# Заучка для дракона. Укротить стихию

Римма Кульгильдина

Мне повезло! На последнем курсе меня пригласили в Высшую Академию магии. Но на этом мое везение закончилось, и начались неудачи. И главный виновник невыносимый и высокомерный куратор группы. Тот ещё дракон!

Кажется, он считает, что я охочусь за его секретами, и решил выжить меня из академии. Но ничего, мы ещё посмотрим, кто кого! И плевать, что от одного его взгляда мое сердце замирает.

## 1.

«Люди полны сюрпризов. Чаще всего неприятных», – вспомнила любимое выражение тётушки, поднимаясь с земли и отряхивая длинную юбку дорожного платья. А ведь всё начиналось неплохо… Я даже успела подумать, что в этот раз обойдется без неприятностей. Но, кажется, они шли за мной по пятам. Точно так же, как этот ужасный драконище!

***

Я стояла в самом начале длинной, витиеватой дорожки, ведущей ко входу в здание Высшей Академии магии. Портал привёл меня точно в указанное место. Ворота гостеприимно распахнулись, подтверждая подлинность документов. Багаж не потерялся и прибыл следом. Меня не расщепило, хотя именно этого я опасалась больше всего, потому что впервые настраивала портал самостоятельно.

Всё шло гладко.

– Что ж, Чуи. Вот мы и дома, – тихо проговорила я, погладив взволнованную белку, сидящую на плече, – во всяком случае на ближайший год, это наш дом.

Фамильяр взволнованно застрекотала, а я лишь печально вздохнула. В отличие от других магов, установить с белкой ментальный контакт мне не удавалось. Магического потенциала было достаточно, да вот только увеличивался он такими скачками, что я не справлялась. Для окончательной привязки магия должна быть стабильна, а у меня с этим проблема.

Маленькие лапки ласково прикоснулись к моей щеке. Я улыбнулась.

– Ничего, Чуи, мы справимся, – сказала бодро и ещё раз погладила белку по мягким ушкам.

Огляделась.

На первый взгляд Академия выглядела мрачно. Впрочем, на второй тоже.

Мелкий гравий сухо шуршал под ногами. Величественные ели важно поскрипывали, обрамляя собой аллею, ведущую к парадному входу. Ни радостных адептов, ни озабоченных педагогов, ни весело скачущих фамильяров. Гробовая тишина.

Я постаралась, чтобы мой голос звучал убедительно, хотя сама не очень-то верила в свои слова. Учиться в Высшей Академии было престижно. И опасно. Лучшие маги. Реальные, а не учебные, задания. Много практики и в итоге – самые лучшие должности королевства. Если выживешь.

– Не слишком радостная картина, да? Но нам надо с тобой продержаться. Обязательно.

Выбора у меня всё равно не было. Всего год отделял меня от получения диплома магистра, и этот год я вынуждена учиться именно в этой Академии. Только здесь, по словам тётушки, мне помогут справиться со стихийной магией так, чтобы не покалечиться.

Передернув нервно плечами, выдохнула и сделала уверенный шаг в распахнутые ворота. Лучшая из лучших – академия не спешила встречать меня. Что ж, мы не гордые!

Я сделала всего лишь пару шагов, когда слева, в опасной близости от меня, замерцал портал. Любой другой человек быстро отпрыгнул бы в сторону, но я замерла на месте, не в силах сдвинуться.

Из портала, сбивая меня с ног, вывалился молодой мужчина в мундире корпуса «Боевых драконов». Элитное военное подразделение. С некоторыми курсантами мне довелось повстречаться на городском балу, и встреча эта была не самой приятной.

Подняла глаза и страх колкими иголками прошил меня с головы до пят. Я его узнала. Курсант гневно уставился на меня, и вдруг его ноздри хищно раздулись, а зрачки опасно сузились. Он тоже меня узнал.

Мне бы отползти. Вскочить на ноги и бежать без оглядки, но ярость запоздало шарахнула в голову, и я с вызовом уставилась на парня.

– Ты что, меня преследуешь?! – одновременно заорали мы друг на друга.

***

На исходе лета в каждом городе нашего королевства проводился грандиозный Бал Драконов – одно из самых ожидаемых и торжественных событий года.

Негласно этот бал был предварительным смотром невест. Любая девушка, мечтающая поскорее выйти замуж, с замиранием сердца ждала этого праздника. Ведь сразу после него начинали присылать сватов.

Но меня не интересовало замужество. Много лет назад, ещё до поступления в местную Академию, я выбрала для себя путь служения магии. Мне хотелось стать магистром. Хотелось достичь таких высот в искусстве управления стихиями, чтобы родители могли гордиться мной. Если бы могли…

Бал мне был интересен другим событием! Ритуальным полётом драконов, который в нашем городке проходил впервые. Согласно древней традиции, в эту ночь аристократы, обладающие даром оборачиваться драконами, демонстрировали свою мощь, устраивая захватывающие воздушные представления.

Так совпало, что именно в эти дни курсанты «Боевых драконов» сопровождали какого-то представителя королевского дома, и губернатор уговорил их задержаться на праздник.

Эти сплетни мне принесла тётушка. Она постоянно рассказывала насколько великолепное и захватывающее зрелище – полёты драконов. Уж она-то знала об этом не понаслышке.

Как только стемнело и гости, разгорячённые танцами, высыпали на улицу, я осторожно выбралась из толпы и поднялась на крышу, которую заприметила заранее. Всего два этажа, а вся площадь, как на ладони! Договориться с хозяевами не составило труда, и вот я здесь.

Не боясь испачкать платье, удобно устроилась на ещё тёплой черепице и принялась ждать.

Когда пробили первые удары колокола, возвещая начало ритуала, в центре площади возникло тусклое свечение. Постепенно оно набирало силу, пока не вспыхнуло ослепительным пламенем. Из него один за другим вышли статные, обнажённые по пояс мужчины. За их спинами тотчас распахнулись огромные крылья. Тела задрожали в магической дымке, покрываясь чешуёй и меняя форму.

Восторженный вздох волной пронёсся над площадью.

Драконы легко друг за другом отрывались от земли и взмыли ввысь.

Мне пришлось задрать голову. С крыши открывался великолепный вид. Я смотрела на полёт, открыв рот от восторга и чувствуя себя чуть-чуть ближе к ним.

Драконьи тела переливались и блестели, словно были усыпаны драгоценными камнями. Мощные крылья размеренно рассекали воздух с едва уловимым шелестом.

Зрелище было настолько завораживающим, что в какой-то момент я почувствовала удивительное чувство единение с этими мощными и красивыми существами.

В нашем городке драконов не было. Они предпочитал жить в столице и её окрестностях. Поэтому встреча с ними, даже на расстоянии, была для меня, как подарок на день рождения. Долгожданный и волшебный.

Я забыла, как дышать. Сердце билось всё быстрее и переполняло меня благоговейным трепетом. Всё, что рассказывала тётушка, не шло ни в какое сравнение с тем, что я сейчас видела.

Мне хотелось вскочить и радостно кричать, приветствуя каждый невероятный кульбит и каждый взмах мощных крыльев.

Драконы кружили, описывая замысловатые фигуры в небе, будто их вела неслышная человеческому уху музыка. Их полёт становился всё стремительнее, но вдруг один из них сорвался!

Я вскрикнула от неожиданности и резко вскинула руку, то ли желая помочь ему, то ли пытаясь защитить себя. Это было ошибкой! Спонтанный выплеск неуправляемой магии сформировался в огненный шар и попал ему прямо в крыло!

Остальные драконы закрыли образовавшуюся брешь и сделали это настолько плавно, что никто не обратил внимание на выпавшего из строя дракона. А я в ужасе смотрела, как огромная чешуйчатая громадина несётся прямо на меня. Почему он не увернулся? Он же видел летящий в него шар? Не мог не видеть!

Надо было попытаться отступить, отползти, чтобы эта громадина не раздавила меня, но, парализованная страхом, не могла пошевелиться.

В последний момент дракон сумел замедлить падение и замер в воздухе прямо надо мной. Его глаза горели яростным огнём, а из ноздрей вырывался дым. Мне казалось, что дёрнись я хоть немного, он тут же меня испепелит!

Зацепившись когтями за карниз, дракон начал медленно менять форму. Его чешуя расползлась, открывая голый торс, и вскоре передо мной, с трудом балансируя на краю крыши, стоял мужчина.

Он был красив. Высокий и статный, с широким разворотом плеч. Волевое лицо, чётко очерченный подбородок, аристократичный нос. Даже сейчас, когда гнев исказил его черты, в нем чувствовалось величие, от которого замирало сердце.

Я, не отрываясь смотрела ему в глаза, страшась опустить взгляд ниже. Лицо моё пылало от страха и, доселе неизвестного мне, странного смущения.

А мужчина резко сорвался с места и в один прыжок оказался возле меня.

– Какого… – тут он произнёс такое слово, которое я отродясь в свой адрес не слышала и была уверена, что никогда не услышу, – ты сотворила? – злобно прошипел он. – Убить меня пыталась?!

Я часто-часто заморгала, открывая рот, как рыба, выброшенная из воды, не в силах произнести ни слова.

– Немая, что ли? – презрительно фыркнул дракон и посмотрел на меня внимательнее. – Это к лучшему… болтать не будешь.

Он резко склонился надо мной и ноздри его хищно раздулись. Он чуть повёл головой, как будто принюхивался по-звериному, и жарко дыхнул мне прямо в лицо.

– Забудь все, что видела, и моли богов, чтобы никогда не попасться мне на глаза, поняла? – угрожающе резанул он, гипнотизируя меня немигающим взглядом.

Я нервно сглотнула и кивнула.

– Александр! Ты в порядке? – раздался взволнованный мужской голос с лестницы, ведущей на крышу.

– Да! – Крикнул он кому-то за моей спиной, а потом буквально прошипел мне в ухо, обжигая кожу дыханием: – Я тебя запомнил.

Выпрямился и одарил меня напоследок ледяным угрожающим взглядом. Наступил на подол моего платья и, прихрамывая, медленно ушёл.

В этот момент над городом взорвался яркий фейерверк, но я его уже не видела. Пытаясь унять слёзы, дрожащими пальцами перебирала оборки платья и желала только одного: оказаться как можно дальше от городской площади и никогда… никогда в жизни больше не сталкиваться с драконами!

## 2.

Александр Норд

Так промахнуться с выходом из портала мог только первокурсник! Нет! Даже для первокурсника позорно, а для меня тем более! Боевой дракон во всей красе!

Уже на выходе я почувствовал, что врежусь в кого-то. И надо же какая неожиданность! Этим «кто-то» оказалась та самая девчонка, что сломала мне крыло!

Как эта пигалица попала на территорию Академии?! Следила за мной?

– Я предупреждал, чтобы ты не попадалась мне на глаза! Исчезни, или сильно пожалеешь! – рявкнул, срывая зло, и резко вскочил с земли.

Отправил мундир, зачесал пятерней волосы и не оглядываясь быстро зашагал в сторону парадного входа в Академию. На ходу, передумал и изменил маршрут. Показываться на глаза магистрам и адептам не было ни малейшего желания.

Всё, что мне требовалось – поговорить с ректором и как можно быстрее покинуть обитель знаний. Желательно не замеченным.

Печатая шаг под гулкими сводами старинного здания, я репетировал речь, как актёр королевского театра перед первой премьерой. Очень надеялся, что ледяному дракону Норду последние дни не было до меня никакого дела и его вызов просто дань родительской любви. Но стоило зайти в кабинет, как мои надежды улетучились.

Ректор Высшей Академии магии Стэллион Норд сидел за девственно чистым рабочим столом и отрешённо барабанил пальцами по зеркальной поверхности. Внешнее спокойствие было обманчиво. Будь он сейчас в облике дракона, бил бы хвостом, сметая всё вокруг.

Я чувствовал, насколько близок он к спонтанному обороту, а значит не просто зол, а в ярости. Горький запах полыни и горящего дерева забил мне ноздри сразу же, как я вошёл.

Ректор смотрел на меня не мигая и молчал. Я решил не лезть на рожон и выбрал такую же тактику – молчать. Он меня позвал, пусть сам и начинает разговор.

Без единого слова осторожно прошёлся по кабинету и встал около окна.

Атмосфера между нами сгустилась, наполнившись напряжением и холодом. Воздух вокруг застыл. Замер в ожидании: что же произойдёт дальше?

Брови отца ещё больше сдвинулись к переносице, образуя тяжелые складки на лбу. Губы плотно сжались, превратившись в тонкую, жесткую линию. Ледяной взгляд буравил меня насквозь, пытаясь прожечь дыру.

Я упрямо не отводил глаза, выдержав этот взгляд. В нём не было ни капли сочувствия – лишь осуждение и неприкрытое негодование.

– Ты мне соврал, – спокойно проговорил он, вот только от его тона кабинет едва не заледенел. – Твоя проблема с магией не в потере контроля. А в том, что ты её теряешь и не в силах остановить этот процесс.

– Я не врал, – поморщился. – Просто рассказал не всё.

Отец хмыкнул, а я отвернулся и упёрся лбом в холодное стекло. Сцепил пальцы и попытался унять противную, липкую дрожь. Мысль, что я действительно могу лишиться магии, страшила больше всего.

– Ты остаёшься в Академии, – вынес вердикт отец, и я недовольно цыкнул не оборачиваясь.

– Я уже отучился в твоей Академии, – возразил, чуть повернув голову.

– Не обсуждается, – тут же властно припечатал отец. – Будешь находится под моим личным контролем до тех пор, пока мы не найдём решение твоей проблемы.

– И что я буду здесь делать? Слоняться из угла в угол? Выступать подопытным зверьком для твоих заучек-адептов? Дрессированным драконом перед ними прыгать? – взвился я, развернулся и тут же снова попал под прицел ледяных глаз.

– Ты рисковал собой тогда, когда в этом не было никакого смысла.

– И как бы я объяснил свой отказ? Извините, но участвовать в ритуальном танце не могу, у меня магии не хватит довести его до конца? Так что ли?

– Не знаю! – рявкнул отец. – Мне ты врешь постоянно! Мог бы и там соврать! Я тебе больше вообще ничего не позволю! Ни шагу из Академии без моего согласия и сопровождения!

– Не перегибай! – бросил устало и тут же пожалел, что вообще встрял.

Воздух в кабинете заледенел. По телу ректора прошла судорога и запах полыни стал ещё явственнее.

– Вон из кабинета! – прогрохотал он и стёкла окон задрожали. – К лекарю немедленно и полный отчёт о твоём состоянии мне на стол!

Я резко развернулся на каблуках и, сжав зубы, устремился вон из комнаты.

– Будет нужно, я тебя на цепь посажу, своевольный мальчишка, – полетело мне в спину.

– Да пошёл ты, – пробормотал зло, дергая дверную ручку.

– Я всё слышу!

Выскочил в коридор и со всей дури хлопнул дверью.

– Мастер Александр! Звезда «Боевых драконов»! Как я рад вас видеть! – раздался за спиной восторженный вопль, и я мысленно взвыл.

## 3.

– Высшая Академия магии обучает лучших из лучших! – громовой голос ректора гулко разносился по залу.

Я невольно поёжилась.

В огромном полупустом зале для церемоний было холодно.

– Если ты готов упорно трудиться и безгранично веришь в свой талант – твоё место в наших рядах.

Стоящий рядом со мной вихрастый парень скептически хмыкнул. Я осторожно покосилась в его сторону, но тут же отвела взгляд.

– Вы приглашены сюда, потому что прошли отбор. Лучшие из лучших в своих академиях – теперь вам предстоит учиться здесь! Хочу напомнить, что сейчас вы все равны. Ни титул, ни положение в обществе, ни былые заслуги не играют больше никакой роли. Впереди вас ждёт прекрасное будущее, если…

Ректор сделал паузу и медленно обвёл нас суровым взглядом, на пару мгновений задерживаясь на каждом.

Двадцать адептов. Двадцать. Совсем немного в этом году, как успела сообщить мне призрачная женщина-комендант, пока провожала в выделенную комнату. Поэтому каждому положена отдельная комната. Она рассказывала об этом так горделиво, будто это была исключительно её заслуга.

«Совсем немного, а значит, спрашивать будут строже и учиться будет труднее», – поделились переживаниями брат и сестра Бреннан. Они жили в соседних комнатах и пришли знакомиться сразу же, как за призрачной женщиной закрылась дверь.

– Если, – повторил ректор, сделав особый упор на этом слове и колкие мурашки пробежались по моей спине, как будто на меня дыхнули морозом, – есссли вы справитесссь! – угрожающе прошипел он, напоминая всем, что перед нами стоит дракон.

Дёрнулось пламя магических светильников, что стояли за его спиной на высоких постаментах. Сухо звякнули стёкла в окнах. В полной тишине скрипнула цепь, на которой висела огромная люстра.

– Учится у нас сложно. Мало теории, много практики. Вам придётся показать всё, что уже умеете. У каждого из вас, – ректор опять обвёл нас взглядом, – будет свой учебный план. Мы поведём вас по верхней границе возможностей и выйдем за их пределы. Выжмем максимум из вашей магии.

– И выпьем все соки, – чуть слышно прошептал вихрастый парень, и я улыбнулась. Но тут же поспешно стёрла улыбку с лица, заметив, что ректор смотрит прямо на меня.

– Учиться у нас опасно, – проговорил он, продолжая буравить меня взглядом. – Поэтому дорогу к лекарям вам покажут первым делом, – он перевёл взгляд на стоящего рядом парня.

Тот невозмутимо хмыкнул. Взгляд ректора заледенел, а вот уголки губ на мгновение дёрнулись вверх. Он коротко кивнул, словно запоминая.

– К каждой группе адептов будет приставлен магистр и куратор, – продолжая внимательно разглядывать переминающихся с ноги на ногу адептов, продолжил свою речь ректор. – Кураторов следует слушаться беспрекословно, принимая просьбы за приказы: выполнять немедленно, не рассуждая. Для особо строптивых, – он вновь колко глянул на моего соседа, – поясню. Магистр отвечает за ваши знания. Куратор – за вашу жизнь. Для вас он отец, мать и старший брат в одном лице.

Горестный вздох прошелестел по залу, который резко оборвался звонким хлопком. Внимание адептов вновь устремилось на ректора. Он поднял руки. Щёлкнул пальцами, и в зал устремились маленькие бумажные птички. Они изо всех сил хлопали крылышками и приземлялись кто на плечо, кто на голову, а кто и чётко в подставленные руки.

Поймав свою птичку, я заозиралась, не понимая, что с ней делать. Признаться, такой вид магии мне был не знаком.

– Это почта, – прошептала мне Моника.

Мы пришли в церемониальный зал втроём и так и стояли рядом: я, Моника и её брат Мэтью.

– У нас в Академии так любое распоряжение деканата рассылалось, – доверчиво поделилась она, расправляя птичку и вчитываясь в исписанный убористым почерком лист.

– И не только распоряжения… – пробормотал Мэтью, внимательно изучая, что написано на его листке.

– А-а-а, – зажав себе рот ладошкой, радостно воскликнула Моника. – Мэт! Ты не представляешь, кто мой куратор! Но как? Как он здесь оказался?

У меня тревожно засосало под ложечкой, и я поспешно принялась разворачивать свою птичку.

– Александр Норд, – краем уха услышала голос Мэта, и руки мои противно задрожали.

– Но как ты узнал? – Моника буквально прыгала от радости.

– Потому что у меня тоже Норд! – торжествующе произнёс Мэтью.

– Мы с тобой снова вместе!

Непослушными пальцами я расправила лист, и первая строчка, что бросилась мне в глаза, гласила: куратор группы «Стихийные заклинания» Александр Норд.

В надежде, что Александров может быть много, и Норд окажется просто тезкой того самого дракона, я всё же спросила у моих ликующих соседей:

– А кто это такой? Александр Норд?

– Это самый крутой боец «Боевых драконов». На последнем задании он спас свою группу, выведя без потерь из ловушки. Сам чуть не погиб. Да ты что?! О нём же всё лето говорили на каждом углу! – восторженно рассказала Моника.

– У нас не говорили, – потерянно произнесла я.

– Из какого захолустья ты приехала? – высокомерно спросила только что подошедшая девушка.

Она смерила меня презрительным взглядом и посмотрела на Бреннонов. Видимо, что-то в их облике показалось ей достойным внимания. Черты лица смягчились. Тон голоса потеплел.

– Вы тоже у Александра? – мелодично почти пропела она и кокетливо поправила выбившийся белокурый локон. – Меня зовут Холли.

– Мэтью, а это моя сестра Моника, – Бреннон чинно представился и слегка кивнул.

– Очень приятно, – стрельнув глазами на Мэта, Холли чарующе улыбнулась и повела плечом. Тут её кто-то окликнул, и она, добавив многообещающе: – Увидимся, – отошла от нас.

– Вы знакомы? – с удивлением поинтересовалась я.

– Нет, – замотал головой всё ещё улыбающийся Мэт.

– Просто мы драконы, – со значением приподняв брови, произнесла Моника. – И она это почувствовала.

