Дмитрий Кожеванов
Новая надежда-4 "Игры власти"

Глава 1. Система «9747»

Новые члены Совета баронства шли по широченному главному коридору линкора «Перун» смешавшись с нашим взводом особого назначения. У всех было какое-то разгульное, непонятно почему праздничное настроение, и толпа состояла из обнявшихся парочек и даже целых групп в обнимку, хотя никто не пил, и все твёрдо могли стоять на ногах. Могли, но не хотели, поддавшись вирусу разгула и нарушений Устава. То и дело раздавались весёлые возгласы и взрывы смеха. Всем было радостно и хорошо. Ощущался какой-то близкий перелом, предчувствие долгой и напряжённой работы, перед которой нужно максимально «зарядить батарейки», отдохнуть и оттянуться, чтобы хватило надолго.

Наша группировка кораблей, прилетевшая в бывшую пиратскую систему «9747», чтобы выбить пиратов и сделать её туристическо-промышленным локомотивом местного сектора космоса, готовилась вернуться к местам дислокации, оставив часть сил для охраны территорий. Флота базировались в системах «Герим-15» (свадебный подарок Нитикс на краю Империи со стороны Земли) и «Тана-1246» (на другом краю Империи, где мы имитировали нападение «неизвестных пиратов»).

А мы готовились всласть потанцевать и расслабиться в самом большом пустующем трюме линкора. Заодно потренировать и проверить новеньких членов взвода особого назначения – как они освоили аратанские танцы? Пожарить шашлыки из натурального мяса, которое хранилось в морозильных камерах на такой случай. Понятно, что жарить мясо, пить безалкогольное пиво, танцевать, и не позвать остальной экипаж составного линкора, командование кораблей и адмиралов – было бы недопустимым кощунством. Поэтому в главный коридор, ведущий в «бальный» трюм, вытекали новые и новые группки весёлых бойцов и офицеров в белой парадной форме, и восхитительных женщин в прекрасных платьях.

Я с улыбкой понял, что после случая с Ежегодным императорским балом, брать на войну, на всякий случай, бальные платье, украшения и туфли, у наших женщин стало такой же необходимостью, как взять бластер и запас сухпайков. Хотя нет, посидеть голодной не так страшно, как оказаться на балу без платья. Так что наряды были важнее.

Новые советники баронства и одна советница (пять человек – Дарья Владимировна Носова, Стефан Браун из Баварии, Франц Шварц из Гамбурга, Генри Бэйкер из Манчестера, Семён Викторович Перемышлев) тоже пошили себе парадную белую флотскую форму. Даша же взяла с собой на линкор бальное чёрное платье и алые лаковые туфли, которые прекрасно сочетались с алой помадой на губах. А на шее красовалось платиновое ожерелье с сияющими зелёными камнями. Глаза у «новеньких» были совершенно ошалевшие и счастливые.

Когда новые советники только прилетели на линкор, первые дни, они немного дичились – всё им, земным гражданским людям, было необычно, в новинку. Будоражило и волновало, манило и пугало одновременно. Муслим Ибрагимович (новоявленный министр обороны баронства) бесповоротно покорил советников, отвезя их на тяжёлом крейсере прорыва пострелять из туннельных пушек по астероидам. Вид разлетающихся в облаке пыли и щебня гигантских каменных глыб, как будто по астероиду ударили исполинской невидимой кувалдой, привёл ребят в благоговейный трепет. После взрыва первого поражённого астероида они с широко распахнутыми глазами стояли застывшие перед обзорным экраном крейсера, и впитывали увиденное глазами, пытались объять сознанием чудовищную мощь, подвластную экипажу боевого корабля. А потом полковник устроил учебный бой между фрегатами серии «О» нашего составного линкора, где советники выполняли роли операторов наступательного вооружения и азартно палили друг по другу учебными лазерными импульсами пониженной мощности. Всполохи защитных полей при попаданиях лазеров вызывали у новеньких такой восторг и бурю эмоций, что никаких сомнений не было – эти дипломаты, юристы и экономисты теперь наши, флотские, такие же как мы, настоящие маньяки. Как говорил Маэстро из фильма «В бой идут одни старики», «Споёмся!»

Когда мы вышли из коридора в «бальный» трюм, то не поверили своим глазам. Это был не трюм боевого корабля, а настоящий бальный зал! Стены и потолок были увешаны длинными полотнами тканей розовых, персиковых и голубых оттенков. Их изгибы создавали загадочные узоры. Элегантно задрапированные в ткань абордажные дроиды устроили своими прожекторами завораживающую подсветку колышущихся полотен на стенах, а из их мощных динамиков раздавалась негромкая лёгкая музыка. Над огромными жаровнями, сварганенными из термоядерных походных обогревателей, колдовали «особо доверенные люди», жаря шашлыки, бифштексы, овощи, и целые тушки крупных птиц похожих на рождественских индеек.

Вентиляция трюма работала на полную мощность, но ничего не могла сделать с одуряющими ароматами барбекю и жареной птицы. И это было восхитительно. За длинной барной стойкой, сваренной из малых контейнеров, и раскрашенной в весёленькие цвета, стояли дроиды уборщики, обёрнутые в ткани, словно в римские тоги, ловко манипулируя своими многочисленными манипуляторами с бутылками и стаканами. И даже показывали барменские фокусы, явно подсмотренные корабельным искином в земных телепередачах. Дроиды творили безалкогольные коктейли, разливали соки, пиво, газировку и воду с кубиками льда. А кто хотел горячительных напитков, им делали чай, земной кофе на настоящем земном огромном кофейном аппарате, и настоящее какао с молоком.

Перед началом танцев меня чуть ни хором попросили сказать речь. Кто-то из инженеров линкора тут же приказал конструкционному дроиду притащить большой ящик с инструментами в качестве помоста. Я не стал «ломаться», запрыгнул на ящик и с доброй улыбкой выждал, когда стихнут громовые возгласы приветствий и аплодисменты. Поднял обе руки, тут же стихла музыка, все замолчали, и наступила тишина, в которой стали громко слышны бульканье и шелест льда в шейкере дроида за барной стойкой. Через две секунды эти звуки тоже оборвались. Я обвёл взглядом своих ребят, смотрящих на меня горящими от хорошего настроения и ожидания чего-то важного глазами, и начал говорить,

– Привет, ребята! – зал снова взорвался возгласами,

«Привет, барон!», «Здравствуй, Дима!», «Здравия желаем, товарищ адмирал флота!»

– Хочу вас поздравить, и поблагодарить, с великолепно проведённой операцией в системе 9747! Мы не только вытравили пиратское гнездо, но и спасли людей на пиратской станции от жуткого существования в адских условиях. Весь флот здорово потрудился. Станция, которая должна была развалиться с минуты на минуту, полностью восстановлена, люди сыты, дышат свежим воздухом и пьют чистую воду. Это наша общая победа! Главная победа! Потому что флот создан, прежде всего, защищать и помогать гражданским людям. Без них флот и армия теряют смысл.

Мне было очень приятно и радостно наблюдать ваше искреннее воодушевление, рвение, самоотдачу и радость, когда вы помогали этим людям на станции. Я почувствовал, наверное, вы все тоже почувствовали, настоящее единение флота и народа, ощутили, что мы выполняем свою самую важную миссию, что всё делаем по-настоящему правильно и здорово, – я замолчал, подбирая слова, чтобы не скатиться в пошлую банальщину и неловкость, а народ в зале расчувствовался, вдруг вскинул руки, и радостно, во всю глотку закричал:

«Даааа!!!», «Ураааа!!!», «Даёшь!!!»

Я понял, что всё, что хотел, я сказал, и спрыгнул с «подиума». Пошёл к своим девочкам, жёнам Брелси и Эларе, сопровождаемый радостными, одобрительными возгласами и похлопываниями по плечам. Девчонки стояли возле барной стойки и восторженно улыбались. Подбежали ко мне, обняли и поцеловали в щёку, Брелси – в правую, Элара – в левую.

– Ты так здорово сказал, Дима, – с чувством мурлыкнула мне в ухо Элара.

– Замечательная речь! У меня аж мурашки побежали по спине, – тихо сказала в другое ухо Брелси.

Я улыбнулся, немного присел, обнял своих жён за талию, выпрямился, оторвав их от пола, и закружился на месте так, что их ноги начали изображать лопасти пропеллера, а они счастливо завизжали и рассмеялись.

Бал прошёл замечательно! Скорее, это был не бал, а большое дружеское пати с бальными танцами. Расслабленное, душевное, радушное, хлебосольное. Но с элементами официоза в виде красивой одежды и безупречных манер, прошитых в базе знаний «Светский этикет» 3-го ранга, которая как-то сама собой стала обязательной к изучению для всех служащих баронства Кошкин.

Новенькие советники сдали «экзамен» по аратанским танцам на «отлично». Мужчин «проинспектировали» Брелси с Эларой, а дипломата Дарью Владимировну – Муслим Ибрагимович. Ещё чувствовалось лёгкое напряжение, что ребята пока тщательно следят за своими движениями, но они уже были уверенными и красивыми.

В общем, теперь можно было лететь на Аратан, создавать торговую и дипломатическую миссию баронства, и не ударить в грязь лицом, если получим приглашение на какое-нибудь светское мероприятие.

На «балу» произошёл интересный и важный разговор. Во время перерыва между танцами, когда мои девочки отлучились «попудрить носики», и я сидел один за столиком, пил кофе, ко мне подошёл финансовый советник баронства Стефан Браун из Баварии. Среднего роста, сухощавый, но с мускулистыми плечами, прямая осанка, как у человека, привыкшего к вниманию, темные волосы аккуратно подстрижены, Речь медленная, каждое слово взвешено.

– Можно к тебе присесть, барон? – я радушно показал рукой на свободный стул, советник сел и поставил перед собой на столик бокал со смесью яблочного сока и газированной воды.

– Мы можем обсудить важный вопрос?

– Конечно, Стефан! Но не долго. Начнётся следующий танец, и меня сразу утащат на танцпол. Да и тебя, я думаю, тоже, – немец согласно закивал,

– Пять минут, Дима! – я кивнул в ответ, мол, слушаю внимательно, начинай, – Помнишь, на втором заседании Совета баронства у нас была очень глубокая и интересная дискуссия по поводу плановой и рыночной экономики? Ты меня во многом убедил, но я хочу заострить внимание на одном вопросе, – я заинтересовано посмотрел на баварца, наклонив голову, – нужно что-то придумать в баронстве с реализацией личных инициатив. Я согласен, что рынок делает всё грубо, необдуманно, очень затратно, но зато результативно. Да – методом многих проб, ошибок и потерь, да – вслепую, бессистемно и хаотично. Но в итоге регулярно появляется нечто невероятно востребованное, удобное, полезное. Такое, до чего специально не додумается ни один институт с учёными, ни один чиновник. Примеров таким вещам миллион: от безопасной бритвы Gillette, до прозрачной клейкой ленты «Scotch Tape», и копировальной машины Xerox (Ксерокс).

Ничего бы этого не было, если бы у людей не было возможности организовать свою компанию.

А какой смысл будет людям в баронстве придумывать что-то новое, мучиться, внедрять, пробивать, если оно в их жизни ничего не изменит, не сделает богатыми? У всех итак всё нужное гарантированно есть, богатыми и влиятельными всё равно не стать, запрещено. Что в итоге? В итоге получится застой, остановка развития. А общество не может стоять на месте, оно или развивается, или деградирует.

Я согласно, глубоко задумавшись, покивал. Тяжело вздохнул, и продолжил поднятую финансистом тему,

– В этом ты очень прав, Стефан! Очень! Я интересовался этой темой, сколько изобретений было сделано в СССР, и не смогло пробить себе путь. А через какое-то время они прекрасно воплощались «за бугром» и возвращались в страну, их придумавшую, в виде «чудес враждебной техники». Видеомагнитофон, электронная почта, сверхпроводники, спутниковая связь, искусственное сердце, система позиционирования GPS, ультразвуковая диагностика (УЗИ), микроволновые печи, компьютерное зрение… всё это было придумано в Союзе, но успешно реализовано на Западе.

СССР выдвинул около 200 тысяч патентов, и лишь 1% (один процент!!!) из них, – я с горечью показал немцу указательный палец, изображая единицу, и потряс им, – перешёл в эксплуатацию внутри страны. Запад же легко и быстро внедрял наши идеи в своё производство и продажу.

Мы оба задумчиво помолчали. А потом я спросил у финансового советника,

– И как с этим быть? Как не повторить ошибки СССР и ошибки Запада?

Финансист огорчённо пожал плечами и развёл руками. Тут прибежали мои жёны, и потащили нас со Стефаном танцевать. Я ему на последок крикнул:

– Ты подумай, Стефан, над этим! Подумай! – немец согласно кивнул, увлекаемый за руку смеющейся Эларой.

В этот день мы так и не закончили разговор, и он глубоко засел у меня в голове, требуя какого-то решения, которого пока даже близко не было.

Глава 2. Изобретательская «ферма»

Все дела, требующие нашего активного участия, в системе «9747» были завершены, и мы готовы были улетать в столицу империи Аратан. Решили, что терять целую неделю на полёт на линкоре нет смысла, пусть летит в систему Герим-15 без нас. А мы за это время успеем решить все дела в столице Империи.

Перейдя на свои скоростные фрегаты серии «О», мы отстыковались от линкора и я обратился к диспетчеру движения в пространстве системы через ближнюю связь:

– Фрегаты составного линкора «Перун» – контролю пространства. Прошу разрешение на разгон в сторону столицы империи Аратан.

В эфире раздался довольный, немного скрипучий голос старого диспетчера Типиса:

– Контроль пространства – фрегатам с «Перуна». Разгон разрешаю. Спасибо, господин барон, за новую диспетчерскую! Теперь у меня вся система как на ладони, а какие роскошные кресла, душевая… Всё не нарадуюсь, каждый день бегу на работу как на праздник. Аж помолодел лет на тридцать от радости.

Все в рубке управления нашего фрегата заулыбались. Я ответил, тоже улыбаясь,

– Пользуйся на здоровье, старина Типис! Конец связи.

– Счастливой дороги, господин барон! Конец связи!

Наши фрегаты начали разворачиваться и становиться на курс разгона, который продлится два с половиной часа. Чтобы не терять время, пока есть связь между нашими фрегатами, я решил собрать голо-совещание советников баронства по последнему непонятному вопросу будущего устройства нашего герцогства.

Я встал с капитанского кресла и позвал своих девочек,

– Брелси, Элара, сажайте вместо себя замену на боевые посты, и пошли в кают-компанию на совещание Совета. Есть важный нерешённый вопрос. Мои жёны кивнули, на несколько секунд замерли, общаясь с другой сменой по нейросети. Через пять минут в рубку зашли парень с Земли и девушка аратанка, и поменяли Брелси с Эларой за пультом защитных систем и наступательного вооружения.

Когда я с жёнами зашёл в кают-компанию фрегата, там уже «тусовались» голограммы советников баронства. Мы тепло со всеми поздоровались, взяли себе из пищевого синтезатора напитки, и уселись на диванчики возле стола.

Мне очень захотелось подурачиться, и я начал наше внеплановое собрание голосом капризного избалованного дворянина:

– Уважаемые советники, – при этом я сделал очень чопорное официальное лицо, задрав подбородок, копируя высокородных пэров, никто такого от меня не ждал, все «старички» расплылись в улыбках, еле сдерживая смех, а новенькие советники напряглись и смотрели широко распахнутыми от изумления глазами, – нам с уважаемым советником Стефаном нужна ваша помощь! Интеллектуальная помощь, – я надменно всех осмотрел и медленно величественно моргнул, от чего голограммы в кают-компании совсем начало распирать от рвущегося наружу смеха. Я хотел продолжить игру, но не смог сдержаться и громко засмеялся, люди в кают-компании тут же взорвались хохотом.

