Юлия Блохинцева
Унесенная временем. Часть 1

Унесенная временем.

Часть 1.

Глава 1. Друзья.

Ровно в 18.00 все громкоговорители ожили и воодушевленно зазвенела всем знакомая мелодия народного гимна, завершающая рабочий день.

«Едины мы и дружбою горды!

Вперед идем мы верною тропой…» пели они.

Солнце медленно заходило за горизонт, нежно освещая красными, теплыми лучами мужской квартал небольшого города, именуемого «Алмазный». Жизнь в нем оживала только к вечеру, когда разного рода труженики возвращались домой после продолжительного рабочего дня. Именно в это время бары на первых этажах недавно выстроенного новенького района распахивали свои двери для посетителей. Словно бурная река, растекалась толпа по маленьким ответвлениям улиц, заполняя все закоулки, и растворялась за яркими витринами, освещенными разноцветными огнями, которые сияли, словно лучи света, преломляющиеся в ограненном алмазе под разными углами. Становилось шумно, весело, где-то начинала играть музыка, перебиваемая смехом, доносившимся с разных сторон. Отовсюду лилась тихая, громкая, веселая или грустная речь. У каждого своя, все делились впечатлениями о дне, пытаясь насладиться теми часами общения, что заканчивались так неожиданно звоном будильника и воем уличных громкоговорителей, которые начинали утро ровно в шесть с проигрыша народного гимна.

Город был построен недавно, и теперь с каждым годом его щупальца в виде длинных, застроенных высокими домами улиц, становились все длиннее и длиннее, тянулись куда-то, напоминая солнечные лучи, исходящие от его центра и летящие куда-то вдаль сквозь галактику, поглощаемые её темной пучиной. В центре города, как огромная матка, объединяющая весь муравейник, возвышалось неимоверных размеров градообразующее предприятие, занимающееся добычей, обработкой и продажей алмазного сырья. Окружали его предприятия поменьше, необходимые для полноценной организации городской инфраструктуры. Здесь были разного рода производственные, торговые, транспортные компании. Компании сферы услуг. А дальше, ровными лучами тянулись от центра длинные улицы, застроенные многоэтажными домами. В некоторых местах лучи прерывались, и отделялись друг от друга пустыми, не застроенными полями.

Небольшая компания из трех молодых людей, уютно устроившись в креслах бара «Волки» задушевно вела светскую беседу, медленно потягивая пиво из покрытых инеем коричневых бутылок. Эти беседы они вели каждый вечер, стандартное развлечение для молодежи, которая только начинала свой жизненный путь.

– Ну, все, я решил двигаться дальше! – сказал темноволосый паренек своим товарищам. Он был немного старше их, и уже явно осознавал ценности жизни, знал, чего хочет и понимал, как этого добиться. Его густые волосы то и дело сползали на глаза, он нервно отмахивал их назад и приглаживал рукой, на которой красовались дорогие часы, каждый раз поблескивая в свете тусклых ламп бара. Его клетчатый оригинальный костюм из кашемира и белоснежная рубашка не просто говорили, а кричали о его успешной, деловой жизни. Он явно выделялся на фоне друзей, но не предавал этому никакого значения. – Скоро у меня добавится еще три души! Это позволит мне тут же занять пост заместителя снабжения информацией. Я все посчитал. Денег будет пруд пруди, и можно отправляться в путешествие, которое мы так долго с вами планируем. Благо государство берет львиную долю расходов по содержанию потомства на себя. Слава ЕвроссИи. – с этими словами он повыше поднял свою бутылку и жадно отпил пару глотков. Друзья повторили за ним.

– Вы с Софией? – поинтересовался сидевший напротив него голубоглазый парень. Он был самый молодой из всей компании. Вид у него абсолютно не соответствовал товарищу. Недельная небритость, мятая серая рубашка, рукава которой были закатаны по локти, чтобы невозможно было оценить чистоту манжетов, когда-то, по всей видимости, и сама рубаха была белой, спущенный галстук говорили о его полной отстраненности от жизни. Но вид у него был довольно мужественный, даже через одежду были заметны очертания его спортивного тела. Ростом он не перебивал друзей, но был широкоплечий и коренастый, лицо имело четкие очертания, темная щетина на лице и такие же темные волосы совершенно не соответствовали цвету его светлых глаз. Они были голубые, какие-то невероятно глубокие и проникновенные. Смотрел он обычно исподлобья, настороженно, и как бы сканируя говорящего с ним. Сейчас он слушал своего друга в пол уха, но, когда речь зашла о детях встрепенулся.

– Да, с ней! Она тоже ждет повышения. Ей пообещали неплохую прибавку, если появится еще трое. – Ответил тот. – А если бы не согласилась, я б нашел как решить свою проблему, желающих много! – засмеялся тот и провел вдоль себя руками, дабы друг понял, о чем он говорит. – Мои гены – золото!

– Но у вас уже есть семь – Удивлялся голубоглазый.

– Этого мало! Когда я захочу стать директором, у меня должно быть не менее двадцати. А я захочу! И очень скоро! – усмехнулся первый и снова отхлебнул из бутылки.

Андрей Исаев, паренек в кашемировом костюме был ярым карьеристом. Сразу после воспитательного учреждения, из которого их выпускали в шестнадцать лет, пошел работать специалистом по информационному снабжению. Главной его задачей был контроль за поступающей в сеть информацией. В девятнадцать он познакомился с Софией, юной девушкой, которая, как и он, пришла в центр для свиданий, потому что хотела двигаться по карьерной лестнице. В двадцать он стал обладателем трех душ и продвинулся по службе до главного специалиста отдела. А в двадцать один они снова встретились с Софией, и условились, что пора двигаться дальше, после этого появилось еще четыре души. Все семеро прекрасно себя чувствовали в воспитательном учреждении. Андрей их никогда не навещал, ему было достаточно знать, что они есть, записаны на него и отчислять определенный процент с заработной платы в воспитательное учреждение, как того требовал закон. А вырастая, дети должны были отчислять процент на его содержание.

Второй, что помладше, Артем Гордеев, был обычным менеджером огромной корпорации, он никогда не любил свою работу, и в любое свободное время занимался тем, что читал книги по физике, радиоэлектронике, квантовой механике и прочим подобным вещам. Его единственным увлечение было разрабатывать и собирать разные аппараты, чем он занимался в тайне от всех, и не показывал даже друзьям. Его небольшая квартира на 5 этаже располагалась над этим же баром, и была полностью завалена хламом, состоящим из разных болтов, винтов, железяк и прочего барахла. Где-то произошел сбой системы, который Артем не мог объяснить. Все дети в воспитательном учреждении обучались согласно своим способностям и интересам. В момент рождения специалистами астрологии и цифровому анализу составлялись различные карты, полностью описывающие предрасположенность ребенка, его сильные и слабые стороны, определялась будущая профессия. Все знания подавались согласно этой программе. В шестнадцать лет, выходя во взрослую жизнь, человек обладал всеми навыками и умениями, необходимыми для работы, ради которой он был рожден. Так решалась проблема самоопределения и реализации. Все что оставалось делать, это двигаться по карьерной лестнице вверх, или вниз, у кого как получалось. Проблем никогда не возникало, люди любили свою работу и полностью растворялись в ней, потому что другой цели своего существования никто не видел.

