслей. Пора начинать новый день. И словно услышав мои мысли, в дверь тихонько вошла Атрина, неся керамический таз и кувшин с водой, через руку был перекинут отрез материи.

– Ой, миледи, вы меня напугали, – девушка действительно вздрогнула, когда заметила меня.

– Доброе утро!

– Вы так рано встали. Сейчас только слуги поднялись и арым, многие еще спят.

– Я всегда рано встаю.

  Это была правда. Всегда рано вставала и никогда не испытывала с этим проблем.

– Хорошо, я буду знать.

  Девушка поставила кувшин и таз с водой на стол.

– Атрина, ты вчера сказала, что вы из окрестных деревень. А я разве одна сюда прибыла? Со мной даже служанки не было?

   Я склонилась над тазом и впервые увидела себя. Молодая, наверное, лет двадцать. Мне было почти сорок, а теперь снова двадцать. Волосы светлые, глаза голубые. Я всматривалась в новую себя и удивительным образом находила похожие черты со своей прежней внешностью. Тот же разрез глаз, чуть вздернутый нос, схожий оттенок волос. Родственная душа? Какие-то игры мироздания? Почему мы с Яланой неуловимо похожи? И снова куча вопросов без ответов.

  Побрызгала водой, потерла краешком ткани зубы, потому что ни щетки, ни зубной пасты мне не предложили. Промокнула лицо, еще разок взглянула на новую себя. Надо привыкнуть.

  Пока я умывалась и разглядывала себя, девушка поправляла постель. С ответом она явно не спешила.

  Вчера Атрина показалась мне глуповатой, но сейчас я поняла, что девушка куда умнее, чем кажется.

  Вопрос я задала не просто так. Если со мной была свита, и они живут в замке, то они в два счета поймут, что я не Ялана. Так мастерски сыграть другого человека я никак не смогу. К тому же я ничего не знаю об этом мире.

– Были, как не быть, вы ведь знатная леди, – пожала Атрина плечами, не глядя на меня. – Только они не пожелали жить с орками на границе с Марью. К тому же, вы уже приехали больной. Плохо соображали и почти не просыпались, только изредка бредили и все. Слуги пробыли здесь до вашего венчания, а как арым вышел из святилища с браслетом, так и отправил всех, изъявивших желание покинуть крепость, домой. Пожелали все. Поэтому вы здесь одна. А я вам теперь буду прислуживать.

– Ясно. Спасибо.

  Это очень хорошо, что все слуги смылись. Ялану тут никто не знает, поэтому можно будет позволить себе чуть больше свободы.

– Ты мне покажешь замок?

– Но арым…, – снова начала девушка.

– Так, – остановила ее взмахом руки, – давай сразу проясним этот момент и больше к нему возвращаться не будем. Я знатная леди, это мое приданое. То, что арым теперь стал здесь хозяином, не отменяет того, что и я хозяйка. Мое слово лишь немного ниже, чем слово арыма. Поэтому, если я сказала, то все слуги должны это исполнять. Исключением может стать только прямой приказ арыма. Но и они не касаются лично меня. Со своим мужем я разберусь сама. Это понятно? Можешь передать мои слова абсолютно всем.

  Нужно сразу обозначить границы. Я не собираюсь быть безвольным свидетелем жизни. Что бы там орк не хотел, но он не сможет меня запереть.

– Тогда давай прогуляемся по замку, а потом позавтракаем.

– Как прикажете, миледи, – склонила голову Атрина.

Глава 6

  Что сказать? Замок – это очень громкое название. Это строение когда-то было замком, частью пограничной крепости. Теперь же здесь из трех этажей жилыми можно считать только один. Второй этаж уцелел, но был завален камнями и обвалившимися балками. Третий был почти полностью разрушен.

  Когда мы вышли из башни, я фактически очутилась на улице. От третьего этажа остались куски стен и часть крыши, начинавшаяся через метров десять. Вход в башню зиял отсутствующей крышей и кусками стен.

– Что здесь случилось?

  Все выглядело, как после бомбежки.

– А? – не поняла Атрина оборачиваясь.

   Ее похоже не трогало отсутствие стен и крыши по дороге к башне. Вероятно она привыкла к этому.

– Почему часть этажа в таком виде?

– А, так это еще с последней войны с Эроном. Крепость на границе с ним. Была. – как-то странно закончила она. – А теперь от тех земель остался маленький кусочек  там, – она махнула рукой в сторону леса, – далеко на юге.

– Почему?

– Так все захватила Марь, – пожала плечами девушка. – А крепость бросили, когда война закончилась, потому что Марь стала быстро распространяться, некому было отстраивать заново. Но здесь еще ничего. Дальше по пограничному тракту, есть еще две сторожевые крепости. Вот там даже стен не осталось. Так что нам еще повезло.

  Что-то я сильно сомневалась в этом.

  Дальнейший осмотр замка не занял много времени. Строение большое, но из-за обрушений в нем практически не было жилых помещений. Только тот коридор, который отдал под спальни арым, и коридор напротив, где жили слуги и были хозяйственные помещения. Но и здесь можно было жить, если заниматься.

– Почему в коридорах грязно? – спросила, заметив простой уличный мусор, вроде опавших листьев и веток по углам.

– Здесь всегда так было, – пожала плечами Атрина.

– Вы не убираетесь?

– Арым не приказывал. Он только наказал готовить еду, убрать спальни, а насчет остального, указаний не было.

– Понятно.

  Мебели было крайне мало. Я не видела спален, но те комнаты, что с наятжкой можно было считать общими, имели лишь по паре предметов мебели, например: стул и стол, кресло с кожаной обивкой, изящная, но грязная, козетка.

– А мебель где?

– На третьем этаже за завалами осталась мебель, но достали только то, что сумели вытащить. Остальное растащили, пока крепость пустовала.

