Лоик Делахайе-Хьен
Хроники Dishonored. Тень Дануолла

Челнок вошел в крутые рвы, кругом

Объемлющие мрачный гребень вала;

И стены мне казались чугуном.

Немалый круг мы сделали сначала

И стали там, где кормчий мглистых вод

«Сходите! – крикнул нам. – Мы у причала».

Я видел на воротах много сот,

Дождем ниспавших с неба, стражу входа,

Твердивших: «Кто он, что сюда идет,

Не мертвый, в царство мертвого народа?»

– Данте Алигьери, «Божественная комедия». «Ад», Песнь VIII, пер. М. Лозинского

Это место – конец всех вещей. И начало.

– Сердце, Dishonored

Серия «Легендарные компьютерные игры»

DANS L’ABÎME DE DISHONORED:

REFONDER L’IMMERSIVE SIM

Loïc Delahaye-Hien

Édition française, copyright 2024, Third Éditions.

Tous droits réservés.

Автор иллюстрации на обложке Андрей «tramdrey» Негруль

© Запорожец Ю. Г., перевод на русский язык, 2025

© Негруль А., иллюстрация на обложку, 2025

© anika, иллюстрации, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Предисловие

Мне всегда хотелось рассказывать истории – создавать миры, полные приключений и стремления к открытиям, где герои, преодолевая тьму, находят в себе новые силы и покоряют вершины. Я впервые взглянул на мир глазами Корво Аттано летом 2015 года на палубе лодки, направляющейся к гигантской Башне Дануолла. Я не имел ни малейшего представления о том, что за приключение ждет меня. Не понимал, что вот-вот попаду в один из тех миров, которые мечтал описать. Совсем как Данте в «Божественной комедии», я надел маску и отправился в путешествие по темным волнам в компании дружелюбного лодочника Самуэля: этот скромный Вергилий своего времени проведет меня по всем кругам адского города под названием Дануолл.

«Божественная комедия», где Данте Алигьери описал Ад, – одно из первых произведений, где автор становится настоящим демиургом, создавая детально проработанный мир. Это захватывающий процесс, в котором вольные штрихи фантазии превращаются в целостную и убедительную вселенную. «Мир, каким он должен быть», – сказала бы Далила, одна из антагонистов Dishonored. Вот почему эта серия мне так дорога: я восхищен свободой выбора стиля прохождения и пути развития сюжета, которой наделили игроков, и при этом завидую тому, насколько вольно разработчики, дизайнеры и сценаристы Arkane Studios предавались строительству мира с нуля. Они возводили великолепные города и разрушали их до основания, населяли их улицы личными историями, воспоминаниями и легендами, разыгрывая пьесу о разбитых судьбах и порочном круге мести. Мир Dishonored может показаться величественным и незыблемым, но в то же время очень хрупким; он мечется между оккультизмом и научной фантастикой, отчаянием и мечтами о торжестве правосудия. Студия Arkane, скромный проводник, протянула руку миллионам игроков и позвала в увлекательное путешествие по миру, полному чудовищ империи – солдат, ведьм, наемных убийц и автоматонов. Однако в этом мраке также скрывалась красота: неожиданные воссоединения, величественные пейзажи и новые горизонты свободы.

Dishonored – одна из самых продуманных, необычных и увлекательных вселенных видеоигр – относится к тем формам творчества, которые способны предложить нечто захватывающее и уникальное. Садимся в лодку, я сяду за весла и проведу вас по шедевру Arkane Studios: вспомним, чем вдохновились создатели, проследим их путь, посмотрим, как франшиза развивалась на протяжении почти десятилетия, и погрузимся в бурные события истории, которая начинается с убийства императрицы и заканчивается смертью бога. А затем я приглашу вас поискать в глубинах истоки всех этих компьютерных и настольных игр, романов и комиксов, прежде чем наконец выпрыгнуть из лодки и погрузиться в бездну Dishonored.

Об авторе

Лоик как-то наткнулся в лилльском книжном магазине на полку с первыми тремя томами «Легендарной Final Fantasy» и почувствовал непреодолимое желание написать что-нибудь о видеоиграх. Сначала он написал статью, посвятив ее своим воспоминаниям о знаменитой франшизе Square Enix, и с тех пор пишет о сюжетах и вселенных видеоигр, которые запали ему в душу и продолжают вдохновлять.

Запись первая
Создание

Как появилась Dishonored

Первая Dishonored – настоящее чудо. Игра появилась на стыке двух миров, между Францией и США, у авторов, чьи пути иногда шли практически параллельно, но не пересеклись, пока звезды не сложились наилучшим образом. Как творцы, попавшие в игровую индустрию по чистой случайности, объединили усилия и создали игру мечты? Как издатель, который когда-то опоздал всего на день и упустил свой шанс, наконец профинансировал их замысел и вытащил молодую студию из череды кризисов и отмененных проектов? Как видеоигра в сложном жанре, который часто пользуется успехом у критиков, но редко разлетается с магазинных полок, смогла обрести фанатов и превзойти ожидания создателей?

Чтобы понять, откуда взялась Dishonored, мы переместимся в прошлое. Вернемся в начало 1990-х годов. История начинается с рекламы в игровых журналах и формы ВВС США.

Появление Arkane Studios

1993 год. Француз Рафаэль Колантонио только что закончил учиться на инженера – скорее по настоянию семьи, чем из любви к делу, – и теперь проходит военную службу. Будучи натурой творческой, он находит себя в музыке (и даже стал участником рок-группы) и видеоиграх, особенно в ролевых. Особое место в его сердце занимает Ultima, серия фэнтези-RPG от Origin Systems, одна из первых и величайших представительниц жанра.

Как-то раз, листая журнал Joystick, он наткнулся на конкурс, организованный компанией Electronic Arts (EA)[1]: викторину на знание Ultima. Призом была поездка в Остин, штат Техас, и возможность протестировать восьмую часть игры прямо в офисе студии. Вопросы оказались сложными, но для Колантонио, знатока Ultima, это не стало преградой. Через некоторое время он получил ответ от EA, который его поразил: конкурс в Joystick оказался подставным! На самом деле его организовали по инициативе издателя, чтобы найти экспертов по франшизе для работы в новой студии EA во Франции. Кандидатура Колантонио вызвала интерес, и ему предложили место в отделе контроля качества. Он согласился и официально стал восьмым сотрудником Electronic Arts. Издательство даже помогло ему завершить военную службу досрочно.

