RemVoVo
Эфириумные Хроники

Глава 1: Пыль Эридана

Пыль. Она везде. Впитывается в потную кожу, скрипит на зубах, тонкой серой пеленой ложится на всё вокруг. Эридан-7. Аграрная колония на задворках Галактического Конкордата. Не планета – задний двор Вселенной. Кайл Реннер плевался, пытаясь выплюнуть навязчивый привкус грунта, и с силой вдавил рукоять культиватора в упрямую, сухую землю. Гул старого мотора сливался с монотонным жужжанием кузнечиков размером с его кулак – единственных, кому эта богом забытая пустошь нравилась.

«Еще три гектара, Кайл. Солнце садится», – донесся сквозь шум голос отца, Тобиаса. Он стоял на краю поля, опираясь на свой культиватор, лицо под широкополой шляпой было неразличимо, но осанка кричала об усталости. Вечная усталость. Усталость от пыли, от долгов перед Конкордатом, от этой бесконечной борьбы за скудный урожай.

«Знаю, отец», – буркнул Кайл, не отрываясь от работы. Его руки, покрытые мозолями и царапинами, уже давно перестали болеть. Они просто были. Как и это поле. Как и вся его жизнь. Ему было двадцать, а чувствовал он себя стариком, закопанным по шею в эриданскую глину.

Взгляд его невольно устремился вверх, к небу. Оно здесь было особенным – огромным, бездонным куполом, окрашенным в багрянец заката. Скоро загорятся первые звезды. Миллиарды огоньков, миллиарды миров. Миллиарды историй, которые разворачивались где-то там, далеко от этой пыльной мышеловки. Кайл ловил редкие сигналы на свой старый ком-палм – обрывки новостей Конкордата, рекламу космолиний, даже иногда пиратские передачи с Внешнего Кольца. Они были его окном в другую жизнь. Жизнь, где были звездолеты, битвы, открытия. Где что-то происходило.

Он мечтал о полетах. С детства. Когда «Звездный Курьер» Конкордата раз в квартал приземлялся на посадочной площадке колонии, Кайл был первым, кто прибегал к ограде. Он жадно впитывал вид блестящего корпуса, гул его двигателей, даже запах выхлопов – запах космоса. Он знал наизусть названия всех основных моделей грузовых и пассажирских судов, мог часами чертить их схемы на пыльной земле. Отец называл это «пустой блажью». «Земля кормит, сынок. Космос – для богатых или для дураков». Мать, Марла, просто грустно улыбалась, гладя его по взъерошенным темным волосам: «Помечтай, Кайл. Мечтать не вредно».

Но вредно. Потому что от мечты о звездах еще больнее ощущать пыль Эридана на губах.

«Реннер!» – окликнул его грубый голос. К ограде поля подкатил пыльный вездеход. За рулем – Элиан Гросс, сын главы колониального совета. Элиан, которому было все равно на урожай, который проводил дни, чиня свой старенький, но собственный скутер и щеголяя в чистой, немыльной одежде. «Слышал, «Курьер» сегодня вечером улетает. Небось, опять побежишь провожать, астронавт?» – усмехнулся Элиан, поглаживая руль.

Кайл промолчал, лишь сильнее сжал рукоятки культиватора. Ненавидел он эту сытую самодовольную ухмылку.

«Ага, беги, беги, – продолжал Элиан. – Может, тебя возьмут юнгой? Хотя… с твоими-то руками, только палубу мыть». Он фыркнул и тронул с места, поднимая облако пыли, которое накрыло Кайла с головой.

Кайл закашлялся, стиснув зубы. Злость, горькая и знакомая, подкатила к горлу. Он посмотрел на свои руки – грубые, в трещинах и земле. Руки фермера. Навсегда. Мысль ударила с новой силой. Он швырнул культиватор на землю.

«Кайл!» – резко окликнул отец. – «Работа не ждет!»

«Я… я должен проверить гидропонные грядки!» – выпалил Кайл, не глядя на отца. Он не солгал. Проверить надо было. Но не сейчас. Сейчас ему нужно было к посадочной площадке. Хотя бы издали увидеть, как «Курьер» уходит в небо.

Тобиас вздохнул, слишком глубокий вздох усталого человека. «Иди. Но к ужину вернись. И без опозданий».

Кайл не заставил себя ждать. Он сорвался с места и побежал прочь от поля, прочь от пыли, прочь от своего предопределенного будучения. К звездам. Хотя бы к их отражению в металле звездолета.