С этими словами она хлопнула брата по плечу:

– Готовься к очередной осаде.

– Ха. Ха. Ха, – раздельно произнёс Мэт. – Очень смешно.

– Драконы? – я судорожно сглотнула.

Моника с интересом наклонила голову, улыбнулась по-доброму и, скрестив руки, сказала:

– Я готова задать тебе тот же вопрос, что и Холли. Ты что, ни разу не видела таких как мы?

Не успела я ответить, как сзади меня кто-то панибратски тяжело хлопнул по плечу:

– Что, подружка, будем с тобой на пару отбиваться от этих чешуйчатых.

Вихрастый паренёк, что комментировал слова ректора, сделал шаг вперёд из-за моей спины и протянул руку Мэту.

– Ньюберг. Можно Берг. За «Ню» морду набью и не посмотрю, что дракон, – залихватски представился он.

Мэтью сжал протянутую руку и слегка тряхнул её.

– Хорошо, Берг. Я запомню.

– Послушайте, – Моника вновь изучала полученный список, – с нами должен быть ещё пятый. Тай Юнг Хо. Я знаю только одного Хо, подходящего по возрасту.

Она заозиралась, выискивая кого-то взглядом.

– Ты имеешь в виду… – начал говорить Мэт, но Моника его перебила, схватив за руку.

– Это он. Смотри, – дёрнула она подбородком и закусила губу.

Я посмотрела в том же направлении.

Первым, кого я увидела, был тот самый Александр. Курсант, обещавший сжить меня со свету. Рядом с ним стоял высокий, жилистый парень в военном мундире и на его плече спал… золотой дракон.

## 4.

Первый день в Академии начался с того, что я… проспала.

Накануне неугомонные Бренноны, сразу после распределения, потащили меня исследовать замок. Мы выяснили, что адептам доступны только первые три этажа. На третьем располагались наши комнаты. На втором – учебные кабинеты и несколько библиотек.

– Смотрите, как удобно, – восхитился Мэт. – По каждому заявленному в расписании предмету – своя библиотека.

– На самом деле, не очень удобно, – возразила ему сестра. – Если вопросы будут на стыке предметов, мы замучаемся бегать, выискивая нужную информацию.

– Спорно, – тут же возразил Мэтью.

– Проверим, – хитро улыбнулась Моника.

– Забьёмся? – тут же предложил Мэт, и я расхохоталась.

Не обращая внимания на мою реакцию, Бренноны соединили руки и запустили по запястьям магическую змейку.

– А на что вы спорите? – поинтересовалась я, потому что пока магия бегала по ладоням брата и сестры, они молчали.

– Просто на интерес, – ответил Мэт.

– Мы ведём счёт. И пока я выигрываю, – горделиво добавила Моника.

– Потому что жульничаешь, – добродушно поддел её брат.

– Ну и что, – радостно пожала плечами Моника. – Зато выигрываю.

На первом этаже располагался зал для торжественных церемоний, столовая и огромная бальная комната.

– Говорят, – шёпотом поделилась со мной Моника, – что в этой Академии на зимнем балу магистры и кураторы спускаются в танцевальный зал и веселятся наравне с адептами.

– Да ладно, – удивилась я.

В нашей Академии, где до этого училась я, любое вольное общение между адептами и преподавателями было запрещено. Следили за этим строго, и можно было легко попасть под отчисление за общение вне учебных классов.

– Да-да, – таинственно понизив голос, сообщила Моника, – и даже ректор посещает этот бал. Надеюсь, мне удастся потанцевать с нашим куратором, – мечтательно произнесла Моника и закружилась посреди коридора. – Он такой симпатичный!

Я презрительно фыркнула. Хотя в глубине души была согласна с Моникой. Александр Норд был живым воплощением девичьих грёз. Но не моих. Не моих!

– А знаете, что ещё интересно, – быстро переключалась Моника. – Смотрите. У нас четыре магистра. И четыре куратора. Двадцать адептов. Было бы логично, если бы группы поделили по пять человек. Но!

Она подняла указательный палец и заговорщицки посмотрела на нас с Мэтом.

– Нет, Моника! – взмолился Мэтью. – Ну нет! Не ищи заговора там, где его просто не может быть!

– А он здесь есть! – уверенно воскликнула Моника. – Я чувствую, что такое разделение неспроста! Интересно, у кого из магистров самая маленькая группа?

– Может, просто кто-то не умеет считать? – с улыбкой предположила я, и Мэтью тут же протянул мне раскрытую ладонь.

Звонко хлопнув по его ладони, сочувственно посмотрела на Монику. Она в ответ состроила смешную гримасу и показала язык.

– А я докажу, что это неспроста, – рассмеявшись, сказала она.

Рядом со столовой мы встретили Берга.

– Самое главное, – невозмутимо сообщил он нам, – найти где кухня и подружиться с поварихой.

– У тебя получилось? – полюбопытствовал Мэтью.

– Обижаешь, – проникновенно ответил Берг и достал из кармана яблоко. – Прелестную властительницу кастрюль и сковородок зовут Марта. У неё восхитительный голос и чарующая улыбка. А потому доступ в святая святых для нас открыт.

Потом был праздничный ужин.

Каждому прилетела птичка с расписанием и распорядком дня.

Мы до самого отбоя сидели в одной из библиотек и болтали обо всём на свете. Больше всего трепались, конечно же, Бренноны. Им было что рассказать. Ребята всю свою жизнь прожили в столице и были знакомы со всеми, кроме, наверное, королевской семьи.

Мы с Бергом слушали и переглядывались. Он не торопился рассказывать о себе, а мои мысли всё больше крутились вокруг куратора и того, как мне себя вести, чтобы продержаться этот год.

А наутро я банально проспала.

Привыкнув к тому, что дома меня будила тётушка, а в предыдущей академии – соседки, я не озаботилась будильником. Вскочила. Заметалась по комнате. Натянула полученную вчера форму, чуть не подпалив рукава, когда магически подгоняла её по фигуре.

Сверилась с расписанием и рванула на второй этаж.

Коридоры были уже пусты, и паника накрыла меня с головой. Как же так? В первый же день так опростоволоситься?!

Когда я нашла нужный кабинет, почувствовала, что из-за волнения не получается справиться с магией. Мне бы остановиться. Передохну́ть. Успокоиться. Взять чувства под контроль. Но страх, что катастрофически опоздала, гнал вперёд.

Схватившись за дверную ручку, ощутила жар в центре ладони.

Распахнула дверь, вскинула руку, желая просто помахать приветственно, и с ужасом увидела, как с кончиков пальцев сорвался огненный шарик. И полетел прямиком в спину парню с золотым драконом.

От ужаса я онемела и застыла на месте.

Дракон вскинул голову и повернулся в сторону летящего шара. Парень, не оборачиваясь, поднял руку и пальцами поймал мой огонь. Не глядя, метнул его в сторону дракона. Тот, распахнул пасть и легко проглотил огненный шарик.

Всё произошло так быстро, что я только рот успела раскрыть.

Парень повернулся ко мне и спокойно произнёс:

– Полагаю, ты не пыталась убить меня. Верно?

## 5.

Александр Норд, куратор группы "Стихийные заклинания"

Путь до кабинета ректора я преодолел почти бегом и с таким свирепым выражением лица, что распугал всех призрачных дам. Они чинно расхаживали туда-сюда по второму этажу, объясняя адептам, где какой кабинет находится. Но завидев меня, бросились врассыпную.

Рывком распахнул дверь и прорычал с порога:

– Дай мне другую группу!

Отец устало отложил свиток, что держал в руках и ровно произнёс:

– Я понимаю, что она больше, чем у остальных, но Тай Юнг Хо, скорее всего, пробудет с нами не весь год.

– Дело не в Тае, – рявкнул я и широкими шагами нервно заходил по комнате. – Дело в этой девчонке. Литори. Переведи её в другую группу, иначе у тебя станет на одного адепта меньше.

Отец откинулся на высокую спинку жёсткого стула и задумчиво постучал пальцем по подбородку.

– Литори… Клео, если не ошибаюсь.

Я остановился напротив него и сложил руки на груди. Наши взгляды скрестились. Каждый раз в разговоре с отцом я чувствовал себя так, словно мы вели незримый поединок. Клинки звенят, выпад, защита, выпад в ответ и так бесконечно: кто кого победит!

– Высокие оценки в зельеварении, успешные опыты с заклинаниями… – медленно проговорил отец, не сводя с меня глаз.

– Стихийные всплески магии, – тут же парировал я.

Отец с интересом наклонил голову и прищурился.

– Об этом не упоминается в её документах. Откуда ты знаешь? – в его голосе прорезались повелительные нотки.

Только я открыл рот, чтобы рассказать о нашей встрече, как тут же захлопнул его и прикусил язык. Говорить отцу, при каких обстоятельствах было повреждено моё крыло, в планы не входило.

– Девочка никогда не была в столице… Не выезжала из своего города… Значит…

– Почему ты сказал, что Тай Юнг Хо пробудет с нами не весь год? – быстро перевёл тему.

Отец хмыкнул, оценив манёвр, и встал из-за стола. Заложил руки за спину, неспешно пересёк кабинет и встал рядом с окном. Помедлив, поднял руки и резким движением распахнул сразу обе оконные створки.

Прелый, осенний воздух радостно хлынул вглубь кабинета, заполняя собою каждый закуток. Отец сделал глубокий вдох и очень медленный выдох.

– Тай Юнг Хо младший сын императора пограничного с нами Тэнсё Аомори, – сказал он, глядя на верхушки деревьев, что много веков назад были высажены первыми адептами Академии.

– Это я знаю.

Отец захлопнул окно и вернулся к своему столу.

– Он дипломатический заложник, – невозмутимо продолжил он, – как только наши государства договорятся, Тай вернётся домой. Он сам выбрал нашу Академию и тебя в качестве куратора.

– Меня? – удивился я.

– Мальчик — твой фанат, – пожал плечами отец, – впрочем, как и многие адепты.

Дверь в кабинет чуть слышно скрипнула, и на пороге во всей своей рыжей красе нарисовался самый молодой магистр.

– Тебя не учили стучаться? – снова завёлся я. – Сгинь, Ферно!

– Мне назначено, – иронично приподняв бровь, сообщил мой бывший однокашник, – и я не призрачная дама, забыл? На меня твой рык не действует.

– Мы закончили, Александр, – сказал отец. – Я не буду менять состав твоей группы. Иди работай.

– Кстати, – вкрадчиво проговорил Ферно, и его улыбка не предвещала ничего хорошего, – одна из твоих подопечных напала на нашего дипломатического гостя. Вся Академия жужжит, как улей.

«Прибью», – проговорил одними губами, бросив гневный взгляд на отца, и выскочил за дверь.

– Держи себя в руках! – насмешливо крикнул мне в спину Ферно.

«И тебя тоже прибью!» – подумал я, направляясь в учебный класс, где должны были собраться мои адепты.

## 6.

Я растерянно хлопала глазами и не могла вымолвить ни слова. Проклятая немота, нападавшая на меня в моменты душевных потрясений, и тут сыграла свою злую шутку. Ни слова сказать, ни вдохнуть глубоко. Холодная испарина покрыла лоб, время шло, а я всё пыталась протолкнуть в горле липкий ком.

Тай склонил голову и выжидательно смотрел на меня.

В классе стояла такая тишина, что было слышно, как на улице перекрикиваются адепты, и эти звуки казались оглушительными.

Тягостное оцепенение сковало моё тело. В ушах звенело.

– Дракончик, будешь яблоко? – раздался весёлый голос Берга, и застывшие в комнате люди пришли в движение.

Тай Юнг Хо усмехнулся и с добродушной улыбкой произнёс, посмотрев на Берга:

– Только если твоё яблоко целиком состоит из магии, как огненный шар… – он снова посмотрел на меня и вопросительно поднял брови.

Я наконец-то смогла глубоко вдохнуть и хрипло пробормотала:

– Клео… меня зовут Клео.

Тай кивнул:

– Как тебе огненный шарик Клео? Понравилось, мой хороший? – Тай обратился к своему дракону, а тот неожиданно для всех довольно зажмурился и громко заурчал. – Да, тебе понравилось, я вижу. Давно ты не пробовал настолько чистой магии.

– Да не, моё яблочко, просто яблочко, – довольно сказал Берг и с хрустом смачно откусил бо́льшую часть.

Мой рот тут же наполнился слюной, и я вспомнила, что не завтракала. А ещё то, что я проспала и опоздала. А ещё! Что, убегая из комнаты, впервые не проверила свою белку! Как там Чуи? Новая обстановка и незнакомый магический фон могли её напугать. Надо будет при первой же возможности сбе́гать в комнату.

– Мои дорогие дети, – неожиданно раздался мелодичный и напевный женский голос. – Мы с вами только что стали свидетелями стихийного выброса магии и одного из способов его нейтрализации. Прекрасно! Прекрасно!

В центр комнаты выплыла миниатюрная женщина. Несмотря на внешнюю хрупкость и нежные черты лица, я ощутила в ней такую силу и магическую мощь, что кончики пальцев вновь закололо.

– Что ж, значит, это будет темой нашего первого занятия. Проходите, Литори, не стойте в дверях.

Я перешагнула порог, и дверь за спиной аккуратно закрылась. Пальцы покалывало. Мимо прошёл Берг, на ходу доедая яблоко, и по-дружески толкнул в плечо.

– Рассаживаемся парами и начнём уже урок, – скомандовала женщина и быстрым шагом подошла к изящному столику с вычурными ножками, стоя́щему вместе с креслом на возвышении.

Я огляделась. Парты для адептов стояли в хаотичном порядке, как будто были занесены в комнату, да и брошены как попало. Бренноны сидели в самом дальнем углу и, склонив друг к другу головы, о чём-то шептались.

Прямо перед столиком магистра сидела Холли. По сжатым губам и напряжённой спине я поняла, что к ней лучше не соваться. Чуть дальше расположился Берг, и он-то как раз помахал мне рукой, подзывая за свой столик.

И тут я подпрыгнула от неожиданности: моих пальцев, всё ещё покалывающих от избытка магии, коснулось что-то горячее.

– Фу, друг мой, так нельзя, – мягко пожурил Тай своего дракона. Тот с невинным видом облизнулся и снова улёгся парню на плечо. – Надо хотя бы спрашивать разрешение.

Довольный своей шуткой, Тай подмигнул мне и скользящим шагом переместился к парте, за которой сидела Холли. Та ангельски улыбнулась и заметно расслабилась.

– Литори, побыстрее, – забарабанила пальцами магистр.

Дождавшись, когда я поспешно займу место рядом с Бергом, она произнесла:

– Представлюсь ещё раз. Меня зовут Лилиан Шарм. Обращаться ко мне следует: магистр Шарм. Я буду заниматься с вами заклинаниями, и вы – группа, которую отбирала лично я. Мы будем углублённо изучать магическую природу каждой из стихий. Учится управлять, контролировать и соединять с помощью заклинаний их силу. Но, прежде чем мы приступим к первому занятию, скажу сразу для всех: опоздания в нашей Академии наказываются.

Магистр выразительно посмотрела на меня.

– Поэтому вам, Литори, после занятий следует подойти к куратору.

Дверь распахнулась.

– А вот и он, – обаятельно улыбнулась магистр Шарм. – Доброе утро, Александр.

– Оно доброе не для всех, магистр Шарм, – неожиданно вкрадчивые нотки в голосе Норда больно ударили по нервам.

Мне не нужно было смотреть на своего куратора. Я и так чувствовала, насколько он зол.

Уткнувшись взглядом в парту, я выводила пальцем маленькие круги и очень тихо, коротко дышала. Мысленно попрощалась и с Академией, и с мечтами о хорошей работе в будущем. Дело ли! В первый же день напасть на одногруппника!

Вряд ли куратор будет разбираться в этом вопросе, ему же так хочется вышвырнуть меня, убрать с глаз долой!

– Александр, – раздался мелодичный голос магистра Шарм, – по поводу своего опоздания на занятие адептка Литори подойдёт к вам после обеда. Вы не против?

– По поводу опоздания? – неприкрытое удивление прозвучало в голосе куратора.

Я исподтишка покосилась на него, боясь его взгляда. Но Александр даже и не думал смотреть на меня. Его взгляд был прикован к Тай Юнг Хо и именно ему он задал свой вопрос.

– У меня нет претензий к Клео Литори, наставник, – Тай встал и коротко кивнул.

– Совсем? – Александр даже не пытался скрыть подозрительные нотки в своём голосе.

Он прищурился и чуть склонил голову, внимательно вглядываясь в парня.

Тай ещё раз с достоинством кивнул и затем добавил:

– Мы разрешили все разногласия.

– Хорошо, – с заметным облегчением проговорил куратор, и я с удивлением покосилась на него снова.

Норд пристально всех оглядел. Кивнул магистру и только после этого пытливо уставился на меня.

Моё лицо тут же вспыхнуло жаром. Огненная волна прошла по телу: от пальцев ног до кончиков волос, заставляя задержать дыхание и замереть.

– Буду ждать вас, Литори, после обеда… – Александр помедлил, будто обдумывая, что сказать дальше, – в хранилищах артефактов. Они находятся в подземельях. Не пугайтесь, – зловеще закончил он и стремительно вышел из учебной комнаты.

– Выдыхай, – толкнул меня локтём Берг и зашептал на ухо. – Я знаю, где это. Покажу. Там и правда не страшно.

– Итак, вернёмся к занятию, – магистр Шарм постучала изящными пальчиками по столешнице, – всплески магической силы. Не надо думать, что такое бывает только с неоперившимися юнцами. Даже зрелые маги могут быть подвержены неожиданным и неконтролируемым магическим всплескам. Главное – чётко понимать, что с вами происходит.

Шарм легко вскочила с кресла и прошлась между столами.

– Литори, – встала она рядом со мной, – что провоцирует ваши всплески?

– Эмоции, – тихо ответила я.

– Эмоции! – магистр Шарм подняла указательный палец, призывая всех к вниманию. – Именно об этом мы сегодня и поговорим.

Занятие шло, а я всё никак не могла избавиться от жара в груди и горящих щёк. Поминутно прикладывая к лицу прохладные ладони, практически не слушала, что говорила магистр.

Ещё ужасно хотелось есть. И пить. Живот крутило. Голова болела. Я постоянно возвращалась мыслями к белке, переживая за неё и изводя себя различными домыслами.

– Что ж, на этом мы закончим. К завтрашнему дню подготовьте доклад о наиболее частых причинах возникновения стихийной магии и что может привести мага к потере контроля над ней, – услышала над ухом мелодичный голос магистра и встрепенулась. – Тем, кто слушал меня внимательно, не составит труда выполнить задание. Для остальных существуют библиотеки.

Услышав заветное «Вы свободны», рванула в свою комнату. Убедилась, что Чуи спокойно спит. Выдохнула. Перепрыгивая через две ступеньки, понеслась в столовую.

Едва переступила порог, как в нос ударил манящий аромат свежеиспечённого хлеба. Рот наполнился слюной, как только я представила, как вгрызаюсь в хрустящую корочку, а мякиш мягко сминается моими губами. Живот призывно заурчал.

Набрав на поднос различных вкусностей, завертела головой в поиске своих одногруппников. Увидела брата с сестрой и устремилась к ним.

– Ты не говорила, что страдаешь стихийными всплесками магии, – с любопытством проговорила Моника, как только я села за стол.

– Технически я не страдаю, – ответила, сделав огромный глоток компота. – Но благодаря им часто попадаю в нелепые ситуации.

– Покушение на Тая сложно назвать нелепой ситуацией, – укоризненно покачав головой, сказала Моника, и я поперхнулась.

– Кто так говорит?

– Да вся Академия, – вставил своё слово Мэт. – Ты у нас теперь знаменитость. Хотя нет, все больше прониклись поступком Тая. Кстати, дракончика зовут Лорд, забавно, правда?

– Это какой-то кошмар, – пробормотала и отодвинула поднос. Аппетит пропал.

– Да ладно, хорошее имя! – воскликнул Мэт.

– Я думаю, Клео имела в виду свою ситуацию, братишка, – с улыбкой проворковала Моника и тут же обратилась ко мне: – Не переживай, скоро кто-нибудь ещё что-нибудь выкинет, и все переключатся на новую жертву.

– Главное, чтобы это снова была не я, – сказала с грустью и откусила пирожок.

***

Подземелья Академии, действительно, были не страшные. Спустившись по узким каменным ступенькам, я попала в хорошо освещённый подземный коридор. Воздух здесь был сухой и прохладный, без малейшего признака сырости.

Вдалеке раздались торопливые шаги, и вскоре рядом со мной возник огненно-рыжий мужчина. «Если увидишь мужчину с длинными, рыжими волосами, это магистр Ферно», – вспомнила я вчерашние слова Моники. Она прекрасно знала, как выглядят все педагоги Академии.

– Что ты делаешь в моих чертогах, невинная овечка? – манкий голос магистра показался мне насмешливым, – М-м-м… ты, Клео Литори, верно? Та, которая чуть было не устроила международный скандал?