Третий парень, Григорий Тихонов, который сегодня был совершенно не в духе и все время молчал, был очень худой и высокий, его длинные мозолистые пальцы сразу выдавали в нем музыканта. Он играл на электрической гитаре в одной из местных групп, и был весел лишь тогда, когда его посещало вдохновение. Все остальное время – это был крайне угрюмый, скучный, молчаливый молодой человек, который, казалось, утратил интерес к жизни в самый момент своего рождения, когда первый раз открыл глаза и заплакал не от боли первого вздоха, а от осознания себя здесь, в этом материальном мире. Друзья привыкли к его молчанию. И даже не обращали на него внимания. Погруженный весь в себя, он совершенно не слышал сути разговора, единственное, что его волновало, это то, что он никак не может найти сюжета для новой песни. За вдохновением надо было отправляться в путешествие, которое приглашал Андрей, но у него не было ни сил, ни желания, ни талонов на путешествия, которые выдавало государство в качестве поощрения за хорошую работу. Круг замкнулся.

– Слышали, что в стране творится? – Неожиданно, тихо произнес Андрей.

– Наслышаны, – откликнулся Артем, совершенно не выказывая заинтересованности.

– В сети только это и обсуждают, мы сначала удалять пытались, но не справляемся, волнения по всей стране. И, главное, эпицентр, говорят где-то здесь, в женском районе. Строй их политический не устраивает, хотят менять. А чем корпоракратия плоха? Работай – потребляй – наслаждайся. Лично я их не поддерживаю, меня жизнь полностью устраивает. – Он снова приложился к бутылке в его руке, но та оказалась пуста, тогда он подозвал официанта, и ему принесли новую, только что вынутую из холодильника. – Трудись – и все у тебя будет, а если ты работать не хочешь, так тут любой политический строй не устроит.

– Да они больше против ограничений выступают, – высказался Артем, – хотят запреты передвижения снять.

– А меня лично устраивает, что женщины там у себя, в женском районе, нечего им тут делать! Отвлекали бы только от глобальных мыслей, за рабочий день их пустого трепа наслушаешься, к себе скорей бежишь. Как раньше люди жили, не пойму. Чтобы карьеру строить, нужно о работе думать, а главное в жизни это что? Самореализация конечно! Реализация потенциала и выполнение предназначения! А все отношения, которые порабощают человека, делая его беспомощным созданием нужно убирать! “Ибо что такое жизнь, если она не есть деятельность?” как говорил Маркс. Главное, чтобы эти волнения погасили вовремя, а-то, как известно из искры возгорится пламя. Чего полицаи ждут, не понятно, указ у них какой-то сверху что ли?

– Поживем, увидим, – Покачал головой Артём, – Мне лично все равно, я не женщина! Давай расходиться, поздно уже.

– Гришаня, – окликнул парня кто-то из товарищей. Тот нехотя перевел взгляд с мотылька, кружившего вокруг лампы под потолком, на друзей. – Ты идешь? Мы по домам. – Иду, вяло ответил тот и вышел за друзьями.

Уже стемнело. Вокруг зажглись огни. Воздух был наполнен свежестью, которую ощущаешь после дождя. Чистый, прозрачный воздух, его хотелось вдыхать еще и еще, издали доносились ароматы цветущих деревьев. «Странная ночь» – пронеслось в головах каждого, ведь такая свежесть ощущалась крайне редко. Квартал был застроен без зеленых зон. Только огромные деловые строения, с яркими огнями на множество жителей. На первых этажах – бары, бары, бары, иногда можно было встретить книжный магазин, магазин техники или одежды. Музыка, рокот, рядом куча запаркованных машин, свет фонарей, фар, мокрый асфальт, вот, что представало глазам и ушам, и совершенно не ласкало их. Друзья пожали руки, пожелали друг другу приятной ночи и разошлись.

Артем медленно завернул за угол дома, прошел через арку и оказался внутри бетонной коробки, где располагался маленький дворик. Солнце почти никогда не освещало это место, сильно уж близко стояли стены домов. Местные прозвали его курилкой. Здесь был душный и затхлый воздух, но стояло несколько скамеек, для удобства проживающих. Часто здесь собиралась компания мужчин разного возраста, они вели споры и играли в азартные игры на деньги, иногда кто-то выносил инструменты для увеселения и они, проорав пару не складных песен, расходились по домам. Сейчас скамейки были пусты. Артем присел перевести дух и посмотрел по сторонам. Пара мрачных, скрюченных от недостатка света и воздуха деревьев окружала его. Урны у подъездов были пусты, но откуда-то явно тянуло гнилью. Артем услышал позади до боли знакомое жужжание, дрон-контралер облетел его, и завис на пару секунд, чего-то ожидая. Парень недовольно мотнул головой и протянул дрону правую руку, на тыльной стороне которой, чуть выше ладони было выбито несколько чисел, стоящих равными рядами друг под другом. Дрон отсканировал код и тут же полетел дальше.

– Падла – пробурчал Артем в след улетающему от него дрону. Эти цифры несли в себе все, кто, где, когда и что. Они наносились в обязательном порядке каждому рожденному жителю Евросии. Это было и средство расчета, и средства пропуска в нужные заведения, а главное это было средство контроля со стороны государственной власти.

Света вокруг почти не было, пара фонарей над подъездами тускло мерцали, только одна вывеска на стене была хорошо различима с любого ракурса: «Лучший способ делать карьеру – работать на того, кто делает карьеру» гласила она. Такие вывески были повсюду, они были ярко освещены, смысл всегда был один. Главное строй свою карьеру! Артема затошнило от этих слов, он поднялся и одиноко побрел в свою маленькую, не любимую им квартирку.

Глава 2. Девушка из прошлого.

