Анна Кали
Зелёный папа

Глава 1

Сегодня самый знаменательный день в моей жизни! Я с блеском защитила диплом. Вчера я сдала госэкзамен. Мой парень тоже удачно защитился. Завтра будет вручение дипломов в торжественной обстановке и фуршет. А сегодня вечером мы планировали всем курсом пойти отмечать успешную сдачу экзаменов и защиту диплома. Всем было весело. Мы были пьяны без спиртного. Голова кружилась от счастья. А Миша обещал какой-то сюрприз.

Я теперь специалист! Ура!!! Экономист с красным дипломом. Экзамены и защита остались позади, даже не верится! Свершилось!..

Вот только жаль, что мама с папой этого никогда не увидят. И бабушка тоже… Эта мысль немного омрачила сегодняшнее праздничное настроение, но не надолго. Мелькнула мысль отказаться идти на вечеринку, остаться дома.

– Чего вдруг взгрустнула? – спросила у меня моя лучшая подружка Инга.

– Да вспомнила родителей и бабушку, – с грустной улыбкой ответила ей я. – Они были бы счастливы, что я смогла получить красный диплом.

– А до этого золотую медаль в школе! – незаметно подкрался Миша. – Сколько лет прошло с той аварии, а ты все вспоминаешь родителей. Надо жить и двигаться дальше. Вспомни, что тебе говорила бабушка, когда умирала: «Не лей слёз понапрасну, прошлого не воротишь. Иди вперед, гордо подняв подбородок. Мы все в твоем сердце. Навечно с тобой, мы никогда не расстанемся».

– Я помню, – украдкой смахнула предательскую слезу с уголка глаза. – Я помню…

– Вот и отлично! – тут же затрещал сорокой Миша. – Ребята сняли небольшой, но уютный ресторанчик, – объяснял он мне. – Там будет только наш курс, никого посторонних. Преподов мы решили не приглашать. Хватит с них и фуршета в институте. Я за тебя уже оплатил, Инга за себя платит сама.

– Миша, но мы же с тобой договаривались! – возмутилась я. – Я сама в состоянии оплатить за себя. Деньги у меня есть.

Но его это не смутило.

– Маша, давай не будем спорить. Считай, что это мой тебе подарок за цвет диплома.

Да, мне было чем гордиться. Миша не сильно старался, потому и диплом у него в основном с тройками. Инга чуть-чуть не дотянула до моего результата, хотя и очень старалась. Честно говоря, я боялась, что он станет вспоминать гибель моих родителей. Не ткнул в рану и то хлеб.

Родители погибли в авиакатастрофе два года назад. Именно поддержка Миши и Инги помогла мне тогда не скатиться в омут отчаяния. Бабушка тогда слегла, и мы втроем приехали поддержать её. Именно тогда она и сказала те слова, которые он мне напомнил сейчас. Поддержка друзей помогла мне справиться с горем и успешно закончить учёбу с отличием. Миша объявил себя моим парнем, я молча приняла это. За это время я так привыкла к его присутствию рядом, что даже страшилась момента, когда мы расстанемся, и я вернусь в родной дом.

Авиакомпания оплатила похороны погибших пассажиров и выплатила солидную компенсацию. Страховая компания тоже выплатила немалые суммы семьям пострадавших. Так что материальных проблем у меня не было.

После гибели родителей я как единственная дочь унаследовала их половину дома. А после смерти бабушки стала полноправной владелицей довольно приличного участка и пусть и небольшого, но довольно крепкого дома в своем городе.

Пока мы с Мишей спорили, к нам подошли ребята:

– Девчонки, а вам не пора отправляться прихорашиваться перед рестораном? Могу подвезти, – предложил признанный ловелас курса, подмигивая Инге.

– Нам тут рядом, сами доберемся, – рассмеялась Инга, кокетливо стреляя глазками в ответ.

– Смотрите, чтоб без опозданий! – крикнул на прощание однокурсник.

Настроение после слов Миши про бабушку совсем упало. Инга верно поняла мой взгляд:

– Даже не думай отвертеться от общего сабантуя! – жёстко сказала она, начисто отрубив даже возможность отказаться от вечеринки. – Все идут, даже вечные домоседы. Все свои! Ни ректора, ни преподавателей… Свобода! Выше нос! Идём!

Я только вздохнула. Почему-то мне совершенно расхотелось веселиться. Но я уже пообещала однокурсникам, что приду. Так что хочешь – не хочешь, а идти придётся.

Постепенно хорошее настроение вернулось, но вот только того ощущения счастья больше не чувствовалось. Появилось какое-то предчувствие. Словно сегодня произойдет что-то очень важное, серьёзное, что кардинально изменит мою жизнь. И это предчувствие меня не на шутку тревожило, можно даже сказать, что пугало.

За сборами время прошло незаметно. Вот уже и выходить пора. У подъезда нас ожидал Миша, на своем новеньком автомобиле. Родители ему купили в подарок за успешное окончание ВУЗа.

– Девчонки, вы явно не спешите, – обрадовался он, увидев нас. – Я предполагал такое развитие событий, поэтому решил заехать за вами. Ресторан-то далеко от ВУЗа. В отличие от вашего жилья.

– Выпендрёжник, – фыркнула Инга. – Скажи лучше, что решил произвести на Машу впечатление своей новой тачкой.

– А ее ничем не впечатлишь, – с наигранной грустью вздохнул Миша. – Она и квартиру мою новую отказалась поехать смотреть.

– Новую? – округлила в неподдельном удивлении глаза Инга. – Ты мне ничего не рассказывал про квартиру. Откуда?

Её любопытство было выше небес. Зато способность хранить секреты равнялась нулю. Потому серьёзные вещи она всегда узнавала последней.

– Да, – отмахнулся от нее Миша. – Родаки подарили на день варенья.

– А меня ты на него не пригласил, – надулась подруга. – Зато Машка в курсе, наверняка была на празднике.

– Нет, – ответила ей я. – Микоил не приглашал никого из наших, там был семейный праздник. Как обычно. Уж это-то ты должна была бы запомнить за годы учёбы.

– А чего отказалась смотреть квартиру? – удивилась она.

– Да что там смотреть, планировку? – пожала я плечами. – Голая коробка. Вложение средств. Незачем мне это.

Микоил, как звали его родители, всегда представлялся всем просто Мишей. Он то ли стеснялся своего имени, то ли не любил его. Но родители всегда называли его только полным именем. И при них все должны были обращаться к нему только «Микоил» и никак иначе. Кто-то из шутников с курса даже прозвал его Микаэлем. Но прозвище не прижилось. Не шло ему чужое имя.

– Девчонки, хватит спорить, – всполошился вдруг он. – Потом меня обсудим, мы уже почти опаздываем.

Вопреки его словам у ресторана мы оказались одни из первых.

– И стоило так нас торопить?.. – пожала я плечами.

– Зато мы сможем занять самые лучшие места, – обрадовалась не понятно чему моя подруга. – Ну же, давай веселиться, бука!

Смеялась она, таща меня в ресторан за руку, словно я упираюсь изо всех сил.

– Инга, ну куда ты так спешишь? – не выдержав, выдернула руку из ее хватки. – Не пожар ведь, еще почти никого нет, успеешь и наесться, и напиться, и навеселиться.

– Не будь занудой, Маша, – прозвучало над самым ухом. – Учёба позади, впереди взрослая жизнь. Когда еще отрываться в веселье, если не сегодня.

Миша так тепло улыбнулся, что невольно ответила ему тем же.

– Может ты и прав, – задумчиво начала я, но меня прервали.

– Кто прав и в чём? – загалдели наши однокурсники, толпой ввалившиеся в ресторан. – Микоил всегда прав! Даже если не прав, – смеялись парни.

Вскоре все были в сборе.

В ресторане оказалось очень уютно, я бы даже сказала кулуарно. Столики составили буквой «П», осталось немного пространства перед сценой с музыкантами, чтобы желающие могли размяться в танце. Музыка не громыхала на всю округу, всё было мило и уютно.

Было много тостов, речей, танцев. Все веселились так, словно это пир во время чумы. Одна я смотрела на них трезвыми глазами и тихо недоумевала: и чего так с ума-то сходить? Будто больше поводов для веселья не будет или мы все расстаемся навечно. Постепенно бывшие студенты хмелели всё больше, и я уже задумывалась о том, чтобы покинуть их, но…

Неожиданно Микоил попросил тишины:

– Господа бывшие студенты, минуточку внимания! – Раздался вдруг его голос, усиленный динамиками.

Все повернулись к нему и замерли в ожидании. Миша стоял рядом с музыкантами с микрофоном в руке и смотрел на меня:

– Дорогая Маша, – начал свою речь он. – Мы с тобой знакомы с первого курса. Все знают, сколько сил и времени ты потратила на учебу. Ты единственная с нашего курса окончила ВУЗ с красным дипломом. И я горд, что ты моя девушка. Мы прошли вместе через все зачёты и экзамены, преодолели свалившееся на тебя горе. Я хочу перед лицом всех наших товарищей по учебе поднять тост за твоё трудолюбие и целеустремлённость. – Все начали дружно аплодировать, но Миша ещё не закончил свою речь. И им пришлось притихнуть, повинуясь жесту его руки. – Сегодня я хочу признаться тебе в своей безграничной любви и предложить тебе свою руку и сердце. Я хочу, чтобы мы и дальше делили трудности и радости.

Я словно оцепенела, а Миша уже протягивает мне коробку с кольцом:

– Перед лицом наших университетских товарищей я задам тебе вопрос: Маша, ты выйдешь за меня замуж? Ты согласна стать моей женой? Чтобы и в горе, и в радости, в богатстве и бедности. Скажи мне…

Все дружно уставились на меня, а я не знала, что сказать. Я считала его своим другом, хорошим другом. И стать его девушкой согласилась, чтобы оградить себя от желающих поживиться за счет компенсации и страховки за смерть родителей. Но это ведь не любовь? И когда наши сокурсники шутили: «Маша + Миша = отличная пара», – никогда не воспринимала эти слова всерьез.

– Ну и чего ты молчишь, словно язык проглотила? – толкнула меня в бок подруга. – Отвечай скорее. Мишка ждёт ведь, – и не дождавшись от меня реакции, она громко крикнула:

– Конечно же да! – закричала, подскакивая с места, Инга. – Она просто в шоке, слова выдавить не может! У неё горло от волнения и счастья перехватило. Но я уверена, что она согласна.

Так и вышло, что я стала считаться не просто девушкой Микоила, а его невестой.

Умница-разумница, еще бы мозги использовала по назначению, так цены бы не было…

Глава 2

Сколько себя помню, со мной рядом всегда была моя подруга Инга. И постоянно мне ставили ее в пример сначала мама, а потом отец и мачеха. Просто я с детства росла неуверенной в себе, стеснительной девочкой. Так получилось. После смерти мамы я несколько лет прожила с бабушкой, интеллигентнейшей женщиной. А когда мне исполнилось семь лет, отец женился повторно и забрал меня к себе.

Жили мы по соседству, в одном доме, так что в моей жизни это мало что меняло. Я продолжала каждый день общаться с бабушкой, единственной, кто неодобрительно относился к моей дружбе с Ингой. «С такими друзьями врагов не надо!» – говорила она, покачивая головой. Но если я пыталась спорить, то она мне сразу же говорила:

– Ты должна вести себя прилично, – она укоризненно смотрела на меня. – Ведь ты воспитанная девочка, а не какая-нибудь хабалка, как твоя Инга. Вот и веди себя соответственно. Старших надо уважать, а спорить со мной – это проявлять неуважение к моему мнению.

В такие моменты перед моим лицом возникало недовольное лицо мамы, кривящейся, словно от зубной боли: «И в кого ты такая мямля и размазня? Бери пример с Инги, она такая пробивная, в обиду себя никому не даст! Держись такой подруги, никогда не пропадёшь».

Слова мамы противоречили наставлениям бабушки. Но они всегда плохо ладили, а я старалась угодить им обоим, потому принимала наставления молча, просто согласно кивая в ответ.

Шли годы, мамы не стало, папа снова женился. Мачеха жалела меня, но тоже всегда упрекала в том, что я плыву течению, позволяя другим все решать за меня. В принципе это не помешало им с отцом решать за меня все вопросы, связанные с моим образованием.

Я посещала кучу кружков, музыкальную школу, занималась с репетиторами языками, посещала бассейн. У меня почти не было свободного времени. Потому что если у меня появлялась свободная минута, она сразу же занималась бабушкой.

Так я прожила десять лет школы и первые два курса института. Потом отец с мачехой попали в аварию. И я осталась жить с бабушкой. Вот только бабушка не смогла пережить смерть горячо любимого сына. И спустя полгода тихо ушла во сне. В одно прекрасное солнечное утро она просто не проснулась.

Я пребывала в шоке и прострации, не зная, что мне делать в этой ситуации. И это продлилось бы неизвестно сколько времени, если бы не Инга, зашедшая за мной утром, чтобы отправиться на вокзал, пора было возвращаться в институт после каникул. Она долго звонила в дверь, а я не могла двинуться с места, стоя возле бабушки. Я смотрела на её умиротворённую улыбку и недоумевала, чему она улыбается?

Инга почувствовала неладное и начала долбить в дверь и руками, и ногами. На шум выглянула соседка, у которой были запасные ключи от нашего дома. Она и открыла дверь. Инга ворвалась в дом обеспокоенным ураганчиком и нашла меня возле бабушки, молча плакавшую и целующую холодную руку умершей.