– Сгинь, Ферно! Это моя адептка! – раздался с лестницы властный голос Александра.

– Как двусмысленно это прозвучало, – игриво промурлыкал магистр, а у меня опять запылали щёки. – Не буду вам мешать, ребята. Секцию «С» я запер, даже не суйтесь туда.

– Нам нужен архив, – грубо оборвал его Александр, – у адептки Литори сегодня отработка за долгий сон.

– А ты… безжалостен, мой друг, – восхищённо произнёс магистр Ферно и, хмыкнув, легко взбежал по лестнице.

## 7.

Александр проводил взглядом удаляющуюся фигуру магистра и повернулся ко мне. Сердце моё рухнуло в пятки. Испытующий взгляд куратора не сулил ничего хорошего.

И тут я внезапно поняла, что мы находимся здесь совсем одни. Старинный замок, подземелье, много тайных закутков. Фантазия разыгралась, и меня обуяла паника. А что, если он прибьёт меня по-тихому и скажет, что я сбежала?! Кто будет из-за меня разбираться?

Александр шагнул ко мне и цепко схватил за локоть. Я молча попыталась вырваться, но куда там! Хватка у боевого дракона железная, мои трепыхания только усилили захват.

Норд наклонился и злобно зашипел в самое ухо:

– Какие бы мысли и фантазии ни кружились в твоей голове – даже не мечтай! Я не собираюсь подставлять под удар свою карьеру и репутацию из-за какой-то невразумительной, серой пигалицы!

Он выпрямился и надменно посмотрел сверху вниз.

– Поняла?

Я молчала опять не в силах выговорить ни слова.

– Кивни, если поняла, – презрительно выплюнул Александр и, дождавшись моего несмелого кивка, поволок за собой по коридору.

– Нам нужен архив «В», – проговорил он себе под нос, шагая так быстро, что я еле поспевала за ним. – В секторе «А» всё слишком просто, сектор «С» закрыт, значит «В». Даже не знаю, повезло ли тебе, – это он сказал уже мне, резко остановившись перед одной из запертых дверей.

Он наконец-то отпустил мой локоть.

Кожа, в тех местах, где были его пальцы, всё ещё горела, и я тайком погладила руку. Наверняка будут синяки. Надо будет сразу же смазать мазью, как только окажусь в комнате.

Александр начертил в воздухе магический знак, в котором я легко узнала открывающую руну. Надо же, так просто?! Дверь щёлкнула.

Он толкнул её и сделал широкий жест:

– Прошу, Клео Литори. Располагайтесь. Есть у меня подозрение, что в этих подвалах вы будете частой гостьей. Уж я позабочусь об этом, – пригрозил он.

Я мельком бросила на него растерянный взгляд и сделала робкий шаг вперёд.

Стены подземного хранилища были выложены из грубо отёсанных каменных блоков. Вдоль стен стояли высокие стеллажи и шкафы, доверху заполненные бесчисленными коробками и коробочками. Между ними были втиснуты старинные фолианты с потрёпанными кожаными переплётами, потемневшие от времени металлические сосуды, таинственные кристаллы и что-то похожее на амулеты.

В воздухе, как незримая пелена чувствовалась магическая сила, исходившая от этих предметов. В комнате царила тишина. И только если замереть и прислушаться можно было уловить едва слышное потрескивание и шорох.

– Что это? – чуть слышно спросила я.

– Да неужели! – возглас Александра прозвучал настолько резко и неожиданно, что я подпрыгнула от испуга. – Ты разговариваешь?! Какое счастье, кардалак тебя побери!

С этими словами он втолкнул меня в комнату и захлопнул дверь.

– А теперь, – зашипел он, нависая надо мной, – раз уж ты можешь говорить. Что ты делала на крыше? Кто тебя подослал? Что ты делаешь в Академии?

Он наступал на меня и теснил вглубь комнаты, пока я не упёрлась спиной в шкаф. Ручка от дверной створки больно впилась мне в поясницу. Отступать было некуда. Я вскинула голову, сжала кулаки в попытках собрать волю и хрипло просипела:

– Я смотрела танец…

– Что?!

– На крыше. Я просто смотрела ваш танец. Никогда не видела. До этого.

Александр пронзил меня холодным, недоверчивым взглядом. Он словно хотел залезть в мою голову и душу. Ноги ослабли и я, заведя руку за спину, схватилась за дверную ручку шкафа, чтобы не упасть.

Александр отошёл на шаг и повёл шеей.

– Допустим, – уже спокойнее проговорил он. – Но как ты попала в Академию?

– Меня пригласили. Я прошла отбор и получила письмо от ректора.

После того как куратор отошёл от меня на несколько шагов, дышать стало легче. Он больше не пытался меня продавить. Я глубоко вдохнула и выдохнула.

– Я проверю, – пригрозил он. – Подниму все отчёты и документы.

– Проверяйте, – сказала как можно равнодушнее, – мне нечего скрывать.

Александр усмехнулся.

– Всем есть что скрывать.

Потупившись, я пожала плечами. Мне, действительно, нечего скрывать. Вся жизнь как на ладони. Вся! Кроме моего происхождения. Но эту тайну тётушка спрятала очень надёжно. Даже от меня самой.

Молчание между нами затягивалось. Воздух сгущался.

Неожиданно я почувствовала дикую усталость и боль под правой лопаткой. Осторожно повела плечом, проверяя, что там может болеть, и с удивлением поняла – боль не моя!

Исподтишка глянула на Александра и тут же отвела глаза.

Он пристально и внимательно смотрел прямо на меня. Впивался взглядом.

– Пожалуйста, – решилась пода́ть голос, – не смотрите на меня… так.

– Как? – тут же уточнил Александр, и температура в комнате понизилась.

– Осуждающе и, – я набрала в лёгкие воздух и на выдохе добавила: – с подозрением. Как будто я вам враг.

– А разве нет? – голос куратора заледенел. – Ты повредила мне крыло. Сегодня могла разрушить дипломатические отношения с нашими соседями. Ты ненадёжна, как повреждённый амулет: неизвестно, когда и как ты рванёшь.

– Я прибыла в Академию в надежде, что мне помогут! – от обвинений куратора защипало в носу.

И ведь действительно, получается от меня одни неприятности.

– Помогут! – неожиданно Александр вновь оказался рядом со мной, и я вжалась в шкаф. – Укрощать магию адептов здесь умеют лучше всего, – сказал он мне прямо в лицо. – И я правильно выбрал тебе наказание. Здесь тебе самое место.

Он резко отошёл. Ушёл вглубь комнаты и скрылся между стеллажами. Не успела я перевести дух, как Александр вернулся. В руках у него был огромный талмуд.

Бухнув его на единственный в комнате стол, он хлопнул по обложке ладонью.

– Здесь, – он обвёл рукой, показывая на полки, – хранятся вышедшие из строя амулеты. Твоя задача проверить у них уровень магии и записать в эту книгу. Работа монотонная и в целом бессмысленная. Но хорошо прочищающая мозги.

Он ещё раз хлопнул ладонью по толстенной книге и ухмыльнулся.

– Думаю, на первый раз времени до ужина хватит. Приступайте, адептка Литори.

С этими словами он ещё раз оглядел меня с ног до головы, хмыкнул презрительно и вышел из комнаты. Дверь за ним хлопнула так, что стеклянные сосуды на полках жалобно звякнули.

«Ну и ладно», – подумала я и открыла книгу.

«Ну и пусть», – нашла последнюю запись и внимательно изучила её. Ничего сложного, на первый взгляд, не было. В прошлой Академии я помогала создавать подобный каталог. Правда, не в наказание, а по доброй воле.

– Что же, посмотрим, похоже, это номер шкафа и полки, а это, – я внимательно оглядела стеллажи, – угу, так помечаются коробки. Ну а дальше описание артефакта. Вот только как я пойму, для чего он создавался?

Отодвинув талмуд в сторону, я сняла с ближайшей полки деревянную коробку и поставила её на стол.

– Ага! – воскликнула радостно. – Они все подписаны! Это упрощает дело.

Работа на самом деле была нудная и монотонная. Достать амулет, найти его описание, проверить уровень магии, сверить с прошлыми записями и добавить свою.

Пару раз я клевала носом над записями. Тёрла глаза. Зевала. Потягивалась. Прыгала на месте, пытаясь разогнать непонятно откуда взявшуюся дрёму.

Перелистнув очередную страницу и взявшись за следующую коробку, я увидела занимательную подпись: «Проверил и сдал Александр Норд».

– Вот откуда ты знаешь, что эта работа хорошо прочищает мозги! На собственном опыте! – улыбнулась я.

Дело пошло быстрее и интереснее. Мне стало любопытно, какие именно артефакты поверял мой куратор, и я въедливо вчитывалась в записи выискивая возможные ошибки. Но их не было! А жаль.

В очередной маленькой коробке лежал медальон, покрытый затейливой вязью рун.

– Свойства: усиливает магические способности владельца. Неисправен, – прочитала я на бирке.

Аккуратно достала амулет из коробки и осторожно провела пальцем по узору, проверяя уровень магии. Источник был невысокий, но внезапно амулет в моих руках сла́бо завибрировал.

– Не-е-ет, – испуганно прошептала я. – Только не это!

## 8.

Амулет вибрировал, а я не знала, что делать. Положить его в коробку и закрыть? Просканировать на уровень магии и снять излишки?

Пока я раздумывала, вибрация резко усилилась, и он вырвался из моих рук. Взмыл в воздух и принялся хаотично метаться по залу.

– Ах ты ж, зараза какая, – пробормотала себе под нос, поспешно выстраивая защитный барьер между нами и сплетая магическую сеть.

Ловить взбесившиеся амулеты мне ещё не приходилось, но теорию я знала на отлично, так что в собственных силах не сомневалась. Как-то сразу в голове всплыл нужный параграф из учебника, а там всё по пунктам: сначала делаем первый шаг, потом второй, потом третий.

Я мгновенно успокоилась. Когда знаешь, что делать, работа спорится.

Сформировала ловушку. Довольно кивнула себе, мол, замечательно, Клео, всё получилось, как надо! Подошла к столу, где стояла коробка из-под амулета, чтобы захватить его и надёжно упаковать. Точным броском накинула сеть на летуна.

Но амулет оказался на удивление проворным. Легко увернулся от заклинания и сам набросился на меня!

Я с трудом успевала уворачиваться от его неистовых атак. Теперь я металась по залу архива, пытаясь отбиться от обидчика или хотя бы спрятаться.

Вскоре к беснующемуся амулету присоединились и другие, будто почуявшие мою слабость. Я оказалась в окружении взбесившихся артефактов, едва успевая парировать их выпады.

Зал архива превратился в настоящее поле боя.

Древний медальон обрушил целый стеллаж, разбрасывая во все стороны хрупкие пергаментные свитки. Они тут же вспыхнули, заполняя воздух удушливым дымом.

Другой амулет, обвитый змееподобными руническими символами, бился об каменные стены архива, пытаясь пробить брешь. Пыль и каменная крошка летели на пол. Я быстро воздвигла ещё один защитный барьер, удерживая стену.

Один за другим непроверенные ещё амулеты теряли контроль, вырываясь из своих коробок. Они носились по залу. Крушили все на своём пути. Я едва успевала реагировать, пытаясь уменьшить наносимые разрушения.

Мыслей никаких не было! Я плела необходимые заклинания с абсолютно пустой головой. Страха тоже не было. Только действия. Защитить. Сдержать. Защитить. Сдержать.

Внезапно один из артефактов, похожий на древнюю диадему, взмыл высоко под потолок. Оттуда он обрушил град заострённых кристаллов, пронзая мой защитный барьер. Я вскрикнула от боли. Один из них достал меня, оставив глубокий порез на руке.

– Это что за срань такая?! – раздался громоподобный возглас, и я аж присела от неожиданности.

Обернувшись, увидела, что на пороге архива стоит рыжеволосый маг. Его длинные волосы развевались, словно на ветру. Сам он как будто стал выше ростом, и от его фигуры веяло сильнейшей магией. Нахмуренные брови, презрительный оскал, холодный блеск глаз, как не похож он был сейчас на милого магистра.

Артефакты застыли в воздухе. Мои ноги дрогнули, но исключительно на последних остатках силы воли я не пала перед ним на колени.

– Вы что тут устроили?!

Я уже набрала воздух в лёгкие, чтобы начать оправдываться, как поняла, что он обращается не ко мне!

Древние амулеты, как нашкодившие щенки, медленно опускались на пол и подползали к его ногам.

Магистр Ферно презрительно хмыкнул, и они остановились в шаге от него, как будто наткнулись на невидимую стену.

– Место! – рявкнул он так грозно, что даже мне захотелось забиться под стол.

Амулеты же, выстроившись сначала цепочкой, чинно разлетелись по своим местам.

Ферно кинул в зал пару заклинаний, которые я опознала, как бытовые. И точно! Упавшие стеллажи встали на место. Коробки распределилась по полкам. Магический пепел от сгоревших свитком собрался в одну кучу и, лишившись остатков магии, уничтожился.

– Ух ты! – не смогла сдержать удивления и с восторгом уставилась на магистра. – Вот это да!

Ферно отряхнул друг об друга ладони и насмешливо покосился на меня.

– Я крайне тщеславный маг. И ваше неприкрытое восхищение приятно щекочет моё самолюбие, – он хмыкнул и добавил: – Думаю, что ваша отработка, адептка Литори, закончена. Более того, я вас больше в архив одну не пущу. Пусть ваш куратор придумывает новые наказания. Или сидит вместе с вами.

Тут он посмотрел на пол и нахмурился.

– У вас кровь капает. Останавливать умеете?

Я спохватилась и зашептала лекарские заклинания, водя ладонью над порезом. Кровь остановилась, а вот руку я не чувствовала. Она онемела.

Ферно нахмурился ещё больше. Подошёл к полкам и взял ящичек, в который уползла уколовшая меня диадема. Засунув его подмышку, повернулся ко мне.

– Пойдёмте к лекарям, Литори, вы откроете целителям счёт. Кто бы мог подумать, что первым пострадавшим в этом году будет милая, невинная овечка. Вы меня удивляете!

Магистр пропустил меня вперёд и буквально подталкивал в спину, заставляя торопливо передвигать ноги.

Где находились лекарские палаты, я уже знала. Нам действительно показали их в первую очередь, сразу же после выступления ректора. Так что шла я уверенно и быстро, чувствуя спиной дыхание магистра.

Один раз он легко тронул меня за локоть, требуя остановиться.

Ферно поймал пробегающую мимо адептку и медоточивым голосом произнёс:

– Милая, найдите куратора стихийных заклинателей и скажите, что я забрал его адептку к лекарям.

Он так явно выделил голосом слова «его адептка», что мои уши вновь запылали, а девушка удивлённо на меня покосилась.

– Александра Норда? – уточнила она деловым тоном, в котором сквозила радость от полученного задания.

– Именно его, милая, – лукаво подтвердил Ферно, – вашего любимца. Если не найдёте его на втором этаже, разрешаю наведаться в личные покои, – доверительно добавил он, слегка понизив тон голоса, – поручение крайне важное!

Девушка что-то пискнула, преисполнившись гордости, и рванула с места.

– Пошли, пошли, – развернулся он ко мне и помахал рукой. – До того, как наш разъярённый дракон прибежит к лекарям, надо успеть спокойно выяснить, что у вас с рукой, Литори.

Я попыталась пошевелить пальцами и поняла, что не чувствую её уже до самого́ плеча.

– Вот именно, – отреагировал Ферно на мой печальный вздох. – Я, признаться, совершенно не помню, что за яд был упакован в эту диадему. Вряд ли что-то смертельное, – добавил он с сомнением, – всё-таки в этой секции хранятся артефакты, созданные адептами.

Теперь мы шли рядом, и я исподтишка покосилась на магистра.

– Не косись, – заметил он, внезапно перейдя на «ты». – Александр, конечно, явно зол на тебя, но не настолько, чтобы в первый же день подвергать смертельной опасности.

– А не в первый? – вырвалось у меня.

Ферно хохотнул.

– Не в первый тоже, – усмехнулся он и чуть склонил голову. – Раз уж мы с тобой мило беседуем, открою небольшой секрет. Вспомни слова ректора Норда и отнесись к ним серьёзно.

Он остановился посреди коридора. Сурово нахмурил брови и, отставив ногу, взмахнул свободной рукой.

– Мы проведём вас по верхней границе ваших возможностей. Поднимем уровень магии до самой высокой планки, – глядя в потолок, нараспев продекламировал Ферно.

После лукаво посмотрел на меня и подмигнул.

– И это правда. Если будешь ответственно подходить к занятиям, тебе почти ничего не грозит.

– Почти ничего, – пробормотала я, посмотрев на висящую плетью руку.

– Почти ничего! – радостно подтвердил магистр Ферно. – Мелкие неприятности не в счёт!

Остаток пути мы прошли в молчании. Я переваривала слова магистра, а он тихо насвистывал себе под нос популярную, фривольную песенку.

Когда мы зашли в лекарское крыло, я внезапно схватила его за руку и испуганно прошептала:

– Погодите, наш куратор – сын ректора?!

Ферно посмотрел на меня с удивлением и взялся за дверную ручку.

– Ну да. А ты не знала? Откуда ты взялась такая, невинная овечка? – и не слушая мой ответ, рванул на себя дверь и громко заорал: – Выходите, зазнайки! Я вам болезную привёл!

Оглушённая его словами, я медленно прошла вслед за ним. Нет, я не знала. Я вообще не связывала этих людей вместе. Мало ли у кого фамилии одинаковые. Но дело даже не в этом. Получается куратору раз плюнуть выставить меня из Академии! Просто сказать отцу, кто повредил ему крыло, и меня пинками отправят обратно. Особенно после того, что случилось с Таем и того, что я разгромила архив!

Рабочей рукой закрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Это надо же было так попасть!

– Ну во-о-от, – услышала мужской, полный разочарования, голос. – Это девица-красавица, значит, я проиграл. Розалинда! По твою душу посетители.

– Не только по её.

Тут я получила ощутимый толчок в спину, и магистр Ферно прошептал мне практически на ухо:

– Не время раскисать, адептка Литори. Пока вы живы не поддавайтесь унынию, это самое плачевное состояние для мага.

Я тяжело вздохнула, убрала руку от лица и криво улыбнулась. Хорошо ему говорить, а вот как теперь быть мне?

– Что у нас тут? – из соседней приоткрытой двери выплыла дородного вида женщина в классической лекарской форме: тёмно-синее строгое платье в пол, поверх него огромный фартук, закрывающий всё тело и чепец, надвинутый на глаза.

– Глубокий порез, посредством вот этого амулета и онемение конечности. Кровь адептка Литори остановила сама. Грамотно, надо сказать, остановила. Я восхищён, – Ферно водрузил на стол ящичек с диадемой. – Честное слово, не помню, в чём особенность этой безделушки, но уверен, вы разберётесь.

С этими словами он помахал рукой всем присутствующим, а мне неожиданно панибратски стукнул пальцем по носу.

– Ждите гостей, Литори. Я решил использовать эту ситуацию в учебных целях. Сбе́гаю к вашей группе и задам им задачу – пусть поломают голову.

С этими словами он лёгкой походкой направился к выходу.

– Какую задачу? – потерянно задала вопрос ему в спину.

Магистр повернул голову и, пожав плечами, радостно произнёс:

– Надо же выяснить, почему взбесились амулеты в моём архиве. Вот и выясняйте! А потом проведём эксперимент. Уже под моим чутким контролем. Выздоравливайте, Литори!

## 9.

Я потерянно смотрела вслед магистру и даже слегка вздрогнула от резкого звука хлопнувшей двери. Провела здоровой рукой по лбу и с удивлением отметила, что тот покрылся испариной. М-да, Клео, нервы-то твои сильно расшатались. А ведь прошло всего лишь два дня. Если и дальше так дело пойдёт…

– Ну что, милочка, давайте займёмся вами, – послышался за спиной радушный женский голос, и я обернулась.

На меня выжидательно смотрели два лекаря. Женщина по имени Розалинда и высокий молодой мужчина, одетый в лекарскую робу. Он лукаво посматривал на меня и старательно прятал улыбку.

– Давайте, – согласилась покорно.

Лекари довольно заулыбались. Мужчина хлопнул Розалинду по плечу и воскликнул:

– Один-один, Розалинда. Ты выиграла в том, что первым больным будет девушка. Я выиграл в том, что первый посетитель нашего корпуса не будет сопротивляться лечению. Так что мы с тобой квиты.

– А что, бывает, сопротивляются? – удивилась я, но, следуя жестам Розалинды, безропотно прошла за белую ширму.

– Ещё как сопротивляются! Некоторые чуть ли не огнём в нас плюются! – весело просветил меня мужчина и тут же ойкнул, будто ему кто-то сильно наступил на ногу. – А впрочем, это неважно, – тут же сообщил он деловым тоном. – Займусь-ка я вашей диадемой.