Свет зажегся. Дверь хлопнула, и что-то с грохотом повалилось на пол, звук разлетающихся по полу болтов привлек внимание дрона-контролера за окном, яркий свет осветил комнату, проконтролировав ситуацию, и жужжание удалилось. Артем перешагнул через рассыпанное по полу добро и вошел в свою маленькую комнату. Комнату предоставляло государство, когда дети выпускались из воспитательного учреждения. Здесь было все необходимое, душ, кровать, стол, шкаф и даже небольшая печь умещалась рядом со столом, хотя никто не имел обыкновения готовить сам, все заказывали уже готовую пищу, ведь это было дело уже других людей, которые тоже строили свою карьеру. Печь порой использовалась, как способ что-то разогреть. Хоть места и было мало, но Артем умудрился впихнуть по середине комнаты огромный металлический аппарат, напоминающий надутую бочку, со множеством кнопок, рычагов, проводов, диодов, и компьютерных дисплеев. Он собирал его уже два года, пытался сам повторить машину для телепортации, которую уже создали лет десять назад, освоив процесс квантового тунеллирования, и успешно эксплуатировали. Артем перечитал все журналы с этой новостью, нашел в сети все доступные схемы и чертежи, и, вроде, все было предельно ясно с запутанными частицами, с их состоянием в суперпозиции, но машина так и продолжала стоять мертвым грузом, занимая место, в и без того маленьком помещении.

– Чертово корыто! – просачиваясь вдоль стены, огибая аппарат, произнес парень, и этот момент его правая нога поскользнулась на рассыпанных по полу болтах, он пошатнулся, и резко полетел вниз, ухватившись за провода, которые болтались у него под рукой. Машина зашипела, загудела, свет вспыхнул ярким синем пламенем, озарив помещение, словно солнечной вспышкой и погас. Воцарилась тишина. За окном снова послышалось жужжание дрона.

Артем лежал на полу, запутанный в проводах, в бок что-то сильно кололо, глаза не различали предметов в темноте, и еще продолжали транслировать сияющих зайчиков после яркой вспышки. Он попытался встать, но не мог разобраться за что ухватиться. Вдруг сердце замерло… Сквозь гробовую тишину он отчетливо услышал стук, тот сначала был тихим, но становился все сильнее и сильнее. Стучали там, в аппарате! Парень, который сначала никак не мог подняться, вдруг резко и без труда вскочил на ноги. По спине потек холодный пот. «Почудилось» – подумал он, когда стук стих. Но нет, в этот момент заколотили еще сильнее с каким-то ужасающим, душераздирающим воем. Артем включил автономное освещение и подошел к аппарату. В нем что-то бушевало, от неведомой силы, которая неистово билась внутри, он покачивался и скрипел. Идти было трудно, ноги обмякли и совершенно не могли удержать тяжелое тело, глаза нервно бегали из стороны в сторону, руки охватил мелкий тремор, но ситуация требовала решения.

– Кто там? – Крикнул Артем, не решаясь отпирать дверь. Стук снова затих. – Кто там? – повторил парень снова срывающимся от волнения голосом и, ощутив подкативший к горлу ком, закашлялся.

– Я – испуганно ответил ему женский, дрожащий голос.

Делать было нечего, пришлось набраться решимости и открыть тяжелую металлическую дверь. Она с грохотом поддалась его движениям, и взору широко отрытых испуганных глаз Артема предстало нежное заплаканное создание. Девушка не высокого роста, одетая в летний сарафан испуганно смотрела на него. Её распущенные, каштановые волосы прилипли на мокрых щеках и спадали дальше до пояса. Он не решительно подал ей руку, помогая вылезти из ужасающего её ящика в котором она неизвестным образом очутилась.

– Кто ты? – тихо спросил Артем, который все еще не мог понять, что произошло и, что вообще теперь со всем этим делать. Но в эту минуту, не успев дождаться ответа, он услышал то самое знакомое жужжание за окном. Быстрым движением он снова втолкнул девушку обратно и сам прижал её своим мощным, молодым, полным жизни телом. Девушка не успела вскрикнуть, как он прижал руку к её рту, на секунду комнату осветил луч прожектора и звук снова стих.

–Прости! – отпрянул Артем, смущаясь всей ситуации, – прости! – Он снова помогал девушки обрести свободу, переступая через порог аппарата. – Просто здесь не должно быть девушек, контролеры за этим следят… А ты… Ты почему-то здесь! – Лепетал он, словно ребенок. – Я честно, не понимаю, машина не работала. Она не должна была работать. Я даже не знаю, что там замкнуло. – Тут он схватил чертежи, судорожно их перелистал – Я обещаю все исправить. Скоро мы вернем тебя туда, откуда бы ты не была. – Девушка молча озиралась по сторонам. Тут ему пришла в голову мысль, что если этот телепортатор перенес её сюда, то можно просто отвезти её обратно и все проблемы будут решены.

– Ты откуда? – обратился он к ней. – Из женского квартала? Или из другого города? – тут он увидел, как она испуганно рассматривает обстановку вокруг себя, и тоже посмотрел по сторонам. В мрачной маленькой комнате совсем не было свободного места. Он не напрягал себя уборкой. Вещи были разбросаны в разных местах и чистые, и грязные лежали вместе. Небольшой диван, который служил и табуретом для приема пищи, и кроватью для сна, и местом для приема гостей был похоронен под огромной кучей книг, журналов, грязной посуды, тетрадей с заметками. Оставалось только догадываться каким образом, и в какой позе этот молодой человек отходил ко сну. – Тут немного не прибрано. – Смущенно пробормотал Артем, и начал расчищать место на диване, перенося стопки книг в другое место. – Присаживайся. Он указал на только что расчищенное пространство, а сам уселся рядом прямо на стопке журналов. Девушка не смело опустилась на диван, вытирая мокрые от слез глаза. Дыхание уже стало ровным, ужас понемногу отступал.

– Меня Артем зовут. Артем Гордеев, я менеджер в Алмаз Компани. А тебя как зовут?

– Маша, – не смело, еле слышно произнесла девушка. Плечи её еще дрожали, но тон незнакомого ей молодого парня успокаивал и белое, как у привидения лицо понемногу начал заполнять здоровый румянец.

– Я тоже испуган, понимаешь, я тебе плохого не хотел, и вообще не думал, что ты здесь окажешься. – Речь его была бессвязной, глупой, и, глядя на него, девушка даже чуть улыбнулась. – Ты мне скажи, откуда ты, и мы решим проблему. Просто если тебя здесь обнаружат, меня выкинут с работы! Мне так нельзя, я уже порядком проштрафился, для меня это смерть! Девушки здесь находиться права не имеют, есть правила, даже не правила, а государственные законы! Есть специальные места для свиданий. – Он явно нервничал. Вдруг, неожиданно вскочив, он схватил свою одежду, лежавшую все это время в дальнем углу, – давай мы тебя переоденем в парня, и я проведу тебя к твоим! – Артем сунул ей в руки скомканные вещи.

– К своим? – переспросила девушка. – Это куда?

– Ну, к вашим, в женский район. Ты же, оттуда? Откуда тебе еще быть? – он вопросительно уставился на нее своими голубыми глазами, и жадно ждал ответа, в надежде, что ему не придется ехать в другой город, или, не дай Бог, в другую строну.

