Тарский уезд
Экономика. Том 5
А. В. Зоркальцев

© А. В. Зоркальцев, 2025

ISBN 978-5-0067-7742-2 (т. 5)

ISBN 978-5-0067-6643-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Тарское прииртышье – удивительное место, где переплетаются судьбы народов, торговые пути и исторические эпохи. Эта земля, расположенная на стыке Европы и Азии, стала свидетелем важнейших событий в истории России, местом встречи различных культур и традиций.

С начала XVI века Тара становится ключевым центром торговли с азиатскими государствами. Через этот город проходили торговые пути, связывающие Россию с Бухарой и Ташкентом. Здесь зарождались торговые традиции, формировались экономические связи, которые определили развитие всего региона.

Данная книга представляет собой попытку комплексного исследования экономического и социального развития Тарского прииртышья. Мы проследим, как менялась структура торговли, формировалась финансовая система, развивалось предпринимательство на протяжении нескольких столетий.

Изучение исторического опыта развития этого края позволяет лучше понять механизмы формирования региональной экономики, выявить особенности взаимодействия различных культур и традиций. Это особенно важно в условиях современных процессов глобализации и интеграции.

Основная цель исследования – показать Тарское прииртышье как уникальный историко-культурный феномен, проследить его эволюцию от небольшого поселения до важного экономического центра.

В работе использовались исторические документы, статистические данные, архивные материалы. Особое внимание уделялось анализу первоисточников, что позволяет представить наиболее полную и достоверную картину развития региона.

Эта книга будет интересна как специалистам в области истории и экономики, так и широкому кругу читателей, интересующихся историей родного края и развитием торговых отношений в России.

Общие сведения

Уже с начала XVII столетия в Таре сосредоточилась почти вся тогдашняя торговля с Калмыкскими землями, Бухарой и Ташкентом. Азиатские караваны приходили в Тару и для прочного поддержания своих торговых связей, бухарцы, первые из среднеазиатских иноземцев, начали в ней селиться.

9 марта 1606 года по грамоте Царя Дмитрия Ивановича (Лжедмитрия I) Тарскому воеводе князю Силе Ивановичу Гагарину и головам Василию Ивановичу Нелединскому и Беззубу Шишкову было велено собирать десятинную пошлину с торговых и промышленных людей рухлядью, а не деньгами.

В 1626 году была составлена Доимочная книга ясака Тарского уезда. Составлена роспись недоборной ясачной казне Тарского уезда:

«С Аялынской волости доняты было недоплатной ясачной казны противу 312 рублёв 12 алтын. И в то число взято: 3 сорока 26 соболей – цена 67 рублёв 16 алтын 4 деньги, 115 бобров – цена 108 рублёв 12 алтын, 101 ярец – цена 40 рублёв 10 алтын… цена взятых шуб куньих, пупчатых, бельих и прочих, мехов куниц, горностаев и прочих. Всего взято с волости Аялынской на 258 рублей 12 алтын, а недоплатили ясачные люди на 54 рубля. Также собраны недоимки по волостям Коурдакской, Аргацкой [Саргатской] с её деревнями, Отузской и другими. Роспись составляли: 2 служилых людей, 2 таможенных целовальника, 2 русских приезжих торговых людей, 6 торговых бухарцев».

7 апреля 1628 года тарские воеводы писали отписку царю о значительной недоимке, накопившейся на ясачных людях за прошлые годы.

В 1662 году в уезде было дело «Об отставке медных денег», введённых в 1655 году и замене их серебряными деньгами, вследствие массы воровских медных денег, которые делали гости и торговые люди, заведовавшие «монетными дворами», и тем богатели.

Через Такмыкскую слободу проходил торговый караванный путь из Бухарии, который отсюда разделялся на Тару, Тобольск, Ирбит. Всего караванная дорога имела следующие расстояния: Омск-Тара 266 вёрст, Тара-Тобольск 576 вёрст.

В 1693 году тарскому воеводе был дан царский наказ, по которому запрещалось торговать, пока инородцы не заплатят ясак, чтобы купцы не выкупили лучшую рухлядь, а как ясак выплатится сполна, тогда можно было дозволить купцам и бухарцам торговать в Таре на гостином дворе.

В 1704 году составлена оброчная книга Тары о количестве прежнего и нового, увеличенного с 3 сентября 1704 года оброка с лавок, кузниц, мельниц, рыбных ловель. В книге указывалось их местоположение.

В 1708—1709 годах в город Тару был назначен стольник Герасим Плещеев для борьбы с контрабандной торговлей.

В 1709 году тарские служилые люди писали челобитную о выдаче им разрешения торговать и жалованья за 1710 год ввиду разорения от пожара.

В 1711 году была составлена Тарская сборная книга десятой пошлины с купли и продажи коней на конской площадке. Книга была составлена по приказу воевод тарским дворянином Иваном Яковлевичем Чередовым с товарищами.

14 мая 1730 года указом Правительствующего сената предписано:

«прежде посланных в Сибирь на житьё в Тару разных чинов людей и кои ныне пошлются и впредь посылаться будут, тех всех писать тамо в подушной оклад; токмо с присылки их давать льготы на два года, в которые тех подушных денег с них не брать; а по прошествии тех двух лет подушные деньги брать с них с прочими в равенстве; и для того отвести им под селения места в подгородних слободах, в которые они пожелают».

7 декабря 1744 года прибыл в Тару купчин Нияз-бай с караваном из верблюдов и с ним прибыло 280 бухарцев и калмыков.

В марте 1748 года прапорщик Толстов написал рапорт:

«Провожал Юсуп-Ходжу, который ехал с купецкими товарами в Тобольск на наёмных обывательских лошадях. В Таре объявил, что далее платить за провоз не чем и просит товары увезти весною на судах. К тому же плата за провоз, по 25 копеек с пуда, как с него здесь наёмщики запросили, кажется ему больщою».

26 июня 1750 года вышел Сенатский указ «Об отдаче в городах Тобольске и Таре с уездами, таможенных, кабацких и канцелярских сборов тех же городов магистратам, во всегдашнее содержание». По указу было велено таможенные, кабацкие, канцелярские сборы употреблять для содержания Тарского магистрата и купечества. Поверенным Тарского магистрата в Сенате был купец Иван Шильников.

В 1750 году таможенные, кабацкие, канцелярские сборы по Таре составили 1931 рубль 55 ¾ копеек.

В 1758 году в Сибирскую губернскую канцелярию послал просьбу приказчик графа Петра Ивановича Шувалова, Яков Лисавин о выдаче ему за отпущенное им в город Тару в казённый кружечный двор вино простое за 6616 вёдер 3 осьмины до 149 бочек за каждую по 30 копеек, с принятым им из Тарского кружечного двора 5272 рубля 93 копейки, остальных 2546 рублей ½ копеек.

В 1764 году торгующих людей в Таре имелось:

– Торгуют к портам 3,2%;

– Торгуют в городе 32,1%;

– Всего торгующих 35,3%;

– Отпущено по паспортам 1,2%;

– Ремесленники 23,8%;

– Чернорабочие увечные и дряхлые 39,7%.

После манифеста 1775 года, число купцов в Тарском уезде сократилось в 7—10 раз.

«Наказ от купечества города Тары.

В учреждённую в Москве о сочинении проекта Нового Уложения Комиссии от тарского купечества покорнейшее доношение. По силе Манифеста Её Императорского Величества, состоявшегося декабря 14, 1766 года, в обряде выбора городского депутата для сочинения проекта Нового Уложения, по 24 пункту, выбранные к сочинению оному выбранному депутату наказа, какие тарское купечество имеет недостатки и тягости, а особливо и в торгах помешательство, объявляем нижеследующее.

1

В силу магистратского регламента и других государственных законов, для наилучшего между купечеством распорядка и удовольствия, во всех магистратах и ратушах повелено быть присутствующим из купечества, из первостатейных и лучших людей, безпеременно, разве только впадут в какое погрешение или убожество, или же помрут, тогда уже на их места велено выбирать и определять других; и будучи у тех дел, жалованья им никакого не определено, а к купеческому промыслу свободности иметь не могут. И от долговременного-ж бытия у таких служеб многие из тарского купечества пришли капиталом в упадок. И для того не повелено-ль будет, к лучшему соблюдению купечества, в тарском магистрате быть присутствующим из купечества по три года с переменою, что может служить и не во отягощение.

2

По инструкции главной соляной конторы я по указам оной повелено во всех местах к главным магазейнам к приёму соли определять состоящих на жалованье, то-есть обер-и унтер-офицеров, дворян и детей боярских, а к ним в подчинённые к продаже той соли из отставных солдат и казаков, и всякому комиссару положено приёмную соль, сколько-б у него в приёме том было, не перевешивая, допродать без остатку, и во всём том по окончании счёт произвесть. А в городе Таре и в ведомстве, в слободах и крепостях, к соляной должности и к магазейным амбарам, также и к продаже соли тарское купечество выбираются погодно с переменою к магазейнам в головы по одному; бывает у него в руках тысяч по 30, по 35, по 40 и по 50, и как оканчивается год, то вновь выбранному голов бывает сдача той соли на перевес, и продолжается месяца по два и по три, и по сдаче производят счета. И так совсем тот бывший голова принужден и другой год быть безотлучно. A сверх того, от немалого числа принятой соли платят великие начёты по продажным, а не по истинным ценам, отчего претерпевает купечество отягощение и убыток, многие отстали купеческих промыслов; к тому-ж при перевеске той соли каждогодно работным людям выдавается во всё то время, пока оная перевешивается, то-есть два или три месяца, по плакату по пяти копеек человеку в день, и от того происходит в казне напрасный убыток и трата. И за тем к пользе государственного интереса и к соблюдению купечества, снять и положить на тех, кому законно подлежит. А ежели-ж оное на кого и положено будет, то за усышку и утечку соли начётные деньги повелено-б было взыскивать по однем истинным ценам.

3

По разным состоявшимся Ея И. В. указам тарское купечество к разным службам таможенным и прочим выбираются в верх-иртышския крепости, расстоянием от города Тары без мала вёрст по тысяче, а на проезд до тех мест и на обратный путь прогонов им не даётся, куда принуждены ехать на своём коште, и там будучи у службы, отдают пофатерные деньги, к тому и на пропитание по тамошним отдалённым линейным местам выходит немалое число, от чего претерпеваем нужды и великие убытки. И просим о том учинить рассмотрение для приведения купечества в лучшее состояние, ежели не можно миновать таковых отлучных служеб, снабдевать прогонами и кормовыми деньгами. Також в которых местах они службы отправлять будут, тут бы квартиры им даваны были без платы отводные.

4

По силе состоявшихся 1726 февраля 1, 1727 октября 5, 1754 г. мая 5 чисел и по инструкции Главного магистрата, апробованной 1766 г. августа 10 числа, повелено между купецкими людьми как по партикулярным письмам и векселям и по записным купецким книгам и счетам, так и без письменных в торговых делах и поклажах и ссудах, також и в случающихся у купцов других чинов с людьми, кои подлежат до купечества, равномерно и от разночинцев на купцов просьбы принимать и довольствовать во учреждённых в городах словесных судах. А в городе Таре и в ведомстве живущие обыватели, крещёные и некрещёные всякого звания люди, с купечеством в купецких обращениях, то-есть в займах, поклажах и в прочих тому подобных случаях обязываются по письмам, векселям и безписьменно, из них многие подвергают себя в неустойки и делают запирательство. В таком случае; по неоднократным на них просьбам по позыву к словесному суду для разбирательства, упрямственно не ходят, отговариваясь тем, что они не купеческой команды и не подсудны, а где они ведомы, команды их к тому словесному суду не отдают и сами удовольствия не чинят; а хотя и произведут по команде суд, только очень продолжительно и волочат немалое время, от чего купечеству происходит крайняя в купечестве остановка и обида. И для того просим, в силу упомянутых прописанных законов, к соблюдению купеческой коммерции, всех тех, кои с купечеством обяжутся в случаях купеческих, для скорейшего удовольствия ведать неотменно в словесном кратком суде, а другим командам, хотя-б те люди точно их команды были, во всём том препятствовать запретить, и о том, кому надлежит подтвердить.

5

По регламенту Главного магистрата вёл но купечество во всяких делах, кроме важных, судом и расправою ведать в магистратах и ратушах. а другим командам судом их не ведать, и, как возможно, приводить купечество в лучшее состояние и добрую полицию от магистрата иметь велено. A по состоявшимся опосле указам повелено купечество и не по важным делам, яко то по корчёмньм и соляным, отсылать для следствия в канцелярии, от чего тарское купечество претерпеваетъ обиду и разорение и в купеческих промыслах великое помешательство. И для того просим всенижайше, чтоб единственно купечество по всем касающимся делам, какого-б те дела звания не были, ведать судом и расправою по своей команде в магистрате, а другия посторонние команды по всем деламъ забирать и следовать отменить, понеже в магистратах присутствие и права одне; и к лучшему распорядку и приведению купечества в состояния иметь от магистрата и полицию свою. Тож и проезжающих купцов с паспортами, кроме магистрата, в другие команды не брать.

6

Купечество и цеховые по своим промыслам бывают от города Тары в отлучках года по два и более в сибирских отдалённых таких местах, где им по христианской должности исповеди и святого причастия в год принять, за отдалённостью от святых церквей и за прочими случающимися невозможностьми, время не допускает. К тому-ж и священники много бывших на исповеди и святого причастия и самых малолетних пишут не бывшими напрасно. И за такое небытие положено штрафу с купечества и цеховых, с каждого человека в год по рублю, от чего бедные люди претерпевают великую нужду, многие за таковые штрафные деньги и в работах находятся и неоплатных долгах. А с крестьян за такое-ж небытие положено взыскивать штрафу толко по пяти копеек с человека, да и с прочих чинов тож по малому числу взыскивается. И тако купечество и цеховые пред прочими чинами в том несут немалую обиду. Просим от такого отяготительного штрафу, для упомянутых изнеможениев, защитит, а положить хотя против крестьян или других чинов, и приходским священникам своим прихожанам в бытии повелено-б, к лучшему разбирательству, давать квитанции.

7

Города Тары из обывателей и крестьян и отставных, не положенных в подушный оклад, многие есть люди капитальные, исправляют купеческие промыслы, ездят для торгов на ярмарки и по уездам продают свои товары и покупают разные товары-ж, и тем купечеству чинят великий подрыв, а в купечество хотя некоторые и охоту имеют, токмо им команды, где они ведомы, записываться не допускают. Просим, для приведения купечества в лучшее состояние, всех тех, кои окажутся в состоянии исправлять купеческие промыслы, в купечество, и по художествам в цехи, по одобрению купечества магистрату записывать, помимо команд, собою, а в те команды, где они ведомы, давать знать только о выключке их.

8

Тарское купечество имеют размножать коммерцию при пограничных местах, а именно: при Имнешевской, Семипалатской и Петропавловской крепостях, с кочующими народы киргиз-кайсаки, к ним для промены привозят разные свои товары, где, быв немалое время, производят с теми киргизами сатовки, а от них получают главный товар – конный табун и рогатый скот, который, по вымене, купечество содержит на своих руках по долгому времю; годных в меру отдают в государевы драгунские полки, а негодных и оставших за невзятьем угоняют во своё жилище. На довольствие же оных сено в тех крепостях отпускается в продажу от воинских команд по три копейки за пуд, а вольно от живущих на лини продавать запрещено; того скота бывает у каждого купца по многому числу, от чего купечество почитает себе за отягощение. Да и как купечество следуя впредь и обратно к пограничным местам. то более возят товары свои на собственных своих лошадях, коих имеют при себе иногда и не по малому числу, и принуждены покупать, как и выше упоминается, по три копейки пуд, а прочие чины, яко то есть воинские команды, для собственных лошадей их покупают против купечества по одной копейки с половиной, от чего не только (в) отягощение, но и к разорению себе почитают. Просим нижайше, дабы ту продажу единственно положить, или-ж вольным продавать дозволить, почему-б могло купечество приттит к поправленью, а пo выезде из тех крепостей, за неотдачей в состоящие на линии драгунские полки государевых лошадей полного комплекта, за нераспродажей немалое число пригоняют в город Тару, где и ожидают, когда не востребуется надобность ко отдаче в казну, содержат же их на своих руках за собственным присмотром; в летнее время тех лошадей и рогатый скот, за неимением у купечества собственных земель, принуждены кормить на наёмных местах, а в зимнее время покупать сено дорогой ценой, от чего сносят великие убытки. А в Сибирской губернии, по обширности места, находится около города Тары порозжих земель весьма довольно, и всех здешнему крестьянству к хлебопашеству занять не можно. К тому-ж и у ясашных людей, за умертвием и за разной их выбылью, да и что они заняли земли сначала столько, сколько хотели, ныне у них порозжих очень состоит много, так что, где один владеет, тут можно и другим довольствоваться. Просим для упомянутой надобности и во отвращение купечества от напрасных убытков из порозжих при городе Таре земель на довольствие с иных покосов, дабы оные впусте не состояли, отводить купечеству пристойное число, также и по линии дозволено-б было во удовольствие купечества сено продавать вольным людям.

