Щучья икра
Сборник волшебных историй
Александра Котельникова

© Александра Котельникова, 2025

ISBN 978-5-0067-7788-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Чужая лягушка

До отказа натянув луки, стояли во широком поле три брата: Илья-разумный, Алеша-неглупый да, как водится, Иван-дурак. Вот-вот три стрелы взметнутся и определят их судьбы…

Глава, где мы возвращаемся в прошлое и знакомимся с главными героями

Откровенно говоря, Илью рождение брата Алеши не очень обрадовало. Он тогда смутно понимал, почему. Но знал из рассказов детей слуг, что и спать придется меньше, и таскать мелкого с собой повсюду.

Царство было совсем небольшим и очень-очень бедным, поэтому лишних нянек уже давно не было. Да что там говорить – лишних – никаких не было. Кухарка – она же экономка, горничная и садовник. Отец постоянно пропадал на совещаниях и встречах с иностранными послами, пытаясь решить многочисленные проблемы их королевства. Мать тоже активно участвовала в политической жизни. Нужно признать, что за десять лет правления, и правда, многое удалось. Они смогли вытянуть страну из крайней нищеты в уверенную, крепкую бедность. Но на детей, к сожалению, времени не оставалось совсем.

Вот и росли Иван с Алешей почти полностью предоставленные себе. В первой половине дня к ним приходил учитель – добродушный дядька с бородой до пояса и усталыми глазами. Родом из соседнего царства; он что-то не поделил с тамошним королем и, помыкавшись то тут то там, в итоге остался жить в этой семье. Он показывал географические карты, знакомил с экономикой, этикетом и музыкой. К нему же царевичи позже бегали за советом, потому что отец обычно был занят. После уроков старика шло обучение боевым искусствам, а в остальное время братья делали, что хотели.

Алеша часто злился на отца и мать. Ворчал. Хотел, чтобы в праздники они были дома, а не с народом. Чтобы отец радовался его успехам, а мать читала сказки на ночь. Илья тоже злился, но и понимал родителей. Он очень любил их маленькое царство и мечтал, что когда-нибудь оно станет самым счастливым и процветающим во всём сказочном мире.

Братья провели не один час в спорах:

– Царская кровь – большая ответственность, – терпеливо разъяснял Илья, – мы должны заботься о людях.

– Но кто позаботится о нас? – возражал Алеша, – мы что не люди?

– Так разве мы не получаем заботу? У нас отличный учитель, дома всегда чисто и вкусная еда на столе.

– Тебе достаточно этой заботы? Отец хоть раз поинтересовался нашими делами? Спросил, как проходит учеба, нужно ли разъяснить новый воинский прием, слушаются ли слуги, любит ли народ? А когда мама завтракала с нами в последний раз?

– Уверен, отцу важны наши успехи. Просто у него нет времени на…

– Всё у него есть, – сердито прервал Алеша, – кроме желания.

И так по кругу от вечера к вечеру… В спорах не удавалось установить истину, и каждый оставался при своем. Илья считал, что долг перед страной важнее личного благополучия, Алеша – что нет никакого долга.

А потом появился Ванечка. И с ним все было по-другому, да и сам он был другим. Во-первых, Ванечка родился златокурым, пухлым младенцем, в то время как Иван и Алеша были коренастыми, темноволосыми и безо всяких кудряшек. Ванечка у всех вызывал безотчетное умиление и желание прислуживать, как и полагалось настоящему принцу. Его старшие братья больше походили на ладных крестьянских детей и вдохновением для подобных чувств не служили. Во-вторых, с самых первых дней Ванечка проявлял удивительную настойчивость буквально во всем.

Например, Илья быстро понял, что кричать бессмысленно и никогда не рыдал, даже будучи совсем крохотным (не зря его прозвали разумным). Алеша же сразу успокаивался на руках брата (право слово, неглупый). А вот Ванечка засыпал только на руках у отца. Просто кричал и кричал часами, а то и целыми днями, пока отец не приходил и не начинал его укачивать. Как только Ванечка встал на ноги и научился ходить, сразу стал убегать ото всех. Отвернешься на секунду, а его уже и след простыл. Куда, спрашивается, он бежал? Конечно, к папочке. Врывался на любые заседания и встречи. Сначала отец пытался его выгонять, ругал Илью и Алешу, что не уследили за братом. Они старались отловить младшенького и увести в царские покои, но он тут же начинал биться в слезах и кричать, а успокаивался только рядом с отцом. Отец только что и говорил, вздыхая: «Ах, какой же ты у меня дурачок, Ванечка». И разрешал оставаться рядом на заседаниях с министрами, на встречах с послами. Потом стал брать его и в заграничные поездки.