– Я из Самары, это в России. – Ответила девушка и снова заплакала. Артем остолбенел. Такого города давно не существовало, он читал о нем в сети, и видел на старых картах, но не более. Но как могло такое произойти?

– Из Самары? – недоверчиво переспросил он. – Ты не ошибаешься?

– Конечно, нет! Как можно перепутать город, в котором живешь? – девушка жалобно посмотрела на него.

– А какой сейчас год? – Напряженно, затаив дыхание, спросил Артем.

– 2015 – уверенно ответила девушка и вопросительно посмотрела на него. Тот, стиснув зубы, издал оглушительный стон, такой, что кровь в жилах застыла.

– Не может быть! Что ты несешь? Сейчас 2178! – возопил парень. – Подумай еще раз. Ты что-то путаешь. Этого просто не могло случиться! Этот аппарат не машина времени! Слышишь! И он вообще не рабочий! Как ты вообще тут очутилась? – Он схватил девушку за плечи и нервно тряс, пока она снова не заплакала. Потом отпрянул, схватился за голову и прислонившись к стене, медленно скатился вниз. Так он просидел некоторое время, приходя в себя. Девушка тоже молчала. Видно было как шевелятся вздувшиеся вены на его лбу. Он напряженно о чем-то думал, погрузившись глубоко в себя. В комнате было тихо. Свет тускло освещал двух молодых людей разного пола, которых неожиданно свела судьба при таких странных обстоятельствах.

Тишина обволакивала и пугала.

– Так, – наконец произнес Гордеев, поднимаясь с пола, ноги совсем затекли и не слушались. – Для начала надевай то, что дал. – Голос его звучал уже уверенно и требовательно. – Я посмотрю, что произошло с аппаратом. А ты пока сиди тут.

Некоторое время он молча ковырялся в проводах. Мария сделала, как он велел. Одежда была велика, и смотрелась очень нелепо. К тому же она как-то странно пахла и была совершенно измята. Маша долго пыталась собрать волосы, а потом, увидев в другом углу что-то напоминающее кепку, уверенно натянула на голову. Образ стал более или менее напоминать коренастого, странного паренька. Страх сменился диким любопытством. Она с интересом следила за новым знакомым, который несколько раз обошел аппарат, что-то напечатал на компьютере, потом взял чертежи и стал записывать не понятные ей формулы.

– База для телепортации – квантовая механика, – бормотал он себе под нос, – а здесь другое, теория относительности, допускает существование кротовых нор, неких перемычек, которые соединяют две точки пространства и времени. Каким-то образом образовался тоннель между тем годом и этим. Но что могло его создать… – Парень замер, прикусив конец ручки, которой писал, и стал всматриваться куда-то вглубь комнаты.

«Машина времени» – несбыточная мечта всех предыдущих поколений, недосягаемая и не объяснимая. Как же хотелось её заполучить всякому, столько теорий разработано, столько опытов проведено, а все для чего? Стать его «повелителем», научиться останавливать время, замедлять, менять по-своему. Это важнейший человеческий ресурс, который приводит в движение все живое. Ему нет начала и конца, оно течет со своей скоростью и не поддается контролю. Сохраниться, как в игре, и продолжить с другого места, замедлить все, или заглянуть в неизвестность, чтобы узнать, чем все закончится. Остановиться и подумать, или вернуться и изменить свое решение. Какие возможности откроются тому, кто сможет его обуздать. А существует ли оно вообще, в глобальном масштабе, или это всего лишь необратимый процесс изменения того существа, который явился в этот мир? Существует ли эта шкала, которую мы так уверенно делим на прошлое, настоящее и будущее, и в самом деле ли оно так однонаправленно в сторону расширения вселенной или понятия «вперед» и «назад» зависят от смотрящего и двигающегося в пространстве? Единственное мы знаем точно, что время – это непрерывная величина, которая протекает равномерно и не может измениться.

– Значит 2178… – протянула Маша, решившись на разговор. – Не думала, что доживу. – Артем недоуменно поднял взгляд на девушку, удивляясь не совсем уместной шутке, и снова продолжил изучать провода. – Это хотя бы Россия?

– Нет. – Резко ответил парень, не отвлекаясь от своих дел, но Маша была намерена выяснить наконец где конкретно она находится.

– А что тогда? Мы же на одном языке говорим!

В этот момент Артем выпрямился, устало потянул спину, пытаясь размять затекшие места, и крикнул в сторону стены.

– Эй, Старина! – Стена вспыхнула, как огромный телевизор при включении, и на ней появилось объемное изображение старика с добрым лицом, глаза его покрывали морщины, а белая борода без конца тянулась куда-то вниз. Он был словно живой.

– Привет Артем. Как дела? Я тут нашел для тебя пару новых книг. – Заговорил старик на стене – Тут он заметил, что Артем не один и сконфузился. – Привет, друг Артема, как поживаете? Как вам погода? Передавали дождь! – Пораженная Маша помахала ему рукой, но не смогла ничего ответить.

– Это мой виртуальный друг. Не пугайся. У всех такой есть, только образ разный, каждый под себя выбирает, – объяснил Артем. – Мне этот нравится, кладезь мудрости и знаний! Старина, расскажи моему другу о России. – Обратился Артем к помощнику, снова нагибаясь над злощастной машиной.

– Согласно общеизвестным данным, которые мне удалось найти – начал старик. – Россия, государство, существующее до 2057 года. После победы в третьей мировой войне было переименовано в Евросию, поглотив страны Европы. – Мария ахнула. Это было слишком удивительно. Она, конечно, читала рассказы про путешественников во времени, про такие чудо-машины, которые могут перемещать людей на огромные расстояния, в её время хватало писателей-фантастов, которые умело предсказывали будущее, заглядывая в какие-то потаенные уголки общего сознания вселенной. Она видела компьютеры, телефоны, прочие технологии. Но здесь все было слишком не похоже на её представления о будущем. Она, почему-то, думала про летающие машины, про жизнь на других планетах, про роботов, человеческого вида. Ей было страшно, она находилась почти за 200 лет от своего дома, где могли теперь никогда не увидеть. Но какое-то странное чувство останавливало её от убийственного отчаяния. Где-то в глубине души она радовалась тому, что с ней произошло что-то невероятное, что никогда ни с кем из её времени не происходило. Она смогла соприкоснуться с будущим. Надолго ли? А может это всего лишь сон, и она просто крепко спит в своей теплой кровати в родном городе. Больно ущипнув себя, дабы убедиться в том, что действительно не спит, она обратилась к Артему.

– Я забыла, как вы представились?

Парень снова выпрямился, меняя одну отвертку на другую.

– Артем. – ответил он сухо, продолжая работать.