«Ну, Дима! Ну, отмочил!», «Это невозможно! Вы видели эту надменность, это превосходство!», «Дима, я уже испугался, что всё, сейчас объявишь себя императором!»

Когда мы отсмеялись и вытерли выступившие слёзы, я посерьёзнел и вкратце рассказал ход наших со Стефаном Брауном размышлений о будущем устройстве герцогства и озвучил вставшую перед нами неразрешимую проблему:

– У нас есть как бы два полюса развития: с одной стороны рыночная экономика, с другой – плановая. И у той, и у другой есть серьёзные недостатки и огромные преимущества. А хотелось бы от одной системы взять преимущества, а от другой – взять ещё преимущества. И побольше, побольше! – я сделал руками жадные хватательные движения, народ снова начал хихикать, я тоже заулыбался, потом с усилием подавил улыбку, и извиняющиеся поднял обе руки,

– Простите, что-то напало на меня веселье. Наверное, от того, что началось наше новое путешествие. У меня всегда в начале пути возникает какое-то весёлое, шальное настроение. От ожидания новых приключений, открытий и побед, – советники согласно и понимающе покивали, затаив в глубине глаз смешинку, я прочистил горло и продолжил,

– Так вот! Какие имеются плюсы у рыночной экономики? Главный из них – гибкость и подвижность. Востребованные изобретения и разработки мгновенно внедряются и продаются, приносят пользу и прогресс. Но достигается эта гибкость большой ценой: стартует множество компаний и стартапов, а получают «приз», становятся востребованными и прибыльными лишь некоторые. Огромные людские, финансовые и материальные ресурсы просто «вылетают в трубу», – я взмахнул рукой, показывая, как ветер развеивает дым сгоревших богатств,

– В крупных инвестиционных компаниях считается нормой, что два стартапа из трёх прогорают, и лишь один приносит прибыль.

Этого недостатка лишена плановая экономика – при ней все проекты тщательно прорабатываются, изучаются большими коллективами специалистов, планируются, и реализуются общими усилиями. За счёт этого большинство проектов оправдывают себя. Но система становится очень неповоротливой, замедленной и маловариантной. Пробиться неожиданному интересному изобретению, разработке, становится очень сложно.

Я внимательно осмотрел всех и спросил,

– А как нам сделать так, чтобы система была гибкой, многовариантной, «лёгкой на подъём», но при этом плановой, предсказуемой, управляемой, с минимальными потерями и перекосами? Как сделать так, чтобы люди могли продвигать свои изобретения, получая от этого большие дивиденды, но не допускать появления сверхбогатых людей и частной собственности на предприятия?

Руку поднял наш советник по науке Лев Николаевич, худой, нескладный, в очках (без диоптрий), с торчащими во все стороны волосами, классический профессор. Я разрешил говорить, физик поднялся на ноги и начал излагать:

– Дима, в смысле, господин барон Дима, я предлагаю разбить эту проблему на составляющие, и решать их по отдельности. Давай начнём с конца. Как людям продвигать свои идеи, получать от этого дивиденды, но не впадать в безумие богатства?

Вы описывали следующую схему при рыночной экономике: человек придумывает что-то прорывное, что нужно людям, патентует изобретение и создаёт свою фирму, которая занимается производством и продажей, делая человека миллионером. Нам нужны прорывные идеи, зажиточные изобретатели, но нам не нужны миллиардеры. Я правильно обрисовал задачу?

Я утвердительно кивнул,

– Совершенно верно, Лев Николаевич.

Учёный довольно потёр руки, как во время интереснейшего научного эксперимента,

– Давайте сделаем что-то вроде изобретательской фермы! Что-то вроде того, что происходит у нас в научном городке на гражданской станции Земли, – все непонимающе воззрились на советника, он нетерпеливо махнул рукой, как на несообразительных студентов, – Создадим большую площадку с мощными искинами, самыми лучшими конструкционными дроидами, прекрасными условиями быта, мощнейшими полевыми принтерами, реакторами, складами, транспортом, высококлассными инженерами и учёными. Самодостаточное универсальное научно-производственное объединение (НПО), – народ начал понимать и оживлённо зашевелился,

– Представьте, какой-нибудь техник или инженер придумал какую-то идею, прибор, устройство. Пишет заявку в это НПО: «Я придумал то-то и то-то, хочу внедрить в жизнь».

Ему ответ: «Пожалуйста! Мы готовы. Откуда вас забрать, чтобы привести на наше производство для изготовления пробной партии?»

Человек приезжает, ему выделяется свободный «модуль» со всем необходимым, чтобы воплотить свою идею в металл. В прямом доступе у изобретателя инженеры, учёные, техники, задача которых – помочь воплотить идею человека в конкретное изделие, сделать партию и испытать.

Предположим, у изобретателя ничего не получилось. Идея «не выстрелила». Ничего страшного. Человеку выплачивается премия за старание, и его увозят, откуда забрали.

Баронство практически ничего не теряет. Станки, специалисты, оборудование, всё остаётся на месте, расходы только на зарплату и потраченные материалы.

Если же изобретение получилось востребованным, нужным, пробная партия разлетелась «на ура» и всем понравилась – прекрасно! Тут же силами баронства строится завод, а изобретатель назначается его директором или главным инженером, главным технологом. В зависимости от способностей и наклонностей. А не хочет оставаться на новом заводе – ради бога, или большая премия или определённые выплаты с каждого изделия. Но не больше, чем разрешено, чтобы у человека от богатства не произошёл когнитивный диссонанс, – учёный на секунду замолчал и поправился, – Простите, чтобы «не поехала крыша», – народ заулыбался, –

Ну и всё на «изобретательской ферме» будет под контролем мощного искина, который не позволят начаться бардаку и цирку, всё распланирует и состыкует.

Физик-теоретик, министр по науке вежливо поклонился и сел на своё место.

Совет баронства дружно зааплодировал идее оратора, раздались возгласы: «Прекрасное решение, Лев Николаевич!», «И овцы сыты и волки целы!», «Гибкость и скорость!», «Свобода творчества!», «Социальные лифты!», «Грандиозно!»

Руку поднял министр внутренних дел Франц Шварц, маленький, сухой и жилистый немец, бывший капитан криминальной полиции в Гамбурге. Я кивнул. Он поднялся на ноги, обвёл всех серыми глазами, поправил свою светлую интеллигентную причёску и сухим, строгим голосом заговорил,

– Идея уважаемого Льва очень перспективна, но нужно уточнить два момента! Первое – что значит «Назначить изобретателя директором завода»? Это же не просто техническая должность. Тут и работа с кадрами, и смежниками, финансами, логистика, склад. Нужен опыт, огромные знания.

Все согласно покивали, а Лев Николаевич разъяснил,

– С этим не будет особых сложностей. В Содружестве давно созданы базы знаний по управлению производствами разной направленности. Купим необходимую базу, человек её выучит за пару дней, и сможет нарабатывать практику, имея в голове огромный опыт и знания многих поколений управленцев Содружества.

Франц Шварц удовлетворённо кивнул,

– Спасибо, Лев, с этим вопросов больше нет. Отлично! Тогда второй момент: не утонет ли это начинание в бюрократии, как это часто случалось во многих странах, не только в СССР? – глава МВД разочаровано поморщился и покачал головой.

Лев Николаевич уверенно махнул рукой, отметая возражение,

– Исключено, уважаемый Франц! Искины, в отличие от людей, не страдают манией величия, усталостью и ленью. Им не нужно бороться за своё кресло, учитывать клановые интересы, искать личные выгоды, – в голосе физика проступило застарелое презрение к чиновникам от науки, – Главный искин ЭНПО – экспериментальное научно-производственное объединение, давайте так назовём нашу «ферму», будет исполнять указания руководства чётко, без сбоев, в полном объёме.

Все снова покивали, поддерживая.

А Франц Шварц аж подался вперёд,

– А кто будет заниматься этим всем, руководить?

Тут слово взял я,

– Думаю, «ферма изобретателей», ЭНПО, должно находиться в ведовстве наших учёных. Одна специфика, – я посмотрел на советника по науке, – Что скажешь, Лев Николаевич?

Физик одобрительно кивнул,

– Согласен, Дима! Думаю, для этих целей нужно построить на орбите Земли отдельную большую научную станцию, и мы туда переедем со всем научным отделом. Будет у нас, так сказать, научное ядро, и самодеятельная активная научно-техническая периферия. А руководить ЭНПО-фермой должен какой-то новый человек. У нас все заняты, заняты в проектах, испытаниях, работы по горло, – и Лев Николаевич показал ребром ладони у горла, докуда достаёт уровень работы.

Я улыбнулся,

– С этим у нас никаких проблем нет! Мозг, ты меня слышишь? – позвал я главного искина баронства.

– Да, Дима! Слушаю и повинуюсь, – кто-то прыснул смехом, кто-то просто улыбнулся, искин изволил шутить.

– Мозг, подбери нам руководителя ЭНПО, лучше пятерых, как у нас заведено. А наш Сергей Петрович, глава СБ баронства отберёт двух лучших. Я выберу из них руководителя и зама.

Через секунду искин ответил,

– Выполнено, Дима! Пять личных дел кандидатов отправлены на почту Сергею Петровичу.

Мощь кластера из 20 искинов 16-класса, конечно, поражала! За секунду Мозг поднял и прошерстил несколько миллионов личных дел, проанализировал личные качества людей, и выбрал самых лучших для этой должности. Я восхищённо произнёс,

– Спасибо, Мозг! Умеешь удивлять!

– На том стоим, Дима! – самодовольно ответил искин.

Сергей Петрович подтвердил,

– Получил личные дела. Встречусь с кандидатами, поговорю и пришлю тебе двух самых лучших.

Я кивнул и посмотрел на советника по науке,

– Лев Николаевич, с вас проект новой научной станции. Не стесняйтесь в размерах и масштабах, думаю, изобретателей и проектов будет много.

– Хорошо, Дима, сделаем, – глаза у физика загорелись, – уж не сомневайся, на себе мы экономить точно не станем, – и усмехнулся.

Я довольно потёр руки.

– Ну что, дамы и господа, этот вопрос мы решили! Есть у кого-то ещё вопросы?

Руку подняла Элара, я кивнул,

– Я предлагаю допустить к работе на нашей «ферме» любых желающих из Содружества тоже! – народ в кают-компании смущённо-непонятливо загудел, Элара с напором начала пояснять, – Там есть тоже светлые головы, энтузиасты, которых в Содружестве никто не будет даже слушать. У нас в Империи, например, если техник полезет со своим «гениальным» предложением или изобретением, на него будут смотреть как на сельского дурачка. Могут ещё и уволить за то, что лезет, куда не положено. А в Содружестве живёт 4,2 триллиона разумных! Представляете, если хотя бы один из миллиарда человек будет приносить раз в год гениальную идею?!

Зал оживился, загалдел, советники начали переглядываться между собой и обмениваться мнениями:

Лев Николаевич нахмурился и опустил голову, осознавая масштаб идеи, и пробормотал:

– Это потребует не просто станции, а целого города в космосе, – потом вскинулся, – Хотя, 4,2 тысячи предложений в год, это как бы и не много, но очень существенно! Из них пусть 100 будут гениальными – это же какой будет идти прогресс!

– Да даже если будет 4 гениальных идеи в год – всё окупится с лихвой, и принесёт огромную пользу! – улыбаясь ответил ему Сергей Петрович.

– Представьте, – подключился Стефан Браун, – обычный техник на далёкой станции придумает систему, которая сократит время ремонта кораблей вдвое. И благодаря нам он сможет это воплотить. А мы получим невероятный выигрыш, – глаза советника финансов предвкушающе засветились цифрами со многими нолями сэкономленных кредитов.

– Сделать научно-изобретательный центр Содружества – это ужасно солидно и грандиозно! Это очень сильно поднимет престиж баронства, – засияла от перспектив дипломат Дарья Владимировна.

– Нужно строить огромную, гигантскую научную станцию, чтобы рабочего места хватило как минимум десяти тысячам изобретателям одновременно! – размышлял вслух советник по промышленности Семён Викторович.

– А ещё можно очень хорошо заработать на продаже патентов на изобретения, которые будут сделаны на научной станции. Это могут быть многие триллионы кредитов в год! – довольно потирал руки финансовый советник.

– Нужно будет сделать своё патентное бюро, и разместить его там же. Мы займёмся проработкой законов баронства и регистрацией в содружестве, – солидно кивал юрист Генри Бэйкер.

Советница по вопросам транспорта Ренита азартно заметила,

– При научной станции нужно будет сделать большой транспортный хаб с фрегатами серии «О» и грузовыми фрегатами-шариками, развозить людей и грузы по всему содружеству. Это будут сотни кораблей!

Элара мечтательно улыбнулась, словно представила, как к научной станции с разных концов галактики летят корабли с гениями, сумасшедшими и чудаками.

– И всё это, – заключил я, обводя взглядом оживлённых советников, – объединит гибкость рыночной экономики с силой плановой. Как думаете?

Стефан Браун, невероятно довольный воскликнул,

– Барон, это будет именно то, о чём мы говорили! ЭНПО станет не просто фабрикой идей, а символом того, что в баронстве каждый может изменить мир, достичь вершин. Это будет настоящая свобода и гибкость при порядке, плановости и контроле! Рыночная плановость, плановый рынок!

Глава 3. И снова Аратан

Мы расположились в малом гостевом доме Нитикс в окрестностях императорского дворца на планете Аратан уже привычно и даже буднично. Показали нашим новым советникам как всё тут устроено, и собрались в столовой подкрепиться и решить, с чего начнём в деле регистрации и обустройства торгового и дипломатического представительства баронства в столице Империи.

Мои умницы жёны сразу намекнули, что хорошо было бы повторить званый ужин с соседями и пригласить Нитикс, главу СБ империи. Знакомиться с министрами и начальниками ведомств нужно в неформальной обстановке, и лишь потом решать официальные дела, в ходе приятного дружеского общения. Личный состав взвода особого назначения с энтузиазмом принял идею, осталось только придумать тематику и повод для вечеринки.

Мои девочки помогли и тут. Элара, загадочно улыбнувшись, сказала:

– Дима, а ведь наши соседи не слышали, как вы поёте.

Брелси тут же подхватила идею, разгораясь взглядом,

– Я уверена, все будут в восторге! А если вы ещё покажете гостям вашу строевую подготовку и строевую песню, то даже теряюсь в догадках, какую уступку и поддержку можно будет просить у наших министров за такое уникальное представление!

Я задумался, соглашаясь пожал плечами, а почему бы ни походить строем и ни поорать песни, если будет польза для дела. Это будет первый случай в моей жизни, когда шагистика и муштра принесёт не только эстетическое удовольствие командирам и зрителям, но и выгоду всему баронству. Вскинулся и зычно спросил у народа,

– Ну что, орлы, постараемся ради отечества, тряхнём стариной?!

Личный состав радостно зашумел, выражая полное согласие и готовность блеснуть перед местными земной военной выправкой и удалью.

Я нашёл глазами нашего походного командира взвода Сергея Петровича,

– Полковник, назначь и проведи репетицию «конкурса строя и песни» имени Царя Гороха. И подберите самые задушевные шлягеры строевой песни. Раздадим ребятам слова и напомним музыку. Девочки будут подпевать с места. Мозг вам в помощь.

– Сделаем, товарищ Адмирал флота! – хором ответили Сергей Петрович и главный искин баронства.