– Горе-то какое! – запричитала соседка.

Но Инга быстро выпроводила её за двери, предложив стать свидетелем, когда приедут правоохранительные органы. Соседка тихо испарилась. Инга вызвала скорую и полицию, взяла все хлопоты по похоронам, договорилась с институтом о небольшом академическом отпуске для меня. Обменяла наши билеты на другую дату.

Очнулась я спустя неделю после похорон. И всё это время рядом была верная подруга. Она помогла мне сдать мой дом в аренду на длительный срок, подыскав ответственных квартирантов. Не знаю, чтобы я делала без неё.

В институте ребята из нашей группы, сочувствуя моему горю, помогли мне быстро нагнать программу, подготовиться к коллоквиуму.

Именно Инга предложила мне съехать из общежития на квартиру. Я, она и ещё одна девушка – мы втроём сняли квартиру напротив института. Это было удобно и практично, ведь общежитие находилось на окраине, а институт в центре. А по деньгам выходило не намного дороже, чем оплата общежития и проезда в транспорте до института. А удобство проживания в собственной комнате… Студенты меня поймут.

Микоил выделил меня из общей массы ещё на втором курсе. Я единственная на курсе оставалась равнодушной к положению его семьи, их богатству. Да и на самого парня мало обращала внимания. Вокруг него постоянно вилась стайка почитательниц, а у меня была главная цель – учёба. Я хотела порадовать бабушку красным дипломом, как до этого порадовала своей золотой медалью. Она сказала, что гордится мною. А эта похвала была редкой из её уст.

Когда бабушка слегла, Микоил напросился поехать с нами, вроде как посмотреть на жизнь людей в провинции. Тогда он заглянул ко мне в гости и познакомился с бабушкой. Именно тогда она и обронила ту самую фразу, что он мне напомнил. Я сильно грустила после гибели родителей. Мачеха давно стала мне мамой. Я её так и называла. Вот и бабушка заболела, не выдержав удара судьбы, она искренне привязалась к невестке. Миша произвел на бабушку хорошее впечатление: красивый, вежливый и воспитанный, из интеллигентной семьи. Она намекнула мне, что одобряет нашу дружбу. И потом неоднократно спрашивала про Мишу и его семью.

После смерти бабушки Миша подставил мне своё дружеское плечо. Он решил некоторые финансовые проблемы, о которых я узнала уже постфактум. Инга ему сообщила напрямую, не спрашивая моего мнения. Ведь я пребывала в прострации и была не адекватна в тот момент. Я испытывала к нему чувство глубокой признательности.

Со временем он занял комнату нашей соседки, которая взяла академический отпуск из-за свадьбы и беременности. В любом случае, комната освобождалась, и нам предстояло подыскать себе новую соседку. Миша, как только услышал об этом, сразу же предложил свою кандидатуру. Его родители решили, что парню не помешает опыт самостоятельной жизни. А так он не один, а вроде как под нашим присмотром. Мама Миши очень благоволила мне, выделяя среди всех наших однокурсниц. Лишь перед защитой диплома он вернулся домой, под родительский кров. Но свою долю оплаты за квартиру продолжал вносить регулярно, оставляя комнату за собой.

Миша предлагал мне продать наследный дом и купить квартиру в Москве, но я сомневалась в целесообразности этого. Планировала вернуться на родину и там искать себе работу. Хотя мне уже поступило несколько предложений от столичных фирм. В том числе и от отца Миши, весьма богатого бизнесмена.

Отец Миши предложил мне место в своей фирме. Он навел справки в деканате, и ему рекомендовали меня, как самую лучшую на курсе. Он и подсказал мне тему для будущей дипломной работы. Я и преддипломную практику проводила на его предприятии. Как и Инга. Вот только она не показала себя специалистом уровня их фирмы. И ей намекнули, чтобы на работу там она не рассчитывала, а подыскивала что-то другое.

Я попыталась поддержать подругу, думая, что она расстроена, но та только фыркнула в ответ, сказав, что и не рассчитывала там работать. Ей нужна была практика в столь крупной компании, чтобы иметь прекрасное резюме. Рекомендации ей выдали блестящие. И она быстро нашла себе тёплое местечко.

Глава 3

После ресторана мы – я, Микоил, Инга и её кавалер из параллельной группы – гуляли по ночной Москве до самого утра. Миша был так счастлив, что я не стала говорить ему ничего. Просто не решилась. Я планировала купить билет до дома, съездить в родной город, проверить дом и поискать работу. Но Миша уже всё решил за меня. Снова.

– Дорогая, раз ты согласилась стать моей женой, то я должен представить тебя своим родственникам. Не родителям, с ними ты уже и так давно знакома. И да, нас уже ждут! Мама прислала сообщение, что все уже в сборе.

Только этого мне и не хватало для полного счастья. Вместо кассы вокзала мне пришлось ехать через весь город на эту встречу. Мелькнула мысль, послать всех лесом и высказаться, что я так и не сказала заветного «Да». Но это был секундный порыв, который тут же потух, словно испугавшись столь неинтеллигентного порыва.

С родителями Миши я, как и остальные наши одногруппники, познакомилась ещё на первом курсе. Они желали знать окружение своего сына, с кем он общается. Именно тогда все мы с удивлением узнали, что Миша вовсе не Миша, а Микоил.

Мама Миши с порога взяла нас в оборот. Она мне и слова не давала вставить в свой словопад. И как только её муж, Сардал Дурсунович, терпит этот словесный понос!?.

Мишин отец в основном молчал, либо тихо переговаривался с родственниками мужского пола. Мне и Руфины Малхазовны хватало за глаза. Она познакомила меня со всеми многочисленными родичами Миши, не давая мне возможности даже запомнить кто есть кто. Всё щебетала и щебетала, вызывая лишь головную боль. Из всего её щебета я выделила главное: нам предлагают без права отказаться съехаться сразу, не дожидаясь свадьбы.

В Москве царил свадебный бум. Все словно сошли с ума, стараясь пожениться в определённые даты. Как будто все хотят узаконить свои отношения. По большому блату – тётя Миши, Карина Дурсуновна, имела в подругах заведующую ЗАГСом – нам нашли «окошко» для регистрации, чтобы не ждать в очереди почти полгода. А заявление мы заполним прямо тут, она бланки с собой прихватила. Сообщив об этом, Карина Дурсуновна поинтересовалась моими планами на счет работы:

– У Сардала в головном офисе работать будешь? – спросила она.

Но ни я, ни Сардал Дурсунович, её брат, не успели даже рта открыть, чтобы ответить.

– Какая ещё работа, Кариночка? – тут же взвилась Руфина. – Сейчас девочке нужно готовиться к свадьбе, тут всего-то два месяца осталось. А после свадьбы её главной работой будет обеспечивать тепло и уют в доме. Об остальном позаботится Микоил. Да, Машенька?

Ответа от меня никто не ждал. Не успела я рот открыть, как она уже начала строить планы на наше с Мишей будущее. Эта энергичная женщина распланировала всё на годы вперёд, вплоть до школы, в которой будут учиться наши будущие дети. Естественно, имена для внуков у неё тоже были готовы.

– Может быть дети сами выберут имена для своих малышей? – осторожно обронил кто-то из родственников. Руфина тут же объявила его своим личным врагом номер один. И это моя будущая свекровь!

Я пребывала в тихом ужасе, когда меня мягко перехватил Мишин отец, Сардал Дурсунович. Он пожелал побеседовать со мной наедине, в своём кабинете. В кабинет главы семьи я попала впервые. Тут сразу чувствовалась рука хозяина. Массивный стол с каменной столешницей, на нём стояли пресс-папье и подставка под ручки, выполненные из того же камня. Во всём чувствовалась основательность. Кресло обито тёмным бархатом, такой же красовался на окнах в виде тяжёлых штор. Никакой тюли или органзы. Это чисто мужское царство. Возле стола одиноко стоял стул, принесённый из гостиной. Его вычурная спинка резко контрастировала с обстановкой кабинета.

– Присаживайся, – указали мне на этот самый стул, предлагая сесть. – Разговор у нас будет долгим.

Тяжёлый взгляд его почти чёрных глаз не сулил мне ничего хорошего.

– Ещё не поздно всё отменить, – пожала я плечами. – Я уеду домой, Миша скоро меня забудет.

Я гордо вскинула голову, прямо глядя в эти пугающие меня глаза. От меня не укрылась промелькнувшая гримаса недовольства, когда я назвала его сына Мишей, а не Микоилом, как его звали в семье.

– Я ведь прекрасно вижу, что не такую невесту для своего сына Вы хотели. Так отвлеките его на пару дней, чтобы я успела уехать.

Кажется я попала в точку. Сардал Дурсунович недовольно цыкнул зубом:

– Если бы всё было так просто, то я бы так и поступил, – сказал он. – Но Руфина не даст тебе сбежать. Микоил слишком зациклился на тебе. А Руфина всегда его интересы ставила превыше своих. Так что смирись, девочка, да и Микоил не такой уж и плохой вариант для тебя, поверь мне. Но поговорить я с тобой хотел о другом. Твой дом нужно будет продать. Жить вы будете в Москве, рядом с нами. – Заметив панику на моём лице, уточнил. – Отдельно от нас, но недалеко. В твою глушь не наездитесь. Так что подпиши доверенность на представительство твоих интересов, мой нотариус её уже подготовил. Единственное, о чем прошу – не торопитесь с детьми. И тут ответственность целиком и полностью ложится на твои плечи. Сына Руфина уже настроила на быстрое продолжение рода. Ей не терпится понянчить внуков. А вы пока не готовы быть родителями.

Я была целиком и полностью согласна с этим его утверждением.

– А если Ваш сын через год или два решит, что больше не любит меня? – Спросила я его. – Куда мне потом? А так у меня дом останется. Пусть квартиранты пока живут, а соседка за ними присмотрит.

– Нет, – категорично заявил Сардал Дурсунович, качая головой. – Не годится так. Если он вдруг решит оставить тебя, не скрою, я буду только рад такому исходу. У меня есть для него подходящая невеста, дочь моих деловых партнёров. И если вдруг он одумается, то я не оставлю тебя на улице, не переживай.

Он встал из-за стола и стал задумчиво ходить по кабинету, теребя ус. Я уже выучила, что так он делает в минуты наивысшего волнения. Наконец он замер:

– Я открою счет в банке, привяжу его к твоему банковскому, на который тебе перечислили компенсацию и страховку. В любой момент ты сможешь забрать деньги. На этот счет я положу внушительную компенсацию за этот брак.

– За кого Вы меня принимаете? – его предложение вызвало у меня нешуточный гнев. – Да лучше я прямо сейчас, при всех откажусь от Вашего сына. Мой дом останется моим. Я не собираюсь его продавать!

Я дернулась к дверям из кабинета, но Сардал Дурсунович перехватил меня за руку.

– Не руби с плеча, Мария, – устало выдохнул он. – Подпиши доверенность, дом продать – это не так быстро, если что, в любой момент отменишь процесс продажи. А если всё же найдутся желающие купить дом, то деньги поступят на счет. Твой счет. Это ещё одна доверенность. Микоил не вынесет, если ты сейчас его бросишь.

Я вдруг устыдилась своего порыва. В конце концов не так уж просто продать дом в нашем городке. Так что рассудив здраво, я решила подписать бумаги нотариуса. Я была уверена в завтрашнем дне.

Поскольку у меня родных теперь нет

Вот только идея Руфины поселить нас до свадьбы в съёмном пентхаузе очень сильно смущала. Меня. Но не Мишу и не его родителей. Инга оставалась в нашей прежней квартире. Ей оплатили аренду за три месяца вперед, и теперь она оставалась одна в трехкомнатной квартире.

– Не понимаю, чего ты переживаешь? – заявили родители Миши. – Все расходы мы берем на себя. Договор аренды будет на наше имя. Живите спокойно, никаких проблем.

– Продукты вам будет доставлять наш шофер два раза в неделю. – внесла уточнение Руфина. – Ваше дело привыкать друг к другу, готовиться к свадьбе.

– Если хочешь, то спите в разных комнатах. В квартире три спальни, два санузла. Так что сможешь побыть в одиночестве, если появится такое желание, – милостиво позволил Сардал Дурсунович.

Тут и тётя Карина подсунула нам бланки заявлений и ручки:

– Заполняйте скорее, да я сразу же отвезу их в ЗАГС.

Дурдом. Я была благодарна Мише за его поддержку в трудное для меня время. Его родители приняли меня тепло. Обеспечили практикой на производстве, что очень сильно помогло мне при учебе. Но я понимала, что моя признательность им – это не любовь. Позже я неоднократно пыталась поговорить с Мишей об этом, но он сразу переводил тему. Чаще всего начинал говорить про нашу будущую свадьбу, о том, сколько гостей позвала его мама, какую музыку мы выберем из репертуара, отобранного его мамой, какие цветы лучше всего будут смотреться на столах в ресторане, а какими лучше украсить зал. И так каждый раз. В конце концов я перестала пытаться отменить свадьбу. Да и неудобно перед гостями и родителями Микоила. Они ведь уже готовят нам подарки, торжество…

«Стерпится – слюбится», – гласит народная мудрость. Может быть и я со временем сумею полюбить своего мужа?

