Чистый зал
Элианна Нокс

© Элианна Нокс, 2025

ISBN 978-5-0067-7933-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Чистый зал

Автор: Элианна Нокс

Пролог

Чернила медленно стекали с кончика пера, как будто не желали касаться бумаги. Сефарин Лорис держал его над свитком, ожидая, пока дрожь в пальцах утихнет. В храме было тихо, слишком тихо – тишина здесь всегда означала одно: где-то врата открылись.

Он провёл линию, вписал имя. Женское. Молодое.

Запись легла в ряд тысяч других – но не успели чернила высохнуть, как буквы дрогнули, поблекли и исчезли, будто кто-то невидимый соскрёб их ногтем.

Сеф отпрянул, сердце ударило в ребра. Впервые за двадцать лет службы он видел, чтобы имя стирали сразу. Иногда это случалось спустя дни или месяцы – да, архивариусы знали, что некоторые души «возвращаются», и молча закрывали на это глаза. Но сейчас… сейчас кто-то вмешивался в сам момент перехода.

Он поднялся, вышел в коридор, где пахло холодным камнем и старым воском. И услышал шаги. Тихие, неровные, как у того, кто не привык к телу.

Женщина стояла у входа в зал, тёмные волосы падали на лицо, руки дрожали. Но не это заставило его замереть.

– Сеф… – сказала она. Голос был знакомым до боли. – Ты изменился.

Он знал этот голос. Он помнил, как она умирала. Он помнил, как сам вписал её имя в Кодекс мертвых пятнадцать лет назад.

Глава 1. Имя, которое не должно было вернуться

Дождь шёл третий день. Каменные стены храма пропитывались влагой, и капли медленно стекали по трещинам, словно по венам старого, умирающего великана. Сефарин шагал по длинному нефу, слыша, как под ногами хлюпает вода, просочившаяся сквозь крышу.

Зал архива был пуст. Только шёпот пергамента – тысячи свитков, хранящихся в кессонах, – и дыхание пламени в масляных лампадах. Сеф провёл рукой по краю стола, чувствуя привычную шероховатость древесины, иссечённой десятками лет записей.

Но взгляд всё время возвращался к свитку, на котором должно было быть имя. Белое, чистое место посреди ровных строчек, как выбитый зуб в идеальной челюсти.

Он сел, достал из ящика маленькую коробочку с печатью архива. Внутри лежала полоска серебряного шёлка. На ней – крошечные символы, которые невозможно было увидеть без магического стекла. Это был ключ к поиску «потерянных» имен: узор, что на мгновение связывал писца с душой, чьё имя он вписал.

Он коснулся шёлка кончиками пальцев. И мир изменился.

Зал потускнел, краски выцвели, а в воздухе появился запах, который Сеф ненавидел – запах пролитых чернил, горький и сладковатый одновременно. Он видел коридор, длинный и кривой, стены которого шевелились, будто были сделаны из живой кожи. И в конце – силуэт женщины.

Она обернулась.

Лицо – то самое, что он когда-то целовал перед смертью.

Губы шевельнулись, но слова были искажены, как в воде:

– Они… идут… за тобой.

Сеф сорвал руку с шёлка, и видение рухнуло. В ушах звенела тишина.

Дверь в зал открылась. На пороге стоял Хадер, его наставник. Лицо старого жреца было таким же неподвижным, как всегда, но глаза… глаза смотрели слишком пристально.

– Ты вписал сегодня имя, – сказал он тихо. – И оно исчезло.

Сеф не ответил.

– Ты понимаешь, что это значит? – продолжил Хадер. – Кто-то открывает врата в обе стороны. И если ты будешь копать – ты пойдёшь туда же, куда ушли остальные, кто задавал лишние вопросы.

Старик развернулся и ушёл.

А Сеф всё ещё сидел, чувствуя, как холодная полоска на виске становится ледяной.

Где-то за стенами храма, в шуме дождя, ему показалось, что он слышит шаги.

И женский голос, шепчущий его имя.

Глава 2. Вернувшаяся

Шаги приближались.

Не торопливые, не решительные – те, что делает человек, впервые учась ходить. Сеф стоял в полутьме зала, прислушиваясь, как они эхом множатся в пустых коридорах.