  Осмотр завершили в большом холле. Сюда вела широкая центральная лестница. В холле стоял массивный стол, не утащили, вероятно, потому что он тяжелый, и пара стульев. Было два камина друг напротив друга, но видно, что ими не пользовались.

– А сколько арым здесь уже живет?

– Почти месяц. Долго ждали вашего прибытия, но вы болели. А когда поняли, что неизвестно, сколько ваша болезнь продлится, то вас и снарядили в путь.

  Ага, чтобы выгодная сделка не сорвалась из-за смерти девушки. Хорошо откупились, ничего не скажешь.

  А вот то, что арым живет месяц и за это время не удосужился убрать собственное жилище и привести его в порядок – это странно. Но может у него не было времени или еще что-то. Я ведь ничего не знаю о жизненном укладе орков, может они привыкли так жить.

– Во сколько в замке завтракают?

– Кухарка уже давно встала. Мы можем пойти на кухню. Или может вам здесь накрыть, – показала девушка на большой стол.

– Нет, пойдем на кухню.

  С обедами в главной столовой пока обождем. Сначала посмотрим на кухню изнутри.

  Раз уж меня здесь никто не знает близко, то я могу следить только затем, чтобы не облажаться в знании мира, но уж навести порядок и попытаться наладить собственный быт – это я могу сделать. Жить в холодном и грязном замке мне точно не хочется.

  Замковая кухня удивила большими размерами. Впрочем, здесь все было большим. Мне, жительнице другого мира, где пространство ценилось, а комнаты и квартиры были весьма скромных размеров, исполинские холлы, большие комнаты, широкие коридоры и вот такая огромная кухня, казались гигантскими.

  Два очага, но не горел ни один. Огонь горел в небольшом углублении прямо в каменной столешнице. Поверх была уложена решетка, и на ней булькал крупный котелок с ручкой. Что-то вроде конфорок на плите.

  Повариха, при виде нас удивленно всплеснула руками:

– Ой, миледи, а мы вас не ждали!

  Под “мы” подразумевались две молоденькие девочки, лет тринадцати-четырнадцати, которые чистили какие-то овощи. С удивлением опознала картошку и морковку, а вот два других были незнакомы.

– Доброе утро! – поприветствовала работниц кухни. – Нам бы завтрак.

– Конечно-конечно, миледи, присаживайтесь.

  Женщина показала на стол в углу кухни с несколькими стульями.

– Как тебя зовут?

  Обращаться на “ты” к женщине старше себя было непривычно, но здесь не поймут другого обращения.

– Хана, миледи.

– Я леди Ялана, – знать бы еще свой род или род мужа, или как тут принято обращаться.

– Да мы знаем, миледи, – расплылась в улыбке женщина.

  Хана была женщиной за пятьдесят с круглым добрым лицом, полноватая с крупными сильными руками крестьянки.

– А остальные уже поели?

– Не все. Только те, что ушли с арымом во двор по хозяйству.

– А остальные?

  Женщина замялась и переглянулась с Атриной.

– Так спят, – развела руками повариха.

– Понятно, – кивнула я. С этим разберемся позже.

  Присела за стол. Хана поставила передо мной тарелку с кашей. Овсянка обычная, на воде и совершенно без вкуса.

– Атрина, ты ела?

– Нет, миледи, еще не успела. Я думала, что вы позже встанете, хотела отнести вам воду и спуститься завтракать.

– Тогда садись и ешь, – я показала на стул рядом с собой.

  Я хоть и обозначила себя, как благородную леди, но сильно заноситься не стоит. Лучше заслужить реальное уважение, а не из-за титула. Да и не перед кем тут возноситься, и пока что нечем. Нужно еще узнать, как обстоят дела с финансами. Ведь нам еще и есть что-то надо, и как-то обогреваться зимой.

  Девушка получила свою порцию каши и принялась есть. Для нее такая еда была привычной, но я бы лучше съела что-то другое. Но главное, что еда в принципе есть, и она питательная.

  Хана мне понравилась, и задеть женщину не хотелось. Думается мне, что готовит она так, потому что по-другому не умеет или не из чего.

  План в голове медленно, но верно вырисовывался.

  Когда тарелки опустели, а Хана поставила перед нами какой-то травяной отвар, я попросила Атрину собрать всех слуг в холле. Кто спит, разбудить.

– Зачем, миледи? – спросила девушка.

– Хочу познакомиться, поговорить и раздать задания. У нас с вами впереди много работы.

  Девушка выглядела удивленной, и я уже ждала ее излюбленное “а арым приказал…”, но она сдержалась и ушла выполнять приказ.

– Хана, много ли запасов еды в замке?

– Не очень, миледи. Еда есть, что-то привезли на продажу из соседних деревень, но сейчас весна и в деревнях тоже не много остатков. У арыма были запасы, вот их пока и используем.

– Хорошо. После того как поговорю со слугами, мы с тобой отправимся пересчитать остатки и подумаем над меню на неделю.

  Вот так, не буду говорить, что еда не очень. Лучше предложу составить меню вместе, заодно и посмотрю что к чему.

– Как прикажете, миледи, – чуть присела повариха.

Глава 7

  В холле собралось человек двадцать. Большой штат, если подумать. Замок тоже немаленький, но большая его часть вообще непригодна для жилья, так что половину можно отправить на разбор завалов, тем более мужчин среди прислуги хватало.

– Доброе утро!

  Крестьяне, слугами бы их никто не назвал, так как одеты были во все свое, да и выглядели не лучшим образом, выстроились в подобие кривоватой шеренги. На лицах некоторых мужчин, я заметила следы бурной ночи. Вот странность, миры разные, а привычки у людей одинаковые.

– Меня зовут леди Ялана, я жена арыма Юнара и ваша хозяйка. У арыма много дел по восстановлению крепости, поэтому мы с вами приведем в порядок замок. В наших силах сделать уборку жилых помещений. Эта уборка будет ежедневной. Привыкайте.

  Народ заволновался, многие зашептались друг с другом.

– Арым платит вам?

