Юрий Леон
Интерференция

Летели с запада самолёты, похожие на тритонов, покачивая зелёными крыльями-плавниками. Пылало пламя заката на хвостах и гребнях выпуклых гаргротов. Спускались на паутинах парашютов инвайзеры с ранцами огнемётов за плечами. Длинные фалды асбестовых плащей, что извивались на ветру, казалось продолжениями тел рептилий. Приземлились хищники с земель заката, и пошли по древней земле Беловодья на толстых прорезиненных лапах, таща за собой плоские хвосты костюмов химзащиты.

В сумерках ядовитых облаков теснилась и слеталась ночная нежить. Стекались на восток чумные стада повёрнутых на войне. Заражённые войной были странно одеты. Их серые тени через пропасть лет, на наскальных рисунках, оставшихся в живых, выглядели бы, как космические пришельцы в шлемах и скафандрах. Они шли, облаченные в химические костюмы, в латексных противогазах, поливая из огнемётов иных, обречённых ими на унижение и смерть. Росли в полях курганы захоронений. Безумие поразило человечество. Умерщвляя жизнь на континентах, заградотряды прокажённых двигались по пространству планеты, уничтожая живое.

Равнины Беловодья уже не знали мира. Из огня пожарищ, на высоких экзоскелетах, медленно выходили, блестя стёклами очков, фигуры с огнемётами, одетые в маскхалаты. За ними выплывали, покачивая усиками антенн, бронетранспортёры и равнодушные к огню бронированные черепахи танков.

Остановившись на холме, группа вторжения осматривала окрестности древней земли.

«»

Парадный костюм самодовольного Гутти Вудса осветился заревом пожаров. Войска заката давно готовились к нашествию на мирные земли рассвета.

– Кто может победить тысячетонную магию атомной смерти? – усмехнулся из сумерек бункера сумасшедший клоун

– Атакуйте.

Апологет войны был уверен в своём западном превосходстве, что холодные льды полярного пояса отступят перед адским жаром и звериным воинством расы расхитителей земных сокровищ. В циничной погоне за безграничной властью перевёрнутого креста и шестиугольной звезды, он был уверен, что тандем современной техники и магии расщеплённого атома станет решающим фактором сокрушения и рабства неугодных народов. Об ошеломляющем фуроре вторжения, щёлкая каблуками и потрясая косичками аксельбантов, Гутти Вудсу докладывали штабные генералы, клянясь в успехе витыми погонами. Аналитические центры воссоздавали для него кибернетические образы мощного наступления и фантастических побед упреждающего удара. Выводы искусственного интеллекта и компьютерные модели войны рисовали картину гарантированного уничтожения благословенного народа.

Гутти Вудс глянул на карту, сложил губки в куриную дудочку и ткнул пальцем в благодатную землю восхода. Под выцветшим небом планеты запылала война.

Тщеславный запад потерял разум, и тёмное солнце взорвалось над миром. Пронёсся шум и грохот, и рухнули небеса. Атлант, подпиравший небо, сбросил тяжкую ношу. Ураганы всепроникающего огня и отравленного воздуха бросились опустошать города. Концентрическими кругами расходились волны разрушений. Тёмная кора облаков обрушилась на дарованную людям землю, и море хлынуло на сушу, и раскололась, задрожав, мировая твердь. Из проломов вырвался яростный огонь вулканов, и с покрытых пеплом небес пали мёртвыми птицы. Заповедная земля запеклась, заблестела стеклянными льдами пустынь и побережий. Бездна извергла потоки отравленных вод. Подземный мрак зажёг факелы адских печей, испепеляя надежду на прощенье неразумного «венца природы».

«»

Горят древние города. На чёрных крыльях мчится на Беловодье сумрачная рать Мрачного Всадника. Дым и гром затмили солнце над полями, окормленными хлебом. Настала ведьмина ночь. В радиоактивных облаках в полнакала мерцало восточное солнце. «И ликует тьма, победу торжествуя», и к ртутным морям несет горькие на вкус, солёные от крови воды, укорачивая и без того короткую человеческую жизнь.

Но вторжение не пройдёт безнаказанно. Поднялся народ благодатной земли. Гнев и отвага стучат в висках справедливо восставших, и ярость испепеляет в сердцах любовь.

«»

Над миром засверкало копьё сияющего Витязя, и стрелы вонзились в западные врата. Загрохотала война земли обетованной против племён с берегов Полыни. И кольцо смерти нависло тёмным пузырём над западом, и опадает бахромой атомного пепла на извращённую жизнь «цветущего колумбария». И это кольцо им не преступить. Из этого нет им ни возврата, ни выхода. Племена отравленных вод воюют с самой природой в несбыточной надежде утвердить власть закатного солнца. Искажённая психика потерявшего разум Гутти Вудса, технически оснащённого оружием абсолютного уничтожения, сравнима с одичавшей обезьяной, вскарабкавшейся на антресоли мира, и сдёрнувшей над сценой чеку с запала индустриальной гранаты.