– Приятно познакомиться, Артем. – Он медленно кивнул ей в ответ. – Ну, раз уж я, каким-то неведомым образом оказалась здесь по вашей вине, может тогда, хотя бы, расскажите о себе, и о вашем времени.

– Вы меня отвлекаете – коротко обрезал Артем, неожиданно для себя перейдя в разговоре на Вы. Он не хотел сейчас ни о чем рассказывать, и ничего не хотел обсуждать. Мысль о том, что ровно в шесть на улице зазвучит гимн, и нужно будет собираться на работу, не давала ему покоя. Часы показывали два, а дело не сдвинулось с мертвой точки, он упорно продолжал крутить провода, больше даже для вида, что он что-то пытается предпринять. Голова отказывалась работать. И еще больше не хотелось думать о последствиях. По закону нахождение девушки в мужском квартиле являлось тяжелым преступлением и страшно наказывалось вплоть до заключения под стражу на несколько суток.

–А почему? – Попыталась опять спросить Маша.

– Я занят.

– Но…

– Давайте спать, завтра будет ясно, – наконец признался он сам себе, что пора кончать с этим делом. Мария вздохнув, покорилась его воле. Она тоже ужасно вымоталась сегодня. Он освободил диван от остатков вещей, уложил её, а сам лег на полу, закутавшись в одеяло.

Глава 3. По-другому…

Еще солнце не успело запустить свои желтые щупальца в окна домов, как громкоговорители неожиданно ожили и зазвучали на всю улицу громогласно выводя слова народного гимна, пробуждая тружеников разных профессий и возрастов.

«Едины мы и дружбою горды…»

Звучала многоголосная песня под торжественное звучание труб и барабанов.

«…Вперед идем мы верною тропой!

Нам не страшны превратности судьбы,

Мы за свою страну стоим горой!..»

На улице становилось все громче и громче, тротуары заполнились людьми в деловых костюмах, в рабочих робах, в спортивных тренировочных штанах. Кто-то уже решал вопросы по телефону, кто-то ел на ходу, спотыкаясь о ноги проходящей мимо толпы и, то и дело, тыкая во всех своим бутербродом. Машины наперебой пикали друг другу, пытаясь скорее покинуть парковочное место. Жужжали дроны-контролеры. После гимна громкоговорители запели еще более воодушевляющие песни, и настроение толпы все поднималось, с каждой новой нотой, доносившейся до их ушей.

– А почему там одни мужчины? – спросила Мария глядя в окно, с интересом изучая проходящую мимо толпу.

– Потому что это мужской квартал! – коротко ответил Артем, натягивая рубаху. Он уже сильно спешил, и бегал по дому в поисках остальных вещей.

– Т.е. есть женский?

– Естественно.

– А как вы встречаетесь?

– Есть район для свиданий. Бары парки, кинотеатры. Все что душе угодно. – Продолжал отвечать Артем, затягивая непослушный галстук. Опаздывать было нельзя. Любое опоздание, даже самое маленькое всегда наказывалось, либо финансами, либо движением вниз по служебной лестнице, но Артем и так уже находился в самом низу, прекрасно понимая, что будет дальше. Государственный строй был организован таким образом, что отпадала всякая необходимость содержать аппарат наказания. Людей просто опускали вниз. Никто туда не хотел. Обслуживающий персонал не имел статуса и уважения. Общество сформировало к ним устоявшееся отношение, тому же за работу платили крайне мало, и человек вынужден был работать, не жалея себя, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Кражи, грабежи и разбойные нападения, которые раньше совершались с целью обогащения, теперь ни к чему не приводили, из оборота были полностью изъяты наличные денежные средства, и все расчеты теперь проводились при использовании кода на руке. Дорогие вещи, драгоценности невозможно было сбыть нелегально, этот рынок был давно прикрыт, все по той же причине, ведь передвижения денежных средств со счета на счет были под полным тотальным государственным контролем. Даже еду невозможно было себе добыть при помощи нападения, все питались в общественным местах, или заказывали домой готовые блюда, которые тут же поглощались. А общественные места находились под охраной дронов и полицаев. Остаться без средств к существованию, означало погибнуть голодной смертью. Уходить из города означало то же самое для не приспособленного к самостоятельной жизни системного человека. А сумасшедших, которые все же имели наглость выступить против власти, куда-то бесследно исчезали, поэтому, люди были, по большей части, смиренны и сговорчивы.

– А когда вы вступаете в брак, где живете? – продолжала задавать свои вопросы Мария.

– Во что вступаем, прости? – переспросил Артем.

– Когда вступаете в брак, где живете? – повторила Мария, – У вас и для семей свой квартал?

Тут Артем снова обратился к стене: «Старик, что такое брак?» Мария подняла на него удивленные глаза, ведь все знали это слово, и не могло такого случиться, что в бедующем оно будет не известно.

Стена снова вспыхнула, миллионы пикселей вывели на экран уже знакомого человечка.

– Вот что мне удалось найти. – Заговорил он. – Брак – архаизм. Ранее – семейный союз мужчины и женщины, основанный на их правах и обязанностях по отношению друг к другу и к детям. Так называемая «Семья» ограничивала физическое и психологическое развитие индивида. Приводила к постоянным депрессиям, что сказывалось на работоспособности. А желание строить карьеру, не отвлекаясь на детей, или производить на свет только одного потомка вело к вырождению нации. Семья как отжившая себя ячейка общества была ликвидирована после третьей мировой войны. Необходимо было восполнить потери населения, а также, восстановить страну в короткие сроки. Тогда государством были разработаны пути выхода из кризиса. Введен налог на бездетность для лиц старше двадцати пяти, ограничено продвижение по карьерной лестнице для лиц, работающего населения, и созданы специальные воспитательные центры, позволяющие производить новые поколения без отрыва от производства.

– А как же… – начала было Мария.

– Я опаздываю. – Крикнул Артем, захлопывая за собой дверь – Оставайся тут, приду как можно раньше, захочешь есть, скажи старине что надо, он все закажет. И не попадайся дронам!

Ещё один рабочий день. Не такой, когда забываешь обо всем, отдаваясь своему делу, а такой, когда секунда кажется вечностью, и когда бы не посмотрел на часы, они показывают одно и тоже время. Когда приходится их периодически трясти, дабы убедиться, что они все ещё работают. Бумаги, звонки, люди, бессмысленные разговоры, кофе, кружка за кружкой, крики, шлепанье печатей, монотонные голоса формирующих запросы нейронным сетям. Все это окружало менеджера младшего звена. Он попытался отпроситься, но уйти с работы без причины было невозможно, чувствовал он себя прекрасно, чтобы сослаться на недомогание, а в недельном расписании не стояло никаких важный задач, из-за которых могли отпустить, ухватиться было не за что. Пришлось дожидаться окончания рабочего дня.