– Правильно сделаешь. Языком ты уже намолол, давай, теперь потрудись руками и головой.

– Розалинда, – вновь игриво промурлыкал лекарь, – ты не представляешь, что я умею делать языком и руками, да и не только ими.

– Вот же охальник, – добродушно пробурчала Розалинда, с улыбкой заходя ко мне за ширму, – прекращай мне девушку смущать. Делом займись.

– Слушаюсь и повинуюсь, о великая! – прокричал уже издалека второй лекарь.

– Ц-э, язык без костей, – усмехнулась Розалинда и тут же добавила: – вы не смотрите, что он такой пустомеля, дело своё хорошо знает. Быстро разберётся с амулетом. А мы давайте посмотрим, что с рукой.

Она сосредоточенно растёрла свои ладони.

– Лекарское сканирование проходили когда-нибудь? – деловито уточнила она, заходя мне за спину.

Я отрицательно помотала головой.

– Значит, сделаем. Всё равно сейчас никого нет, а знать уровень своего здоровья и магии никогда не помешает. Так, – она мягко коснулась пальцами моего затылка, – может быть неприятно. Придётся потерпеть.

– Хорошо, – чуть слышно сказала я, потому что почувствовала, как накатывает сонливость.

Розалинда слегка постучала пальцами по моей голове. Сонливость усилилась, но ноги держали меня крепко, и от этого несоответствия во мне стала подниматься паника.

– Тш-ш-ш, – мягко проговорила Розалинда у меня за спиной, – всё хорошо. Я тебя держу. Доверься мне.

Сознание стало уплывать, качаясь на волнах чужой магии, что проходила по моему телу. Неприятных ощущений я не испытывала, а вот страх несколько раз поднимал во мне голову. Первый раз, когда колкие иголки прошлись по повреждённой руке. Второй раз, когда чужая магия уверенно и сильно сжала сердце.

Но мягкое «тш-ш-ш» над ухом неизменно успокаивало меня.

– Вот и умница, – услышала, как сквозь вату, и тут же лёгкое прикосновение пальцев к затылку прогнало сон.

Я встрепенулась. Повела плечами. Не удержалась и, закрыв глаза, потянулась всем телом, как после долгого, сладкого сна. Томный стон непроизвольно вырвался из меня, и Розалинда, всё ещё стоя́щая рядом, хихикнула.

– Пойдёмте, Литори, нам есть что с вами обсудить. Сегодня вы точно остаётесь под нашим присмотром.

Я ещё раз глубоко вздохнула и со спокойной улыбкой на губах вышла из-за ширмы.

Подняла глаза. И мне тут же захотелось спрятаться обратно.

В центре кабинета, расставив ноги и скрестив руки на груди, стоял мой куратор. Александр Норд. Его побелевшие ноздри раздувались, как у свирепого зверя. Глаза сверкали. Скулы были сжаты так сильно, что казалось, я слышу зубовный скрежет. Ярость от него исходила волнами, и, попав в капкан его гневного взгляда, я замерла не в силах пошевелиться.

## 10.

Александр Норд, куратор группы "Стихийные заклинания"

Я мчался по коридорам Академии так быстро, словно летел на крыльях. С трудом сдерживал грозный рык и, похоже, пугал своим видом уже не только впечатлительных призрачных дам, но и попадавшихся на пути адептов.

Как испуганные птички они разлетались с моего пути в разные стороны. Возмущённые выкрики и тихие перешёптывания оставались за моей спиной, но мне было всё равно.

Опять! Опять Литори! Второй день в Академии! Второй! Только сегодня начались занятия, а уже два происшествия. Даже три!

Я всё же не сдержался и злобно рыкнул. За какие прегрешения мне выпала участь быть куратором этой… этой…

Резко остановился посреди коридора, который мгновенно опустел, но я этого даже не заметил.

Вспомнил, как неожиданно для самого себя напрягся при известии, что Литори пострадала. Как только девушка, отправленная Ферно, соизволила наконец-то рассказать, зачем меня искала. Да я же чуть не спалил её на месте! Странное чувство царапнуло душу и тут же пропало.

Закрыл глаза и попытался справиться с эмоциями, но не получалось.

Плохо! Очень плохо! Командир, так легко поддающийся гневу, опасен для новобранцев. Тьфу ты! Адептов. Хотя суть всё равно одна.

С уменьшением уровня магии справляться с внутренним зверем становилось всё сложнее. Прав отец, как всегда, прав! И это неимоверно бесило!

Надо было раньше лететь сюда и пытаться разобраться в проблеме. О, я был уверен, что задача пустяковая. Просто нужно немного времени, и всё придёт в норму. Всего-то задело непонятным заклятием. Всего-то…

Вот только крыло, не заживающее уже столько времени, говорило совершенно об обратном. Времени у меня мало. Только почувствовав на следующий день после повреждения, что регенерация дала сбой, я заволновался. Но всё равно упорно твердил себе, что это случайность.

Крыло. Вспомнил, как злился, когда эта пигалица попала в меня. Будь я в хорошей форме, увернулся бы. Да я и пытался! Но не смог! Увернуться не смог! Залатать брешь не смог! Теперь ещё и эмоции не могу держать в узде!

Чётким шагом подошёл к стене и со всей дури хрястнул кулаком по каменной кладке. Боль резанула по пальцам, обхватила кольцом руку, быстро поднялась до плеча и привычно ткнулась под правую лопатку. Именно туда попал огненный магический шар Литори. Случайно. Я горько усмехнулся.

– Мне нужна помощь, – проговорил чуть слышно, разглядывая содранную кожу на костяшках. – Надо уже признаться, что один я не справляюсь.

Поднял голову и оглядел пустынный коридор.

К отцу не пойду. Ему и так лекари ежедневно докладывают о моём состоянии. Мне нужен кто-то другой. Кто-то, такой же искусный, как он.

Если я не справлюсь, путь один – полный оборот, Изумрудные горы и одиночество. Без магии я превращусь в дракона. В прямом смысле. И уже не смогу обернуться в человека.

Потряс головой, прогоняя невыносимые мысли. Глубоко вздохнул и медленно зашагал в лекарский корпус.

Мысли вернулись к Клео Литори. Что опять умудрилась совершить эта чудачка? Как можно покалечить себя в одном из самых безопасных мест Академии?

– Стеллаж она на себя уронила, что ли? – предположил усмехнувшись. – Вот уж у кого магии немерено, даже завидно. Откуда она только взялась на мою голову?

Строя догадки одну потешнее другой, в отличном расположении духа я зашёл в лекарский корпус.

И тут же моё настроение стало стремительно падать.

Розалинда проводила Литори полную лекарскую диагностику. Дело это крайне трудоёмкое и магически затратное. Далеко не каждому лекарю под силу.

А значит травма не от упавшей на ногу коробки. Значит совершенно магическое воздействие и лекари не знают какое именно. Да во что она снова вляпалась?!

Но не успел я осознать свои ощущения, как из-за ширмы раздался томный девичий стон, от которого внутренний дракон заинтересованно поднялся. И надо сказать, заинтересованно дёрнулась не только голова дракона. А это уже ни в какие ворота не лезло!

## 11.

Спасаясь от разъярённого взгляда куратора, я невольно сделала шаг назад. Пальцы мелко задрожали. Грудь тяжело вздымалась. Дыхание не поспевало за разогнавшимся сердцем. Я как будто долго бежала и теперь не могла восстановить силы и нормально вздохнуть.

Александр нахмурился. Его взгляд скользнул по моему лицу и спустился ниже. Судорожно прижала раскрытые ладони к груди, стараясь унять волнение, но всё равно не справлялась.

«Да что же это такое?! – думала, в панике отводя глаза и чувствуя, как холодеют щёки и кровь отливает от лица. – Почему этот мужчина так действует на меня?»

– Это ещё что такое? – услышала усталый голос лекарши.

Её тёплая, но необыкновенно тяжёлая рука легла на плечо, мгновенно успокоив нервы. Я наконец-то смогла вдохнуть полной грудью. Склонила голову, прикрыв веки, и ещё раз глубоко вздохнула.

– Александр, что у вас с рукой? – взволнованный голос Розалинды заставил меня открыть глаза.

Рука с плеча пропала. Розалинда торопливо отошла.

– Просто царапина, неважно, – раздражённо ответил Александра.

Я настороженно на него покосилась.

– Вовсе даже это не просто царапина, – словно наседка всплеснула руками Розалинда. – Вы опять подрались! Ну как же так! Я же просила не причинять себе…

– Розалинда! – рыкнул Александр так, что на полках звякнули пустые колбы.

– Александр, – ответила ему в тон Розалинда.

Она подняла голову, посмотрела на него снизу вверх и проникновенно добавила:

– Я несу ответственность за здоровье каждого, кто находится на территории Академии. А за вас, особенно, – она взяла его руку и подняла, повернув к свету.

Александр гневно зыркнул на неё, но руку не вырвал. У меня бы от этого взгляда поджилки затряслись, а Розалинде всё нипочём.

– Потому что, – продолжила говорить она, – вы наше достояние. Молодые люди берут с вас пример и пересказывают друг другу подвиги в надежде суметь повторить хотя бы один.

Только потому, что я в этот момент во все глаза смотрела на куратора, увидела, как он скривился. Неужели ему не нравится такое почитание? Или он зазнался? В любом случае я чувствовала себя крайне неловко, слушая этот разговор.

Отвела глаза. Поджала губы. И смущённо заправила выбившийся локон за ухо.

– Ой! – неожиданно вырвалось у меня.

– Что случилось?! – в один голос воскликнули Розалинда и Александр.

Они оба с беспокойством уставились на меня. И если беспокойство лекарши мне было понятно, то волнение куратора поставило в тупик.

Я нервно сглотнула. Потом решительно тряхнула головой. Хватит его бояться! Он ничего мне не сделает!

– Рука, – сказала как можно спокойнее и улыбнулась, хотя сердце билось как оглашённое, – работает.

– Ну, конечно, милая, – лукаво улыбнулась Розалинда. – Это старое и очень сложное заклятие. Его давно никто не использует. Поэтому я не распознала его сразу.

Она снова принялась колдовать над рукой Александра.

– Оно относится к стихии земли и требует высокого магического уровня. Сил уходит много, толку мало. Оно всего лишь вызывает онемение части тела.

Она подняла голову и задумалась.

– Хотя если бы рана была достаточно близко к сердцу или горлу, то…

– Я поняла, – замотав головой, поспешно перебила её.

– Как вы попали под заклинание? – грозно спросил Александр.

Ответить я не успела. Одна из дверей распахнулась, и к нам ворвался радостный напарник Розалинды. Он обвёл нас всех счастливым взглядом и гордо произнёс:

– Вы не поверите, какое заклинание я нашёл на этой диадеме!

– «Оковы Вечной Стужи», – буднично произнесла Розалинда.

Она отпустила руку Александра и проникновенно сказала:

– Вот теперь я за вас не волнуюсь. Временно.

– Розалинда, – расстроенно протянул второй лекарь, и улыбка на его лице погасла.

– Я провела сканирование, Лорс, – повернулась к нему лекарша и упёрла руки в бока, – и уже вылечила руку. И не одну! – мотнула она головой в сторону Норда.

Лорс снова заулыбался. Повернулся к куратору. Лихо вскинул голову и виртуозно исполнил ритуальный поклон королевского придворного. У меня же глаза на лоб полезли: тётушка рассказывала, что такому поклону можно обучиться только, если ты вырос при дворе.

– О! Приветствую тебя, боевой дракон! – патетично воскликнул Лорс. – Рад снова видеть тебя в наших чертогах!

– Заткнись, – беззлобно фыркнул Александр.

А я удивилась ещё больше! Что? Даже не рявкнет в ответ?

– Уверена, Ферно по достоинству оценит твою находку, – многозначительно подняв брови сказала Розалинда.

Лорс тут же спохватился и без слов скрылся в комнате, из которой вышел.

– Раз со мной всё хорошо, я, наверное, тоже пойду, – проговорила бодро и бочком двинулась к выходу.

– Нет! – грозно рявкнули мне в ответ два голоса.

От неожиданности я подпрыгнула.

– Вы останетесь у нас как минимум на ночь. А лучше на день. Мне необходимо понаблюдать за вами, – ласково проговорила Розалинда.

– А мне, – привычно рыкнул Александр и повёл шеей, – будет спокойнее, если вы, адептка Литори, будете под присмотром. Желательно, постоянным.

– Ну, знаете! – всё же нашла в себе силы возмутиться и нервно поправила локон.

– Знаю! – рявкнул куратор и одёрнул наглухо застёгнутый мундир.

– Так будет лучше, милая, – примирительно начала говорить Розалинда, – заклятие древнее, получено необычным способом. Я не могу вас отпустить. Надо понаблюдать. Поспите у нас, завтра не надо рано вставать.

– Ай! – снова заполошно вскрикнула я и прижала ладони ко рту.

Рано вставать! Чуи! Я опять забыла про белку!

– Что опять?! – Александр свирепел на глазах.

Мимо нас вихрем пронёсся Лорс, удерживая подмышкой деревянный ларец. Он пинком распахнул дверь, ведущую в общий коридор, и убежал. В образовавшийся проём влетела бумажная птичка и мягко спланировала прямо в руки Норду.

Он неприязненно покосился на меня и развернул послание. Читая, всё больше и больше хмурился, а моё сердце неспокойно ёкало. Я умоляюще посмотрела на Розалинду, но её безмятежный вид ни капли меня не успокаивал. Однако она улыбнулась и протянула мне руку:

– Пойдёмте, я помогу устроиться на ночлег.

– Моя белка, – взволнованно принялась говорить я, увлекаемая лекаршей вглубь комнаты, – ей тяжело долго находится без меня. Если она отправится меня искать, то заблудиться. Наша связь неустойчива.

– Я укажу ей дорогу, – грозно произнёс Александр, и я сбилась с шага. – Розалинда, я к ректору, потом вернусь. Мы недоговорили.

– Конечно, – покладисто согласилась Розалинда.

Я обернулась, но столкнувшись со свирепым взглядом Норда, смутилась.

– Спасибо, – прошептала одними губами и отвернулась.

Дверь за Александром захлопнулась, и я почувствовала себя свободнее.

– С этим надо что-то делать? – пробормотала себе под нос чуть слышно.

– С чем, милая? – участливо спросила Розалинда.

Я посмотрела на неё задумчиво. Стоит ли делиться своими переживаниями?

Внезапно меня осенило: тётушка! Я же могу написать моей дорого́й тётушке! Уж она точно подскажет, как вести себя со свирепым куратором. И что делать, чтобы от его, брошенных вскользь, взглядов у меня не подгибались ноги.

От принятого решения настроение мгновенно улучшилось. Благодарно улыбнулась заботливой лекарше и помотала головой.

– Ни с чем. Всё хорошо.

– Я бы так не сказала, – назидательно проговорила Розалинда.

Она толкнула очередную дверь, и мы вошли в просторную, светлую комнату. Большое окно было распахнуто настежь. Вдоль одной стены стояли четыре аккуратные кровати, застеленные белоснежным бельём. Каждую кровать окружали плотные занавески. У другой стены стоял длинный стол и несколько стульев.

– Сегодня ты будешь здесь одна, – сказала Розалинда.

Она торопливо подошла к окну и плотно закрыла рамы. Задёрнула тяжёлые шторы, и комната погрузилась в полумрак. Щёлкнула пальцами, зажигая светильники, стоя́щие на прикроватных тумбочках.

– Выбирай любую кровать, и мы с тобой поговорим, – предложила лекарша, показывая на кровати.

Я выбрала ту, что стояла у глухой стены. Подошла к ней и с тяжёлым вздохом села. На удивление, хотя со стороны так не казалось, постель была довольно жёсткой.

– Ну не вздыхай, милая, – улыбнулась Розалинда. – У нас не так уж и плохо. Завтрак принесут прямо сюда, да и спать можно, пока не выспишься. Сон, по моему мнению, самый лучший лекарь. И голову успокаивает, и тело.

Она подтащила стул и села напротив. Пожевала губами, цепко всматриваясь мне в лицо. Нехорошие предчувствия заскребли на душе мантикорами, и я внутренне подобралась.

– Клео, как давно вы не справляетесь с возрастающей магией? – Розалинда неожиданно назвала меня по имени, голос её стал ниже, а дружеский тон сменился на требовательный.

Сердце пропустило удар. Я резко выдохнула.

– Розалинда, – сказала тихо, не отводя глаз. – Я не скрываю этого. Не рассказываю всем подряд, это да. Но и не скрываю.

– Вы не ответили на мой вопрос, – она сверлила меня взглядом.

– Тогда уточните, что именно вы хотите узнать. Потому что я, – прежде чем продолжить, мне пришлось сглотнуть противный ком в горле, – справляюсь.

Кончики пальцев закололо. Мне не нужно было опускать голову, чтобы понять – ещё немного и стихийная магия вырвется наружу. Но нет! Я не позволю этому случиться! Я спокойна, и мне ничего не угрожает.

Вцепилась руками в край кровати. Принялась считать вдохи, как учила тётушка, но всё равно чувствовала, что напряжение внутри только нарастает.

Розалинда прищурилась и чуть повернула голову, продолжая изучающе смотреть на меня.

Сжала зубы, чувствуя, как по телу пробежали мурашки. Плохо! Очень плохо! Привычное дыхание не успокаивало. Взгляд Розалинды подстёгивал магию внутри меня, и с этим справиться было ещё тяжелее. Тётушка рассказывала о подобных заклинаниях, но никто никогда не испытывал на мне их силу.

Изо всех сил я сдерживала внутри себя неистовый магический шквал. Злые слёзы брызнули из глаз, и я что есть силы прикусила нижнюю губу. Внезапно тело содрогнулось. Из кончиков пальцев вырвались яркие всполохи энергии, на мгновение озарившие комнату ослепительным светом. Я вскрикнула, но смогла быстро сжать кулаки, не давая магии вырваться наружу.

– Молодец, – негромко сказала Розалинда.

– Зачем вы так со мной? – мой голос дрожал, из прокушенной губы сочилась кровь, но боли я ещё не чувствовала.

– Иногда так проще разобраться, – Розалинда откинулась на спинку стула, положила руки на колени и продолжила: – Тебя неплохо обучили сдерживаться. Но ты применяешь навыки только в том случае, если испытываешь давление. Заклинание, действие которого ты сейчас испытала, невербальное. Довольно известное. Простое. И, – Розалинда подняла указательный палец и сделала паузу, – использовать его может даже слабенький адепт.

– Я же справилась, – сказала неуверенно и облизнула опухшую губу.

– Ты была готова к тому, что я могу напасть, – улыбнулась Розалинда. – Подожди.

Она вскочила со стула и выбежала из комнаты. Я вслушивалась в топот её шагов и рассеянно думала, что же это была за проверка. И прошла ли я её.

Лекарь вернулась и протянула мне маленькую баночку с бальзамом.

– Смажь губу. К утру заживёт.

Я осторожно взяла из её рук открытую банчку и принюхалась.

– Чабрец и лаванда, – вопросительно подняла брови и посмотрела на Розалинду.

Та довольно хмыкнула.

– Разбираешься, да? Об этом мы тоже поговорим.

Она снова устроилась напротив меня и сцепила пальцы рук на животе.

– Твоя магия увеличивается скачками, – сказала она строго.

Кивнула, щедро смазывая саднящую губу.

– Явление крайне редкое, – заметила Розалинда.

Вопросительно посмотрела на лекаршу. А вот это для меня новость! Та задумчиво покивала.

– Знаешь, что раньше делали с такими людьми драконы? – взгляд её снова стал цепким. – Они выпивали из таких людей всю магию. До дна.

Баночка с бальзамом выпала из моих рук и закатилась под кровать.

– А сейчас? – осторожно спросила я, припомнив, что большая половина Академии, это драконы.

Высшая Академия магии славилась тем, что обучала элиту нашего общества. Но не по происхождению, а по знаниям. Со всей страны отбирались самые талантливые и прилежные ученики. Единственный шанс подняться с низов. Без связей и без денег. Во всяком случае, именно так мне рассказывала тётушка.

И всё равно: людям сюда пробиться очень сложно. У драконов и магия сильнее, и семьи больше, в которых много поколений развивались магические способности каждого и приверженность традициям. А это всё – гарантия стабильности! Опять же, так постоянно внушала мне тётушка.

Сама она была человеком. Люди, хоть и жили так же долго за счёт магии, а всё равно были на вторых ролях. Кроме королевской семьи, конечно же. Королевские невесты тщательно проверялись на наличие драконовой крови в роду.

– А сейчас, – после долгой паузы задумчиво ответила Розалинда, – среди драконов такой способ получения магии считается позором.

Я с облегчением выдохнула. Расправила плечи и выпрямила спину.

– Но… – глядя на закрытую дверь добавила Розалинда и снова замолчала.

Проследив за её взглядом, я тоже почему-то уставилась на белоснежную дверную створку. Она утопала в тени и от того, что свет настольных светильников не освещал её полностью, стало тревожно.