Вот только где-то на подсознании что-то меня очень напрягало во всей этой ситуации.

Глава 4

– Тебе необходимо пройти полное обследование перед свадьбой, – заявила мне Руфина Малхазовна через неделю после помолвки. – Я хочу быть уверена, что дети у тебя будут здоровыми.

– Но у меня всё в порядке со здоровьем, – удивилась я. – Не так давно я прошла полное обследование. По настоянию Вашего сына. Он беспокоился обо мне, из-за большой нагрузки перед экзаменами и защитой диплома я сильно вымоталась, выглядела не ахти.

– Да? – удивилась она. – Не знала. Почему ты мне ничего не говорил? – повернулась она к сыну. Но тут же, не дожидаясь ответа, повернулась ко мне. – Я тогда просмотрю результаты обследования, если чего не хватает, то я запишу тебя к лучшим специалистам. Пройдёшь дополнительно, ты же не против?

– Миша, – позвала я жениха сразу же, как только проводила его маму. – Ты мне ничего не хочешь рассказать? Или объяснить?

– Нет, а что? – прикинулся он непонимающим.

– Что это только что было? – спросила я, до сих пор пребывая под впечатлением от визита его родительницы. – Твоя мама настаивает на полном обследовании моего здоровья. Почему?

– Просто она очень хочет внуков, вот и переживает, – спокойно ответил мой жених, пожимая плечами. – Ты же знаешь, на родине моих родителей принято иметь много детей. А мама… Папины родственники до сих пор не могут ей простить, что у меня нет сестры. Тяжёлая беременность и роды, я родился довольно крупным ребёнком. Всё это сильно подорвало её здоровье. Три выкидыша после меня не прибавили ей здоровья, последний вовсе чуть не унёс её жизнь, еле спасли. После этого отец оставил попытки родить ещё одного ребёнка. – Он тяжело вздохнул. – Вот мама и переживает. Хотя медицина за эти годы шагнула далеко вперёд. Но её страх иррационален. Не суди её строго. Не сердись.

Мне стало как-то стыдно за своё поведение. Да, я знала, что родители Миши родом из одной южной республики России. Отец добился успеха в бизнесе, а потом взял в жёны девушку из своего родного аула.

Пришлось смириться с постоянными визитами Руфины Малхазовны, она постоянно присутствовала в моей жизни. Мы с женихом договорились, что до свадьбы поживем, как соседи. Просто привыкнем к общему быту, притрёмся. Ведь совместный быт разрушил многие молодые семьи. Вот только Мишина мама была в корне не согласна с этим. Она неоднократно намекала на общую постель во всех смыслах. Факт моей девственности её просто бесил. Она жаждала внуков. Немедленно.

– Миша, – обратилась я к жениху после очередного визита будущей свекрови. – Я всё понимаю, но и у моего терпения есть предел. Твоя мама добьётся того, что я отменю свадьбу, наплевав на расходы по её подготовке! Я устала от походов по разным светилам, проверяющим меня на различные наследственные патологии. И почему только я прохожу их? Тебя мама почему-то ни на одно из обследований не отправляла.

– Я давно уже прошёл все возможные обследования, – отмахнулся он. – Ну давай я скажу маме, что её визиты несколько неуместны, пока мы сближаемся, – он мне подмигнул. – Вдруг она не вовремя появится и помешает нам? Должно сработать.

– А может мне съехать к Инге? – я выдвинула встречное предложение.

– А знаешь, – воодушевился вдруг Миша, – а ведь это отличная идея. Нечего тут торчать. Поживём в нашей общей квартире, а после свадьбы переедем в нашу новую квартиру. Там как раз закончится ремонт. Направлю мамину деятельную натуру на ускорение ремонтных работ. Тебе ведь без разницы, какой именно там будет дизайн? – уточнил он из вежливости.

– Конечно, – буркнула я устало. – Это ведь твоя квартира, сам и решай. Мне не нравится жить в городе. И ты это знаешь.

– Ну, отец ведь обещал на годовщину нашей свадьбы подарить нам загородный дом, – удивился Микоил. – Разве отец не об этом с тобой разговаривал, когда ты подписала доверенность на свой дом?

– Нет, об этом не было и речи.

– Наверное, хотел сделать нам сюрприз. В любом случае, дом твой пока стоит на продажу. Пока найдут покупателей, когда ещё его продадут… А там отец выберет хороший участок под строительство и построит новый дом. Кстати, этот дом будет на твоё имя. Так мне сказал отец. Взамен твоего. Так что не переживай.

Сказать, что я удивилась – это ничего не сказать. Не ожидала такого широкого жеста от Сардала Дурсуновича. Тем не менее, мне было приятно это слышать. Я ведь была уверена в том, что в качестве невестки не нравлюсь ему совершенно.

Дата свадьбы приближалась неумолимо. Я убедила себя, что влюбляюсь в Микоила. Он был со мной таким внимательным и обходительным все эти дни.

Руфина переключила свою энергичную деятельность с меня на ремонт в квартире сына. Я так и не побывала там ни разу. Но меня она в покое тоже не оставила. Я прошла кучу обследований: у генетиков на наследственность, на совместимость, на кучу всего ещё. И ещё одно обследование ждало меня вскоре после свадьбы на каком-то супер-пупер-современном оборудовании. Я толком и не поняла, что именно там должны обследовать. Вот только Руфина была в ярости, что это обследование нельзя провести раньше из-за задержки с установкой этого самого оборудования. А я только порадовалась отсрочке. Может потом забудет?.. Устала уже от всего этого. Надоело. Хорошо, Миша был рядом и поддерживал меня.

Я даже стала испытывать к нему некую любовь. Правда, скорее, как к брату.

И вот завтра девичник у меня, у Миши – мальчишник, а после завтра наша свадьба. У меня появилось какое-то тревожное чувство, что что-то произойдет, не совсем хорошее. Но Инга уверила меня, что это так у всех невест, предсвадебный мандраж.

Девичник мы решили устроить прямо в нашей квартире. Тем более, что девочек не так и много собирается. А Миша отправился на мальчишник в ресторан.

Девочки веселились, много шутили и смеялись. Я и не заметила, как тревога ушла, я расслабилась и даже повеселилась со всеми. От стриптизёра, предложенного девочками, я категорически отказалась. Мы с ними и так неплохо повеселились. Проводив девочек, присели с Ингой поболтать перед сном. И я не помню, как отключилась. А очнулась уже утром, с тяжелой головой и ломотой во всем теле. «Похоже, я заболела, – подумала я. – В день моей свадьбы. Ой! Свадьба же!!!»

Глава 5

Утро началось с заполошного бега моей единственной подруги Инги. Она так суетилась, словно это её свадьба, а не моя. К ЗАГСу мы подъехали вовремя, даже время привести себя в порядок оставалось. Жду, когда Миша приедет. А его всё нет и нет. Свидетели косят на меня недоумевающими взглядами. Мишин номер телефона недоступен. Начинаю паниковать. Слышу звук SMS.

Свидетель прочитал SMS, посмотрел с сочувствием на меня, протянул мне свой навороченный iPhone. "Скажи Маше, что свадьбы не будет. Я улетаю за границу, отец нашёл мне отличную невесту. Из богатой семьи и со связями ". А мне нельзя было прислать? Слёзы обиды просто душили. Инга посмотрела sms, что-то там проверила и выдала: "Вот же гад! Он ещё поздно ночью отправил это сообщение, отсроченная доставка. Через интернет, – пояснила она мне. – А я-то ещё вчера удивилась, а когда Руфина Малхазовна поздно вечером вдруг мне позвонила. "Не волнуйтесь, – говорит, – мы все подъедем после регистрации. А то Машеньке неуютно будет среди толпы Мишиных родственников в ЗАГСе стоять, с её стороны ведь только ты одна будешь". А я, дура, поверила. Даже не смутило то, что она Микоила назвала вдруг Мишенькой. Ну и? Что делать теперь будешь? – спросила она тут же без всякого перехода.

А что тут делать? Работы у меня нет, Руфина же не дала мне устроиться даже временно. Кто же Мишеньку обхаживать будет в это время-то. Квартира оплачена ещё на две недели вперёд, до конца месяца. Но лучше скорее съехать. Во избежание, так сказать…

– Нужно срочно позвонить в агентство, что занимается продажей моего дома, и отказаться от их услуг, – сказала я. – Платье нужно будет вернуть. Благо, аренда оплачена.

– Тогда пошли паковать вещи, – ответила мне она, весело подмигнув. Парень-свидетель предложил свою посильную мужскую помощь. Он осуждал поведение друга. Я не стала отказываться от его помощи. Вот только дома нас ждал "сюрприз» в виде хозяйки квартиры. Она встретила меня при входе в компании пары чемоданов с моими вещами. Инга свои вещи перевезла ещё пару дней назад.

– Квартира была оплачена по сегодняшнее число, – заявила она. – Ладно, зайди, переоденься. Но на ночь я тебя тут не оставлю. Утром новые жильцы въезжают.

Я зашла, быстро переоделась. Прошла по комнатам, проверяя, всё ли собрано. Мишиных вещей нигде не наблюдалось. Даже наши совместные фото исчезли.

– Приезжала Руфина с водителем, собрала все ваши вещи. Эти чемоданы оставили тут, сказали, что ты позже придёшь за ними. Не обманули, – пояснила мне хозяйка.

Я нашла завалившуюся визитную карточку агентства. Их номер я не помнила. Сардал Дурсунович дал мне тогда договор на подпись и визитку, чтобы уточнила у них детали. Больше я её не видела. Чудо, что нашла! Сразу же позвонила по указанным в ней номерам. «Номер не существует», – прозвучало в трубке. В шоке смотрю на своих друзей. Хозяйка нетерпеливо подталкивает на выход. Парень подхватил чемоданы и понёс их к подъезду. Инга уже вызвала такси.

– Ничего, переночуешь у меня, – сказала она.

Я же с трудом вспомнила номер соседки в родном городке. Трубку подняли сразу:

– Алло, кто это?

– Здравствуйте, это Маша, дочь Ваших соседей, – представилась я.

– Старых или новых? – огорошила та меня вопросом.

– Каких ещё новых? – опешила я.

– Машка, зараза, ты же не собиралась продавать участок! – вдруг взвилась она. – А сама! Я от тебя такого не ожидала, – продолжала горячиться соседка, не давая мне даже мяукнуть. – Такой дом шикарный был. А теперь.. Эх, ты!

– Что с домом? – сумела вклиниться в её монолог я. – Почему был?

– Так новые хозяева участка снесли его. Продали на дрова.

– Но мне Сардал Дурсунович сказал, что дом не пользуется спросом.

– Да только ты подписала договор, как его тут же продали! Будут тут торгово-развлекательный комплекс строить. Место здесь уж больно удачное. И мой дом хотят выкупить. Ты его задорого продала-то хоть? Просто, чтоб знать…

– Не знаю…

– Ну и дура! Ни дома, ни денег. Обули тебя, девка, – и бросила трубку.

– Как же так? Не могли же они со мной так подло поступить, – прошептала я.

– Маша, – окликнула меня подруга, – а ты какой договор подписывала?

– На право представлять мои интересы при продаже дома, – с трудом вспомнила я. – Кажется. Или доверенность… Не могу вспомнить…

– Поздравляю, ты дура! – ответила она мне. – Ты ничего не употребляла перед этим?

Я честно пыталась вспомнить, Но события того дня были словно под вуалью туманной дымки. Помню, разговор в кабинете, затем Руфина всех угощала чаем каким-то, ей подруга привезла из Марокко. Она мне так настойчиво его предлагала. Последующие события немного «плавали» в моей памяти. Но деньги ведь должны были прийти на мой счёт. Об этом я и сообщила подруге.

– Так, – недовольно буркнула та. – Сейчас закинем ко мне твои чемоданы, и пошли в банк, пока он не закрылся. Чует моё сердце, у тебя не только дома нет, но и денег это его продажи.

Заметив, что я хочу что-то возразить, припечатала:

– Хорошо, если у тебя хоть что-то из твоих финансов осталось.

Инга словно в воду глядела. Счёт был пуст. У меня остались лишь те десять тысяч, что я захватила с собой в ЗАГС, сама не ведая зачем. После банка настроение было близко к похоронному. Уже не ожидая ничего хорошего, отправилась с платьем в пункт проката. Платье я выбирала сама. Руфина лишь одобрила его и оплатила аренду на три дня. Именно столько должна была продлиться свадьба. Как ни удивительно, но Руфина Малхазовна оказалась порядочнее своих мужа с сыном. Она действительно оплатила за три дня проката. Девушка с ресепшн вернула мне залог и оплату за два дня. Так сказать, приятный бонус. Я тут же отдала деньги Инне:

– Это моя доля за квартиру. Проживание и питание, пока не найду себе работу.

– Ой, девчонки, – произнес несостоявшийся свидетель, про которого я совсем уже и позабыла. – Я же совсем забыл. У меня коробочка с вашими обручальными кольцами. В ювелирный их обратно, конечно, не примут. Но в ломбарде можно заложить. Только не говори, что продаёшь, а то цена ниже будет намного. Обещай выкупить, а потом откажешься. Деньги тебе ведь нужны сильно?

– Не то слово.