– Да, два суара в неделю, – ответил неказистый мужичок со следами пьянки в грязной рубахе и нечесаными волосами.

  Подозвала Атрину. Девушка и кухарка Хана со своими помощницами стояли в другой стороне от остальных слуг.

– Это много? – уточнила у подошедшей девушки.

– Нормально. В деревне за работу вообще не платят. Поэтому кто хотел работать – работал.

  Вообще, я заметила, что несколько человек стоят как бы поодаль от остальных. Выглядят опрятнее и явно встали раньше других. Но большая часть выглядела так, будто они здесь отдыхали, а не работали.

– Арым платит вам деньги, – громче продолжила свою речь, – платит за работу, которая, как я вижу, делается плохо.

  Люди снова зароптали, но я продолжила:

– Я долго болела, но смогла справиться с хворью и теперь буду следить за тем, как замок будет восстанавливаться. Часть слуг будет заниматься разбором завалов. Начнем с третьего этажа. Женщины займутся уборкой жилых и доступных помещений. Это значит, что будет выметена вся пыль и грязь, отмыты полы, стены и мебель. Этого хватит нам на неделю, дальнейшие указания будете получать от меня лично, либо Атрина вам передаст мои слова.

  Девушка удивленно повернулась ко мне, но я не собиралась прямо сейчас объяснять свой выбор. Позже поговорю с ней.

– А если мы не хотим заниматься разборкой завалов, – не унимался тот мужичок, – арым ничего такого не приказывал.

– То вы можете быть свободны.

  Всегда найдется тот, кто начнет мутить воду. Мне с первого взгляда он не понравился, но посмотрим, что он предпримет.

  Слуги разошлись исполнять свои прямые обязанности. Некоторые вполне спокойно, как пять женщин, которые пошли к неприметной двери, а вернулись оттуда со швабрами, тряпками и ведрами. Вот и прекрасно!

  Большая часть мужчин еще переминалась в холле, но я не собиралась их подбадривать. Это как раз те, что выглядели как отдыхающие. Подозреваю, что самых толковых арым забрал с собой. Мне же остались эти, и лишь трое мужчин отправились вверх по лестнице, обсуждая, откуда лучше начинать разборы.

– Теперь с вами, – я повернулась к кухарке, – покажите мне кладовые и посмотрим, что есть на кухне и что вам нужно купить для хорошего приготовления еды. На сколько человек вы сейчас готовите?

– Пока только на слуг, арыма и его орков, что проживают в замке. Остальные орки готовят сами. В гарнизоне еще где-то десяток человек, – прикинула она, – но у них свой повар.

– Арым и его гости ничего не говорили насчет еды?

– Ну, – замялась Хана, – арым Юнар сказал, что такая еда ему непривычна, и что мне следовало бы подучиться у орков готовке. Но, миледи, – подалась ко мне женщина, – их блюда сложные, их долго готовить, как я буду все это успевать?

– Ничего, Хана, разберемся. Идем.

 Ага, значит не только мне показалась еда пресной и невкусной.

  Припасы были. Много это или мало пока мне трудно судить. Надо для начала прожить дней пять и посмотреть сколько и как, что расходуется.

  Кладовые в замке были обширные, но занято было едва ли на треть. Но так и расчитаны они на замок полный слуг, гарнизон и многих других. Сейчас я даже толком не знаю, сколько в принципе людей будет питаться за счет замковых кладовых.

  Мы с Ханой и ее дочками Ларой и Дарой обошли все полки, мешки, закутки, кадки и все переписали. С удивлением узнала, что я легко пишу на местном языке, как и говорю. До этого делала это не задумываясь, а как увидела незнакомые буквы, так и поняла, что это неродной мой. Сначала застопорилась.

– Миледи, все хорошо? – разогнулась Хана, выныривая из мешка с чем-то сыпучим.

– Да.

  Я удивленно смотрела на палочку с черным кончиком. Это не карандаш, а что-то другое. Кончик был выкрашен какой-то краской, а еще на самой палочке было вырезано несколько знаков, и он писал без всяких чернил.

  Инспекция заняла почти два часа. Едва я успела выйти из кладовой, как тут же была схвачена грубой рукой повыше локтя и оттянута в сторону.

Глава 8

– Почему ты распоряжаешься моими людьми? – рыкнул в лицо мой орк.

  Несмотря на грубый жест, держал он бережно и больно не сделал, но в душе сразу же вспыхнуло раздражение. Да сколько можно, обращаются, как с табуреткой. Руку я вырвала и не менее зло уставилась на арыма.

– Перестань меня хватать! – краем глаза заметила довольного мужика, который возмущался моим приказам. – На нас смотрят, лучше поговорить в другом месте.

  Юнар явно хотел возразить, но огляделся и понял, что я права. На его рык обратили внимание не только мужики, которые нажаловались ему, но и женщины, убиравшие холл, и Хана с дочками, которая шла следом.

– Идем.

  Он развернулся и пошел в первую попавшуюся комнату, которая оказалась малой столовой, правда совершенной пустой, но зато здесь были окна, забранные витражами. Значит не везде в замке отсутствуют окна, некоторые проемы застеклены. Надо узнать, можно ли закрыть остальные. Все это я отмечала мимоходом, пока Юнар не припер меня к стенке сразу, как я вошла.

– Повторяю вопрос, – угрожающе начал он, – почему ты распоряжаешься моими людьми?

– Потому что могу, – не испугалась я и дерзко ответила.

  Знаю я таких мужчин, привыкли давить авторитетом и своей мускольностью. Не на ту напал.

  Юнар стоял очень близко, я практически ощущала жар его тела. Орк был выше меня на голову и шире даже не знаю насколько. Его рука в обхвате была, как мое бедро. Правда Ялана была девушкой хрупкой, но тем не менее. А еще у него были удивительно синие глаза с темными лучиками. Волосы, как и вчера собраны в высокий хвост, открывая заостренные уши. Это традиционная у них прическа? Еще в хвосте видны несколько косичек с разным плетением. Еще и эта серьга кокетливо качалась в ухе, ловя солнечные лучи.