В воздухе явственно чувствовалось напряжение и какая-то смутная недоговорённость. Как перед грозой. Я поежилась. Как будто мы обе ждали, что вот сейчас дверь распахнётся и…

Перевела взгляд на замершую лекаршу.

– Но? – поторопила её с ответом.

Розалинда встрепенулась. Улыбнулась неловко и вскочила со стула. Прошлась по комнате, потирая руки.

– Но соблазн может быть велик, – нервно сказала она, как будто не отвечала на мой вопрос, а вела какой-то внутренний диалог.

Тут я вспомнила Тая и его дракона, который не удержался и слизнул магию с моих пальцев.

«Надо будет поговорить с ним при случае», – сделала пометку в памяти, а вслух сказала:

– Я постараюсь не провоцировать стихийные всплески.

– Это правильно, хотя и трудно, – кивнула Розалинда. – И я думаю, тебе надо поговорить с магистром Шарм, чтобы она подобрала защитные заклинания. Не надо вводить молодых драконов в искушение. И может быть с Максимилианом, – остановившись посреди комнаты тихо проговорила она.

– С кем? – удивилась я.

– С магистром Ферно, – ответила Розалинда и быстро подошла ко мне. – Возможно, он сможет подобрать тебе какие-то амулеты, – встав рядом, она участливо спросила. – А как ты справлялась до этого? Кто твои родители?

А вот это был очень скользкий вопрос, на который мне совершенно не хотелось отвечать. Я опустила голову и затеребила край одеяла. Как ни странно, но лекарша не торопила с ответом, просто стояла рядом, показывая этим, что не уйдёт без ответа.

– Тётушка сдерживала мою магию и гасила всплески, – ответила тихо себе под нос. – А родителей я не знаю.

– Ничего себе мощная у тебя тётушка! – восхитилась Розалинда и тут же озабоченно добавила: – Странно, что ты не отмечена у меня в списках сиротой. Я их беру под особый контроль.

Я пожала плечами продолжая разглядывать мозаичный пол лекарской палаты. Меня клонило в сон. Разговор принимал тяжёлый оборот и мне очень хотелось закончить его, но я не понимала – как.

– Как её зовут? – задала очередной вопрос Розалинда и я непонимающе посмотрела на неё.

– Твою тётушку? – уточнила она.

– Даринетта Вейнворк, – ответила с гордостью, глядя в глаза Розалинде.

Я предполагала, какое впечатление произведёт на неё это имя. И понимала, почему не числилась в списках сирот.

Глаза Розалинды расширились от удивления, и она кашлянула, подавившись воздухом.

– Понятно теперь куда она внезапно пропала. Судя по твоему возрасту, вы уехали из столицы сразу же, как только начались приступы.

Вновь пожала плечами. Своего раннего детства я не помнила и сколько не пыталась расспрашивать тётушку, она всегда переводила разговор на что-то другое.

– Знаешь, – Розалинда села ко мне на кровать, – лучше не называй это имя другим адептам. Зачем им знать, что тебя воспитывала первая фрейлина королевы. Тебе слухи ни к чему, правда ведь?

Не дожидаясь ответа, она вскочила и засеменила к выходу. Уже схватившись за дверную ручку, повернулась и проговорила официально:

– Адептка Литори, вы будете находится под моим наблюдением до тех пор, пока не справитесь с приступами стихийной магии. А теперь спите, не буду вам мешать.

Дождавшись моего кивка, она тепло улыбнулась:

– Хороших снов, Клео. Будете писать тётушке, передавайте от меня привет.

Она тихо закрыла за собой дверь и комната погрузилась в тишину.

Я встала. Неспешно разделась и забралась под прохладное тяжёлое одеяло. Сон мягкой лапой надавил мне на глаза. Я успела только пожалеть, что Чуи всё ещё не со мной, как уже уплывала в спасительные сновидения, покачиваясь на чутких волнах сна.

Мне снился дом. Летний ветерок развивал лёгкие шторы. Раннее утро ласковым солнышком заглядывало в мою комнату. Дверь распахнулась.

– Пришёл ответ из Академии, – помахивая свитком, радостно сообщила тётушка.

– Ты всё-таки написала им? – отвернулась от зеркала и укоризненно покачала головой.

– Ректору, – она подняла вверх изящный пальчик и чуть склонила голову. – И попросила Викторию.

Увидев, как я скривилась при упоминании её лучшей подруги, тётушка улыбнулась и добавила:

– Ни одна рекомендация не помогла бы тебе попасть туда, если бы… – тётушка замолчала и с заговорщицким видом уставилась на меня.

– Если бы… – подыграла я и вопросительно подняла брови.

– Если бы не твой талант! – радостно воскликнула она, улыбнулась и легко ударила свитком по раскрытой ладони.

Быстрым шагом она подошла ко мне и протянула письмо. Лицо её снова стало серьёзным и бархатный голос неожиданно дрогнул.

– Тебе там помогут, Клео. Справиться с магией. Моих сил уже не хватает.

Тётушка порывисто обняла меня и так же резко отстранилась, смахнув с длинных ресниц непрошенную слезу. Она принялась обмахивать лицо раскрытыми ладонями, силясь справиться с волнением.

– Всё будет хорошо, – пробормотала она и через силу улыбнулась.

## 12.

Александр Норд, куратор группы "Стихийные заклинания"

Я медленно шёл по пустым коридорам Академии. Разговор с отцом затянулся за полночь.

Заходя к нему в кабинет, столкнулся с выбегающим Ферно. Бывший личный враг был настолько озабочен, что даже не попытался привычно пошутить. Затормозил на пороге. Открыл рот. Зыркнул на меня. А потом махнул безнадёжно рукой и скрылся с глаз.

– Заходи, – гаркнул отец из глубины кабинета.

Я зашёл и тихо прикрыл дверь.

Ректор стоял у окна, всматриваясь вдаль, и даже не повернул голову. Прямая спина. Заплетённые в тугую косу белые волосы. Руки, заложенные за спину и сжатые в единый кулак. Разговор предстоит непростой.

– Как себя чувствует адептка Литори? – глухо спросил отец.

– Розалинда провела полное сканирование и руку вылечила, – я всё ещё стоял у двери.

Отец развернулся и тяжёлым шагом прошёл за стол. Прежде чем сесть, переложил с места на место свитки, пододвинул тяжёлую подставку.

– Хорошо.

Снова тягучая пауза. Отец сел и откинулся на высокую спинку кресла. Жестом предложил пройти и забарабанил пальцами по столу.

– Твои предположения о случившемся.

Отвечать я не торопился. Зная Ферно, был уверен, что в архиве установлены заклинания, не только сообщающие магистру о любых выбросах магии, но и гасящие её. Поэтому очевидное предположение о случайном стихийном всплеске магии самой адептки отметалось. Иначе магистр не вылетел бы отсюда, как пробка от игристого вина́.

А если хаос в архиве спровоцировала не Литори, то кто?

– Всё же предположу очевидное, – сказал, глядя прямо в глаза отцу. – В архиве, куда я отвёл адептку Литори, хранятся амулеты, разработанные теми, кто здесь учился. Совершенно безнадёжные артефакты уничтожаются, а интересные и уникальные хранятся именно в этом отделе.

Замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова. Ректор перестал отбивать рваный ритм. Подался вперёд. Поставил локти на стол и соединил ладони треугольником. Всё это время он не отводил взгляд и продолжал сумрачно смотреть на меня.

– Ферно использует их для учёбы, а значит, они проверены вдоль и поперёк. Тогда что?

– Что? – отец тут же отзеркалил мой вопрос.

– Всплеск всё же был.

– Возможно…

– Как правило, на подобные всплески бесхозные амулеты реагируют подчинением, а не атакой. Что в этот раз пошло не так? Это более важный вопрос.

– Согласен, – ответил хмуро отец и снова откинулся на спинку кресла.

Помолчав, добавил:

– Ферно считает так же.

Я хмыкнул.

– И он не знает, почему амулеты стали напада́ть. У нас были адепты с неконтролируемой магией, но такого случая не было ни разу.

– Что не так с её магией?

Ректор задумчиво пожал плечами.

***

Мы проговорили до самой темноты, и теперь я шёл в свою комнату, зевая на ходу. Раз за разом проматывал в голове разговор с отцом. Не зря эта Литори взбесила меня с самого начала. Ещё на крыше внутренний дракон яростно взревел, как только увидел её. Словно чувствовал, что с её появлением в моей жизни, проблемы будут только множиться.

На фразе о появлении Литори в моей жизни я споткнулся. Тут же затряс головой, выпроваживая из головы возникший образ. Нет, нет, нет! Она просто меня бесит!

Дойдя до комнаты, вспомнил, что обещал привести её питомца. Какую-то белку-сопелку. Хотел уже махнуть рукой, потому что устал и до кровати несколько шагов. Рухнуть бы в неё, даже не раздеваясь, и проспать до самого утра!

Постоял перед собственной дверью и решительно развернулся. «Даже сейчас бесит!» – подумал без привычной злости, возвращаясь на этаж адептов.

Но далеко идти не пришлось.

На лестнице между этажами сидела на корточках призрачная дама и почёсывала за ушком забавного зверька, действительно похожего на белку.

– Это ж фамильяр, – сказал с удивлением, а дама с белкой одновременно повернули ко мне головы.

Призрачная дама с достоинством поднялась с колен и загородила собой зверька.

– Она искала хозяйку, – прошелестела она чуть слышно.

– Я знаю, – ответил, подходя ближе.

– Она прибыла с адепткой, – дама не давала мне рассмотреть фамильяра.

– Я знаю, – проговорил с нажимом и сделал ещё один шаг.

– Правила Академии запрещают адептам создавать фамильяров, но этот был уже создан до приезда… – призрачная дама продолжала защищать белку, а мне внезапно стало смешно.

– Я знаю, – произнёс уже с улыбкой и, увидев растерянность на лице дамы, добавил: – Адептка Литори попросила указать белке путь.

– Попросила вас? – брови дамы поползли вверх от удивления.

– Но я сделаю проще, – поддавшись внезапному порыву, присел на корточки и протянул белке руку: – я отнесу тебя.

Потешный зверёк прыгнул ближе и недоверчиво обнюхал мои пальцы. «Забавная!» – неожиданно мне стало так легко и радостно, что я тихо засмеялся.

Белка запрыгнула на руку и быстро взобралась на плечо.

– Ну пойдём, – с улыбкой кивнул ошарашенной призрачной даме и не торопясь пошёл в корпус к лекарям.

Тихо скрипнув дверью, на цыпочках пробрался в комнату, где спала Литори. Путь мне был знаком, сколько раз сам попадал сюда – не счесть!

Девушка спала, разметав волосы по подушке. Улыбалась чему-то и выглядела настолько мило, что я невольно залюбовался. Провести бы пальцем по её припухшим губам, чуть оттягивая нижнюю губу, и поцеловать такую открытую и доверчивую.

Зверёк спрыгнул с плеча на кровать, царапнув меня напоследок. Я усмехнулся.

«Нет! – решил, разворачиваясь на каблуках. – Всё же бесит!»

Оглянулся у самой двери. Белка клубочком свернулась на подушке и чуть приподняла мордочку, провожая меня взглядом.

«Забавная», – подумал, выходя из лекарского корпуса, и сам не понял, кого имел в виду.

Быстро добрался до своей комнаты, разделся и рухнул в постель.

***

Утро выдалось ясным.

Первым делом после завтрака нашёл магистра Шарм и после долгой беседы всё же заручился её поддержкой. Воодушевлённый маленькой победой, отправился проведать свою группу.

Сегодня по расписанию у них были занятия с Ферно, и проводил он их на испытательном поле.

Ещё издалека увидел, как Литори взяла из рук магистра какой-то амулет, и в сердце закралась тревога. Я ускорил шаг, не спуская глаз с девушки. Другие адепты подошли ближе, рассматривая то, что у неё в руках. Ферно, активно жестикулируя, что-то увлечённо рассказывал.

Я сорвался на бег.

Внезапно амулет вырвался из рук Литори и взмыл вверх. Одногруппники отпрянули и задрали головы. Краем глаза заметил рыжий всполох волос, но мне уже было всё равно.

Резкий всплеск стихийной магии. Дракон внутри взревел, и в один прыжок я сбил девушку с ног, закрывая собой от атакующего амулета.

– Откуда ты взялся, Александр?! – услышал за спиной взволнованный голос Ферно. – А впрочем очень вовремя. Полежите ещё немножко, я его упакую.

– Куратор Норд, – прошептала Литори, обдавая меня терпким запахом мяты, – вы могли бы встать с меня.

«Да нет, красавица, – вертелось у меня на языке, – я ещё полежу».

Только я открыл рот, чтобы сказать какую-нибудь колкость, как был обезоружен доверчивым признанием:

– Вы очень тяжёлый.

## 13.

Вчерашний амулет в моих руках повёл себя предсказуемо. То есть совсем не так, как должен был.

– Судя по записям моего предшественника, этот медальон назван создателем крайне романтично: «Дыхание магии», – пафосно произнёс магистр Ферно и мягко улыбнулся на раздавшиеся смешки адептов.

– Да-да, мои дорогие птенчики, мало создать магический амулет, – Ферно внимательно оглядел каждого из нас, – надо его ещё достойно назвать.

Магистр осторожно достал медальон из коробки и показал его нам.

– Своё творение следует представлять не просто «серебряная штучка дракона». Имя амулета должно вызывать дрожь и священный трепет, – назидательно продолжил рассказывать он, – ну или умиление.

Злосчастный медальон, из-за которого начался погром в архиве, покорно лежал на ладони магистра, сверкая на солнце затейливой вязью рун.

Мы столпились рядом и внимательно рассматривали его. Холли протянула руку и пальчиком ласково погладила выступающий узор. Нас тут же окатила слабая, тёплая волна магии. Будь медальон кошкой, он заурчал бы от наслаждения. Во всяком случае, мне так показалось.

– Отлично, Кельна, – похвалил магистр девушку, – вы знаете, как приручать бесхозные амулеты. С вас и начнём. Итак, внимание, птенчики, – Ферно сделал шаг назад, жестом предлагая нам сделать то же самое, – сейчас каждый из вас попробует подчинить себе этот амулет. Его свойство, судя по записям: усиливать магические способности владельца.

Ферно положил коробочку, в которой хранился медальон, на траву.

– Начнём с адептки Кельна и так по кругу. Запоминаем свои ощущения. Отслеживаем мысли. Стараемся наладить контакт и подчинить своей воле, – он осторожно вложил амулет в ладонь Холли. – После каждого из вас я буду снимать с медальона чужую волю, и вы будете пробовать с чистого листа.

Магистр Ферно с лукавой улыбкой повернулся ко мне и вкрадчиво проговорил:

– А вас, адептка Литори, мы оставим на сладкое.

У меня от его слов внутри всё оборвалось. Коротко кивнула, стараясь не выдать своего волнения. Ладошки вспотели, и я осторожно провела ими по поясу формы.

– Не бойся, подружка! – весело крикнул Берг, и я смутилась: моё состояние не осталось незамеченным: – сегодня ты не одна. Отобьёмся!

– Тишина! – строго проговорил Ферно. – Не мешаем друг другу!

Медальон без происшествий побывал в руках всех адептов и добрался до меня.

«Только бы ничего не случилось», – паника накрыла меня волной.

Взяв из рук магистра злосчастный амулет, я затаила дыхание. Погладила его, как делали до меня однокашники, но никакого ответа не получила. Он лежал на моей руке, как простой кусочек чеканного металла: ни силы, ни магии я не чувствовала. Ещё раз осторожно погладила высеченные руны, пытаясь унять дрожь в пальцах.

Внезапно он вырвался из рук и завис в воздухе. А я… оказалась прижатой к земле тяжёлым телом нашего куратора! Из-за его плеча я увидела, как амулет начал атаку, но завис над Александром, остановленный магистром Ферно.

Дыхание сбилось! От груды навалившихся на меня каменных мышц трудно было сделать глубокий вдох, и я часто-часто задышала горлом, чуть всхлипывая. Удушливой волной накатило смятение. Ещё ни разу ни один мужчина не приближался ко мне столь… близко.

Я не знала, куда деть глаза! Смотреть на куратора было невозможно! Как? Как на него смотреть, когда между нашими лицами так мало… эээ… пространства! Покосилась на Александра и тут же зажмурилась. Повернула голову в сторону. Замерла, боясь пошевелится.

– Вы очень тяжёлый, – прошептала чуть слышно.

– Так! Всё готово! Подъём! – раздался над головой на удивление серьёзный голос магистра Ферно.

Куратор легко вскочил на ноги, а я неожиданно испытала чувство сожаления. Мне тут же захотелось зашипеть от неловкости собственных мыслей, закрыть руками зардевшиеся щёки и вообще провалится куда-нибудь под землю прямо сейчас!

Вместо этого я быстро села. Аккуратно подобрала юбку, опёрлась одной рукой о землю, чтобы встать, и увидела перед собой протянутую ладонь. Прикоснуться к коже Александра показалось мне ужасной затеей. Но отказывать дракону, когда он предлагает помощь, ещё хуже.

Не глядя на куратора, вложила пальцы в его ладонь и буквально взлетела вверх, вставая на ноги. Выдернула руку из жёсткого захвата. Вежливо поблагодарила, радуясь, что голос не дрогнул, и принялась тщательно отряхивать платье.

Александр молча кивнул и встал за моей спиной. Я мысленно взвыла, но отойти в сторону не решилась. Как же неловко! Как неловко!

– Ну что же, – с воодушевлением начал говорить Ферно, хлопнув перед этим в ладоши, – мы стали свидетелями уникального явления.

Берг довольно громко фыркнул, а магистр с улыбкой добавил:

– Я имел в виду действие амулета, а не героический поступок вашего куратора. Адепты, вопрос! Ваши предположения, почему амулет повёл себя необычно и попытался атаковать Литори. Думайте, время пошло.

– А можно спросить? – поднял руку молчавший всё занятие Тай.

– Спрашивайте, – с удовольствием разрешил Ферно, и глаза его загорелись азартом.

– У меня вопрос к Клео, – Тай повернулся ко мне, – кто-то из твоих родственников учился в этой Академии?

– Хм, – Ферно приложил палец к подбородку и заинтересованно посмотрел на меня.

– Я не знаю, – покачала головой.

– Так, – магистр развернулся к Таю, – поясни свою мысль.

– То, что я увидел, напомнило одно из покушений, – спокойно принялся рассказывать Тай, – на меня.

От его последующих слов у меня глаза на лоб полезли, да и не только у меня!

– Довольно безобидный на вид амулет был заговорён на конкретную магическую особенность. Я бы сказал, на одну из линий, которая у каждого человека своя. Но под удар попал мой сводный брат.

Тай посмотрел на магистра.

– Когда ловушку делает новичок, он может не справиться с тонкостью настройки. Родственная магия похожа.

– Хм, – ещё более задумчиво проговорил Ферно и посмотрел на меня изучающе, – любопытная версия.

– Но в архиве это не выглядело как покушение, – возразила Моника. – По словам Клео, амулеты выходи́ли из строя один за другим и нападали.

– Она применяла защитную магию и первым делом хотела успокоить конкретно этот медальон, – возразил ей брат. – Он мог начать защищаться.

– А вот сейчас мы проверим, как себя поведут остальные амулеты, отличившиеся во вчерашней бойне, – потирая руки воскликнул довольный Ферно. – Дорогой Александр, – посмотрел он на куратора, мазнув при этом по мне заинтересованным взглядом, – прошу выступить моим помощником.

Занятие возобновилось. Остальные амулеты вели себя как полагается. Даже ядовитая диадема никак не отреагировала на меня. Но всё время, пока мы были на поле, я чувствовала затылком обжигающий взгляд Александра Норда.

В конце занятия магистр Ферно предложил обдумать свои версии, почему взбунтовались старые амулеты. Подвести под них теоретическую базу и рассказать о своих находках на следующем занятии. Собрал стопкой ящички с амулетами и отправил их куда-то порталом.

– Расписание занятий получите у куратора, но не затягивайте с выполнением домашнего задания, – радостно напутствовал он нас и быстро убрался восвояси.

– Завтра у вас первая встреча с магистром боевой трансформации, – завладел нашим вниманием Александр, а у меня от его голоса мурашки побежали по всему телу.

«Клео, Клео, – тут же подумала я. – Стоп! Он тебя ненавидит!»

Но глупое сердце уже пустилось вскачь, вспоминая и Чуи, которую я увидела утром на своей подушке, и тяжесть тела куратора, и его терпкий кедровый запах с примесью холодной стали.

– Вернитесь с небес на землю, адептка Литори, – раздался над ухом властный голос, и я вздрогнула.

Подняла глаза и столкнулась с ледяным взглядом куратора. Норд хмурил брови и смотрел на меня так пристально и настолько сурово, что у меня подогнулись колени.

– Простите, – ответила я, собрав волю в кулак и постаравшись вложить в голос как можно больше уверенности и спокойствия.

Куратор молча кивнул.