Ломбард нашёлся неподалёку. Цену за кольца предложили очень даже хорошую. Как я порадовалась в этот момент, что Миша отказался даже рассматривать варианты тонких колец, как настаивала я. Он хотел купить широкие и купил. Дорогие, с алмазами. В ломбарде алмазы тоже оценили. Так что на месяц нормальной жизни денег мне хватит. А если по экономнее, то и на два. На остановке у ломбарда увидела большой постер с объявлением о кастинге на должность экономиста. Требования были высокими.

– Даже не думай, – бросила мне через плечо Инга. – Записывай номер и узнавай дату этого кастинга.

– Ты думаешь? – засомневалась я. – Кто будет расклеивать такие плакаты с вакансией? Да и объявлять о кастинге, это как-то…

– Сейчас многие крупные фирмы поступают именно так, – пожал плечами парень. Я так и не спросила его имени. – Я вам больше не нужен? Может продукты помочь донести?

– Да у меня холодильник забит, – улыбнулась Инга. – Спасибо за помощь.

– Да, спасибо тебе за всё, – поддержала я. – Дальше мы сами.

– Ну, тогда… – начал говорить он, прощаясь. Как друг вспомнил что-то. – Совсем забыл сказать. Я ведь с утра говорил по телефону с отцом Миши, Сардалом Дурсуновичем. И он ни словом не намекнул о свадьбе, что её не будет. А ближе к обеду я хотел у него кое-что уточнить по поводу лимузина. Так его номер был не просто недоступен. Он сначала оказался "неправильно набран", а потом и вовсе "не существующим" стал. Но я уже подходил к ЗАГСу. А потом эта смс-ка… Так что родителям Миши лучше не звонить. Не удивлюсь, если они не узнают нас при встрече. Ну, прощайте!

– Да-да, нас и на порог подъезда не пустят, а то и во двор, – проворчала подруга ему вслед. Вот так ситуация сложилась.

Под бдительным взглядом Инги я набрала номер, указанный для звонка. Время почти вышло, но после нескольких длинных гудков мне ответили. Фирма международная, в России их офисы есть в Москве, Санкт-Петербурге, Новгороде. Планируют расширяться. Экономист требуется в один из новых филиалов в другом городе. Ответила на вопросы, получила ссылку для заполнения анкеты и вежливо попрощалась.

– Ну что? – нетерпеливо спросила подруга.

– Да мутные они какие-то. Ладно посмотрим, что там за анкета.

Вопросы анкеты были несколько нестандартными. Помимо общих вопросов об образовании, опыте работы и прочих анкетных данных, присутствующих во всех анкетах кадровых агентств, тут были и странные вопросы. Личного характера. Их интересовало не только семейное положение, а наличие родственников вообще. Не просто желание переехать, а исчезнуть для всех на время контракта. Странно.

Тем не менее, анкету я заполнила и отправила. Инга внимательно контролировала процесс. На работу в семейном холдинге у Сардала Дурсуновича можно было не рассчитывать, не смотря на месяцы практики на благо их семьи. Только сейчас я вдруг вспомнила, что подписывала какие-то бумаги из банка, когда оформляла в отделе кадров заявление на работу во время практики и подавала банковские реквизиты. А что за бумаги, хоть убей – не помню. Не стала говорить Инге об этом. Она и так меня за не особо умную считает. А я ведь тогда подмахнула их по запарке. Даже не помню, кто мне подсунул ту бумажку. Помню, что сказали, что это от Сардала Дурсуновича принесли, чтобы я подписала. Как я так подмахнула, не глядя?..

Эх, видимо именно тогда я дала им доступ к своим счетам. Странно, что я столько времени даже не вспоминала об этом. А ведь тогда мы с Мишей просто дружили, я даже не собиралась становиться его невестой. Неужели они уже тогда все спланировали? Бред! Но очень похоже на правду.

Пока я предавалась тяжким раздумьям и попыткам воскресить в памяти еще хоть что-то, прошло прилично времени. Радостный вопль подруги вырвал меня из мрачных мыслей:

– Машка, – кричала она, приплясывая, – тебя приглашают на личное собеседование.

– Когда и куда? – я не сразу сообразила, что это так быстро откликнулись хэнд-хантеры международной компании. – Что-то подозрительно быстро они ответили. Неужто уже рассмотрели моё резюме?

– Это ты из-за сегодняшних событий такая скептичная, да? – спросила меня Инга, подбоченясь. – Они написали, что рассмотрели твою анкету. Их устраивают твой опыт и образование. А остальные вопросы будут решать при личном собеседовании. Потому и ответили так быстро. Слушай, может быть и мне им написать? Вдруг повезёт…

– Чем чёрт не шутит, пока бог спит, – пожала я плечами. – Пиши, раз так быстро отвечают, может и на собеседование пойдем вместе. в один день.

Инга тут же открыла в закладках анкету, вот только ничего внести в неё не сумела.

– Странно, а у меня не заполняется, – задумчиво протянула она. – А, всё понятно. Тут выскочила надпись, что данная анкета уже заполнена и обработана. А мне нужно заполнить свою, по ссылке, которую мне прислали.

– Но тебе ведь не присылали? – удивилась я.

– Конечно, не присылали. Я ведь и не звонила. Где их номер? – она быстро отыскала номер в моем телефоне и набрала его. В ответ послышались долгие гудки.

– Что, не отвечают? – спросила я с сочувствием. Вид у подруги был такой, словно у ребёнка отняли конфету.

Но долго грустить и отчаиваться она не умела. Инга тут же нашла логичное объяснение:

– Время-то уже позднее, вот и не отвечают, – отмахнулась она от моего сочувствия. – Завтра позвоню. А может быть и не позвоню… Посмотрю, как у тебя собеседование пройдёт.

Вот неугомонная. Её ждут в одном агрохолдинге, пусть не в главном офисе, но место себе она «выгрызла» ещё до защиты диплома. У неё целевое распределение от института. А мне приходится искать… Вся жизнь кувырком. Надо было не мяться, а решительно дать отпор. Не соглашаться на эту свадьбу!.. Хотя, что теперь рассуждать-то. После драки кулаками не машут. Тем более, что всё решили за меня ещё более, чем полгода назад. Расслабилась, доверилась… Мямля!

Глава 6

Вначале мне отказали. Но Инга такая Инга… Впрочем по порядку обо всём.

Адрес офиса не добавил доверия к фирме. Или я была так скептически настроена из-за неудачи Инги с анкетированием? В любом случае, меня многое напрягало до боли в костном мозге. Кастинг проводят для моделей или актёров и актрис. Тут финансовая компания, скорее конкурс. Но сделаем скидку на их иностранное происхождение. Возможно, у них это называется именно кастинг. Вот только когда мы пришли по указанному адресу, я увидела полный коридор девиц модельной внешности, не отягченной интеллектом, одетых, как дамы легкого, даже можно сказать легчайшего, поведения. На их фоне мы выглядели белыми воронами.

Я была просто в шоке. Толпа девиц окинула меня пренебрежительным взглядом и отвернулись в сторону рамки, за которой виднелась дверь в тот самый офис, где мне назначена была встреча. Естественно, посторониться и пропустить меня девицы не желали. Пришлось Инге прокладывать для меня путь. Я сама просто сбежала бы из этого дурдома. Но подруга крепко ухватила меня за руку и пёрла напролом. остановились мы у той самой рамки, возле которой оказывается сидел за столом молодой человек, охранник, как указано на его бейджике.

– Нам назначено, – пробухтела Инга, пытаясь впихнуть меня сквозь рамку.

– Ждите своей очереди, – ответил ей молодой человек, не поднимая глаз.

– Вы не поняли, – продолжила напирать подруга. – Нам прислали приглашение на личное собеседование. Вот анкета, – она сунула мою анкету ему под нос. Тот поднял свой взгляд и пристально осмотрел сначала её, а потом меня. Затем процедил с пренебрежением сквозь зубы вопрос:

– Анкета одна, а рвётесь вдвоём, – ухмыльнулся, искривив губы. – Ты что ли на собеседование? А подружка для фона, чтоб красивше выглядеть?

От такого пренебрежения в голосе у меня последнее желание пропало идти сюда. Но Инга только сильнее закусила удила, ещё крепче сжав мою руку.

– Моя подруга прошла анкетирование, у неё красный диплом экономиста, – прошипела она, склоняясь к лицу парня. – Если она опоздает на собеседование из-за твоего снобизма, то я не я буду, если ты не вылетишь пробкой со своего места, ушлёпок! Эти девушки явно не экономистом пришли устраиваться, а в секретутки конкурс проходят, вот и отсеивай их. А у нас время назначено. И осталось две минуты до встречи. И если моя подруга опоздает, то я лично донесу информацию до господина Сратхело о том, кто в этом виновен.

Я готова была сквозь землю провалиться, а подруге все нипочем. И даже потревоженный серпентарий «секретуток» её не обеспокоил. Для неё было главным запихнуть меня в вожделённую дверь вовремя, чтобы я не опоздала на собеседование, которому она так радовалась.

Смутившийся громила резво подвинулся, пропуская нас к вожделённой двери. Инга тут же втянула меня в рамку и подтолкнула к двери в кабинет. Но и там нас ожидала засада: кабинет был с так называемым «предбанником», в котором сидел менеджер HR-отдела, который даже не стал смотреть мои документы и резюме. Он вскользь прошёлся по мне взглядом с ног до головы, и с каждым сантиметром движения вверх его лицо становилось всё кислее. Наконец посмотрев прямо мне в глаза, он вынес неутешительный вердикт:

– Вы нам не подходите, извините.

– Но Вы не прочитали её резюме, даже не посмотрели, не открыли! – возмутилась Инга. Мне почему-то стало всё фиолетово. Я уже не знала, хочу ли работать в этой компании. Но для подруги это стало делом принципа. – Она закончила экономический с красным дипломом, а Вам трудно открыть документы? Зачем тогда приглашали на собеседование? Или Вас тут только бездушные куклы интересуют?

При этих словах менеджер странно дёрнулся. Я отметила это краем сознания. Молодой человек протянул мне документы обратно, менеджер уже взял себя в руки и не обращал на нас внимание. Я же попыталась утихомирить подругу. Видимо, она всё же создала шум, излишне возмущаясь несправедливым отношением ко мне, потому как позади нас открылась дверь, откуда вышел неприметный господин и спросил:

– Кррасный диплом? Это интересно, – стоило мне только моргнуть, и вместо неприметного господина стоял уже высокий шатен со спортивной фигурой, ослепительной улыбкой и темными очками на пол лица. – Дай мне, – протянул он руку менеджеру, требуя мои документы.

Тот с заискивающим видом передал документы странному субъекту, чуть ли не кланяясь в пояс. Странно всё это…

– И почему ты не удосужился даже заглянуть в резюме? – лениво поинтересовался он у парня. Того слегка перекосило, но с готовностью ответил:

– Но, господин Сратхело, девушка явно не подходит под требования к внешности, которые нам передала госпожа Агрипуша, – ответил менеджер, смущённо опуская взгляд. Инга же напротив закатила глаза в потолок.

– Идиот, – прошептала она так, чтобы услышали все. – Сказала же, экономист…

– И? – поторопил его господин Сратхело.

– Зачем смотреть её резюме, если сразу видно, что эта девушка не пройдёт кастинг.

Шатен изучал документы, изображая глубокую задумчивость. А потом сказал:

– Если она не подходит госпоже Агрипуше, то может подойти кому-нибудь другому. – Затем посмотрел в мою сторону и спросил:

– Милая, я тут мельком глянул твоё резюме, – меня немного покоробило от его фамильярности, но у него видно такая манера общения, на грани панибратства. – Я вижу, что дипломная работа была посвящена анализу хозяйственной деятельности предприятия сельскохозяйственной направленности. Могу я поинтересоваться, почему был сделан такой странный выбор темы?

– Тут всё очень просто, – пожала я плечами. – Семья моего бывшего жениха владеет несколькими животноводческими фермами, кроме того им принадлежат обширные площади посевных культур, а также комплексы по переработке сельскохозяйственной продукции. Это предприятия закрытого цикла. Они сами производят, перерабатывают и реализуют продукцию. Им нужна была квалифицированная оценка экономической деятельности на каждом этапе, а для меня это была отличная практика.

– Позвольте, а почему жених бывший? – я заметила, что моё резюме уже вновь лежит на столе перед менеджером, и тот его тщательно изучает.

я опустила голову, пряча лицо за волосами. Отвечать на этот вопрос, но для чего нужны подруги? Инга с готовностью кинулась мне на выручку:

– За полгода практики Машка столько всего нашла, она ведь все документы систематизировала, по всем предприятиям, все аудиторские проверки по разным объектам состыковала. Там такое выползло!.. Такие продуманные махинации, несколько лет воровали. А после защиты диплома её помощь оказалась уже не нужна. Систему она отладила, махинаторов выявили… – Инга аж захлёбывалась эмоциями. – А невесту можно и более выгодную найти. И побогаче. Что его родители и сделали.

– Понятно, нашли более породистую кобылку, – усмехнулся HR-менеджер, но тут же стушевался под взглядом шатена. – Просите, господин…

– Я смотрю, ты в моё отсутствие стал позволять себе лишнего, – заявил тот, нависая над парнем, вжавшим голову в плечи. – Придётся мне заняться твоим воспитанием.

Инга вежливо тронула его за рукав, и господин сменил гнев на милость.

– Пропусти их на подробное собеседование, – отдал распоряжение Сратхело. – Обеих девушек.