– Ты же все понимаешь, Ильюша – говорил он, уезжая с Ванечкой, – кто-то должен остаться здесь, приглядывать за матерью и Алешей.

– Понимаю, – вздыхал Илья, горько сожалея, что родился таким разумным. Как ему тоже хотелось ходить на встречи и ездить в дальние страны на переговоры! Ну или хотя бы просто бывать с отцом почаще.

Алеша не выдержал родительского невнимания и в 15 лет сбежал из дома, решив, что будет бродячим музыкантом. Он написал семье длинное пространное письмо в стихах, где рассказал о том, что у него есть мечта собрать актерскую труппу (придется позаимствовать пока тот фургончик, который уже несколько лет стоит на заднем дворе) и поехать смотреть мир. А еще, что он будет выступать менестрелем, и его труппа станет самой известной во всех царствах. Сказал, что трон ему не нужен, да и не светит – средний сын, это же не старший. Что манят невиданные земли и дальние страны.

Отец был в ярости, мать в слезах, Илья в шоке, Ванечка как будто и не заметил ничего. В этот же день царь издал указ о запрете выступлений бродячих артистов по всей стране. Алеша же собрал свою труппу, и, кажется, довольно успешно выступал. За границей. Там же и жил, объявив, что вернется на Родину только после отмены глупого указа.

Илья, переживая побег брата, замкнулся в себе и с головой погрузился в учебу; особенно его волновали экономика и военное дело. Постепенно начал посещать государственные советы, сначала в рамках обучения, но после нескольких дельных предложений, стал их полноправным участником, а через пару лет главой казначейства.

Илья много путешествовал по стране, предпочитая лично проверять, как на самом деле идут дела в губерниях. Он открыто общался с народом и знал, как срывают спину каменщики, как не возвращаются из моря рыбаки, как ломит тело от жара печи у булочников, готовящих вкуснейший хлеб с хрустящей корочкой. Он видел и знал, как сложно иногда приходится простым людям, как дорого достается обычный и незатейливый ужин.

Взяв пример с самых отчаянных тружеников, Илья не давал спуска ни себе, ни наместникам, губернаторам и министрам всяких там внутренних и внешних дел. Ото всех требовал безукоризненно выполненной работы и предельной честности. Жил в скромных палатах, часто обходился хлебом и пресной кашей.

Люди любили Илью даже больше царя. Уважали за скромный быт. Ценили неподкупность, предпочитая именно у него искать справедливости. В любом доме их небольшой страны рады были принять королевича. Вот только Илья не замечал народной любви.

Глава, в которой полетели стрелы

Шли годы. Царство крепло превращаясь из очень-очень бедного во вполне самодостаточное, даже почти богатое. Царь, дряхлея подыскивал способы укрепить страну еще сильнее. Задумывался он и приемнике, и о приемнике приемника. Он вообще всегда старался смотреть на несколько шагов вперед. Царица к тому же давно и нудно просила внуков. Просила у сыновей, конечно, но неустанно жаловалась мужу, что дети не слушают и о внуках не думают.

Вот и решил отец собрать сыновей на совет. Явились они, кто с охотой, а кто и нехотя (пришлось пообещать Алеше, что разрешит эту его бродячую актерскую деятельность внутри государства). Отец молча разлил в кружки чай и сообщил, что пора бы им обзавестись наследниками.

– Но где же мы возьмем жен? – спросил Иван-дурак.

– Я подготовил для вас луки со стрелами, – важно ответил отец, – выйдете в поле, запустите стрелу. Ваша судьба ждет вас там, где она упадет.

«Очевидно, что стрелы зачарованные», – подумал Илья, – «довольно умно. Вроде как судьба сама распорядилась, а не мы искали подходящих невест».

– А если я не собираюсь сейчас жениться, – начал спорить Алеша.

– А я передумаю отменить указ, – резко оборвал его отец.

Ваня и Илья умоляюще посмотрели на брата. Очень хотелось видеться с ним чаще, чем никогда или вообще никогда. Брат все же, хоть и с придумкой.

Алеша пробурчал себе что-то под нос, но остался. Он тоже соскучился и по братьям, и по родной земле. Он мечтал посмотреть мир, но в своих мечтах это были поездки с незыблемым условием возвращения домой. Жить в чужой стране постоянно ему не очень нравилось, и в последние годы тоска стала почти невыносимой. Да и никак не мог он забыть боярскую дочку, с которой крепко дружил в детстве и в которую был влюблен еще подростком.