– Занятие будет проходить на боевом поле. Поэтому жду вас завтра на крыльце Академии, чтобы проводить, – Норд обвёл нас взглядом и снова посмотрел на меня. – Не опаздывайте, Литори. Самостоятельно вы первый раз не доберётесь.

Я прикрыла глаза, поняв, что предательская краснота всё же выступила на лице и шее жгучими пятнами.

– До завтра, группа. Насколько я знаю, вам выданы довольно большие домашние задания. Не тратьте время попусту. Если вам нужна будет моя помощь, заклинание поиска поможет меня найти. Все им владеют?

– Да-а-а… – нестройно протянули мы, и Александр поморщился.

– Хорошо.

С этими словами он развернулся и ушёл в сторону Академии.

– Может, исследуем парк? – подал голос Берг, дождавшись, пока куратор уйдёт на приличное расстояние.

Александр обернулся и гаркнул:

– Я всё слышу! Сначала выполните задания!

– Ничего себе! – изумился Берг.

– Он дракон, яблочко! – расхохоталась Моника и слегка толкнула парня в плечо. – У нас у всех отличный слух.

– Ты меня пугаешь, подружка! А на каком расстоянии он меня не услышит? – глядя вслед уходящему куратору, прошептал Берг.

Не оборачиваясь, Александр поднял руку и погрозил кулаком.

– Скорее всего, для того, чтобы контролировать группу, он использует дополнительные заклинания слышимости, – предположил Тай.

Мы всё ещё смотрели вслед уходящему куратору, поэтому увидели, как он поднял большой палец.

– А это вообще законно?! – возмутился Берг.

Александр поднял руку и сложил пальцы в довольно неприличный жест.

– Вот же плешивые прихвостни! – потрясённо воскликнул Берг, а парни засмеялись.

По-прежнему не оборачиваясь, Норд резко провёл ребром руки по своей шее, а потом с силой ударил над плечом кулаком по раскрытой ладони.

– Да понял уже. Молчу, – расстроенно проговорил Берг.

– А что значит этот жест? – поинтересовалась Моника.

Прежде чем ответить, Берг тяжело вздохнул и потёр пальцами лоб.

– Это уличный жест. Означает: будешь много болтать, поплатишься, – нервно потирая ещё и шею, ответил Берг. – Вот уж не знал, что познания нашего куратора настолько обширны.

– Он опять показал большой палец, – прозвучал мелодичный голос Холли. – Наш куратор самый лучший! – её голос так и сочился патокой.

Меня передёрнуло. Александр сделал вид, что не услышал. А может быть, действительно, уже не слышал. Всё же расстояние между нами было приличным.

***

Наутро сильно похолодало. Накануне мы дотемна просидели в библиотеке. Выписывали в свитки бесконечные причины возникновения всплесков стихийной магии. Спорили о том, почему на меня напал медальон.

Я раз за разом вспоминала свои мысли в тот момент, перечисляла действия, восстанавливала в памяти события.

Чем больше я думала и крутила в голове версию Тая, тем менее правдоподобной она мне казалась. Родителей я действительно не знала. Как найти хоть какую-то информацию, не понимала.

Проснувшись, я опять подумала о том, как бы половчее расспросить тётушку, но так ничего и не придумала.

Бодрый Александр ждал нас на крыльце Академии. Был он в отличном расположении духа и даже соизволил пошутить насчёт яркой расцветки шарфа Холли. Я даже на секунду пожалела, что тоже не надела что-нибудь яркое.

Дождавшись всех и выразительно посмотрев на Берга, Александр развернулся и быстрым шагом повёл нас вглубь академического парка.

Мы шли по извилистой аллее. Листва вековых деревьев уже начала менять свой цвет, неспешно окрашиваясь в золото и багрянец. Я сделала глубокий вдох, впитывая прохладный, пьянящий воздух. Осень я любила. Яркие краски деревьев, первый морозец и даже докучливый, унылый дождь – мне нравилась эта смена времён года.

Когда мы дошли до боевого поля, стало понятно, почему первый раз нужен был провожающий. По периметру площадки стояли защитные барьеры. Они не позволяли магии вырваться за пределы учебной зоны. Но и пройти сквозь них неподготовленному человеку было невозможно.

По одному Александр запускал нас на поле, добавляя в барьер слепок нашей магии. Теперь мы могли приходить и уходить самостоятельно.

Ровная, утрамбованная земля была идеальной для тренировок. По краям выстроились деревянные стойки.

– Мишени для отработки заклинаний, – тихо сообщил нам Мэт. – У нас были такие же. Они покрыты специальными рунами. Даже если промахнёшься, они поглотят твоё заклинание. Безопасная штука, – закончил он с уважением.

Из портала сразу к нам на поле вышел высокий, суровый мужчина, полностью упакованный в кожаный доспех. Брови его были нахмурены, а губы сжаты в тонкую полоску. Длинные волосы аккуратно убраны со лба и заплетены в тонкие косы.

– Ого! – с ещё большим уважением протянул Мэт. – Надо иметь огромную силу, чтобы удерживать портал, проложенный сквозь защитный барьер.

Магистр оглядел нас цепким взглядом. Ноздри его хищно раздулись.

– Меня зовут магистр Юджин Кинг и у меня есть три правила, – прогремел его голос. – Правило первое. Я называю вас по имени. Вы зовёте меня Кинг. В боевой обстановке, – он внимательно оглядел нас, – и в любой нестандартной ситуации человек быстрее отреагирует на своё имя. Или на цепкое прозвище. Прозвищ вы ещё не заслужили, значит, имя.

Я покосилась на Норда и тут же отвела взгляд. Подумала, интересно какое у него прозвище.

– Правило второе. Если любой человек, даже в шутку, пообещает убить вас – верьте сразу. Просто верьте без объяснений и ложных оправданий. И стройте свои отношения исходя из этой угрозы. Это правило спасёт вам жизнь.

Я снова посмотрела на куратора, и моё сердце совершило кульбит! Александр Норд смотрел прямо мне в глаза.

– Правило третье, – прогремел над полем голос магистра, и его бас послужил для меня толчком: я смогла оторвать взгляд от Норда.

Внезапно по тренировочному полю пронёсся холодный ветер. Поёжилась, пожалев, что не надела тёплую мантию: вязаный свитер был хорош, но не спасал от пронизывающих, ледяных порывов ветра.

Магистр величественно возвышался над ними. Заложив руки за спину, он пристально всматривался в каждого, переводя взгляд с одного адепта на другого.

– Бывает так, что адепты начинают жаловаться. Что их никто не поддерживает. Что в процессе обучения им не на кого опереться. Что их кидают в воду, как слепых котят, – голос его звучал спокойно и уверенно, но я слышала, как в его тоне сквозит стальная сила.

Мне стало жутко и ещё холоднее. Украдкой я посмотрела на своих однокашников. Мэт с Моникой переглядывались и стояли очень близко друг к другу. Берг хмурился. Холли кусала губы. И только Тай был безмятежно спокоен. Голова дракона покоилась на его плече, и мне даже показалось, что он спит.

– У меня для вас плохая новость! – повысил голос Кинг и после паузы добавил: – Отвратительная! – он ещё раз обвёл нас суровым взглядом. – Это правда.

Как могильная плита рухнули на меня его слова. Придавили так, что стало тяжело дышать. Я сжала кулаки.

– Человек одинок по своей сути, – магистр продолжил кидать в нас слова, словно магические шары, – мы приходим в мир в одиночестве и уходим с пустыми руками. Нет ничего постоянного!

Кинг замолчал. Ветер разошёлся не на шутку и трепал мои волосы, залезая за воротник. Пальцы замёрзли.

– Нет другой опоры, кроме ваших ног, – печатая каждое слово, проговорил магистр. – Ваша опора – внутри вас. Только опираясь на самого себя, вы поймёте, каких высот сможете достичь на самом деле. И это третье правило. Чем быстрее вы его примите, тем лучше мы с вами будем работать.

Произнося последние слова, магистр Кинг неожиданно повернулся к нам спиной. Быстро сделал несколько шагов вперёд, увеличивая расстояние между нами.

Моё сердце замерло на мгновение, а потом понеслось вскачь, предчувствуя что-то ужасное. Я растерянно покосилась на Александра. Куратор стоял с непроницаемым лицом и смотрел на Кинга.

Я повернула голову в тот момент, когда магистр резко развернулся. Затаив дыхание, увидела, как Кинг высоко подпрыгнул. Его тело начало стремительно меняться. Конечности удлинились. Кожа покрылась чешуёй чёрного цвета. Два мощный крыла, хлопнув, раскрылись за его спиной, и над полем раздался оглушительный рёв.

Горящие глаза дракона сверкали. Ноздри раздувались, выпуская клубы дыма. Он повис в воздухе прямо над нами так, что пришлось задрать головы.

– Плешивые прихвостни! – полузадушенным тоном воскликнул Берг.

Неожиданно дракон распахнул пасть, и из неё хлынул поток яркого, обжигающего пламени. Адепты бросились врассыпную, а я смотрела на него во все глаза и не могла сдвинуться с места. Ноги приросли к земле. Голова опустела.

Надо мной расцвёл синими красками защитный барьер. Огонь даже не успел опалить мои волосы, съедаемый щитовыми чарам боевого поля. Без сил я опустилась на землю. Ноги дрожали, и тошнота настойчиво подступала к горлу. Я с трудом смогла сглотнуть горечь и рвано вздохнула.

Огляделась. Адепты были укрыты такими же синими щитами, и только над головой Тая красовался золотой купол, которым он удерживал напор драконьего огня.

Кинг величественно опустился на землю, преображаясь обратно в человека. Он чуть согнул колени, приземляясь, и тут же гордо выпрямился. Щиты над нами пропали. Тай медленно опустил руки, и его дракон снова улёгся ему на плечо.

– Имя, – резко выкрикнул Кинг, пристально глядя на него.

– Тай, – голос парня звучал ровно и бесстрастно.

Кинг медленно кивнул и перевёл взгляд на нас.

– Начнём урок. Сегодня мы будем отрабатывать одну из самых важных техник в арсенале любого мага – искусство щитовых чар, – произнёс магистр. – Они могут стать вашей главной защитой в самые решающие моменты битвы.

## 14.

– У меня болят даже те мышцы, о существовании которых я не знал! – простонал Берг и рухнул в кресло.

– Да ладно тебе, просто хорошая тренировка, – возразил ему Мэт и хлопнул парня по плечу.

От удара Берг крякнул, сполз в кресле ещё больше и укоризненно проговорил:

– Это для вас, драконов, ничего особенного, а нам, людям, такие резкие нагрузки противопоказаны.

– Знаешь, яблочко, я с тобой соглашусь, – устало сказала Моника и аккуратно села в кресло, что стояло рядом, – даже драконам такие тренировки… это слишком. Мои кости!

После многочасовой тренировки с Кингом мы с трудом доползли до облюбованной библиотеки. Бодрыми выглядели только Тай и Мэт. Да и то, Мэтью больше храбрился и старался не ударить в грязь лицом, а на самом деле тоже выглядел вымотанным.

Я устала настолько, что не могла говорить. Плюнув на приличия, растянулась на мягком ковре, раскинув руки и ноги.

Это было ужасно! Магистр выжал из нас все соки.

– Мы работаем до момента, пока у вас не закончатся силы, – повторял он, прохаживаясь за нашими спинами, – а потом ещё немного!

Он проверил нас на выносливость, на владение базовыми защитными чарами, на скорость реакции, на что-то ещё: под конец я уже не слушала его, а механически выполняла упражнения.

Теперь, лёжа на ковре и бездумно глядя в потолок, я поняла, что, если все занятия с Кингом буду проходить примерно так же, мне конец. Я вылечу из Академии. Чем очень обрадую нашего куратора.

При мыслях об Александре мои щёки неожиданно зарделись, и я зажмурилась.

– Что ты развалилась, как простолюдинка на поле, – раздражённый голос Холли отвлёк меня от собственных переживаний.

Одними словами она не ограничилась и ощутимо пнула по ноге. Тяжёлый нос её ботинка попал мне по голени, и я тихо взвыла от боли, дёрнувшись и согнув ногу в колене.

– Адептка Кёльна, в этой группе избиением могу заниматься только я, – вкрадчивый голос куратора прозвучал неожиданно, – но даже мне не пришло бы в голову ударить лежачего товарища.

Холли покраснела до корней волос и повернулась к входной двери. В дверном проёме, скрестив на груди руки, стоял куратор Норд. Он смотрел на девушку тяжёлым, холодным взглядом. Холли нервно заправила за ухо прядь волос и хотела что-то ответить, но Александр усмехнулся и произнёс:

– Вижу, вы не устали, – теперь в его голосе сквозило откровенное злорадство, – тогда предлагаю вам вернуться к магистру Кингу. Уверен, он найдёт применение вашим талантам.

– Но я… – начала говорить Холли своим чарующим голосом, а я нахмурилась и закатила глаза.

Ох уж эти чары красивых девушек. Была у нас в Академии одна такая: ресницами похлопает, губки бантиком сложит, ещё ручки в молитвенном жесте и всё – магистры ей всё прощали.

– Это приказ, адептка Кёльна. Привыкайте их не обсуждать, а выполнять, – сурово припечатал Александр и зашёл в библиотеку, освобождая выход из комнаты. – Идите. Скажете, что я послал вас на отработку.

Холли презрительно покосилась на меня. Потом вздёрнула подбородок и гордо вышла.

– Итак, адепты, – даже не посмотрев на меня, проговорил куратор, – с завтрашнего дня каждое ваше утро будет начинаться с моей тренировки. Я привык, что мои бойцы лучшие во всём.

Он обвёл притихших адептов внимательным взглядом, но на меня его взгляд так и не опустился.

– Я не собираюсь менять свои привычки.

– Мы разве в армии? – насуплено спросил Берг.

– Хуже, – Александр обнажил великолепный ряд белоснежных зубов и тут же стёр оскал со своего лица, – вы в Высшей Академии магии. И я ваш куратор.

Александр замолчал и пару раз покачался с пятки на носок.

– На мои занятия может не приходить только Тай Юнг Хо, если не захочет, – добавил он.

– Я хочу! – взволнованно воскликнул Тай и, судя по звукам, поспешно вскочил с кресла.

– Я так и думал, – одобрительно кивнул Александр, и кончики его губ на секунду дёрнулись вверх. – Жду вас утром. Завтра. На крыльце Академии. Перед завтраком. Точное время сообщу отдельно.

Ещё раз оглядев каждого адепта, он наконец-то перевёл взгляд на меня.

– Поднимайтесь, Литори, – сурово произнёс он. – По полу дует.

После он развернулся на каблуках и стремительно вышел из библиотеки, хлопнув напоследок дверью.

***

Утром всё оказалось не так страшно, как рисовалось накануне. Мышцы болели так, что я чувствовала себя древней старухой. Но Чуи разбудила меня вовремя, и я никуда не опоздала. На улице было свежо, но солнечно и это несмотря на то, что тренировка с куратором была назначена на раннее утро. Александр нас, конечно же, погонял, заставляя выполнять множество физических упражнений, но разогревшееся нагрузками тело больше не болело.

Даже Холли не цеплялась ко мне, что тоже радовало.

Вот только, как выяснилось, именно этому обстоятельству я обрадовалась рано.

Когда мы гурьбой ввалились в столовую, Холли тут же отошла от нас и присоединилась в другой группе. Правда, сначала она нежно взяла Тая за руку и, приподнявшись на носочках, что-то сказала ему на ухо.

Тай улыбнулся и покачал головой. Холли молитвенно сложила ладошки и посмотрела на него кокетливо, словно о чём-то упрашивала.

Эту пантомиму заметила не только я, но и Моника.

– Кхм-кхм, – она прокашлялась, выразительно взглянув на Холли.

Та поджала губы. Зыркнула на неё недовольно и неторопливо отошла, грациозно покачивая бёдрами. Я проследила за ней взглядом. Холли подошла к одному из столиков, за которым сидели четыре девушки. Ещё издалека они приветственно замахали ей руками.

Холли села к ним за стол и сокрушённо пожала плечами. Все четыре адептки неприязненно посмотрели на меня.

– Зельевары, – проговорила у меня за спиной вездесущая Моника. – В этом году туда набрали только девушек.

– Опасная смесь, – бросил Мэт, проходя мимо.

Мы подошли к своему столику и устроились каждый на облюбованном ещё вчера месте. Традиции этой академии меня удивляли и радовали одновременно. Например, столовая. У каждой группы был свой стол, и к назначенному времени он был полностью сервирован. Ещё вчера я изумилась разнообразию и большому выбору блюд, но сегодня перед каждым стояло что-то своё.

– Это что это? – возмутился Берг, разглядывая пышный омлет. – Я хочу оладьи, как у тебя, Мэт. Может быть, мы неправильно сели?

– Меню составлено для каждого индивидуально, – ласково проговорила подплывшая к нашему столику призрачная дама. – С учётом рекомендаций лекарей и вашего куратора.

Не обращая внимание на возмущённый бубнёж Берга, она плавно взмахнула рукой. Тарелки с завтраком для Холли медленно поднялись в воздух. Дама выстроила их друг за другом, и они осторожно поплыли туда, где сидела наша однокашница.

– Я ненавижу яйца! – вяло ковыряясь вилкой в тарелке, проговорил Берг.

– Могу поделиться с тобой своим пирогом, – неожиданно предложила Моника и, увидев, как парень заинтересованно вскинул голову, весело добавила: – Если ты съешь свой омлет!

– Жестокая! – патетично простонал Берг, но всё же отправил в рот первый кусочек ненавистного блюда. – М-м-м, – удивился он. – А он не так уж и плох!

Моника демонстративно отрезала треть пирога и ножом постучала по меньшей части.

– Понял, понял, – с набитым ртом проговорил Берг и набросился на еду.

Моника удовлетворённо понаблюдала за парнем и принялась за свою порцию. Некоторое время над столом стояла тишина, прерываемая только стуком столовых приборов, позвякиванием бокалов и шуршанием мягких тканевых салфеток. После тренировки есть хотелось ужасно!

Удовлетворив первый голод, мы все немного расслабились.

Моника повернулась к Таю.

– А что тебе сказала Холли?

Тай аккуратно отложил столовые приборы. Промокнул салфеткой рот. И только после этого повернулся к девушке.

– Моника, – спокойно произнёс Тай, глядя ей прямо в глаза, – неужели ты думаешь, что я буду обсуждать слова или поступки женщины в её отсутствие.

Моника открыла рот, чтобы что-то сказать, но Тай поднял руку в предупреждающем жесте и добавил:

– Не буду.

– Что, сестрёнка, не удалось тебе чужие секреты разведать? – хохотнул довольный Мэт. – Надо было позаковыристее спрашивать, а не прямо в лоб!

Он откинулся на спинку стула и иронично посмотрел на насупившуюся Монику.

– А почему ты сказал про группу зельеваров: опасная смесь? – вспомнила я и с интересом уставилась на парня.

Тот резко придвинулся к столу, склонился заговорщицки и, вращая глазами, замогильным тоном произнёс:

– Потому что девушки, имеющие постоянный доступ к любым зельям, это очень опасно…

– Но почему? – засмеялась я.

– Что может быть проще, чем подлить зелье в еду и добиться того, чего ты хочешь. Чисто женская уловка, – неожиданно вместо Мэтью ответил Берг.

Я повернулась к нему, но тут в разговор вступил Тай.

– Далеко не только женская, – возразил он. – Просто традиционно считается, что зелья – женское оружие. Хотя во все времена ими прекрасно пользуются и мужчины. Но для искусного составления зелий, Клео, требуется, – Тай поднял руку и стал загибать пальцы, – нестандартное мышление, изощрённый ум и колоссальное терпение. А ещё очень хорошая память.

Тай лукаво улыбнулся и погладил тонкими пальцами своего дракона. Тот от удовольствия зажмурился.

– Как правило, мы, мужчины, более просты, – добавил он.

– Угу, дал кулаком в лицо и успокоился, – с удовольствием поедая пирог Моники, проговорил Берг. – Да и забыл тут же.

– Почему вы говорите про зелья, как про оружие? Ведь в первую очередь они помогают! – возмутилась я и всплеснула руками.

Мне стало немного обидно, потому что в прошлой Академии у меня были неплохие результаты по зельеварению. Да что там неплохие! Признаться, я была лучшая на курсе! У меня получались очень хорошие заживляющие мази.

– В нужный момент даже вилка, – Тай взял в руки свою вилку и повертел её перед нами, показывая тупые зубья, – может стать оружием.

Лёгкий взмах кисти, неуловимый жест и столовый прибор вонзился в стол по самую рукоять.

Я вздрогнула.

– Вовсе не обязательно портить мебель, – укоризненно прошелестела рядом с нами призрачная дама.

– Виноват, – коротко склонил голову Тай, – увлёкся. Больше не повториться.

– Ах, ну что вы, мистер, – интимно-тихо воскликнула дама, убирая со стола грязную посуду и игриво поглядывая на парня.

– М-м-м, ты очаровал призрачную даму, – насмешливо произнёс Мэтью.