Первые годы работы в компании стали для Колантонио очень плодотворными. Он вошел в состав французской делегации, отправленной в Остин для тестирования новых проектов Origin Systems. Среди них были Super Wing Commander – свежая часть культовой серии космосимуляторов – и System Shock, разработкой которой занималась Looking Glass Studios, а издателем выступала Origin Systems. Ранее Looking Glass отвечала за создание спин-оффа Ultima под названием Underworld; Колантонио очень высоко ценил эту игру за развитие идеи погружения в атмосферу. Особенно он хвалил геймплей за то, что игрокам дали возможность экспериментировать со способностями и окружением, придумывая различные комбинации. System Shock продолжила развивать эту концепцию, предлагая еще более глубокое погружение в игры от первого лица. Дизайн уровней стал ключевым элементом, подчеркивающим свободу действий, доступную игроку.

Однако появление первой PlayStation заставило Electronic Arts пересмотреть планы: компания постепенно отказалась от творений Origin Systems в пользу более прибыльных спортивных симуляторов. Колантонио это не устроило. Он ушел из издательства и некоторое время работал над The Smurfs в Infogrames. При этом он по-прежнему горел желанием создавать игры, похожие на те, что так нравились ему самому. Он мечтал разработать еще одно продолжение Ultima Underworld – Underworld II: Labyrinth of Worlds, вышедшая в 1993 году, так и не смогла сравниться с предшественницей, видимо, из-за сложностей в ходе работы над проектом. В 1999 году, благодаря финансовой поддержке дяди, он основал Arkane Studios в Лионе. Вместе с четырьмя друзьями[2] он взялся за разработку RPG в американском стиле и обратился к Looking Glass. Но чтобы продолжение Underworld увидело свет, он должен был подчиняться требованиям издателя, Electronic Arts. Колантонио отказался менять концепцию игры в угоду EA и не стал работать с франшизой Ultima.

Так игра превратилась в Arx Fatalis, самостоятельную экшен-RPG с видом от первого лица – совсем как в Ultima Underworld. Сюжет разворачивался в средневековом фэнтезийном мире, где людям пришлось укрыться под землей, когда угасло солнце, – необычная концепция, возможно, даже слишком. Поиск издателя стал для Arkane настоящей проблемой. В конце концов им стала JoWooD, и игра вышла в 2002 году. Критики встретили Arx Fatalis тепло. Даже профессионалы индустрии обратили на нее внимание – например, Ричард Гэрриот[3], создатель той самой оригинальной серии Ultima. Поэтому Arkane удалось наладить сотрудничество с Valve, разработчиками Half-Life и будущими основателями платформы Steam. Компания разработала новый игровой движок Source для продолжения своего культового проекта, и Колантонио поначалу хотел написать Arx Fatalis 2 именно на нем. Однако на рынке первая часть с треском провалились – возможно, потому, что затея оказалась слишком самобытной, или потому, что ей не хватило известности: Arx Fatalis вышла через месяц после одной из самых значимых ролевых игр того времени – The Elder Scrolls III: Morrowind. Прибыли не хватало на разработку сиквела.

Достоинства Arx Fatalis заинтересовали компанию Ubisoft, которая предложила молодой студии сотрудничество. Выгодные условия контракта позволили Arkane Studios расшириться и основать второй офис в Остине, штат Техас, чтобы нанимать талантливых специалистов по обе стороны Атлантического океана. Ubisoft, в свою очередь, потребовала, чтобы следующая игра студии стала адаптацией серии Might and Magic, права на которую компания приобрела после закрытия The 3DO Company. Так Arx Fatalis 2 превратилась в Dark Messiah of Might and Magic. В ней остались черты предшественницы – например, вид от первого лица и мир средневекового фэнтези, – но некоторые ролевые элементы были урезаны в пользу более динамичного экшена. В этот раз отзывы критиков вышли менее восторженными, зато продажи игры оказались гораздо выше. Люди не подозревали, что Dark Messiah имела возможность получиться совершенно другой, а Arx Fatalis 2 могла появиться как отдельный проект. Все изменилось всего за несколько дней, когда о контракте с Ubisoft узнал другой известный издатель, тоже желавший поработать с Arkane Studios…

Харви Смит и Остин, город иммерсивных симуляторов

Вернемся в 1993-й. Пока Колантонио заканчивал военную службу, заручившись поддержкой Electronic Arts, Харви Смит тоже готовился бросить армию. Он родился в Фрипорте, штат Техас, и всегда отличался богатым воображением; видеоигры и писательство стали для него спасительным убежищем тяжелого детства. Он хотел подать документы в университет Мэриленда по программе писательского мастерства, но так как денег не хватало, чтобы оплатить учебу, ему пришлось вступить в ряды ВВС США и принять участие в войне в Персидском заливе.

Смит прослужил в армии шесть лет. Заполняя данные о себе при увольнении, он растерялся: Харви был сиротой, и в поле для адреса, куда нужно было отправить его вещи, вписывать было нечего. Затем он вспомнил время, когда был скаутом в Остине, и друга, который все еще жил там. Смит указал его адрес, навестил и заодно узнал, что тот работает тестировщиком в Origin Systems. Как преданный поклонник Ultima, Смит решил присоединиться к студии и тоже устроился в отдел качества. Одной из его главных обязанностей стало представление игр международным подразделениям Electronic Arts. К примеру, именно он принимал французскую делегацию Колантонио во времена разработки Super Wing Commander в 1994 году.

Скоро к Смиту начали прислушиваться, и ответственности стало больше. Его резкая критика только что вышедшей Ultima VIII подтолкнула Ричарда Гэрриота доверить Смиту команду разработчиков второй версии игры, которая исправляла большинство недостатков в механиках и сюжете первой. Смит воспользовался удачным случаем и наконец приступил к созданию собственной игры. Technosaur – это стратегия в реальном времени с динозаврами и ракетницами, вдохновленная Dune II: Battle For Arrakis[4]. Однако с EA не сложилось сразу же, и вспыхнул конфликт по поводу игровой концепции; Смит проигнорировал пожелания издателя, и проект отменили. Разочарованный неудачей, Смит покинул Origin Systems.