Я устремилась к двери, а Инга обрадовалась и устроилась поудобнее на столе:

– Наконец-то, – проговорила она. – Иди скорее, время! А я тебя тут подожду, – и кокетливо стрельнула глазами в сторону нашего «спасителя». Проходя мимо него, вдруг почувствовала холод и какое-то странное ощущение, словно я в склепе нахожусь, и мне не хватает свежего воздуха. Только миновала его, как это чувство исчезло. Странно…

Краем глаза заметила, как он даёт Инге свою визитку. Разговор их я не слышала, поспешила зайти в дверь.

– Здравствуйте, присаживайтесь, – вежливо встретили меня за дверью.

Офис был небольшим, даже уютным, насколько это возможно для офисных помещений. на окне стояло несколько горшечных комнатных растений с буйной зеленью. Спиной к окну сидел мой интервьюер, нас разделял широкий стол. Я присела на предложенный мне стул, на удивление мягкий и удобный. внешность своего собеседника я не могла рассмотреть из-за солнечного света, бьющего мне в глаза.

– Я слышал ваш разговор, так что можете не повторять неудобные для Вас моменты. В принципе у меня есть несколько вопросов, касаемо будущей работы. Вы готовы к переезду?

– Конечно, готова, – вздохнула я. – Тут меня ничего не держит. Да я готова не только в другой город, но и в другой мир переехать, если там мне предоставят работу по специальности и своё жильё.

Неожиданно глаза резанула вспышка, словно солнечный зайчик попал прямо в глаз. Послышалось хмыканье от окна.

– Ещё один вопрос. Не будет ли Вас тянуть обратно? Друзья, воспоминания…

– Да я бы с радостью забыла всё, что происходило в моей личной жизни за последний год! И не вспоминала бы долго-долго…

Глава 7

– Да я бы с радостью забыла всё, что происходило в моей личной жизни за последний год! И не вспоминала бы долго-долго…

Вновь этот солнечный зайчик ослепил меня. С трудом проморгалась. Странное тут место. И люди тоже странные.

– Думаю, мы в скором времени свяжемся с Вами, – произнес странный мужчина, внешность которого так и осталась для меня загадкой. – Вы нам подходите.

– До свидания, – попрощалась я. – Спасибо.

Как ни странно, шатен всё ещё ворковал с моей подругой. Увидев меня, они стали прощаться. Я поспешила на выход, ухватив Ингу за рукав. Выходя из этого «предбанника» услышала, как шатен задумчиво проговорил:

– Жаль, вторая девушка не хочет у нас работать. А Марию запиши в помощницы к господину Аргвежу. Остальных – к Агнипуше.

Менеджер как-то странно хрюкнул, словно пытался замаскировать смешок. Но шатен уже не обращал на него внимание.

Три дня прошли спокойно. А потом меня ждал удар. Мне позвонили из одной супер навороченной клиники, где Руфина оплатила обследование. И все мои доводы, что мне это не нужно разбились о довод, что услуга оплачена давно. И вернуть за неё деньги не получится. У них просто произошла небольшая накладка при установке оборудования. Потому и отложили до полной отладки техники.

– Девушка, Вы поймите, – увещевала меня администратор клиники, – деньги возврату не подлежат, а так получите обследование. И Вам хорошо, и нам спокойнее, соглашайтесь. А мы Вам за доставленные неудобства консультацию любого специалиста в подарок…

Ну я и согласилась. Оплаченной услугой оказалось обследование кровеносной системы. УЗИ, МРТ, КТ. Что-то специалиста, проводящего обследование напрягло. И в качестве подарка мне предложили сделать ещё одно УЗИ. В гинекологии. Там как раз установили новейший сверхчувствительный аппарат. И тут-то меня и ждал ШОК.

– Срок беременности небольшой, примерно дней 7-10. Потому и небольшие проблемы с системой кровоснабжения, – произнёс он, разговаривая сам с собой. – Поздравляю Вас, мамочка. Плод развивается нормально. А вот Вам не помешало бы побольше спокойствия и хорошего питания. лучше на свежем воздухе. А то вон какая Вы бледненькая. Малокровие для ребёночка не слишком полезно.

Тихо поблагодарила и ушла, забрав результаты обследования. Чувствовала себя пришибленной. словно меня огрели пыльным мешком из-за угла. Инга словно почувствовала моё настроение и позвонила с предложением пообедать в одной модной кафешке.

– Отметим моё трудоустройство, – весело щебетала она. – Я, конечно, была уверена, что меня примут. Но одно дело обещать, совсем другое устроить на работу. Я теперь официально принята в штат. С завтрашнего дня выхожу.

Я порадовалась за подругу. согласилась встретиться в кафе, тем более что мне тоже было что обсудить. Буквально за два дня до пресловутой свадьбы я была у гинеколога. И я была девственницей. Когда и кто? Хотя, я плохо помню вечер девичника, особенно его конец. Нужно будет кое-что уточнить у подруги…

Случайная встреча с отцом Миши окончательно выбила меня из колеи. Инга заказала столик, но сама застряла в пробке. Вот и я решила зайти в дамскую комнату, вымыть руки перед едой. А выходя оттуда, услышала такой знакомый голос Сардала Дурсуновича. Голос шёл из VIP зоны. В кафе её огородили живой изгородью из вьющихся цветов в горшках, потому я не смогла увидеть его собеседника. К счастью меня они тоже не видели. Зато мне было очень хорошо видно экран телефона несостоявшегося свёкра и слышно его комментарии:

– А это невеста моего сына, Лариса, отличная партия для моего лоботряса. Умна, образована, из хорошей семьи. К тому же девушка хорошо воспитана, чиста и невинна, – нахваливал он незнакомую мне девушку. – Внешние данные тоже не подкачали. Что лицо, что фигура. Вся в мать. Мой деловой партнёр – её отец – очень долго выбирал себе избранницу. И дочь оправдала его ожидания.

Я не удержалась и засняла на телефон всё это. Действовала на автомате, как какая-то мазохистка, стояла и снимала видео того, как Мишин отец хвалится невесткой и показывает фото со свадьбы. Просто не осознала этот факт.

– Вроде бы у Микоила была другая невеста, – услышала я чей-то бархатистый голос. – Вы ведь в срочном порядке известили всех гостей о переносе места торжества. Но дату самой свадьбы не меняли. Как же так вышло, что Микоил сменил невесту?

– О, я очень надеялся, что сын включит наконец-то мозги и сделает правильный выбор. Пусть и в последний момент, но он одумался. Девочке я перечислил немалую компенсацию за доставленные неудобства.

– И не жалко Вам её?

– Маша хорошая девушка, но не пара для Микоила. Ей нужно работать, иначе мозги закиснут. А Руфина не дала бы ей даже малейшей возможности работать. К тому же она не любила моего сына. Чувствовала себя обязанной, не понятно за что. Испытывала своеобразную привязанность, но для крепкого брака…

– А её близкие как отнеслись к отмене свадьбы? – продолжал незнакомец.

– Маша круглая сирота. С её стороны только свидетельница и была. Вроде как подруга детства. А сама глазки жениху подруги строила постоянно.

Дальше я уже не выдержала и сбежала из кафе, отправив Инге отснятое видео и извинившись, что не дождалась. На её звонки я не отвечала, и вскоре она прислала сообщение, что ждёт меня, когда я развеюсь. Всё же подруга меня слишком хорошо изучила. Понимала, что мне нужно время, чтобы переварить всё это. Умом я понимала, что Мишин отец прав. Но сердцу было больно. За что он так со мной?..

Вновь затрезвонил телефон. Я скинула звонок, не глядя. Весь день я бесцельно бродила по городу. Я беременна… Эта новость никак не укладывалась в моей голове. В прочем, как и слова Сардала Дурсуновича о перечисленной мне компенсации. Внезапный звонок прервал мои терзания. Какой-то инстинкт подсказывал мне, что это не Инга. Звонок даже звучал как-то весомо что ли.

– Мария, Вы можете сейчас приехать в офис на подписание контракта?

– Да, – кратко ответила я.

Меня даже не смутил тот факт, что время уже позднее, начало темнеть. На этот раз со мной общалась девушка. Она встретила меня вместе с охранником и пригласила в кабинет. Менеджера не было видно. Вопрос о нём девушка оставила без ответа. Всё также молча, она положила договор с отмеченными галочками местами для подписи. Внимательно изучила контракт. обратила внимание на приписку мелкими буквами в самом конце контракта: «Переезд добровольный, для работы по специальности». И чуть ниже пометка «Подтверждено».

Самым верхним листом было согласие на переезд. дата отправления стояла сегодняшняя. Я очень этому удивилась.

– А можно узнать время отправления? – решила уточнить. – Мне ведь нужно ещё успеть вещи собрать и подругу предупредить.

– Подписывайте документы, – ответила девушка, словно ненароком подсовывая именно согласие на переезд. – Отправление через полчаса.

Меня насторожило её поведение. И поэтому я просто из духа противоречия и какой-то детской вредности стала подписывать контракт. Когда до моего уставшего от потрясений за день мозга дошло, что она сказала.

– Кккак через полчаса? А вещи?

– Фирма обеспечит Вас всем необходимым. Другой климат, другие традиции, – пояснила она немного путано.

Я же вроде на территории России работать собираюсь, а не заграницей. Хотя, может быть в одной из республик. Тогда да, лучше не нарываться на конфликт. Черт, я не уточнила срок контракта.

– Чаю? – предложила девушка, ставя передо мной чашку. Я машинально отхлебнула, подписывая пресловутое согласие. Девушка вдруг оказалась за моей спиной. – Время отправления, – услышала я, поставив свою подпись внизу документа. И свет в глазах померк.

Очнулась я уже в другом мире. Спустя несколько дней и с некоторыми провалами в памяти.

Глава 8

Маша

Очнулась она в незнакомой комнате очень небольшого размера. У стены стояла лавка, рядом с ней ведро, накрытое доской.

– Что за чёрт, – растерянно пробормотала Маша, оглядываясь по сторонам. – Интересно, куда это меня занесло?

От размышлений её отвлёк скрип двери. В комнату заглянул внушительного размера мужчина. Было что-то в его фигуре властное и подавляющее. От него так и веяло животным магнетизмом, заставлявшим окружающих подчиняться.

– Уже очнулась? – удивился вошедший. – Быстро ты в себя пришла. Обычно рабыни долго в отключке валяются.

– Я подписала контракт на работу. А не продала себя в рабство, – заявила Маша распорядителю аукциона, заглянувшему в его комнату для знакомства.

Мужчина нахмурился, стал листать бумаги:

– Девочка, из тех бумаг, что ты подписала, следует, что переместилась сюда добровольно. С условиями пребывания ознакомлена и не возражаешь. Ясно? – внимательно посмотрел ей в глаза. – И учти, на будущее, разговаривать будешь тогда, когда тебя спросит о чём-либо хозяин. И, кстати, о своей беременности не распространяйся. Скрывай до последнего. Твоих же интересах. А пока расскажи мне кратко о себе: сколько лет, где училась и что знаешь и умеешь. А я постараюсь по возможности облегчить твою дальнейшую участь.

Заметив недоумение на лице девушки, распорядитель аукциона счёл нужным пояснить:

– Я оборотень, а мы по нюху можем определить беременность самки с первых дней.

Он продолжал смотреть бумаги, словно пытаясь выискать там что-то.

– Господин Сратхело на собеседовании сказал, что я буду помощницей господина Аргвежу, – парировала Маша.

Оборотень, услышав про Сратхело, заржал, но когда прозвучало имя Аргвежу напрягся.

– Поверь мне, – он вновь глянул в документы, – Маша, тебе лучше угодить в самый отвратительный Дом терпимости для извращенцев и отморозков, чем стать помощницей этого старого..... – Он сплюнул, так и не подобрав точного определения для господина Аргвежу.

Девушка притихла, а оборотень тем временем самым внимательным образом тщательно изучал её документы.

– Вот! Вот она, отметка… Да, повезло тебе, что её поставили в таком месте. Иначе уже была бы в лапах Аргвежу. И неизвестно, сколько бы промучилась, прежде чем умереть или чего пострашнее.

– Разве может быть что-то страшнее смерти? – удивилась Маша.

– Конечно, – последовал мгновенно ответ. – Стать жертвой Аргвежу. Он часто поставляет красивых бесчувственных кукол на аукционы извращенцев садистов. Эти девушки ценятся очень высоко. Они не чувствуют боли, не реагируют ни на что, даже если их нарезают кусочками или ломают. Долгоиграющие игрушки для любителей убивать медленно. А самое ужасное, что он любит умных девушек. Ему доставляет наслаждение морально убивать их, сводить с ума, подчинять своей воле. Когда игра прискучит, игрушку продают или убивают.

Маша сжалась в комок от ужаса. Она боялась поверить, но чувствовала, что оборотень ей не врёт.

– Знаешь, – произнес тот задумчиво, – если бы я нашёл эту пометку, то должен был бы незамедлительно послать вестника Аргвежу. Но, – он ободряюще подмигнул девушке, – я слишком поздно её увидел. Когда ты уже поступила на помост торгов. А по правилам аукциона снимать лот с продажи запрещается. Я сейчас же отправлю вестника своему хорошему знакомому. Ему срочно нужна служанка экономка в большое поместье. Для тебя это самый лучший выход, поверь мне. Он тебя не отдаст никому, тем более Аргвежу. Даже если тот и узнает, что тебя по ошибке отправили не к нему в одно из поместий, а на аукцион рабынь. Да не трясись ты так, я поставлю тебя последним лотом.