  Юнар что-то говорил, но я так засмотрелась на его необычную внешность, что пропусти его слова мимо ушей.

– Что, прости?

– Ты все-таки слабоумная, – с каким-то облегчением произнес Юнар со слабой улыбкой.

– В каком плане? – удивилась подобным выводам. – Я просто не расслышала твои последние слова, задумалась, – отмахнулась я. – А по поводу слуг, так я твоя жена, это и мой замок тоже, и земля тоже моя. Поэтому я тоже, – каждый раз я выделяла голосом это “тоже”, чем видимо бесила арыма, потому что он чуть морщил губы, что смотрелось забавно вкупе с выступающими нижними клыками, – могу распоряжаться нанятыми тобой людьми. К тому же половина из них дармоеды, которым ты платишь за безделье.

  Мой выпад Юнар предпочел не заметить, продолжив обвинять меня.

– Люди жалуются, что ты отправляешь их разбирать завалы.

– Все верно, – кивнула я. – А ты предпочитаешь жить в полуразвалившемся замке?

– Ты не должна влезать в дела моей крепости! Я велел сидеть в башне!

  Нет, он меня просто вывел. Я стиснула кулаки и, зло смотря в его глаза, выдала:

– Я не буду сидеть в башне! Я твоя жена! Хоть ты так и не считаешь, потому что венчание было не по вашим традициям, но брак заключен, – я крутнула браслет, – по всем правилам. И даже король не сможет оспорить моих прав в этом замке и на этой земле. Так что, Юнар, – я впервые назвала орка по имени, отчего его зрачки чуть расширились, – жить мы будем вместе. Не знаю, долго ли и счастливо, но я хочу жить, по крайней мере, комфортно. А твои мужики пьянствуют и спят до полудня, да еще и отказываются выполнять работу, за которую деньги получают!

  Юнар хотел что-то возразить, но потом почему-то его взгляд съехал на мои губы вместо глаз. Тут же захотелось их облизнуть, но я сдержалась. Потом он отступил на шаг и нахмурился. Помолчал пару минут, сверля меня недовольным взглядом.

– Все равно, все решения должен принимать я. И то, что ты слышала мои слова при венчании даже хорошо, – кивнул он собственным мыслям, – не будет лишних иллюзий.

 Можно подумать, они у меня до этого были. Этот орк не дает повода, чтобы эти иллюзии питать. Тут хоть бы отстоять права на собственное мнение и принятие решений.

– Впредь, прежде советуйся со мной по любому поводу, – недовольно проговорил он, словно подслушав мои мысли.

– Как скажешь, – не стала совсем уж перечить я. Надо уметь и уступать. – Тогда сразу скажи, какую еду вы предпочитаете? Я хочу изменить меню, то что сейчас готовят, мне не нравится. С вашей кухней я не знакома.

– Ты не сможешь приготовить так же хорошо, как орчанки, – задрал вдруг нос Юнар. – Кухней можешь распоряжаться самостоятельно, дозволяю, – по-царски закончил он.

  Только улегшееся недовольство вмиг взбеленилось снова. Захотелось подойти и отвесить этому громиле пинка, чтобы так не заносился. Усилием воли сдержалась и удержала рот на замке.

– Что по разбору завалов?

  Постаралась держать деловой тон. Ни к чему ему знать, что он меня раздражает, да и вообще волнует. Нам надо установить деловые отношения, если мы хотим жить под одной крышей. И вообще, надо бы о нем узнать хоть что-то, а то я только и знаю, что его зовут Юнар и что-то он главный в нескольких родах орков.

– Оставь это, – бросил Юнар и собрался уходить.

– Как так? Ты собираешься жить в полуразвалившемся замке?

  Должна же у него быть здравая логика. Впереди еще зима, если она конечно есть в этом мире. Но дожди-то точно есть. Нас ведь будет заливать, а где сырость, там болезни и плесень.

– У меня нет столько денег на восстановление замка. А Марь подбирается все ближе. Теперь я уже не думаю, что король оказал нам милость, позволив расположиться на этой земле, – хмуро ответил орк.

– Я не прошу у тебя денег, – сложила руки на груди, смотря на этого упрямца. – Я прошу у тебя людей. Позволь разобрать завалы. Атрина сказала, что где-то на третьем этаже есть еще мебель. Да и вообще посмотрим, что там осталось целое. Может мы сможем починить собственными силами.

  Старалась говорить убедительным тоном, но по глазам Юнара видела, что ему не хочется со мной соглашаться. То ли он женщин не любит, то ли я ему не по нраву. Однако он думал целую минуту, не сводя с меня взгляда, а потом сказал:

– Будь по-твоему, Ялана.

  Вот тон мне его не понравился совершенно. Как то он сейчас так смотрел на меня, словно внутрь меня и говорил так вкрадчиво, будто подозревал. И точно:

– Кто ты такая?

  Сердце ухнуло куда-то в желудок и там смерзлось ледяным комком. Я лихорадочно пыталась придумать, как выкрутиться из этой ситуации, ведь я не знаю собственную фамилию или род, или как тут принято. Что делать-то?! Панические мысли метались в голове! Уже собралась попытаться как-то вывернуться, сослаться на болезнь, как помог сам орк:

– Ты не похожа на леди Ялану Ауренскую. Хоть мы и виделись один лишь раз, но тогда в королевском дворце ты показалась мне тихой и скромной.

  Фух! Прям гора с плеч. Теперь я знаю свой род!

  Улыбнулась и развела руками, словно показывая, что я вот такая. Хвала местным богам даже Юнар меня хорошо не знал.

– А я и тихая, и скромная, но только когда условия жизни хорошие. А этот замок еще нужно привести в порядок.

  Орк хмуро глянул, словно ни на грош не поверил в мою “скромность” и “тихость”.