Позже бывший сотрудник студии, Уоррен Спектор, пригласил его поработать вместе. Спектор был одним из создателей Ultima Underworld, и именно ему Джон Ромеро, создатель Doom, предложил возглавить филиал Ion Storm в Остине, выделив средства на создание игры мечты. Идеей Смита и Спектора было развить принципы, заложенные в Underworld и System Shock: смешать вид от первого лица, научную фантастику и шпионаж. Получилась Deus Ex: игра вышла в 2000 году и сразу добилась успеха и у критиков, и у игроков. Смит занялся разработкой второй части, Deus Ex: Invisible War. Желание выпустить игру одновременно на консолях и PC вызвало трудности в работе, и продолжение, вышедшее в 2003 году, не смогло повторить достижений оригинала. Смит был очень огорчен. В течение следующего года он работал над дизайном третьей части серии Thief, которую компания выкупила после закрытия Looking Glass. Thief: Deadly Shadows стала его последним проектом в Ion Storm.

Дороги Смита и Колантонио вновь пересеклись в 2008-м: они общались еще со времен Origin Systems и особенно сблизились, когда девушка Смита устроилась в Arkane Austin. Их объединяла страсть к особому жанру, к «глубоким видеоиграм от первого лица». Естественно, Колантонио предложил Смиту присоединиться к Arkane.

Следующая игра

После выхода Dark Messiah в 2006-м, Arkane захотела сделать еще один проект на движке Source: The Crossing. То, что начиналось как эксперимент, быстро стало чем-то большим. The Crossing – шутер от первого лица, где сюжетная кампания переплетена с мультиплеерными элементами: пользователей ждали приключения формата «один против всех», в которых они могли сами стать врагами в сессии другого игрока. Механика похожа на то, что Arkane сделает в 2021 году в Deathloop. Альтернативный Париж, где разворачивается действие игры, – творение Виктора Антонова[5], концепт-художника Сити 17 из Half-Life 2[6].

К сожалению, проект оказался студии не по карману. Чтобы остаться на плаву, Arkane пришлось обратиться за финансовой помощью к анонимному издателю (кто он – неизвестно до сих пор). Условия контракта пересматривались несколько раз, и не в пользу студии. Для дополнительного финансирования Arkane подписала контракты с несколькими другими компаниями и стала помогать им с завершением проектов. Так, студия внесла вклад в дизайн уровней и создание анимаций в BioShock 2[7] и поработала над многопользовательскими картами в Call of Duty: World at War.

Пока близился момент подписания контракта на разработку The Crossing, Даг Черч – давний коллега Уоррена Спектора – связался с Arkane от имени Electronic Arts с предложением нового проекта: LMNO. Это была часть серии из трех игр, которые EA разрабатывала в сотрудничестве с режиссером Стивеном Спилбергом. Колантонио был в восторге: он обрадовался отказу издателя от The Crossing и с нетерпением принял предложение поработать над новым проектом.

В LMNO игроку предстояло сопровождать юную инопланетянку в дороге с Восточного побережья США на Западное. В игре многое зависело от невербального общения между героями. Ради этого проекта Arkane была вынуждена дорабатывать систему рукопашного боя – Спилберг не хотел, чтобы в игре было огнестрельное оружие. Как-то в обеденный перерыв Колантонио поговорил по телефону с Черчем и пришел в ярость: как и многим компаниям, Electronic Arts пришлось урезать расходы из-за экономического кризиса 2008 года. LMNO сочли слишком дорогостоящим проектом и отменили.

Станет ли Valve спасителем Arkane? Издатель предложил студии взять на себя руководство спин-оффом Half-Life 2. Проект назвали Ravenholm. Разработчики его очень полюбили: они превратили городок, где почти не осталось живых людей, в огромную головоломку. Главный герой здесь играет не с огнем, а с электричеством. С помощью хорошо проработанной физики и оружия с целым спектром возможных применений он может и исследовать уровни, и противостоять мутантам. Однако в очередной раз проект оказался слишком дорогим, и Valve решила его отменить. Разработчики пытались собрать все наработанное и представить хотя бы альфа-версию, но ничего не вышло. Еще одно болезненное событие в истории компании.

В Arkane работало примерно сорок человек, и она только что пережила целый ряд отмен проектов. Чтобы компания выжила, Колантонио объявил в интервью, что студия открыта к предложениям. Издатель, который не успел договориться с Arkane в первый раз, не стал упускать новую возможность. Bethesda уже связывалась с компанией после выхода Arx Fatalis, но переписка с лионцами заняла слишком много времени, и Ubisoft ее опередила. На этот раз американский издатель был полностью готов объединиться с Arkane: материнская компания, ZeniMax Media, недавно приобрела id Software, авторов Doom и Wolfenstein, и теперь хотела окружить себя другими профессионалами индустрии. Bethesda доверила Arkane проект иммерсивного симулятора от первого лица, в котором игрок должен был перевоплотиться в ниндзя со сверхъестественными способностями, живущего в средневековой Японии. Проекту уже придумали название: Dishonored.

Основы симуляторов погружения

В ДНК Dishonored заложена история, накопленная за десятилетия существования видеоигр. Она унаследовала весь тот опыт, что разработчики приобрели, совершая тернистый путь от Origin Systems и Ion Storm до первых проектов Arkane. Она основана на произведениях одного жанра – симуляторах погружения, или иммерсив симах. Впервые этот термин упомянул Уоррен Спектор, когда вышла Deus Ex. До этого их назвали «глубокими видеоиграми от первого лица» (как говорил Колантонио) или экшен-симуляторами – так Спектор именовал не вышедший Troubleshooter 1994 года, часть которого перекочевала в Deus Ex. Однако сам Спектор готов уступить авторство термина своему коллеге Дагу Черчу; вместе они разработали Ultima Underworld, одну из основоположниц жанра.

Название указывает на главную цель таких игр – достичь полного погружения, заманить пользователя в вымышленную вселенную и, как выразился английский поэт и критик Сэмюэл Кольридж, «добровольно подавить недоверие», принять мир и его правила так, будто они совершенно реальны. Харви Смит иногда называет этот жанр гибридом шутеров от первого лица и ролевых игр.