9

Тарскаго купечества и цеховых состоит малолюдство. а службами весьма задолжены; выбираются в городе Таре и в ведомстве, также по линии в крепости к разным интересньм делам каждогодно довольное число, так что чрез три или: четыре года обходится, а в других городах есть купечества довольно, а служеб несут очень мало, уповательно, иному и в десять лет не достанется. И в таком случае купечество тарское пред прочими весьма отягощены. Просим, чтоб по Сибирской губернии между купечеством в службах учредить уравнение, чтоб одному городу перед другим излишней тягости и разорения не было, где останется за излишком людей, определить в другие места.

10

Хотя по сил Ея И. В. указов, кроме купечества, других чинов (людям) ни под каким видом торговать и не велено, чего прежде от внутренних таможен крайнее смотрение было, и, кроме купечества, других чинов люди торговать такой смелости не имели; а от того времени и поныне, за слабостию смотрителей, кому в том поручено, многие разных чинов люди, то-есть жалованные и безжалованные обер- и унтер-офицеры и рядовые солдаты, драгуны, козаки, крестьяне и ясашные татары и прочие, кому указами запрещено, все торгуют, на ярмарки ездят, покупают товары и их продают в городах и уездах обывателям, у тех обывателей мягкую рухлядь и другие товары покупают же и так; отважно как состоящие купцы великими обозами проезжают, в случаях, чрез свои происки, купечество притесняют, и, надеясь на свои команды, которые им всегда спомоществуют, купечеству в торгах бывает великий подрыв, а в продаже товаров остановка, от чего бедное купечество, не имея никакой защиты, принуждено терпеть обиды и несть несносны убытки, a паче разоренья. А препятствовать и запрещать купечество другим чинам смелости не имеют, опасаясь сильных команд, чтоб от них не принять какого истязания. И многие уже таковые оскорбления от них терпели, понеже военные и другие рангованные люди не только первостатейнных купцов, но и самих магистратских судей почитают за подлость и называют мужиками. Просим, для соблюдения купеческой коммерции и купечества приведения в лучшее состояние, по прежним законам, кроме купечества, другим всем чинам торговать запретить и для смотрения того во всех местах учредить особые команды, а магистратским членам и лучшему купечеству дать какое-нибудь отменное преимущество, чтоб впредь рангованные люди обидеть и подлостию почитать не могли.

11

Прежде сего отправлялся в Пекин из России и назывался китайский караван, выбирались из сибирских купцов в целовальники по четыре человека, которые с российскими товарами при караване ездили в Пекин и по промене российских на китайские товары даже и до Петербурга те китайские товары отвозили. И по части принимано было ко двору Ея И. В. из тех товаров, а оставшие оными ж целовальниками продаваны были с аукциону все без остатку. И в том во всём счёте им производится по Сибирскому приказу долговременно. И в той службе находились те целовальники лет по десяти, а прочие, при том счёте находящиеся, и померли. И оную службу сибирское купечество признавает себе весьма за неполезную в том, что находятся долговременно, оставя свои домы и промыслы, жён и детей своих, в великих недостатках и разорениях. А хотя он от той службы в живых и возвратится, но многие домов своих уже не видят, потому, как бедная его жена с малолетними его детьми, продав всё своё имение, издержала на платежи. за мужа своего и детей подушных денег и на нужное своё пропитание и одежду всё в расход употребила. И для лучшего поправления сибирскому купечеству не повелено-ль будет в такие отдалённые службы, то есть в китайский караван, выбирать из российских купцов, понеже оные отлучку иметь будут на время только до Пекина, а когда прибудут в Москву, то при продаже товаров и у счетов будут находиться при доме своём завсегда, а в покупке и продаже как российских, так и китайских товаров оно российское знать могут более, нежели как сибирское купечество.

12

По магистратскому регламенту и по прежним указам с купечества и цеховых повелено подушные деньги сбирать с души по рублю по 20 копеек. А ныне, по насланным указам, со вновь записавшихся из разночинцев, положенных и неположенных в подушный оклад, после второй и в нынешнюю третью ревизии с купечества и цеховых велено сбирать те подушные деньги против здешних крестьян по рублю по 73 копейки, от чего купечеству и цеховым есть отягощение, ибо они с купеческих промыслов платят пошлины и другие в казну излишние против крестьян накладки и выбираются в городе Таре и во отдалённые места к таможенным, соляным и канцелярским сборам в городовые служители, от чего несут немалые убытки и платят великие начёты. Просим для приведения купечества в лучшее состояние, положить тех вновь вышедших всех единственно и детей их в купеческие оклады, дабы они от купечества ничем отменны не были и не понесли излишней тягости.

13

По здешнему месту знатному купечеству необходимо подлежит иметь при доме людей, за тем, что, от чего Боже сохрани, бывают скота великие упадки, и для оттаскивания оного упадку и зарытия в ямы, также и на рогаточные караулы и на прочие по полицейской должности нужнейшие надобности бывает от дворового числа наряд почасту; в таком случае знатное купечество, не хотя свои промыслы оставит втуне и себя подвергать в такие неприличные дела, принуждены вольных людей за великие платы наймывать, а когда наймать сыскать некого, и самих во все те поделки таскают, от чего купечеству происходит великая обида. К тому ж и для домовых своих караулов люди нужно потребны, Просим, для соблюдения купечества, дозволить знатным купцам к домовому услужению по пристойному числу иметь купленных людей.

14

По сил Ея И. В. указа Правительствующего Сената от бывшего Сибирского приказа по определению обще с Главным магистратом в городе Таре и в ведомстве в слободах и в крепостях таможенные, кабацкие и канцелярские сборы с 1751 году генваря с 1 числа отданы на тарский магистрат и купечество в вечное содержание за оклады с великою наддачею против откупщиков, и велено в число положенного окладу деньги по третям года платить в тарскую воеводскую канцелярию сполна, за которые оклады платёж и отдаван был бездоимочно. А сверх того, приборные деньги, в силу Правительствующего Сената 1745 году указа, велено содержать в магистрате впредь в гражданскую пользу и никуда их не отбирать. A по старанию тарскаго купечества сверх оклада, с начала вступления в сборы, с 751 по нынешней 767 год, приборной денежной казны немалая сумма, из которой в пользу государственную употреблено было, а именно: 1) при вступлении в сбор отдано откупщику за всё строение и материалы по оценке, 2) вновь сделано медной и деревянной посуды пристойное число, 3) в городе Таре и во всех местах вновь подвалы и кабаки и кружечные дворы пред сим построены и теперь состоят новыми, 4) в 759 году, в силу Именного Высочайшего указа, отправлено в Тобольск в Сибирскую губернскую канцелярию той же приборной казны 6592 рубли 43 копейки три чети, из той же употреблялось при магистрате на необходимые надобности, на бумагу, на свечи, на дрова, приказным на жалованые и за неимущие души в казну подушные деньги и на строение магистратских вновь покоев. Сверх всего того расхода, есть ныне той приборной денежной казны ещё в остатке. A понеже купечество при содержании тех сборов находились у приёму и продажи вина от худых сосновых бочек, от незапных случаев с бочек обручи лопались и вино всё вытекало, также и от приёму многого числа вина великие оказывались усышки и утечки, а у других денежной казны много покрадено неведомыми ворами, и за весь тот казённый недостаток, хотя-б покрадены, деньги бездоимочно взыскиваны были с тех служителей, от чего многие пришли в крайнее разорение и нищету, отстали своих домов и промыслов, находятся в работах. Просим, для поправления купечества, впредь в гражданских нуждах и недостатках во общую пользу оставшие ныне от расходов приборные деньги от тарского магистрата и купечества не отбирать и дозволить, не описываясь никуда, какая гражданству надобность будет, по общим согласиям держать собою, також на строение гостинного двора, сиропитательных домов, на платёж за неимущие и за умершие души, на содержание магистрата, словесного суда и земской избы и на прочее купечеству необходимое поправление и нужды. И на сие наше прошение ожидаем в резолюцию Ея И. В. указа, а до резолюции, кроме гражданской необходимой надобности, во отдаче в другие места удерживаемся.

15

А понеже город Тара состоит близ пограничных мест и на сомой проезжей дороге, мимо его безпрестанно проезжают из российскихъ городов на китайскую границу, на иртышскую линию и в другие места, а оттоль в Тобольск и в прочие города военные разные команды, служащие штаб- и обер-офицеры и штатские чины, и во время того проезда занимают квартиры и покои сами собою, где хотят, по большей части у купечества, и хозяев безвременно выживают из домов, которые принуждены быть у посторонних людей в квартирах, от чего есть купечеству немалая обида. Просим от того купечество защитить, и тем проезжающим впредь запретить без отводу собою занимать квартиры и покои, а довольствоваться теми, где им по отводу хозяина показаны будут.

16

По учинённым штатам положено в городе Таре быть вечно коменданту с двумя ротами солдат, при тарской канцелярии воеводе, товарищу, секретарю, для караулу обер-офицеру с командою; и надлежало-б им всем иметь свои домы, а солдатам построить казармы, которые-б могли служить и для проезжающих команд. А они и поныне, кроме воеводы и секретаря, состоят на обывательских квартирах и великое обывателям чинят притеснение. А от занятия под гошпиталь квартир происходят великие от того споры и командам напрасное затруднение, из коих квартир и совсем хозяев виживают вон. Принуждены они на подворьях жить и претерпевать также нужду. Просим, ко облегчению гражданства от излишных тягостей и пресечения ссор и несогласий, военным командам, штаб- и обер-офицерам и штатским чинам положит неотменно иметь свои домы, а солдатам и на гошпитали состроить им самим казармы, чтоб они по обывательским квартирам более не стояли, купечеству и цеховым в промыслах помешательства не чинили.

17

В городе Таре ясашные татары и бухарцы жительство имеют своими юртами в средине между русскими людьми и близ христианских церквей, и те свои жилые юрты не так, как русские топят, кладут в чювалы днём и ночью огни безпрестанно, а и сверх чювалов от огня бывают великие искры, от чего обыватели имеют великую опасность, чтоб не учинилось незапного пожарного случая, как то напред сего уже было, что от таковых юрт почти и весь город Тара выгорел, а в прочих городах Сибирской губернии, в Тобольске, Тюмени, Томске все те татара изнутри русского жилья с домами высланы вон и поселились своими слободами. Просим за такою опасностью и в городе Таре татар изнутри русского жилья выслать их, где пристойно, во особливое место.

18

Многие из тарскаго купечества и цеховые люди напред сего, когда действительно имелись кожевни, кузницы, лавки, неводы и прочие оброчные промыслы, а оброчные деньги по наличию платили без отговорочно, а ныне из тех промышленников довольно померло, другие, за несостоянием и неспособностью, те промыслы оставили впусте, оброчиые-ж деньги, хотя и с пустоши, взыскивают без упущения, за неимением наличных хозяев, с жён и детей и их родственников, от чего и претерпевают купечество и цеховые напрасные убытки, и по многим просьбам тарская канцелярия из оброку их не выключает. Просим, чтоб купечество и цеховые тем отягощены не были, оброчные деньги положит брать с одних наличных промыслов, а выбылых из оброку повелеть выключить. А буде-ж найдутся вновь заведенные какие промыслы, также класть в оброк.

19

Будучи у интересных дел и у сборов купечество служителями, незапными случаями бывают от прочётов у них в деньгах недостатки, а у сборов начёты. С таковых взыскивают в казну вдвое, прописывая к тому взысканию рекетмейстерскую инструкцию, которые, будучи у денежной казны, а по рекетмейстерской инструкции положено, ежели кто, будучи при той денежной казне казначей или расходчик, а употребит на свои надобности какую сумму денег, с таковых в штраф повелено брать вдвое. А до купечества оное нимало не прилично, от чего купечеству происходит напрасный убыток и разорение. Просим, для соблюдения купечества, ежели впредь от незапных случаев последуют у служителей из купечества какие интересу недостатки, с них того не взыскивать, а буде миновать не можно, то всякое взыскание с купечества полагать одно настоящее, а вдвое отменить, ибо они служат без жалованья и без всякого снабдения, на своем коште. Довольно и того, что в служении бывают без купеческих промыслов и несут убытки великие.

20

По писцовым книгам к городу Таре, для удовольствия живущих людей, скоту приписан скотский выпуск кругом города, до которых мест и межи показаны. А тот скотский выпуск особливо купечеству необходимо надобен и нужен за тем, что они других земель не имеют, а только на том месте свой скот довольствуют. А прежде бывшие воеводы из того скотского выпуску по проискам довольно роздали дворянам, детям боярским и казакам, и прочим чинам, для сенных покосов в вечное владение учинили, от чего ныне города Тары обыватели в скотском выпуске претерпевают великую нужду и недостаток, многие, за малоимением выпуска, лишаются своего скота. Просим, в силу писцовых книг, для удовольствие городского обывательского скота, скотский выпуск попрежнему к городу приписать, а тем, кои напрасно местами овладели, отказать.

21

В городе Таре и в ведомстве находится иноверцев некочующих, называемых бухарцев, довольное число, кои живут своими домами и по данным грамотам довольствуются землями, купеческим промыслом сверх сего производят хлебопашество. Многие ж люди из них капитальные, торгуют внутри и на портовых местах товарами на немалые суммы, а прежде они в казну платили по малому числу. А пред сим года за два учреждённая в Сибири о расположении ясака комиссия по Высочайшему Именному Ея И. В. повелению усмотрела, что они живут праздно и платят обществом не по числу душ, и то самую малую сумму, почему, в пример здешних государственных крестьян, и положены в подушный оклад. A по торговым своим промыслам с купечеством они; равно состоят и многие, производя коммерцию и обязательства, сами займуют у купцов и ссужают и в прочих тому надобных случаях, что между купечеством обыкновенно происходит, во всём обязываются; на купечество, в случае неплатежа и неустойках, просьбы производят во учреждённых словесных судах. А напротив того, когда доходит на них от купечества по их обязательствам просьба, то они по позывам в словесные суди и в магистратскую команду не идут, отговариваясь тем, что они иноверцы и магистратскому суду не подвержены, а ведомы в канцеляриях. А те канцелярии в купеческих случаях производство чинят продолжительно, требуют письменных видов за свидетельством старшин их. А когда того не имеют, то от суда отказывают, от чего купечеству происходят великие обиды, убытки и разорения и потеряние времени к производству коммерции. Несоизволено-ль будет, в пресечение всего нашего изъяснения, за благо принять и тех иноверцев, как они уже действительно в купеческих промыслах находятся и с купцами обращаются и, нося на себе купецкое имя, к тому ж они не так, как другие ясашные народы, люди не подлые и знающие все нравы государственные и порядки, не менее ж и русскому языку многие из них достаточное знание имеют, чтоб приписать к купечеству, из чего могут избежать присутственные места излишних переписок и дальнейших затруднений, а просителям скорейшее удовольствие, и всегда оставаться будут под единственным судом. Будучи-ж они с купечеством на ряду, начнут и сами приходить в лучшее поправление, не облачаяся в том, что могут защищаемы быть от другой команды, а купечество избежит убытку; в службах же с купечеством соизволено-б им находиться единственно и в платеж податей и городских тягостей на ряду. А ежели-ж зачем-либо те бухарцы к купечеству приписаны не будут, то им повелено-б было коммерцию оставить и о не вступлении в купецкие промыслы запретить Ея. И. В. указом.