В шесть вечера снова заиграл гимн, и, как по команде, все работники, с чувством выполненного долга покинули свои рабочие места. Артем бежал, распихивая толпу. Но бежал не домой, а в бар, где всегда в одно и то же время его ждали любимые друзья. Он прибежал первый, никого из товарищей ещё не было на месте. Да и бар был почти пустой, бармен тихо натирал стакан за стойкой, ожидая посетителей, официанты протирали столы. Без лишних слов Артему принесли бутылочку любимого пойла, он уселся, нервно поглядывая на часы.

– Ну быстрее, давайте быстрее, – бормотал он. Через некоторое время бар стал наполняться народом, послышался весёлый, оживленный гул. В дверях появился Григорий. Он был, как обычно, мрачен, и тихо проследовал на свое место, пожав руку товарищу, при встрече.

– Ты сейчас обалдеешь! – начал Артем, – Андрей придет, я расскажу!

Андрей не заставил себя долго ждать. Его появление заметили все и одобрительно поприветствовали.

– Всем пива за мой счёт. – радостно произнес он. Толпа разразилась овациями, и веселым свистом.

– Сегодня меня повысили, даже раньше срока! – не успев подойти к столу объявил он. Глаза его горели, воодушевление било через край.

– Вот это да! Поздравляем тебя, братишка! – парни подняли бутылки, одобряющее похлопали друга по спине и выпили за его успех!

– Сегодня кутим весь вечер! – продолжал тот, пританцовывая.

– Погоди, у меня есть такая новость, тут такое произошло!

Артем склонился над столом, подзывая друзей сделать так же. Когда их головы приблизились друг к другу, он тихо начал рассказывать о вчерашнем происшествии. И о том, кто сейчас ждёт его дома.

– Ты с ума сошел? – заорал Андрей. Артем замахал руками, показывая, что надо говорить тише. – Ты больной! – Не унимался тот. – У тебя девка в квартире! А ты сидишь здесь?! Беги, решай проблему, которую создал! Ты вообще понимаешь, что может быть?! Если контролер её обнаружит, это конец! Они сразу считают чья это квартира, кто её хозяин, и с кем ты общаешься! Меня только повысили, а я не собираюсь отправляться разгребать мусор из-за тебя! Как бы не так! Черт возьми! Разберись с этим! – его глаза злобно сверкнули – Я здесь не останусь! Мы не виделись, понял? И вообще я тебя не знаю, а ты не знаешь меня! – Он встал, откланялся и вышел прочь, видимо в поисках другого бара, ведь повышение никто не отменял, а здесь находиться уже не было желания.

Громкие речи за столиком сменились гробовой тишиной, которую неожиданно прервал Гриша.

– Это потрясающе! – произнес он своим хрипловатым голосом. – Я хочу её увидеть!

Распрощавшись в остальными отдыхающими, двое парней быстро вышли из бара и завернули за угол. Идти было не далеко, и через минуту они уже открывали дверь за которой находилось невиданное чудо – девушка из прошлого.

Артем вошёл первый и замер. Это была не его квартира! Он оттолкнул друга, снова вышел на лестничную клетку, посмотрел на номер двери, и зашёл снова, нет, все верно, его. В квартире пахло свежей выпечкой, запах заполнял собой все пространство, просачиваясь в самые недоступные места, вызывая обильный приток слюны. Казалось, на него можно лечь, и он отнесет куда-то далеко-далеко, в беззаботную страну наслаждения. Никогда ещё в этой квартире так не пахло. Артем огляделся по сторонам, там, где находились горы вещей и книг, теперь было чисто, все было расставлено по местам, книги на полках, журналы красовались аккуратной стопкой на подоконнике, от грязной посуды не осталось и следа. Комната, почему-то стала большой и просторной, даже металлическая бочка теперь не отнимала столько места. Артем открыл рот от изумления, пытаясь что-то сказать, но тут его заметила Мария, которая только что вынесла кучку постиранного белья и хотела убрать его в шкаф.

– Артем! Я тут немного навела порядок, вы не против? Заходите, не стойте, у меня всё готово, я ждала вас, чтобы покушать.

Гриша тоже стоял с открытым ртом, он никогда ещё не видел квартиру друга такой, он бывал здесь не часто, но никогда в ней ничего не менялось. Он пришел познакомиться с девушкой из прошлого, но оказался в какой-то другой реальности бытия.

– Я с другом – наконец вымолвил тот. – Это Григорий. – Гриша молча кивнул и закрыл за собой дверь.

– Налью тогда три тарелки супа, вы же хотите есть? – Она метнулась к кастрюльке, которая стояла на печке и стала раскладывать по тарелкам борщ. Парни не уверенно подошли к не небольшому столу, на который только что был поставлен налитый в чашки суп, и уселись на диван. От тарелок поднимался вверх ароматный пар. Мария подала гостям ложки и, устроившись рядом, начала трапезу, не дожидаясь остальных. Вкус был потрясающий. Привыкшие к готовой еде молодые люди не могли наесться свежеприготовленным блюдом, тогда Маша положила им ещё по порции и усмехнувшихся, посоветовала не наедаться, потому что пирог почти готов.

– Очень вкусно. – Наконец сказал Артем, доедая уже поставленный перед ним кусок пирога. А где ты это взяла?

– Приготовила.

– Сама?

– Конечно, а как же можно по-другому?

– Нам всегда привозят готовую еду, это не наша забота. Можно было не занимать себя всем этим.

– А мне захотелось. Захотелось сделать это для вас! – улыбнулась она.

Впервые за все время Артем посмотрел на Машу, как мужчина смотрит на девушку. Когда глядит в самую душу, затаив дыхание. Она была не похожа ни на кого из его знакомых. Все они никогда бы не сделали ничего подобного, ведь это работа ниже их достоинства, работа тех, кому по воле государственного наказания выпало заниматься подобным. Артем посмотрел на друга и понял, что тот смотрит на Марию тем же затуманенным взглядом.

– Григорий, а чем вы занимаетесь? – обратилась она к гостю.

– Я музыкант.

– Это так здорово, на чем играете?

– Гитара. – Коротко и четко отвечал он, ведь этому учили с самого детства.

– Как романтично! У вас, наверное, столько поклонниц. Девушки обожают, когда молодые люди играют на гитаре. Вы пишите песни?

– Да, когда есть вдохновение, но что-то оно уже давно не приходит. – Угрюмо ответил Гриша, ковыряясь вилкой в пироге.

– Вам просто нужно влюбиться, – засмеялась Маша, заставляя парней поднять на нее глаза, они явно не поняли, что она имела в виду. И немой вопрос повис в воздухе.

– Вы что, никогда не влюблялись?

– О чем конкретно вы говорите? – Уточнил Гриша.