– А пппочему? – чуть ли не стуча зубами от страха, поинтересовалась Маша. Любопытство всё-таки оказалось сильнее страха.

– Какая ты любознательная, однако, – усмехнулся мужчина. – Потому что первыми пойдут девочки для борделей и гаремов. На их фоне и под занавес торгов ты не будешь смотреться таким лаковым кусочком. А у моего знакомого не должно остаться конкурентов.

Последнюю фразу он произнес очень тихо, но Маша была Так напряжена, что её обострившийся слух донёс эту фразу до уставшего от потрясения этого долгого дня мозга. И она облегчённо выдохнула, удивив тем самым оборотня. Тот покачал головой и вышел. "Странная она какая-то", – устало подумал он и вновь глянул на отметку в самом конце документа. Сама магия отметила тот факт, что девушка добровольно отправилась в этот мир для работы по специальности. А это значило, что продавать её кому-либо в рабство не имели права. Иначе сама магия покарает нарушителя. Сратхело очень сглупил, не проверив документы девушки перед отправкой. Кто-то из менеджеров решил ему подгадить: пометку об отправке в помощницы старому извращенцу поставили в самом конце документа, мелкими буквами. И довольно крупно, к тому же ещё и подчёркнуто, было о том, что магия подтвердила добровольность перехода Марии в мир Кайдерош для работы. Причём не постельной грелкой, как большинство девушек, а именно экономистом.

В их мире экономистов не было, но были экономки. За это и уцепился ушлый оборотень. Свою выгоду он упускать не хотел.

Глава 9

Его хорошим знакомым оказался орк, ведущий военачальник императора. Он собирался жениться. По традиции жених должен построить дом, полностью его обставить, обеспечить слугами, а потом уже объявлять дату свадьбы. До этого считается что пара помолвлена. Перед свадьбой орк должен "выкупить" невесту, подарив её семье равнозначную замену.

Чаще всего дарили выносливого раба либо девушку для утех мужской части рода невесты. Орку нужна была хорошая экономка, но дом пока ещё только начал строиться. И на этот аукцион он прибыл, чтобы присмотреть себе крепкого и выносливого раба. Рабыни его не интересовали, он ими брезговал.

Оборотень знал, что орк прибыл на этот аукцион. Потому быстро вызвал его к себе в кабинет вестником.

Войдя в кабинет распорядителя аукциона, как свой собственный, орк сразу протянул руку за документами.

– Ну, И зачем ты мне её подсунул, Басик? – спроси у него орк, удивлённо вскинув бровь.

– Да пожалел я девчонку. Сратхело отметил её для этого извращенца, Аргвежу. Старому маразматику мало того, чтобы измываться над молодой и красивой девушкой. Ему ещё подавай такую, чтобы умная была. А эта девочка с отличием закончила экономический факультет престижного университета в своём мире. Представляешь, чтобы её ждало?

– Да уж, незавидная участь, – согласился орк. – Но мне сейчас не нужна прислуга. Скорее уж нужен выкуп за невесту. Ты же знаешь, я женюсь.

– Ну, до свадьбы ещё дожить надо. А у Аргвежу она не выжила бы дольше пары месяцев. Стала бы очередной безмозглой игрушкой, полузомби. Лучше уж пойти выкупом за невесту…

– Тут я с тобой согласен, друг. А у тебя не будет неприятностей с Аргвежу?

– Нет, там такая мелкая пометка в самом низу на последнем листе, что её легко можно было бы не заметить, – усмехнулся оборотень.

– Но ты ж заметил.

– Однако, девушка к тому моменту уже была выставлена на торги. Пусть ищут виноватых, я в стороне от этих разборок буду.

– Ну, хорошо. Раз так, я согласен купить её. Ты её будешь выставлять на помост или…

– Ну, можно и закрытым лотом через аукцион провести.

Орк понял намёк, и вытащил из-за пазухи мешочек внушительных размеров. Оборотень передал ему документы. Они ударили по рукам, магия скрепила их сделку.

– Да, друг, – почесал затылок Басик. – Там пометочка имеется, обрати внимание. Девушку лучше отправить в школу для экономок. Пусть изучит реалии нашего мира. А выкуп, если он тебе ещё потребуется, я тебе бесплатно предоставлю. В двойном размере: крепкого мужчину для работ и девушку для мужчин рода невесты.

Орк только усмехнулся на эти слова. Он догадывался, что распорядитель аукциона просто так ни за кого хлопотать не станет. Да ещё и дарить рабов бесплатно. Он внимательно прочитал документы на девушку от корки до корки. Взглянул на оборотня с вопросом в глазах, но тот лишь пожал плечами:

– Правила аукциона позволяют продать лот на закрытых торгах, чем мы и воспользовались. Но если лот уже заявлен, снять его с торгов нельзя, магия не позволит. А отвечать за нарушение договора, скреплённого магией, мне тоже не хотелось.

– Ну да, ну да, – покачал головой орк, соглашаясь с ним. – Я тебя понял. Девушка знает, что она не раба? И что у неё с памятью?

– Зелье на неё не подействовала, но там есть пометка, отмеченная магией. Да ты должен был её увидеть.

Орк кивнул головой, соглашаясь.

– Раз она сама желает забыть своё прошлое, она его забудет. Магия об этом позаботится. Вспомнит тогда, когда ты её спросишь об этом. Если спросишь.

– Значит, решено. Отправляй девушку в школу экономок, документы оформишь сам, деньги на оплату учёбы я оставлю. Пока дом строится, глядишь, и поход закончится. А там и до свадьбы рукой подать. Так что готовься, – рассмеялся он на прощание.

Мужчины крепко обнялись и разошлись, довольные друг другом и совершённой сделкой.

Маша устала трястись от страха. Она уже намотала много километров, вышагивая по комнате из угла в угол. Когда открылась дверь, ей уже было всё равно. Она морально устала и была готова ко всему, что угодно. Даже к тому, что её выставят словно вещь в качестве лота на помосте рабынь. Это был тот самый оборотень, распорядитель аукциона.

– Ты, я вижу, уже смирилась, – он мгновенно оценил состояние девушки и её обречённый взгляд. – Не переживай. Как и обещал, я всё уладил. Переночуешь в моём доме, а утром отправишься в школу для высших слуг. И помни: о том, что ты беременна, не говори никогда никому и ни при каких обстоятельствах. Иначе твоего ребёнка могут у тебя просто-напросто забрать. Это если ты его ещё родишь. И не посмотрят на то, что у тебя есть хозяин.

– А хозяин? – встрепенулась Маша. – Он не отберёт моего ребенка?

Оборотень посмотрел на неё с какой-то отеческой нежностью, вздохнул и тихо произнес:

– Мне неведомо, как сложится ваша судьба, слишком много развилок впереди. Но если всё сложится так, как я предполагаю, твоя судьба сделает крутой поворот. И твоего сына ждёт блестящее будущее.

– А откуда Вы знаете, что у меня сын будет? Срок ведь совсем маленький.

– Я открою тебе небольшую тайну, так как знаю, что скоро ты забудешь наш разговор также, как и своё прошлое. Я могу видеть судьбы людей. Не всех и не всегда. Но твоё будущее, в общих чертах, я вижу.

Маша хотела у него спросить, с чего он взял, что она забудет своё прошлое. Но оборотень сразу ей пояснил:

– Ты ещё в том мире сказала, что хочешь забыть всё, как страшный сон. Магия тебя услышала. Зелье, которым опаивают вас всех перед отправкой в наш мир, на тебя не подействовало именно по этой причине. Но магия возьмёт своё. И скоро ты забудешь всё, что хотела забыть. И наши с тобой разговоры тут ты тоже забудешь. Кроме моего наказа скрывать твою беременность. Пойдём, устрою тебя на ночь.

Спала девушка, несмотря на все переживания и волнения, весьма крепко. И даже снились какие-то сны. Проснувшись, она их не помнила. Как не помнила и многие события своей жизни. Она была твёрдо уверена, что про её беременность никто не должен знать. Это её главная тайна. Все знания, полученные в институте, словно на полочке, лежали у неё в голове ровными рядами. Но когда она пыталась вспомнить своих однокурсников, друзей, родственников, в голове была пустота. Самое удивительное, что это не вызывало у неё тревог. Она была уверена, что так и должно быть.

Вскоре за ней пришёл слуга. В школу высших слуг её отправили прямым порталом. Там, посмотрев документы, определили ей комнату с двумя милыми соседками. Одна была зеленокожая крупная девушка, явно не человек. Другая ещё крупнее первой, но с жёлтой кожей и редкими, какими-то бесцветными волосёнками.

– Давай знакомиться, человечка, – приветливо оскалилась зелёная соседка с толстенной косой через плечо. – Меня зовут Орхидилия, я степной орк. А это, – она махнула в сторону жёлтой, – наша соседка Петрония. Она лесной тролль.

Маша хлопала глазами в удивлении. Соседки переглянулись и кивнули, придя к какому-то выводу.

– Ты не местная, – сказала не спрашивая, а утверждая, Орхидилия. – Местные, даже из человеческих государств, так не удивляются, когда видят нелюдей. У тебя хороший хозяин, раз отправил сюда на учебу.

– Да, мне сказали, что мне необходимо подтянуть знания по мироустройству, местному укладу и быту. К тому же я не умею читать и писать на местном языке. А хозяина я даже не видела…

– Значит, из военных, они сейчас все большой поход отправляются. Видимо купил тебя, дал распоряжения и уехал. Не переживай, ещё увидишь, – пояснила ситуацию Петрония.

Как ни странно, у девушки оказался очень приятный грудной певучий голос. Он словно обволакивал Машино сознание.

Глава 10

Инга

– Маша пропала, – буквально ворвалась Инга в кабинет Сардала Дурсуновича. – Это всё Вы виноваты! – кричала она.

– Как ты попала в офис? Кто пропустил? – возмутился хозяин кабинета, потянувшись к кнопке вызова начальника службы охраны.

Но девушка не испугалась, её ничто не могло смутить или сбить с толку. Она продолжила обвинять:

– Сначала Ваш сыночек опоил её и изнасиловал, затем бросил на пороге ЗАГСа…

– Погоди, – ледяным тоном, словно стремился заморозить Африку, прервал её Сардал Дурсунович. – Микоил изнасиловал Машу? Почему я не знаю?

– Ну, – замялась вдруг Инга, глаза её забегали. – Ваш сын дал мне порошок, сказав посыпать Маше после девичника в питьё, перед сном. Он объяснил что это успокоительное, а то Маша слишком взбудоражена перед свадьбой. А Миша не хотел, чтобы из-за волнения Маша опозорила его перед многочисленными родственниками.

– Позаботился, чтоб не истерила из-за отмены свадьбы. Причём тут изнасиловал?! – Сардал Дурсунович начал терять терпение.

– Да при том, что Миша должен был ночевать у вас, а он приехал среди ночи. Я видела его, выходящим из комнаты Маши в час ночи. Он и ко мне заглянул, "поблагодарить за помощь"…

– Мало ли зачем он к ней заглядывал? Или ты хочешь сказать, что он и тебя изнасиловал? Может ещё и невинности лишил?

– Нет, я сама согласилась. Думала урвать момент счастья, пока он ещё не женат. А он объяснил перед уходом, что одного раза с Машей ему было мало. Но девственницу сразу после дефлорации лучше не терзать. К тому же она спала. А с "бревном" в постели какое удовольствие…

– И ты пришла сообщить мне о том, что легла под моего сына по собственной воле? – нахмурился хозяин кабинета.

У него просто в голове не укладывалась такая информация. Немного подумав, он сказал:

– Маше я перечислю ещё денег, раз мой сын не удержал себя в штанах. Но какое отношение я имею к её исчезновению? – он выгнул бровь в изумлении и ждал ответа.

– А такое, – Инга достала телефон и включила полученное от Маши видео. – Мы не выслеживали Вас, это получилось случайно. Мы с Машей договорились встретиться в том же кафе, где были Вы. Она услышала Ваш разговор и записала, чтобы показать мне, видимо, у неё сил не было разговаривать. Она прислала это видео мне. И вот уже третий день не выходит на связь. Её телефон вне зоны.

– Так может она поехала к себе? У неё ведь прекрасный дом в родном городе.

Инга чуть не задохнулась от его слов:

– Дом?!! – зарычала она. – Тот дом, что Вы продали? Кстати, денег за дом она не увидела. Ни копейки! Да даже компенсация за смерть родителей со счёта испарилась! Маша осталась с тем, что было у неё в тот момент в кармане. Десять тысяч рублей и всё.

Сардал Дурсунович побелел от ярости:

– Ты обвиняешь меня во лжи?! Я перечислил насчёт Марии весьма солидную сумму. Её дом никому не нужен. Покупателей найти не могут.

Инга в ответ расхохоталась. У неё началась самая настоящая истерика. Маша всегда ругала её за то, что она записывает все телефонные разговоры. Но тут это пригодилось. В тот день Маша разговаривала с соседкой по её мобильнику. С трудом дыша, всхлипывая от истеричного смеха, она нашла ту запись и включила. Её собеседник сначала побледнел, потом побагровел. По окончании записи взревел в селектор:

– Начальник службы безопасности пришёл? Пусть войдёт. Немедленно!