Под наказом следует 37 подписей тарских купцов».

В 1780 году в Таре насчитывалось 57 купцов и 112 купеческих лавок.

В 1782 году в Таре из 27 купцов, 11 вышли из мещан, 13 из цеховых, 3 из купцов.

В 1792—1793 годах капитал города Тары составлял 55555 рублей, что являлось пятым показателем во всей Сибири.

К 1 января 1798 года в Тарском уезде насчитывалось 96 купцов душ мужского пола.

В 1800 году в Тарском уезде насчитывалось 104 купца.

В 1801 году в Таре насчитывалось 85 купцов. Купцы торговали больше пушными и иностранными Европейскими товарами в Кяхте и по линиям Иртышской и Оренбургской при пограничных таможнях.

В 1810 году Тарские купцы производили торги разными шёлковыми и бумажными материями, а наипаче Китайскими товарами, то есть китайкой и чаем. Торг мягкой рухлядью также важен, которую они закупали в уезде отпускали в Кяхту для менового торга или продавали в Ирбитской и Макарьевской ярмарках. Прежде сего много было здесь богатых купцов, которые с Бухарцами и Калмыками сильные производили торги, но от особливого обстоятельства, случившегося при Петре Великом, почти все оные от части живота, а от части и имения были лишены.

В 1821 году в городе Таре числился 21 купец.

В 1829 году купцам III гильдии было позволено производить заграничную азиатскую торговлю.

В 1830 году в Тарском округе торговый оборот бухарцев составлял 164000 рублей. В округе самую значительную торговлю среди бухарцев вели братья Айтыкины Нияз на 40000 рублей, Ярым на 10000 рублей. Они торговали в самом городе и торговали бумажными, шёлковыми, холщовыми товарами и мягкой рухлядью. В юртах Себеляковых Маметей Шихов торговал на 20000 рублей.

В 1833 году в городе Таре насчитывалось 11 купеческих семей.

В 1835—1851 годы в Таре было зарегистрировано 156 купцов.

В 1840 году бюджет города Тары составлял 2032 рубля.

В 1841 году торгующим крестьянам было дозволено производить внешнюю торговлю.

В 1842 году городские доходы составляли 2882 рубля 17 копеек серебром. В Таре имелось 100 торговых лавок, 1 трактирное заведение, 9 питейных домов. В городе Таре числилось 4 купца I гильдии (2 м – 2 ж), 36 купцов III гильдии (19 м – 17 ж), купцов II гильдии не имелось.

В 1847 году в городе Таре насчитывался 51 купец и 103 купеческие лавки.

В 1849 году из Тары на ярмарки в Ишим были отправлены меха, кедровые орехи, разная деревянная посуда и поделки. Жители Тарского округа все свои произведения и труды употребляли более для себя, и очень немного шло за пределы округа. Всё необходимое для домашнего быта они не покупали, но и не продавали. Только несколько пушного товара и деревянных делок, и незначительное количество избытка хлеба шло от них по Иртышу и рыба к Тобольску. Извоз товаров, идущих по этому старому тракту, доставляло им деньги для взноса повинностей и податей. Они трезвы, воздержаны и очень расчётливы в своих расходах. Из Тарского округа очень редко поступали в число рекрут наёмщики, вероятно по неимению денег для найма. Тарское купечество занималось пушной торговлей, но не в городе, более ездят по ярмаркам, где закупали и продавали. Поэтому денежный оборот и торговая деятельность в самой Таре была незначительна, хотя и много считалось купеческих капиталов.

В 1853 году бюджет города Тары составлял 2912 рублей.

В 1855 году купцов всех трёх гильдий и торгующих крестьян записывается в городе до 50, капиталов объявляется на 180000 рублей серебром. Пять купеческих домов – 1 и 2 гильдий. Два из них имеют огромные оптовые заграничные обороты в Кяхте, Чугучаке, Кульдже, в Киргизских степях, в Ташкенте и Бухаре. Все же купеческие дома занимаются закупкой в городе и округе, а равно в соседних округах, сала, масла и кож и, постоплений и выделки, отправляют большими партиями в Екатеринбург и Шадринск, но больше на Ирбитскую ярмарку. Отсюда жирный товар отвозится в портам Архангельскому и Черноморскому, а кожи и юфть идут в Кяхту, Чугучак, Кульджу, Киргизские степи и Средне-Азиатские города. Сала собирается и вытапливается ежегодно до 20000 пудов, на сумму около 600000 рублей серебром, полагая за пуд средним числом около 3 рублей серебром. Масла – до 15000 пудов, на сумму 500000 рублей серебром, по ценам от 5 рублей 50 копеек до 4 рублей за пуд. В этой торговле почти ежегодно проявляется, даже в Сибири, монополия в пользу всемирных деятелей – англичан. Большие торговые екатеринбургские и шадринские дома, имея прямые сношения с портовыми агентами наших морей, занимающих и предугадывающих будущие цены на английских рынках, каждую осень объявляют цену, в особенности салу. На основании этих сведений, определяется цена на месте, и выше её производители (крестьяне) не получают ни одной копейки. Кож больших, покупаемых от 1 рубля 60 копеек до 3 рублей за штуку, выделывается до 100000 на сумму от 500000 до 600000 рублей серебром. Малых баранов и опойков – до 15000 штук, на сумму до 10000 рублей серебром. Тарские купцы закупают также и мягкую рухлядь, для продажи в Ирбите. В Кяхту же этой рухляди отправляются, по недоброте товара, очень малые партии, в особенности белка. Чай и другие произведения Китая и Средней Азии, скот из степей и прочее отправляются прямо на Ирбитскую и Нижегородскую ярмарки и в Москву, скот в Петропавловск. Оборот заграничной торговли этих пяти домов простирается, по меньшей мере, на сумму до 1000000 рублей серебром ежегодно.

Некоторые местные купцы, и все вязниковцы, записанные в гильдию в городе, производят торговлю в округе, по деревням, следующим образом: товары, полученные с ярмарок Ирбитской и Нижегородской, большею частию, сдаются на отчёт, с обозначением продажной цены, каждому примерно на сумму от 4000 до 6000 рублей серебром. В течение года, по мере продажи товаров, высылаются им новые из городских кладовых и по временам получаются от них деньги и местные произведения, обращаемые хозяевами в деньги. Приказчики эти, по большей части, вязниковцы и господские люди, редко обязанные формальными контрактами, имея одного или двух мальчиков и работника для ухода за лошадьми, круглый год разъезжают по округу и по ярмаркам соседних округов и торгуют летом в балаганах и палатках, а зимой в крестьянских избах. Они, кроме годового оклада от 200 до 300 рублей серебром, нередко, по условию с хозяевами, имеют в свою пользу от 10 до 20 процентов со всей суммы, вырученной в течение года. Затем, из приторгованных денег, т.е. взятых за товар выше назначенной цены, должны довольствоваться приказчик, мальчики, рабочий и лошади и поправляться экипажи и палатки, а равно производиться другие путевые расходы. А как в Тарском округе хлеб, мясо, рыба, фураж и все жизненные потребности почти буквально ни почём, то и расходы эти очень незначительны. Одна такая качующая лавка, проторговав четыре или пять суток в селе, платила за квартиру и содержание себя и лошадей подарком ситца на платье хозяйке, стоящего по продажной цене около 1 рубля 50 копеек серебром, тогда как продажа товара производилась выше хозяйской цены на несколько процентов, и доставила приказчику, собственно в его пользу до 25 рублей серебром. Купцы и вязниковцы таких приказчиков, называемых «счётами», имеют от 2 до 10. Приказчики эти выручают наличного капитала каждый около 5000 рублей серебром ежегодно. Некоторые из них съезжаются в город к хозяевам, для сдачи денег и получения товаров, к двум городским ярмаркам и все – в конце января, перед Ирбитской ярмаркой. Тогда они отдают полный годовой отчёт по всей операции, получают жалованье, проценты и прибыль из приторгованных сумм, в виде наград. Нельзя пройти молчанием, что приказчики не употребляют во зло доверием хозяев, и дел формальных о начётах очень мало, хотя конечно случаются жалобы хозяев и захват сумм приказчиками, но эти случаи довольно редки. Этой торговлей поддерживается лавочная в городе. Ибо эта последняя незначительна, как вообще по всем уездным городам.

Хлебная, овощная и лесная торговля в городе Таре почти совсем неизвестна. Потому что всякий житель города, живя своим домом, запасается в прок и с избытком, для своего содержания, всем необходимым. Кроме мещан и крестьян городских, сеющих хлеб всякого рода в количестве, достаточном не только для прокормления семьи, но и для продажи, остальное население покупает муку и крупу, производимые крестьянами из самых близких волостей и деревень, на городском базаре, в базарные воскресные дни. Мясная и рыбная торговля и торговля дичью также в городе ничтожны. Мясники только летом имеют хороший сбыт своего товара, зимой же решительно все домохозяева, имея свой рогатый скот, множество баранов и прочее, бьют скотину сами. Люди среднего состояния и небогатые сами ловят рыбу, во всякое время года, в изобилии, в Иртыше и ближних речках и озёрах, а равно стреляют и ловят всякую дичь. даже чиновники, купцы, и другие незначительные торговцы, очень редко покупают мясо, рыбу и дичь, потому что сами держат скот и птицу.

28 октября 1857 года указом Правительствующего сената было повелено в городе Таре купцам из бухарцев участвовать в добровольных складках Тарского городского общества.

В 1857 году в городе доходы составили 2966 рублей 28 ¼ копеек, расходы составили 2809 рублей 85 ¼ копеек. Запасных или остаточных капиталов 809 рублей 50 копеек. Неприкосновенных капиталов 283 рубля 69 ½ копеек. Недоимки города 4630 рублей 50 ½ копеек. Невыполненных расходов 48 рублей 66 ¾ копеек.

В 1858 году главная торговля производилась, как обыкновенно во всяком городе, товарами шелковыми и бумажными, посудой, кожевенными товарами и прочим, что нужно для комфорта и домашнего обихода и привозилось с Ирбитской ярмарки. Из местных товаров особенно в большом количестве покупались и перепродавались кожи, сало и масло. Сырые кожи привозили из Омского округа и Киргизской степи. Сало и масло покупалось тарскими купцами с сентября по февраль частью в городе, частью в округе у сельских жителей во всякое время и отправлялись сухопутно в города Екатеринбург и Ирбит. Было отправлено сала 5500 пудов и масла 3050 пудов. Преимущественно этим торгом занимались купцы III гильдии. Обороты их простирались до 50000 рублей.

На 1858 год в округе было выдано 129 торговых свидетельств (купцам I гильдии 4, II гильдии 2, III гильдии 47, крестьянам и торговцам III разряда 9, приказчикам 67). Купцов насчитывалось в городе 260 человек (141 м – 119 ж), в округе 29 человек (13 м – 16 ж).

В 1859 году в городе Таре насчитывалось купцов 78 душ мужского пола и 78 душ женского пола при 31 капитале.

25 ноября 1860 года объяснено и Высочайше утверждено заключение, министр внутренних дел отозвался, что составленные на означенную постройку технические проект и смета, по рассмотрении в Главном управлении путей сообщения и публичных зданий, изменены и по оным исчислено суммы в сложности 6530 рублей 90 копеек. Согласно такому отзыву действительного тайного советника Ланского, назначено 6530 рублей 90 копеек или по 2176 рублей 96 2/3 копеек в год, местному же начальству поручалось к расходованию сей суммы приступить только в таком случае, если эта издержка не могла быть обращена на собственные средства города Тары.

9 декабря 1860 года сделанное Главным управлением Западной Сибири распределение сбора с торговых свидетельств на 7 разрядов не соответствовало ни общим правилам устава (ст. 53), ни особым (ст. 540) и как в отношении сего сбора для Сибири ни какого изъяснения из общих правил не постановлено, и по Восточной Сибири для сбора с торговых свидетельств все города разделены, на основании 53 ст. Устава о земских повинностях, только на три разряда, то сделано подобное разделение городов по Западной Сибири, с причислением ко 2 разряду город Тару.

В 1860 году доходы города составили 3112 рублей 94 ¾ копеек, расходы 2826 рублей 72 ½ копейки. В Таре было продано игральных карт на 727 рублей 90 копеек (3 место в губернии после Омска и Тобольска). Это больше на 243 рубля 73 копейки, чем в 1857 году, на 117 рублей 10 копеек больше чем в 1858 году, на 132 рубля 90 копеек больше чем в 1859 году. Главными предметами торговли в городе было сало, коровье масло, сырые кожи. По выданным торговым свидетельствам округ занимал 7 место в губернии. По I гильдии было объявлено 4 капитала, по II гильдии 1 капитал, по III гильдии 49 капиталов, крестьянских свидетельств по III разряду выдано 2, крестьянских свидетельств по IV разряду выдано 1. В городе Таре насчитывалось купцов с семействами 250 человек (135 м – 115 ж). Тарские купцы вели торговлю хлебом и занимались разными казёнными подрядами и поставками. Главный предмет торговли жителей Тары составляли закупка и сбыт сала, масла, кож и пушных товаров. Закупка производилась почти вся в Тарском округе с октября по февраль месяц, а в незначительном количестве и в самом городе во всякое время, а более в Екатерининскую ярмарку. Сбываются эти товары, большей частью зимним путём, в Екатеринбург и в Ирбитскую ярмарку. Гостиный двор в Таре деревянный и не велик, заключает в себе всего 71 лавку. Впрочем для местной торговли он достаточен. В настоящее время считается в Таре 56 капиталов (4 1 гильдии, 2 2 гильдии, 50 3 гильдии). Кроме того там торгуют два иногородних купца и 8 крестьян (6 по свидетельствам 3 рода и 2 4 рода).

11 апреля 1861 года тарский мещанин Афанасий Нефедьевич Кудрявцев Тарской городской ратушей был признан несостоятельным должником.

В 1862 году доход города составил 3083 рубля 19 копеек, расходы 3210 рублей 50 копеек. Тарский округ по скотоводству и хлебопашеству был одним из богатейших округов Тобольской губернии. Между крестьянами было много торгующих и имеющих даже довольно значительные капиталы, последнее доказывалось, частым переходом их в купечество. Тарские купцы занимались салотоплением, кожевенным производством, скупом сала и масла, отправляемых к Петербургскому порту, и хотя имели хорошие капиталы, но тарская торговля была уже далеко не та, какой она была в XVII и XVIII столетиях.

В 1863 году купеческих капиталов в Таре считалось I гильдии 4 и II гильдии 52. Сверх того выдано свидетельств торгующим мещанам и крестьянам (на мелочный торг 43, развозный торг 17, разносный торг 1). Иногородних купцов 2. Купцы города Тары производят свои коммерческие обороты на Нижегородской, Ирбитской и отчасти Ишимской ярмарках. Некоторые из них ведут торг с китайцами через Кяхту, где имеют своих агентов. Китайские товары преимущественно сбываются в Нижегородской ярмарке и в Москве. Немногие из купцов ведут торговлю салом, маслом и кожами. Товары эти сдаются преимущественно в Ирбит и Ишим. Розничная и мелочная торговля в Таре весьма незначительна, потому что Тара находится в стороне от большого тракта. Городских доход получено 4957 рублей 47 копеек. Капитала, принадлежащего городу и сбережённого из городских доходов имеется 7510 рублей, из оного 3010 рублей хранится в государственном банке, а остальные розданы в ссуду купцам.

