Стихотворения
Йозеф фон Эйхендорф

Переводчик Ирина Геворковна Назарова

© Йозеф фон Эйхендорф, 2025

© Ирина Геворковна Назарова, перевод, 2025

ISBN 978-5-0067-7178-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Прогулка

Льется с выси голубой,
Ах, весна, весна, как чудо,
Снова ты передо мной.
Звук охотничьего рога,
Дерзкий мужественный взгляд,
Вьется пестрая дорога
Дивной речкой без преград.

Я отдамся без сомненья
Ветру, пусть несет меня,
На потоке вдохновенья,
Ослепляя блеском дня.
Гимном новый день встречая,
Прозвучит небесный глас!
Едем! Разница какая,
Где встречать последний час!

Счастливый странник

Кто Божьей милостью отмечен,
По свету странствовать идет,
Ему Господь устроит встречи
В горах, в лесах, на лоне вод.

Спокойные остались дома,
Их свежесть утра не бодрит,
Они другой мечтой ведомы:
Работа, дети, хлеб и быт.

А странника ручьи встречают
И пташки песней в небесах,
Я с ними вместе распеваю
В полях, лесах н на горах.

Я Богу жизнь мою вверяю,
Который создал этот мир,
Поэтому я твердо знаю:
И в моей жизни будет пир,

В лесу

В охотничий рог трубили в горах,
И птицы кругом заливались,
Роскошные всадники на скакунах
На свадьбу веселую мчались.

Когда я очнулся, стемнело уже,
Все песни давно отзвучали,
И стало мне так тяжело на душе
Под шелест листвы и печали.

Сумерки

Сумрак свои крылья простирает,
от испуга дерева трепещут,
тучи словно призраки зловещи…
Что вся эта мрачность предвещает?

Если лань ты любишь, будь на страже
Не бросай одну пастись на воле.
Егеря трубят в лесу и в поле,
И свинец в стволы уже заряжен.

Если друг твой будет с тобой рядом
В эти неурочные минуты,
Ты не верь притворщику и плуту:
Лгут уста, лгут преданные взгляды.

Что устало нынче, канет в Лету,
Завтра возродится троекратно,
Что-то в ночь умчится безвозвратно…
Начеку всегда будь в мире этом!

.
Ночью

Влекла ночная тишина,
Таинственно взошла луна
Из мрачной облачной пещеры,
В долине тут и там
Не спится соловьям,
И снова тишь под небом серым.

Пленительный ночной мотив
Доносит дальних рек разлив,
Деревьев трепетные тени,
Все голову кружит,
И песнь моя звучит
Безумным зовом сновидений.

Песнь странника

На равнине и в буковой роще,
С песней звонкой иль светлой мечтой,
Веселее живется, и проще
Тем, кто к странствиям рвется душой.

Лишь багрянец забрезжит с востока,
Тихо в мире в объятиях сна,
Освежая цветущим потоком,
Мне вливается в душу весна

Ранним утром, как вестник рассвета,
Взмоет жаворонок в небеса,
Свежей нотой сквозь сердце поэта
Зазвучат и поля, и леса.

О какой же восторг видеть воду,
И леса под собой прямо с гор,
Над собой – голубую свободу —
Необъятный небесный собор.

С гор пикируют стайками птицы,
Облака так же быстро летят,
Только с мыслями им не сравниться,
Мысль быстрее, чем ветры стократ.

Облака за горами померкнут,
Птицы смолкнут в назначенный срок,
Ну, а мысли и песни бессмертны,
Их обитель – небесный чертог.

Решение

Весны черед, казалось, не настал,
И мир от сна еще не пробудился,
Я ранним утром посох в руки взял,
По белу свету странствовать пустился.

Еще не взмыли жаворонки ввысь,
Душа моя, но ты сама крылата,
Ликуя с песней в небо поднимись,
Боль отпусти, терзавшую когда-то.

Скитальцы вздрогнут, глядя в небосвод,
Испуганно окрестность озирая,
Кудрями моя милая тряхнет, +
Она-то сразу голос мой узнает.