– Можешь распоряжаться слугами в замке, – проговорил он. – За пределы замка не лезь, – с легкой угрозой все-таки добавил он.

  Еще раз мило улыбнулась ему, и мы разошлись каждый по своим делам. Я ведь не сказала, что согласна…

  До самого обеда я занималась ревизией мебели. Находилась по замку вдоль и поперек, хоть комнат и правда было мало. По хорошему нам надо было много мебели, почти все комнаты были пустыми. А еще я записала все окна, требующие остекления. Если есть витражи, значит есть и стекло.

– Почему здесь не застеклены окна?

  Атрина ходила за мной по пятам, как я и приказала. Она ничего особенного не делала, только смотрела и отвечала на вопросы, но позже я поговорю с ней, и если она мне подойдет, то станет моей помощницей. А пока мне просто нужен был человек, который ответит на мои вопросы и не станет задавать своих собственных.

– Миледи, так не во всех замках вставляют стекло, это очень дорого.

– Но в столовой установлены витражи, они же еще дороже.

– Так то, единственная комната на всю крепость. Еще в святилище есть цветные стекла.

– Зимой же будет очень холодно.

– Зимой прогревать будут только несколько общих комнат и спальни. Остальные закроют до тепла.

  Атрина говорила спокойно, видимо, решила, что я жила в богатом доме.

– А здесь есть такие мастера неподалеку, я хочу поговорить с ними?

– Не знаю, миледи. Деревенские никогда не стеклили окна. Мы по-простому ставнями закрываем или плотной тканью. Да и нет у нас больших.

– Пожалуйста, узнай, где мне найти таких мастеров.

  Девушка кивнула, а я продолжила осмотр.

  Вместо обеда мы перекусили жестким мясом с хлебом. И я впервые попробовала местный овощ тариам. Выглядел он, как зеленый помидор, им по сути и являлся, но вкус имел, как сочетание помидора и огурца. Этакий салат в одном овоще. Мне понравилось. К тому же была у него и одна особенность: он мог очень долго храниться. Эти овощи были еще с прошлого лета. Прямо-таки картошка со вкусом свежего дачного салата.

  После обеда почувствовала, что на сегодня достаточно. Тело еще помнило прежнюю хозяйку, и похоже она и правда болела. Точнее заболела после Мари. Голова стала тяжелая, подняться из-за стола оказалась сложнее, чем я думала.

– Миледи, вам плохо? – тут же подскочила Атрина.

– Кажется да, – неуверенно ответила, в глазах замельтешили черные мушки.

  Девушка подхватила под локоть и затараторила:

– А ведь я вам комнату приготовила, как вы и просили. Я и прибралась там, заметила, как вы вчера осматривали башню. И окно занавесила.

– Веди, пожалуй, я прилягу, устала.

– Конечно, миледи, вам после болезни нельзя вот так сразу в дела кидаться, – посетовала Хана, – вы поосторожнее.

  Поблагодарила кухарку, и Атрина повела меня в новую спальню.

  Комната была больше, чем в башне. Здесь была широкая кровать, шкаф и одинокий стул, все разного цвета и отделки. Поставили в комнате, что нашли. Нет, надо разобраться с мебелью.

– Атрина, завтра с утра сразу придешь ко мне. Будешь мне помогать по делам. Ты умеешь писать?

  Девушка кивнула.

– Деревенский ранним учил детей, я ходила на занятия.

– Отлично, тогда что нужно будешь еще и записывать. Тебе подходит?

– Как скажете, миледи.

  Девушка помогла ослабить завязки платья, и я прилегла.

  Голова не болела, а словно стала пульсировать. По телу прокатывались волны тепла и дрожи. Странное состояние. Может я снова заболела? Стало вдруг страшно, что я так лихо взялась за дела, а ведь так и не разобралась с тем, что приснилось. Но что я могла с этим поделать?

  Допустим, Ялана каким-то образом получила магию, или она в ней пробудилась. Но не успела ничего сделать, как ночью ее начала тянуть к себе тот самый туман – Марь. Она не могла сопротивляться, хоть сила, что в ней была пыталась. Я все еще помнила, как во сне меня-Ялану раздирали изнутри противоречивые ощущения: одна энергия не хотела, чтобы я шла, а другая сила тянула на улицу. И когда Ялана вошла в туман, то ее душа ушла. А я выходит, пришла? А магия? Арым и священник сказали, что у меня есть дар, эта самая черная татуировка.

  Снова посмотрела на вязь на руке. Сейчас мне опять показался серебристый отсвет в черных линиях. Это она, это магия? И чувство слабости и непонятные волны – это оно? А как оно вообще должно работать? Как бы узнать?

  Мне столько всего надо узнать, что голова идет кругом. Но надо с чего-то начинать. Пока больше всего информации мне дали ранним Ивор и Атрина. С девушкой мы теперь постоянно будем вместе, можно ее еще о многом расспросить. Но есть вещи, которые деревенская девушка вряд ли знает, а местный священнослужитель может. Значит завтра надо навестить раннима Ивора.

  С этими мыслями я и уснула до самого утра. Кажется организму Яланы требовалось восстановление. Надо бы поосторожнее с ним, это ведь теперь и мое тело.

Глава 9

  Атрина пришла, как раз когда я уже встала и даже попыталась самостоятельно зашнуровать платье. Нет, это какая-то пытка! Как можно так извернуться, чтобы зашнуровать бока подмышками? Очень неудобно. А еще такое у всех женщин. Не придумали пуговицы? Кажется, у Юнара на кожаной куртке были пуговицы или я путаю? Тогда почему не взять эти пуговицы и не использовать в женском платье? Надо получше рассмотреть одежду орков и местных. Может загадка кроется в традициях и бытовом укладе.

– Давайте, помогу, миледи.

  Девушка помогла мне затянуть завязки и оправила подол.

– Атрина, а у меня есть гардероб?