В 1864 году доход города составил 3112 рублей 94 ¾ копейки, расходы 2826 рублей 72 ½ копейки. В Таре насчитывалось 239 купцов (132 м – 107 ж). Тарские купцы вели торговлю хлебом и занимались разными казёнными подрядами и поставками. Всего в Таре насчитывалось 56 капиталов: 4 в I гильдии, 2 в II гильдии, 50 в III гильдии. Кроме того торговали 2 иногородних купца и 8 крестьян (6 по свидетельству III разряда, 2 по свидетельству IV разряда).

В 1872—1875 годах выдача торговых свидетельств шла в упадок. Особенно резко падение с 1873 года на 1874, так что эти показатели меньше соответствующих в 1872—1873 годах, для гильдейских свидетельств вдвое, а мелочного торга на ⅓. Частые причины этому были не известны, и оставалось лишь заметить, что в 1875 году торговых свидетельств было взято менее, чем в Таре, только в двух глухих северных городах губернии Березове и Сургуте, тогда как по числу и ценности гильдейских капиталов Тара занимала в общем ряду городов губернии 4 место. Из лиц, имеющих право на оптовую торговлю в городе, торговали в нём в действительности лишь около половины.

В 1875 году свидетельств на право торговли и промыслов по городу и округу было выдано:

– По гильдии I – 7;

– По гильдии II – 42 для торговли в городе и округе, 12 для торговли в округе;

– На мелочный торг – 51 в городе, 119 в округе;

– На развозной и разносный торг – 92;

– На мещанские промыслы – 9.

В 1875 году на татарах Тарского округа имелось недоимок на сумму 74518 рублей 38 копеек. Доход города:

Таким образом, доходы превысили расходы на 779 рублей. Но излишек этот есть чисто фиктивный, вследствие того, что в текущие суммы было обращено 2895 рублей из запасного капитала. Исключив эту сумму, получим дефицит 2116 рублей. Дефицит, имеющий существенное значение, в собственности потому, что он повторялся третий год подряд и притом почти в одинаковых размерах. Всматриваясь в статьи бюджета и в примечания к ним в подлинных сведениях, находим прежде всего, что доходы вообще не малы для города из средних, каким представлялась Тара в разных отношениях. С другой стороны, цифры по главным статьям расходов, как то: на общественное управление, полицию, пожарную команду, скорее ниже, чем выше нормальных (17, 6, 11% всего итога). Отягощение же бюджета в данном году произошло от того, что город издержал более 2500 рублей на перестройку казармы и больницы (включены в расходы единовременные и в статью 13 текущих). Другими словами, городские финансы находились в рассматриваемую пору в таком состоянии, что город не мог предпринять ничего существенного для своего благоустройства.

В 1875 году Тарский округ по числу и величине гильдейских капиталов занимал четвёртое место в губернии. По числу торговых свидетельств и билетов на право торговли занимал только восьмое, уступая Березову и Сургуту. Всего в округе выдано торговых билетов и свидетельств 7,61% по губернии.

К 1 января 1876 года запасного капитала в городе насчитывалось 6701 рубль. Кроме того у города было в иске с крестьян ближайшего села Самсонова, за самовольное пользование ими городскими сенокосами 436 рублей. Сумма долгов на городе превышала запасный капитал. Долгов разных категорий состояло 7286 рублей:

– Казне, на усиление средств канцелярии местного суда – 1746 рублей;

– Городской больнице, пособия за прежние годы – 1191 рубль;

– Местному банку в счёт 10000 рублей, следовавших от города в основной капитал банка – 3299 рублей;

– Частным лицам – 1050 рублей.

14 марта 1877 года Тарская городская дума постановила определение о поручении одному из членов городской управы иметь наблюдение за исполнением правил, установленных для производства торговли и промыслов.

«Тара. В прошлом году, я писал о состоявшемся в марте месяце постановлении нашей думы, установившем новые совершенно противозаконные налоги на фабрики и промышленные заведения. В числе этих налогов, самый крупный был налог в 2000 рублей на винокуренный завод г. Щербакова с приносимого его владельцу чистого дохода. Это постановление думы, к великому удивлению людей здравомыслящих, было утверждено губернским по городским делам присутствием. В настоящее время вопрос о праве установления городскими управлениями подоходного налога, находится на рассмотрении сената, по жалобе, принесённой лицами, интересы которых были нарушены этим постановлением. Но, вот что странно: думцы с усердием, достойным лучшей участи, определили доходность винокуренного завода г. Щербакова, руководствуясь в этом деле своими личными соображениями, за неимением других данных, так как г. Щербаков не открыл им своих конторских книг, но почему же они не применили этого приёма для определения доходов всего местного торгующего класса и обложения этих доходом 10 процентным налогом. Создав общий, подоходный налог, думцы наши с одной стороны проявили бы таковым подвигом своё беспристрастие, а главное разрешили бы столь важный вопрос, как подоходный налог, над разработкой которого несколько комиссий неустанно работают, чуть ли уже не десяток лет. Но, как бы там ни было, наши думцы пока торжествуют. Между тем городское хозяйство далеко не в цветущем состоянии. Так вместо, того, чтобы заботиться о чистоте содержания городских улиц и тротуаров, городская управа, вдруг, возбуждает противу г. Щ. уголовное преследование, за устройство им около дома, занимаемого его конторой, тротуара, придравшись к тому, что дом этот, по новому городскому плану, предназначен к сломке. Дом же на столько ещё прочен, что простоит десятки лет и расположен на таком месте, что не сделай г. Щ. канав и тротуаров, весной и осенью, перед этим домом стояла бы обширная лужа, в которой приходилось утопать в грязи…

Сибирь. №15. 14 мая 1878 года. Иркутск (статья Тарского)».

В 1878 году доход города составил 17361 рубль 70 ½ копеек, расходы 15572 рубля 15 копеек. В округе было выдано 7,24% торговых свидетельств. Оборот ярмарок был незначительным до 590703 рубля.

В 1879 году доход города составил 5,94% или 14421 рубль, расход 15628 рублей 73 ¾ копейки. В 1879 году в округе выдано 3,77% торговых свидетельств. Тара по числу капиталов занимала 4 место, а по числу свидетельств 9 место в губернии. В Таре было выдано 34 торговых свидетельства по обеим гильдиям на сумму 258000 рублей или 11,26% всей суммы объявленных капиталов.

В 1880 году доход города составил 13935 рублей 51 копейка, расходы 14910 рублей 49 ½ копеек. В округе было выдано торговых свидетельств 7,26% от общего губернского показателя.

31 марта 1881 года Тарская городская дума постановила определение о разрешении городской управе производить продажу из общественного магазина хлеба, по умеренной цене, городским жителям, преимущественно бедного класса.

15 мая 1881 года Тарская городская дума постановила определение об устройстве освещения в ночное время гостиного двора на счёт содержателей торговых помещений.

20 сентября 1881 года Тарская городская дума постановила определение об обложении денежным сбором торговых лавок в гостином дворе, новых корпусов и мелочном ряду на устройства наружного освещения в ночное время означенных помещений.

В 1881 году доход города составил 15912 рублей 62 ¼ копейки, расходы 16092 рубля 1 ½ копейка.

В 1882 году доход города составил 15679 рублей 62 ¼ копейки, расходы 15651 рубль 90 ½ копеек. Городу принадлежала 6881 десятина земли, кроме занятых постройками в городе, 6 домов, казармы, 2 корпуса лавок в гостином дворе, мясной ряд и скотобойни. В общем количестве городской земли считалось удобной земли 2157 десятин, причём имелись и сенокосные, и пахотные участки, последние, впрочем, были ничтожных размеров. Дома городского общества были заняты местами общественного управления, телеграфом, больницей, богадельней. С казарм, а также с торговых помещений, получался доход.

Город Тара являлся самым значительным городом после Тюмени из уездных городов губернии, что объяснялось, как древностью города, так и тем, что до второй половины прошлого века он находился на большом Сибирском тракте. Торговля и промышленность вообще в Таре, однако, развиты мало, потому что теперь она очень удалена от этого тракта, и при том большая часть округа её принадлежала к местностям бесплодным. На значительность же торговли Тары в старину указывало то обстоятельство, что в городе доселе имелись крупные купцы, которые вели свои обороты главным образом в других местах. В городе насчитывалось до 130 торговых лавок. Число домовладельцев и вообще владельцев недвижимой собственности составляло около 920, а так как частных домов считалось 986, то на одного владельца приходилось 1,1 дома. Из общего числа владельцев домов 25 дворян и чиновников, 43 купца и почётных граждан, 529 мещан, 52 крестьянина. Тарские купцы I гильдии ни в отпускной, ни в привозной торговле не участвовали (они торговали в Кяхте, а также занимались подрядами).

Главными предметами отпускной торговли города служили частью продукты скотоводства – кожи, сало, коровье масло, частью предметы, добываемые на охоте (птица, перо, звериные шкуры). Такое распределение предметов отпуска на две главные категории объяснялось тем, что юго-западная, незначительная часть Тарского округа принадлежала к местностям переходным к степи, обширное пространство по правую сторону Иртыша было лесисто и пустынно.

24 апреля 1883 года Тарская городская дума постановила определение о разрешении городской управе производить продажу по удешевлённой против базара цене ржаного хлеба из общественного магазина, нуждающемуся населению и по вопросу как поступить с торговыми лавками в новых общественных корпусах, которые, по не уплате в срок содержателями их акциза, должны считаться по контракту свободными и отданы другим лицам.

В 1883 году доход города составил 16265 рублей 37 ½ копеек, расходы 16216 рублей 30 ¼ копеек.

В 1884 году доход города составил 17519 рублей 32 копейки, расходы 16220 рублей 11 ½ копейки.

3 марта 1885 года Тарская городская дума постановила учредить временную комиссию для оценки недвижимых имуществ городских обывателей и для распределения между ними казённого налога за 1885 год.

«Постановление Тарской городской думы «О воспрещении торговцам скупать оптом жизненные припасы до определённого времени» от 28 апреля 1885 года.

§1. Воспрещается промышленникам и другим лицам скуп оптом на базаре и вообще в районе ведомства городского общественного управления привозимых из окрестностей города Тары для продажи всякого рода жизненных припасов и продуктов в течении двух дней каждой недели, кроме ярмарочного времени, в пятницу с полудня до вечера и в субботу с утра до 11 часов дня; рыбу же воспрещается скупать оптом ежедневно с утра до 11 часов дня; оставшиеся после этого срока непроданными жизненные припасы дозволяется покупать торговцам для распродажи, а также и вообще всем городским обывателям для заготовления для себя запаса.

§2. Строго воспрещается торговцам и промышленникам чинить стачки, сделки или другие соглашения для возвышения цен на предметы продовольствия».

21 июня 1885 года Тарская городская дума рассматривала вопрос о принятии к сведению и руководству копии с журнала Тобольского губернского по городским делам присутствия о не утверждении обязательного постановления о воспрещении торговли в городе Таре в воскресные дни.

В 1885 году в городе Таре был назначен налог для сбора с недвижимого имущества в размере 2064 рубля 46 копеек (5 место в губернии). Доход города составил 17244 рубля 3 ½ копейки, расходы 17543 рубля 24 копейки. Осталось от прошлых годов 1299 рублей 20 ½ копеек, остаток к 1886 году 1000 рублей.

В 1886 году из Тарского округа было доставлено на Ишимскую ярмарку, действовавшую со 2 по 5 декабря, много щепного товара, который находил себе покупателя. Провозная цена с ярмарки до Тары составляла 10 копеек.

«Из Тарскаго округа.

Удивительный экономический феномен переживает Тара и её округ… Мы, можно сказать, купаемся в хлебном зерне и при этом терпим нужду, лишения… Безденежье таково, что даже водка, не смотря на небывало низкую цену (4 рубля 40 копеек ведро), совершенно залежалась в складах. Мужик бросил пить; он туго раскошеливается перед старостой, вследствие чего этот последний познал дорогу в холодную и уже практикует крутой расчёт с неплательщиком… Вместо радостного поселянина повсюду видна хмурая и недоумевающая физиономия мужика, по-видимому, равнодушного к изобилию хлеба, грибов, ягод и прочего добра, кроме денег, которых достать мужику нет возможности без неисчислимых убытков… Ему страшно жаль отдать овёс за 7 копеек, рожь – за 16 копеек, пшеницу – за 40, когда возделывание их стоило таких неусыпных забот, такого обильного трудового пота. Мужик в отчаянии восклицает, что не из за чего землю пахать, сеять и обихаживать, когда сотня пудов хлеба (овса) едва выручает 7 рублей… Не удивительно ли, что тот же крестьянин лет двадцать назад весело отдавал за ничтожную цену всевозможные жизненные продукты и находил средства жить сытно и привольно…

Сибирская газета. №49. 7 декабря 1886 год. Томск».

«… По городскому самоуправлению у нас производятся такие распорядки, которые нашим дедам, надо полагать, и не снились. Бюджет думы по доходу не превышает 16000 с небольшим, расход почти тоже; эти цифры, не смотря на довольно значительное промышленно-торговое состояние города с округом (четыре винокуренных завода, несколько кожевенных, салотопенных, значительная торговля кедровыми орехами, салом и хлебом), – в отношении дохода не увеличиваются, а из года в год переходят лишь с небольшими изменениями в пользу дефицита; в отношении же расхода – увеличиваются, и управским заправилам, в настоящее время, частенько приходится сидеть без гроша в кассе. Но мы, общественные деятели, не унываем: займём, но жалованье нам 20 числа подай; пришла фантазия голове близ своего дома и близких людей исправить улицу – деньги подай, понадобились в управу канцелярские материалы и другие по хозяйственным операциям предметы, мы сбываем их из своих лавок по дорогой цене, но денежки подай; наконец, нужно услужить людям, дать им поправиться, и мы, сознавая, что пустим козлов в огород к капусте, – всё таки дадим им или тёплое местечко в богоугодных заведениях (о которых сообщим особо), или подрядец какой нибудь со скидкой прежней цены и значительной отсрочкой в платёж подлежащего по ним акциза; другой же подрядец мы не прочь и себе взять, хотя на чужое имя…

Сибирский вестник политики, литературы и общественной жизни. №15. Среда 4 февраля 1887 год. Томск (статья Временного обывателя)».

«Тара, Тобольской губернии.

Тарский округ представляет в настоящее время довольно поучительное явление для наших самобытных экономистов, желающих загородится и законопатиться от Европы. Проповедуя возвышение таможенных пошлин, неограниченный выпуск бумажных денег и т.д., они уверяют, что тогда-то именно и настанет золотой век для России: пусть иностранные товары вытесняют наши с заграничных рынков, – говорят они, – за то мы их не пустим пошлинами внутри страны, а свои товары заставим потреблять дома и, в случае чего, можем даже поощрить их вывоз особой премией (как, например, сахар); пусть американский хлеб не даст хода нашему, за то у мужика будет хлеба вдоволь и станет он пироги есть. На сколько такие рассуждения шатки и не имеют под собой почвы, на сколько современному государству, особенно с большими внешними займами и внутренними налогами, трудно изолироваться от международного влияния и зависимости и на сколько сулимые пироги похожи на загробное угощение, – неоднократно уже и на столько убедительно доказывалось, что повторять эти доказательства просто не стоит, но напоминать о них и приводит отдельные частные факты и случаи, как бы малы они ни были, не мешает.