Беспощадная война вируса смерти против света поглотит многих, но завершится победой жизни.

Война людей вовлечёт в битву и междоусобицу титанов земных стихий. Безумие человека пробудит древних богов, и они вырвутся из затвора. В беспощадной битве огня преисподней и льда вечности сгорит кислород – душа воздушной стихии. Атомный смерч иссушит и отравит живую воду, испепелит горные вершины, выжжет землю. Сорвавшиеся с привязи титаны не пощадят жизни на планете. Битва спущенных с цепи стихий будет вестись насмерть. И где в этой битве человек? Не будет ему места на земле. Солнце склонится в закат и зароется в косматый туман под гривами ядовитого дыхания атомных разрывов.

«»

На земле Беловодья горел священный город. Едкий смог дымящихся улиц разъедал застывшие тела. Зияли дыры пустых глазниц. Открытые рты мёртвых словно пытались глотнуть пустоту сгоревшего воздуха. Почерневшие тела женщин жалобно прижимали к груди трупики детей, крививших иссохшие губы в последнем плаче. На гранитных плитах набережной и на стенах домов, уцелевших с времён давней войны, темнела въевшаяся пыль силуэтов людей. Это всё, что осталось от заживо сожжённых …

Та, прошлая, жестокая война ожидалась последней. Но, как насмешка над жизнью, лишь в мировых войнах упорядочивается хаос экономики и мировой гегемонии. И, тогда, начинается перепуганная суета жадных и обезумевших от страха отлучения политиков. В кровавой дани золоту и власти сокрыта «сермяжная правда» начала войн и звериных нашествий.

«»

Едва рассвело, всё на благословенной земле пришло в движение. Уже летели на землю врага стратеги и баллистические ракеты. Словно слоны ревели танки, львами рычали двигатели боевых машин. Стрекотали пропеллерами квадрокоптеры. Люди северных земель встали на защиту Родины.

Мимо стен белокаменной твердыни ожившая река несла взломанный весенним теплом синий лёд. На берегу в лучах зловеще сверкали воронёные стволы, тускло поблескивал крашеный металл боевых машин. Однообразно и стройно выдвигались параллели и перпендикуляры военной рати. Над шеренгами и колоннами батальонов и полков пламенели квадраты знамен и победные штандарты, простреленные в боях.

Отцы, надев выцветшие комбинезоны, молча садились в боевые машины, вложив в кобуры заряженные пистолеты.

Медвежьим рыком взревели двигатели броневой армады. Зажглись форсажи летательных аппаратов. Взвилась пыль, пропахшая запахом керосина, и выстелился над полем пронзающий змеиный свист лопастей геликоптеров. По бездорожью загремели гусеницы танков, и обожжённая земля, закутавшись в вихри огня и пыли, содрогалась под траками железных носорогов, как под копытами коней мифических богатырей. «Гремя огнём, сверкая блеском стали, пошли машины в яростный поход».

Да, многих не дождутся дома родные и близкие. Получат похоронки их матери и жёны. Останутся сиротами дети. Такова жестокая правда сырых окопов, и суровой присяги на верность.

«»

Среди серых дымов и просторов тускло и мрачно разворачивалась картина боёв. На главенствующей высоте с высокого пригорка, под прикрытием кладбищенских кустов и листвы могильных деревьев, громыхал огнём вражеский расчёт. Палили злым ураганом по морскому городу системы залпового огня. Давили кресты их многотонные лафеты. Высокие температуры плавили жерла стволов огромного калибра, несущих смерть. Лязгали тяжёлые затворы. Со звоном вылетали из пасти пушек латунные гильзы, и грохались, и звякали о каменистую землю. Но эта вакханалия длилась недолго. На кладбищенских могилах среди поломанных крестов уже стынет тусклый металл расплавленных сот огневых точек врага. Дороги великого города и могильные тропы засеяны обугленными мертвецами, горящими трупами, искорёженными механизмами чужеземных артиллерийских расчётов. На закопчённой земле корчатся от боли сражённые и раненые тела врагов. Они не возвратятся в свой «сказочный сад». Они уже на кладбище. Их ждёт пропахший мраком колумбарий. Неприветлива к инвайзерам великая земля. Для неё они – могильный прах. Для них она – суровая чужбина.

«»

Горит и клонится к земле убитая людьми, ни в чём не повинная природа. Под бомбами стонет растерзанная земля, опалённая огненным дыханием злобных стихий. В волнах чадящих ветров сгорают русые колосья хлеба. Пылает жнивьё неубранного урожая. Горит воздух и кипит вода. Визжат от злобы рыскающие поживы дроны и несущие смерть снаряды. Стрелы пуль косят жизни. Взрывы бомб разрывают людей. Осколки срезают верхушки израненных берёз. По полям щедро рассыпаны артефакты войны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.