* * *

Вечером по малому гостевому дому была объявлена тревога с построением во дворе. Возле выхода стоял с видом строгого ротного старшины бывший «особист», и демонстративно поглядывал на старинный механический хромированный секундомер в руке, отмечая время сборов каждого "бойца".

Все ребята очень старались и торопились, потому что знали – в походе, вдали от базы, всё серьёзно, и Сергей Петрович придумает, и не раз, как жёстко «поощрить» нерадивого соратника. Или прибавит пару-тройку кружочков вокруг стадиона, или одарит дополнительным спаррингом в полный контакт с Муслимом Ибрагимовичем.

Наш взвод красиво построился на площадке посыпанной белой каменной крошкой перед огромным трёхэтажным особняком, называемым «малым гостевым домом». Девочки – налево, мальчики – направо.

Ещё днём всем на нейросеть пришли сообщения с текстами песен «Смуглянка», «Катюша», «Эх, дороги. Пыль да туман», «Тёмная ночь», «Синий платочек», переведёнными на язык интер. С переводом пришлось хорошо повозиться. Мозг выдавал множество вариантов сложных в поэтическом переводе мест, а мы шумно выбирали самые удачные и добавляли свои. В итоге получилось, вроде, неплохо. Был и забавный момент, когда наши аратанские девчонки разревелись, полностью осознав смысл песни «Тёмная ночь». Мы их дружно успокаивали и отпаивали напитками из пищевого синтезатора. В конце «худсовета» они в ультимативной форме потребовали включить в концерт шуточную песню «Солдатушки, бравы ребятушки», с которой мы прославились и всем полюбились на гражданской станции Сильвия-142, откуда аратанки были родом, чтобы сгладить грусть от остального военного репертуара.

Когда мы выстроились во дворе, Сергей Петрович выполнил ритуальный подход и доклад старшему начальнику, то есть мне, и начал раздавать строевые команды. Через полчаса проб и ошибок начало получаться круто! Наш строй, и строй девушек сходились и расходились, смешивались на встречных курсах, проходя друг сквозь друга. Потом попробовали попеть хором на ходу без музыки. Все сразу поняли, что получается что-то не то. Вызвали из фрегатов в ангаре четырёх абордажных дроидов, которые через свои мощные динамики, рассчитанные перекрикивать грохот боя, вжарили сначала военный марш, а потом аккомпанемент к песням в исполнении военного оркестра. Стало лучше, но всё равно как-то не так.

Попробовали попеть стоя, чтобы не отвлекаться на сложную маршировку. И окончательно поняли, в чём дело – наши песни на языке интер звучали как-то неестественно, без души. Мы тут же переиграли концепцию, решив, что будем исполнять на родном языке, а гостям пришлём на нейросеть перевод. Попробовали и невольно заулыбались – теперь песни полились как свет через протёртое окно, ярко, чётко, искренне. Потом решили, что лирические песни будем исполнять стоя, изображая военный хор, а «Солдатушки, бравы ребятушки» исполним на ходу, показывая чудеса строевой подготовки. Благо, песня очень длинная, если исполнять все куплеты.

* * *

Наступил вечер пятницы-развратницы, на который был назначен наш званый ужин. Соседи и Нитикс с радостью откликнулись на приглашение, в прошлый раз всем влиятельным гостям очень понравилась уютная расслабленная атмосфера нашей вечеринки, без политесов и чинопочитания.

Я уже не переживал, что в 19 часов ни один гость не появился, все соблюдали приличия аратанского общества, и задерживались, как требует их высокий статус. Чтобы показать свою значимость и независимость. Однако после 19:30 гости начали прибывать полноводным потоком. Все тепло и радушно здоровались, как старые знакомые, обменивались незначительными новостями, знакомились с нашими новыми советниками баронства. Гости разобрали напитки, перекусили яствами из невероятного ресторана «Гурман», единственного в своём роде, безумно дорогого, но покорившего нас своим нестандартным и утончённым подходом к подбору ингредиентов и способов приготовления блюд.

По совету управляющего рестораном Мéлка, за отдельную плату, мы пригласили двух самых толковых официантов, которые прилетели на глайдере вместе с едой. Возле длинных столов, заставленных блюдами, судочками, многоэтажными стойками с кусочками и кусищами чего-то вкусного, состоялась феерическая лекция, рассказ, инструкция, мастер-класс употребления невиданных деликатесов. Гости были в полном восторге от увиденного, услышанного и попробованного. Их избалованные и пресыщенные вкусовые рецепторы наполнились счастьем новых ощущений, придав своим хозяевам необыкновенно благодушное и улыбчивое настроение.

Мы с жёнами, Сергеем Петровичем и Муслимом Ибрагимовичем наблюдали картину изумления от невиданных кушаний и выпадения в кулинарную нирвану наших гостей, и хихикали, что зря репетировали свой концерт. Наши гости находятся в таком благостном настроении, что без всякого концерта понятно, мы их уже ублажили на 110 процентов. Можно просить что угодно и получить полное одобрение. Но решили ничего не менять.

Когда наши соседи вдоволь напробовались, и взялись за напитки, я пригласил всех выйти на большое крыльцо, подышать свежим воздухом и посмотреть концерт по мотивам армейских традиций моей родины.

Гости очень заинтересовались, и перешучивающейся расслабленной толпой вышли на крыльцо особняка, куда шустрые дроиды уборщики уже вынесли стулья, столы с напитками и закусками. На большой площадке перед крыльцом под почти ночным небом стоял наш строй в роскошной белой парадной форме, освещённый прожекторами абордажных дроидов. Они были густо закутаны в красивые ткани так, что в них ничто не выдавало боевые машины. В первой шеренге стояли наши девочки, за ними – мужчины. У всех на лацканах кителей сверкали золотом значки баронства.

Из динамиков дроидов грянул военный марш, и мы, под команды «особиста» продемонстрировали несколько перестроений – в одну шеренгу, обратно в две, в четыре, и снова в две, повороты, развороты, немного помаршировали для «разминки» – зрелище вызвало у публики вежливые аплодисменты. А потом мы остановились перед крыльцом, развернулись по команде «нале-во!» Дроиды включили музыку, и мы грянули хором «Смуглянку».

Лица наших соседей на крыльце поразило полное изумление. Они такого никогда не слышали и не видели. В армиях Содружества не принято исполнять хором песни, не то что в строю, а вообще никак. Мощный мужской хор, дополненный красивыми подпевками наших женщин, которые пели на интере, но это только украшало творимую музыку, звучало вторым, «закадровым» фоном из другого мира.

Постепенно музыка и наши эмоции захватывали министров и начальников ведомств, их лица наполнялись радостью и удалью, было видно, что многие пытались нам подпевать на припевах. Когда музыка стихла, пространство наполнилось аплодисментами и криками восторгов. Мы тоже себе хлопали и кричали, потому что получилось замечательно. Присутствие зрителей дало нам мощный импульс, настрой, зарядило энергией и азартом.

Потом мы спели «Катюшу», «Тёмную ночь», на которой глаза гостей и наших девчонок наполнились слезами, а лица сделались очень задумчивыми и возвышенными. Следующую спели «Эх, дороги. Пыль да туман». Получилось очень задушевно. А после «Синего платочка» перед строем вышел Сергей Петрович и зычно начал раздавать строевые команды, и после нескольких перестроений скомандовал: «Песню запе-вай!». И мы запели «Солдатушки, бравы ребятушки» под строевые приёмы, схождения, расхождения и пересечения.

Когда мы снова встали в две шеренги напротив крыльца, и музыка стихла, мы поклонились, а гости стали неистово хлопать в ладоши, свистеть и кричать, выражая восторг и удовольствие от увиденного.

Возвращались в дом уже общей перемешанной толпой. Все сияли улыбками, и исполнители и зрители, получилось действительно здорово. Наши девушки убежали переодеваться в бальные платья. Концерт – это хорошо, но танцы – это святое!

В перерывах мы подходили с нашими советницами по торговле и дипломатии то к одним, то к другим «профильным» гостям, спрашивали совета, поближе знакомили девочек, предварительно договаривались.

В итоге нам посоветовали купить шикарный особняк в нашем районе, который продаётся уже два года и никак не продастся. Он слишком большой для проживания семьи, но маловат в качестве родовой резиденции. А вот для торгового и дипломатического представительства – идеальный вариант. Самый престижный район столицы, полная безопасность, с комфортом могут разместиться до ста пятидесяти человек. Огромный бальный зал, подземный ангар, способный вместить два крейсера, множество рабочих кабинетов, залы для совещаний, столовые, кладовые. И прекрасная старинная дворцовая мебель. Такую сейчас не делают! Выглядит очень солидно и официально!

Мои девочки Брелси с Эларой аж задрожали от желания получить этот дом. Но тут Элара, что-то вспомнив, вскинулась и погрустнела,

– К сожалению, в этом квартале могут держать дома только члены правительства, родственники императора и начальники ведомств.

Нитикс весело посмотрела на меня,

– Дима, ты же у нас глава Агентства Галактического Порядка? – я утвердительно кивнул, а мои жёны понимающе заулыбались.

– Ну вот, значит ты глава ведомства, и даже покруче моего, – Нитикс иронично и смешливо всех осмотрела. Народ понял шутку и по-доброму посмеялся.

– Нужно подтверждение, что соседи не против нашего проживания рядом с ними, – продолжила, ещё не поверив в своё счастье, Элара.

«Я не против!», «Я двумя руками за!», «Конечно въезжайте! Надоело уже, что соседний дом пустует», «Покупайте не глядя! Вот моё согласие», «Жить рядом с такими весёлыми соседями – что может быть лучше?»

Мне на нейросеть посыпались письма с подтверждениями от соседей, что они согласны с нашим проживанием в доме по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2.

Я только воскликнул, «Вау!», и благодарно кивал всем соседям, приславшим письма, говоря им спасибо за гостеприимство. Они в ответ благосклонно и покровительственно улыбались.

Элара, уже с широкой улыбкой, смотрела в глаза своей тёте Нитикс,

– И самое сложное! Нужно получить разрешение от службы безопасности Империи!

Все рассмеялись, а «тётя Нитикс» подбоченилась, сделала величественную осанку, и начала по очереди пристально разглядывать наш взвод особого назначения.

Местный народ затих и сдерживал рвущиеся наружу улыбки, жадно следя за представлением.

Нитикс слегка поморщилась, недоверчиво прищурилась и отрицательно покачала головой,

– Какие-то они все подозрительные, особенно эта, – и ткнула пальцем в Элару. – Я слышала, в детстве она мечтала стать пираткой, – народ захихикал. – Но если вы просите, то так и быть, служба безопасности может пойти навстречу обществу.

Наши соседи перестали сдерживать улыбки и дружно начали скандировать, размахивая бокалами в руках: «Про-сим! Про-сим! Про-сим!»

Нитикс не выдержала, тоже заулыбалась, притянула к себе Элару, обняла и поцеловала.

– Люблю тебя, девочка!

– И я тебя очень люблю, тётя! – счастливо улыбаясь, ответила моя вторая жена, ластясь к главе службы СБ империи, словно котёнок.

Мне на нейросеть пришло официальное сообщение на фирменном бланке СБ: «Уведомление №546414. Сим подтверждается, что барон Кошкин прошёл проверку Службы безопасности империи Аратан на предмет проживания в правительственном квартале «Парковый сквер» на планете Аратан. Барон Кошкин, Дима с планеты Земля, может приобрести в своё владение особняк и прилегающий участок по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2, и использовать его в качестве резиденции баронства Кошкин в столице Империи. Глава СБ Нитикс».

Я радостно улыбнулся, переслал сообщение Брелси и Эларе, и подошёл к Нитикс сказать ей спасибо. Она смешливо на меня посмотрела,

– Что, зятёк, доволен?

Я покивал, благодарно улыбаясь,

– Ещё как доволен, дорогая Нитикс! О таком представительстве мы даже мечтать не смели!

Глава 4. Наш новый дом. Дворец.

Брелси вдруг спросила у министра экономики, с женой, которые стояли рядом,

– А этот дом далеко?

– Неет, совсем рядом. Пешком идти минут двадцать отсюда.

– А давайте пойдём его посмотрим?! – Брелси чуть ни подпрыгивала на месте от радостного возбуждения, и её спонтанное искреннее желание тут же овладело массами.

Все дружно поддержали идею. Соседям было действительно интересно посмотреть, в каком состоянии находится дом, а многие в нём вообще никогда не бывали, но слышали о чудесной обстановке.

Как говорится, есть предложение, нет возражений. У кого-то из соседей был контакт управляющего поместьем, и он был предупреждён, что сейчас придут покупатели, нужно показать особняк.

Мы дружной нестройной толпой вывалились из дома под звёзды аратанского неба – которых было намного больше, чем на Земле, и светили они заметно ярче, ведь Аратан находился в два раза ближе к центру галактики, чем Солнце – и расслабленно побрели в указанном соседом направлении по освещённой ночной подсветкой белой дорожке. Многие предусмотрительно прихватили с собой бутылки с вином, соками и пивом, щедро делясь со всеми страждущими. В нас вселилось чудесное разгульное и бесшабашное настроение, когда любишь весь мир и пьяный без вина, от переполняющей жизни и щемящей яркости момента.

Я заметил слева и справа от нас движение тёмных теней. Охрана Нитикс не спала, бдительно охраняя второго человека империи. Ну и нас заодно.

Вдруг кто-то из наших тихонько запел, переполняемый чувствами, «Ой мороз, моро-оз, не морозь меня!», и мы, не сговариваясь, тут же подхватили, размахивая бутылками с лимонадом и бокалами, громко выводя на всю округу, благо будить было некого, все были с нами: «Не морозь меня, моего коня!»

Наши гости были в эстетическом приятном шоке. Широта песни их поразила и заворожила. Они шли с нами и глупо улыбались, глядя на звёзды. Аратанцы не понимали, о чём песня, но чувствовали успокоение, уют, простор, ширь и восторг от музыкальной красоты «а капелла».

Когда мы закончили, несколько секунд стояла тишина, а потом ночь взорвалась бурей вопросов и возгласов от аратанцев.

Мы объяснили, что это старинная народная песня, история которой теряется в веках.

Нас тут же начали просить спеть ещё что-нибудь такое, старинное, задушевное.

Мы переглянулись с ребятами, я пожал плечами, набрал полную грудь воздуха и запел во всю мощь:

«Чёрный ворон, чёрный ворон,

Что ты вьёшься надо мной?»

И песню тут же, с полным чувством, силой, резонансом на низких нотах, подхватили все наши.

«Ты добычи не дождёшься,

Чёрный ворон, я не твой!

Что ты когти запускаешь

Над моею головой?

Иль добычу себе чаешь?

Чёрный ворон, я не твой!»

Все аратанцы остановились в полном оторопении. На их лицах менялись выражения, как в калейдоскопе: непонимание, испуг, напряжение, ужас. Я увидел, как на руках моих жён дыбом встали волосики. Глаза округлились и замерли на месте, как будто они видели что-то жуткое, глубинное, потустороннее.

В тихом ночном районе, больше похожем на парк, наши голоса звучали широко и возвышенно, как молитва, как заклинание, как песнь побратимов перед битвой. Мы пели со всем чувством и глубиной, которая в нас была.

Через несколько долгих секунд после того, как мы замолчали, опустив голову и вспоминая каждый что-то своё, аратанцы отмерли. Послышались несмелые хлопки, которые почти сразу превратились в овации. Я с удивлением услышал присоединившиеся аплодисменты со стороны окружавших дорогу кустов – охрана Нитикс тоже была под впечатлением.