И вот она появилась. Лиан.

Мокрые волосы прилипли к лицу, губы бледные, как свежая бумага. Платье, когда-то белое, теперь было серым и тяжёлым от дождя. Она держалась за косяк двери, словно мир под ногами был зыбким.

– Сеф… – её голос дрожал, но в нём не было растерянности. Лишь странная уверенность, будто она знала, что он будет ждать её здесь.

– Ты… – слова застряли у него в горле. – Ты умерла.

Она улыбнулась – медленно, как человек, вспоминающий, как это делается.

– Я знаю.

Он сделал шаг к ней – и только тогда заметил за её спиной тень. Высокую, изогнутую, без лица. Она колыхалась, как дым, но каждый раз, когда Лиан качалась вперёд, тень повторяла её движения с идеальной точностью.

– Кто за тобой? – прошептал он.

Она обернулась. В коридоре не было никого. Только капли дождя падали с её волос на каменный пол, и в каждой из них Сефу чудился короткий всполох света, как отблеск чьих-то глаз.

– Мне некогда, – сказала Лиан. – Они уже здесь. Я пришла предупредить тебя.

– Кто – «они»?

– Те, кто пишет твои строки.

Прежде чем он успел спросить, что это значит, лампады над дверью вспыхнули ярче и разом погасли. Храм погрузился в кромешную тьму.

Из этой тьмы донёсся звук, от которого у Сефа похолодела кожа – мягкое, едва слышное шуршание, будто кто-то переворачивал страницы… прямо у него за спиной.

Глава 3. Строки, которых не было

Тьма давила на кожу, как влажная ткань. Сеф стоял, не решаясь сделать шаг. Шуршание страниц за спиной не прекращалось – ровное, методичное, будто кто-то читал вслух, но слова оставлял только в голове.

– Сеф, – Лиан шагнула ближе. Он почувствовал, как её холодные пальцы коснулись его руки. – Мы должны уйти.

– Я не могу. – Голос прозвучал слишком громко для тишины вокруг. – Я связан храмом.

– Храм уже не твой, – она сжала его руку сильнее, чем он ожидал. – Они переписывают тебя прямо сейчас.

В этот момент в воздухе появилась тонкая серебряная линия – как чернила, вытекшие из невидимого пера. Она медленно потянулась вдоль стены, извиваясь, образуя буквы. Сеф узнал свой почерк.

Сефарин Лорис, старший архивариус… покинул храм и исчез в ночь дождя.

Он замер. Эти строки не существовали. Он их не писал. Но они уже были частью Кодекса.

– Видишь? – прошептала Лиан. – Ты уже ушёл. Осталось только догнать самого себя.

Серебряные буквы вспыхнули и рассыпались пеплом. В тот же миг за их спинами хлопнула дверь, и из тьмы шагнули три фигуры. Высокие, в чёрных капюшонах, лица скрыты масками из полированного металла. На каждой маске – вытравленные символы, какие Сеф видел только в запретных главах Кодекса.

– Писец, – произнёс один из них голосом, лишённым интонаций. – Ты записал имя, которого не должно быть. Ты нарушил порядок.

– Это не я, – выдохнул Сеф.

– Теперь – ты.

Металлические маски зашевелились, словно живые, и он понял, что у него нет времени на вопросы. Лиан уже тянула его к боковому выходу, туда, где за стенами храма шумел дождь.

Сеф бросил последний взгляд на свои столы, свитки, лампады. На всё, что было его жизнью двадцать лет.

И шагнул в ночь.

Глава 4. Город, который спит на чернилах

Дождь резал кожу острыми каплями, как тысячи крошечных игл. Сеф и Лиан бежали по узкой улочке, прячась в тени нависающих крыш. Камни под ногами были скользкими, и несколько раз Сеф едва не упал, но Лиан держала его крепко, будто знала каждый изгиб дороги.

Впереди раздался глухой гул – звук приближающихся колёс. Они свернули за угол и оказались на главной улице города. Здесь всё выглядело так, будто никакого побега не было: лавочники прикрывали товар от дождя, фонарщики зажигали тусклые лампы, а пьяный трубач на крыльце трактира играл фальшивую мелодию.