Эти два жанра начали сближаться еще в 1979 году в Akalabeth: World of Doom, первой работе Ричарда Гэрриота. В проекте, который изначально задумывался как школьная работа, уже прослеживается стремление к созданию эффекта погружения через перспективу: если на карте игрок представлен в виде креста, то при входе в подземелье появляется вид от первого лица. Позднее вид от первого лица переняли и другие ролевые игры – например, The Lords of Midnight (1984) Майка Синглтона; ее технология отрисовки ландшафта позволяет создавать реалистичные объемные декорации, масштаб которых зависит от позиции игрока и направления его взгляда. Или Corporation (1990), антиутопия в мире киберпанка, сочетающая боевые столкновения, шпионаж и компьютерный взлом.

Тогда же, в 1990-м, вышла первая игра Уоррена Спектора, Ultima VI: The False Prophet. Разносторонний специалист и опытный ролевик, Спектор вывел игровое производство на новый уровень. Он стал экспериментировать с творческими процессами: сначала заперся на несколько недель в одиночестве, а после вместе с другими разработчиками создал огромную пачку документации по сюжету и механикам – библию проекта, позднее при разработке Deus Ex он вновь поступит так же. Вся игра строилась вокруг идеи погружения. Спектор сделал неочевидный выбор и отказался от перехода на камеру от первого лица в подземельях, который использовал в прошлых играх. Вместо этого игрок постоянно видит мир в изометрии без изменения масштаба между картой, городами и подземельями. Мир Ultima VI по-настоящему оживает благодаря беспрецедентному уровню интерактивности, позволяя, например, игроку пройти весь процесс выпекания хлеба – от мешка с зерном до румяной выпечки. Спектор и сам удивлялся, насколько разнообразный геймплей предлагают разработанные им системы, особенно когда тестировщики начали придумывать собственные игровые решения; так один из них смог решить головоломку без нужного заклинания, просто уменьшив персонажа. Спектор понял, что настоящее предназначение таких продвинутых систем куда обширнее, чем погружение в мир: это предоставление свободы действий.

Перейдя в студию Пола Нейрата, Looking Glass, Спектор продолжил работать над RPG-играми, затягивающими игроков сильнее, чем большинство проектов жанра, – он считал, что остальные уделяют слишком много внимания стратегиям и управлению персонажами. В Ultima Underworld (1992) легко увидеть приемы из Ultima VI в особенном трехмерном подземелье, Стигийской бездне. Игра разрабатывалась параллельно с Wolfenstein 3D Джона Кармака, и в обеих разработчики сделали выбор в пользу камеры от первого лица, сочетая ее с боями в реальном времени, чтобы игроку казалось, будто он физически находится на арене.

Следующее творение Looking Glass, System Shock, от фэнтезийной тематики уходит в научно-фантастическую и переносит действие на космическую станцию Цитадель, где игрок берет на себя роль хакера и пытается противостоять SHODAN (Sentient Hyper-Optimized Data Access Network – с англ. «Разумная гипероптимизированная сеть доступа к данным») – искусственному интеллекту, захватившему контроль. Cо времен Underworld управление камерой от первого лица и движениями героя улучшились, а вот повествование стало проще: игроку больше не нужно общаться с неигровыми персонажами (NPC). Вместо громоздких диалогов с системой выбора System Shock раскрывает лор[8] игры через электронные письма и записки, которые игрок находит по мере прохождения. Такой способ повествования, не отнимающий у игрока контроль над персонажем, позже вдохновит аудиодневники в BioShock, иммерсивном симуляторе в эстетике арт-деко, созданном Кеном Левином.

Присоединившись к команде Looking Glass в 1995 году, Левин предложил концепцию под названием Dark Camelot – RPG от первого лица в средневековом сеттинге про поиск Грааля. Проект развивался, и со временем фокус сместился на особенности единственного доступного с самого начала класса – вора. Ключевой механикой стала скрытность, основанная на манипуляции звуками, которые издает персонаж, и игре с освещением в различных локациях. Получилась Thief: The Dark Project; она вышла в 1998 году параллельно с иммерсивным симулятором от Valve, Half-Life. Последняя переняла элементы шутеров от первого лица от id Software, сохранив при этом системную сложность и глубину повествования System Shock, как и ее научно-фантастическую тематику. Однако Half-Life отошла от концепции свободного исследования мира, популярной в играх Looking Glass, предпочтя заранее прописанному сценарию, делающему игровое приключение больше похожим на кино.

Когда в Ion Storm Austin в работе над Deus Ex начался этап предпродакшена, Уоррен Спектор и Харви Смит вспомнили весь свой опыт работы в Origin Studios и Looking Glass и задумались, какую ролевую игру хотели бы создать в будущем. В результате этого в 1999 году на сайте Game Developer[9] появилась статья о «новой модели RPG для нового тысячелетия». В ней Спектор обращается к коллегам-разработчикам. призывая задуматься о том, какими приемами они пользуются при создании ролевых игр – на примере недавних успехов Diablo, Daggerfall и Final Fantasy VII.

Обращение разработчик строит вокруг нескольких идей, «заповедей» ролевых игр

Создавайте игры так, чтобы опыт каждого игрока был уникальным. Предлагайте множество решений и их последствий как для главного героя, так и для мира.

Разъясняйте цели, чтобы игрок сосредоточился на том, как решить проблему, а не на том, в чем именно заключается проблема.

Добавляйте больше взаимодействия с NPC и элементами окружения, чтобы игровой мир походил на реальный.

Дайте герою больше вариантов развития – например, улучшений предметов, навыков, отношений с другими персонажами, – чтобы игроки могли создавать разноплановые билды[10].

Не забывайте, как сильно может впечатлить игра, если главная цель в ней выходит за рамки простой череды боев и головоломок.