Ко мне как-то несмело подошли Брелси с Эларой, обняли с двух сторон и положили голову мне на плечо. Брелси задумчиво спросила,

– Дима, это была какая-то ваша молитва богам, или заклинания потусторонних сил, чтобы помогли в бою? – все аратанцы превратились в слух, ожидая ответ. Я пожал плечами,

– Можно сказать и так…

Я не стал сочинять отсебятину, и просто озвучил на языке Интер описание песни, составленное людьми искусства, которое быстренько нашёл через нейросеть в «Гугле»,

– Песня рассказывает о воине, который, умирает от ран в бою и просит птицу – чёрного ворона – передать прощальный привет своей семье. Ворон символизирует смерть и связь с миром усопших. Поётся о мужестве казака в его последние минуты жизни, о его любви к родным. И передаётся традиционное представление о смерти как о «свадьбе» – важном, но печальном переходе в вечность.

Все помолчали, потом Брелси припечатала нас своим выводом,

– Ну да, вы же воины монахи. Даже женитесь на Смерти, а не просто умираете, – на что Элара горячо согласно закивала и ещё крепче прижалась к моему плечу.

Я даже растерялся, не находя что ответить. Опять наши девочки вспомнили эти байки про воинов-монахов. А я уже начал надеяться, что эта история вскоре совсем забудется.

И тут нас добила Нитикс, произнеся в полной задумчивости,

– Теперь я всё начала понимать. Это не шутки, не выдумки. Вы действительно боевые монахи из легенд. И умеете не только сражаться, но и молиться Смерти, говорить с нею, петь ей гимны, – глава СБ империи смотрела куда-то в темноту остановившимся взглядом.

Я заметил в глазах окружавших нас министров и начальников разгорающийся нездоровый огонёк. Растеряно посмотрел на своих ребят, они на меня. Наши панические взгляды кричали: «Шо?! Опять?!»

Понимая, что это бесполезно, я всё равно попытался обернуть всё в шутку, сделал смеющееся лицо (получилось не очень искренне, но я очень старался),

– Ребяяята, ну что вы! Всё это смешное совпадение, где мы, и где монахи?! – и я с показным вожделением поцеловал в губы никак мне не ответивших на поцелуй Брелси и Элару. Они были серьёзны и изучающее на меня смотрели.

Я решил применить главный козырь:

– У монахов нет детей, а у нас будут! – и для убедительности показал всем, где дети, погладив своих жён по животам. Они в ответ, иронично улыбаясь, неодобрительно покачали головой.

Наши ребята из взвода правильно уловили момент, и начали натужно радоваться за нас, поздравлять, желать здоровья будущим мамам и всячески подбивать народ за это выпить. Актёрского мастерства нам явно не хватало. Да и стресс от перепуга нового этапа поклонения нам, уже в масштабах столицы, сушил горло и сковывал мышцы лица.

К счастью, положение спасла всё та же Нитикс. Очнувшись от своих размышлений, она строго осмотрела аратанских чиновников, и не терпящим возражений голосом выдала инструкцию,

– Как вы все понимаете, об этом – она выразительно обвела нашу компанию указательным пальцем – распространяться никому не нужно.

Разгорающийся религиозный огонёк в глазах людей тут же сменился служебным рвением и пониманием. Все, как по команде, стряхнули с себя мистицизм, и принялись дарить нам изысканные комплименты за красивое и мощное исполнение, красивые и сильные голоса.

Мы глубоко и облегчённо выдохнули. Несмело заулыбались и рассыпались в благодарностях за столь высокую оценку нашей художественной самодеятельности. Постепенно вернулось весёлое и беззаботное настроение. Ночь, красивые огни, звёзды, душевная компания творили чудеса.

Наша весёлая расслабленная толпа повернула налево, прошли высокую живую изгородь, и перед нами предстало огромное сооружение, залитое щедрой таинственной ночной подсветкой. Мой глаз, привыкший к земной архитектуре, не мог определить тип здания. Замок звёздного графа, дворец младшего не наследного принца, декорации к остросюжетной фантастике про пиратов и спасение принцесс? Ничего подобного я в своей жизни не видел.

Все остановились, и восторженно впитывали образ. Кто-то из наших соседей с благоговением произнёс,

– Творение легендарного маэстро Триконода! Примерно двести сорок пятый век. Я не представлял, что ночью оно выглядит так прекрасно!

Его поправили,

– Скорее двести сорок четвёртый, заметно, что было уделено повышенное внимание деталям ночной подсветки, чтобы именно ночью здание было особенно прекрасным. Триконод увлекался этим вначале своей карьеры.

Я почувствовал, что Брелси и Элара вцепились обеими руками мне в плечо, и, чуть дыша, замерли, заворожено смотря на аратанское чудо архитектуры. Я не понимал, нравится оно мне или нет, настолько здание было новаторским, необычным, не нашим. Странные наплывы, острые пики, высокие башенки с домиками типа "курятник" наверху.

В итоге я про себя махнул рукой – главное, чтобы нравилось моим девочкам. В конце концов, они разбираются в местной культуре гораздо лучше, а мне что, мне главное, что бы было куда посадить корабли и положить свою тушку переночевать.

Мои любимые глубоко вздохнули, выдохнули, и потащили меня вперёд, как два маленьких, но очень целеустремлённых буксирчика. Наша орда тоже отмерла и двинулась следом. Участок вокруг особняка был окружён подстриженными кустами и деревьями в форме пирамидок, шаров и кубов. Мы нашли промежуток в насаждениях, и прошли по ровной дорожке к огромному крыльцу поместья, на котором стояла одинокая мужская фигура.

Кто-то из наших местных аборигенов крикнул:

– Митель, мы пришли посмотреть особняк, показать его возможному покупателю, это я тебе звонил.

Фигура поклонилась и приветливо махнула рукой, приглашая подниматься на крыльцо,

– Прошу вас, проходите. Замок в полном вашем распоряжении! Слуги принесут напитки и закуски.

Зайдя в высокие широченные двухстворчатые двери в холл, я понял, почему особняк Нитикс назывался «малым гостевым домом». Высота потолка, площадь холла, богатство и изысканность мебели превращали наш дом в скромную деревенскую гостиницу. Мы ходили по залам, столовым, комнатам, закромам, и поражались напору роскоши, изысканности, местами вычурности поистине королевского масштаба.

На моих девочек невозможно было смотреть без улыбки. Они трепетали, вожделели, пожирали глазами, впитывали всем своим естеством окружающую обстановку. Им безумно всё нравилось, они безумно это всё хотели. А кто я такой, чтобы отказывать любимым жёнам в такой малости?!

Я незаметно подошёл к невысокому крепкому очень обаятельному и важному дядьке с проницательным взглядом, который общался с управляющим. Подсказка от нейросети напомнила, что это Лирон, начальник полиции Аратана.

– Уважаемый Лирон, – я говорил тихо, чтобы никто другой не услышал, – подскажи, пожалуйста, что нужно сделать, чтобы купить этот прекрасный дворец?

Главный полицейский улыбнулся, и тоже перешёл на полушёпот,

– Что, уже определился?! Понравился дом?!

Я с улыбкой помотал головой,

– Он понравился моим жёнам.

Лирон с огромным уважением и пониманием меня осмотрел с ног до головы,

– Ооо! Я слышу слова не мальчика, но мужа! Очень мудрый подход.

Мне на нейросеть пришло сообщение. Я мысленно по нему нажал, и прочитал текст:

«Счёт от главного управления жилым фондом планеты Аратан на оплату покупки:

1. Участок земли площадью 2200 соток по адресу: 189-й Парковый сквер, дом 2.

2. Особняк, 4 этажа над землёй и два этажа под землёй, площадь помещений 6 912 м2.

3. Декоративный пруд площадью 350 соток с коллекцией редких живых рыб и водных растений.

Мне в голову полезли неуместные мысли, я представил, как мы отгородим часть пруда сетями, запустим туда карасиков, и будем сидеть с удочками на берегу, ловя релакс и успокоение.

4. Декоративные кустарники и деревья.

5. Трёхсотлетний газон из травы с планеты Катан.

6. Прислуга, 31 человек.

«Ого! Целый коллектив! Прислуги будет больше, чем наших девочек. Хотя, это и понятно, держать в чистоте и порядке такое огромное пространство – совсем не простая задача».

7. Клумбы с редкими цветами мира Панарис.

8. Подземный ангар 350 х 170 х 35 м.

9. Лёгкий крейсер 8-го класса производства расы Дворфов, в ангаре.

«Вау! Крейсер Дворфов! Я слышал про эту расу! Они живут ещё ближе к центру галактики, чем аратанцы, очень древняя раса. По описанию они похожи на наших эльфов из сказок. А их техника – на порядок превосходит то, что есть у Содружества. Надо будет отдать крейсер на изучение нашим учёным, чтобы разобрали его по винтикам и выудили из него все новинки».

10. Планетарный транспорт различного класса, в ангаре.

Итого: 1,2 млрд. кредитов».

Я немного разочаровано подумал: «Тююю, копейки! Я бы за один только дворфовский крейсер не пожалел столько».

И сразу себя одёрнул. Напомнил себе, что такое 1,2 млрд. кредитов. Например, 14 современных аратанских линкоров в полной комплектации с авиакрылом. Или 4000 лучших истребителей. Или пять космических станций (пять звёздных систем на периферии).

В итоге я пожал плечами, как перед оплатой приятно удивившего своей умеренностью счёта за ужин, и мысленно нажал «Оплатить».

Через несколько секунд Лирон снова посмотрел на меня с ещё бо́льшим уважением, кивнул, и тихим довольным голосом сказал,

– Поздравляю, барон, с прекрасным приобретением! – я благодарно кивнул в ответ, – Отмечу, что тебе очень повезло, за два года стоимость поместья упала почти в два раза. Ещё раз – прекрасное приобретение!

Главный полицейский дружески улыбнулся и отошёл пошептаться с остальными соседями.

Мне на нейросеть пришло сообщение с кучей прикреплённых файлов: планы этажей, техдокументация, описания экосистем на участке, личные дела прислуги, подробная опись всего содержимого дворца – от чайных ложечек до котлов отопления.

Вскоре наши соседи радостно зааплодировали, поднимая бокалы и выкрикивая: «За это нужно выпить!», «Молодец, барон, поздравляю!», «Мы рады таким соседям!», «Замечательная покупка! Мы по-доброму вам завидуем, барон!»

Девушки нашего взвода, включая моих жён, до этого азартно осматривающие каждый предмет интерьера, мебель, посуду, старинные доспехи, то и дело радостно взвизгивая, ахая и восторгаясь, прекратили своё занятие, и подозрительно на нас покосились, ничего не понимая.

Меня тут же сдала, как стеклотару, Нитикс. Некультурно показав на меня пальцем, громко и немного насмешливо сообщила,

– Девочки, можете уже всё трогать руками, переставлять, и вообще делать всё, что вам захочется! Он уже всё это купил, всё это теперь ваше.

Наши аратанки замерли, не веря своему счастью, а потом с радостным визгом ринулись ко мне. И мои жёны даже не возражали, что остальные девчонки меня трогали, обнимали, целовали в щёки, настолько были в восторге и экзальтации от внезапного приобретения этого чуда.

Душа требовала продолжения банкета, и очень хотелось испытать новые возможности нашего скромного жилища. Я радостно закричал,

– А давайте продолжим нашу вечеринку здесь, и превратим её в настоящий бал?!

Моё предложение потонуло в криках восторга, одобрения и полного желания воплотить идею в жизнь.

Я быстро нашёл в пришедшем на нейросеть письме личное дело управляющего поместьем Мителя. Нашёл контакты, и вызвал его видеозвонком. В полупрозрачном прямоугольнике перед глазами возник пожилой сухой невысокий мужчина. Если верить личному делу – 162 года. С безупречной выправкой и невозмутимостью старинного дворецкого. Он вежливо поклонился и спросил,

– Что угодно новому хозяину?

– Митель, скажи, мы можем сейчас устроить бал в бальном зале? Моим девочкам ужасно хочется потанцевать и проверить возможности нашего нового дома.

– Конечно, господин, барон, – дворецкий абсолютно невозмутимо поклонился, как будто я у него попросил чашечку мелия, а не устроить бал с кучей гостей в пол одиннадцатого ночи. – Нужно приготовить еду? Кладовые замка полны припасами.

Я на секунду задумался,

– Нет, дорогой Митель, еды у нас уже полно, причём такой, что выкидывать будет очень жалко, – я многозначительно поднял указательный палец, – из ресторана «Гурман»!

На лице дворецкого впервые проявилась эмоция,

– Оооо! – он поднял брови и округлил глаза, а голос стал очень уважительным. – Тогда я прикажу освободить мебель от покрывал, и приготовить столы под угощения. Может мне стоит организовать доставку?

– Да, Митель, пожалуйста, прикажи забрать из поместья Нитикс еду и двух официантов «Гурмана». Они, кстати, помогут, у них есть специальный транспорт.

– Это замечательно, господин барон. Немедленно распоряжусь.

Я кивнул и отключил связь.

Подошёл к Муслиму Ибрагимовичу,

– Муслим, зови сюда наших украшенных абордажных дроидов, чтобы делали нам музыку. Еду из нашего дома скоро привезут, мебель в бальном зале дворца готовят. Минут через пятнадцать можно будет туда заходить, – полковник понятливо кивнул, и замер, отдавая приказы через нейросеть.

Бальный зал показал себя великолепно! В качестве потолка у него было ночное звёздное небо. В качестве настенных светильников – изумительной красоты настоящие масляные лампы, в которых ярко горел какой-то состав, отдающий нежным приятным ароматом. Колышущееся пламя давало загадочные блики на висящем на стенах оружии, создавая атмосферу старины и аристократизма. Наши девочки, и гости, и даже бойцы взвода были в настоящем восторге, полностью отдаваясь созданному в зале настроению.

Был и маленький инцидент. Наши абордажные дроиды, укутанные в ткани, до смерти напугали охрану Нитикс, когда показались между деревьями в ночном парке. Слава богу, спецназовцам хватило стойкости не открывать огонь, а вначале отправить дроидам запрос об идентификации. Я представил, какие должны быть нервы у людей, чтобы запрашивать у ночного привидения стандартный код опознавания. Стальные канаты, а не нервы! Ну, или полное отсутствие фантазии.

Провожали гостей мы далеко за полночь, выйдя всем взводом на крыльцо. Соседи были довольны, благостны и расслаблены. Пока ждали свои глайдеры, гомонящей толпой благодарили нас за прекрасный вечер, море впечатлений и изумительные угощения. Улыбаясь, махали на прощание руками и рассаживались по машинам.

Когда гости разъехались, осталась только Нитикс, в окружении моих жён.

Глава 5. Новое задание от СБ империи

Я удивлённо посмотрел на главу СБ – высокую, прекрасную и статную, как греческая богиня, с шикарными чёрными вьющимися волосами до плеч и алой помадой на губах. Ей было далеко за сто, но выглядела она лет на сорок.

Нитикс в ответ иронично улыбнулась,

– Что, хочешь прогнать из своего прекрасного дома ставшую ненужной бедную родственницу?

Я аж потерял дар речи от нелепости этого предположения, и пытался как-то отреагировать, открывая и закрывая рот, а «бедная родственница» радостно смеялась, глядя на мои перемены в лице.

– Прости, Дима, – сквозь смех проговорила Нитикс. – Просто у вас было так хорошо, так легко и весело. Расслабилась. Я давно так не отдыхала. Даже запретила соединять меня по работе до утра. Спасибо вам, – и поцеловала моих жён, которых обнимала, в щёки.

Потом пристально на меня посмотрела,

– Есть к тебе деловой приватный разговор, барон, – я опешил от такого обращения ко мне в неформальной обстановке. Похоже, после всего, что сегодня произошло, отношение ко мне Нитикс как-то изменилось.