Площадка находилась на окраине колонии, за кольцом низких, приземистых домов из местного камня. «Звездный Курьер» – не самый новый, но все еще внушительный транспортник класса «Буксир» – уже стоял на стартовом круге, окруженный редкими огнями. Техники Конкордата в серых комбинезонах суетились вокруг, проверяя системы. Из открытого грузового люка выгружали стандартные контейнеры с оборудованием – удобрения, запчасти для сельхозмашин, дешевые ткани. Все, чем Конкордат «благодетельствовал» свою глухую колонию.

Кайл спрятался за углом старого склада, в тени. Сердце бешено колотилось – от бега и от волнения. Он вдыхал запах раскаленного металла и реактивного топлива – это был его запах, запах свободы. Он следил за каждым движением техников, представляя себя на их месте. Вот он проверяет стыковочные узлы, вот загружает данные в навигатор, вот подает команды на запуск двигателей… Мечта была настолько яркой, что он почти физически чувствовал вибрацию палубы под ногами, слышал гул силовых установок.

Внезапно его внимание привлекло что-то необычное. Над грузовой палубой работал дрон – небольшой, юркий, но не похожий на стандартные погрузочные дроны Конкордата. Его корпус был угловатым, темным, почти не отражающим свет. Кайл нахмурился. Он знал все модели дронов, которые использовались на «Курьерах». Этого он не видел никогда. Дрон не грузил и не разгружал. Он методично сканировал контейнеры, двигаясь вдоль ряда, словно что-то искал. Луч его сенсора был узким, интенсивным, не похожим на обычные сканеры инвентаризации.

Чувство тревоги, легкое, как дуновение ветра, скользнуло по спине Кайла. Что-то было не так. Он прижался к прохладной стене склада, стараясь разглядеть детали. Дрон завершил сканирование одного ряда и перелетел к следующему. Его движения были слишком… целенаправленными. Хищными.

Внезапно дрон резко взмыл вверх и скрылся в открытом грузовом люке «Курьера». Через мгновение люк с грохотом закрылся. Кайл почувствовал облегчение, но странное беспокойство не уходило. Может, это просто новая модель? Или спецзадание? Но почему тогда техники не обратили на него внимания?

Он отогнал дурные мысли. Нечего выдумывать. Вот оно – главное событие. Послышался нарастающий гул. Замигали огни по периметру корабля. Стартовые двигатели «Курьера» ожили, поднимая вихри пыли. Кайл зажмурился от восторга. Вот оно! Сейчас он оторвется от земли, устремится вверх, пронзит багряное небо…

Корабль плавно поднялся на несколько метров, развернулся носом к звездам, набирающим силу в темнеющем небе, и… резко рванул вверх. Огненный шлейф ревущих двигателей на миг осветил всю округу, ослепил Кайла. Он вскинул руку, заслоняясь, но не отводил взгляда, пока яркая точка не превратилась в крошечную искорку, а затем и вовсе растворилась среди первых звезд.

Он стоял, задрав голову, долго после того, как гул стих. Пустота. Глубокая, всепоглощающая. Звезды казались насмешливо далекими. Пыль, поднятая кораблем, медленно оседала обратно на землю, на его волосы, на плечи. Запах гари вытеснил сладковатый аромат топлива. Реальность вернулась, тяжелая и неумолимая. Гидропонные грядки. Отец. Ужин. Завтра – снова поле.

Он медленно повернулся и побрел обратно к колонии, руки глубоко в карманах потрепанных брюк. Тень склада удлинялась, сливаясь с надвигающимися сумерками. Колония зажигала редкие огни – тусклые, желтые, призрачные в опускающейся темноте. Где-то кричал ребенок, лай собаки казался неестественно громким в вечерней тишине. Кайл шел, почти не видя дороги, погруженный в привычную тоску. Он даже не заметил, как миновал свой дом – низкое каменное строение с теплым светом в окне кухни – и вышел на пустырь за колонией, к старому, полуразрушенному ангару. Это было его тайное место. Его «космопорт».