В немом оцепененье длился миг,
И вдруг раскаты грома прогремели,
Весна явила свой небесный лик, +
Вновь реки и леса зашелестели!

Цыганка

Я, затаив дыхание, ждала
На перепутье, вслушиваясь в звуки,
Погасли звезды, угли и зола,
Ко мне спешит жених мой из разлуки.

«Едва рассвет сквозь ветви проступил,
Я кошечку прелестную приметил,
Но, выстрелив ей шкурку повредил,
Она отпрыгнула, умчалась, словно ветер»

Жаль, мех… Меня не получишь, не тщись!
Ты мне и тебе я не пара,
Мой милый смельчак, любит землю и высь,
И носит бородку мадьяра.

Солдат

Пускай не красавчик мой конь вороной,

Зато он на редкость умен,

И в замок домчит меня ночью глухой

Так быстро, как может лишь он.

Пускай этот замок не слишком красив,

Он тем для меня уже свят,

Что, двери ночами тайком приоткрыв,

Выходит любимая в сад.

И пусть не красивее всех на земле

Малышка моя, не боюсь

Сказать, что желаннее нет и милей,

И лучше не будет, клянусь.

Но, если однажды мне скажет она,

Чтоб я уходил, на коня

Вскочу я тотчас, она в замке одна

Останется жить без меня.

2

Должна ты рискнуть и со мною бежать,

За нами погоня, нет времени ждать,

Взлетай на коня моего поскорей,

И прямо в полете целуй со всем жаром,

Дикарка моя, не трать времени даром,

Ведь смерть в этой жизни проворней людей.

Прощание моряка

Прощай навеки ангел мой,
Я был тебе неинтересен,
Но тихой ночью под луной
Ты вдруг услышишь звуки песен.
Морская дева будет петь,
Ей суждено мне стать женою,
Тогда лови другого в сеть,
Ведь я любви твоей не стою.

Прощай ландскнехт и мушкетер,
Конь на дыбы под нами рвется,
Или несет во весь опор,
Того гляди, перевернется.
Во вспышках гроз владыка вод
С акульей ратью ночью бурной
Под крики чаек вдруг всплывет
Упиться зрелищем бравурным!

На сонмы праздных лежебок,
Тела изнеживших и души,
Глядит с небес Всесильный Бог
И вновь потоп на всех обрушит.
Вояки всех мастей тогда
В стихии грозной захлебнутся,
Нам свежий ветер и вода
Помогут снова в рай вернуться.

Возвращение

1

Играя на струнах заветных,

Пройдя через много дорог,

Вернулся я вновь незаметно

В покинутый мной городок

Сквозь сумрак ночной одиноко

По улочкам брел я пустым.

Не думалось мне издалека,

Что станет мне все здесь чужим.

И вот я стою у фонтана,

Он так же, как прежде поет,

Однако никто, как ни странно,

Меня уже не узнает.

Я слышу, как скрипки играют,

Как празднично окна блестят

Я вижу, как люди гуляют,

Весельем весь город объят.

Под песни чужого застолья

Из города я убежал,

От горькой тоски и от боли

На землю сырую упал.

2

Где я? Город изменился:

Мостовые и дома…

Здесь я с милой распростился,

Не одна прошла зима.

Вон красавицы из окон

Так приветливо глядят,

Может встречу ненароком

Я своей любимой взгляд?

В дверь я робко постучался

Неизвестный никому,

Но никто не отозвался —

Ни души в пустом дому.

А вокруг – столпотворенье-

Пестрой ярмарки цвета,

Сплошь торговля, все в движенье,

Право слово – суета.

Взгляд, поклон, руки касанье,

Жест изящный ли, кивок,

Дружбы знак, в любви признанье —

Все сметет людской поток.

Здесь я встретился с любимой.

В сонме женщин и мужчин

Гордо шел под руку мимо

С ней красивый господин.

А она вдруг побледнела,

Отвела печальный взгляд,

Долго вслед потом смотрела,

Словно в меркнущий закат.

День погас. Со свистом ветер

По дорогам мел впотьмах,

Не узнал никто на свете

О растерзанных сердцах.