Тарский округ принадлежит к числу хлебородных сибирских округов, хлеба здесь много, между тем население терпит нужду и лишения. Мужик с большими затруднениями платит подати, старосты познали дорогу в кутузку и, по выходе оттуда, практикуют крутые меры над неплательщиками. Вместо радостного поселянина, – удивляется «Сибирская газета», – повсюду видна хмурая и недоумевающая физиономия мужика, по-видимому, равнодушного к изобилию хлеба, грибов, ягод и прочего добра, кроме денег, которых достать мужику нет возможности без неисчислимых убытков. Что же это значит? А значит вот что: что некуда мужику деваться с своими продуктами, что отделяют его от более или менее значительных рынков огромные пространства, занесённые в течение 6—7 месяцев снегом, и что с главным его продуктом – хлебом, и на больших-то рынках очень туго. Такую дешевизну сельских произведений, рядом с дороговизной всего привозного, как в Таре, редко, где можно встретить: на базаре, например, продают прекрасную пшеничную муку по 40 и 45 копеек за пуд, ржаную по 20 копеек, овёс по 10 копеек, сено по 60 копеек за воз, дрова берёзовые по 1 рублю 25 копеек за сажень, а основные дешевле, мясо по 1 рубль за пуд, баранина тоже по 1 рублю за пуд, или по 2 ½ копейки за фунт, и т. д. Но цены, которые я привёл, спускаются иногда, вследствие избытка предложения, ещё ниже: рожь, по сведениям «Сибирской газеты», доходит до 16 копеек, а овёс до 7 копеек за пуд. Мужику страшно жаль отдавать хлеб по такой цене, когда возделывание его стоило стольких забот и такого обильного труда, и он «в отчаянии восклицает, что не из-за чего было землю пахать, сеять и обхаживать, когда сотня пудов хлеба (овса) едва выручает 7 рублей». Словом, за какие ни будь несколько рублей, ему приходится отдавать массу продуктов и точно также лишать себя необходимого, как и крестьянину внутренних губерний, где земли и хлеба меньше у мужика, но за то цены выше; а как поступать иначе, когда подати требуются и когда деньги нужны до зареза. Мало того, успевший продать по таким ценам свой товар сплошь и рядом, точно в насмешку, должен бывает ещё считать себя счастливцем, потому что некоторые выедут на базарную площадь, простоят там даром почти два дня (так как на базар выезжают обыкновенно накануне) и ничего не продадут. Нет покупателей, и конец! С рожью, впрочем, развязка легче, потому что рожь скупают на винокуренные заводы.

Само собой разумеется, что такой порядок вещей должен быть, кому ни будь выгоден, и он, действительно, выгоден местным кулакам, ростовщикам и купцам, скупающим за бесценок сало, масло, кожи и т.п.; а больше всего он выгоден, конечно, винокуренным заводчикам и кабатчикам, которые по чём хотят, по том и покупают хлеб, а, с другой стороны, по чём хотят, по том и продают водку. Винокуренная и кабацкая деятельность тут считаются вернее приисковой, да и не менее доходны они, чем добывание золота, всё-таки, сопряжённое с известным риском, тогда как тут никакого риска нет.

Восточное обозрение. №13—14. 2 апреля 1887 год. Санкт-Петербург».

В 1887 году перечень мирских сборов по Мало-Красноярской волости выглядел следующим образом:

– Медицинскому фельдшеру 21 рубль 96 ½ копеек;

– Ветеринарному фельдшеру 12 рублей 80 ½ копеек;

– Повивальной бабке 27 рублей 86 копеек;

– За отправление сельско-обывательской гоньбы на станциях внутри волости 564 рубля 57 ½ копеек;

– За отправление сельско-обывательской гоньбы на станциях по Низовскому тракту, отбываемой за крестьян волости 790 рублей;

– За земскую квартиру в селе Мало-Красноярском 66 рублей 40 копеек;

– За содержание парома на реке Оше 116 рублей 66 копеек;

– За содержание парома на реке Таре 50 рублей;

– За содержание дорожных участков на Каинском тракте 38 рублей 90 копеек;

– За содержание дорожных участков на Низовском тракте 449 рублей 67 копеек;

– За содержание Артынского моста 30 рублей;

– На сторожа и отопление Мало-Красноярского сельского училища 50 рублей;

– На отопление волостного правления и церкви в селе Мало-Красноярском 87 рублей;

– На жалование просвирне Мало-Красноярской церкви 50 рублей;

– На канцелярские припасы волостного правления 120 рублей;

– На жалование оспенному ученику 24 рубля;

– На жалование волостному старшине 60 рублей;

– На жалование 3 волостным заседателям 90 рублей;

– На жалование 3 сотским и 1 старосте при волостном правлении 240 рублей;

– На жалование волостному писарю 1000 рублей;

– На жалование караульным при церкви 72 рубля;

– На жалование сторожам церкви 96 рублей;

– На жалование при хлебозапасных магазинах караульному 72 рубля;

– На жалование сотскому при земском заседателе 28 рублей 40 копеек;

– На уплату казне и разным ведомствам кормовых и за одежду отправляемым по этапу крестьянам и поселенцам 144 рубля 70 ½ копеек;

– На уплату страховых премий за общественные здания добавочных 13 рублей 36 копеек;

– На уплату перерасходованных в 1886 году на канцелярские припасы волостного правления 23 рубля 27 копеек;

– За книги высланные для волостного правления на 1887 год для записки на приход и расход сумм и прочего 37 рублей 50 копеек;

– За Тобольские губернские ведомости на 1887 год (газета) 3 рубля;

– На уплату Бергамакскому волостному правлению на квартирование членов воинского присутствия в селе Муромцевском в 1886 году 10 рублей;

– На перестройку дома в селе Мало-Красноярском для благочинного 179 рублей 55 копеек;

– На прогоны доверенному от волостного общества по разным делам 28 рублей 9 копеек;

– На пополнение мирского капитала, в счёт позаимствованных в 1886 году на наём сотского при земском заседателе 4 участка 18 рублей;

– В возврат бывшему волостному старшине Филатову употреблённых им в 1886 году на ремонт дома волостного правления 10 рублей;

– На отпечатание бланков призывных списков по воинской повинности 20 рублей;

– За квартиру помощника Екатерининского лесничего в селе Мало-Красноярском 30 копеек;

– На покупку ланцета для оспенного ученика 2 рубля;

– На лодку, купленную для переправы чрез реку Тару 9 рублей 35 копеек;

– За поправку старой пожарной машины 28 рублей;

– На перестройку крыши на амбаре при общественном доме псаломщика Пантелеева 6 рублей;

– На перестройку крыши на амбаре при общественном доме священника Ксенофонтова 7 рублей;

– За исправление печей в общественных домах волостного писаря и волостного правления 9 рублей 24 копейки;

– За квартиру сельского учителя в селе Мало-Красноярском 9 рублей 60 копеек;

– За исправление столов и прочего в Мало-Красноярском сельском училище и за обмазку стен в училище 17 рублей 75 копеек;

– За медикаменты для сельской аптеки 50 рублей 82 ¾ копейки;

– За вставку стёкол в окна волостного правления 90 копеек.

В 1887 году перечень мирских сборов по Карташёвской волости выглядел следующим образом:

– На заведение сельской аптеки при городе Таре 73 рубля 13 копеек;

– За содержание переправы через реку Иртыш при селе Пустынском 174 рубля 90 копеек;

– За производство учёта волостным и сельским начальникам за трёхлетие с 1884 года по 1887 год 63 рубля 30 копеек;

– На удовлетворение подрядчика земской гоньбы на Рыбинской станции одноимённой волости 243 рубля 73 ½ копейки;

– По приговору от 30 декабря 1886 год на жалование волостному писарю в течение 1887 года 960 рублей;

– На жалование волостному старшине 60 рублей и трём волостным заседателям по 24 рубля в год 132 рубля;

– На отопление и освещение волостного правления, на отопление училища, на канцелярские принадлежности, как-то бумагу, чернила и прочее 200 рублей;

– На жалованье двум сторожам, ключнику при каталажной камере и ночному караульному при волости по 55 рублей 80 копеек, сторожу при училище 39 рублей 60 копеек, а всего 430 рублей 20 копеек;

– За содержание земской квартиры при селе Пустынском и при ней веставого 40 рублей;

– За содержание каталажных камер в селе Копьёвском 20 рублей, в деревне Резина 25 рублей и в селе Могильном 33 рубля, а всего 78 рублей;

– Акушерке в квартирное продовольствие и хлебный паёк, а также за оспопрививание, а всего 96 рублей;

– Медицинскому фельдшеру с 16 июня по 1 января 1887 года 18 рублей 3 ¾ копеек ему же с 1 января 1887 по 1 января 1888 года 32 рубля 83 ½ копейки, а всего 50 рублей 87 ¼ копеек;

– Ветеринарному фельдшеру в пополнение из мирского капитала позаимствованных денег 16 рублей 12 копеек;

– На содержание сотского при квартире земского заседателя в селе Муромском 16 рублей 67 копеек;

– Ветеринарному фельдшеру в хлебный паёк, на ремонтирование квартиры земского заседателя в селе Муромцевском и на содержание вестового в квартире заседателя 58 рублей 41 копейка.

В 1887 году мирских сборов насчитывалось по Логиновской волости 4360 рублей 26 ½ копеек, Тавско-Утузской волости 433 рубля 52 копейки.

В 1887 году доход города составил 14235 рублей 92 ¾ копейки, расходы 15131 рубль 81 ¼ копейка.

На 17 января 1888 года цены в селе Муромцево были следующими: мука пшеничная пуд оптом 50 в розницу 60 копеек, ржаная оптом 35 в розницу 40 копеек, крупчатка 1 средний куль оптом 10 в розницу 11 рублей. Овёс пуд оптом 16 в розницу 18 копеек. Крупа просовая оптом 1 рубль в розницу 1 рубль 20 копеек. Масло скоромное оптом 7 рублей 50 копеек в розницу 8 рублей 50 копеек. Мясо пуд оптом 80 в розницу рубль. Сало сырец пуд оптом 2 рубля в розницу 2 рубля 50 копеек. Сальные свечи оптом 5 рублей в розницу 6 рублей. Мыло пуд оптом 2 рубля 80 в розницу 3 рубля 80 копеек. Соль пуд оптом 14 в розницу 16 копеек. Сахар пуд оптом 7 рублей 20 копеек в розницу 8 рублей. Водка ведро оптом 5 рублей 75 копеек в розницу 6 рублей 60 копеек.

«Приговор Тамакульского сельского общества за 1-ю половину 1888 года.

Мы, нижеподписавшиеся, Тобольской губернии, Тарского округа, Каргалинской волости, государственные крестьяне-старожилы Тамакульского сельского общества, состоящего из двух деревень Тамакульской и Скрынкиной, заключающегося из 180 ревизских душ и 94 домохозяев, имеющих, согласно ранее составленному нами приговору, право голоса на сельском сходе, по распоряжению нашего сельского старосты Рашева, на основании 47 ст. 11 п. 51 ст. общ. пол., быв собраны на сельский сход, явились на оный от 94 домохозяев 64 человека, что и составляет ⅔ имеющих право голоса на сходе, слушали предъявленные нам окладные листы Тобольской Казённой Палаты на настоящий 1888 год, из которых видно, что по числу числящихся в нашем обществе 180 ревизских душ следует взыскать с нашего общества и внести в местное казначейство за весь 1888 год по сборам, а именно:

– Государственной 257 рублей 40 копеек

– Оброчной 587 рублей 40 копеек

– Частной волостной 16 рублей 20 копеек

– На межевание земель 5 рублей 40 копеек

– Губернского земского сбора 43 рубля 20 копеек

Итого 907 рублей 20 копеек…».

«1888 года Января 31 дня.

Мы, нижеподписавшиеся, Тобольской губернии, Тарскаго округа, Тевризской волости, государственные крестьяне-старожилы Тевризского общества, состоящего из села Тевризского, деревни Черноярки и выселка Туйского, заключающиеся из 225 ревизских душ, из 134 наличных домохозяев, имеющих, согласно ранее составленному нами приговору, право голоса на сельском сходе, по распоряжению нашего сельского старосты Ланбина, на основании 47 ст. общ. полож., быв собраны на сельский сход, явились на оный от 134 домохозяев 88 человек, что и составляет ⅔ голосов, имели суждение о раскладке мирского сбора, следуемого ко взысканию с нашего сельского общества в настоящем 1888 году а именно, согласно приговора волостного схода 20 Декабря 1887 года и 17 Января, определено собрать на жалованье волостному писарю 122 рубля, на содержание земской гоньбы и квартиры на станциях: Тевризской, Бакшеевской и Тавинской 117 рублей 97 ½ копеек, на жалованье оспенному ученику 5 рублей 52 ¾ копейки, всего 245 рублей 60 ¼ копеек. Принимая во внимание, что в нашем обществе числится домохозяев-старожилов 58 душ, принадлежащих к нашему обществу и пользующихся земельными наделами и прочими угодьями, неревизских 86 душ и причисленных без согласия общества 14 душ, всего 158 душ, пользующихся земельными наделами, на каковое число душ расположить следующую с нашего общества сумму мирского сбора на 2 части, т.е. в 1-ю половину 122 рубля 80 ¼ копеек, эту сумму расположить по настоящему приговору на лиц, подлежащих платежу по ровной части на 158 душ по 77 ¼ копеек, перерасположенные 8 ¾ копеек зачесть в тот же сбор за вторую половину сего года».

В 1888 году перечень мирских сборов в некоторых волостях насчитывался:

– Аёвская волость 1628 рублей 95 копеек;

– Бергамакская волость 5128 рублей 71 копейка;

– Бутаковская волость 2861 рубль 14 ¼ копеек;

– Логиновская волость 4360 рублей 63 ¼ копейки;

– Седельниковская волость 1920 рублей 81 ¼ копейка;

– Такмыкская волость 3848 рублей 71 копейка;

– Тевризская волость 1546 рублей 91 ¼ копейка.

В 1888 году доходы города составили: предположительно по росписи 15834 рубля 12 ½ копеек, действительно поступило 15421 рубль 72 копейки. Расходы: назначено по росписи 24838 рублей 22 ¼ копейки, действительно произведено 15629 рублей 48 копеек.

Казённые сборы, уплачиваемые в казну распределились следующим образом:

– Казённый налог с недвижимых имуществ 2064 рубля 46 копеек;

– Пособие казне на содержание полиции 150 рублей;

– Дополнительный сбор на тот же предмет взамен страхового сбора 250 рублей;

– Сбор на содержание центрального управления МВД 20 рублей;

– Пособие казне на содержание окружного суда 615 рублей.

На 1 января 1889 год недоимки по платежам в округе выглядели следующим образом:

– Оброчные подати с государственных крестьян: старожилы 34121 рубль 90 ½ копеек, причисленных без согласия обществ 50370 рублей 25 ¼ копеек, таковых же состоящих на половинном окладе 5911 рублей 40 ½ копеек, купцы и мещане, проживающие в селениях 44 рубля 71 копейка, ссыльно-поселенцы 8559 рублей 84 копейки, бухарцы 1343 рубля 56 копеек;

– Подушная подать с подушным и 6 копеечным сборами с сословий, состоящих в общих окладах: с государственных крестьян 50254 рубля 29 копеек, с крестьян временно обязанных и собственников, бывших помещичьих 3 рубля 76 копеек, с купцов и мещан, проживающих в селениях 15 рублей 33 копейки, с сыльно-поселенцев 3105 рублей 46 ¾ копеек, с оседлых инородцев 9096 рублей 42 ¼ копейки;

– Подати с сословий, состоящих на особых окладах: с бухарцев 1790 рублей 19 ¼ копеек;

– Сбор на обеспечение народного продовольствия: с государственных крестьян всех наименований: 43 рубля 3 2/4 копейки, с прочих податных сословий 134 рубля 22 ¾ копейки;

– Сбор на межевание земель: с государственных крестьян всех наименований 1968 рублей 41 ¾ копейка, оброчной подати, принадлежащей Кабинету Его Величества 3752 рубля 14 копеек;

– Сбор на составление пожарного капитала: с государственных крестьян всех наименований 1123 рубля 85 ¾ копеек, сбора на составление страхового капитала 5602 рубля 96 копеек.

В 1889 году доходы города составили 15479 рублей 42 ½ копейки предположено по росписи, действительно поступило 16632 рубля 47 ¼ копеек. Расходы назначенные по росписи 25963 рубля 95 ¼ копеек, действительно произведено 16632 рубля 47 ¼ копеек (доход 16059 рублей 4 ½ копейки, расход 16632 рубля 47 ¼ копеек, перерасход 573 рубля 43 копейки).

Казённые городские сборы:

– Казённый налог с недвижимых имуществ 2064 рубля 46 копеек;

– Пособие казне на содержание полиции 150 рублей;

– Дополнительный сбор на тот же предмет взамен страхового сбора 250 рублей;

– Сбор на содержание центрального управления МВД 20 рублей;

– Пособие казне на содержание Окружных судов 615 рублей.