Ангар построили еще первые колонисты, надеясь на развитие. Но развитие обошло Эридан-7 стороной. Теперь это был скелет из ржавых ферм, заваленный хламом и заросший колючим кустарником. И в самом углу, под проржавевшим брезентом, стоял его «звездолет». Старый спасательный шаттл «Жук», отслуживший свое на каком-то давно порезанном на металлолом грузовике. Отец выменял его лет десять назад за мешок эриданских клубней – «на запчасти». Но запчасти так и не понадобились. Шаттл стал убежищем Кайла. Он знал здесь каждый винтик, каждый сантиметр обшивки. Он чистил его, латал дыры в корпусе жестью, мыл иллюминаторы. Здесь, в кресле пилота с потрескавшейся обивкой, он мог вообразить себя кем угодно – контрабандистом, исследователем, боевым пилотом.

Кайл откинул брезент, впуская внутрь последние лучи заката, и забрался в кабину. Запах пыли, масла и старой пластмассы – его запах. Он опустился в кресло, взял в руки воображаемый штурвал. Закрыл глаза.

*Визг сирен боевой тревоги! Корабль трясет от близких разрывов! «Стрела-7», выходите на связь! Вас зажимают два «Скитальца»!*

«Вижу их!» – кричит он в воображаемый ком. – «Беру на себя!» Его пальцы лихорадочно мечутся по панели управления. Он давит на педаль, «Жук» (в его воображении – юркий истребитель «Фантом») виражит с невероятной перегрузкой, уходя из прицела. За спиной рвутся снаряды. Надо помочь напарнику! «Стрела-7», держись! Я их отвлеку! Он бросает корабль в крутое пике, потом резко вверх, заходя врагам в хвост. Прицел ловит цель… Огонь! Один «Скиталец» вспыхивает ярким шаром. Второй пытается уйти… Не уйдешь! Еще очередь! Еще один! Молодец, новичок! – звучит в наушниках голос командира. – Возвращаемся на базу…

Фантазия была яркой, почти осязаемой. Адреналин бил в виски. Но когда он открыл глаза, его встретили лишь потрескавшаяся панель прибора «Жука», пыльные тумблеры и черная дыра вместо экрана навигатора. Реальность. Всегда одна и та же.

Он стукнул кулаком по штурвалу. Глухо, бессмысленно. Злость вернулась, острей прежней. Почему? Почему он здесь? В этой пыли? Среди людей, которые видят только следующую борозду? Когда там, вверху…

Внезапно его мысли прервало странное ощущение. Не звук. Не свет. Ощущение. Как будто по коже пробежали мурашки, но не от холода. От… напряжения? Предчувствия? Он непроизвольно взглянул в узкий иллюминатор шаттла. Небо почти полностью потемнело. Звезды горели холодным, ярким светом. Ничего необычного.

Но ощущение не проходило. Становилось сильнее. Давящим. Кайл почувствовал легкую тошноту, головокружение. Что это? От голода? От усталости? Он потянулся к ручке «штурвала», чтобы опереться, и… его пальцы сами собой легли на рычаг управления реактивными двигателями. Совершенно автоматически. Как будто кто-то подсказывал изнутри: Дерни. Сейчас.

Он моргнул, ошеломленный. Что за бред? Двигатели «Жука» были мертвы уже лет пять. Он отдернул руку, как от огня. Сердце колотилось как бешеное. Что с ним?

И в этот миг мир взорвался.

Сначала – ослепительная вспышка где-то в центре колонии. Бело-голубая, режущая глаза даже сквозь иллюминатор шаттла. Кайл вскрикнул, инстинктивно пригнулся. Через долю секунды грохот ударил по ангару, заставив затрещать старые фермы и посыпаться с потолка ржавую пыль. Земля содрогнулась под ногами.

Кайл выскочил из шаттла, спотыкаясь, выбежал из ангара. То, что он увидел, вогнало ледяной клин в сердце.

Над колонией, там, где минуту назад мирно светились окна домов, бушевал ад. Огромный столб огня и дыма бил в небо с места, где стояла водонапорная башня. Вокруг – хаос. Горели дома. Рушились стены. Крики. Нечеловеческие крики боли и ужаса.

И в небе – они.

Три корабля. Ничего общего с «Курьером» или любым судном Конкордата, которое видел Кайл. Они были среднего размера, но казались огромными в ночном небе над маленькой колонией. Угловатые, черные, как ночь, с острыми, словно клыки, выступами корпуса. Они не светились, лишь поглощали свет звезд и пожаров, двигаясь с неестественной, жуткой тишиной. Ни гула двигателей, ни рева. Только свист рассекаемого воздуха. Как тени. Зловещие, неотвратимые тени.