Тоска

Алмазные звезды сверкали,
Один у окна я стоял,
Вдруг слышу: из сумрачной дали
Почтовый рожок прозвучал.
Хоть сердце давно отпылало,
Но втайне подумалось мне —
Ах, чья бы душа погуляла
Со мною в ночной тишине.

Два юных товарища мимо
По горному склону прошли,
Шагая с напевом любимым
По тихим раздольям земли:
Они распевали о скалах,
О ветре, умчавшемся прочь,
О горных ручьях, что срывались,
В, лесами поросшую, ночь.

И передо мной оживали
Скульптуры, руины стены,
Деревья в садах одичалых,
Дворцы при сиянье луны,
Где барышни ждут у балкона,

Внимая лютниста струне,
Фонтаны шумят полусонно
В прекрасной ночной тишине.

Ночной привет

1

В прохладе ночью прогуляться
Приятно с цитрою в руках,
С холма землей полюбоваться
И звездным храмом в небесах.

Как сразу все преобразилось,
Светло в долине, тишина,
А лунный свет, как Божья милость,
К земле стремится как волна.

И виноделов ликованье,
И пестрой жизни бойкий ход…
Все стихло, лишь реки мерцанье
Серебряной волной мелькнет.

Лишь соловьи не спят ночами,
Повсюду слышны трели их,
И шепот между деревами
Отчетливей в лесах ночных.

Не может радость дня исчезнуть,
Скользя с ним вместе в никуда…
Она во мне прекрасной песней
Теперь пребудет навсегда.

И я по струнам ударяю,
Ты меня слышишь за рекой,
Ты знаешь – это я играю,
Ведь ты узнала голос мой!
2
Как вершины гор сияют,
Словно кто-то шлет приветы,
Ветви дерева сплетают,
Листья шепчутся со светом.

«Как прекрасен Милосердный!»
Слышится в тиши ночной!
Пенье льется и, безмерно
Я так счастлив под луной.

Не журчите громогласно
Воды, утро знать не властно,
Что сейчас волнам прекрасным
Я вверяю грусть и счастье.

Утро

Лишь первый луч зари мелькнет
Через туманный небосвод,
Леса проснутся, нивы, сад,
Расправьте крылья, кто крылат!

Бросают люди шапки в воздух
Они летят как листьев гроздья,
И, если крылья есть у песен,
Я буду петь, как мир чудесен!

Ступай без страха в мир весны
Шагай заре навстречу,
Какие б ни смущали сны,
Все раны утро лечит.

Вечер

Когда смолкают голоса,
Земля в ночных витает грезах,
А через сердце страх и слезы
Струятся, словно на весах,
И кисти старины былинной
Рисуют древние картины,
Которые приходят в снах.

Указатель

Ступай, куда укажут,

Лесть не сочти за труд,

В охоте будь отважен,

Глядишь – и чин дадут!

Благодарю, учитель!

Я лишь хотел узнать,

В небесную обитель,

Как путь мне отыскать?

1837

Воспоминание

1
Тихий шелест крон зеленых,
Вы, крылатые друзья,
Родники с водой студеной,
Где ж ты, родина моя?

Нынче мне она приснилась,
И со всех окрестных гор
Весть неслась с такою силой,
Что затмили слезы взор.

Это, будто только снится
Под протяжный ветра вой:
Реки, скалы, рощи, лица
На вершине мне чужой.

2
Далекие земли родной вершины,
Высокий дом в тиши густых дубрав,
Гора, с которой по весне в низину
Глядел я, наблюдая буйство трав.
Ах, матушка, друзья, родные братья,
Как часто здесь о вас я вспоминал,
И чувствую сквозь даль рукопожатье
В ночь под луной, я так о нем мечтал.

3
Я слышу ручейков журчанье,
Бегущих тихо по лесам,
В таком божественном молчанье
Не разобрать мне, где я сам.

Соловушки поют, летая,
В уединении, в лесах,
Поведать будто бы желая
О добрых старых временах.