Так, выделяя базовые составляющие симуляторов погружения, Спектор делает игрока главным в сюжете. Он – основная движущая сила, больше не скованная ограничениями правил настольных игр, где всем заправляет гейм-мастер. Такую власть игрок обретает благодаря практически бесконечным вариациям взаимодействий внутри геймплея – с миром, с врагами, даже с самой возможностью выбора. Когда разработчик строит игровую систему, основываясь на законах физики или особенностях поведения противников, уже не он определяет, преуспел игрок в чем-либо или нет; правила задает не программный код, а сам игрок, используя воображение и знания о возможных последствиях. Физика в симуляторах погружения пытается походить на настоящую, иногда даже чересчур усердно, так что внедрить ее законы в игровой процесс довольно легко. Это хорошо заметно, например, в Ravenholm[11], где главное оружие игрока – это вода, гвоздомет и электричество. Мир должен быть настолько правдоподобным, чтобы он учил игрока, как и весь игровой процесс. При этом он должен оставаться гибким, чтобы у игрока сложилось впечатление, будто он может «сломать» игру, если разберется в ней достаточно хорошо (даже если это и не так).

Все эти правила, весь опыт предшественников Arkane Studios использовала при разработке своего первого проекта, Arx Fatalis. Задуманная как «духовная наследница» Ultima Underworld, эта игра сочетает взгляд от лица главного героя, бои в реальном времени и развитие персонажа и истории в рамках одного нестандартного подземелья, опираясь на опыт иммерсивных симуляторов Looking Glass и Ion Storm Austin (например, возможность получить много разных концовок позаимствована из Deus Ex[12]). А главного героя с повадками ниндзя из Dishonored вдохновил другой значимый проект – Thief: The Dark Project.

Игрок под маской

Dishonored – как и игры, на которые она равняется, – это иммерсивный симулятор. Не просто совокупность сюжетных линий, игровых механик и визуальных приемов, а гармоничное переплетение всех этих элементов. В Arkane придерживаются целостного подхода к разработке. Общий игровой дизайн и дизайн уровней идут рука об руку еще со стадии создания прототипа, а команды, отвечающие за архитектурное проектирование уровней и их внешний облик, регулярно обмениваются идеями и принимают решения совместно. Даже два филиала студии, в Остине и Лионе, поддерживают постоянный контакт через регулярные видеовстречи. Благодаря такому подходу вселенная и система механик в Dishonored зарождаются и совершенствуются одновременно, не мешая друг другу.

Отдать власть игроку

В Dishonored игрок берет на себя роль Корво Аттано, телохранителя императрицы Джессамины. События пролога закручиваются вокруг убийства правительницы, похищения ее дочери Эмили и незавидной участи героя, которого заговорщики выставили виновным в случившемся. Корво помогают спастись преданные короне лоялисты; они предлагают ему устранить истинных убийц, одного за другим. Перед тем как отправиться на поиски первого из них, Корво попадает в странное параллельное измерение под названием Великая Бездна, к божеству по имени Чужой. Тот наделяет героя сверхъестественными силами, которые помогут ему спасти Эмили и отомстить изменникам.

Перед нами экшен от первого лица в лучших традициях иммерсивных симуляторов вроде Deus Ex, Thief: Deadly Shadows[13] и BioShock[14]. Как и эти три игры, Dishonored дает игроку свободу действий сразу на нескольких уровнях: в выборе средств для достижения целей, в методах прохождения уровня, в способах выполнения квестов. И даже дает свободу решать, каким будет финал.

Корво создавался как оболочка. Он не озвучен (как и, например, Линк из The Legend of Zelda), поэтому игроку проще в него «вжиться». Но все же этот персонаж не так прост и пуст: он боец, один из лучших в Империи. По словам Харви Смита, геймплей разрабатывался так, чтобы игрок чувствовал эту мощь на протяжении всех восьми сюжетных миссий[15]. Для этого Arkane предоставляет ему разнообразный и тщательно продуманный арсенал: складной клинок для ближнего боя, пистолет для дальнего; компактный арбалет, стреляющий обычными и зажигательными болтами, а также усыпляющими дротиками; маску с увеличительной линзой[16] и дополнительное снаряжение в виде гранат и пружинных мин. Вернулась зрелищность схваток лицом к лицу, присущая первым проектам студии, – причем вернулась доработанная, с учетом опыта с проектом LMNO.

А есть еще сверхспособности, которые дарит герою Чужой; они работают, как кибернетические модификации в Deus Ex. Всего их десять, меньше, чем в других ролевых играх с магическими элементами (например, Skyrim). Корво может телепортироваться, видеть сквозь стены, призывать стаю крыс, вселяться в других живых существ, останавливать время и отбрасывать врагов, а также улучшать показатели здоровья, адреналина, проворства и превращать трупы противников в пепел (последние навыки – пассивные). Костяные амулеты дополняют колдовской арсенал и дают различные бонусы: оглушение врагов происходит быстрее, враждебность крыс снижается, эффекты от расходников становятся более сильными…

При этом центром всей системы остается игрок. В отличие от Deus Ex, где улучшения открывались последовательно по мере прохождения, Dishonored позволяет открывать и улучшать способности в любом порядке[17]. Для этого используются руны, которые можно заполучить, исследуя потайные уголки карт или выполняя дополнительные задания. Каждая способность и ее улучшения подробно описаны в меню умений, так что игрок может точно просчитать, как именно лучше потратить руны, чтобы собрать нужный билд – для полной прокачки их не хватит. Однако даже такого описания недостаточно, чтобы раскрыть весь потенциал способностей. Это происходит в первую очередь через эксперименты и повторные прохождения.

Корво задумывался кем-то вроде ниндзя; отсюда его гибкость, способность резко переходить от скрытности к бою. И хотя некоторые способности – к примеру, «Смертельная тень» – нужны лишь для того, чтобы замести следы, большинство из них универсальны. Крыс из «Жадной стаи» можно натравить на врагов, а можно вселиться в них, чтобы пробежать по канализации или напугать NPC. «Изгиб времени» позволяет остановить окружающий мир и повлиять на него: почему бы не выстрелить в противника из арбалета, а потом не прикрепить к нему, неподвижному, пружинную мину, чтобы разорвать на части с расстояния?

Динга Бакаба, системный дизайнер Arkane, рассказывал, что каждая способность прошла несколько стадий проработки. Прототип нового умения сначала использовали против врага на тестовой сцене, затем на черновой версии уровня, чтобы посмотреть на сочетаемость с окружением и уже внедренными способностями. Затем новая способность попадала в руки к тестировщикам: это могут быть члены команды, их близкие, сотрудники отделов, рассматривающие конкретный игровой аспект, или более крупные специально собранные группы. На основании их отзывов принимались решения о том, стоит ли убрать или оставить способность и какие изменения нужно внести, чтобы сбалансировать геймплей[18].