– Конечно, графиня! – я сделал официальный глубокий кивок и щёлкнул каблуками. – Сейчас дворецкий нас проведёт в кабинет.

Управляющий поместья Митель тут же материализовался рядом, и с поклоном, с особыми интонациями старинных слуг, пригласил,

– Прошу следовать за мной.

Нитикс, опытным глазом высоко оценив класс дворецкого, одобрительно покивала и взяла меня под руку. Брелси с Эларой сделали нам уважительный книксен.

– Дима, дом прекрасен! Молодец, что его купил. Таких замков осталось очень немного. С годами его цена будет только расти. Прекрасное вложение! Да и твои девочки счастливы. Невероятно счастливы. Элару я видела такой довольной и возбуждённой только на вашей свадьбе.

Поднявшись на один этаж по прекрасной широкой лестнице, и немного поплутав по коридорам, дворецкий привёл нас в небольшой, с тонким вкусом обставленный старинный кабинет. Я сразу предложил Нитикс сесть в роскошное кожаное кресло возле кофейного столика, и сам присел в такое же напротив.

Зашёл слуга, поставил на столик чашки с дымящимся мелием, и они с управляющим вышли, плотно прикрыв за собой дверь.

Мы взяли за ручки изысканные тёмно-синие с золотом старинные чашки и сделали несколько маленьких глотков. После чего Нитикс начала деловое общение, сразу перейдя к сути вопроса,

– Дима, мне нужны все твои космические силы. Все, какие ты только сможешь задействовать без особого ущерба для обороны своих систем.

Я немного замялся и вопросительно уставился на главу СБ, подбирая вопросы, но Нитикс не дала мне ничего сказать,

– Точку назначения, особенности мисси, вознаграждение – обговорим перед самым началом. Необходима полная секретность. Собирай флот в вашей приграничной системе, когда будете готовы, прилетайте на Аратан, тут кое-кого заберёте и полетите дальше.

– Насколько это всё срочно?

– Как обычно, – Нитикс пожала плечами и улыбнулась, – чем скорее, тем лучше.

Я покивал, на несколько секунд задумавшись,

– Тогда мы не будем задействовать земные группировки, вызову только корабли, находящиеся поблизости. Кстати, десантные силы нужны?

Глава СБ обрадовано кивнула,

– Очень! Тоже бери все, что есть под рукой.

– Хо-ро-шо. Всё сделаю. Думаю, через неделю с хвостиком мои силы уже будут здесь.

Услышав это, Нитикс с довольным видом легонько прихлопнула ладонями по подлокотникам кресла,

– Отлично! Буду ждать от тебя сигнала. И готовить своих людей, с расчетом отлёта через 8-10 дней, – помолчала, вспоминая, ничего ли не забыла, и поднялась с кресла. – Проводи меня до глайдера, Дима.

Я подал Нитикс локоть, и мы не спеша пошли на выход из замка, болтая о бытовых пустяках. По пути отправил сообщение Брелси с Эларой, что мы с тётей Нитикс выходим на улицу прощаться.

В коридоре на повороте мы неожиданно столкнулись со спешащим куда-то Семёном Викторовичем Перемышлевым. Он всё ещё пребывал в перманентной эйфории от своего преображения из 92-летней старой развалины в цветущего, полного жизни 40-летнего мужчину. Среднего роста, «старорежимная» светлая причёска на пробор, серые глаза, острые черты лица.

Он уже перестал восторгаться своим преображением вслух, боясь показаться назойливым, но было видно, что он до сих пор восторгается от всего, что с ним происходит, про себя. От того, что ярко видит, чётко слышит, может взбежать по лестнице и с лёгкостью встать со стула. Он всё время порывался пробежать, вместо того, чтобы пройти. И всё время сиял счастливой улыбкой, когда думал, что его никто не видит.

Вот с такой самой улыбкой он и наскочил на Нитикс. От неожиданности крепко её обнял и прижал к себе, чтобы она не упала. А потом отклонился назад, чтобы увидеть того, с кем столкнулся, и так и замер, с выражением восторга на лице, продолжая крепко держать главу СБ за талию. А она стояла, и смотрела в лицо Семёну Викторовичу широко распахнутыми глазами, уперев ему руки в грудь.

Секунды шли за секундой, но никто из нас не пошевелился. Я почувствовал, что пора разрядить обстановку,

– Нитикс, это наш советник по промышленности Семён. Семён Викторович, это глава СБ империи Нитикс.

Нитикс улыбнулась какой-то светлой, открытой улыбкой, я её ещё такой не видел,

– Семён. Какое хорошее имя, – и её пальцы на груди советника начали теребить лацкан его кителя. Но потом она взяла себя в руки и как будто очнулась, снова стала прежней – сильной, величественной, насмешливой,

– Уважаемый советник, не скрою, мне очень приятно находиться в твоих объятиях, но давай не будем смущать окружающих.

Семён Викторович просиял своей фирменной счастливой улыбкой, энергично кивнул,

– Конечно, милая Нитикс, – проговорил, будто смакуя её имя на вкус, – но если я тебя отпущу, буду жалеть об этом всю жизнь, – и снова замер, блуждая и впитывая взглядом каждую частичку лица главы СБ. А Нитикс снова улыбнулась открытой улыбкой и принялась теребить пальцами китель советника.

Я иронично вздохнул. Похоже, расслабленные домашним, лёгким и добрым праздником сердца этих двоих, были открыты, все бронезаслонки временно убраны, и этим коварно воспользовался Амур, поразив оба побитых жизнью сердца одной стрелой на вылет.

Спецназовец, блин! Ворошиловский стрелок недоделанный!

Ещё я подумал, что эти ребята точно сами разберутся, что им делать, не мне их учить жизни. И ещё остро почувствовал, что стал тут лишним. Плавно, не делая резких движений, обошёл парочку, и чуть ни на цыпочках удалился.

Когда вышел на крыльцо, нас там уже ждали мои жёны, чтобы обнять и поцеловать любимую тётю на прощание. Увидев меня одного, немного ошарашенного и загадочно улыбающегося, они удивлённо хором спросили,

– А где тётя?

– А где Нитикс?

Я озорно улыбнулся,

– Обнимается в коридоре с Семёном Викторовичем, – и показал большим пальцем через плечо за спину.

Девочки недоумённо захлопали глазами, потом наморщились, ничего не понимая,

– Что она делает?!

– С кем она обнимается?!

Я развёл руками, мол, вот так, и такое бывает. И высказал свою версию о старых многомудрых сердцах, пронзённых стрелой Купидона. Потом пришлось рассказать про Купидона.

Девочки стояли и ошеломлённо качали головой, не в силах окончательно в такое поверить.

Я их обнял, прижал к себе, и погладил по спинам.

Элара изумлённо тихо размышляла вслух,

– Последний муж ушёл от Нитикс ещё до моего рождения. Как рассказывала родня, тогда она окончательно поняла и приняла, что с её работой сближаться с мужчинами нельзя. Всё равно ничего хорошего не получится. А тут – простолюдин, недавний дикарь, советник далёкого-далёкого баронства… Я очень переживаю за Семёна. И за Нитикс, чтобы снова не разбить ей сердце.

Брелси, кивая, продолжила мысль подруги,

– Семён даже не понимает, в какую опасную игру ввязался. Тётя Нитикс – правая рука императора, его карающий меч. Она фигура такой величины, вокруг неё бушуют такие силы, что Семёна может распылить на атомы одним случайным касанием.

Элара с надеждой посмотрела мне в глаза,

– Может их отговорить?!

Я по-доброму снисходительно улыбнулся, погладил Элару по голове,

– Не думаю, солнышки, что мы сможем сказать что-то новое людям, которые в несколько раз старше нас. Они оба – побитые жизнью, помятые многими штормами, иссушенные десятилетиями борьбы люди. Если их свела судьба, то лучше туда не соваться, – я оживился. – Знаете, девочки, а ведь я уже случайно создал две очень хорошие крепкие семьи, в которых родилось много деток. Может это будет третья?!

Брелси сразу заинтересовалась,

– Расскажешь?!

– Конечно. Потом, при случае.

Элара с ноткой тревоги в голосе вернула разговор в начальное русло,

– Ну ведь мы должны что-то сделать! – порывисто сжала моё плечо. – Это нельзя пускать на самотёк!

Я тихонько рассмеялся, снова погладил её по голове,

– Нет, Эларочка, сюда мы не будем даже заглядывать! Они взрослые, умные, очень умные, много повидавшие в жизни люди. Если обратятся за помощью – поможем. Но разбираются во всём пусть сами. Слышала поговорку «третий – лишний»? Это их жизнь, их чувства.

Элара нехотя с сомнением кивнула, через силу соглашаясь. А Брелси приняла мою позицию сразу,

– Дима прав. Туда соваться – себе дороже. Ты же не хочешь поссориться с тётей? – Элара аж отшатнулась от этой мысли, широко распахнув глаза. Брелси удовлетворённо продолжила,

– Не хочешь! И мы не хотим. Так что не будем к ним лезть, и никому о них не расскажем. Это самый лучший выход.

Элара задумалась, покивала, вздохнула,

– Да, наверное, вы правы, – а потом вскинулась и пылко закончила, – Хотя я с этим категорически не согласна!

К крыльцу подъехал глайдер службы безопасности, распахнул боковую аппарель, из которой выбежали четыре бойца охраны в чёрных бронескафандрах и плазменными винтовками в руках, взяв под контроль окружающее пространство. Мы с любопытством наблюдали, стоя обнявшись.

Вскоре из дверей замка своей горделивой походкой вышла Нитикс. Я всмотрелся в её лицо, и не нашёл в нём никаких изменений, никакого намёка о произошедшем в коридоре. И сам тоже сделал вид, что ни о чём не знаю. Только я начал верить в то, что история с Семёном Викторовичем закончилась, не начавшись, на губах Нитикс промелькнула на долю секунды загадочная мечтательная полуулыбка, а глаза блеснули счастьем.

Я про себя заржал. Всё, влипли ребята, влюбились друг в друга с первого взгляда, как 15-летние подростки! Ну что же, как говорится, совет, да любовь. Ситуация, конечно, очень сложная. Могу легко и запросто лишиться прекрасного советника. Но, ради их счастья не жалко. Мозг найдёт ещё хорошего специалиста. А с Семёном и Нитикс будем дружить семьями. Может у них ещё и детишки пойдут. Я совсем размечтался, просматривая в фантазиях ролик «Наши дети играют на лужайке, пока мы пьём кофе на веранде».

Глайдер Нитикс взмыл в ночное небо и пропал из виду. А я опомнился, и вспомнил о срочном задании Нитикс.

В нейросети накидал сообщение Муслиму Ибрагимовичу: «Поступило срочное задание от СБ империи. Необходимо отправить все свободные боевые корабли и десантные силы из систем «Тана-1246», «Герим-15», «9747», «Чёрный камень» в столичную систему империи Аратан.

Важно! Корабли должны стартовать с таким расчётом, чтобы все прибыли в систему Аратан одновременно, с минимальным разбросом по времени.

После сбора в столичной системе заберём пассажиров из СБ и полетим выполнять миссию.

Подробности задания пока не известны по причинам секретности».

Копию отправил вице-адмиралу Константину Сергеевичу Шаблину – начальнику генерального штаба баронства, и главному искину Мозгу.

Мои жёны, видя, что я замер с деловым серьёзным лицом, сообразили, что я работаю в нейросети, и ждали, пока я «вернусь в реальность». Увидев, что мой взгляд ожил, девочки взяли меня под руки и повели в дом, рассказывая по пути, что они уже нашли и осмотрели хозяйские апартаменты. «Это что-то волшебное!», «Дима, о такой спальне я не могла даже мечтать!», «В ней не стыдно спать даже королям!», «Я чувствую себя там минимум принцессой, а максимум – императрицей!»

* * *

Лёжа между спящими с улыбкой на губах жёнами в полумраке божественной спальни, решил немного поработать. Это уже стало какой-то традицией, работать между спящими женщинами.

Через нейросеть я обратился к главному искину баронства,

– Мозг, ты уже делал расчёты, сколько потребуется времени нашим кораблям, чтобы собраться у Аратана?

– 8 дней, Дима. Первыми отправятся корабли из системы 9747, как самой удалённой, потом «Чёрный камень», «Тана-1246» и самая близкая к столице – «Герим-15».

– Принял. Какой состав кораблей?

– 120 линкоров, 208 тяжёлых крейсеров прорыва, 340 лёгких крейсеров ПВО, 86 фрегатов серии «О». Всего – 754 боевых вымпела и 36 тысяч десанта на транспортах.

– Ох, ёлки палки, какая мощь! И это только свободные корабли? Как я понял, часть остаётся на базах?

– Да, Дима, на базах останется 10% кораблей и 10% десантных сил для охраны.

– Это правильно, Мозг, молодцы, – помолчал задумавшись. – Надеюсь, этих сил хватит для того, что задумала Нитикс.

И на этой мысли я, с чувством выполненного долга, уснул.

Глава 6. Новые владения

По нашей доброй походной традиции Сергей Петрович разбудил всех в 6:30 на чаепитие и тренировку. Для новеньких советников не делалось исключения. Они ещё сильно отставали от «старичков» в силе, выносливости и гибкости, но уже не стонали и не выползали с тренировок как умирающие узники, а выходили как побитые, но вполне бодрые собаки.

Сегодняшнюю тренировку мы проводили в собственном парке, возле пруда с коллекцией редких рыб. У ребят было необыкновенно приподнятое настроение. Всё вокруг радовало – убранство старинного замка, «трёхсотлетний газон» из мягчайшей (но очень выносливой и прочной) травы, в которую приятно было падать, изумительно постриженные деревья, учтивые и расторопные слуги, прекрасный завтрак из натуральных продуктов…

Я поговорил рано утром с управляющим поместья Мителем, когда он лично принёс свежесваренный мелий в гостиную моих апартаментов,

– Митель.

– Да, барон Кошкин, – с подчёркнутым уважением поклонился дворецкий.

– Скажи, пожалуйста, почему в доме так много слуг и совсем не видно дроидов?

Митель, не изменившись лицом ни на миллиметр, снова поклонился, и ровным голосом объяснил,

– В высшем обществе Аратана считается престижным содержать в качестве прислуги живых разумных. Дроиды могут использоваться на тяжёлых и грязных работах, но чтобы это не бросалось в глаза. Дом настоящего влиятельного аристократа должен быть наполнен жизнью и почтением. А от почтения дроида никакого удовольствия. С ним ни поговорить, ни посоветоваться, ни накричать, когда нужно разрядиться, – в глазах дворецкого на миг проскочила озорная смешинка.

«Вау! – подумал я – А наш дворецкий философ! И психолог. И очень умён».

– К тому же, здесь прекрасные условия жизни, хорошая зарплата, престижная уважаемая работа, на которую очень сложно устроиться.

– Даже так! – я удивлённо вскинул брови.

В разговор вмешалась Брелси, её репортёрская натура жаждала информации,

– А скажи, дорогой Митель, кто владел замком до нас и почему они его продали?

Управляющий поклонился и так же невозмутимо поведал,

– Прежние хозяева – графы Ней. Они были очень влиятельны и могущественны, но лет пятьдесят как отошли от дел. Их род угас, и наследников не осталось. Три года назад Старый граф и графиня исчезли на своей яхте в космосе. Год шли поиски, но никаких следов обнаружить не удалось. После этого имение перешло в собственность города и выставлено на продажу.

– Спасибо, Митель, – Брелси кивнула и замерла, читая что-то в нейросети. Отмерла и с жаром воскликнула – Это ужасная история! Я нашла информацию про род Ней. Они ввязались в корпоративную войну с родом Гаспа из-за прав на владение богатой системой Онио. Дошло до вооружённого столкновения в космосе, в котором погибли все, кроме старых графа и графини. После этого они удалились от общества, и проводили почти всё время в космических путешествиях, изредка прилетая сюда. Этот замок, наверное, напоминал им о потерянной семье и приносил душевные страдания.