Спустя мгновение тот был в кабинете хозяин протянул ему стопку документов и велел:

– Проверить всё от и до. Кто, когда, на каком основании. Все видео и аудио мне.

Таким Инга видела его впервые. И испугалась. Безопасник тихо исчез.

– Я лично проконтролирую поиски Марии. Что касается тебя. Куда ты устроилась на работу? Я договорюсь, тебя переведут в мою дочернюю компанию. Хочу убедиться, что мой балбес не обрюхатил тебя. А теперь иди.

Инге стало страшно до кончиков волос. Она уже хотела сбежать из кабинета, когда раздался звонок селектора. Это был глава службы безопасности.

– Задержись, – тут же донеслось ей в спину.

– Дом был продан через день после оформления доверенности. На документах продажи стоит очень грамотно скопированная Ваша подпись, – отчитывался особист. – Но это подделка. Деньги за дом поступили на счёт Микоила Сардаловича. В банке сказали, что за день до свадьбы Ваш сын предъявил доверенность от невесты и снял все деньги со счёта, оставив указание, чтобы все поступающие насчёт суммы немедленно переводили на его счёт. Подпись Марии нечёткая, необходимо проверять на подлинность. Но менеджер банка испугался Вашего гнева и отдал все необходимые распоряжения. Поисками девушки занимаются.

Сардал Дурсунович сжал голову руками. Он был в ярости.

– Вот ведь щенок! – шипел он. – Везде нагадить успел. Хоть женился на правильной невесте, одно утешение.

Услышав это, Инга ехидна уточнила:

– Девушку зовут Лариса Максимовна? Девичья фамилия Денискина? – её собеседник утвердительно кивнул, растерянно смотря. – Ну, я могу Вас обрадовать: на этой Вашей умнице и красавице клейма оставить негде. Ей трижды делали гименопластику. Восстанавливали девственность. Вся такая чистая, невинная, пфе…

– Откуда ты знаешь?! – взревел мужчина. – За свои слова надо отвечать!

– Легко! – нахально усмехнулась Инга, потеряв весь свой страх. – Мой бывший парень познакомил нас в клубе. Он был её водителем. Но недолго. Пока её отец не застукал их в одной постели. В клубе она не пропустила ни одного смазливого официанта или бармена. За неделю до свадьбы она звонила мне, жаловалась, что отец снова ей целку делает. Шагу ступить не даёт. Охрана – бабы. Да что я Вам рассказываю, можно же послушать. Я все разговоры записываю.

Хозяин кабинета, час назад чувствовавший себя хозяином жизни, был не просто убит. Он был раздавлен!..

– Поделишься? – устало кивнул он на телефон в её руках. – И Машин разговор с соседкой тоже. Кажется, назрел серьёзный разговор в кругу семьи.

Инга лишь пожала плечами, отправляя файлы на его телефон. Лишь попросила:

– Меня не сдавайте только, пожалуйста.

Тот лишь махнул в ответ рукой. Его занимали уже совсем другие мысли. Ладно партнёр, Максим давно мечтал выгодно пристроить дочь. И, как отец, он его очень хорошо понимал. Быстро скинул главе службы безопасности ещё информацию для расследования. Но Руфина, неужели она не замечала в поведении Ларисы ничего, что заставило бы насторожиться. Да и подпись его мастерски копировала только она. Они даже иногда пользовались этим, когда у него была сломана рука, и он работал дома, скрывая этот факт. На многих документах требовалась его личная подпись. К тому же Микоил никогда бы сам на такое не решился. Сардал всегда смотрел правде в глаза. Сын у него был трусоват. Для бизнеса это в какой-то мере было даже хорошо, не станет рисковать почём зря. Всё проверит и прочитает многократно. Да, сверхприбыли не будет, но и риска всё потерять в один миг тоже. Ингу надо пока держать под своим контролем. И Марию найти тоже. С женой он также поговорит по душам. Основательно…

Глава 11

Руфина словно почуяла, что запахло жаренным. Когда Сардал приехал домой, он хотел поговорить с женой лично, глядя ей в глаза, то увидел записку от жены: «Дорогой, подвернулась горячая путёвка в Эмираты. Ты знаешь, как долго я тебя ждала, но ты вечно занят своими рабочими вопросами. Встретимся через три недели. Люблю, целую, твоя Руфь».

– Вот ведь хитрая бестия, – покачал он головой. – Уже и эту секретаршу запугала.

Глава семьи знал, что жена ещё вчера ни на какой курорт не собиралась. А тут она даже телефон отключила. Значит, получила информацию из офиса. Кроме его секретарши некому было сообщить о той буре, что разбушевалась в его кабинете. Жаль, толковая была девочка, придется её куда-то переводить. Может, стоит поискать референта? И пусть безопасники проверят всю его поднаготную. Хватит давать жене возможность шпионить за ним. Это уже не шутки! И если она надеется, что он за три недели остынет и забудет о её роли, то она сильно ошибается. Сардал Дурсунович славился своей злопамятностью. Просто пока это не касалось его жены, теперь узнает…

Спустя две недели вернулись молодожёны из свадебного путешествия. Устраивать допрос сыну нужно одновременно с женой, чтобы они не могли между собой договориться заранее. Потому глава семейства решил вести себя как обычно. Но заказал независимый аудит всего своего холдинга. На всякий случай.

вскрылись мелкие махинации сына, прикрытые умелой рукой матери. В основном они касались операций, связанных с расчётами между филиалами.

Сын поспешил порадовать новостью о беременности Ларисы. Они специально заехали в клинику со сверхчувствительным аппаратом УЗИ. «Интересно, Руфина говорила, что из-за какой-то накладки Маша не смогла пройти там обследование. Не та ли это клиника?» – задумался Сардал Дурсунович.

– И с какого срока они могут определить беременность? – поинтересовался он у сына, а сам уже решил проверить там Ингу.

– Примерно с семидневного срока от зачатия, – счастливо улыбнулся сын. – Они ещё и пол ребёнка смогут сказать с точностью примерно с четырех-пяти недель.

– Очень хорошо, – кивнул своим мыслям отец. – Оставь мне координаты центра.

Микоил скривился:

– Опять перепроверять будешь? Уж тут-то я тебе не стал бы лгать, отец.

– Хочу кое-что проверить, не переживай.

Микоил выдохнул.

– А где мама? – спросил он. – Я не могу до неё дозвониться. В СПА-салоне зависает?

– На этот раз отправилась к процедурам самостоятельно, – усмехнулся отец. – Решила последовать вашему примеру и отправилась в рай для шоппинга. В ОАЭ.

Микоила такой ответ вполне устроил. Беременную невестку Сардал решил пока не трогать. Но сведения о беременности лучше проверить. Заодно и Ингу проверить.

Визит к врачам показал, что Инга не беременна. Сардал выдохнул с облегчением, но оставил девушку под своим присмотром.

А тут пришли первичные результаты аудиторской проверки его бизнеса. Мда, такого он не ожидал…

Не только сын «грел руки» на внутрифирменных расчетах. Оказалось, что некоторые руководители крупных отделов в сговоре с главами филиалов время от времени проворачивали подобные операции. Похоже, Руфина как-то узнала об этом и использовала схему на пользу финансового благополучия сына. Тут есть над чем подумать…

Пока занимался кадровыми перестановками, разбирался с налоговой и другими надзорными инстанциями, незаметно прошёл месяц. Руфина слегка задержалась на отдыхе, но предупредила через секретаря. Вернулась она довольная, загорелая и отдохнувшая, с кучей разных покупок, в том числе и для будущего внука.

Сардал Дурсунович не стал с порога учинять допрос жене, решив отложить на потом. Пусть успокоится, решит, что ему про это неизвестно. Домашним он сказал, что налоговая нашла какие-то нарушения, требуется разбираться. Все сразу расслабились. Продолжали жить, как будто ничего не было.

Руфина окружила невестку вниманием и заботой, следила за назначениями врача и её питанием. Постоянно жила её заботами, рассуждая о том, как её внук будет жить в уюте новой квартиры, ремонт в которой она почти завершила.

Сардал серьёзно поговорил с партнёром, и тот признался, что обманул будущих родственников. Но только потому, что именно Микоил был тем самым «первым» у его дочери. А потом она пустилась во все тяжкие. Вроде бы и подтвердил информацию Инги, а с другой стороны как бы обвинил Мишу в этой ситуации. Сардал Дурсунович решил не портить отношения с партнёром, тем более вспомнил, что сын встречался с Ларисой, а потом влюбился в Машу. Вполне могло быть и так, что Лариса быстро капитулировала, а Мария оказалась крепким орешком. И тем, видимо, его и зацепила. Несколько лет у него не было никаких подруг, он ухаживал за Машей и не замечал других девушек вокруг. И его решение жениться на Ларисе очень удивило, но вместе с тем и обрадовало отца. Сын сказал, что обо всём договорился с бывшей невестой. Сардал Дурсунович сразу же распорядился перевести на счёт Маши крупную сумму как компенсацию за нанесённое оскорбление. И вовсе не рассчитывал услышать обвинения в свой адрес от подруги Маши.

Микоил хотел выйти на работу в офис, но отец сказал, что его отпуск продолжится до конца разбирательств с налоговой. Сын, однако, был не против вынужденного отпуска. К тому же оплачиваемого отцом.

Выходя из кабинета отца, заметил Ингу, спешащую с бумагами по коридору.

– Девушка, – окликнул он её, – Вы не меня ищете?

– Микоил? – удивилась Инга. – Разве медовый месяц уже закончился?

– Нет, не закончился. Но из путешествия мы вернулись, – пояснил он. – Зайдем, поговорим без лишних ушей.

И он открыл дверь конференц-зала, возле которого они стояли. Инга, не думая, прошла в кабинет. Как и следовало ожидать, Микоил тут же закрыл за нею дверь на ключ. Девушка в предвкушении улыбнулась:

– Хочешь сказать, что жены тебе не хватает?

– Лариса беременная, врач сказал ограничить активность, – откровенно сказал он в ответ. – Нам ведь было хорошо вдвоём? Почему бы не продолжить наше общение и дальше? Предлагаю тебе стать моей постоянной любовницей. Что скажешь?

– Я подумаю над твоим щедрым предложением. Мне нужно отнести документы, – она попыталась пройти к дверям. Но парень быстро прижал её к себе и впился в её губы поцелуем. Инга сомлела в его объятиях. Документы она всё же отнесла, но с большим опозданием. Вскоре ей сообщили, что прибыл курьер с посылкой для неё лично. Посылкой оказалась упаковка с таблеткой. «Выпей», – пришло смс. Инга хмыкнула и выкинула таблетку в унитаз. Она была уверена, что последствий не будет.

Чтобы избежать случайных встреч с любовником, попросила перевести её на другой этаж. А месяц спустя поняла, что «последствия» её всё же настигли. «Ну, не могло ведь везти постоянно, – философски рассудила она. – Придётся рассказать Мише, пусть думает». Она была уверена, что тот испугается огласки и будет помогать ей финансово. Осталось только улучить момент и подстроить свою как бы случайную встречу с любовником.

Глава 12

Приятный грудной певучий голос Петронии обволакивал Машино сознание, погружая в какое-то состояние прострации. Маша поймала себя на мысли, что ей уже всё равно… И именно эта мелькнувшая где-то на периферии её сознания мысль заставила собраться и встряхнуться. Сразу же воздействие голоса перестало ощущаться. Она посмотрела вполне осознанным взглядом в глаза Петронии и спросила строгим голосом человека, имеющего право требовать:

– Что это только что было? – спросила она. – По какому праву и с какой целью ты на меня пыталась воздействовать?

– Ну не получилось же, – спокойно пожала плечами Петрония. – Маша, а какая у тебя магия? Простые люди всегда подпадают под воздействие нашего голоса. Только магики не поддаются. А ты вроде сначала очаровалась, а потом сбросила с себя всё воздействие, дазже флёра не осталось.

Девушка из расы лесных троллей сначала говорила почти равнодушно, но с каждым словом всё сильнее возбуждалась. Маша даже немного испугалась такой экспрессии, но Орхидилия была абсолютно спокойна. Она и пояснила Маше:

– Не пугайся, она просто удивлена до мозга ногтей, вот и вошла в раж. Скоро успокоится. И не сердись, у лесных троллей это на уровне инстинкта. Они всегда при встрече с новым существом пытаются очаровать его своим голосом.

– Ну да, это само собой происходит, – подтвердила уже немного успокоившаяся Петрония. – Люди самые незащищенные в этом плане. И ты, это, скрывай свои магические способности от наставников. Лучше мы с Орхи сами будем учить тебя основам, а там уже видно будет, какое направление тебе ближе.

– Особенно скрывай это от людей. Поверь нам, – добавила орчанка. – Люди в этой школе из захваченных магов. И всем им магию запечатали. Большинство из них ненавидят нас за то, что мы с магией, хотя и всего лишь слуги. Нам магию запечатать нельзя. А людям можно. Это очень неприятно. У нас самое страшное наказание – получить на руку блокирующий браслет. Он нам ограничивает возможность пользоваться магией. Оставляя только самый необходимый минимум.

– Это как? – не поняла Маша.