Всего по расходам 3099 рублей 46 копеек (5 место в губернии).

На 1 января 1890 года недоимки с населения округа составляли 181442 рубля или 91% податного оклада и равна почти годовому окладу. По населению долг выглядел следующим образом: на крестьянах старожилах и новосёлах 60654 рубля (40%), на причисленных без согласия общества 81129 рублей (646%), тоже половинного оклада 11597 рублей (379%), на ссыльно-поселенцах 13064 рубля (773%), на осёдлых инородцах 11217 рублей (399%), на бухарцах 2701 рубль.

На 1890 год в округе ведомость по городу выглядела следующим образом:

– Доходы. Предположено по росписи 16796 рублей 17 ½ копеек, действительно поступило 19908 рублей 22 ¾ копеек;

– Расходы. Назначено по росписи 25629 рублей 30 ¼ копеек, действительно произведено 19908 рублей 22 ½ копейки.

За 1890 год в Тарском округе было собрано податное обложение на местные надобности: 176219 рублей казённых платежей, 15899 рублей губернского земского сбора, 7193 рубля частной волостной повинности. Всего 199311 рублей. По плательщикам сбор казённых платежей выглядел следующим образом: государственные крестьяне 151839 рублей, причисленные без согласия общества 12562 рубля, тоже половинного оклада 3060 рублей, ссыльно-поселенцы 1690 рублей, осёдлые инородцы 2836 рублей, бухарцы 1833 рубля. В среднем на одну душу мужского пола приходилось казённого оклада 2 рубля 69 копеек, на мужчину рабочего возраста 5 рублей 48 копеек. Расходы города составили 19910 рублей.

В 1890 году в Таре насчитывалось 3 купца I гильдии, 24 купца II гильдии.

В 1891 году доход города по росписи составлял 17949 рублей 14 ½ копеек, действительно поступило 16662 рубля 24 ¼ копейки. Расходы по росписи 24378 рублей 81 копейка, действительно произведено 16662 рубля 24 ¼ копейки.

Казённые налоги и сборы:

– Казённый налог с недвижимых имуществ 2154 рубля;

– Пособие казне на содержание полиции 150 рублей;

– Дополнительный сбор на тот же предмет взамен страхового сбора 25 рублей;

– Сбор на содержание центральных управлений МВД 20 рублей;

– Пособие казне на содержание окружных судов 615 рублей.

26 апреля 1892 года Тарская городская дума постановила определение о рассмотрении обязательных для жителей города Тары постановлений о порядке торговли в праздничные дни.

27 августа 1892 года Тарская городская дума постановила определение о разрешении внесённого санитарной комиссией вопроса о способе производства дезинфекции товаров, привозимых в Тару на пароходах, а также о переносе чёрного рынка вновь на городскую базарную площадь.

В 1892 году доходы обыкновенные составляли 22630 рублей 81 ¼ копейку. Расходы города 22622 рубля 12 копеек. Остаток 8 рублей 69 ¼ копеек.

В 1893 году доходы города составляли: обыкновенные 18797 рублей 2 ¾ копейки, случайные 1952 рубля 88 копеек, займы 2568 рублей 40 копеек, всего 23318 рублей 30 ¾ копеек. Расходы города составили 23318 рублей 30 ¾ копеек.

«Село Викуловское, Тарского округа, 23 декабря.

Наша Викулова считается одним из лучших сёл Тобольской губернии как по многолюдству, сравнительно с другими сёлами, так и, в особенности, по развитой в нём торговле и промышленности. Вместе с тем, благодаря центральному положению среди трёх городов – Тобольска, Тары и Ишима, она служит резиденцией всей участковой администрации и врачебного персонала. В селе имеются две торговые площади: одна для повседневной торговли и базаров по субботам, другая для ярмарок, бывающих 4 раза в год и продолжающихся иногда по целой неделе. На базарной площади производится постоянная торговля из нескольких мануфактурных лавок. Вывозятся на базар и дрова, раскупаемые нарасхват преимущественно служащим классом по ценам, ни чуть не уступающим городским. Есть в селе и кабак, есть и погреб виноградных вин. Близ села есть винокуренный завод, хотя и бездействующий, есть и кожевенный завод с порядочным производством. При таком развитии торговли и промышленности и по пребыванию множества сельской интеллигенции, дающей обывателям доход в качестве квартирантов и вообще потребителей, аборигенам-викуловцам можно питать надежды на полнейшее процветание своего материального житья-бытья, хотя этого при ближайшем знакомстве с ними и далеко пока не видно…

Тобольские губернские ведомости. №1. 2 января 1894 год. Неофициальная часть. Тобольск. (статья Н. В)».

В 1894 году городская смета составляла: приход 21782 рубля 31 копейка, расход 21782 рубля 31 копейка.

В 1895 году доходы города составляли 20356 рублей 76 ½ копеек, расходы 20356 рублей 76 ½ копеек.

В 1896 году доходы города составляли 20881 рубль 45 копеек, расходы 20881 рубль 45 копеек.

В 1897 году доходы города составляли 24280 рублей 87 ¼ копеек, расходы 24280 рублей 87 ¼ копеек. В общей сложности в округе насчитывалось купцов с их семьями 164 человека.

«Тара. Смета ныне сведена к 24285 рублей 13 копеек. Доходы города состоят из оценочного сбора 2691 рубль 29 копеек, сбора с торговли и промыслов 1434 рубля 10 копеек, пошлины 431 рубль, доходов с городских имуществ и оброчных статей 6527 рублей 30 копеек, с городской скотобойни 1025 рублей 30 копеек, пособия городу 3266 рублей 60 копеек и разных поступлений 8909 рублей 65 копеек, всего доходов 24285 рублей 13 копеек.

Расходы: участие по содержанию правительственных учреждений 261 рубль 75 копеек, содержание общественного управления 4082 рубля, отопление и освещение тюремного замка 1085 рублей 94 копейки, воинская квартирная повинность 1646 рублей, содержание городской полиции 2576 рублей, содержание пожарной команды 2701 рубль 66 копеек, благоустройство города 940 рублей содержание и ремонт городской скотобойни 551 рубль. Народное образование 2357 рублей 57 копеек, содержание ночлежного дома для ссыльных 238 рублей, медицинские, ветеринарные и санитарные расходы 3504 рубля, уплата налогов 7 рублей 61 копейка, содержание принадлежащих городу недвижимых имуществ 441 рубль 5 копеек, уплата долгов 2560 рублей и разных расходов 1268 рублей 55 копеек.

Сибирская торговая газета. №50. 4 марта 1898 года. Тюмень».

«С. Евгащинское, Тоб. губ. 20 октября. Погода стоит самая невозможная: то снег, то дождь, то тепло, то холод, а потом и подвоз крестьянами на рынок своих продуктов самый незначительный, тем более, что здешние богачи принимают: хлеб, масло, сало, кожи, всегда и по раз установленной цене, которая мало разнится от базарной: мука пшеничная 75—80 копеек, пшеница до 70 копеек, ржаная 50—60 копеек, (подвоз мал) овёс 35 копеек, масло коровье 8 рублей-8 рублей 20 копеек за пуд, гуси пара 35 копеек, мясо 1 рубль за пуд, сало 3 рубля-3 рубля 50 копеек, керосин 2 рубля, свечи стеариновые 25 копеек фунт, мыло простое 4 рубля за пуд, требование большое, так что завод Мельникова едва успевает удовлетворять спрос.

Ярмарки: Казанская в селе Муромцеве и Дмитриевская в селе Такмыкском. Иртыш снова растаял и пароходы продолжают навигацию. Сено дорого, потому что покосы на лугу за рекою, а попасть туда невозможно. Скот весь на руках. Сегодня в ночь Иртыш снова встал.

Сибирская торговая газета. №232. 27 октября 1898 года. Тюмень».

«Евгащинское. Погода стоит тёплая, даже капает с крыши; теперь холодеет. Овёс евгащинские купцы покупают 33 копейки. В Такмыкске, находящемся в 20 верстах от Евгащинского покупают 30 копеек пуд, подвозу овса мало, крестьяне держатся и вероятно ждут повышения цен. Масло скоромное, коровье теперь покупают 8 рублей 60 копеек, которое в Евгащинском на ярмарке 13—14 сентября покупали 8 рублей 80 копеек. Сало топлёное 4 рубля, сырец 2 рубля. Сбор жировых товаров незначительный. гуси колотые 50—60 копеек пара.

Мука пшеничная на базарах 65—70 копеек пуд, ржаная 45—50 копеек.

Сибирская торговая газета. №258. 29 ноября 1898 года. Тюмень».

«В д. Волынкиной, Тарского округа подвозы хлеба очень незначительны, не смотря на высокие цены. Малый подвоз хлебов объясняется тем, что в Волынкину прежде везли хлеб и из Ишимского округа, – ныне же там урожаи плохи. Покупают в Волынкиной Е. А. Калинин, Щербаковы. Плотниковы и кое кто из местных для перепродажи этим же фирмам. Цены на хлеб: ржаная мука 40 копеек, рожь 35—36 копеек, овёс 30—31 копейка пуд.

С. Евгащинское. Погода стоит не тёплая и не холодная. Подвоз дров плохой; цена на двора: берёзовые 1 рубль 40 копеек-1 рубль 50 копеек сажень, сосновые 1 рубль 30 копеек-1 рубль 40 копеек сажень.

Сибирская торговая газета. №282. 31 декабря 1898 года. Тюмень».

В 1898 году доходы города составляли 27159 рублей 94 ½ копейки, расходы 27159 рублей 94 ½ копейки. Недоимки в уезде составляли 312706 рублей 40 ¾ копеек.

«С. Евгащинское, 5 января. По случаю праздников на рынке мало оживлено, тёплая и буранливая зима мешает крестьянским работам; подвоз хлеба незначительный, цены стоят твёрдо без колебаний: пшеница 55—60 копеек, мука 65—70 копеек, рож 40—43 копейки, мука 50 копеек; овёс овинный 43 копейки, сыромолотный 30—31 копейка, на коровье топлёное масло требование есть, но подвоз мал цены по мелочам от производителей 8 рублей 60 копеек и 8 рублей 70 копеек, партиями дороже, требуется летнее жёлтое.

Сибирская торговая газета. №8. 12 января 1899 года. Тюмень».

«С. Евгащинское, Тобольской губернии, 29 декабря. – Подвоз топлёного коровьего масла на рынок очень незначительный, продаётся зимнее белое. Столичные рынки требуют масло летнее жёлтое, которое и распродаётся скупщиками из старых запасов по хорошим ценам, за неделю продано до 4000 пудов, остатки небольшие. Поступают требования на сливочное масло, из Саратова, Астрахани и Баку, но вследствие медленной перевозки его по железной дороге, оно дорогой портится и теряет свою ценность; цены на этой неделе значительно повысились, по мелочам предлагают 8 рублей 60 копеек-8 рублей 70 копеек, партионные цены по словам «Т.Г.», держатся в секрете, но видимо много выше.

Сибирская торговая газета. №12. 16 января 1899 года. Тюмень».

«С. Евгащинское, Тобольской губернии. Погода продолжает стоять благоприятная для всех крестьянских работ. на рынке, по словам «Т.Г.», тихо, подвоз незначительный; с овсом слабо, за неделю понизился в цене на 1—2 копейки, рож пользуется хорошим спросом, как слышно, до 20000 пудов ценой 38—40 копеек. На пшеницу цены стоят без изменения, 50—65 копеек, смотря по качеству. Сено подбирается, продают воз в 15 пудов 1 рубль-1 рубль 15 копеек, мука пшеничная 55-65-70 копеек пуд, смотря по качеству.

На этой неделе принято для будущей навигации фирмой Трапезникова сала топлёного в бочках до 5000 пудов. Подвоз топлёного коровьего масла совсем прекратился. Запасы почти все проданы; цены на масло стоят высокие до 9 рублей за пуд.

Сибирская торговая газета. №43. 23 февраля 1899 года. Тюмень».

«Евгащинское, Тобольской губернии. За последние две недели цены на хлеба стоят крайне непостоянные, сообразно приказам даваемым с Ирбитской ярмарки; вначале рож поднялась до 5 копеек на пуд, покупали охотно по 45—47 копеек; подвоз усилился, требование снова сократилось, стали покупать старой ценой 38 и 40 копеек, собрало более 300000 пудов, крестьянские запасы истощаются. С овсом всё время устойчиво, цены поднимаются, по словам корреспондента «Т.Г.», прогрессивно; сухой овинный овёс охотно принимают по 36—40 копеек пуд; главное требование предъявлено с Урала, почти все партии в окрестности скуплены, за небольшими исключениями; приказчики объезжают Тарский и Тюкалинский уезды, предъявляя требование на овёс по высшим ценам. С пшеницею без перемены, цены стоят 55—60 копеек пуд, покупателей на неё мало. Подвоз пшеничной муки на рынок очень небольшой, цены стоят сравнительно высокие, продают по 65—75 копеек пуд, смотря по качеству.

Сибирская торговая газета. №58. 14 марта 1899 года. Тюмень».

«С. Евгащинское, Тарского округа. Требование на хлеб тихое, цены склонны к понижениям. Пшеницу покупают до 58 копеек пуд, смотря по натуре. С овсом живее, покупают до 35 копеек пуд.

Сибирская торговая газета. №65. 22 марта 1899 года. Тюмень».

«Тара. Цены на рынке в феврале были следующие: мука ржаная 35—40 копеек, пшеничная 65—70 копеек, овёс 30 копеек пуд, пудовка мерою от 18 до 20 фунтов.

В марте вследствие партионных заготовок для новосёлов крестьянскими начальниками цены поднялись: муки ржаной до 45 копеек, а пшеничной до 75 копеек, овса до 26 копеек пудовка; заготавлялась для новосёлов одна только ржаная мука в количестве до 10000 пудов по 48 копеек пуд от рук незначительных партионных продавцов с доставкой в склады по берегу реки Иртыш; предложение превысило в несколько раз спрос, и многим желающим сдать хлеб в казну отказано.

Цена на сено почти удвоилась, так что в ноябре и декабре воз сена продавался по 70 и 80 копеек, а сейчас такой-же воз продают по 1 рублю 30 и 1 рублю 50 копеек.

В округе хлеба запасного масса не молоченного, но хозяева выжидают цен, какие были в 1893 году зерном рож выше рубля, а пшеничная выше 1 рубля 30 копеек.

Сибирская торговая газета. №74. 3 апреля 1899 года. Тюмень».

В 1899 году недоимки в уезде составляли 301198 рублей 60 копеек. Бюджет в городе Таре составлял: доход 24313 рублей 23 копейки, расход 24313 рублей 23 копейки. Доходы от натуральных повинностей составляли 124190 рублей 21 копейку. На мелочный ремонт Тарского тюремного замка было выделено 300 рублей.

«Из Тарского уезда сообщают, что сбор овса в общем достигает до 15000 пудов, покупали ныне овёс от 17 до 20 копеек пуд. Главные подвозы овса сосредоточены в селе Евгащинском. За партии овса на местах назначают 26—27 копеек пуд.