Луны мерцающей круженье
Рисует замок вдалеке,
Меня влечет воображенье
К родным краям, садам, реке.

Мне в лоне чудится тенистом:
Сад бело-алых роз цветет,
Моей любимой образ чистый,
Давно умершей, верно ждет.

В открытом море

Прощай земля с ненужной суетою,
Поглотит море бедность, счастье, страх,
Тщеславие здесь ничего не стоит,
Свободен я и в мыслях, и в делах.
Какая тишь, что ни окинешь взором —
Что высь, что ширь – бескрайние просторы.

Созвездья, облака появятся и тают,
В зеркальной отражаются воде,
Внизу, вверху – сплошь небеса блистают,
Я посредине в маленькой ладье!
На все есть Бог, и я ему вверяюсь
Пусть грянет буря, я не испугаюсь.

Тоска по родине

Не должен с милой разлучаться,
Кто странствовать пойти рискнет,
Им будет счастье улыбаться,
Обоих их удача ждет,

Что знают темные вершины
О прежних лучших временах,
Когда страны родной долины
Теперь я вижу только в снах.

Люблю разглядывать я звезды,
Под шелест леса и полей,
Вдыхать прохладный чистый воздух,
Когда не спит лишь соловей.

А утро – это ликованье!
Ведь просыпаюсь я с зарей,
И с горной выси шлю признанье
в любви тебе, мой край родной!

На границе

Надежные горы на страже стоят,
Хоть кто-то по пустоши бродит,
А я-то восторгом безмерным объят-
Гляжу, как прекрасна природа,
И я, про себя улыбаясь, кричу,
Громко, как только могу и хочу:
Взирая на эти края,
Да здравствует Австрия!

Страна меня слышит на несколько миль—
Леса, родники, небеса,
И голубые Дуная глаза,
И башни Стефана готический шпиль
Глядит через горы и через века,
Покуда проносится жизни река,
Благословляя эти края,
Да здравствует Австрия!

Песня пражских студентов

На юг стремятся птицы
Осеннею порой
И странникам не спится
С пылающей зарей.
То господа студенты
Отправились в поход:
Собрали инструменты…
Их путь неблизкий ждет.
Прощайте, лес и горы,
Мы свидимся не скоро:
Et habeat bonam pacem,
Qui sedet pos fornacem!

Огни в домах мерцают,
Мы держим мимо путь,
Все люди отдыхают,
Нам негде отдохнуть.
Но есть у нас таланты,
Их все не перечесть —
Мы просто музыканты:
Хозяин! Дай поесть!
Дай нам вина баклагу,
А, если нет, то брагу
Venit ex sua domo
Beatus ille homo!
C дождями, холодами
На нас идет Борей
Под мокрыми плащами
Мы дрогнем до костей.
Одежду треплет ветер,
Далече отчий дом,
Играя на кларнете,
Мы все равно поем:
Beatus ille homo,
Qui sedet in sua domo,
Et sedet post fornacem
Et habet bonam pacem.

Последнее возвращение

Блестит морозным утром снег,
Устало, одиноко,
Бредет дрожащий человек,
Наверно, издалека.
Он, от скитаний чуть живой,
Стучится в дом родимый свой.

В живых нет больше никого,
И не узнать именье,
Чужие люди на него
Глядят в недоуменье.
Вздыхая тяжко он спешит
В поля, где белый снег лежит.

Ни пташки на сто верст кругом,
Лишь снежный сад искрился,
Он в тот же миг забылся сном,
Как к дубу прислонился.
К заутрене раздался звон,
Тут преклонил колени он.

Вот, помолившись, вновь встает.
То явь? Или все снится?
Прекрасный отрок подает
Ему свою десницу:
«Пойдем, ты вскоре отдохнешь».
Как голос ангельский хорош.

Идут пустынною тропой
Они по горным кручам.
Скиталец видит свет иной,
Красивый и могучий:
Вослед ему земля цветет,
Сквозь ветви дождик звездный льет.

А провожатый факел свой
Из рук не выпускает,
Ночь превратилась в храм святой,
Вокруг огни сияют.
Рука незримая творит,
Страх тайный путника томит.