– О том светлом чувстве, которое толкает мужчину на подвиги, вдохновляет и окрыляет его! Когда готов отдать жизнь за свою любовь! Когда хочется быть рядом, смотреть в родные глаза, обхватывать руками любимую шею и наслаждаться каждым мгновением, веря в то, что оно никогда не закончится. – Маша обхватила себя руками, пытаясь показать объятия, покружилась по комнате и остановилась, ощутив на себе тяжелые взгляды, они явно ничего не понимали. – Хорошо, – настойчиво протянула Маша, – может вам на примере книг будет понятнее. Я говорю о чувстве, которое заставляет священника идти против своих убеждений как в «поющих в Терновнике», или о чувстве, которое побуждает молодого матроса менять себя и свою жизнь, как это делал Мартин Иден, или чувстве, которое дает силы добиваться и ждать сколько угодно долго, как ждал Рей Батлер свою Скарлет, вы же читали книги о любви? Их огромное множество! Например, Ромео и Джульетта. Вы читали Шекспира? – Парни с интересом слушали её монолог, но в их глазах была все та же пустота – Если вы никогда не влюблялись, мне очень вас жаль. – Обиженно произнесла она и смиренно села на свое место. – Как же вы живете, без любви?

– У нас нет таких книг, только профессиональная литература! Другая запрещена. И надо любить лишь свою работу, все остальное пустяки. – Продекларировал Григорий, вспомнив надпись на рекламном плакате возле своего дома.

– Что вы хотите этим сказать? Что работа важнее любви?..

– Работа важнее всего! – Ответил ей Гриша. – Труд избавляет человека от трех главных зол – скуки, порока и нужды. Истинный смысл бытия – собственное развитие. Раскрыть свои таланты и способности, стать профессионалом своего дела и принести пользу обществу, вот основные задачи человека! – Паренек говорил готовыми ответами, он даже не задумывался над вопросом, все это как-то въелось глубоко в подкорку головного мозга еще со времен воспитательного учреждения. Все говорили и думали одинаково. Спросите любого и они, не задумываясь, бы, процитировали надписи с нескольких плакатов возле дома или отчеканили зазубренный в детстве текст из философской книги – основы бытия, которая считалась настольной.

– Как-то Альберт Энштейн сказал – попыталась парировать Мария – «Стремись не к тому, чтобы добиться успеха, а к тому, чтобы твоя жизнь имела смысл». А разве есть хоть какой-то смысл в жизни без любви? Развиваться и становиться профессионалом своего дела – это, конечно, прекрасно, но любовь меняет нас изнутри. Выворачивает душу наизнанку. Перекраивает в нас все плохое, делая лучше. Ведь, гораздо важнее какой человек внутри, а не снаружи, или вам совершенно все равно какие у него внутренние принципы и идеалы?

–Менять себя изнутри, значит терять свою собственную индивидуальность! Да и ради кого? Другого человека? Мы уже рождены полноценными, нас не надо дорабатывать. – Усмехнулся паренек, которому явно нравился это диалог.

– Именно поэтому вы и не создаете семьи! – Возмутилась Мария, – потому что это сложно, меняться, подстраиваться, пытаться понять и принять другого человека. Он другой, не похож на тебя, у него свои привычки и ценности, и он совершенно не идеален. С ним надо советоваться, что-то обсуждать, а не делать то, что заблагорассудится! Но ведь для этого и нужна семья, чтобы найти свою вторую половину, почувствовать, наконец, себя целостным и гармоничным рядом с ним. – Мария, было, закончила свой монолог, но вдруг поняла, что упустила один очень важный момент. – А как же дети? Получается, их воспитывают одинокие матери без семьи в своем квартале?

– Нормальные женщины никого не воспитывают, они строят карьеру! – Тут же ответил Григорий. Их задача лишь поделиться генетическим материалом. А вынашивать и рожать должны другие, те, к кому государство применило меры принуждения за нарушение законов, или те, кто, жертвуя репутацией, идёт на это ради заработка! Потом рождённые души записываются на счёт генетических отца и матери. Их количество прямо пропорционально статусу в обществе и возможности карьерного роста! Воспитываются же дети государством в воспитательном учреждении и выпускаются в жизнь в шестнадцать. – Все это он говорил так легко, как будто дети были каким-то не живым предметом, не имели чувств, и нужны были лишь для того, чтобы удовлетворять свои желания.

– Господи! – Вскрикнула Мария – бедные дети! Называть их рождённые души и считать поштучно, как крепостных, во времена Царя! Это ужасно!

– Зато нет проблем с рождаемостью, и никто не ограничивает твою жизнь, ты волен делать все, что угодно! Захотел внимания, двери центра свиданий всегда открыты. – Тут парни улыбнулись и переглянулись, явно припомнив что-то особо интересное.

– Ну, хватит, – включился в разговор Артем, который, до этого сидел, откинувшись на спинку дивана, и с интересом наблюдал за развитием диалога. – Пустой трёп нам не поможет! Надо думать, что делать!

– Может попросить кого-то из женского района её приютить, пока ты чинишь машину – предложил Гриша.

– Да никто не согласится, это самоубийство! Ей вообще опасно покидать квартиру! И даже тут нужно быть начеку!

– Я не смогу сидеть здесь все время! Почему нельзя выйти? – Возмутилась Маша.

– Дроны периодически останавливают для проверки! – Тут Артем схватил её руку и перевернул ладонью вверх, она была чистой, никакого номера на запястье не было. Рука была теплая, гладкая, такая маленькая и аккуратная, и от нее исходила какая-то неимоверная нежность, отпускать её не хотелось, пальцы Артема сжались сами собой, и он почувствовал, как Маша дернулась, высвобождая руку.

– Ааа, – протянул он, – номера нет! – Он потупил взгляд, явно осознав, что ведёт себя странно.

– Я знаю одного профессора, он живёт тут не далеко, можно сходить к нему и показать твои чертежи или привести его сюда, пока ещё не очень поздно. – Снова продолжил Гриша.

– Хорошая идея, пойдем!

Парни поднялись, ещё раз поблагодарили за ужин, и спешно удалились.

Глава 4. У профессора.

Улица ещё была полна народа. Сумерки медленно опускались на город. Фонари еще не горели. Двое молодых людей быстрым шагом двигались вдоль горящих окон баров, за которыми кипела жизнь.

– Она потрясающая – говорил Гриша, – Ты слышал её? Она вообще не похожа ни на одну из наших. Никто никогда так со мной не говорил. Все разговоры всегда сводились к работе, будто мне интересно, что происходит в их жалких офисах, и кто о ком что подумал! А она… – Гриша мечтательно закатил глаза. – Она… интересная! – Подобрал он подходящее слово. – А еда! Я никогда такого не пробовал! Будто какой-то тайный ингредиент добавила! И пахнет от нее по-другому! Давай я её заберу!