Среди способностей особенно выделяется «Перенос», метод телепортации. Только она становится доступной с самого начала, как только Корво наделяют магией. При тестировании пользоваться этой способностью было необязательно, и в Arkane заметили, что тестировщики пренебрегают ею и передвигаются так, как делают в других играх с миссиями на проникновение. Конечно, почти все уровни можно пройти и без «Переноса», но он выделяет Dishonored среди других проектов. В отличие от Солида Снейка или Агента 47, Корво не нужно учитывать расписание патрулей; благодаря «Переносу» он может пробраться незамеченным или мгновенно перелететь через них, не вызывая подозрений. Даже если его заметят, он сможет моментально укрыться в безопасном месте. Харви Смит сопоставляет Dishonored по игровому ритму с Thief: если в последней игрока поощряют к медленному передвижению в тени, то «Перенос» позволяет действовать одновременно и быстро, и скрытно. Ради такого эффекта менялся и дизайн умения: из кошачьего прыжка оно становилось чем-то вроде скользящего полета и в итоге превратилось в рывок на средние расстояния (словно ниндзя подтягивается при помощи крюка), во время которого мир застывает в серо-голубой дымке[19].

В придачу к «Переносу» у Корво есть навык быстро ориентироваться на местности, особенно в замкнутых пространствах, где перемещаться свободно не получится. Игрок может приглушать шаги[20] и прятаться за укрытиями или стенами, а также подглядывать в комнату через замочную скважину. Такая мобильность – наследие Thief: Deadly Shadows. Если Корво попадает в поле зрения противника, над последним появляется значок тревоги, три молнии слева и справа от головы постепенно краснеют. Благодаря этому игрок может предугадать поведение искусственного интеллекта врага и либо отступить, чтобы остаться незамеченным, либо приманить часть противников, заставить группу разделиться.

Однако такие стратегии быстро теряют привлекательность из-за «Темного зрения». Эта сверхспособность не просто позволяет увидеть любого неигрового персонажа сквозь стены – и живого, и мертвого; и человека, и зверя, – но и рисует конус обзора этого NPC, а также показывает громкость шагов Корво. Улучшенная версия умения дает возможность разглядеть устройства, поэтому отследить источник энергии и отключить механизм (или взять под контроль) становится легче. В первой Deus Ex способность видеть сквозь стены появлялась только во второй половине игры. «Темное зрение» же стоит всего одну руну, это самая дешевая способность, и новички, скорее всего, приобретут именно ее в первую очередь.

Этот кажущийся дисбаланс на самом деле отражает философию гейм-дизайна в Arkane. Разработчики понимали значимость сверхспособностей Корво и не хотели ограничивать игроков больше, чем было нужно. Это заметно по запасу маны, которая тратится на применение способностей: если не пользоваться магией в течение нескольких секунд, запас автоматически восстановится на 20 %[21] – ровно столько требуют «Перенос» и «Темное зрение», так что ими можно пользоваться, считай, бесплатно. «Изгиб времени» – способность более дорогая, как в плане маны, так и в плане рун. Она больше подходит для второго захода в игру, когда опыт захочется разнообразить.

Так Arkane дает игрокам власть «сломать» Dishonored и почувствовать, будто они играют не просто за какого-то безликого персонажа, а за одного из самых могущественных людей в этой вселенной. Сломать по-настоящему, конечно, не выйдет: разработка игры была процессом целостным, и левел-дизайн вышел достаточно гибким, поэтому локации готовы к такому всемогуществу. Дануолл не меркнет перед разнообразием игровых систем; наоборот, они его питают, создавая правдоподобный мир, где игрок может поупражняться в тщательности скрытного проникновения, эффектном паркуре, энергичных схватках со щепоткой изобретательности и даже в потрясающих спидранах[22].

Создать мир, в который хочется верить

В момент выхода Dishonored Кристоф Каррье, ведущий дизайнер уровней и звукорежиссер, поделился впечатлениями некоторых тестировщиков: игра показалась им слишком линейной. Эта черта характерна для большинства экшен-игр вроде Uncharted или God of War, где бои, исследование мира и решение загадок четко разделены. Однако стоит лишь посмотреть вверх – игроки, как считает Каррье, так поступать не привыкли, – и истинная глубина дизайна уровней Arkane раскроется во всей красе. Вот почему приключения Корво почти всегда начинаются с кинематографичной сцены с поездкой по воде[23], когда лодка поднимается на гидравлическом лифте. Благодаря такому приему игрок начинает смотреть на мир шире, воспринимать каждый уровень в перспективе.

Туториал в тюрьме Колдридж может показаться простым и линейным, особенно с учетом того, что у героя еще нет никаких умений. Но каждая его часть дает шанс не только освоиться с манерой движения Корво, но и понять, что целей можно достичь разными путями, даже в узких пространствах. Вот пример: выйдя из камеры, вы должны пересечь коридор, где разговаривают три охранника. Игрок может либо пробиться силой, либо проследить за разговором и, уличив подходящий момент, обезвредить врагов, подобравшись сзади, как в классических стелс-играх. Однако есть дополнительный фактор, который нужно учесть: проход наверху тоже патрулирует охранник. Не поднимаете взгляд – рискуете поднять тревогу. Но вы можете вызвать ее намеренно, ведь тогда охранник откроет дальнюю дверь, чтобы добраться до игрока. С первых минут нас учат важному элементу исследования мира Dishonored: нужно учитывать не только архитектуру уровней, но и интеллект противников. Разум ИИ – одновременно и препятствие, мешающее свободному передвижению, и средство достижения цели, если научиться им пользоваться.

Когда уроки усвоены, игрок начинает первую серьезную миссию, «Верховный смотритель Кемпбелл», и проникает в самое сердце Dishonored. Теперь он должен не просто пробираться сквозь череду комнат и коридоров, как в Колдридже, но и искать свой путь в целом мире[24] – жилых кварталах, особняках, руинах, – которые Arkane наполнила жизнью.