Он молвил: «Ветер мне донес
Неведомые звуки,
Как шум воды из царства грез
Под колокол разлуки».
«Ты слышишь ночи голоса
Во славу Божью в небесах».

Но путник вновь: «Нет сил идти,
Поди, уже светает?
Что там сверкает впереди?»
И Ангел утешает:
«Спи, а проснешься, мы войдем
С тобою в истинный твой дом».

«Жизнь певца»

Гиппогриф

Крылатый конь под звоны бубенцов
Подъемлет бравых молодцов
Над зарослями вереска, обрывом,
Где ветреный поток лихим порывом
Со свистом мелодичным рассекает
Над шляпой воздух; с силой и надрывом,
Шумит вода в ущелье, опьяняет
Тепло весны сынов Аэда-Бога,
Которые, паря в полете, слышат
Как высь и дол божественных чертогов
Цветут и шелестят, и локон пышный
В росе рассветной; взгляд весны, как пламя,
Пылает бирюзовыми огнями.

Поэт

1
Как много рек сбегает с гор высоких,
Те толщу скал проламывают гневно,
Другие же беседуют напевно
С русалками, что внемлют им в осоке.

Коль невзначай ручьи с пути собьются,
Все же однажды братскою волною,
Равнины оросив своей водою,
В поток единый снова все сольются.

Из тьмы лесов, минуя замков горных
Угрюмых, одиноких силуэты,
Он катит воды в свежие просторы,

Чтоб стать когда-то морем чудотворным,
В котором, отражаясь мирным светом,
Бессмертных звезд не угасают взоры.

2
Замудрствуя тщеславно и фальшиво,
В искусстве ими не высоко чтимом,
Они с грехом его смешали имя,
Как различить, что истинно, что лживо?

А кто воздаст достойно душам чистым,
Что в эту пору суеты надменной
Хранят святое пламя неизменным,
Чтоб возродить красы былой лучистость.

О, Господи! Заблудшим дай смиренье,
Когда для них бесславья час настанет,
Чтоб клясть в душе Тебя они не смели,

Покончи с мнимым воодушевленьем,
И ниспошли тем душам ликованье,
Которые Твоим огнем горели.

3
Распахнуты небесные чертоги,
В них золотые плещутся потоки,
И долгим эхом замирают строки,
Возвышенным там все пленяет слогом.

Златых мостов сплетаются аркады,
По ним в раздумьях странствуют поэты,
Лишь вешним ливнем прозвучат сонеты,
Твоя душа там обретет отраду.

Стремись туда, отринув все сомненья,
Оставь без сожаленья мир подлунный,
Тебя зовут собратьев песнопенья,

Кого священные коснутся струны,
Тот в звездную гармонию вольется
И в млечные просторы окунется.

4
Кто к этим струям, жаждою томимый,
Хоть раз прильнул, тот к роднику вернется,
Волною мелодичной с ним сольется,
И в брызгах мир сверкнет неповторимый.

Душой ликуя, страстно, упоенно,
Священный ключ становится могучим;
То к свету путь пробьет из горной кручи,
То в ночь прохладой окунется сонной.

Так пусть бурлит и рвется в нетерпенье,
Поэт в златой ладье парит на гребне,
Собою свято жертвуя в твореньях.

Дробится с треском твердь утесов древних,
Родные песни звукам новым вторят,
И к вечному опять стремятся морю.

5
Не грезы, не мечтательность пустая
Поэта отличает от народа,
Его устами говорит природа,
Душа его и любит, и страдает.

К суждениям толпы поэт бесстрастен,
Лишь чести собственной на веру присягает,
Свой взор восторженный, куда ни обращает —
Вселенский свет ему дарует счастье.

Прекрасна мать, что родила поэта,
Он любит небо, горним избран светом,
Достоин он венца и лавров Флоры;

Толпа, что так была к нему сурова,
Опять на щит поднять его готова,
Плечо ему, подставив для опоры.

6
Ему дано подняться в мир лазурный,
И радостно воскликнуть: «Здесь я, Отче!»
В то время как других в темнице прочной
Удерживает цепкость дней сумбурных.