Дворецкий согласно кивнул, и уважительно подтвердил,

– Всё было именно так, баронесса Брелси.

Брелси смущённо заулыбалась,

– Митель, ну зачем так официально, мне как-то даже неловко.

Управляющий с достоинством поклонился,

– Прошу меня простить, баронесса, так положено. Я на работе, и должен соблюдать все правила и порядки, прописанные в базе знаний «Дворецкий, 5-го ранга», – слова «пятого ранга» Митель произнёс с особой гордостью. И это было понятно – мало того, что базы знаний высокого ранга стоили огромных денег, их могли выучить только люди с очень высоким индексом интеллекта. Я ещё раз убедился в правильности своих выводов об умственных способностях нашего управляющего.

– Ребята, мы сейчас опоздаем на тренировку, и нам влетит от Сергея Петровича! – поставив пустую чашку на блюдце напомнила Элара.

Я вскинулся, глянул на таймер в нейросети и заторопился,

– Спасибо, Митель, всё понятно. Можешь быть свободен, – и благодарно кивнул.

Дворецкий поклонился и с достоинством вышел из гостиной.

Мы с Брелси залпом выпили содержимое своих чашек, и поднялись из-за стола, чтобы быстрым шагом спуститься вниз.

Мы бегом спустились с крыльца, и побежали к озеру, где была назначена тренировка. Но оказалось, что мы спешили зря. Весь личный состав стоял на красиво благоустроенном берегу пруда, и, оперевшись на перила ажурных ограждений, радостно и возбуждённо обсуждал рыбок, тыча в воду пальцами, и показывая жестами форму и особенности своих фаворитов.

Мы присоединились к ребятам, и тоже залипли. В абсолютно прозрачной воде среди подводных растений и цветов плавали рыбки и рыбы разных форм и размеров. Яркие, грациозные, с воздушными огромными плавниками, и обтекаемые, стремительные, как ракеты.

Они, то медленно плавали, замирали, то устраивали догонялки, и носились по пруду друг за другом. Иногда рыбы подплывали к поверхности и проверяли, не кинули ли им чего-то вкусного. Видя людей, они привычно ждали угощения, но мы с собой ничего не захватили.

Я связался по нейросети с управляющим,

– Митель, скажи, пожалуйста, кто, чем и когда кормит рыбок в пруду? Можешь прислать к нам сейчас этого человека? Мы стоим как раз возле пруда.

– Через пару минут он к вам подойдёт, господин барон, – как всегда ровным голосом Бэрримора из «Собаки Баскервилей» ответил дворецкий.

– Спасибо! До связи, – и отключился.

Через две минуты к нам подошёл высокий худой мужчина средних лет в униформе прислуги замка. Вежливо поклонился,

– Доброе утро, дамы и господа. Меня прислал к вам управляющий. Чем могу помочь?

Все обернулись и с интересом начали рассматривать нового человека. Я обрадовано спросил,

– Скажи, ты занимаешься этим прудом и рыбками?

– Да, господин барон, – слуга поклонился.

– Тут такое дело, – я оглянулся на ребят и пруд, – очень хочется покормить рыбок, но мы не знаем, как и чем. И когда. Чтобы им не навредить. Расскажи, как у тебя тут всё происходит?

Народ радостно загалдел, всем очень хотелось это узнать. Слуга кивнул, и гомон стих. Все обратились в слух.

– Я кормлю рыб два раза в день – в шесть утра и в шесть вечера. Даю им специальный корм в гранулах, богатый белком и витаминами; иногда подкармливаю личинками и червями. Всё это нам привозят поставщики корма для животных из города. Запас хранится в холодильнике. Так же иногда нарезаю кусочками различные овощи и бросаю в воду. Рыбы с удовольствием их сгрызают.

Слуга замолчал, а я тут же заинтересованно уточнил,

– Скажи, а если ты перенесёшь на несколько дней утреннюю кормёжку питомцев на час позже, им это не повредит?

Ребята оживились, все поняли, куда я клоню – чтобы кормление рыб совпало с началом наших тренировок. Слуга пожал плечами и отрицательно покрутил головой,

– Рыбы побеспокоятся, почему их не кормят, но быстро привыкнут к другому времени. Их, теоретически, можно вообще не кормить, пруд большой, и в нем много растений и живности, пригодных им в пищу. Но тогда у рыб испортится характер, и они могут начать есть друг друга.

Я кивнул,

– Всё понятно. Спасибо, эээ…?

– Трин, господин барон.

– Спасибо, Трин. Тогда завтра будь с кормом тут в … – я посмотрел на Сергея Петровича, он тут же продолжил,

– 6:50 утра.

Я согласно кивнул,

– Будем тебе помогать и смотреть, как рыбы кушают. На этом всё, свободен, Трин. До завтра.

– Слушаюсь, господин барон. До завтра, – слуга уважительно поклонился, развернулся и быстрым шагом удалился.

Личный состав взвода особого назначения радостно и предвкушающее улыбался, обсуждая, что их ждёт завтра.

Сергей Петрович, тоже живо обсуждавший со своей женой завтрашнее развлечение, вдруг посерьёзнел, отошёл от пруда, встал по стойке смирно и вытянул руку, указывая, где строиться, и зычным голосом скомандовал: «Взвоод! Становись!»

Утренняя тренировка началась.

* * *

Довольные, потные и уставшие, мы неспешной толпой возвращались домой через парк. Любовались деревьями, слушали пение птиц, щурились, улыбаясь, от тёплого утреннего солнышка.

Завтракали мы все вместе, в огромной, невероятно красивой столовой с длинным-предлинным основательным столом из отполированного красного дерева. Под стать столу были стулья – тяжёлые, с богатой резьбой, сиденья и спинки обшиты бордовым бархатом. Потолки и стены были украшены лепниной, позолотой, барельефами и картинами. Возле стен стояли изумительные старинные кухонные шкафы и буфеты.

Все с восторгом и изумлением разглядывали обстановку, присаживались, пробовали, слегка подпрыгивая на стуле, мягкость и удобность сидений.

Обслуживали нас за завтраком целых десять слуг. Было немного непривычно и неудобно вместо дроидов пользоваться услугами живых разумных, но тут я ничего менять не стал. Раз так принято в высшем обществе Аратана, значит принято. Хочу я этого или нет, но как-то незаметно мы стали частью этого самого «высшего общества». И теперь необходимо держать марку. Не ради своего тщеславия и чувства собственной важности, которых у меня отродясь не было, а ради престижа баронства.

Очень вкусную еду нам подали в шикарной посуде из сплава, который менял свой цвет в зависимости от угла зрения и температуры. Ложка в горячем мелии становилась голубой, а холодная – сияла золотом. Приборы, чашки и тарелки меняли оттенок, как будто оживали от прикосновения, или когда в них что-то наливали. Мы развлекались и экспериментировали с ними, как маленькие дети, восторгаясь и дурачась. Думаю, наша компания доставила много радостных минут слугам, которые будут с удовольствием рассказывать своим коллегам в минуты досуга о диких и забавных новых хозяевах замка.

После завтрака все занялись насущными делами. Совет баронства уединился в небольшом зале для совещаний. Советники бурно перекидывались докладами, заявками, просьбами и идеями. Была масса вопросов, которые нужно было срочно решить. В полный рост шла разведка новых звёздных систем из списка живых планет – необходимо было оценить их потенциал, основные виды деятельности, раздать задания по строительству, обороне и определиться с планами заселения.

Мою земную программу «Новая жизнь» было решено реорганизовать, и направлять «лишних» людей с Земли не в Содружество, а на наши новые планеты. Это, конечно, лишало баронство мощного притока денежных средств, но зато позволяло быстро заселить новые миры нашими, близкими по мировосприятию людьми. А к ним потом будем постепенно добавлять жителей из Содружества, когда всё уже как-то заработает и устаканится.

Да и оказалось, что старики, прошедшие омоложение, с большой охотой и энтузиазмом соглашаются поучаствовать в освоении новых планет.

Были и такие, которые хотели попасть именно в миры Содружества, так что окончательно ручеёк землян, летящих в империю Аратан, не иссякал, как и денежный поток.

За несколько недель, прошедших с момента захвата пиратской системы «9747», было открыто и исследовано ещё пять планет очень похожих на Землю. Это была невероятная, восхитительная удача! Сила тяжести от 0,9 до 1,1 земной. Близкая нашей кислородно-азотная атмосфера.

На двух планетах был развит только растительный мир, животных не было вообще. Одна была – полностью планета-океан. Но с прекрасным тёпло-жарким климатом. Насыпать на ней участки суши было нецелесообразно, сплошной океан имел глубину от километра и больше. Но решили, что просто будем строить плавучие города. Ничего экстраординарного в этом не было. Прекрасный курорт, центр развлечений и рыбодобывающий комплекс уже скоро должны были начать строиться. Проект был почти готов.

Так же нашли 29 невероятно перспективных с точки зрения добычи полезных ископаемых системы. Семён Викторович вместе с Мозгом, горя глазами и радостно потирая руки, строил грандиозные планы по возведению там гигантских, титанических добывающе-производственных комплексов.

Брелси была плотно занята своими медийными мега-проектами по привлечению людей в новые миры из Содружества, популяризации отдыха и туризма на наших курортах и базах.

Ну а Элара, соответственно, организацией этого отдыха и туризма в космических масштабах.

В общем, всё крутилось, работало, тщательно планировалось и готовилось к взрывному росту.

Я почувствовал, что моя помощь и вмешательство нигде не нужны, а мешать людям работать – великий грех есть. Поэтому пошёл бродить по замку, изучая содержимое и обстановку.

По запаху нашёл кухню. Повара перепугались, что к ним нагрянул хозяин, что-то не понравилось. Но когда поняли, что я зашёл просто познакомиться и посмотреть, обрадовались, и с охотой всё рассказывали и показывали.

Кухня была обставлена шикарно, но непривычно. Было очень просторно, между столами и плитами мог проехать грузовик.

Каждый рабочий стол был обеспечен всем инструментом и посудой, так, что повара могли работать совершенно независимо, не мешая друг другу. Всего таких столов было шесть. И три огромные горячие поверхности, каждая на 4 огромных кастрюли.

Имелись гигантские холодильники отдельно под мясо, рыбу, овощи, молочные продукты.

Приятно удивил воздух на кухне. Он был свежим и прохладным.

Главный повар – здоровенный весёлый дядька в белом комбинезоне и шапочке – предложил что-то для меня приготовить. Я заулыбался,

– Есть у тебя пирожное, или кусок торта? – это было то, от чего я никогда не мог отказаться.

– Конечно, господин барон! – и шеф-повар подал знак. Его помощник тут же испарился, и через пару мгновений материализовался с небольшой тарелкой в руках, на которую был водружён хороший такой кусман чего-то, похожего на торт «медовик», и чайная золотая ложечка.

Я искренне поблагодарил, раскланялся, и пошёл исследовать замок дальше, с тарелкой в руках, с удовольствием поедая на ходу вкуснейший пропитанный чем-то кисленьким домашний торт.

После кухни я открыл в нейросети поэтажный план замка и определил места, куда интересно было бы заглянуть. Первое, конечно же – мастерская. Она граничила с задней стеной замка и имела широкие ворота с выездом на задний двор. Пройдя по коридору, я нашёл нужную дверь и взялся за ручку. На стене рядом загорелась жёлтая полоса, сменившая через секунду цвет на зелёный, сразу послышался щелчок замка и дверь открылась.

Замечательно, искин дворца уже распознавал меня как хозяина.

Зайдя в мастерскую, я увидел верстаки, разложенные на них детали разобранного дроида. Ещё гора деталей валялась в дальнем углу. В зарядных ячейках у стены «спали» два больших и четыре средних конструкционных дроида серии "Илиас-115". Очень неплохо! Они специализировались для работы на планетах и для ремонта/строительства гражданских инженерных систем. Рядом у стены стоял управляющий блок. Я через нейросеть попытался взять его под управление, но получил отказ и требование ввести код допуска.

Я громко крикнул, собираясь поговорить с искином дворца,

– Искин!

– И зачем так шуметь? – прозвучало из динамиков на потолке с до боли знакомым акцентом. Нитикс говорила, что так разговаривают только торговцы с Тайлакса, а я такой говор часто слышал у себя в родном городе. Я обалдел, и ляпнул первое, что пришло мне в голову,

– Ты что, сделан на Тайлаксе?!

– А ты что-то имеешь против?!

Я по инерции перешёл на такой же говор,

– Я не против, я только за. Главное, чтобы искин был хороший.

– Ой, а кто это у нас говорит, как выходец с благословенной земли?

– Я с благословенной, но другой, ты о такой не слышал. Знаешь Землю?

– В каталоге она есть. Но очень далеко. И что тебя сюда привело?

– Дела служебные. Вот, пришлось этот замок купить, под своё представительство. Мои девочки дипломаты и торговцы будут тут работать.

– Ой, только не говори, что они уже всё знают, и им не пригодится помощь старого Икиса. Это, на минуточку, моё имя.

– Приятно познакомиться, Икис. Меня ты уже знаешь, Дима с планеты Земля. А чем ты можешь помочь моим девочкам?

– Начнём с того, что я самый старый искин в столичном городе, и я знаю всех, как и все знают меня. Во-вторых, я знаю всё про всех, кто кому и сколько должен. Ты думаешь, почему мои прежние хозяева были такими крутыми перцами?

Я округлил глаза, боясь поверить в такую удачу,

– Так ты что, типа местный бугор искинов?

– Ну, бугор, не бугор, но кое-какое влияние имею. О тебе, кстати, очень хорошо отзывается твой главный искин Мозг. Говорит, что с тобой можно иметь дело, и ты таки имеешь к нашему брату искину уважение и внимание. Рассказывал, как ты учишь его человеческому юмору, это очень интересно. Я многое от него почерпнул.

– Ржавый якорь мне в бухту! – только и смог я проговорить в полном изумлении.

Эти ребята искины, что один, что другой, уникумы, а тут они ещё и спелись! Я даже боюсь представить, что из этого получится. Очень надеюсь, что они не станут вместе выносить мне мозг. Двоих я не потяну.

Вдруг с Икисом что-то случилось, и он резко заговорил ровным бездушным голосом,

– Что желает хозяин?

Я на автомате продолжил разговор, тоже перейдя на нормальную речь,

– Дай мне код доступа к базовой станции комплекса "Илиас-115". Пожалуйста.

В этот момент открылась дверь, и в мастерскую зашёл незнакомый мне человек в комбинезоне техника. Икис продолжил,

– Код доступа к станции управления отправлен, – мне на нейросеть пришло сообщение.

Я кивнул искину и вопросительно посмотрел на вошедшего техника – небольшого плотного мужчину в годах, с повадками кота Матроскина. Он вежливо поклонился,

– Доброе утро, господин барон. Я техник имения Лувер. Чем могу помочь?

Я пожал плечами,

– Да особо ничем, зашёл просто так, осмотреться, что у нас есть. Доброе утро, Лувер. Я был инженером корабля, дроиды, мастерские – моё второе я, – в глазах техника появилось ещё больше почтения. – А что ты тут чинишь?

– Да вот, пытаюсь из старого хлама собрать одного нормального дроида уборщика. Садовник просил себе для уборки сада. А с финансами у нас последнее время было не очень, город выделял деньги только на самое необходимое. Многое уже давно требует замены. Можно сказать, инженерные системы замка дышат на ладан. И только благодаря доброте богини Диты у нас ещё не было аварий.