Отец раздал стрелы, и братья, загремев лавками, встали изо стола. Тихо переговариваясь, вышли они во двор, оседлали коней да помчались во широко поле. Отец остался сидеть, задумчиво глядя в окно. Перед его глазами стояло спокойное, словно немного застывшее в своей ясности, лицо Ильи, недовольные, злые глаза Алеши и кучерявый затылок Ванечки. На секунду лоб его омрачился, но потом царь коротко выдохнул, встал и затворил окно.

Стрела Ильи ожидаемо упала на крыльцо богатому купцу, стрела Алеши – на двор боярина, с дочерью которого они дружили все детство. Едва вернувшись на Родину, Алеша первым делом побежал навестить ее, а не братьев или родителей.

– Вот это удача! – радостно воскликнул он, – против этого брака я не возражаю.

«Ага, удача. Как же», – иронично подумал, Илья, – «удача, что ты не посещаешь совещания министров, где уже год обсуждаются возможные невесты».

А вот со стрелой Ваньки-дурачка произошла неожиданность. Она упала на болоте, за которым находилось царство Кощея. Видимо, по плану отца Ваньке-дурачку должна была достаться Кощеева дочь – царевна. С этим заболотным государством постоянно возникали ссоры и стычки, поэтому укрепление связей требовалось особо. Да и младший надежно пристроен в царский двор богатого соседа. В том, что брак этот был уже согласован, Илья и не сомневался.

Но Ванька, как обычно, дурачок ещё тот – то ли слабо выстрелил, то ли еще чего напутал, и стрела оказалась у лягушки в лапках.

Сначала Илья даже разозлился на брата: «Ну как можно было-то с зачарованными стрелами и промахнуться?» А потом даже порадовался: «Хоть раз в жизни пусть получит по заслугам! Царское слово крепкое, нерушимое! Придется ему теперь жить с лягушкой». Отблеск недоброй радости Илья увидел и в глазах Алеши. Они засмеялись.

Уже через неделю ожидались традиционные испытания царских невест. Девушки должны были испечь каравай, выткать ковер и проявить себя заботливыми хозяйками на пиру.

Понятное дело, никто не ждал от избалованных купеческих, боярских и даже царских дочек шедевров кулинарного или ткацкого искусства. Испытания были скорее особым ритуалом, слабым подтверждением того, что в случае крайней нужды избранница сделает все, что сможет. Испекла что-то похожее на хлеб – чудесно. Выткала какое-то серенькое полотно – замечательно.

Будущие жены Ильи и Алеши передавали неказистые пироги и рябенькие ткани, справленные в ночи под руководством поварих и нянек.

А вот Иван каждое утро приносил диковины. То праздничный хлеб с изюмом и курагой, политый белой глазурью, изукрашенный хрустящими орнаментами из листьев и цветов. То ковер, расшитый невиданными птицами, летящими мимо звезд. Легкий, словно из лебяжьего пуха вытканный. Илья искренне недоумевал, где Ванечка их берет и зачем? Все равно же на пир придется явиться с лягушкой.

Однако к празднику Ваня пришел с прекрасной девушкой. Очи черные, с поволокой, плечи белые, талия осиная. Взглянул только на нее Илья и все понял. Василиса это Премудрая, дочь Кащеева. Удалась задумка отцовская.

Весь вечер сидел Илья неподвижно. Не пил и не ел. Ни с кем не разговаривал. Вся обида на отца, вся ревность к брату, которую он так старательно сдерживал долгие годы, прорвалась плотиной и затопила его сердце и разум. Он ничего не замечал вокруг. Ни того, какие странные взгляды бросала на Ивана Василиса, словно не на дорого мужа смотрела, а на таракана, которого придавить нужно. Ни того, как она танцевала, как разливалось озеро по ее волшебной воле, и плыли по нему белые леди. Как вздрагивали служанки, когда она их к себе подзывала (будто побаивались). Как его, Илюшина, молодая жена танцевала, разбрасывая куриные кости из своих рукавов, только бы привлечь внимание мужа и показать себя лучшей хозяйкой. Как она потом рыдала, обвиняя Василису, что та морок навела на гостей, просто из вредности. Илья и не заметил, как закончился пир и опустела зала. «Всего всегда будет недостаточно, что бы не делал», – думал он, положив голову на руки. Эта мысль билась и билась в его сознании по кругу.