В мире Dishonored игроки редко движутся «по прямой». Само устройство уровней побуждает свернуть с основного пути, чтобы обойти препятствие или усилить главного героя. «Перенос» побуждает забраться повыше, чтобы рассмотреть, как построена локация и где находятся враги, а потом спланировать, куда двигаться дальше. Можно спуститься, а затем вернуться на возвышенность и избежать противостояния, отправиться по извилистому маршруту или пробраться через дыру в стене в разрушенную квартиру и изучить ее. Возможность свободно перемещаться, вместо того чтобы следовать строгому линейному маршруту, позволяет забираться в разные тесно связанные пространства: площади и бульвары, из которых строится «золотой путь»[25] до цели, тщательно охраняются; узкие переулки забыты всеми, кроме бандитов; в домах любая дверь или окно может оказаться проходом. Каждая миссия предлагает Корво множество вариантов пути, комбинирующих открытые пространства и тесные закоулки с препятствиями. Количество или тип противников, особые ограничения, связанные с задачей (например, необходимость постоянно следить за персонажем) заставляют игрока подстраиваться под обстоятельства, действовать скрытно или ввязываться в бой.

Уже в миссии «Верховный смотритель» игроки, которые только-только научились пользоваться высотами Винного квартала, могут растеряться, зайдя в контору доктора Гальвани или канцелярию смотрителей: больше нет уступов и труб, по которым можно незаметно пройти мимо патруля или отступить в безопасное место. Но стоит лишь поднять голову, и они поймут, что в каждом коридоре есть свои высокие точки – например, шкафы или люстры – и что «Перенос» работает и на них. А если заползти под мебель, обнаружатся вентиляционные шахты, которые послужат им прекрасным инструментом благодаря новой силе.

Архитектура уровня – не только помощник, но и препятствие на пути к цели. Главный противник здесь – пространство: можно поставить здания повыше, окружить колючей проволокой или чередовать участки пути внутри здания и вне его, чтобы ограничить движение игрока по вертикали; сооружения вроде световых стен сдержат его перемещения по горизонтали. Да, через охранные механизмы по типу стен света нельзя «перенестись», но их роль состоит не только в ограничении геймплея. Напротив, они заставляют игрока остановиться и оценить ситуацию, а после извлечь пользу из строения уровня и достичь цели другим путем или же задействовать все имеющиеся ресурсы, раскрыв весь потенциал игрового процесса Dishonored через эксперименты. Если стены световые, значит, их свет что-то питает. Может, нужно поджечь бак с китовым жиром[26] с помощью зажигательного снаряда? Или опустошить его заряд, бросая в стену разные предметы? Раз стражники могут проходить сквозь стену без опасений, можно ли пройти так же, если перенастроить один из щитков?

Расположение противников – тоже повод задуматься и научиться новому. Обычно они ходят небольшими группами, и игрок может попробовать разные способы обойти их или быстро нейтрализовать. Но при этом они могут подать сигнал тревоги и тем самым наказать любого, вступившего в бой, вызвав более опасных врагов. Тогда игроку придется выяснять, какие умения наиболее эффективны при отступлении (ответ: «Перенос», «Изгиб времени»), а какие пригодятся для управления толпой противников (например, можно заставить их разделиться с помощью «Порыва ветра» или нанести серьезный урон по площади за счет взрыва или установки пружинных мин). Чем дальше продвигается игрок, тем сильнее меняются комбинации сложностей на его пути. Не хочешь попасть в беду – придется совершенствовать навыки. Например, слишком полагаться на силы Бездны тоже нельзя, особенно если встретите смотрителей, скажем, в поместье Бойлов – их шарманка способна заблокировать сверхспособности героя.

Чтобы такие пространства внушали доверие, они должны предлагать больше двух вариантов развития событий. Окружающая обстановка и каждый NPC должны адекватно реагировать и на скрытное проникновение, и на попытку боя, и, что главное, на быстрое переключение с одного на другое. В попытках достичь этого эффекта студия разработала не только правдоподобную с точки зрения архитектуры уровней, но и практичную среду, которую интересно изучать именно как игровое пространство. Игроки сталкиваются с различными трудностями, понятными с первого взгляда, и могут оценить, насколько хорошо освоились с той или иной системой, оценивая сложность адаптации к ней, а также реакции самого пространства.

Дануолл, город-крепость

В первом раскрытом публике концепт-арте Dishonored основное внимание Bethesda уделила жутковатой атмосфере мира, в который игроку предстояло погрузиться. Туманные, викторианские улочки, кишащие зараженными крысами, освещаемые холодным светом прожекторов, в лучах которых сошлись длинноногая махина[27],[28] и бронированный танк. Герой наблюдает за ними из угла, сжимая в руке маску в форме черепа. Источники вдохновения считываются сразу: с одной стороны – дух Лондона XIX века, как в Thief: Deadly Shadows; с другой – монументальные, давящие, промышленные здания в духе Виктора Антонова из Half-Life 2.

Однако у Dishonored мог быть совершенно другой характер. Проект, предложенный Тоддом Воном, изначально строился вокруг ниндзя в средневековой Японии. Арт-директор Себастьен Миттон сразу высказал опасения по поводу выбора места действия: он считал, что разработчики недостаточно хорошо осведомлены как о стране, так и об эпохе. Чтобы не плодить стереотипы, Arkane выбрала Лондон, город, хорошо знакомый и разработчикам, и западным игрокам, но при этом нечасто встречающийся в видеоиграх тех времен. Крысиная чума, очень заразная, смертельная болезнь, вдохновленная Черной смертью, сразу стала неотъемлемой частью повествования; из-за этого Миттон взял за основу сеттинга Лондон XIV века – времена начала второй эпидемии чумы.