Жизнь в рыцари поэта посвящает,
Он вызволяет красоту из плена,
Чтоб не погас безбожно дар священный,
Богов о милости он смело заклинает.

Едва любовь взойдет на холм зеленый,
Осыплет его волосы цветами,
И утренний наряд земля оденет,

Дух сладко встрепенется окрыленный,
Блеснут моря с отважными судами,
Теперь ему удача не изменит.

Тоска

1
Порой я напеваю,
как будто весел я,
но слезы проливая,
болит душа моя.

Но трелью соловьиной
Душа весны полна,
Тоской необъяснимой
Пронизана она.

Сердца в волненье странном,
В предчувствии любви,
Но в горе несказанном
Окажутся они.

Не горюй

Не горюй, душа напрасно
По счастливым дням земным,
Зря блуждает взгляд безгласный
По утесам вековым.

Неужели все осталось
В прошлом: юность и весна,
Да! Еще осталась малость —
Одиночество без сна.

Птицы по небу порхают,
Мимо корабли идут,
Паруса вдали мелькают,
Болью в сердце отдают.

В прошлом пестрые гулянья,
И в долине, и в горах,
Новых образов мельканье,
Звук валторн в густых лесах.

И любовь в лугах цветочных
Не раскинет свой шатер,
В золотую рощу ночью
Не заманит чей-то взор.

Прочь все страхи и печали,
Ясным взглядом посмотри:
Там за скалами есть дали,
Где ты встретишь свет зари.

Тоска

1
Порой я напеваю,
Как будто весел я,
Но, слезы проливая,
Болит душа моя.

И трелью соловьиной
Душа весны полна,
Тоской необъяснимой
Пронизана она.

Сердца в волненье странном,
В предчувствии любви,
Но в горе несказанном
Окажутся они.

Прорвись!

Не попадись в тенета
Житейской суеты,
О сердце, в царство света
Должно пробиться ты.

Струны коснись смелее,
В свободу окунись,
И время просветлеет,
Зарей зажжется высь.

Наполненная Богом,
Про счастье и раздор
Душа напевным слогом
Заводит разговор.

Небесная, сверкая,
Поманит благодать,
Коль красота земная
Дает себя попрать.

Верность

Если даже смолкнут птицы
Под напором духоты,
Песни жаворонка литься
Будут звонко с высоты.

Если даже потускнеют
Все деревья, краски все,
Кроны елей зеленеют
На унылой полосе.

Верность зиждется на этом,
Расцветать ли, увядать
Все равно весенним цветом
Мир покроется опять.

Memento

Пока вокруг царят закон и вера,
Тебя не победят драконы и химеры,
Когда усталый отдыхать ты ляжешь,
Твой Ангел будет, как всегда, на страже.
Но силы в нас, что мы зовем своими,
Живут внутри, мы их не знаем имя;
Они как звери, что томятся в клетке,
Мечтая о свободе древних предков;
Они однажды из глубин восстанут,
В безумии мятежном этом канут
Обычаи, законы, вера, слава:
Твой выбор: с Богом иль с лукавым.

Счастье певца

Осенью приходит в запустенье
Вся природа, изменяя лик.
Волшебства смягчает разрушенье
И прощанья горестного миг
Лишь поэт, который вдохновеньем
В роскошь увядания проник.
Свято сердце, в чьем воображенье
Свет красы бессмертен и велик.

Утренняя песнь

Срывается с небесных круч
Звезда звезде вослед,
Над миром вздрогнул первый луч,
Предчувствуя рассвет.

Луга в туманных облаках,
Затих веселый бал,
Сад радостей земных зачах,
Мертвы, кто там бывал.

Восходит солнце над землей
Из глубины морей,
Все легкое беря с собой,
Весь груз оставив ей.

Душистость зелени густой
Подъемлет прямо ввысь,
Тщеславье роскоши пустой
С вершины сбросит вниз.

Долин в кольце прозрачных вод
Раскинулся ковер,
Сверкает, дышит все, поет,
Куда ни кинешь взор.