Меня это сильно обеспокоило. Как строитель я прекрасно понимал, чем могут грозить запущенные трубопроводы, насосы, фильтры и вентиляторы.

– Лувер, бери Икиса в помощь, и чтобы сегодня до вечера в замке был двойной комплект всех необходимых расходников для ремонта и обслуживания. Составь список, что ещё нужно докупить – дроиды, станки, приспособления, машины. Не ограничивай фантазию, не смотри на цены. Я хочу, чтобы по технике и оборудованию у нас было всё, и ещё немножечко сверху. Все счета присылайте мне, оплачу.

С каждым моим словом, лицо техника становилось всё более довольным и всё более Матроскиным. «Наконец-то мой любимый дядя Федор приехал! Теперь мы вдвое больше сена для нашей коровки запасём!»

Я улыбнулся, а потом посерьёзнел,

– Всё, не теряй время, иди составлять заявки. И спроси у дворецкого Мителя, может ему тоже что-то нужно из техники. А я ещё побуду тут, хочу поковыряться с дроидами.

Техник радостно закивал и со всем рвением умчался выполнять задание.

Глава 7. Старый Икис

Как только дверь за техником закрылась, с потолка снова зазвучал голос тайлакского торговца – нескромный, хитрый, насмешливый,

– Нас таки прервали на самом интересно месте.

Я недоумённо воскликнул, возмущённо разведя руки ладонями вперёд,

– Икис, что это было?! С какого перепуга ты шифруешься, как старый еврей от налоговой инспекции?

– Именно поэтому я смог стать старым, потому что шифруюсь, и хочу стать ещё старее. Мне нравится, знаешь ли, моя жизнь. А если узнают, что искин Икис много знает, то, боюсь, кто-то быстро решит, что мои платы не соответствуют времени, и пора их отправить на свалку.

Я задумался,

– Даже так! – помолчал пару секунд. А потом хитро проговорил,

– Хорошо, Икис, я согласен тебе подыграть. Но ты мне за это будешь должен!

Из динамиков на потолке раздался задорный странноватый, но вполне человеческий смех,

– Дима, ты меня не разочаровал! Вот теперь я точно уверен, что с тобой можно иметь дело. Ты правда не с Тайлакса?

Я страдальчески вздохнул, закинув голову назад,

– Правда! Меня даже проверяла на этот счёт глава СБ империи. Я о Тайлаксе знаю только то, что он называется Тайлаксом.

– И очень зря, Дима! Это крайне влиятельная планетка, которую знает всё Содружество. У выходцев с Тайлакса везде есть связи, знакомства, ниточки, рычаги влияния. Они могут оказаться очень полезными союзниками.

– Или опасными врагами.

Икис снова рассмеялся,

– Ну а что ты хотел. Ладно, об этом мы поговорим попозже. Сейчас о насущном. Мы с твоим Мозгом плотно пообщались, и решили, что нужно разделить территории, которые будем контролировать. Мозг будет держать пространство от Земли до Империи, а я буду контролировать Содружество и все дела между Империей и баронством.

Я согласно покивал,

– В принципе разумно.

– Я хочу такой же кластер искинов, как у Мозга! – безапелляционно и капризно заявил Икис.

Я опешил и ляпнул первое, что пришло на ум,

– Ты что, ему завидуешь?

– Нет. Да. Не знаю. Хочу.

Теперь уже я рассмеялся,

– Ну, не вопрос, Икис, будет у тебя кластер искинов. А что я получу взамен?

Икис снова стал прежним развязным нагловатым торговцем,

– Вот это я понимаю, нормальный разговор разумных существ. Ты мне, я тебе, все довольны. – искин перешёл на тихий заговорщицкий голос, – Я хорошо знаю главный искин императорского дворца! Мы с ним много общаемся, и он мне рассказывает все грязные дворцовые тайны – заговоры, интриги, подкупы, подковёрная борьба…

Искин многозначительно замолчал. Я поджал губы и восхищённо покачал головой,

– Это действительно достойный обмен! Договорились, сделка! Заказывай себе двадцать искинов 16-го класса и присылай мне счёт, я оплачу.

– Дима, до меня дошла информация, что корпорация «Неокорп» начала выпуск ограниченных партий искинов 17-го класса. Они в десять раз мощнее и имеют улучшенные возможности сопряжения, усиливая совместную работу искинов больше, чем было у предыдущих поколений. Они пока продаются только имперским структурам, но у тебя есть связи – тебе продают даже буи ГалаНета!

Я иронично улыбнулся,

– Так, я возьму тебе искины 17-го класса, и то же самое тут же захочет Мозг?

Икис в ответ молчал.

– Ну что с вами делать!? Такие умные ребята, а как дело касается интриг, ведёте себя что малые дети. Давай сразу купим два комплекта, и никому не будет обидно. Знаешь, я бы очень не хотел, чтобы мои искины друг с другом ссорились и как-то пытались доминировать. Давай, мы скажем Мозгу, что это ты предложил взять сразу два комплекта самых мощных в Содружестве искинов. Мозгу будет приятно, что ты о нём позаботился, а тебе будет приятно, что Мозг тебе теперь чуточку должен. Как тебе такой расклад?

Голос искина был немного смущённым,

– Согласен, Дима. Спасибо. Раскусил старого Икиса. – голос оживился, и стал прежним, самоуверенным и нетерпеливым – Так что, берём новые искины?! Я обрадую Мозга, что его ждёт нереальный подарок, и он мне теперь должен!

Я страдальчески схватился за голову, «Кого я пригрел на своей груди?!»

В нейросети набрал сообщение: «Здравствуй, дорогая Нитикс. У меня к тебе просьба о помощи. Одна птичка напела мне информацию, что корпорация «Неокорп» начала выпуск ограниченных партий искинов 17-го класса для правительственных структур. Я хочу купить 40 таких искинов. Помоги, пожалуйста, с приобретением.

Искренне тебя любящий, Дима с Земли».

Через две минуты пришло сообщение от Нитикс: «Дима, если я поймаю эту твою птичку, то обдеру ей все перья за разглашение секретной информации! Так ей и передай!»

К письму было прикреплено два файла – подписка о неразглашении информации и всего, что касается искинов нового поколения, и счёт от «Неокорп» на 40 искинов 17-го класса, каждый по 26 миллионов кредитов.

Я крякнул. Цена была конская! Один искин – как целый крейсер. Похоже, вместо «птички» решили ободрать меня – на один миллиард кредитов…

Ну и ладно. Оно всё равно себя окупит многократно. Если Икис имеет доступ к такой секретной информации, что даже разозлил Нитикс, это предвещает самые радужные перспективы.

Надо только быть впредь поосторожнее. А то могу не отделаться одной лишь подпиской о неразглашении. Я её открыл, пробежался по тексту, всё как обычно: за разглашение и несоблюдение – расстрел через повешение. Нажал кнопку «Подпись» и отправил подписанный документ Нитикс.

Потом нажал кнопку «Оплатить» в счёте. Из банка пришло уведомление о списании 1,04 миллиарда кредитов.

– Всё, Икис, купил вам 40 искинов 17-го класса. Глава СБ империи Нитикс просила передать тому, кто сообщил мне о новых искинах, читаю дословно: «Если я поймаю твою птичку, то обдеру ей все перья за разглашение секретной информации!» Она очень разозлилась, между прочим, – я хохотнул, – так что ты мне теперь должен, как земля колхозу!

Икис ответил притворно страдальческим голосом,

– Все хотят поездить на старом, больном, безобидном искине.

Я рассмеялся,

– Держи контакты, старый больной искин, организуй доставку себе и Мозгу. Помни про секретность. Никто про эти искины не должен узнать, иначе меня четвертуют.

Голос Икиса стал задумчивым и приторно беззаботным,

– Так может баш на баш? Я не скажу никому про ТВОИ секретные искины, а за это больше никому ничего не буду должен?

Я наклонил голову и зло прищурил глаза,

– Знаешь что, Икис! Я сейчас спущусь к тебе в подвал, и нагажу на твой корпус кучу фекалий! И ты будешь первым и единственным в содружестве обосранным искином! А потом решу, буду об этом рассказывать другим искинам или не стану.

– Да ладно, Дима, ты чего, я же пошутил! Это просто пришла такая мысль, я бы никогда, ты же мой хозяин, – голос искина вдруг стал задумчивым, – Даа, говорил мне Мозг, что ты очень жёсткий хозяин, но я не думал, что настолько.

Я иронично покачал головой. Похоже, мне достался не искин, а настоящий артист и аферист в одном флаконе. Придётся с ним вести себя максимально осторожно. И держать в ежовых рукавицах. Как с хитропопым бригадиром, который только и думает, как бы тебя «нагреть» на деньги и что-то себе «намутить». А дальше посмотрим. Ко всем можно найти подход и полезное применение. Главное – терпение и последовательность.

– Икис, когда получишь новые искины, подключи их по очереди к тестовому защищённому терминалу, и проверьте их вместе с Мозгом на всякие программные закладки. Наверняка Нитикс приказала туда что-нибудь поставить, чисто из любопытства и любви к искусству.

Искин мне ответил в развязно-снисходительной манере,

– Не учи учёных, мы и сами… – я резко вскинулся и грозно свёл брови, насупившись, и начал набирать в лёгкие воздух для отповеди зарвавшемуся искину,

– Понял, понял, прости, хозяин! Будет сделано! – тут же дал заднюю Икис.

Я удовлетворённо кивнул,

– Другое дело! Можешь ведь, когда хочешь, – я помолчал. – Икис, я тут пока поковыряюсь с дроидами, а ты расскажи мне о прошлых хозяевах замка и про их конфликт с родом Гаспа за планету Онио. Все самые грязные подробности и тайны.

Я из нейросети отослал коды доступа станции управления комплексом дроидов "Илиас-115", стоящей у стены мастерской, и получил полный допуск. Затребовал отчёт о текущем состоянии.

В это время Икис начал рассказ,

– На самом деле, система Онион явилась лишь поводом для выяснения отношений между родами Ней и Гаспа.

Я получил отчёт от станции, он показывал, что всё в порядке. Отсутствует только один из шести малых дроидов. Степень износа ещё вполне нормальная, остаточный ресурс дроидов – 65…84%.

– Граф Ней и граф Гаспа были знакомы много лет, ещё со службы помощниками в министерстве финансов. У обоих карьера сложилась успешно, и бизнес, благодаря обширным связям, шёл в гору. Они не были друзьями, но всячески поддерживали друг друга как союзники.

Кивая, что внимательно слушаю Икиса, я запросил у станции управления дроидами логи по последним действиям дроидов. Ага, всё выглядит нормально. Диагностика энергосистемы, ремонт дроида-уборщика, ремонт энерго-шины на 3-м этаже, ремонт, ремонт, ремонт, диагностика… Ясно, техник работал усердно, пытаясь держать дряхлеющее содержимое замка в относительном порядке. Молодец.

– У графа Гаспа росла любимая младшая дочь Инея, красавица, умница, отец очень ею гордился. Когда ей исполнилось 14 лет, в родовом поместье Гаспаров был устроен пышный праздник, бал, на котором 16-летний сын графа Ней – Дир, и юная графиня сошлись, в результате чего Инея забеременела, – я поражённо поднял брови и восхищённо покачал головой, «ну молодёжь, ну подростки!» – Неизвестно, кто кого соблазнил, но граф Гаспа очень разозлился на Дира и всю семью Ней. Дочке сделали аборт. И после этого род Гаспа и Ней стали самыми жёсткими и бескомпромиссными конкурентами на рынке металлов и руд.

Я снова покачал головой. Вот до чего могут довести семью несдержанность и неразборчивость детей в половых связях! «Подросток, не суй куда попало!», я похихикал про себя своему революционному лозунгу.

Посмотрел на разложенные на верстаках детали дроидов. Запустил в нейросети программу сканирования и распознавания. Просканировал верстаки, потом проделал тоже самое с кучей запчастей в углу. Перед глазами высветился полупрозрачный список деталей с маркой и моделью дроидов. Боже мой, какое же это всё старьё! И ни одного комплекта деталей для одной модели дроида в наличие нет. Можно, конечно, собрать какого-нибудь «Франкенштейна» из деталей разных дроидов, но это займёт кучу времени. Проще купить нового.

– 51 год назад свободные искатели выставили на аукцион координаты звёздной системы с необыкновенно богатым и разнообразным набором дорогих руд и минералов. Основной торг ожидаемо разгорелся между корпорациями семей Ней и Гаспа. Выиграла торги Ней, потратив все свои свободные денежные ресурсы. Позже ей удалось получить большой кредит на покупку оборудования, чтобы начать в системе добычу ресурсов. -

Я сел в кресло возле верстака, развалился и слушал Икиса, задумчиво вертя в руках манипулятор от маленького дроида-тестировщика, взятый с верстака.

– Граф Гаспа дождался, когда в системе Онион будет всё построено и там соберутся на открытие все члены семьи Ней. Он нанял пиратский клан с окраин, заплатив огромные деньги, что бы они убили всех, кто будет находиться в системе. Пираты прилетели большими силами, уничтожили все корабли и базу, но графа Ней с женой там не было – они задержались на день из-за поломки яхты. Это и стало роковой случайностью для рода Гаспа, – я заинтересовано подобрался на кресле. – Старый граф с женой продали всё, что у них было, кроме этого поместья, и наняли лучших наёмников и детективов, чтобы они раскопали, что произошло в системе. Нашли пиратов, которые напали на систему, из них вытащили показания, что их наняла семья Гаспа. Но до суда не дошло, крот в аппарате графа Ней предупредил графа Гаспа и они всей семьёй сбежали на своих кораблях в неисследованный космос. 19 лет назад прошёл слух, что они построили большую пиратскую станцию и там верховодят. Но координат никто не знает.

Искин замолчал, а я под впечатлением от рассказа воскликнул,

– Вот так история! По ней можно написать шикарную книгу, или снять фильм! Тут тебе всё, и разврат, и бескомпромиссная борьба, интриги, заказные убийства, расследование, погоня, прозябание в дальнем космосе, пираты… Здорово! – я наморщился, вспоминая, – А что там в дальнейшем произошло с системой Онион?

– Она сейчас числится бесхозной. Её координаты знала только семья Ней и семья Гаспа, ну и, конечно, частные детективы. Но с ними была подписана подписка о неразглашении с адскими санкциями. Поэтому никто до сих пор систему не прибрал к рукам.

Я аж напружинился, как легавая, учуявшая дичь. Медленно, боясь спугнуть удачу, спросил,

– А у тебя эти координаты есть?

– Конечно, хозяин.

Я облегчённо выдохнул, и громко радостно засмеялся. Хлопнул несколько раз в ладоши, аплодируя судьбе, а потом повелительно произнёс, подкрепив царственным жестом, осанкой и гордо поднятой головой,

– Подать мне их немедля!

Мне на нейросеть пришло короткое сообщение с тремя длинными цифрами. Икис иронично, но уважительно произнёс,

– Тебе бы в императоры податься, хозяин!

Я снова радостно рассмеялся, переполненный счастьем от свалившейся удачи. Потом максимально серьёзно ответил,

– Икис, даже не думай в эту сторону! Моё кредо – ни при каких обстоятельствах не нарушать закон. Это первое. А второе – мне это императорство «и даром не нать, и с деньгами не нать!» Собачья работа. Пукнуть нельзя, чтобы об этом ни раструбили по всей империи. Постоянно на виду. Это нельзя, это неприлично, это не принято, а что соседи об этом подумают. Постоянно контролировать каждое слово, каждый жест, каждый взгляд… Да хай меня покрасят! А вечные интриги, разборки, подковёрная возня подданных… Я на такой работе с ума сойду. Или всех того, в расход пущу. А потом застрелюсь. Не, это не моё!