Подошёл к нему отец, стал что-то говорить. Оглушенный Илья ничего не услышал. Видел, как шевелились губы, но звуков не слышал. Он оттолкнул отца, встал и ушел.

Коротенькая глава, в которой Илья действует

Сначала он хотел извести Ивана. Но потом понял, что не сможет так поступить с братом. Он, конечно, дурак, но никогда ничего плохого Илье не делал. Да и родная кровь все же.

А потом Илья придумал, что сделать, чтобы стать счастливым самому и наказать Ивана. Нужно поменяться с ним местами. Пусть Ванька попробует пожить его, Ильи, жизнью! Почему только Ваня должен получать легко все, что хочет? Пусть он побудет на его месте! А Илья с радостью поживет жизнью брата. Любовь отца, красавица жена и царская жизнь в придачу.

И пошёл Илья к бабе Яге.

– Поменяй нас местами – жарко попросил он, – я знаю, что это возможно, и я знаю, что ты это можешь.

– Да, я могу такое сделать, голубок, – проскрипела старуха, – поменять местами ваши души. И проснешься ты Иваном, а он тобой. Но зачем тебе это нужно?

– Надоела моя жизнь, – горько ответил Илья, – меня никто не замечает, я словно тень, чтобы не делал. То ли дело Иван! Все само падает ему в руки.

– Не все то, чем кажется, – ответила Яга, – послушай, мы с тобой уже много лет дружим и мой тебе совет – живи своей жизнью. Ты смотришь вокруг, но ничего на самом деле не видишь. Перед твоими глазами стоит пелена эмоций. Она искажает мирвокруг. Захочешь потом все вернуть, но Иван твою жизнь ни за что назад не отдаст!

– Никогда не поверю, что кто-то может мечтать о моей жизни, – грустно сказал Илья, – даже Ванечка дурачок. Помоги мне, Яга. Сил больше нет терпеть эту жизнь. Помоги!

– Я люблю тебя, как внука, – серьезно сказала Яга, – поэтому сделаю, что просишь. А потом сделаю все, чтобы помочь вернуть обратно.

– Уверен, ничего возвращать не потребуется, – весело сказал Илья, – спасибо тебе, бабушка!

Глава, в которой все идет немного не так, как ожидалось

Когда Илья проснулся, сначала подумал, что ослеп. Все вокруг сияло и искрилось. Немного проморгавшись, он понял, почему так светло – очнулся он в невероятно роскошных покоях. Узоры на стенах были выложены рубинами. Потолок сиял алмазами. Окна закрывали синие шторы тяжелого бархата с золотой отделкой. Это точно были не его скромные покои. Да что сказать, весь их царский дворец выглядел сараем на фоне этих хором. На некоторое время он застыл, бездумно пялясь в пустоту. А потом все понял. Получилось! Получилось! Восторженно спрыгнул с кровати и закружил по комнате. Он заживет новой, полноценной жизнью! Будет править страной, а в женах у него самая красивая девушка всех царствах! Будет любим отцом. Его наконец-то заметят и оценят по достоинству! Сегодня самый счастливый день в жизни!

Прошел первый восторг, и пришло удивление, когда понял, что проснулся один. Василисы Премудрой рядом не было.

«Может, она просто раньше проснулась и ушла?»

В ванной висело большое зеркало. Илья ощупал лицо, внимательно вглядываясь в отражение, теперь он и правда выглядел, как Иван-дурачок.

Довольный, решил смотреться. Вышел из комнаты и оказался в просторном холле, влево и вправо были двери, видимо, в гостевые покои, а вниз шла деревянная лестница, украшенная искусной резьбой. Спустился Иль и почти сразу попал в парадную столовую. Где за длинным накрытым столом сидела Василиса. Вокруг стояли отчего-то грустные служанки.

– Доброе утро, любовь моя, – сказал он, подойдя к молодой жене.

– Доброе, – рассеянно ответила она.

– Как спа… – начал Илья.

Но внезапно Василиса швырнула тарелку в стену.

– Пересолено, переделайте, – капризно заявила она.

Тарелка разлетелась на множество осколков, часть которых попала в девушек. Илья дернулся, чтобы им как-то помочь, но побледневшие девушки мгновенно убежали.

– Ты зачем пришел?

– Не понимаю, – рассеянно ответил он.