– Не неси чушь! – Перебил друга Артем. – Её просто надо отправить назад! – тут он вспомнил приготовленный ужин и прибранную квартиру, нежность её рук и ясный, чистый взгляд зеленых глаз, какая-то странная тоска овладела им. Пробежала по всему телу мурашками, и застряла словно ком в горле, мешая говорить. Он прокашлялся, пытаясь освободиться от этой тяжести. – Далеко еще до твоего профессора?

– Нет, вот здесь. – Указал Гриша на высокий дом, который был выше других, и имел причудливую округлую форму, дом без углов. Он словно свечка возвышался над всем районом и упирался в пасмурное небо. Пока они поднимались на нужный этаж, Гриша не унимался – Я напишу о ней песню, вернее даже для нее, я посвящу её ей! – От прежнего угрюмого парня уже ничего не осталось, он был говорлив, весел и глаза его горели ярким озорным огоньком. Вдохновение, которого как долго дожидался парень, наконец, снова пришло! Она говорила, мне надо влюбиться, уж не знаю, как это, но сейчас я наполнен радостью, и снова хочу её увидеть, может быть это оно и есть, я никогда не хотел никого увидеть, напротив, обычно я никого видеть не хочу!

Артем приподнял бровь и искоса посмотрел на друга, его порядком утомили его речи, а тот все бормотал и бормотал, пока они не подошли к большой резной двери, на которой орнаментом были вырезаны разные животные, даже прослеживался какой-то сюжет. За зайцем бежал волк, потом, как бы растворяясь в погоне, они превращались в огромного медведя, а тот, падая на передние лапы, пытался ухватить убегающего от него лиса, и так по кругу, словно пищевая цепочка. Дверь открыл солидный мужчина в очках, благодаря развитию медицины нельзя было понять сколько ему лет, но то, что он носил очки, говорило о том, что он довольно древний. Уже прошло более пятидесяти лет, как люди от очков отказались, научившись заменять хрусталики на искусственные, с миллионом дополнительных встроенных функций. Сам же профессор имел строгое выражение лица с четкими линиями носа и скул, был гладко выбрит и коротко подстрижен, а одежда, хоть и была домашней, но сидела по фигуре, обтягивая выдающийся в перед не большой живот, и были делового темного цвета. Мужчина знал, что они придут, и добродушно предложил войти. Его комната была не похожа на комнату Артема. Книг вокруг было так же много, но сама планировка и размеры отличались. Просторный холл, с огромными светлыми окнами в пол и миллион лампочек на потолке давали столько света, что парни инстинктивно прищурились. На стенах красовались тысячи дипломов, грамот, благодарственных писем, которые все начинались одинаково – Уважаемый профессор Юрий Михайлович…» «Награждается профессор…» «Благодарим вас, дорогой наш профессор». Его явно почитали в определенных кругах. Он сделал прекрасную карьеру и был ценным научным сотрудником в области космической физики.

Разговор был долгим и интересным. Профессор внимательно слушал гостей, то и дело делая удивленное лицо, иногда охал, порой задумчиво прикладывал руку к своей гладко выбритой бороде. А когда Артем достал кипу измятых листов, на которых виднелись разного рода чертежи, и передал их на изучение, старик ушел в себя и больше не обращал никакого внимания на присутствующих, то и дело переворачивая один лист за другим. Лишь изредка из глубин его тела доносилось странное «угу». Парни молча ждали, когда профессор снова вернется к ним.

– Это потрясающе! – наконец воскликнул профессор, поднимая глаза на гостей. – Кто вы, говорите? Обычный менеджер? Кто вам подсчитывал профпригодность? Подавайте на этого человека жалобу! Вы же истинный гений! – Артем воодушевленно улыбнулся. Первый раз в жизни кто-то оценил его по достоинству. – Такому таланту нельзя пропадать! Вам нужно срочно обратиться в бюро профессиональных изысканий, и поменять свою рабочую среду! Это машина чудесна. И она действительно должна работать, если изменить вот эту схему. – Профессор начал что-то рисовать на обратной стороне бумаги. – Вот, видите, скорее всего, замкнуло именно здесь. – Артем склонился над бумагами, пытаясь разобрать рисунок. – А почему вы не хотите представить свою работу научному сообществу? Это бы решило все ваши проблемы.

– Но в таком случае Марию не отправят назад! – Не уверенно предположил Артем.

–Конечно же нет! Но вам не все ли равно? – ответил профессор и не понимающее посмотрел на Артема.

– Вы что, с ума сошли? – Вмешался Григорий, который все это время любовался видом за окном, и даже не пытался понять сути разговора. – Это же человек. Она где-то жила, что-то делала, и вы вдруг решили, что её нужно поместить сюда для изучения в лабораториях.

– Люди давно научились перемещать человека из одной точки пространства в другую, но здесь… Здесь человека получилось забрать из прошлого. Этот аппарат нарушил пространство и время, это открытие! Артем Кириллович, не слушайте этого темного человека! Пойдемте завтра вместе к Василию Ивановичу, он с недавних пор председательствует в научном сообществе, и все покажем. О вас будут говорить! Вы великий ум современности! Это же надо, обычный менеджер! – причитал профессор – С ума сойти! Эта работа не должна потеряться! Я настаиваю! Завтра жду вас у себя в восемь утра, и не хочу больше ничего слушать! Чертежи я оставлю у себя! – С этими словами профессор выставил молодых людей за дверь и громко захлопнул её перед их носами.

Минуту друзья стояли возле двери, как бы приходя в себя от происходящего. Потом медленно пошли в сторону дома.

– Я надеюсь … – начал было Гриша.

– Не знаю! – Резко ответил ему друг. – Профессор прав! Это открытие, которое не должно потеряться! Вот представь, ты написал свою самую гениальную песню, и знаешь, что она воистину гениальна, а тебя просят сделать так, чтоб никто никогда её не услышал. Тогда ради чего ты её писал и есть ли смысл в твоем существовании?

–Ну, так отправь Марию назад, а потом пихай свою машину под нос кому хочешь! Они её замучают! Вывернут наизнанку, вынут мозг и станут изучать в лабораториях как доисторическое существо! Наука во истину безжалостна, вспомни, например, атлас Пернкопфа. Им все равно на мораль, если это ценно для науки. И, даже если ей позволят жить, что, что с ней будет, ведь она совсем не похожа на нас? – Гриша негодовал. Он смотрел на друга, который шел рядом и пытался, понять, о чем он думает, и в какую сторону склоняются его мысли. Но как бы там не было, теперь только от него завесила судьба Марии. Он должен был ей помочь, как, пока не известно, но никто кроме него этого не сделает…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.