Один из кораблей завис над горящей колонией. На его брюхе открылись люки. Кайл замер, не в силах пошевелиться, не в силах отвести глаз. Из люков высыпали фигуры. Не люди. Роботы? Фигуры в обтекаемых черных доспехах, полностью скрывающих лица. Они спускались на реактивных ранцах, плавно, как демоны с небес. Их движения были резкими, точными, лишенными малейшего колебания. В руках – оружие, не похожее на стандартные бластеры Конкордата. Что-то более… хищное.

Теневые Стражи. Слова всплыли в его сознании сами собой, откуда-то из глубин паники. Он слышал это название в пиратских передачах. Миф. Страшилка для Внешнего Кольца. Призраки на службе у какой-то тайной силы. Они не могут быть здесь! На Эридане-7! Зачем?!

Ответ пришел мгновенно. Стражи приземлились и открыли огонь. Не по вооруженным силам. Их тут не было. По всему, что двигалось. По людям, выбегавшим из горящих домов. По женщинам, тащившим детей. По старикам. Лучи их оружия резали темноту ярко-красными полосами, не оставляя шансов. Крики на мгновение усиливались, затем обрывались. Навсегда.

«Нет…» – прошептал Кайл, не веря своим глазам. Это был сон. Кошмар. Должен быть! Но запах гари и крови (да, он почуял этот медный, тошнотворный запах даже отсюда) был слишком реален. Холод пронизал его до костей. Дом. Родители.

Он рванул с места. Не думая. Не чувствуя ног под собой. Бежал по пыльной дороге к колонии, к тому месту, где всего час назад светилось окно их кухни. Его охватила дикая, первобытная паника. Ноги подкашивались, дыхание сбилось, в ушах стоял звон – смесь отдаленных взрывов, выстрелов и собственного бешеного сердца.

Он вбежал в поселок. Картина была хуже ада. Улицы превратились в руины. Дома горели факелами. Повсюду валялись обломки, исковерканные сельхозмашины. И тела. Тела соседей, знакомых. Старая миссис Эрли, которая всегда угощала его сладкими кореньями. Дети, с которыми он когда-то бегал по этим улицам. Теперь они лежали неподвижно, странно скрюченные, в лужах чего-то темного, что блестело в свете пожаров.

Кайла рвало. Он спотыкался, падал, вставал и бежал дальше, к своему дому. Его дом. Он еще стоял. Но… крыша была пробита, из окна валил черный дым.

«Мама! Папа!» – закричал он, врываясь внутрь. Дым щипал глаза, слезы текли ручьями. «МАМА! ПАПА! ОТЗОВИТЕСЬ!»

Гостиная была разрушена. Мебель – разбита. Стол перевернут. На стене – огромная черная отметина от взрыва или выстрела. Никого.

«Кухня!» – мелькнула мысль. Они могли быть на кухне! Он бросился в дверной проем, заваленный обломками штукатурки.

Кухня… или то, что от нее осталось. Внешняя стена была почти полностью вырвана. Сквозь дыру было видно пылающую улицу. Пол усеян осколками стекла, посуды. И… он увидел их.

Отец. Тобиас. Он лежал ничком у печи. Его широкая спина была обуглена, комбинезон тлел. Он не двигался.

Рядом… мать. Марла. Она сидела, прислонившись к разбитому шкафу. Глаза широко открыты, смотрят в пустоту. На груди – страшное, черное пятно. Ее руки были протянуты вперед, как будто она пыталась что-то защитить. Или кого-то подтолкнуть.

Кайл замер на пороге. Весь мир сузился до этой картины. Звуки боя, крики, грохот – все отступило, заглушеное оглушительным звоном в ушах. Он не мог дышать. Не мог пошевелиться. Просто смотрел. Смотрел на пустые глаза матери. На обугленную спину отца. На их кровь, смешивающуюся с пылью Эридана на полу.

Что-то внутри него разорвалось. Горячая волна поднялась из живота, сдавила горло, вырвалась наружу немым криком ярости, боли и полного, абсолютного отчаяния. Он рухнул на колени, судорожно хватая ртом едкий дым. Слезы жгли щеки. Он хотел кричать, но мог только хрипеть, бить кулаками по полу, покрытому осколками. Они ушли. Оставили его одного. В этом аду. За что?! ЗА ЧТО?!