  Кроме этого платья и нижней сорочки с бельем, я не нашла в шкафу ни одной одежки. Ялана не могла же приехать к жениху без вещей.

– Ваши вещи сложены на втором этаже. Арым приказал отнести их туда, пока вы были в беспамятстве. Это платье и обувь я оттуда достала из крайнего сундука. Прикажете принести?

– Нет, сначала мы сами посмотрим, что я там привезла.

 Умылась водой из кувшина, и мы спустились в кухню на завтрак.

  Сегодня каша оказалась вкуснее, чем вчера. Либо я начинаю привыкать к местной готовке.

  Хана была занята подготовкой к обеду, я предупредила ее, что позже зайду обговорить меню. Женщина кивнула и продолжила раздавать указания дочкам.

  В целом на кухне нужно лишь помочь с блюдами, в остальном Хана справляется. Здесь чисто, все на своих местах, все при деле и не бездельничают. Не думаю, что для Ханы окажется невыполнимым приготовить что-то другое, чем простые деревенские блюда, да и их, если поправить, чуть больше соли и каких-нибудь трав, и будет совершенно другой вкус. Но к этому вернемся позже.

  Поблагодарила Хану за завтрак, и мы с Атриной пошли смотреть мое приданое.

  На втором этаже служанка провела меня до самого конца коридора, где притаилась небольшая дверь, за которой оказалась кладовка. Маленькая комнатка, заставленная тремя сундуками и двумя большими тюками.

– Это все?

  Честно говоря, я надеялась на большее. Все-таки Ялана благородная леди, в приданом которой числилась целая крепость с замком и землями. А тут только несколько сундуков и пара мешков.

  Вчера, когда мы считали мебель, сюда даже не заглянули. Очевидно эту кладовку использовали слуги для инвентаря.

– Да. – кивнула Атрина. – Арым убрал, сказав, что продаст сразу же после вашей смерти годное.

  Я даже повернулась к Атрине от таких слов. То есть Юнар даже не собирался хоть сколько-то соблюдать траур или тут не положено чтить безвременно ушедших. Либо мир здесь такой бессердечный, либо мой муж-орк.

  Мы бегло осмотрели сундуки. В основном там были только платья. Несколько нарядных, но больше повседневных. Из чего я сделала выводы, что Ялана вовсе не была белоручкой, да и судя по тканям, не очень богатой. Тогда почему же за ней отдали, в общем-то, неплохое приданое. Разве земли дешевле домашней утвари? Что-то все-таки не то с самой семьей Яланы. Или с этой землей. Жаль, что о семье я ничего не знаю.

  В тюках оказалось больше полезного. Там были отрезы ткани. Причем пара была из хорошей шерсти. Еще в отдельном мешке было штук десять брусков ароматного мыла. А в отдельном маленьком мешочке, который еще был завернут в кожаный лоскут, я с удивлением нашла специи.

– Это же специи, – показала свою находку Атрине.

– Ой, сушеные травы, – проговорила девушка, сморщив нос от резкого запаха. – Деревенские такие не используют. Очень сильно пахнут.

  Ведь только на кухне думала о травах и специях, чтобы улучшить вкус блюд, и тут же прямо чудо.

– А орки?

– Да, орки часто кладут много трав в свои блюда. Но мне не нравится, не чувствуешь вкус еды.

  Понятно. Значит орки едят приправленную еду, а местные привыкли к пресной, лишь едва подсоленой пище. Но наличие у Яланы специй – просто подарок для меня. Придется приучать потихоньку местных к другой кухне. Специи не всегда забивают вкус, чаще они дают возможность продуктам раскрыться с другой стороны.

  Мешочек со специями я убрала в карман, а багаж нужно будет перенести в комнату.

  Пришлось поискать слуг, которые сделали бы это, так как никого из мужчин внизу не оказалось. К счастью, пара молодых парней как раз выносили из кладовой два мешка под руководством кухарки. Вот их я и попросила перенести багаж. Надеюсь, остальные слуги трудятся на разборах завалов, а не отдыхают где-то. Не хотелось бы лишних разборок.

  Я задумчиво проводила взглядом парней, выносивших первый сундук из кладовки, и решила, что они тут и без меня справятся.

– Атрина, а проводи меня к ранниму Ивору. Хочу поговорить с ним.

  Девушка кивнула и направилась на выход из замка.

Глава 10

  Ранним обитал в небольшой часовне или храме, который был пристройкой по левую сторону от стены замка. Небольшой храм имел отдельный вход.

  Постройка представляла собой равносторонний шестиугольник со сводчатой крышей. Имела несколько окон с резными ставнями, и резные же широкие двери, сейчас распахнутые настежь.

  Внутри горели свечи, и стояли скамьи по стенам. В центре возвышалась мраморная композиция. Три фигуры стояли спина к спине, образуя объединенный треугольник. Все в длинных одеяниях. Руки одного сложены на груди, у женщины прижаты сцепленными ладонями к сердцу, еще один мужчина стоял с вытянутой вверх ладью. Видимо, это и есть местные божества.

  Я с интересом обошла статую по кругу. Мрамор, хорошо обработан и чувствуется рука мастера: в складках одежды застыли движения, черты лиц выражают эмоции – хорошая работа, дорогая и качественная.

– Доброе утро, миледи! – раздался голос из темного угла, и на свет вышел ранним Ивор. – Я так рад, что вы в добром здравии и нашли время навестить храм.

– Доброе утро, ранним, – с теплой улыбкой поздоровалась я.

  Чем-то мне нравился этот пожилой мужчина. Чувствовалась в нем искренняя доброта и забота.

– Как вы себя чувствуете? Стало лучше с памятью?

– Чувствую себя значительно лучше. А вот память пока подводит. Именно поэтому я к вам и пришла.

– Чем смогу помогу, – кивнул Ивор, подходя ближе. – Присядем? – он указал на скамьи по периметру храма.

  Обычные деревянные лавки, дерево свежее, наверное, недавно подновили.