– Ха! Я чувствую в твоих словах зависть, – тут же среагировала Моника и толкнула брата локтем, – ты больше не первый парень академии. Тай – серьёзный конкурент! У него уже клуб фанаток образовался.

Но я не слушала, что говорила Моника. Как зачарованная смотрела на торчащую из стола вилку и никак не могла в своей голове совместить образ безупречно-спокойного Тая и парня, который может вот так запросто… Я замотала головой.

– Мы как будто с вами из разных миров, – пробормотала тихо.

– Ты только сейчас это заметила? – также тихо сказал сидящий рядом со мной Берг и усмехнулся.

– Завтрак окончен, мои дорогие, – воркующим тоном произнесла проплывающая мимо призрачная дама, – вам пора на занятия.

– Нас ждут зелья! – вскочив с места, радостно провозгласил Мэт.

## 15.

Кабинет зельеварения был закрыт.

После завтрака мы сначала разбежались по комнатам, чтобы собраться на занятие. Встретившись на лестнице, также гурьбой отправились к зельевару. У кабинета нас ждала Холли, которая только кивнула нам и снова углубилась в чтение свитка, что был у неё руке.

Подёргав несколько раз дверную ручку, Мэт обернулся к нам и пожал плечами:

– Будем ждать.

Он ловко запрыгнул на подоконник и удобно на нём устроился, покачивая одной ногой. Мы разбрелись по пустому коридору. Говорить никому не хотелось.

Ждать пришлось совсем недолго. Как только академические часы пробили начало занятий, в конце коридора показалась долговязая фигура.

Засунув одну руку в карман сюртука, к нам, в сопровождении тех самых четырёх девушек из столовой, неторопливой и величественной походкой приближался мужчина. Он был очень высокий, и очень худой. Длинные, аккуратно уложенные волосы. Наглухо застёгнутая жилетка. Тонкий нос. Острые скулы. Нависающие над глазами брови.

От мужчины веяло властью. И сильной магией.

Кончики моих пальцев защипало. Я вспомнила задание магистра Шарм. Она сказала, чтобы я, не откладывая, записывала все ситуации, когда чувствую в себе неожиданный прилив магической силы. Сейчас был как раз такой момент, и я полезла в сумку за грифелем и свитком.

Руки подрагивали, пальцы слушались плохо, грифель выскользнул из рук и покатился прямо под ноги магистру. Замерла, согнувшись в нелепой позе, наблюдая, как грифель мягко тюкнулся о его ботинок и замер.

Не понимая, почему, но поднять голову и посмотреть в глаза мужчине мне было страшно.

Магистр ловко присел, подметая полами длинного сюртука каменный пол, и поднял мой грифель. Сделал пару шагов ко мне и молча протянул.

– Спасибо, – прошептала, аккуратно забирая беглеца из его рук.

– Адептка Литори, если не ошибаюсь, – голос мужчины был низкий, властный, но такой обволакивающий, что мои плечи сами собой распрямились и я смогла посмотреть на него.

Кивнула.

– Уже наслышан, – произнёс он, не меняя интонации голоса. – Сбросьте лишнюю магию, иначе не будете допущены в кабинет.

Развернулся и подошёл к двери в кабинет.

– А как? – прошептала в недоумении и почувствовала, как пальцы закололо ещё сильнее.

В растерянности посмотрела на друзей, и мой взгляд уткнулся в золотого дракона. Тот заинтересованно наблюдал.

– Тай, – позвала я парня, – можно тебя попросить…

Дракончик осторожно потянулся ко мне.

Тай поморщился и произнёс:

– Давай в виде исключения. Будет лучше, если ты не будешь приучать его к дармовой магии. Его сложно будет потом остановить.

Длинный и узкий язык дракона ловко облизал мне пальцы, забирая излишки магии. А я вспомнила, что так и не поговорила с Таем насчёт предостережений Розалинды.

– Входить в кабинет зельеварения можно только со мной. Понятно? – не оборачиваясь к нам, произнёс магистр.

Поколдовав над замком, он распахнул дверь.

Первыми пропустил девушек, что пришли вместе с ним и только потом пригласил нас.

Учебная комната была просторная. Она очень хорошо освещалась и не только за счёт огромных окон, но и за счёт светильников, которые свисали над рабочими столами.

Внушительные шкафы вдоль стен со множеством ящиков и полок. Все они были аккуратно заставлены специальными лоточками, склянками и коробочками. Всё пронумеровано и подписано.

Шесть массивных столов, натёртых до зеркального блеска. На каждом – медные подставки под котлы.

В углу комнаты возвышалась внушительная доска для записей. Подоконники заставлены цветочными горшками. Это было так неожиданно, что я стала всматриваться в растения и чуть было не присвистнула от удивления. Они все были ядовитые! Но в малых пропорциях именно свежие листья и соцветия используются для заживляющих зелий.

– Эта учебная комната – настоящее святилище для зельевара, – тем временем произнёс магистр, снимая сюртук.

Девушки, что пришли вместе с ним, без лишних слов подошли к вешалке, на которой висели огромные фартуки. Поглядывая на нас и тихо перешёптываясь, они принялись надевать их на себя. Мы же так и стояли в дверях.

Магистр повернулся к нам.

– Для тех, – продолжил он, – кто постигает древнее искусство создания магических эликсиров, зачастую опасных, но всегда завораживающих.

Он стал медленно подворачивать рукава своей тёмной рубашки.

– Итак. Сразу же, как вошли в мой кабинет, надеваете фартук. Кто скажет, из какого материала он сделан, получит плюс, – он завернул один рукав и принялся за другой.

– Кожа василиска, – подала голос Холли.

Рука магистра на секунду замерла, а потом продолжила закручивать рукав.

– Не может быть! – тихо охнула Моника.

– Может, – всё так же ровно ответил магистр и, закончив с рукавами, тоже подошёл к вешалке с фартуками. – Кожа василиска обладает удивительными защитными свойствами. Она устойчива к высоким температурам, кислотам и другим агрессивным веществам. Кроме того, она обладает лёгкой магической защитой. Очень дорого. Очень эффективно. Прошу.

Он надел фартук и отошёл вглубь кабинета.

Пока мы облачались, девушки из его группы встали рядом с рабочими столами.

– В кармане каждого фартука – перчатки. Их тоже надо надеть, – невозмутимо продолжил рассказывать магистр, – спрашивать, из чего они изготовлены, не буду. Похоже, мои зельевары лишили меня части удовольствия от первого занятия.

Девушки потупились, а Холли густо покраснела.

– Перчатки сделаны из кожи мантикоры. Они прочны и обтягивают руки, как вторая кожа, что важно для ловкости зельевара. Сегодня каждый из вас будет работать отдельно, но на будущее я поделю вас на пары.

Он пощёлкал пальцами, и одна из девушек передала ему свиток.

– Я называю пару, вы выбираете стол. Это ваше рабочее место и его нужно держать в чистоте. Мои девушки будут помогать в работе. Под руку не полезут. Остановят только в случае катастрофы. Но у них можно спросить совет. Каждый правильный ответ идёт им в плюс.

Магистр развернул свиток и зачитал:

– Мэтью Бреннон и Моника Бреннон. Клео Литори и Ньюберг Вульф. Тай Юнг Хо и Холли Кёльна.

Мы разошлись по рабочим местам.

– Меня зовут Фредерик Крейн. И сегодня я хочу посмотреть, на что вы способны. Создайте зелье, которое получается у вас лучше всего. Время пошло. Приступайте.

– Магистр Крейн, – поднял руку Тай, – правильно ли я понял, что вы предлагаете создать зелье, которое получается у нас лучше всего?

Я подняла голову и удивлённо посмотрела на Тая. Крейн неторопливо подошёл к его столу. Скрестил руки на груди и внимательно уставился на парня. Тот, не дрогнув ни единым мускулом, просто стоял и ждал ответа. Наши столы находились рядом, поэтому я прекрасно видела выражение лица магистра.

Тишина в кабинете стояла такая, что было слышно, как увеличиваются в размерах корни стоя́щей на окне мандрагоры.

– Именно так я и сказал, – наконец ответил магистр.

Тай кивнул и невозмутимо задал следующий вопрос:

– Имеется в виду любое зелье? Даже если оно не входит в учебную программу?

Брови магистра поползли вверх. Он упёрся кулаками в столешницу и чуть наклонился к Таю.

– Вы пытаетесь меня на чём-то поймать, адепт? – зловеще проговорил он.

– Нет, – спокойно ответил Тай, – хочу чётко понять задание.

Магистр оттолкнулся от стола и оглядел нас. Вновь посмотрел на Тая и оценивающе прищурился.

– Любое зелье! – провозгласил он. – Редкие ингредиенты в шкафчике под литерой «Д». Приступайте!

Он резко отвернулся и направился к своему столу.

– Даже запрещённые в вашем государстве? – задал ему в спину ещё один вопрос Тай.

Берг, не таясь, присвистнул. «Нарываешься», – прошептал Мэт, а Моника в испуге закрыла рот ладошками.

Я смотрела на Тая во все глаза и не понимала, зачем он это делает?! Понятно, что вряд ли его накажут, но так провоцировать магистра на первом же занятии! Какой в этом смысл?

Магистр медленно развернулся. Вскинул голову. Неожиданно я увидела, что глаза его загорелись азартом.

– Холли Кёльна, перейдите за другой стол, – произнёс он ехидно, – а вы, Тай Юнг Хо, подберите себе необходимые ингредиенты.

По мере того как Тай выбирал скляночки и травы, магистр всё больше и больше хмурился. Но когда парень подошёл к секции «Д», лицо Крейна прояснилось. Он скрестил руки, а потом подпёр подбородок больши́м пальцем.

– Сколько капель слёз сирены вам потребуется? – воинственно спросил он.

– Одна, – спокойно ответил Тай, посмотрев ему прямо в глаза.

– Отмерьте и поставьте на место, – приказал Крейн.

Тай кивнул. Взял чистую, пустую колбу и тонкой стеклянной пипеткой аккуратно отмерил ровно одну каплю. Мне показалось, что магистр всё это время даже не дышал.

– Две капли крови василиска, – прокомментировал свои действия Тай, ставя на место графинчик со слезами и прикоснувшись к другой подписанной склянке.

– Я уже понял, – покровительственно хмыкнул магистр.

Выбрав нужные инструменты и поставив котёл на треногу, Тай вопросительно посмотрел на Крейна. Тот задумчиво потёр ладони.

– Если ты сваришь более или менее пригодное зелье, – проникновенно проговорил он, глядя на Тая, – я прощу тебе твою дерзость.

После этих слов магистр хлопнул в ладоши и начертил в воздухе защитные узоры. Стол, за которым стоял Тай, накрыло пологом тишины. По периметру замерцал ограждающий экран. Мы могли видеть, что делает Тай, но не слышали ни звука.

– Приступаем к работе! – выкрикнул магистр.

Мы разобрали инструменты. Приготовили котлы. В учебной комнате воцарилась сосредоточенная тишина.

Я нет-нет, да поглядывала на то, что творится за столом Тая. Движения его рук были выверены и плавны, словно они танцевали с зельями в такт невидимой музыке. Губы непрерывно шевелились. Ингредиенты, что он выбрал, были мне хорошо знакомы. Каждый в отдельности. Но то сочетание и количество, что отмерил Тай, не укладывалось в единый рецепт.

Оглядываясь, поняла, что наблюдаю не только я. Магистр молча прохаживался между столами и всё чаще останавливался рядом с защитным барьером. Девушки из его группы вытягивали шеи. Судя по недоумённым переглядываниям, они тоже не знали это зелье.

Своё же магическое снадобье я знала прекрасно. Могла сотворить с закрытыми глазами. Быстро подготовив все составные части, приступила к приготовлению.

Вскоре в котле зашипела тёмная жидкость и над столом повис аромат прелой листвы. Я улыбнулась. Главная часть сделана идеально! Жидкость поменяла цвет на приятный золотистый оттенок, и аромат стал ярче.

Сосредоточенно кусая губу, я продолжила аккуратно добавлять нужные травы. Внимательно отслеживала каждую стадию приготовления. С каждым шагом зелье обретало всё более совершенную форму. Осталось только наполнить его магической силой.

Встряхнув руки, провела над котлом сначала одной рукой, потом другой, чётко проговаривая слова заклинания. Сначала появился тонкий, травянистый аромат. Постепенно к нему добавился глубокий, древесный запах с оттенками влажной земли. И последней нотой медленно и аккуратно вплелось благоухание белой ивы. Я выдохнула. Получилось!

– Что вы добавили в заживляющее зелье? – неожиданно раздался над ухом заинтересованный голос магистра.

– Белую иву, – ответила не задумываясь. – И немного подправила заклинание.

– Проверяли? – Крейн зачерпнул из котла мазь маленькой ложкой с длинной, изогнутой ручкой и принялся рассматривать варево на свет.

– Много раз. На себе, – кивнула, чуть отойдя от стола.

– На других? – покосился на меня магистр.

Я покачала головой. Конечно, нет. Кто бы мне разрешил.

– Не исключено, что у вас получилось средство индивидуального действия, – пробормотал магистр принюхиваясь. – Переложите его в чистую пробирку и оставьте в кабинете. Мне стало любопытно.

Отложив ложку, магистр заглянул в котёл к Бергу и кивнул самому себе.

– Я так и думал.

На этом магистр потерял интерес к нашему столу и отправился к Бреннонам.

– Хорошо, – послышалось от их стола. – Как по учебнику.

– Примитивно, но безупречно, – раздался новый вердикт через две минуты.

Он подошёл к Холли. Со скучающим видом осмотрел изумрудную жидкость в высокой колбе и перевёл взгляд на девушку.

– Не удивлён.

Пожал плечами и развернулся к столу Тая.

Тот уже завершил работу и почёсывал подбородок жмурящегося от удовольствия дракона.

– Ну-с, обратим наши взоры на короля сегодняшней вечеринки.

Магистр хлопнул в ладоши, снимая полог тишины, и шагнул сквозь защитный барьер.

Магистр встал напротив Тая. Девушки его группы слетелись к ним, словно птички на рассыпанные зёрна. Я подошла поближе. Берг практически дышал мне в затылок. С другой стороны стола рядышком друг с другом стояли напряжённые Бренноны.

Задрав подбородок, Крейн смотрел на Тая свысока своего роста и молчал. Тай заложил руки за спину и чуть расставил ноги, как боец, готовый к поединку.

Магистр усмехнулся. Достал из кармана своего фартука защитные перчатки и медленно натянул сначала одну. Потом другую. Упёрся кулаками в бока и сказал, произнося каждое слово отдельно:

– Тай Юнг Хо, вы уверены, что созданное вами зелье работает?

– Да, магистр, – спокойно ответил Тай.

– А если мы проверим его на вас? – вкрадчивым тоном спросил Крейн.

Ни один мускул не дрогнул на лице парня. Он всё так же спокойно смотрел на магистра, и в его взгляде плескалась расслабленность. Я позавидовала его выдержке. Будь у меня такая же, не было бы проблем с тем, чтобы держать под контролем собственную магию.

Краем глаза уловила, как Мэт, стоя́щий как раз напротив меня, осторожно потрогал защитный экран. Щит спружинил. Мэтью нахмурился.

– В вашей стране это незаконно, – уверенно ответил Тай.

– Зато в вашей законно! – зло выплюнул магистр.

– Но мы сейчас на вашей территории, – возразил парень, не опуская глаз.

Зрительный поединок затягивался, и внутри защитного барьера заискрила магия.

Неожиданно одна из девушек магистра звонко чихнула.

– Ой, простите, – пробормотала она.

Магистр недовольно покосился на свою ученицу и снова посмотрел на Тая. Атмосфера рядом с его рабочим столом изменилась. Дружеской она не стала, но к Крейну вернулось ироничное настроение.

– Что ж! – воскликнул он, потирая ладони. – Мы и так проверим, насколько грамотно приготовлен «Эликсир Прозрачных уст».

Моника громко охнула, зажав себе рот. А у меня над ухом прозвучал изумлённый возглас Берга:

– Плешивые прихвостни!

– Не выражайтесь, Ньюберг! Хотя я с вами согласен, – хмыкнул магистр.

Он взял чистую колбу и аккуратно перелил в неё из котла прозрачную жидкость. Поднёс к свету и слегка помотал из стороны в сторону.

– Этот редкий, а в нашей стране запрещённый, эликсир считается одним из самых опасных зелий. У него нет цвета.

Магистр опустил колбу на уровень своего носа и осторожно помахал над ней рукой, подгоняя к лицу воздух.

– Нет запаха.

Он поставил колбу на стол и внимательно оглядел нас.

– И нет вкуса, – он помолчал, разглядывая колбу, и продолжил: – Этот эликсир обладает любопытными свойствами. Сто́ит сделать глоток – и все тайны и сокровенные мысли сами собой срываются с уст пьющего. Под его влиянием невозможно солгать.

Магистр недобро улыбнулся.

– Но не из-за этого он у нас запрещён.

Он скрестил руки на груди и уставился на Тая.

– Дозировка, – провозгласил он и сделал внушительную паузу, – сто́ит напутать с дозировкой, и человек становится немым. Я верно излагаю, Тай Юнг Хо, младший сын благословенного императора цветущего и процветающего государства Тэнсё Аомори?

– Верно, – с достоинством кивнул Тай.

– Как часто вам приходилось варить это зелье? – снова спросил магистр.

– Часто.

– Что ж, значит, вы не напутали с рецептурой, и это действительно «Эликсир Прозрачных уст», – усмехнулся Крейн. – Есть один-единственный верный способ выяснить, так ли это.

Магистр как зазывала уличного цирка, поднял руки и медленно обошёл стол круго́м. Остановился за спиной Тая и громко произнёс:

– Пламя дракона! Я всё ещё прав, Тай Юнг Хо?

– Правы, – ответил парень, не поворачивая головы.

– Проверим? – язвительно спросил магистр.

– Проверим, – согласился Тай и что-то прошептал на ухо своему дракону.

Тот поднял голову. Открыл пасть. Из его нутра вышла короткая струя пламени, попавшая точно в узкое горлышко колбы. Зелье жадно поглотило огонь дракона и внутри стеклянной ёмкости стал закручиваться смерч.

Я не могла отвести взгляд от этого завораживающего и зловещего зрелища.

Когда смерч готов был вырваться из колбы, Тай провёл над ней раскрытой ладонью, и всё успокоилось.

– Почему вы остановили процесс? – резко спросил магистр.

– Зелье поглотило пламя. Появился смерч. Этих доказательств достаточно для установления истинности и работоспособности эликсира. Как по учебнику, – невозмутимо ответил Тай.

– Согласен, – разочарованно сказал Крейн.

Он ещё раз обошёл стол. Провёл над колбой руками, запечатывая её магией. Снял защитные щиты и призвал на стол металлический ящичек. Спрятав зелье и установив защиту – я насчитала три слоя – он взял ящичек подмышку и пошёл вглубь кабинета.

– Все свободны! – крикнул он нам не оборачиваясь. – Приберите за собой. Приготовленные зелья оставьте на столах!

В полном молчании мы привели в порядок столы. Вымыли котлы и почистили инструменты. Разложили всё по местам и гуськом вышли из кабинета.

Девушки из группы Крейна стайкой умчались по своим делам, а мы понуро шли в свою библиотеку.

Первым не выдержал Берг.

– Ну ты выдал, приятель, перца! Зачем было так нарываться? Ты выпендриться перед ним хотел или что?

– Или что, – неожиданно хохотнул Тай, и мы все с удивлением уставились на него.

Он весело посмотрел на нас и поднял руки:

– Это единственное зелье, которое я умею готовить.

Глядя на наши вытянувшиеся лица, он расхохотался во всё горло.

– Что? – сквозь смех спросил он. – Ореол безупречности померк?

Я смотрела на него в изумлении, неприлично открыв рот. Но смех Тая был настолько заразителен, что я не выдержала и засмеялась. Следом захохотали остальные, а Берг хлопнул его по плечу и восхищённо воскликнул:

– Ну ты жук!

– Надеюсь, не навозник, – ответил ему Тай, и все снова захохотали.

## 16.

Последующие дни проходили более или менее спокойно. Утром тренировка с куратором. Потом занятия. И очень много самостоятельной работы.

Когда тётушка рассказывала, каким образом здесь строится обучение, я улыбалась и думала, что она преувеличивает. Теперь поняла, что она рассказала только небольшую толику правды.

Лекций не было вообще. Перед нами ставилась задача, и мы должны были предложить вариант решения. Каждый день мы встречались с одним из магистров, и именно этому предмету посвящался весь день.

– Вы не должны знать всё, – постоянно повторяла нам магистр Шарм, – но понимать, о чём идёт речь и иметь представление, где можно найти ответ, вы обязаны.

Учиться в таком режиме было сложно. Никто не стоял над душой. Полная свобода, с одной стороны, и колоссальная внутренняя ответственность перед магистрами – с другой стороны. Креди́т доверия хотелось оправдать и не ударить в грязь лицом.