Грохот взрыва совсем рядом встряхнул дом. С потолка посыпалась штукатурка. Инстинкт самосохранения, заглушеный шоком, на миг пробился сквозь боль. Уходить. Сейчас. Мысль была холодной и четкой.

Он поднял голову. Его взгляд упал на протянутые руки матери. Она словно указывала… на дверь в подвал. Старый, почти не использовавшийся погреб.

Словно в тумане, Кайл подполз к ней. Дрожащей рукой дотронулся до ее холодной щеки. «Прости…» – прошептал он, голос сорвался. Потом, превозмогая дрожь во всем теле, он выполз из кухни, спотыкаясь, к люку в полу. Старая деревянная дверь была приоткрыта. Он рванул ее на себя, почти срывая с петель, и скатился по крутым ступенькам вниз, в темноту и сырость.

Подвал. Хранилище старого хлама, банок с консервами, которые мама делала «на черный день». Черный день настал. Кайл, задыхаясь, прислонился к холодной каменной стене. Сверху доносился грохот, вибрация. Они здесь. Теневые Стражи. Ищут. Кого? Зачем?

Его рука нащупала в темноте знакомый предмет – старый, но мощный карманный фонарь отца. Кайл щелкнул выключателем. Луч света, дрожащий в его трясущейся руке, выхватил из мрака груду ящиков, паутину… и его. «Жук».

Старый спасательный шаттл был слишком велик для ангара? Нет. Отец когда-то притащил его сюда, чтобы разобрать на части. Но так и не разобрал. Он стоял здесь, в дальнем углу подвала, покрытый толстым слоем пыли и паутины, словно гигантский доисторический жук. Полумертвый. Но… целый. В отличие от всего остального наверху.

Мысль ударила, как молния. Улететь. Спастись. На этом ржавом «Жуке». Это было безумием. Шансов – ноль. Но шансов остаться – еще меньше. Они убьют его. Как всех.

Сверху послышались шаги. Тяжелые, мерные, металлические. Не человеческие. Шаги Стража. Он был в доме. Искал.

Адреналин хлынул в кровь, прошибая оцепенение. Кайл метнулся к шаттлу. Дверь в кабину была заклинена? Нет! Он дернул ручку – скрип, протест ржавых петель, но дверь поддалась! Он втиснулся внутрь, захлопнул ее за собой. Темнота. Запах старого железа и пыли. Панель приборов – мертвая.

Шаги наверху. Громче. Ближе. Они спускались по лестнице в подвал! Металлический скрежет.

Запусти его. СЕЙЧАС. Голос в голове. Не его. Чужой. Настойчивый. Повелительный. Тот же голос, что подсказал про рычаг двигателей в ангаре.

Кайл не думал. Он действовал. Его руки, дрожащие минуту назад, двигались с невероятной скоростью и точностью. Он знал этот шаттл как свои пять пальцев. Аварийный аккумулятор! Где? Под панелью! Он сорвал крышку, нащупал массивный тумблер. Включил. Глухой щелчок. Ничего. Темнота. Мертво.

Шаги у двери подвала. Луч фонаря? Нет. Что-то красное, сканирующее, проникло сквозь щели в дверце.

Основная батарея. Изолирована. Перемычка. Синий и красный провод. Соедини. Голос.

Кайл рванул панель управления на себя. Паутина, пыль. Вот они! Толстые провода в изоляции. Синий. Красный. Он схватил их голыми руками, сорвал изоляцию с концов, с силой скрутил оголенные жилы вместе.

Искры! Ток ударил по пальцам, больно! Но внутри шаттла чтото ожило. Замигали тусклые лампочки на панели. Зажужжали вентиляторы. Экран навигатора вспыхнул серым светом! ЖИВОЙ!

Дверь подвала с грохотом вырвало с петель. В проеме, окутанный дымом и тенями, встала фигура. Черный доспех. Безликий шлем. Красный глаз сенсора уставился прямо на иллюминатор шаттла. Оружие поднято.

Двигатели! Рычаг запуска! Полный вперед! В ПРОРЫВ! – завопил голос в голове Кайла, сливаясь с его собственным криком ужаса.

Кайл вцепился в рычаг запуска маршевых двигателей и рванул его на себя. Изо всех сил.

Ничего. Тишина. Только жалобный писк систем.

Страж поднял руку. Ствол оружия нацелился прямо на кабину.