– Здесь все было заброшено. Но храм я привел в порядок. – Ранним заметил, как я с любопытством рассматриваю скамейки.

– Я заметила стеклянные витражи в одной из комнат, и здесь, и статуя богов прекрасно исполнена,  – обратила внимание на контрасты в крепости я, – и в тоже время большая часть комнат не остеклена, мебель тоже где-то дорогая, а где-то не лучше, чем в крестьянских домах. Почему так?

  На самом деле вопросов было куда больше и совершенно на другие темы, но надо же было с чего-то начинать.

– Это пограничная крепость. Сюда отправляли за провинности, и редко как вознаграждение. А уж хозяев здесь было великое множество.Эти земли вошли в состав надела вашей семьи лишь тридцать лет назад, как раз когда Марь только проявилась. До этого они считались королевскими, стратегическими. Граница с Эроном ведь рядом. Но теперь вместо Эрона Марь, как и вместо атакыров орков. А пограничные крепости король раздал семьям, чьи земли ближе всего. Но почти никто не занимается этими крепостями.

  Ранним Ивор говорил со знанием дела. Видимо увлекался историей или священнослужителям положено знать историю храма, в котором они служат.

– Здесь вообще оказалась хорошая храмовая библиотека, – ответил на незаданный вопрос ранним, – а я люблю читать, – блеснул улыбкой старичок.

– А я могу взять что-то почитать? – тут же уцепилась за возможность, не вызывая подозрений что-то узнать о мире.

– Конечно, миледи. Показать вам?

– Да, если можно.

  Ранним Ивор провел меня в небольшую комнату и продемонстрировал единственный стеллаж с книгами, гордо названный им “библиотека”.

  Выбрала несколько книг с заинтересовавшими меня названиями. Другие почитаю позже.

– Ранним Ивор, вы помните наш недавний разговор с арымом?

  Думается, что про магию и Марь лучше узнать у Ивора. Книги книгами, но так будет легче.

– Конечно, миледи, – кивнул мужчина.

– Ранним, а что это за дар может быть?

  Я снова показала ему свои черные кружевные линии.

– Вчера вечером я странно себя чувствовала, и мне казалось, что линии светятся.

  Мне нужно было кому-то доверять здесь. Ранним Ивор проявил сочувствие еще при венчании, и после тоже. Да и про дар и Марь тоже он сказал.

  Пожилой мужчина склонился к моей руке, внимательно вглядываясь в линии. Осторожно повернул запястье, чтобы лучше рассмотреть.

– Честно говоря, я не знаю. Впервые вижу подобную печать.

  Он закатал рукав своей рясы и продемонстрировал небольшую ровную печать в виде круга с заключенными языками пламени.

– Вот, – он поднес свою руку ближе ко мне, – у меня малый дар огня.

  Ранним махнул рукой и в углу зажегся большой подсвечник с тремя толстыми свечами. От неожиданности я вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Вот она магия, живая и настоящая.

– Судя по вашей печати, у вас большой дар, но я никогда не видел ничего подобного.

– А как с этим связана Марь? Арым сказал, что я добровольно пошла, но я не думаю, что сама бы этого хотела. Вчера вспомнилось, что я не хотела идти, так получилось, словно тянуло, но я чувствовала сопротивление, пыталась бороться.

  Я не стала полностью рассказывать свой сон-воспоминание, потому что он вызовет слишком много вопросов.

– Очень часто Марь зовет одаренных. Особенно если дар только проявился. У вас он, видимо, поздно очнулся, а Марь была рядом.

– Вы так говорите, словно Марь живая.

– Вы и про это не помните? – удивился мужчина.

– Нет, – покачала головой, – есть какие-то разрозненные воспоминания, но составить их вместе не получается.

– Похоже, Марь почти забрала вас, – сочувственно проговорил ранним.

– Но что же это такое, эта Марь?

– Никто не может сказать, – пожал плечами мужчина, – одни говорят, что это какая-то нечисть, дух или что-то такое, другие, что это вышедшее из-под контроля заклинание, третьи, что это прорыв из другого мира. Но суть в том, что она поглощает магию, истощает землю, на которой достаточно долго находится, убивает живое. Орки смогли закрыть Марь в границах своих земель, и земли Эрона, но она стала выбрасывать длинные языки или нити, как их называют, и забирать одаренных. Она словно живое существо, хочет есть и знает, как поймать добычу. Она зовет одаренных, больше никто не слышал этот зов, они уходят и не возвращаются или возвращаются, но быстро умирают. Вы чуть ли не единственная, кто выжил после Мари.

– И все?

  Ранним непонимающе посмотрел на меня.

– В смысле она не отравляет землю, не убивает как-то еще, только вытягивает энергию?

  Ранним Ивор тяжело вздохнул и ответил:

– Нет, к сожалению, изредка случаются и прорывы.

– Прорывы? – переспросила я.

– Да. Из Мари выходят измененные. Так их называют. Странные существа, иногда похожие на людей, иногда на животных, но не являющиеся ни тем, ни другим. Они выходят с целью забрать с собой как можно больше людей. А после прорыва Марь снова растет в размерах.

  Мужчина замолчал, а я пыталась переварить услышанное. Все равно слишком много непонятного. Если это какой-то магический катаклизм, причем глобальный, то почему с ним никто не борется?

– Вы сказали, что орки остановили распространение Мари. – Ранним кивнул, а я спросила: – Как же они это сделали?

– У орков своя магия, она отличается от нашей. Они умеют заклинать землю, камни, дерево. Так как я управляю малым огнем, они управлять магией не могут, но, например, арым заклял землю на границе с крепостью. Марь не может пробиться через преграду. По крайней мере, пока.

– Пока?

– Магия орков истощается. Их осталось мало. Слишком много погибло. Поэтому не судите арыма Юнара за его черствость и жестокость, его народ погибает, кто бы остался добряком в такой ситуации. Орки очень зависят друг от друга, вместе они усиливаются. Чем сильнее атакыр, тем более мощной магией может управлять арым. Но у Юнара мало людей, и нет истинной, ему трудно держать границу, – с сожалением покачал головой ранним.