Поэтому ежедневно с утра и до поздней ночи мы корпели над учебниками. Лазили по библиотекам в поисках нужной информации и до хрипоты спорили друг с другом, отстаивая собственное мнение.

Мы успели подружиться с артефакторами. Заключить нейтралитет с зельеварами. И подраться с группой боевого магистра.

За драку влетело всем. Ни Кинг, ни Шарм не стали разбираться, кто был зачинщиком, а просто отправили всех на кухню чистить земляные корнеплоды. Работа монотонная и заняты только руки. А так как мы все находились в одном зале, то опять подрались. На этот раз только словесно.

– Представляешь, Чуи, – рассказывала вечером белке, – они прицепились к нам с Бергом.

Я устало сидела на кровати и не могла пошевелиться. Больше всего на свете мне хотелось сейчас просто рухнуть в постель и закрыть глаза. Но надо было сделать усилие: встать, раздеться, умыться и приготовить одежду на завтра.

– В группе Кинга сплошные драконы, представляешь! – Я всё же откинулась на кровать и прикрыла на минутку глаза. – Их, видите ли, задел тот факт, что в одном с ними потоке учатся две сироты. Это я, значит, и Берг.

С трудом поморгала слипающимися ресницами и посмотрела на белку. Та сидела на подушке и внимательно слушала.

– Их оскорбляет тот факт, что среди аристократов затесались те, кто без роду, без племени. Берг, оказывается, тоже не знает, кто его родители. Но, владея сильной магией, смог пробиться… – не заметила, как снова закрыла глаза.

Сознание уплывало, радуясь отдыху.

Маленькая мягкая лапка похлопала меня по щеке.

– Я не сплю, не сплю, Чуи. Сейчас встану, – пробормотала сквозь сон. – Мэт попросил нас не заходить туда, где они живут. А мне, например, это и не нужно… зачем… а ещё он похвалил мои… защитные… чары…

Я проваливалась в сон. Стянув, нажимая поочерёдно на пятки, тяжёлые ботинки, свернулась клубочком и подумала: «Чуть-чуть посплю, потом встану». Нашарила рукой покрывало и накинула на себя, окончательно засыпая.

Мне снился дом.

Золотая осень вовсю хозяйничает в тётушкином саду. Широкой кистью раскрашивает листья. Застилает шуршащим ковром извилистые дорожки. Стирает яркие краски с неба, оставляя стылый серый цвет. Но всё ещё позволяет солнцу радовать природу тёплыми лучами.

Я иду к дому рука об руку с кем-то близким. Прижимаюсь к нему локтем, и от этой близости мне так хорошо и спокойно, что душа поёт возвышенные хоралы.

Мы обходим пруд, где плещутся караси. Пинаем опавшие листья. Сидим на крылечке, вдыхая холодный воздух, наполненный ароматами леса, влажной земли и прелых листьев. А потом, держась за руки, заходим в дом.

«Интересно, продолжайте», – пробормотала сквозь сон, поворачиваясь на другой бок и ещё теснее закутываясь в покрывало.

Мы на кухне. Весь стол засыпан мукой, а передо мной стоит любимая голубая миска. Почему-то именно в этой посудине всегда получается превосходное тесто. И никакой магии! Для традиционного тётушкиного пирога со сливами она не нужна!

Аккуратно разминая уже размягчённое масло, чувствую на своей талии чужие руки. Кто-то сильный прижимает меня к себе, пока я осторожно добавляю муку, соль, сахар и яйца. И непременно ваниль! Ведь без неё у пирога не будет того самого тонкого, щекочущего ноздри, аромата.

Тесто получилось жидковатым, как и должно быть, но я перемешиваю его снова и снова, плавясь в мужских объятиях. Наконец, отставляю миску и притягиваю к себе тарелочку со сливами. Вымытые плоды ещё хранят на себе капли воды, и они солнечно блестят на гладкой кожице. Их надо освободить от косточек и порезать на четыре части.

Мужчина вызывается мне помочь. Я с удивительно нежным трепетом смотрю, как сильные пальцы бережно берут спелую сливу. Большой и указательный палец крепко сжимает плод, слегка продавливая упругую кожицу. Другой рукой он медленно проводит по поверхности, то ли лаская, то ли ощупывая зрелость и гладкость сливы. И в этот момент сердце моё пускается вскачь.

Острым лезвием кухонного ножа он аккуратно разрезает сливу, и она тут же доверчиво раскрывается на его ладони. Сочный сок выступает по линии разреза, блестя на подушечках пальцев. Ловко поддев косточку за кончик, он вытаскивает её из лона. В этот момент понимаю, что ноги мои подогнулись и дышу я уже с трудом.

Разделённая на две половинки мякоть, бесстыдно раскрытая, покоится на его ладони. Он делает ещё два движения ножом, и вот уже плод разделён на четыре части. Сладкая слива готова быть съеденной.

Его пальцы в сладком соку, и он проводит ими по моим губам. Лизнув на пробу шершавую кожу, чувствую, как тугой узел желанной страсти стягивается внизу живота. Но я беру форму для выпечки и переливаю в неё тесто, чтобы сверху выложить порезанные сливы. И выкладывая каждую четвертинку, завидую тому, как легко они смогли открыться этому…

… поднимаю глаза и сталкиваюсь с пронзительным взглядом своего гостя. Смотрю на него и не могу оторваться. Радужка его глаза становится золотистой. Зрачок сужается. Губы его растягиваются в ехидной улыбке, и я понимаю, что смотрю на своего куратора. Александра Норда!

Форма с пирогом падает из моих рук. Тесто и сливы ошмётками разлетаются по всей кухне.

Я вскочила на своей кровати, прижав руки в груди, где неистово билось сердце.

За окном глубокая ночь. Чуи спит в своей корзинке. А я…с трудом выпутавшись из покрывала, как сомнамбула побрела в ванную комнату.

– Нет, Клео, – пробормотала, глядя в зеркало, – спать в одежде – самая дурная затея. Ещё и не такое присниться!

Не отрывая глаз от своего отражения, поднесла пальцы к губам, словно хотела проверить, остался ли на них сливовый сок.

## 17.

Наутро я чуть не проспала, но Чуи так активно по мне скакала, что шансов отмахнуться и снова заснуть не было.

Медленно встала, соскребая себя с кровати. Медленно умылась. А потом неслась сломя голову, потому что опаздывала.

Вылетела из Академии на холодный воздух и аж задохнулась. Недовольный взгляд куратора был ледяным. Совершенно не к месту вспомнила сон и то, как он обнимал меня. Как капал с его пальцев сливовый сок и с каким наслаждением я слизывала его с чуть шероховатой кожи. Интересно, его пальцы на ощупь такие же, как во сне?

Ой, ой, Клео! О чём ты думаешь?

Щёки зарделись, и я сильно зажмурилась, пытаясь прогнать из головы тот самый образ куратора.

– Вам надо попросить о помощи, адептка Литори, – произнёс Александр низким, завораживающим меня голосом.

Вскинула голову и посмотрела на него в замешательстве. О какой помощи он говорит? Почувствовала, что бледнею. А вдруг он читает мои мысли? Хотя нет-нет, это же невозможно!

– Если не в состоянии проснуться вовремя, попросите одногруппников об одолжении. Пусть будят вас. Уверен, они не откажут в такой малости.

Мои щёки, с которых до этого схлынула кровь, вспыхнули снова. Только сейчас я увидела, что все уже в сборе. Близнецы о чём-то тихо спорили в отдалении. Тай стоял к нам спиной, пристально глядя в небо, где резвился золотой дракон. Берг сидел на перилах, прикрыв глаза, и явно досыпал. А вот Холли! Холли стояла так близко к куратору, что мне внезапно стало обидно!

– Извините, куратор Норд, больше не повторится, – произнесла я как можно более проникновенно.

Потупила взор, прикусила нижнюю губу и чуть было не сделала книксен, но в последний момент решила, что перебор. Тут же услышала, как презрительно хмыкнула Холли.

– Вот, кстати, адептка Кёльна вполне может взять на себя эту нагрузку, – назидательно произнёс Александр.

– Но…– попыталась запротестовать Холли, а я украдкой наблюдала за сменой эмоций на её лице. – Я?! Будить эту?!

– Адептка Кёльна, – голос куратора вмиг стал ледяным. – Прошу вас, – он вложил в свой голос столько холода, что казалось, на улице температура воздуха упала на несколько градусов, – проследить, чтобы Клео Литори больше не опаздывала по утрам.

Он оглядел нас и повернулся спиной.

– Все в сборе, идёмте!

Холли наградила меня таким злым взглядом, что минутное ликование сменилось паникой. Ох, Клео, Клео! Зачем тебе было это нужно? Мы гуськом пошли вслед за Александром на тренировочное поле. Я на всякий случай решила идти в конце процессии.

– А ты та ещё штучка, подружка, – раздался над ухом восторженный шёпот Берга, – любишь дёргать драконов за хвост.

– Слушай, глупо получилось, – ответила ему тихо, кусая губы, – Холли и так меня терпеть не может, а теперь ещё больше будет злиться. Что меня дёрнуло?

– Ну, сделанного не воротишь. Да и ничего особенного ты не сказала, она сама подставилась, – пожал плечами Берг. – Будем держать оборону. А, кстати! – он чуть обогнал меня и склонил голову, – видела вчера, что она не участвовала в нашей потасовке.

– В смысле? – переспросила непонимающе и нахмурилась. – Мне казалось, что мы втроём щиты держали: я, Моника и Холли.

– Не-а, – радостно сказал Берг. – Холли спряталась за Тая и нос не показывала. Ни одного заклинания не сотворила. Хотя наказание отбывала вместе со всеми.

– А ты-то, когда смог это заметить? – я недоверчиво прищурилась.

– Подружка! У меня огромный опыт уличных драк. А чтобы выжить в них, надо смотреть во все стороны, – Берг грустно усмехнулся. – Я подумал, что со спины нападут. Так, знаешь, делают… Поэтому следил.

– Не доверяешь? – спросила напрямик.

Берг поджал губы и покачал головой.

– Слушай, а лекари наши… как они тебе? – сменил он тему.

– Ну, нормальные. Мне полную диагностику сделали.

Парень удивлённо присвистнул и покосился на меня недоверчиво.

– Шутишь?

Помотала головой. Некоторое время мы шли молча. Я поглядывала на Берга. Мне было любопытно, почему он завёл разговор про лекарей. Но парень был погружён в свои мысли, хмурился, поводил шеей, словно спорил сам с собой, и я решила его не тревожить. Захочет, скажет.

Мы уже подходили к полю для тренировок, когда он неуверенно произнёс:

– Они меня вызывают зачем-то. Вот я и думаю – зачем?

– А! – вспомнила я разговор с Розалиндой. – У них просто адепты, которые числятся сиротами, на особом контроле. Только я не поняла, что это значит.

– Не понял, – удивился Берг, – то есть получается, в эту Академию довольно часто попадают адепты без семьи? Раз у лекарей даже есть отдельный протокол наблюдений?

– Ну… да… получается так, – нерешительно ответила я, не понимая, к чему он клонит.

– То есть мы не единственные на всю Академию. И в других потоках были такие же. Может, и в группах? Это же не та тема, о которой трубят во всеуслышание.

– Возможно, – ответила осторожно.

– Так почему боёвщики вчера взъелись именно на нас? – Берг внимательно на меня посмотрел.

## 18.

Александр Норд, куратор группы "Стихийные заклинания"

Я сидел в кабинете отца и как шахматные фигуры перекладывал с места на место свитки с личными делами своих адептов.

Тусклый свет далёких фонарей с трудом проникал в окно кабинета. Неумолимо сгущались сумерки. Над столом горел одинокий светильник и отбрасывал мягкие тени на дорогой ковёр.

Раз за разом пробегая глазами по строчкам личных дел, я хмурился. Люди отца на каждого адепта собирали такое досье, что позавидовал бы тайный сыск. Характеристики из предыдущих Академий. Табели об успеваемости. Заметки педагогов о способностях и поведении. Проступки. Слабые стороны. Информация о членах семьи.

Вздохнув, я отложил очередной свиток и устало потёр переносицу. Тяжело вздохнув ещё раз, уставился на темнеющее за окном небо.

Услышанный утренний разговор двух адептов не выходил из головы весь день. Краем глаза заметил, что не только я прислушиваюсь к шёпоту двух людей. Всё же у драконов отличный слух. Но если Тай Юнг Хо в привычной своей манере не подавал вида, что всё слышит, то Бренноны многозначительно переглядывались.

Про драку я знал. И так же, как куратор боевой группы был озадачен таким поведением молодых драконов. Да, у Кинга в группе сплошные драконы, но это не удивительно, зная, что он отбирал самых выносливых и шустрых. Парней ждала блестящая военная карьера, если, конечно, они не вылетят из Академии.

Повод для драки был надуман и шит белыми нитками. Сироты в Академии обучались всегда. Потомственные аристократы не знали об этом? Чушь! Каждый год Академия выделяет три подобных места. Правда, в этом году официально только два.

Я отложил на край стола личные дела Литори и Вульфа. На самом деле, третьим можно считать адепта Хо, потому что принят он был без вступительных экзаменов и оплаты. По личной просьбе короля. Такой вот жест доброй воли и демонстрация благих намерений.

Подумал и всё же переложил свиток золотого дракона к Бреноннам. Нет у меня по его поводу никаких предчувствий. Умён, настойчив, вышколен. Судя по его биографии, здесь он практически на отдыхе.

Бренноны. Я задумчиво постучал пальцами по их бумагам. Чистокровные драконы. Семья насчитывает десять поколений. Преданы короне. Я цыкнул и уверенно сдвинул три свитка на самый край.

Итак. На чистую поверхность стола сначала положил личное дело Ньюберга Вульфа. Человек. Розалинда определила слабый драконий след. Кто-то из его дальних предков покувыркался в постели с драконом. Такой след, по словам лекарей, остаётся в результате единичной связи, не закреплённой семейными узами. Что ж, вряд ли парень об этом знает.

Я раскрыл его свиток и вновь углубился в чтение. Подброшен младенцем в обитель «Небесного огня». Вот, наверное, удивились аскеты, обнаружив под своими воротами люльку с голосящим младенцем. Особенно с учётом того, что сама обитель находится высоко в горах. Не каждый смертный туда доберётся.

Так, прожил он там недолго. Всего лет до двенадцати. Потом служители отдали его на равнину, и мальчик попал в приют. Незаурядные способности к магии. Высокие бойцовские навыки. Тут я хмыкнул, вспомнив, как сетовал Кинг, что парень не дракон. Отличные оценки и отвратительное поведение. Наблюдательность, аналитические способности значительно выше среднего, склонность к дипломатии, но взрывной характер.

– Ладно, – пробурчал себе под нос и взялся за второй свиток.

Холли Кёльна. Чистокровный человек. С рождения отмечена в списках возможных невест для наследного принца. Очень богатая семья. По человеческим меркам, конечно же. Родители владеют самой крупной компанией королевства по производству пряностей. Девушка всегда на первых ролях. Звезда и первая ученица своей Академии. Магистр Шарм потирала руками от удовольствия, предвкушая, что будет обучать её. Высокие способности в магии всех пяти стихий, что редкость для чистокровного человека.

Я откинулся на спинку кресла и задумчиво уставился в потолок. В голове всплыли слова Берга о том, что в потасовке между группами она спряталась и в бой не вступила. Почему? Наблюдала? Зачем? Могла ли она спровоцировать драку? Но как? Что она вообще делает на нашей Академии? Обычно девушки, по рождению обязанные участвовать в королевских отборах, к нам не стремятся.

Вздохнув, я придвинул к ним ещё один свиток. Клео Литори. Условная сирота. Страдает спонтанными магическими выбросами. Память девушки тщательно заперта примерно с десятилетнего возраста. Во всяком случае, по результатам обследования Розалинды. Проникнуть сквозь заслон ей не удалось, а грубо ломать щиты лекарша отказалась.

К свиткам с характеристиками было приложено письмо её тётушки. Адресовано напрямую к отцу с просьбой рассмотреть кандидатуру адептки Литори на бесплатное место в Академии. Я усмехнулся. Первая фрейлина, лучшая подруга королевы, готовая на всё, ради королевской семьи. Она не смогла бы оплатить обучение родственницы? Ни за что не поверю. Тогда зачем?

Дверь тихо скрипнула, и в кабинет вошёл отец.

– Ты чего здесь так поздно? – удивился он.

– У меня странные предчувствия насчёт моей группы, – ответил, невольно подавив зевоту.

Отец медленно подошёл к столу и оглядел его. Я отодвинул свиток Литори в сторону и придвинул к нему поближе личные дела адептов Кёльна и Вульф. Отец молча подтащил поближе кресло и, расположившись в нём с комфортом, сказал:

– Поделишься?

## 19.

– Я думаю, дело не в том, что вы не знаете родителей, – неожиданно торжественным голосом провозгласила Моника.

– М-м-м, у тебя появилась новая теория заговора? – с преувеличенным интересом спросил Мэт и развернулся к сестре вместе с креслом.

Мы коротали вечер в нашей библиотеке. Первый спокойный вечер за всё время пребывания в Академии. Домашние задания сделаны, а мы ещё не валились с ног от усталости. А всё потому, что на завтра нам отменили день с магистром Ферно.

Магистра неожиданно вызвали на консультацию во дворец, и он довольно шустро умотал. Сначала этой информацией с нами под больши́м секретом поделились адепты из его группы. А потом, ближе к вечеру, нас официально известили с помощью магической почты. И даже куратор, заглянувший к нам ненадолго, решил не загружать дополнительными занятиями. Хотя мог. Но не стал.

Поэтому, прикинув нос по ветру, как говорила тётушка, мы решили устроить себе тихую вечеринку. Берг с Мэтом по-быстрому сгоняли на кухню. Натащили пирогов и фруктов. Сердобольная кухарка выдала им в довесок огромный графин с терпким компотом из яблок и калины.

Мы сунулись с приглашением к птенчикам Ферно. Но те закатили глаза и принялись жаловаться на огромный список выданных магистром заданий. Мы быстро отстали, опасаясь, как бы артефакторы ни попросили им помочь. Чисто по дружбе.

Холли свалила от нас сразу же, как закончились занятия. Она вообще бо́льшую часть времени проводила с девочками зельевара. Что меня, если честно, радовало.

Поэтому мы впятером, наевшись от пуза, развалились в креслах и лениво беседовали ни о чём.

Пока Моника не заявила, что адепты Кинга прицепились к нам не из-за семейного положения.

– Выкладывай свою теорию, – подобрался Берг.

Воодушевлённая его интересом, Моника встала и заходила из угла в угол, как заправский лектор. Ещё и руки за спиной сцепила.

– В группе Кинга только драконы. И только парни, девушек там нет, – начала она с очевидной информации.

Мэт с Бергом переглянулись и хрюкнули от смеха. Моника оглядела нас суровым взглядом, но никак не прокомментировала.

– Кинг их гоняет сильно. И в физическом плане, и в магическом.

– Откуда ты знаешь, – внезапно нахмурился Берг.

Моника беспечно отмахнулась:

– Разговаривала с одним из них. Ещё до нашей стычки. Парень не жаловался, но просил помочь с заданием от нашей Шарм.

– Когда ты всё успеваешь, – недовольно пробурчал Берг и снова растёкся по креслу. Вытянул длинные ноги, скрестил их в лодыжках. Переплёл пальцы рук и уткнулся в них подбородком.

– Не бухти, – добродушно ответил Моника и улыбнулась.

Она изменила свой маршрут, чтобы не спотыкаться о его ноги. А потом продолжила рассказывать.

– Так вот, когда я ему помогала…

– Кхм, – многозначительно кашлянул Берг, и я с удивлением на него посмотрела.

Парень смотрел на Монику исподлобья таким взглядом, как будто хотел прожечь в ней дыру. Атмосфера слегка накалилась.

– Остынь, – спокойный голос Мэтью подействовал на парня, как ведро холодной воды.

Берг моргнул и принял ещё более расслабленную позу.

Моника независимо хмыкнула и заправила за ухо прядь волос, а потом провела кончиками пальцев по своей оголённой шее. Воздух в комнате вновь потяжелел.

– Моника! – рявкнул Мэт.

– Итак, – как ни в чём не бывало продолжила рассказывать девушка, – истощение. В первую очередь, магическое. По словам этого парня, – Моника бросила быстрый взгляд на Берга и отошла ещё дальше, – Кинг делает это специально. Чтобы научить будущих военачальников умело расходовать собственные силы. И чтобы каждый из них нашёл свой способ быстрого восстановления.

– Умно, – прокомментировал молчавший всё это время Тай.

Моника кивнула.

– Но дело в том, что мы имеем две ипостаси. И если человек думает головой, то зверь внутри нас действует на инстинктах.

Она поочерёдно посмотрела сначала на брата, потом на Тая.

– Я понял, к чему ты клонишь, – задумчиво проговорил Тай. – И склонен с тобой согласится.

– Но в поединке это сложно сделать, – возразил Мэт.