И человек, из царства снов
Освобождаясь, рад,
Что в этом лучшем из миров
Не кончен маскарад.

Вот и берется за труды
Под общий шум и гвалт,
Бросаясь в бездну суеты
Подряд и стар, и млад.

Спокойно солнце проплывет
Над счастьем и бедой,
И к тихой славе повернет
Путь неусыпный свой.

Но что б ни делал человек,
Пытаясь взмыть в эфир,
Его не выпустит вовек
Безумный этот мир.

Добрый совет

Прыгуна, что по канату
Резво пляшет над землей,
Неизбежно ждет расплата
За кокетство пред толпой.

Если кормчий суетится
Под малейшим ветерком,
Он рискует осрамиться,
Опрокинувшись вверх дном.

Но по звездам направленье
Ты узнаешь без труда,
Там поэзии владенья,
Поскорей ступай туда.

Обращение

Сыт, увы, не будешь звуком,
Муза ходит босиком,
Я решился на разлуку,
Оттолкнув ее притом.

Долго по свету скитался
Я в кромешной суете,
Но непрошенным остался
Гостем все-таки везде.

Появляясь на пирушках,
Я опаздывал всегда,
Пил остатки в чьей-то кружке,
Розовея от стыда.

Низко кланялся судьбине,
Был почтителен вполне,
Но она вельможно спину
Поворачивала мне.

А когда я распрямился,
Вновь свободным, сильным стал,
Мир вокруг меня светился,
Пень засохший расцветал.

Мир далек от идеала,
Можно жить и босиком,
Небо служит покрывалом
Всем, кто думает о нем.

Тоска по дому

(Моему брату)

Ты помнишь, там, в чаще укромной,
Секреты волшебные спят,
И часто средь полночи темной
Поет очарованный сад?

Те песни мне ветер доносит,
Когда мир покоем объят,
И сердце молитвенно просит
О встрече с тобою, мой брат.

Чужие повсюду здесь люди,
Тоскливо в чужой стороне,
Но верю я – вместе мы будем,
Дай руку по-дружески мне.

Когда же иссякнут все силы,
Колени преклоним с тобой
Вдвоем у отцовской могилы
Под этот мотив неземной.

Без поэта

От радости пылает
Душа моя для всех,
За всех она страдает,
Цветет, но, как на грех,
Когда цветы плоды обронят,
Меня давно все похоронят.

Соблазн

Соблазнительно и сонно
Ночь раскинулась в листве,
Так и манит прочь с балкона
Пробежаться по траве,
Где струятся в лунном блеске
Золотые ручейки,
И глядят со скал отвесных
Замки в зеркало реки.

Вспомни пламенные песни
Восхитительных веков,
Все они опять воскресли
В тишине ночных лесов,
Там дриады им внимают,
Там сирени аромат,
Нимфы с волнами играют,
Поспеши в прохладный сад.

Ночью

Я стою в тени дубравы,
Как на грани бытия,
Выстилает сумрак травы,
В серебре извив ручья.

За дубравой раздается
Звонкий гул колоколов.
Лань пугливо встрепенется
И тотчас задремлет вновь.

И дубы во сне склоняют
Кроны с каменных высот —
Это Бог, благословляя
Тихий край, над ним идет.

Эльдорадо

В кольце глухих ущелий
Лежит чудесный край,
Среди цветов и трелей —
Там был наш детский рай.

Все в жизни заплутали.
С тех пор как поросли
Травою сорной дали,
Путь в дом мы не нашли.

А он во снах всплывает,
Как на морских волнах,
Привет мне посылает
Сквозь шелест на ветвях.

Но в утренних потоках
Привет мой улетел,
Я – вслед, и с гор высоких
Всю землю оглядел.

Как бодро сердце билось,
Отбросив море бед,
Так, словно погрузилось
В сияющий рассвет.

Кружился в вихре локон…
Я в страхе осознал,
Что также одиноко
И встарь весь мир стоял.

Брожу в цветочном море
Я часто по утрам,
И, может статься, вскоре
Навек останусь там.