– Даром что дурак, – зло сказала Василиса, – все надо несколько раз повторять. Мы с тобой живем отдельной жизнью. Через год-другой сделаем наследника и на этом все. Ты не лезешь в управление страной, и уж тем более в мои покои. Я не лезу к тебе. Мы не завтракаем вместе, не ужинаем и не гуляем. Появляемся на светских приемах, где играем роль влюбленной пары, и на этом все. Понятно?

– Но почему мы даже не попытаемся стать нормальной семьей, – обескураженно спросил Илья

– Потому что ты дурак! Потому что если бы отец не пригрозил мне остаться до конца жизни лягушкой, я бы никогда не вышла за тебя! Да вообще ни за одного мужчину! – прошипела она ему в лицо, – потому что никто меня не достоин! Нет ни у кого моих талантов, моей красоты!

Затем Василиса взмахнула рукой, и Илью силой пронесло через терем: двери перед ним распахивались, а за ним захлопывались. Он оказался на улице, посреди двора.

Пожав плечами, решил подумать об этом потом и отправился в свое царство на заседание по открытию производства самоходных карет, которое было назначено на утро.

– Ты сегодня рано, Ванюша, – тепло улыбнулся ему отец, глазами указав на место рядом с собой.

– Жена рано проснулась, и я с ней, – ответил он.

Царь понимающе усмехнулся в бороду. «А ведь он не знает, как складывается жизнь на самом деле», – удивленно подумал Илья.

– Странно, что Ильи все нет, – расстроенно пробормотал король, – придется начинать без него.

«Он ждет меня на советах?» – удивился Илья.

Заседание началось. Главная проблема была, где найти деньги на производство первой партии самоходок. Траты ожидались немалые, но и окупиться все должно было потом с лихвой. Когда один из чиновников предложил заложить замок, Илья не выдержал

– Это просто бред, – начал он.

Но ему не дали продолжить:

– Тише, Ванечка, не мешай, – сказал король.

– Но, – начал объяснять Илья, закованный в тело брата Ивана, – это же плохое решение.

Оглянувшись вокруг, он увидел, что его никто не слушает. Все просто ждут, когда он закончит. И король тоже. Илья замолчал на середине предложения, но этого никто не заметил. Как только он закончил, все вернулись к обсуждению, пропустив мимо ушей тот факт, что он не договорил.

Когда совещание закончилось, Илья вышел из дворца, и увидел себя, прогуливающегося рядом. Иван, понял он и поспешил к брату.

– А я здорово удивился, когда проснулся не в шикарных покоях, а в твоей скромной комнате, – сказал ему Иван, – а когда понял, просто не мог поверить своим глазам. Это лучший день в моей жизни!

– Лучший? – ошарашенно переспросил Илья.

– Как я всегда мечтал оказаться на твоем месте! Тебя любит народ, жена в тебе души не чает и готова простить что угодно. Боже, она даже готова ради тебя променять свои уютные палаты на голую келью. А как тебя уважает отец? Чуть что: «Ой, это надо с Ильей посоветоваться, ой, это надо у Ильи спросить».

– Но ведь все знают, что именно ты любимчик отца.

– Как комнатная собачка я у него любимчик, – взвизгнул Иван, – а министры и вовсе держат меня за идиота. Хотя, думаю, ты и сам уже обратил на это внимание. Я открываю рот – у них закрываются уши.

– Может, это потому, что ты ничего дельного никогда не предлагал? – едко спросил Илья

– Ну вот ты теперь и предложи что-то дельное, – расхохотался Иван, – посмотрим, как они тебя услышат.

Илья растерянно молчал. Он еще до конца не верил, но уже понимал, что Иван скорее всего прав.

– Наконец-то я заживу! – тем временем радовался младший брат, – перееду из твоей кельи в палаты получше. Рядом любящая жена, после отца и царство отойдет.

И он ушел, насвистывая веселую песенку:

«Жил да был царский сын в тереме,

Было дел у него немеренно,

Только песня совсем не о том,

Как крутился царевич день за днем.

На совещаниях вечно отец,

Маме некогда блинов испечь

Только песня совсем не о том,

Как тоскливо быть царским сынком».

Глава, в которой Илья снова идет к бабе Яге

– Знала ли ты? – спросил он с порога.

– О чем, милок? – усмехнулась баба Яга, – о том, что у Василисы склочный и капризный нрав? Или о том, чтобы заставить выйти замуж, Кощей обратил её в лягушку? Или о том, что Ванечку так часто звали дурачком, что все поверили, что он и правда дурак? Это все знали и понимали. Один ты видеть ничего не хотел!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.