Средневековая архитектура этого периода не очень хорошо вписывалась в вертикальный дизайн уровней, поэтому во внешнем виде города сочетаются разные эпохи жизни английской столицы. В первую очередь – 1666 год, когда одна пятая Лондона страдала от болезней, а центр города пожирал невиданной силы пожар. Англии пришлось отстраиваться заново после падения Кромвелей, парламентариев, возглавивших восстание против короны и правивших после казни Карла I в статусе «лордов-протекторов». Еще Миттона вдохновляла столица времен правления королевы Виктории. По словам Антонова, визуального дизайнера игры, Arkane хотела добиться эстетики, схожей с Half-Life 2. Британия XIX века, вошедшая в историю благодаря первой промышленной революции и изобретению парового двигателя, превратила Лондон в центр мира и в идеальный прототип для города, где игрок почувствует себя раздавленным гигантизмом и повсеместным присутствием технологий. Дизайнеры также переняли смелость архитектуры тех времен – к примеру, разобрали Тауэрский мост до обнаженного металлического каркаса, чтобы создать уровень на мосту Колдуина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Electronic Arts купила Origin Systems в 1992 году. – Прим. авт.

Вернуться

2

Его друзья – Сирил Мейнье (ведущий программист), Марко Меле (гейм- и левел-дизайнер, помощник продюсера), Оливье Энсельм-Тришар (арт-директор) и Кристоф Каррье (ведущий левел-дизайнер). – Прим. авт.

Вернуться

3

Специально для него Колантонио даже написал скрипт на бесконечные стрелы, чтобы было легче продвигаться по сюжету. Ричарду Гэрриоту и вправду было сложновато совладать с Arx Fatalis. – Прим. авт.

Вернуться

4

Warcraft и Age of Empires тоже почерпнули оттуда идеи. – Прим. авт.

Вернуться

5

В феврале 2025 года Виктор Антонов скончался. На момент издания книги конкретная дата и причина смерти болгарского художника неизвестна. – Прим. ред.

Вернуться

6

Антонов был арт-директором Half-Life 2, не просто концепт-художником. – Прим. науч. ред.

Вернуться

7

Себастьян Миттон, арт-директор Arkane, никогда не играл в Bioshock до подписания контракта. Он говорил, что от кадров первой части ему было физически некомфортно из-за непропорциональности некоторых элементов окружения. Приступая ко второй, он первым делом попросил сделать чемоданы реалистичного размера. – Прим. авт.

Вернуться

8

«Лор» в видеоиграх – это информация о вселенной, в которой происходят приключения. Чаще всего лор не участвует в развитии основной сюжетной линии; это скорее детали, наполняющие мир красками. – Прим. авт.

Вернуться

9

Тогда он назывался Gamasutra. Сайт переименовали в Game Developer в 2021 году. – Прим. науч. ред.

Вернуться

10

В ролевых играх билд – это способ создания персонажа, его характеристики, экипировка, способности и т. д. Например, в фэнтезийных RPG иногда предлагают создать рыцаря, вора или колдуна. Эти три архетипа отражают сильные и слабые стороны различных билдов. – Прим. авт.

Вернуться

11

Кадры с таким геймплеем впервые открылись миру благодаря документальному фильму от Noclip об истории развития Arkane Studios. Это единственная запись c Ravenholm по сей день. – Прим. авт.

Вернуться

12

Протагониста Arx Fatalis зовут Ам Шегар, что на языке игры означает «Безымянный» – так разработчики попытались примирить личность персонажа и возможность игрока ассоциировать себя с ним. В пору Deus Ex на эту тему в команде разгорались нешуточные споры: стоит дать главному герою имя или нужно оставить эту возможность игроку, как это реализовано в большинстве ролевых игр? В итоге персонаж получил неизменное кодовое имя Джей-Си Дентон, – а выбор настоящего оставили игроку. «Джей-Си» может быть как мужским именем, так и женским, но из финальной версии игры опцию выбора пола убрали. – Прим. авт.

Вернуться

13

В этой части можно переключаться на вид от третьего лица. – Прим. науч. ред.

Вернуться

14

До сих пор ведется дискуссия о том, можно ли назвать BioShock полноценным иммерсив симом. Там есть интересные системные механики и необходимость совершать выбор (например, как поступать с Сестричками), но при этом игра линейна и не дает свободы в решении задач. – Прим. науч. ред.

Вернуться

15

Если считать пролог, в игре девять миссий. – Прим. науч. ред.

Вернуться

16

*Такая же линза и типы зарядов использовались в играх серии Thief. – Прим. авт.

Вернуться

17

В то же время снаряжение улучшается с помощью чертежей, разбросанных по локациям. – Прим. авт.

Вернуться

18

Например, во время таких тестов можно было подбрасывать элементы окружения в воздух и с помощью «Изгиба времени» использовать их как лестницу. Способность убрали, так как она нарушала баланс уровней. – Прим. авт.

Вернуться

19

Действие похоже на заклинание «Туманный шаг» в D&D (возможно, именно им создатели и вдохновлялись); оно погружает героя в иную реальность, эфирный план, и возвращает в любую точку на расстоянии трех метров от начальной. – Прим. авт.

Вернуться

20

Автор имеет в виду возможность пригибаться. В игре нет отдельной механики приглушения шагов. – Прим. науч. ред.

Вернуться

21

На 20 % от изначального объема маны. Со временем можно увеличить количество маны, так что пропорция изменится. – Прим. науч. ред.

Вернуться

22

Спидран – прохождение, при котором игрок старается дойти до конца как можно быстрее. – Прим. авт.

Вернуться

23

Каждая миссия в Dishonored – за исключением сегмента с тюрьмой – начинается с поездки по воде, на протяжении которой окружающая обстановка или персонаж-лодочник раскрывают историю места или цели вылазки. Похожее происходило во вступлении первой Half-Life. – Прим. авт.

Вернуться

24

Из-за нехватки средств и времени уровень в Парламенте пришлось сократить. – Прим. авт.

Вернуться

25

«Золотой путь» – наиболее очевидный маршрут, который легко считывается игроком за счет понятной планировки, расположения квестовых маркеров или общей информации о задаче. Ведет напрямую к цели миссии. – Прим. авт.

Вернуться

26

Китовый жир – основной источник топлива в мире Dishonored, он же служит питанием для большинства электрических систем. – Прим. авт.

Вернуться

27

Речь идет о толлбоях – противниках, которые перемещаются на механических ходулях и отстреливают зараженных чумой жителей при помощи зажигательных снарядов. – Прим. науч. ред.

Вернуться

28

Они напоминают страйдеров – огромные боевые машины на трех ногах из Half-Life 2. – Прим. авт.

Вернуться