Сибирская торговая газета. №34. 18 февраля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. 12 февраля. Пшеница 50—55 копеек пуд, рожь 48—51 копейка пуд, ячмень 40—45 копеек пуд, овёс 14—18 копеек пуд, мука ржаная 50—52 копейки пуд, пшеничная 55—60 копеек пуд, крупа ячная 1 рубль 20 копеек-1 рубль 40 копеек пуд, просовая 1 рубль 30 копеек-1 рубль 50 копеек пуд, горох 1 рубль и 1 рубль 20 копеек пуд, соль 35—40 копеек пуд, масло коровье 7 рублей 60 копеек-7 рублей 80 копеек пуд, мясо русское 1 рубль 30 копеек-1 рубль 40 копеек пуд, сало топлёное 4 рубля 60 копеек-4 рубля 80 копеек пуд, рыба свежая: нельма 12—13 рублей пуд, щука 2 рубля 40 копеек-3 рубля пуд, стерлядь 2 рубля 40 копеек-2 рубля 80 копеек пуд, язь 12—15 копеек пуд, окунь 2 рубля-2 рубля 50 копеек пуд, ёрш 1 рубль 20 копеек-2 рубля 70 копеек пуд, холст мешочный 5—7 копеек аршин, рубашечный 15—17 копеек аршин, орех кедровый 4 рубля 50 копеек пуд, кожа яловая 4 рубля штука, деланная 8 рублей штука, сахар 8 рублей пуд, мёд 7 рублей 80 копеек-8 рублей пуд, сено 1 рубль-1 рубль 20 копеек воз, крупчатка I сорт 7 рублей 80 копеек пуд, II сорт 7 рублей пуд, махорка 8—9 рублей, свечи сальные 5 рублей пуд, стеариновые 10 рублей пуд, дрова берёзовые сажень 1 рубль 70 копеек-2 рубля 15 копеек, разной породы 1 рубль 50 копеек-1 рубль 60 копеек.

Примечание: Вследствие бывших на неделе буранов подвоз хлебов был незначительный. На последних днях повезли овёс от 1000 до 1500 пудов в день. На прочие хлеба требование хорошее, но подвоз и предложение тихое, требование же оживлённое.

С Ирбитской ярмарки требование на жировые товары и хлеба нет.

Сибирская торговая газета. №35. 22 февраля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское, Тобольской губернии, 11 февраля. Установившаяся на последних днях ветреная погода оживила настроение с хлебами. Пшеницу и рожь покупают, по-прежнему, оживлённо по старым ценам. Цены на овёс повысились на 1 копейку в пуд, вследствие заказов с Ирбитской ярмарки. По возвращении купечества из Ирбита, ожидают дальнейшего повышения. В ржаной и пшеничной муке ощущается большой недостаток, так как мельницы не могли правильно работать, вследствие морозов и недостатка воды; смалывают едва ⅓ часть прошлогоднего количества. Последние цены: пшеница 55 копеек, рожь 50 копеек, овёс 17—18 копеек, мука пшеничная 60 копеек, ржаная 50—53 копейки за пуд. Покупали с возов, партионных сделок не было.

Сибирская торговая газета. №45. 4 марта 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцево, Тарского уезда. Цены на все продукты за последнее время начинают повышаться – в последний базар 11 марта, мука ржаная продавалась за пуд 50 копеек, пшеничная 55—65 копеек и даже 70 копеек пуд, солод и простая ячменная крупа, горох по 80 копеек пуд, мясо 1 рубль 20 копеек-1 рубль 40 копеек пуд, цены на мясо, а в особенности на скота бойного сильно крепнут и весной ожидаются высокие; требование бойкое. Масло простое крестьянское топлёное 8 рублей пуд, в продаже его очень мало; молоко покупают 35 копеек за пуд, сено 1 рубль 30 копеек воз, копна 30 копеек, солома 30—50 копеек воз.

Дорога окончательно испортилась и подвозы затруднительны.

Сибирская торговая газета. №61. 23 марта 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-Пристань, 18 марта. Рынок: пшеница 50—51 копейка за пуд, рожь 49—50 копеек, ячмень 40—45 копеек, овёс 20—21 копейка, мука ржаная 50—55 копеек, пшеничная 60—65 копеек, просовая 80 копеек-1 рубль, горох 1 рубль, соль 35 копеек за пуд, масло коровье 7 рублей 50 копеек-7 рублей 60 копеек за пуд, конопляное 6 рублей-6 рублей 50 копеек, льняное 5 рублей-5 рублей 25 копеек за пуд, мужская пшеница 40—90 копеек, также с лошадью 60 копеек-1 рубль, женская подёнщина 25—30 копеек.

Примечание: Погода стоит холодная, ввиду скорого наступления оттепелей, когда дороги испортятся, крестьяне спешат продать излишек хлеба и вывезти его на пристани, почему подвозы увеличились до 4000 пудов в день, продают, главным образом, пшеницу и овёс. Цены на все сорта масла снижаются.

Западно-Сибирским пароходством принято на доставку 50000 пудов хлеба.

Сибирская торговая газета. №63. 25 марта 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-Пристань, Тобольской губернии. 24 марта, пшеница 50—53 копейки пуд, рожь 50 копеек, ячмень 30—35 копеек, овёс 20—21 копейка, мука ржаная 55 копеек, пшеничная 60—65 копеек, крупа ячная 80 копеек-1 рубль, просовая 80—90 копеек за пуд, мужская подёнщина 40 копеек-1 рубль, тоже с лошадью 80 копеек-1 рубль 40 копеек, женская подёнщина 20—25 копеек.

Погода холодная продолжается, дорога зимняя, подвоз хлеба: пшеницы и овса колеблется от 2000 до 3000 пудов в день; хлеб крестьяне продают большей частью сыромолотый, почему покупатели сушат его на сушниках Аккермана, а частью – своего изобретения, одна из последних, принадлежащая Мельниковы сгорела вместе с хлебом 19 марта. Остальные заводы и постройки были спасены благодаря быстро собравшемуся в праздничный день народу и руководству им священника, стражника и другим лицам. Ветер был сильный и горючего материала масса.

Подвоз молока на маслодельные заводы снова увеличился, цены заводчиками по всему уезду установлены по 35 копеек за пуд. С топлёным и сливочным маслом очень тихо, дел на неделе не было; требований: из Петербурга, Москвы и Астрахани нет, положение выжидательное. На минувшей неделе пущена ветряная мельница Г. Е-вой, построенная с ветродвигателем по системе Данишевского оказалась не прочной и перестраивается снова.

Сибирская торговая газета. №70. 4 апреля 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцево, Тарского уезда, Тобольской губернии. 30 марта пал порядочный снег, которым и воспользовались наши торговцы, почему базар вышел одним из крупных: съехались торговцы и покупатели из самых дальних пунктов, подвоз муки был хороший, но вследствие бойкого требования прошёл по хорошей цене: мука ржаная 55—58 копеек пуд, пшеничная 65 копеек пуд и, как исключения 55, но самого низкого качества (чёрная) и то в самом ограниченном количестве; крупа просовая 80 копеек пуд, ячная 80 копеек пуд, овёс 20 копеек пуд; мяса свежего в привозе было пудов до 100, цена на него была крепкая 2 рубля за пуд, зимнее прошло хорошее 1 рубль 50 копеек-1 рубль 60 копеек за пуд, поплоше 1 рубль 40 копеек и 1 рубль 20 копеек пуд, цена на мясо должна ещё повыситься. Сена и соломы, не смотря на хороший путь, в привозе было очень мало, а требование на него бойкое, вследствие чего давали цены от 1 рубля 40 копеек до 1 рубля 80 копеек за воз весом 10—12 пудов не более; солома прошла 60—70 копеек за воз; последние две недели были холодные и на сено требование увеличилось.

Привезены были колёса для простых телег, – покупали 3—5 рублей за скат, смотря по доброте.

Со всеми товарами расторговались рано; масло крестьянское топлёное 8 рублей пуд; яйца 1 рубль сотня свежие; рыбы свежей не было. Молоко на заводы принимают 35 копеек за пуд.

Сибирская торговая газета. №80. 18 апреля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань, 22 апреля. Пшеница 50 копеек, рожь 48—50 копеек, ячмень 30 копеек, овёс 20—23 копейки, мука ржаная 48—50 копеек, пшеничная 55—65 копеек, соль 35 копеек, масло коровье 7 рублей-7 рублей 20 копеек, экспортное 9 рублей-9 рублей 20 копеек, чай кирпичный 72 кирпича ящик 80 рублей, мясо русское 1 рубль 50 копеек-2 рубля, орех кедровый 4 рубля, кожа деланная 21 рубль за пуд. Мужская подёнщина 40 копеек-1 рубль 50 копеек, женская подёнщина 20—25 копеек.

По случаю праздников и наступивших полевых работ со всеми продуктами и товарами затишье. На пристани идёт усиленная сушка хлеба, предназначенного к отправке в Тюмень с первым рейсом. Иртыш прошёл 19 апреля, прибыли воды почти нет, выше осенней прибыло четверти на 2, а потому лёд шёл медленно или растаял на месте.

Ловить рыбу неводами не начинали и если бросали несколько тоней, то поймали незначительное количество, почему неводьбу и прекратили; сеять начали с 15 апреля, сначала овёс: опасаются поздних заморозков. Стоит ветреная погода.

Пароходов в приходе ещё нет. Контора «Товарищества» хорошо ремонтирована и отстоялась в затоне благополучно. Открытие навигации и молебен на конторке будет 25—26 апреля.

Вследствие наступления ранней весны, палы пущены также рано, горят луга и леса, делают в казённых дачах сухоподстой. Заготовка дров для пароходов окончена удачно.

Сибирская торговая газета. №91. 30 апреля 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцево, Тарского уезда, Тобольской губернии. Полная распутица, в начале апреля месяца, значительно повлияла на наш рынок, так как значительной части покупателей из Петропавловского винокуренного завода, за невозможностью переправиться через реку Тару, не пришлось быть почти что весь месяц, вследствие чего цены на муку понизились против мартовских; в общем в апреле цены были: мука ржаная 45—50 копеек, пшеничная 55—65 копеек за пуд, а плохой сорт даже 50 копеек пуд; требование на муку было слабое, хотя и в предложении было не особенно значительное количество, крупных сделок не было. Крупа просовая, ячменная осталась без изменений 80 копеек за пуд, в привозе её не большое количество; овёс продавали на пудовку от 20 до 23 копеек пудов, семянного хлеба на базаре совсем нет; семянной картофель продают 10 копеек пудовку, а лук доходит до 40 копеек сотня.

Свежего мяса было мало (в течение всего месяца не было 200 пудов), цена не повысилась: 1 сорт 2 рубля 40 копеек, 2 сорт 2 рубля за пуд, покупаются не охотно; вывозится пока много солёного мяса зимней забойки, которое проходится 1 рубль 20 копеек-1 рубль 40 копеек за пуд, но запас его не велик и цена на свежее может ещё повыситься хотя на недолгое время.

Сена и соломы – мало, хотя требования есть; приходится обращаться непосредственно к имеющим запасы и конечно не скупиться платить двойную цену.

Масла топлёного крестьянского очень мало, покупают 8 рублей пуд.

Рыба свежая щука появилась в последний базар 29 апреля и прошла по 2 рубля 40 копеек-3 рубля 20 копеек за пуд; воды нет и рыба не ловится окончательно.

В ночь на 29 апреля сгорела Грязновская заимка, жертвой огня сделались 13 дворов, вся домашняя утварь, птица и мелкий скот; свиньи, телята сгорели, погибла масса хлеба всякого рода не исключая и семянного.

Погода весь апрель стоит сухая без дождя с сильными ветрами, переходящими в бурю.

Сибирская торговая газета. №99. 12 мая 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. 14 мая посев хлебов окончен, стоит засуха, хлеба сохнут. Виды на урожай плохие; травы не растут; питание скота плохое, подвозы хлебов увеличились, а потому цены на хлеба понизились от 3 до 20 копеек в пуд.

Кроме проданных с весны партий овса, есть требование ещё на 15000—20000 пудов.

На пристани очень деятельно идёт нагрузка запроданного хлеба и выгрузка запроданного хлеба и выгрузка пришедших Ирбитских товаров.

Пароходы идут сильно загруженными и торопятся сплавить грузы, а потому срочное пассажирское движение не открыто.

С коровьим маслом дела улучшаются.

Сибирская торговая газета. №108. 24 мая 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. 30 мая. Хотя на неделе и перепадали небольшие дожди, но виды на урожай по прежнему, плохие; кобылка, несмотря на низкую температуру, продолжает размножаться и кое-где в Мало-Красноярской, Бергамакской и Карташёвской волостях начинает есть всходы хлебов, почему подвоз хлебов на рынке сократился и цены повышаются, пшеница 50 копеек, мука 60—70 копеек, рожь 45—48 копеек, мука 50 копеек, овёс 22—30 копеек, речка и озёра высыхают.

Сибирская торговая газета. №118. 7 июня 1900 года. Тюмень».

«Из деревни Волынкиной, Тарского уезда, сообщают: вследствие малой воды осталось не выплавленным хлеба: у С. Т. Окунёва 36000 пудов, Щербакова 70000 пудов, у Буркова 50000 пудов. Выведено из Волынкиной у Плотниковых 200000 пудов, Калинина 40000 пудов и у Буркова до 40000 пудов.

Село Муромцево, Тарского уезда, 30 мая. Цены на все продукты в течение мая месяца оставались без перемены, но в последний базар 27 мая цены вдруг повысились: муку ржаную продали всю по 50 копеек за пуд, пшеничную 65 копеек, но так как в привозе её было мало, то большинство покупателей уже к 6 часам утра не застали на базаре ни фунта, почему масса народа кинулась к местным продавцам на дома и здесь уже цена на ржаную поднялась до 55 копеек, а пшеничная до 75 копеек за пуд.

Не менее бойко торговали и мясом, хотя цены на него значительно повысились: хороший сорт прошёл по 3 рубля за пуд, средний 2 рубля 40 копеек, но не смотря на высокую цену – многие остались без запаса, вследствие чего пришлось делать дополнительную побойку 30 мая.

Рыбы в привозе очень мало и приходит она по высоким ценам 2 рубля 40 копеек-3 рубля 20 копеек за пуд, смотря по качеству и сорта, в предложении только стерлядь и щука.

Крупа: просовая и ячная прошла 1 рубль 20 копеек; икра солёная щучья 12 рублей за пуд, чебачья 6—7 копеек за фунт, последней в предложении порядочное количество.

Большим спросом пользовались колёса – прошли 4—5 рублей скат.

В большом количестве привозилась смола и дёготь невысокого качества, проходит: смола до 70 копеек, дёготь 80 копеек за ведро. На скот цена высокая, – продают его не особенно охотно. Молоко брали 35 копеек за пуд и далее цена пойдёт на понижение.

Масла топлёного крестьянского совсем нет; сало скотское топлёное проходит до 8 копеек за фунт, покупает его рабочий люд вместо масла.

Сибирская торговая газета. №121. 10 июня 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское, 6 июня. (Семейная драма, засуха, пожары и отправка хлебов).

Подвоз хлебов на рынке совсем прекратился ввиду быстро наступающей беды, цены растут. Старые запродные партии спешат отправить, на неделе Плотников погрузил овса 50000. От продажи ржи и пшеницы воздерживаются.

Пристань товарищества Западно-Сибирского пароходства и торговли завалена товарами.

Сибирская торговая газета. №124. 14 июня 1900 года. Тюмень».

«Село Евгащинское. Пристань, 16 июня.

Цены на хлеб растут, но в Мало-Красноярской волости чрезмерному повышению цен поставил предел гражданин Бурков, который, имея большие запасы ржаного хлеба, объявил на рынке, что выше 55 копеек за пуд ржаную муку и рожь 50 копеек продавать не будет, чем наложил узду на аппетиты кулаков. Пшеница сейчас 60 копеек, пшеничная мука 70—90 копеек пуд, овёс 35 копеек пуд, сено 1 рубль воз, масло 7 рублей 20 копеек-10 рублей, извёстка 35 копеек, соль 20 копеек, алебастр 25 копеек, алифа 5 рублей 80 копеек пуд.

Сибирская торговая газета. №134. 25 июня 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцевское, Тарского уезда. Цены на хлеб поднимаются; пшеничная мука, например, дошла уже до 80 копеек. Скот же в скором времени придётся продавать за бесценок из-за недостатка корма.

Сибирская торговая газета. №138. 1 июля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. 27 июня. С 23 июня по всему Тарскому уезду идут дожди, если они не окажут своего влияния на урожай хлебов, то по общему мнению, поправятся травы. Цены на хлеб стоят высокие: мука пшеничная 70 копеек-1 рубль, пшеница 60—65 копеек, рожь 50—60 копеек, мука 55 копеек. Много влияния на цены оказало купечество в Мало-Красноярском Бурков и в Евгащинске О. Калижникова и Мельников, которые объявили, что прокормят население, продавая не дороже ржаную муку 55 копеек и пшеничную 70 копеек. Спасибо Вам добрые люди. Рыбы нет.