  Магия, орки, Марь – ранним не внес особой ясности в то, что произошло со мной и Яланой.

   А то, что ранним попытался оправдать Юнара даже хорошо. Если все обстоит так, как сейчас описал Ивор, то дела крепости плохи. Судя по разговорам, Марь не так и далеко от границы крепости. А значит, нам придется что-то с этим делать. И с Юнаром нам придется объединить усилия. И лучше бы нам всем объединиться, раз тут чуть ли не состояние войны или глобального бедствия.

– Я не осуждаю его. Просто не понимаю, что происходит, болезнь очень странно повлияла на меня.

  Я хотела оправдать свои пробелы в памяти, но вместо этого сделала что-то плохое, потому что ранним вдруг сделал шаг назад и строго спросил:

– А не было ли у вас снова желания выйти за ворота? Вы не слышали больше зов?

– Нет, – покачала головой, – а что? Я что-то не так сказала. Наоборот, есть желание восстановить замок, чтобы жить стало лучше.

  Попыталась все перевести в шутку, но ранним все еще был серьезен.

– Вы сказали, что вчера почувствовали себя плохо. Не было ли желания кого-то ударить, навредить, забрать?

  Ранним смотрел строго и серьезно, поэтому я тоже перестала пытаться шутить. Видимо, зря я сказала про влияние болезни. И тут я догадалась, что именно не так сказала.

– Нет, ранним Ивор, я неправильно выразилась. У меня нет желания вернуться в Марь и прихватить кого-то еще. Я просто почти ничего не помню, словно заново родилась.

  Мужчина заметно расслабился, задумчиво потер подбородок, пожевал губами, а потом забормотал:

– Заново родилась… заново родилась. А может вы и правы, я слышал, что уже было несколько случаев за последние пару лет, что несколько женщин уже говорили подобные вещи. Святые харионы записывают это в храмовые книги, как и все, что связано с Марью. Так что очень даже может быть, что вы родились заново.

  Ранним уже без страха посмотрел на меня.

– В любом случае, миледи, я рад, что вас больше не тянет в Марь. А крепость? Если постараться, то можно все восстановить. Даже я смог построить новые лавки и убрать завалы, – слегка похвастался пожилой мужчина, даже чуть приосанился, что с его полной фигурой смотрелось забавно.

– Вот и я так думаю, – согласилась с ним я. – Но муж мой не очень с этим согласен.

– Арым Юнар упрям, но здравомыслящий орк. Дайте ему время, – по-отечески посоветовал священник, – думаю, вас не зря связала Маат, – мужчина показал на статую женщины.

  Тоже посмотрела на богиню. Маат. Ну, может, и не зря. Я ведь жалела, что так и не нашла себе никого, не родила ребенка. Только и в этом мире с этим явно будут проблемы.

  На этом мы с раннимом распрощались. Я прихватила три книги и отправилась в замок, чтобы проверить, как идут дела с завалами.

Глава 11

– Добрый день! – поздоровалась я с мужчинами, которые прервались, заметив меня. – Как обстоят дела?

– Пока вытащили что смогли. Но, миледи, нам троим здесь будет трудно справиться.

– Вижу, вы уже много сделали. Только не пойму, почему вы одни? Я ведь приказала всем мужчинам заниматься разбором завалов.

  Оглянулась на Атрину, но девушка пожала плечами.

– Так эти, они не местные, пришли откуда-то, сказали, их арым освободил от работ.

– Арым, говорите, – протянула я. – Хорошо, я разберусь. А если будете  также хорошо работать и дальше, то подниму вам жалование.

– Благодарствуем, миледи, – поклонились все трое.

– Вы уже обедали?

– Еще нет, миледи, – ответил один из них.

– Тогда прервитесь и поешьте.

 Работники ушли, а я осмотрела, сколько они проделали работы. Мужчины сложили уцелевшие деревянные перекрытия справа, пока таких было только четыре. Эти перекрытия держали потолок, а вот стропила крыши были завалены обрушившейся черепицей и кусками стен. Тут без крана не поднять. Я оценила толщину стропил и ширину кладки стен. Удивительно, что всего трое мужчин вообще смогли оттащить несколько кусков кладки и перекрытий. Что-то я погорячилась, отправив людей без каких-либо подручных средств разбирать тут все. Здесь понадобятся рычаги и хотя бы блочный кран или журавль с противовесом. Сомневаюсь, что на территории крепости есть что-то подобное, но придется построить, иначе мы тут не разберемся.

  Я не планировала сегодня снова обращаться к Юнару, но, видимо, придется. Мне нужны еще люди, и надо придумать, что делать с бездельниками. Кстати, а где они?

  Внизу возле кухни слышались громкие голоса. Я ускорилась, подозревая что-то не то. И точно, на пороге большой кухни, где справа обнаружилась столовая для слуг, которая до этого была закрыта, стояла Хана с поварешкой наперевес.

– А я сказала, что миледи не велела кормить бездельников, – грозно проговорила женщина, не пропуская тех самых мужиков.

  Я насчитала пять человек, косматых, небритых и одетых, как попало. Они сгрудились возле женщины. За ее спиной маячили дочки, тоже держа в руках половники.

– Что здесь происходит?

  Пришлось привлечь всеобщее внимание, так как никто не обратил на нас с Атриной внимания.

– Миледи, эти вот явились обедать. А Сарж сказал, что работали на расчистке только наши трое деревенских. Почему я должна кормить бездельников? – с вызовом спросила кухарка.

  Хана говорила правильные вещи, только моих указаний на такое самоуправство не было. Но я не стала обращать на это внимание.

– Все верно, Хана. Арым не велел кормить бездельников. Кто не работает, тот не ест, – перефразировала слова из фильма моего мира.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.