– Внутри получается вакуум, куда засасывает часть тебя, – попыталась объяснить Петрония. Её жидкие волосёнки подпрыгивали в такт покачиванию головы. – Это кошмар для того, кто с магией с самого рождения. Она словно воздух вокруг тебя. И вдруг его не хватает для вдоха полной грудью.

– И представь, что испытывают люди, с запечатанной магией, – подхватила разговор Орхидилия. – Я им сочувствовала вначале, но наша жалость вызывает у них только яростный гнев. Хотя никто их не заставлял участвовать в войне на стороне противников орков – огров.

У Маши от избытка информации уже начинала потрескивать голова. Огры ещё…

– Девочки, а можно не всё сразу, а постепенно, – взмолилась она. – У меня голова скоро лопнет от такого объёма новых знаний. Пожалейте бедную иномирянку.

Соседки по комнате сначала посмотрели на неё с недоумением, а потом переглянулись и понятливо кивнули, словно соглашаясь. Маша выдохнула.

– Хорошо, – сказала Орхи. – Во-первых, нас можно называть не полным именем, а сокращенно. Я Орхи, она Петра. Во-вторых, у тебя есть два дня адаптации впереди, мы тебе всё подробно расскажем.

– Просто, – подхватила Петра, – мы решили сразу предостеречь тебя от ошибки. Вы, люди, очень часто доверяете именно своим, людям. Думаете, что среди нас, нелюдей, вы должны держаться вместе. Вот только тут люди… – она на какое-то время задумалась, подбирая слова. – Понимаешь, они потеряли часть себя. Очень важную часть. Кто-то озлобился, кто-то принял решение приспосабливаться и выслуживаться. Вторые гораздо опаснее. Они вынюхивают, подслушивают, пытаются стать друзьями для новеньких, если это люди. И любые секреты, что им удается узнать, они тут же доносят начальству. Выслуживаются, в надежде на то, что им снимут блокировку, надев ограничивающий браслет.

Маша начала понимать, о чём её пытались предостеречь соседки. Подругами они пока не стали, но первый шаг в сторону дружбы сделали именно они.

***

Инга краем уха слышала разговор начальства, что Сардал все выходные посвятит разборкам с филиалами, вроде как поедет разбираться на местах. Зная любовь Руфины к шопингу, особенно в отсутствии мужа, она решила воспользоваться моментом и пришла к Микоилу домой для серьёзного разговора. Домработница, открывшая дверь, сказала, что Руфина и Лариса отправились по магазинам. Наивная женщина решила, что девушка пришла к ним. Инга усмехнулась:

– Спасибо, что предупредили, но я не к ним. Позовите Мишу, у нас серьёзный разговор намечается.

– Подождите в гостиной, я позову Микоила, – с достоинством ответила прислуга.

Спустя пару минут появился Микоил. Он был очень недоволен:

– Зачем ты заявилась сюда? – прошипел он, оглядываясь на двери, за которыми скрылась домработница. – Сначала избегаешь меня, а потом приходишь в дом, где живут мои родители и беременная жена. Зачем? Скандала хочешь?

Инга отрицательно покачала головой, любуясь взбешенным мужчиной. В гневе он был просто прекрасен. И ещё более притягателен, чем в спокойном виде.

– Я беременна, от тебя, – спокойно произнесла она.

– Ну так иди на аборт, пока не поздно, – ответил ей Микоил.

– Но я не хочу избавляться от этого ребёнка, – возмущённо закричала Инга.

– Что тут за шум? – в дверях появился Сардал Дурсунович.

Инга сразу подобралась. «Упс, нежданчик, однако!» – промелькнуло в её голове. Она всерьёз опасалась этого мрачного мужчину. И если бы знала, что он окажется дома, то нашла бы способ «случайно» пересечься с его сыном, а не приходить в их дом. Но в данный момент, она поняла, что присутствие хозяина дома – реальный шанс для неё спасти своего нерожденного ребёнка. А потому она храбро посмотрела в глаза мужчины и сказала:

– Я жду ребёнка от Вашего сына. О чём и пришла ему сообщить.

Сардал нахмурился и спросил у сына:

– Ты опять переспал с ней? Это правда? – сын неуверенно кивнул.

– Лариска не подпускает к себе, опасается выкидыша, – ответил он отцу. – Почему я должен терпеть, если есть возможность спустить напряжение с другой?

– А почему ты не предохранялся? – задал отец резонный вопрос. – Мы с тобой, кажется, уже обсуждали тему внебрачных детей.

– Ой, да подумаешь, один раз без защиты, – отмахнулся Миша. – Не предполагал такой удачи, вот и не прихватил с собой ничего. Но я отправил ей курьера с таблеткой. Должна была выпить. Я ж написал в смс…

– Я всякую гадость пить не собираюсь! – вновь возмутилась Инга.

– А к Маше ты тоже отправлял курьера? – вдруг поинтересовался у Миши отец.

– Не понял, а при чём тут Маша? – недоуменно спросил тот, растерявшись.

Инга замялась под гневным взглядом Сардала, Микоил заметил это и тоже уставился на девушку в ожидании объяснений.

– Или ты мне солгала? – голосом Сардала можно было заморозить Красное море.

– Нннет, – чуть не стуча зубами от страха, замотала она головой. – Я правду тогда Вам сказала, Миша переспал с Машей в ночь перед свадьбой…

Сардал перевёл свой требовательный взгляд на сына. Но тот продолжал молчать. Взгляд отца становился всё более давящим, и сын не выдержал:

– А чего она строила из себя недотрогу? – раздражённо огрызнулся он, – Я и так столько времени ждал. А она всё время твердила, что только после свадьбы. Это с её подачи мне пришлось соврать матери, что мы уже спим вместе. Иначе мама приходила бы к нам каждый день со своими советами.

– И ты решил изнасиловать беспомощную девушку, считавшуюся твоей невестой? – тихо прорычал Сардал Дурсунович с презрением в голосе, не глядя на сына. Он до последнего не хотел верить словам Инги. – Теперь я верю Максу, что с Ларисой ты поступил так же.

– Да ты что, отец!?! – всполошился Миша. – Я знал, что с Ларисой мы всё равно поженимся. Против воли родителей не пошёл бы. Развёлся бы с Машей через год после свадьбы и женился на Ларисе. Я ж не знал, что она так отреагирует на наш временный разрыв…

Сардал посмотрел на сына с недоумением. О чём он говорит? Он же утверждал, что без Маши жить не сможет, плешь проел своей любовью. Даже отца убедил. А сам, выходит, планировал «пробный брак» с разводом через год.

– А чего ж ты молчал о своих планах? – спросил он сына. – Зачем всё это?

– Лариса совсем с катушек съезжать стала, вот я и решил, изменить все свои планы в последний момент. Предупредил отца Ларисы, сказал тебе. УВ конце концов, я ведь отменил свою свадьбу с Машей и забрал документы из ЗАГСа, мать должна была предупредить всех гостей о смене места торжества. Дату мы решили не менять.

– А Маша?.. – тихо спросила Инга.

– А что Маша?! Не оставлять же её нетронутой, когда столько времени жили бок о бок… – Микоил посмотрел на отца, в надежде на его понимание. – Вот и попросил её, – он кивнул в сторону Инги, – она и подсыпала в конце веречинки в бокал Маши препарат…

Чем больше Микоил рассказывал, тем мрачнее становился его отец. Под конец Миша совсем сник и замолчал.

– Ну что же ты замолчал, сынок? – излишне ласково спросил у него отец. – Продолжай, чем всё закончилось?

Но Миша только отрицательно замотал головой. Он понял, что и так излишне много откровений выдал.

– Молчишь? Ну что ж, тут есть кому продолжить рассказ, – Сардал Дурсунович повернулся к Инге, – не так ли?

Та не стала запираться:

– Я уже говорила Вам, что мне с первого курса нравился Ваш сын, – смело начала она. – Он сказал, что если я помогу ему с Машей, то после их свадьбы он сделает меня своей постоянной любовницей. И в награду пришёл ко мне сразу после Маши. К тому же он не утолил свою страсть с моей подругой. Утром я проснулась одна. А потом мы узнали, что свадьбы не будет.

– У той ночи последствий не было, – устало выдохнул Сардал Дурсунович. – Откуда теперь?…

Он не стал продолжать, лишь кинул взгляд на листок с результатами УЗИ в руках у девушки. Инга смутилась и покраснела.

– А это мы случайно столкнулись с Микоилом в офисе и провели «переговоры». Кстати, обещания звучали те же. Я согласна быть его любовницей, но от ребёнка избавляться не стану.

– Выпила бы «успокоительное», что привёз курьер, и ничего бы не было, – тихо пробормотал Микоил.

– Когда пришёл курьер, я выкинула таблетку. Мне успокоительное ни к чему.

– Вот дура, – прошипел Микоил, глядя ей в глаза. – Это для меня успокоительное, что ты не «залетишь», идиотка!

Его голос становился всё громче и громче. Глаза полыхали еле сдерживаемой яростью:

– Я всегда даю своим девицам таблетку «успокоительного», чтобы не приставали потом ко мне с такими вот претензиями. Да у меня в тумбочке полно этих таблеток!

Увидев вопрос в глазах отца, пояснил:

– Отец, ну не думал же ты, что я все эти годы живу монахом? Все молоденькие горничные в нашем доме прошли через мою постель. И ни одна не устроила скандала, потому что пила моё «успокоительное». Правда, поняв, что продолжения не будет, они вскоре увольнялись. Мало кто продолжал работать.

– Идиот! – вынес свой вердикт отец. – Ты будешь жить под присмотром охраны в одной из корпоративных квартир, пока не родишь, – сказал он Инге. – Я лично буду следить за ходом твоей беременности. А ты, – он повернулся к сыну, – идёшь к жене и окружаешь её любовью и заботой. Чтобы она не потеряла ребёнка на нервной почве. Понял?! И никаких любовниц на это время!!!

Микоил никогда не видел отца в таком гневе. Он быстро выскочил в коридор и наткнулся на Ларису.

– Давно вернулись? – спросил он у жены, прикидывая, как много она слышала.

– Я только приехала, устала шопиться, а Руфина решила ещё походить по магазинам. А у вас тут что за шум?

– Да так, рабочие моменты выясняли. Отец не в духе. А ты может быть голодная? За двоих ведь питаться нужно. Пойдём, я тебя покормлю, – и он ласково подхватил жену под локоток и повёл в столовую.

Мимо них стремительно пробежал в гостиную шофёр, почти сразу же выйдя обратно в компании Инги. На изумлённый взгляд жены, Микоил поспешно сказал:

– Я же говорил, рабочие моменты. Не переживай, отец всё разрулит, нам волноваться не о чем.

Лариса сделала вид, что поверила, а сама всё крутила в голове мысль, что Миша не пропустил мимо себя ни одной горничной. То-то в доме вся прислуга женского пола прилично в возрасте. Вроде бы можно не волноваться по этому поводу. Но если что, в его тумбочке большой запас успокоительного.

Глава 13

Инга сильно нервничала, травяной чай с успокоительным сбором не помогал от слова совсем. И надо же было так вляпаться! Сидит теперь под охраной круглосуточно. Везде сопровождают – и к врачу, и на прогулках. Про салон красоты пришлось забыть, в целях безопасности мастера приезжают на дом. Тоже проверенные службой безопасности холдинга и по рекомендации Руфины Малхазовны. Почему-то она категорически против любых медикаментов. Всё лечит только травами и мазями.

И поговорить даже не с кем. На работу не пускают, сидит в четырёх стенах, из развлечений – телевизор и плеер. Правда, один из охранников поделился радиоприёмником, чтобы слушала разную музыку. И тут рука Руфины чувствуется. Боится, что она свяжется с кем-нибудь и сбежит. И рада бы, но куда? Единственная подруга, что не раздумывая бросилась бы на помощь. Когда дело касалось не её лично, а друзей, Маша становилась отважным львом, сражающимся со всеми без тени страха. И куда всё пропадало, стоило только ей самой оказаться в нелёгкой ситуации? Тут уже Инга спешила на помощь подруге.

– Возьмите, – протянул трубку телефона одинн из охранников. – Хозяин хочет с Вами поговорить.

– Алло, – с опаской произнесла девушка в трубку.

– Инга, – послышался голос Сардала Дурсуновича. – Я договорился в клинике, они возьмут пробы для анализа ДНК. Хочу быть уверен, что это ребёнок Микоила. Не то чтобы я не доверял тебе, но так нам всем будет спокойнее. Ясно?

– Как скажете, Сардал Дурсунович, – спокойно ответила Инга. – Мне скрывать нечего. Отец моего ребёнка – Ваш сын и никто другой.

– Утром будь готова, охрана предупредит о выезде.

«Как всегда осторожничает при телефонных разговорах», – отметила Инга. Охранник забрал телефон, выслушал инструкции и скрылся за дверью. Девушка вновь осталась наедине с собой и своими мыслями.

Узнав, что семья Микоила не имеет никакого отношения к пропаже Марии, она попыталась найти её сама. Первым делом отправилась по адресу фирмы, куда они ходили вдвоём. Но там ей сказали, что Маша не отвечала на звонки, и её убрали из списков претенденток на должность. Кстати, толпа девиц модельной внешности меньше не стала. Всё так же ходили модницы на высоком каблуке, юбка в районе пояса и декольте до пупка, а на лице печать отсутствия интеллекта. «Клонируют они их тут, что ли», – подумала Инга тогда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.