ЗАВЕДИСЬ! – мысленно взревел Кайл, вкладывая в рычаг всю свою ярость, весь страх, всю безысходную боль. ЗАВЕДИСЬ, ТВАРЬ!

И «Жук» заревел.

Не плавный гул, а дикий, ревущий, протестующий вопль старых, полумертвых двигателей. Весь шаттл затрясся, как в лихорадке. Пламя и черный дым хлынули из сопел. Страж в дверях отшатнулся от неожиданности.

Кайл не видел ничего, кроме красного глаза сенсора, смотрящего на него. Он вдавил рычаг управления тягой до упора. Двигатели взвыли на максимум. «Жук» рванул с места. Вперед. К стене подвала.

«НЕТ!» – успел подумать Кайл, поняв, что не может управлять, не может повернуть в узком пространстве.

Но шаттл повернул. Сам. Резко, почти на месте. Как будто невидимая рука схватила его и развернула носом к пролому в стене дома, который сделал взрыв. Туда, где была кухня. Туда, где лежали…

«Жук» выстрелил вперед, как пуля из пращи. Он пронесся сквозь пролом, снес остатки стены, вырвался на пылающую улицу, едва не задев черную фигуру Стража. Перегрузка вдавила Кайла в кресло. Он видел мелькающие огни пожаров, руины, фигуры Стражей, оборачивающиеся на рев. Видел, как один из черных кораблей разворачивается в их сторону.

Он не управлял. Его руки судорожно сжимали штурвал, но шаттл летел сам. Резко вверх. В черное, задымленное небо. Лучи оружия Стражей и корабля прошили воздух рядом, ослепляя. «Жук» кувыркался, вилял, но продолжал нестись вверх, в прореху между двумя атакующими кораблями.

Кайл видел в иллюминатор, как Эридан-7 – его мир, его пыльная тюрьма, его дом – стремительно уменьшается. Видны были только пожары, сливающиеся в одно огромное багровое пятно на лике планеты. Пятно, в котором сгорело все, что он знал и любил.

Потом – удар. Что-то попало в корпус. Шаттл тряхнуло, затрещало. Предупредительные сирены взвыли в кабине. Замигали красные лампы. Воздух с шипением стал уходить через пробоину где-то сзади.

Но они были уже высоко. В космосе. Черный шаттл попытался развернуться, чтобы дать очередь, но «Жук», все еще не управляемый Кайлом, рванул в сторону, в открытое пространство. Потом – резкий рывок. И… прыжок в гиперпространство? Нет. Старые двигатели не могли. Просто дикий, неконтролируемый разгон на маршевых. Шаттл несся в черную бездну, оставляя позади пылающий шар Эридана-7 и три черные тени, которые не стали преследовать один старый спасательный челнок.

Рев двигателей стих, перейдя в ровный, напряженный гул. Красные лампы продолжали мигать. Кайл сидел в кресле пилота, не двигаясь. Его руки мертвой хваткой впились в ручки штурвала. Он смотрел в иллюминатор. На бесконечную черноту космоса, усеянную холодными, безразличными звездами. Вон там – багровое пятно. Его дом. Его жизнь. Его мертвые родители.

Он был свободен. Он был в космосе. Его мечта сбылась.

Слезы текли по его грязному, покрытому копотью и кровью лицу, но он их не чувствовал. Чувствовал только ледяную пустоту внутри. И тот голос в голове, который теперь замолк, оставив после себя только жуткое, необъяснимое знание: это не конец. Это только начало. И он был абсолютно один.

Эридан-7 позади перестал быть планетой. Он стал погребальным костром, крошечной красной точкой, растворяющейся в бездне. А впереди была только неизвестность.

Глава 2: Бегство в неизвестность

Тишина.

Не та тишина, что царит на опустевшем поле перед рассветом, когда даже ветер замирает, будто затаив дыхание. Нет. Это была космическая тишина – густая, всепоглощающая, давящая. Ее не нарушали ни крики птиц, ни шелест травы, ни голоса людей. Только мертвый гул двигателей «Жука», работающих на пределе, да редкие потрескивания корпуса, будто старый шаттл вот-вот развалится на части.

Кайл не мог пошевелиться. Его пальцы впились в штурвал так, что суставы побелели, а ладони покрылись липким потом. Он смотрел в иллюминатор, но не видел ничего, кроме черноты, усеянной холодными точками звезд. Где-то там, позади, остался Эридан-7. Горящий. Мертвый.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.