Сибирская торговая газета. №140. 4 июля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. 4 июля. Засуха продолжается и видов на урожай хлебов и трав пока нет, поступает отсюда требование на пшеницу в Тюмень откуда, по случаю мелководья Иртыша, доставать пока нельзя. Калижникова в одну субботу продала 500 пудов муки пшеничной по 70 копеек, едут крестьяне из окрестных деревень. Мельников не выдержал и тут «корысть злодейка» заставила изменить слову. Он продаёт пшеничную по 80 копеек, ржаную 60 копеек, овёс на рынке 30 копеек пуд, партионных продаж не было. Мука пшеничная 1 рубль, поярок 8 рублей. Немытая шерсть 4 рубля, опоёк 40 копеек, волос 24—26 рублей за пуд.

Бурков муку ржаную продолжает продавать по 55 копеек.

Сибирская торговая газета. №147. 12 июля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское, 11 июля. Засуха продолжается; цены на всё крепнут. Дёшев лишь скот и мясо. На этой неделе не выдержала и Калижникова, повысив цену на пшеничную муку на 10 копеек в пуде. Пшеницу 3 месяца тому назад покупали только по 35 копеек, а муку продают 80 копеек. Бурков цены не повышает. Полный неурожай, последние цены: пшеница 70 копеек пуд, мука пшеничная 80 копеек-1 рубль пуд, рожь 50—60 копеек, мука ржаная 55—65 копеек пуд, овёс 35—45 копеек, мясо 80 копеек-1 рубль 20 копеек, язи 1 рубль 60 копеек пуд, сено 50 копеек-1 рубль копна. Соломы нет.

Сибирская торговая газета. №152. 18 июля 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. 18 июля. Сильные ветра, воздух горячий. Начали косить. Цены на всё быстро повышаются. Мука пшеничная 1 рубль, рожь 70 копеек, мука ржаная 75 копеек, мясо 1 рубль 20 копеек, овёс 40 копеек, чай 1 рубль 25 копеек за кирпич, сахар 22 копейки фунт, керосину нет совсем, свечи стеариновые 30 копеек.

Село Муромцевское, Тарского уезда. 17 июля. Здесь предстоит голодовка. Травы и хлеба погибли от засухи, а жалкие остатки поедает появившаяся в огромном количестве кобылка. В настоящее время стоят жары и дует сильный сухой южный ветер, разносящий облака песку по опустошённым полям. Цены на хлеб крепнут. Пшеничную муку продают 80 копеек и 1 рубль за пуд. Ржаная 75—80 копеек за пуд. Овёс 35—40 копеек пудовка. Скот в виду предстоящей безкормицы дёшев. Мясо на местном базаре продают лучшее 1 рубль и 1 рубль 20 копеек пуд; баранина 1 рубль 20 копеек пуд. Воз сена 3 рубля 50 копеек и 4 рубля.

Сибирская торговая газета. №157. 25 июля 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцевское, Тарского уезда. Здесь предстоит голодовка в полном смысле этого слова. Травы и хлеба погибли от засухи, жалкие остатки поедает появившаяся в огромном количестве кобылка. Неурожай трав и хлебов, по словам крестьян, простирается на всю южную часть Тарского уезда. Своевременная закупка хлеба из первых рук (приготовлено было к сплаву по реке Таре около 100000 пудов, по недостатком воды хлеб остался на месте) утолили бы несколько надвигающееся бедствие. Заготовка квашенного корма и древесного сена для скота, по нашему мнению, спасла бы не одно хозяйство от окончательного уничтожения скота. Цена на хлеб всё растёт и растёт. Пшеничная мука была на местном базаре в субботу, 15 июля, 80 копеек и 1 рубль пуд, ржаная мука 75—80 копеек пуд, овёс пудовка 40 копеек, дёшево только мясо за пуд 1 рубль, лучшее 1 рубль 20 копеек, баранина за пуд 1 рубль 20 копеек. Скот в виду безкормицы дёшев. В настоящее время стоят жары и дуют сильные знойные ветры, которые несут по опустошённым полям тучи песку.

Единственная надежда у крестьян была на покосы в казённых оброчных статьях «Алланны», место в 40—50 верстах от села; но там, говорят, благодаря малоснежной зиме и весенней засухе, травы вышли редкие и мелкие.

В начале лета сгорело много казённых и крестьянских лесов.

Сибирская торговая газета. №167. 5 августа 1900 года. Тюмень».

«Евгашинское-пристань. 11 августа. С 1 августа постоянные дожди, растительность оживилась, луга покрылись травою, корма в поскотинах поправились, скот поправляется. Хлеб, закупленный в Тюмени, доставлен. Подвоза крестьянского хлеба нет, покупают у скупщиков. Покосу и жатве мешает ненастье. Цены на рынке следующие: рожь у Буркова 45 копеек, ржаная мука 50 копеек, у остальных рожь и ржаная мука 80—90 копеек, овёс 40 копеек, мясо 1 рубль-1 рубль 20 копеек пуд, чай кирпич 1 рубль 40 копеек, сахар 22 копейки фунт.

Сибирская торговая газета. №178. 19 августа 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцево, 2 сентября. Небывалый урожай грибов. Усердные хозяева заготовили про запас по несколько десятков вёдер. Замечательно, что кроме местного употребления на грибы здесь спроса почти нет. Знатоки уверяют, что здешние сорта грибов не уступают костромским. Были случаи продажи груздей по 1 рублю 50 копеек за воз. Подвоз хлеба на базар слабый. Сегодня на местном базаре ржаная мука продавалась 75—80 копеек пуд, пшеничная 2 рубля 5 копеек-2 рубля 10 копеек. Мясо лучшее 1 рубль 20 копеек. Сено воз 2—3 рубля. Кирпичный чай 1 рубль 50 копеек кирпич. Керосин 6 копеек фунт. Картофель 15 копеек пудовка, капуста 2 рубля сотня, огурцы 1 рубль 50 копеек сотня, арбузы 15—20 копеек штука, яблоки 15 копеек фунт. Овощей было мало.

Евгащинское-пристань, 9 сентября. Погода с небольшими промежутками стоит ненастная, мешающая сбору сена, которого ныне наберётся очень недостаточно.

Ночные морозы погубили зелёные яровые хлеба – последнюю надежду; они будут скошены на сено, но и это едва-ли высохнет, если будет продолжаться ненастье.

Цены на все хлеба повышаются, подвоз хлебов на рынке прекратился, также нет в предложении и сена, что вызывает усиленную распродажу скота по дешёвым ценам, но покупателей на него очень мало, избирают местные богачи для откорма, так как подножные корма хорошие – зелёные. Крестьяне питаются покупным хлебом от местных коммерсантов, которые спешат и, в виду скорого закрытия навигации, закупают большие запасы в Тюмени от 60 до 70 копеек за пуд пшеницу, при чём доставка от Тюмени до Евгащинска обходится 7—8 копеек с пуда. Закупается также и низких сортов, крупчатка от 2 рублей 70 копеек до 3 рублей 50 копеек за 5 пудовый мешок. В Семипалатинскую область требование овса большое, на этой неделе отправлено туда овса 10000 пудов. Скоромного топлёного масла сбор довольно плохой, цены на все сорта масла понижаются.

В предложении имеется партия экспортного масла 1800 пудов, но покупателя нет. Продано масла 600 пудов в Астрахань, цена неизвестна. Движение пароходов идёт успешно. Дров на пристани нет.

Последние цены были: пшеница 80 копеек-1 рубль, мука 85 копеек-1 рубль 10 копеек, рожь 70 копеек, мука 75 копеек, овёс 40 копеек. Мясо 80 копеек-1 рубль 20 копеек, сало 4 рубля. Чай 1 рубль 35 копеек кирпич, сахар 23—24 копейки фунт. Рабочие руки вследствие повышения цен на жизненные припасы также дорожают.

Сибирская торговая газета. №202. 19 сентября 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань, 16 сентября. … Купечество спешит выписать хлеб из Тюмени. Цены повысились. Пшеница 1 рубль, мука 95 копеек и 1 рубль 10 копеек, рожь 70 копеек, мука 75 копеек, овёс 40 копеек, мясо 1 рубль и 1 рубль 20 копеек, сало 4 рубля 50 копеек.

Сибирская торговая газета. №207. 24 сентября 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань. Погода капризничает, день-два ведро, а затем снова дождь. Иртыш продолжает мелеть, воды на Екатерининском перекате менее на 1 вершок самого низкого уровня, наблюдавшегося в настоящем году; пароходы едва проходят с перегрузками, между тем грузов много. 28 сентября только в Евгащинске прошло 50000, преимущественно муки, народу для выгрузки мало и достать негде. Запас кормов для скота достаточный, голод миновал.

Евгащинское-пристань. 29 сентября. Подвоз местного хлеба на рынки отсутствует. Население питается старыми запасами от купцов и главным образом привозным из Тюмени и Пермской губернии. Цены повышаются; пшеница 1 рубль, мука 1 рубль 10 копеек, рожь 80 копеек, мука 85 копеек, овёс 40 копеек, мясо 1 рубль, сено 50 копеек копна, сало 4 рубля пуд.

Евгащинск. – Куплено в казну 18000 пудов ржи по 80 копеек; в Челябинске пшеница – 52 копейки. Скот обеспечен кормом.

Сибирская торговая газета. №218. 7 октября 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское. 23 сентября. Начавшееся с августа оживление продолжается, требование для местного населения усиливается, тогда как подвоз из Пермской губернии, по случаю сильного мелководья Иртыша, некоторыми пароходными фирмами уже прекращён. В Тюмени запаса низких сортов крупчатки нет; на неделе выписано 1500 мешков крупчатки, цены на которую повысились за последние 2 недели 40 копеек мешок. Купцы опасаются, что заготовленными запасами будут не в состоянии удовлетворить требование со стороны местного населения. Вследствие недостатка воды в речках, мельницы работают плохо, а потому на рынках не хватает муки. Приготовлена и будет отправлена пароходами на будущей неделе последняя партия овса в 10000 пудов для Семипалатинской области. Цены на рынках были следующие: рожь 25 копеек, мука 80 копеек, пшеница 85 копеек-1 рубль 10 копеек, мука 85 копеек-1 рубль 20 копеек, крупчатка III сорта 4 рубля 50 копеек-5 рублей мешок 5 пудов. Картофель 15—20 копеек пудовка, капуста 1 рубль 50 копеек сотня, лук 1 рубль пуд.

Сибирская торговая газета. №221. 11 октября 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское. 4 ноября. По случаю бездорожицы, подвозы хлебов на неделе ещё сократились. Бойко торгуют из магазинов. По всему уезду торжки и ярмарки, подвозят много мяса, кож, сала, овчин и прочее, масла топлёного сбор мал. Цены следующие: крупчатка II сорта 5 рублей 50 копеек и III сорт 4 рубля 50 копеек и 5 рублей куль 5 пудов, пшеничная мука 95 копеек и 1 рубль 20 копеек, ржаная 90 копеек и 1 рубль, овёс 40 копеек и 45 копеек за пуд, мясо 1 рубль 20 копеек, сало сырец 2 рубля, топец 4 рубля, масло 8 рублей, кожа 3 рубля 80 копеек, овчина 80 копеек и 1 рубль.

В Тарском уезде в виду малого количества заготовленных кормов многие богатые крестьяне отдают свой скот на прокорм крестьянам, причём установились такие условия – по 5 рублей с головы крупного рогатого скота и молоко в пользу кормящего; без молока по 9 рублей. Дожди после Ильина дня несколько поправили дело, недостатка в кормах не будет, так как собрано много зелёных овсов, пшеницы, лебеды и другого.

Сибирская торговая газета. №247. 11 ноября 1900 года. Тюмень».

«Село Муромцевское, 4 ноября. На местном рынке цены на продукты были следующие: пшеничная мука 1 рубль 5 копеек и 1 рубль 10 копеек за пуд, ржаная 85 и 90 копеек пуд; овёс 50—55 копеек пудовка. Мясо скотское 1 рубль и 1 рубль 20 копеек пуд, баранина 1 рубль 20 копеек пуд, свинина 1 рубль 60 копеек пуд, пара гусей 35 и 40 копеек. Рыба: окунь средний 2 рубля 40 копеек пуд, щука 2 рубля 40 копеек, карась 2 рубля пуд. Соль 35—40 копеек пуд. Сена воз 3 рубля-3 рубля 50 копеек. Крупа просовая 1 рубль 20 копеек пуд. Масла скоромного 60—70 копеек безмен. Чай кирпичный 1 рубль 40 копеек. Сахар 22 копейки фунт. Керосин 6 копеек фунт. Мыло 12 копеек фунт. Санный путь ещё не установился. Цены на сено и овёс крепнут. Скот дешевеет.

Сибирская торговая газета. №250. 16 ноября 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское-пристань, 11 ноября. На этой неделе выпала санная дорога. Снег идёт постоянно. В северной части уезда подвоз хлебов крестьянами увеличился, потому что взыскивают подати. Сбор топлёного масла тих, сала, мяса и кож хорош. Требование на масло тихое. Экспортёры от покупок воздерживаются. Крупчатка II сорта 5 рублей 50 копеек и 6 рублей за куль, III сорта 4 рубля 50 копеек и 5 рублей, пшеница 1 рубль, мука 90 копеек и 1 рубль 20 копеек, мясо 1 рубль 20 копеек, сало 4 рубля и 4 рубля 35 копеек; кожа 3 рубля 80 копеек и 4 рубля за пуд, рожь 70 копеек, мука 90 копеек, картофель 15 копеек.

Сибирская торговая газета. №253. 19 ноября 1900 года. Тюмень».

«Село Викуловское, 11 ноября. Существовали следующие цены: мука пшеничная до 80 копеек пуд, ржаная 60—65 копеек пуд, овёс 40, 45 и 50 копеек пуд, соль 35—40 копеек пуд; мясо от 80 копеек до 1 рубля 20 копеек пуд; рыба: щучина от 2 рублей до 2 рублей 40 копеек пуд, окунь от 1 рубля 60 копеек до 2 рублей 40 копеек пуд, чебак от 1 рубля до 1 рубля 70 копеек пуд, нельма до 5 рублей пуд. Дрова от 30 до 50 копеек воз, сено от 80 копеек до 1 рубля 20 копеек воз; дровни от 80 до 1 рубля 30 копеек – в привозе много и спрос на них большой. Рогожи 30—40 копеек штука, попоны по 5—10 копеек.

Сибирская торговая газета. №254. 21 ноября 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское, 24 ноября. Настроение хлебного рынка твёрдое, подвозов нет. Торгуют из магазинов весьма бойко, ввиду слухов о скором поступлении на рынки заготовленного на казённые средства хлеба цены остались на прежнем уровне. Морозы до 35º R. Пшеничная мука 95 копеек, ржаная 80 копеек, овёс 40—50 копеек за пуд, крупчатка II сорта 5 рублей 75 копеек, III сорта 4 рубля 50 копеек за куль. Мясо 1 рубль, сало 4 рубля 30 копеек, сырец 2 рубля 20 копеек, масло 8 рублей 20 копеек. Сбор масла хорош, рыбы нет.

Сибирская торговая газета. №264. 2 декабря 1900 года. Тюмень».

«Евгащинское, 9 ноября. Снег идёт не переставая, дороги удобные, погода тёплая. На неделе открыто 3 маслодельных завода. Подвоз масла мал. Все сорта масла без требования, большие партии на руках не проданы, поступили на заводы для перетопки, очистки и разлива. Вследствие подвоза хлеба из России в Омск и Татарку, а также выдачи по 30 фунтов из казны на ездока, цены понизились: пшеница 85 копеек, мука 90 копеек, рожь 70 копеек, мука 75 копеек, масло крестьянское 7 рублей 80 копеек, сено 3 рубля воз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.