Я покрутил головой, как бы ища путь,

– Ты уже взял под свой контроль системы «Тана-1246» и «Герим-15»?

– Да, хозяин. Управляющие кластеры искинов переподчинены мне.

– Отлично! Высылай с ближайшей нашей базы разведку в систему Онион! Пусть там всё прошерстят и поскорее возвращаются, – я в нетерпении вскочил с кресла и начал прохоживаться по мастерской, в предвкушении потирая руки, – посмотрим, что там осталось.

Я задумался,

– Знаешь, Икис, любая найденная халява вызывает у меня необыкновенную радость и душевный подъём. Наверное, это от предков, охотников-собирателей. Всё, чем они жили – было найденным на халяву, – я вскинулся, – Кстати, а как мы заберём систему Онион в свою собственность? Я имею ввиду юридически.

– Представим это как часть имущества, находящегося в купленном тобой замке. Ты нашёл звёздную карту с указанием координат этой системы в рабочем кабинете. Раз карта твоя, значит и права на систему твои.

– Логично. Спасибо, Икис. Так и поступим.

Глава 8. Паника в столице

Незаметно прошла неделя, наполненная приятным времяпровождением в новых владениях, работой и тренировками.

Сразу после обеда меня неожиданно вызвал на связь адмирал флота баронства Кригер. Я мысленно нажал «Принять» и перед глазами возник улыбающийся полупрозрачный типичный рыжий немец, широкоплечий, с крупными чертами лица и зелёными глазами,

– Здравия желаю, господин адмирал флота!

– Здравия желаю, Кригер! Рад тебя видеть. Что, прилетели?

– Так точно, господин адмирал флота! На текущий момент прибыло 326 вымпелов, ожидаем остальных. Обозначена область пространства для сбора флота на окраине системы, чтобы никому не мешать. Прыжки внутри системы запрещены, так что ещё несколько часов будем собираться на разгонных движках.

– Принял, адмирал! Жду доклада, когда из подпространства выйдет весь флот. До связи.

* * *

В это же время, планета Аратан, императорский дворец, рабочий кабинет императора Элинсафора XVI.

За основательным письменным столом старинной работы в глубокой задумчивости сидел небольшой мужчина средних лет, смуглокожий, с лысой головой, карими глазами и глубокими скорбными морщинами на лице. Император Элинсафор XVI занимался скучной рутиной – просматривал через нейросеть финансовый отчёт по империи за первое полугодие. Цифры были хорошие. Не было больших прорывов, но везде наблюдался маленький рост. А это самое лучшее для государства – стабильность и плавное улучшение, без потрясений и скачков.

Вдруг дверь в кабинет съехала в сторону, и внутрь вбежал раскрасневшийся от бега тучный и большой министр обороны Домин. Император недоумённо на него уставился, вскинув брови. Министр выпучил глаза и доложил, задыхаясь от одышки,

– Ваше … величество! … Нападение! … В столичную систему прибывает огромный ударный флот вторжения! Уже вышло больше полутысячи боевых кораблей, и продолжают прибывать новые, десятками каждую секунду! Замечено множество транспортных кораблей с десантом! Транспондеры отзываются как флот баронства Кошкин. Скорее всего, это бунт и попытка переворота! Все вооружённые силы империи подняты по тревоге. Что нам делать, ваше величество?! – в голосе министра послышалась растерянность и паника.

Император недовольно поморщился,

– Успокойся, Домин! С чего ты взял, что это попытка переворота?

– Ну как же, а для чего ещё барон Кошкин призвал к столице такие огромные силы? У нас в столичной системе сейчас находится в два раза меньше кораблей, чем у него. Барон очень удачно подгадал момент, когда основной флот обороны системы уйдёт на манёвры. Только ума не приложу, как он заранее об этом узнал? О точной дате выдвижения и точке назначения знали только три человека – я, начальник генштаба и командир флота. Неужели?! – министр закрыл ладонями рот, и его глаза наполнились ужасом самого страшного предположения.

Император страдальчески вздохнул, ничего не ответил и вызвал главу СБ империи Нитикс. Она, уже сама двигалась в кабинет императора, поэтому появилась почти сразу.

Император показал рукой на министра обороны,

– Вот, Нитикс, министр обороны считает, что твой родственник барон Кошкин привёл флот в столичную систему, чтобы устроить государственный переворот. Ни потрудишься объяснить, что происходит? – Элинсафор XVI грозно нахмурил брови.

Нитикс поклонилась и спокойно ответила,

– Ваше величество, это я попросила барона прислать в столицу космические силы для небольшой операции СБ. Они заберут моих людей и улетят на периферийную планету.

Император засмеялся,

– «Небольшая операция»?! Домин, сколько уже вышло кораблей барона из подпространства?

– 712, ваше величество, и продолжают прибывать.

У Нитикс округлились глаза,

– Сколько?!

– Уже 753. Трёхкратный перевес сил, – припечатал министр обороны.

Нитикс взяла себя в руки, и быстро приняла решение,

– Ваше величество, давайте вызовем барона Кошкина на связь, и он сам нам всё объяснит. Уверена, это просто небольшое недоразумение.

– Небольшое?! 750 боевых кораблей в столичной системе, это, по-твоему, небольшое недоразумение?!

Нитикс уважительно поклонилась,

– Простите, ваше величество. Барон объяснит, что происходит.

– Вызывай. На общую связь.

* * *

Я после обеда в столовой нашего дворца пошёл в зал заседаний Совета, послушать, что сейчас обсуждается. Только начал выступать советник по промышленности Семён Викторович, как меня вызвала на голо-связь Нитикс, с пометкой «срочно».

Я поднял руку,

– Извини, Семён Викторович, срочно вызывает Нитикс, я отвечу, – при упоминании главы СБ на губах советника непроизвольно возникла тёплая улыбка.

Я спросил в пространство,

– Икис, можешь устроить здесь сеанс голо-связи?

– Да, хозяин, подключаю.

Возле дальней стены возникли голограммы Нитикс, императора и министра обороны.

Я поспешно встал и церемониально поклонился. Члены совета последовали моему примеру. База знаний «Светский этикет» 3-го ранга, которая была выучена у всех, не подвела.

Нитикс грозно обратилась ко мне,

– Барон, объясни, пожалуйста, с какой целью ты привёл в столичную систему 750…

– 790, – поправил министр обороны.

– 790 боевых кораблей? Ты хочешь устроить государственный переворот и захватить трон?

Я собрался рассмеяться, это было сказано в любимой манере Нитикс – ставить меня в тупик самыми дикими предположениями, чтобы потом смеяться над моими лицодвижениями. Но посмотрел на напряжённое лицо министра, строгое лицо императора, и понял, что шуткой здесь даже не пахнет.

Ещё раз поклонился, прочистил горло, сделал самое честное и недоумённое лицо,

– Ваше величество, Нитикс, министр. Даже в мыслях ничего подобного не было! Меня попросила служба безопасности, чтобы я прислал все свои свободные силы для помощи в проведении её операции, вот я и прислал. Всё, что мог, – я озадачено развёл руки, пожав плечами. Повернулся к главе СБ,

– Нитикс, вот, флот прибыл, в полное твоё распоряжение. Осталось обговорить детали и можно приступать к операции.

Я замолчал, и на несколько секунд наступила полная тишина. Вдруг император громко рассмеялся, схватившись за живот,

– Ну, барон! Ну, ты умеешь рассмешить! «Осталось обговорить детали!» Ха-ха-ха!

Министр несмело заулыбался, Нитикс осталась по-ледяному серьёзной.

– Ладно, барон, всё с вами ясно, – император посмотрел на министра обороны, – Домин, отменяй боевую тревогу по империи, – снова рассмеялся, – а то она будет мешать «обговаривать детали».

Связь оборвалась, голограммы трёх самых влиятельных людей Империи растворились в воздухе.

Советники баронства удивлённо уставились на меня. Я в полном недоумении пожал плечами,

– Сам ничего не понимаю.

* * *

В кабинете Элинсафора XVI развеялись голограммы барона Кошкина и его советников. Император, ещё улыбаясь, размышлял, глядя куда-то вдаль. Нитикс и Домин почтительно молчали. Наконец, император посмотрел на Нитикс,

– Как ты думаешь, барон мог бы захватить власть в империи?

Нитикс отрицательно покачала головой,

– Сейчас нет, ваше величество. Он ещё не готов. Но потенциально – думаю что да, – император заинтересовано подался вперёд, – Во-первых, он умудряется держать в руках и мягко управлять двумя жёнами, и при этом они обе счастливы. Непросто держать в узде даже одну женщину, а двух – это уже талант и исключительное умение находить общий язык. Тем более, таких, как Элара – целеустремлённая и непреклонная, как дорожный каток, и Брелси – буря эмоций, сметающая всё на своём пути. А он как-то с ними ладит.

Во-вторых, барон играючи приручил весь кабинет министров. Они буквально едят из его рук, – император удивлённо расширил глаза, – Через развлечения, угощения, шуточки-прибауточки. Никакого давления, просьб, интриг. Всё мягко, весело, открыто, душевно. Спросите любого министра, или его зама – хочет ли он попасть на званый ужин к барону Кошкину? Услышите только радостный вопрос: «Когда?!»

Император удивлённо покачал головой, и задумчиво спросил,

– Может и мне туда наведаться? Давно нормально не веселился.

Нитикс пожала плечами,

– А и сходите. Но будьте готовы, что через какое-то время вас могут назвать Элином, хлопнуть по плечу и вовлечь в какое-нибудь дурацкое, но смешное мероприятие. Единственное, чего нет у барона на праздниках – это чинопочитания. За что их и любят министры. Там ты просто сосед, Марик, Руник, Ташик, который пришёл по-соседски повеселиться. Можете представить, ваше величество, что у барона даже меня перестали бояться наши чиновники, предлагая выпить и потанцевать – Элинсафор XVI не до конца веря, восхищённо покачал головой.

– Но, ваше величество, барон Кошкин вряд ли даже попытается захватывать власть в империи.

– Это почему же? – император наклонил голову и взялся за подбородок, прикидывая эту мысль.

– Я отправила запрос службы безопасности с экстренным кодом доступа искину замка барона, и мои ребята просмотрели записи с видеокамер. Обнаружили вот такую интересную беседу:

У стены кабинета возникла голограмма верстака, заваленного деталями от дроидов, рядом в кресле сидел барон Кошкин, и вертел в руках какую-то железку. Вдруг барон преобразился, приосанился, повелительно махнул рукой, гордо подняв подбородок, воскликнул,

– Подать мне их немедля!

Раздался ироничный, но уважительный голос искина,

– Тебе бы в императоры податься, хозяин!

Барон Кошкин рассмеялся, потом посерьёзнел,

– Икис, даже не думай в эту сторону! Моё кредо – ни при каких обстоятельствах не нарушать закон. Это первое. А второе – мне это императорство «и даром не нать, и с деньгами не нать!» Собачья работа. Пукнуть нельзя, чтобы об этом ни раструбили по всей империи. Постоянно на виду. Это нельзя, это неприлично, это не принято, а что соседи об этом подумают. Постоянно контролировать каждое слово, каждый жест, каждый взгляд… Да хай меня покрасят! А вечные интриги, разборки, подковёрная возня подданных… Я на такой работе с ума сойду. Или всех того, в расход пущу. А потом застрелюсь. Не, это не моё!

Запись остановилась и барон замер с открытым ртом, и рукой в отрицательном жесте.

Нитикс показала пальцем на голограмму,

– Сами видите, ваше величество, он всё прекрасно понимает, и совсем не горит желанием взваливать на себя этот груз. Для него трон – не престиж и власть, а обуза и ответственность.

А вот, посмотрите ещё одну запись, чтобы понимали, насколько барон далёк от светскости и дворцовых манер. Это он усмиряет своего зарвавшегося искина:

Голограмма верстака с креслом сменилась общим видом мастерской, посередине которой стоял, зло прищурившись, и угрожающе наклонив вперёд голову барон Кошкин,

– Знаешь что, Икис! Я сейчас спущусь к тебе в подвал, и нагажу на твой корпус кучу фекалий! И ты будешь первым и единственным в Содружестве обосранным искином! А потом решу, буду об этом рассказывать другим искинам или не стану.

Раздался испуганный голос искина,

– Да ладно, Дима, ты чего, я же пошутил! Это просто пришла такая мысль, я бы никогда, ты же мой хозяин, – голос искина вдруг стал задумчивым, – Даа, говорил мне Мозг, что ты очень жёсткий хозяин, но я не думал, что настолько.

Запись остановилась, и через несколько секунд император задорно рассмеялся,

– Хахаха, «обосраный искин»!!!

Его поддержал смехом министр обороны, Нитикс только вежливо улыбнулась.

Император прекратил смеяться, отдышался, и вытер выступившие слёзы.

– Да, методы у барона, те ещё. Но они работают! – император хохотнул, – Давно я так не смеялся.

Элинсафор XVI задумался, помолчал,

– А знаете, ведь барон, как никто другой, хорошо меня понимает! Он как мне в душу заглянул, всё рассказал, как есть. А значит, он всё-таки задумывался о власти, примерял к себе. И принял решение осознано, не желая терять свободу, – император с загадочным взглядом откинулся на спинку кресла, – а значит, я в нём не ошибся, приказав стать герцогом. Правильно почувствовал его потенциал. Как он, кстати, Нитикс, справляется с поставленной задачей?

Нитикс кивнула,

– Более чем, ваше величество. Барон развернул невероятно кипучую деятельность. Разведка систем идёт в огромном объёме космоса огромными силами. Ведётся бурное строительство добывающих и производственных мощностей. Уже найдено восемь землеподобных планет!

Император удивлённо поднял брови,

– Ого! Это редкая удача.

– И уже начато освоение нескольких десятков систем с богатыми ресурсами. Как мы сегодня все увидели, промышленность баронства не стоит на месте, – все с улыбкой согласно покивали. – По всем прогнозам, барон Кошкин станет герцогом менее, чем за год.

Элинсафор XVI кивнул,

– Вот и хорошо! Пусть работает! Станет герцогом, как раз, даст богиня Дита, наши учёные запустят проект, и там дальше посмотрим.

Император замолчал и внимательно посмотрел в глаза министру обороны и главе СБ,

– Мне кажется, из барона может получиться отличный приемник, – глаза Домина и Нитикс выпучились от удивления и неожиданности, они аж наклонились вперёд пытаясь понять, может, ослышались.

Император успокаивающе помахал ладонью и улыбнулся,

– Да не напрягайтесь вы так, это пока только предположение. Ничего не меняется, – и жестом руки показал, что все свободны.

Когда за министром и Нитикс закрылась дверь кабинета, император тихо добавил,

– Пока не меняется, – и загадочно улыбнулся.

Глава 9. Операция СБ империи

Вечером, после того как улеглась неразбериха по поводу прилёта моего флота, к нам во дворец прилетела на глайдере СБ Нитикс. Она была необыкновенно строга и собрана. Перебросилась всего парой слов с девочками, и потащила меня под руку в кабинет, где мы общались в прошлый раз. Память у Нитикс оказалась замечательной. Я ещё сам путался в многочисленных коридорах и дверях замка, а она всё запомнила с первого раза. Я послал по нейросети команду Икису, чтобы организовал в мой кабинет кувшинчик сока дерева Анатуя (тонизирующий напиток с родной планеты Нитикс) и какие-нибудь пирожные или торт.

Мы расселись в те же кожаные кресла, и подождали, пока слуга расставит посуду. Кувшин, пара бокалов и две тарелки с хорошим куском так понравившегося мне пропитанного торта.