Но Сеф видел другое. Тонкие серебряные нити, спускавшиеся с крыши к людям. Они были почти прозрачны, но каждое движение, каждый жест горожан тянуло за собой слабый блеск этих нитей. Когда женщина в плаще поднимала корзину – её рука двигалась чуть неестественно, словно повторяя чужое письмо. Когда мальчик бежал мимо – его шаги ритмично совпадали с невидимой строкой.

– Они… все… – выдохнул Сеф.

– Да, – тихо ответила Лиан. – Их жизни записаны. Они не знают, что каждое слово, каждый поворот головы – уже был в Кодексе.

Он смотрел, как серебряные линии исчезают в небе, туда, где, должно быть, находился тот, кто пишет. И впервые почувствовал, что мир, в котором он жил, меньше, чем казался. Не бесконечный город, а книга с переплётом, за пределы которого никто не заглядывал.

– Почему я этого не видел раньше?

– Потому что ты был частью руки, а не глаза, – сказала Лиан. – Писцы видят лишь буквы. Но когда тебя пытаются переписать – ты видишь строки.

Из-за угла вывернула чёрная повозка, колёса которой не издавали ни звука. Лошади двигались слишком слаженно, словно один организм. Лиан резко схватила Сефа за руку.

– Мы должны уйти за пределы города, пока они не закрыли страницу.

– Какую страницу?

Она посмотрела на него и впервые за всё время её голос дрогнул:

– Ту, где ты ещё жив.

Глава 5. Исправление

Они прятались под аркой старого моста. Дождь всё ещё шёл, но здесь, в полутьме, он был лишь шёпотом на камне. Лиан высматривала улицу, а Сеф смотрел на серебряные нити, спускавшиеся с тёмного неба.

Раньше он бы их не заметил. Теперь видел каждую.

На другом конце улицы мальчик тянулся к кучке глиняных игрушек на прилавке. Его мать спорила с торговцем, и Сеф видел, как тонкая нить ведёт от его руки к мальчику. В строке, мерцающей над ними, уже было написано: мальчик роняет игрушку и плачет.

Сеф почувствовал, как внутри зашевелилось что-то чужое. Ощущение было, словно он снова держит перо – но теперь перо было в его голове.

Он протянул руку к этой строке. Пальцы прошли сквозь дождь и коснулись серебра. Слова дрогнули, как свежие чернила. Он осторожно вычеркнул «роняет и плачет» и написал: мальчик хватает игрушку и убегает.

Мир вздохнул. Мальчик вдруг сорвался с места, схватил фигурку и, смеясь, побежал прочь, оставив торговца и мать в немом удивлении.

Сеф почувствовал эйфорию. Он изменил строку. Он изменил судьбу.

– Что ты сделал? – Лиан смотрела на него широко раскрытыми глазами.

Он хотел ответить, но улица изменилась. Дождь внезапно стих. Воздух стал плотным, как перед грозой. И тогда из-за прилавка поднялся человек, которого там не было мгновение назад. Лицо скрывал капюшон, но кожа рук была исписана мелким текстом – строки, которые двигались, как живые черви.

– Исправление, – произнёс он глухим, лишённым дыхания голосом. – Нарушение.

Лиан схватила Сефа за плечо.

– Мы должны бежать. Прямо сейчас.

– Кто это? – спросил он, уже зная, что ответ будет плохим.

– Корректоры, – сказала она. – Те, кто приходит, когда кто-то решает, что может писать лучше, чем они.

И в ту же секунду фигура шагнула вперёд, а слова на её коже сорвались в воздух, превращаясь в острые, блестящие, как лезвие, линии, летящие прямо к ним.

Глава 6. Погоня по строкам

Слова, сорвавшиеся с кожи Корректора, свивались в воздухе в тонкие серебряные шипы. Они ударились в каменную кладку арки, и та зашипела, как мясо на сковороде, расплавляясь. Запах палёного камня ударил в нос.

– Бежим! – крикнула Лиан, и они выскочили на улицу.

Дождь вернулся, но теперь он падал слишком ровно – одинаковыми каплями, через равные промежутки. Мир вокруг стал упорядоченным до болезненности. Сеф понял, что это значит: Корректор начал переписывать всё пространство вокруг них.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.