Артём Швецов
Лесные игры: Слеза Скорби

Автор: Артём Швецов

Иллюстратор: Лали Цариашвили

Лесные игры:

Слеза Скорби

Глава 1: Окольцованный

Полночь. На улице одиноко лают собаки. Множество небесных светил мерцают на тёмном небе. Лёгкий ветерок колышет ветви деревьев, которые, как живые, лениво машут в окно. Ване не спалось в эту ночь. Умиротворяющие звуки и пейзажи за окном, которые призваны расслаблять людей и погружать их в сонное царство, наоборот, своей сказочной красотой не давали уснуть. Можно было бы смотреть в окно до самого рассвета и наслаждаться этой красотой, если бы не белая, размером с человека, фигура с большими кроличьими ушами, стоявшая на другом конце улицы. Одетый в нарядный синий пиджак с голубой бабочкой у шеи, он жестом звал мальчика за собой. Юный мечтатель смотрел ему в большие голубые глаза. Мальчик имел много вопросов, на которые он судорожно искал ответы. От холодного города его выворачивало. Появился шанс стать главным героем сказки, где раскрываются все загадки и можно найти сказочных существ, о которых он вычитал из одной книжки. Ваня надел уличные шорты, кроссовки и вышел на улицу. Он побежал за сказочным зверьком и уже через пару мгновений оказался на другом конце улицы. Иван услышал, как кролик где-то вдалеке быстро и игриво топает лапкой, зовя мальчика играть. Ваня ринулся со всех ног, пытаясь нагнать шум, который от него отдалялся. Двухэтажные старые дома сменялись один за другим. Со временем каменные массивные здания трансформировались в хрупкие деревянные хижины, но и они в скором времени ушли из поля зрения. Вместо ветхих построек начали вырастать на глазах могучие, зелёные деревья, и чем дольше Ваня бежал, тем больше их становилось, пока он и вовсе не укрылся в лесной чаще. Его не волновал тот факт, что он уже был не в городе, а в дикой и неизведанной местности. Он видел только светлую фигуру, слышал весёлый смех. Иван почти догнал кролика и уже хотел в прыжке схватить его и допросить, но, споткнувшись об корягу, упал. Поднявшись, юный искатель приключений начал всматриваться в темноту. Пусто. Никого. Тишина. Только зелень, которая в темноте выглядела жутко. Он бродил по лесу. Ничего не менялось. Все те же деревья и кусты. Тогда Ваня понял, что заблудился. Из глубин тёмного и непроглядного леса послышался голос. Он был хриплым, потусторонним, жутким. Кто-то начал свою считалочку:

«Раз – в лесу загорелся Алый Алмаз.

Два – наступила власть Тёмного Короля.

Три – он идёт за тобой, в окно посмотри.

Четыре – тебе не спрятаться в своей квартире.

Пять – уже поздно что-то менять. Мы идём с тобой играть»

Началась паника. Чувство эйфории и безмятежности сменили ужас и страх. Адреналин бушевал в крови. Вместо ожидаемой сказки Ваня попал в царство кошмаров. Мальчик побежал от мерзкого голоса, куда глаза глядят, главное подальше от источника звука. Ему уже было всё равно на ответы, которые он так долго искал. Теперь главное – остаться в живых. Поднялся сильный ветер. Ветки деревьев били в лицо, хватали деревянными, засохшими лапами. Сзади доносилось зловещее рычание, которое приближалось с чудовищной скоростью. Ваня ускорился. Сердце билось, как бешеное, давая энергию для побега. Наконец Иван увидел выход из жуткого леса. Его ноги сразу направились туда. Погоня всё ещё продолжалась. Ужасный зверь начал догонять его. Ваня уже слышал его дыхание за спиной. В последний момент Иван одним огромным рывком выпрыгнул из дикого лесного царства обратно в цивилизованный мир. Ветер стих. Преследовавшее его чудище отстало, а на небе ещё сильнее засверкали звёзды. В лесу неведомая тварь жалобно завыла от горя. Мальчик подумал, что это то самое существо горевало об упущенном ужине. Иван начал бежать медленней. Может, потому что уже выдохся, или потому что погоня прекратилась, а, может, и всё сразу. Он даже оглянулся назад. Увидев, что страшный лес позади, мальчик перешёл с бега на ходьбу и успокоился.

– Больше из дома ни ногой, – заикаясь пробормотал чудом выживший мальчик.

Ваня уже приближался к первым домам, как вдруг он почувствовал, что не может сделать шаг. Иван посмотрел на ногу и ужаснулся. Корни, которые торчали из земли, схватили его. Они начали расползаться по телу, не давая возможности вырваться. Лесные щупальца потащили мальчика обратно в тёмную и непроглядную чащу. Через какое-то время раздался душераздирающий крик, разбудив сонных птиц во всей округе, которые, в свою очередь, разбудили Диму. Он вскочил с кровати от карканья ворон, которые летали на улице, оглашая новость на птичьем языке. Но не только это потревожило покой.

«Ну и приснится же. Хорошо, что это всего лишь сон. Не хотелось, чтобы такой ужас был взаправду. Даже смотреть на такое со стороны страшно» – Дима встряхнул головой, выкинув из головы всё лишнее, и, закрыв глаза, лёг спать. Крики птиц и синхронный лай собак начали утихать, пока и вовсе не наступила тишина. После такого сна, как после кофе, хотелось только бодрствовать. В комнате Димы было жарко, хотя окно было открыто нараспашку. Он никогда не любил жару. Дима пролежал так до рассвета, пока не услышал топот в коридоре. Нетрудно догадаться, кто это. Дом просыпался, и его жители готовились к новому дню. Надев очки с прямоугольными линзами, Дима прибрал постель. По-хорошему надо было бы наконец-то убраться в комнате: разобрать коробки, вытереть накопившуюся за долгие месяца пыль да и ненужное выкинуть.

«Потом как-нибудь» – решил ещё раз отложить уборку Дима, осмотрев комнату. Мальчик вышел в коридор, где жизнь во всю бурлила. Первым, кто встретил мальчика, оказался Бим. Своим весом он чуть не сбил хозяина, но до лица языком ему всё-таки удалось достать.

– Я тебя тоже рад видеть, – смеялся Дима, почёсывая Бима за ушком.

– Дима!

Этот полный жизнью и эмоциями голосок поднял настроение юноши на новый уровень. И вот Дима увидел в кухонном проёме детское и радостное личико. Это была Элли – солнце семьи. Её вечно позитивное настроение всегда отпугивало скуку, депрессию и плохое настроение. Элли была очень похожа на маму. Такие же золотистые волосы, большие голубые глаза и миниатюрная фигура. Характер был у неё тоже мамин – мечтательный и добрый, иногда чрезмерно дотошный.

– Все уже собрались за столом! – воскликнула она, и Дима улыбнулся.

Мама стояла у плиты, заканчивая готовку. Дети сели, а Бим ожидал под столом своей порции. К ним присоединился отец, готовый уже идти на работу.

Через какое-то время на столе появилась вкусная манная каша. Она была ещё горячей и, что самое главное, без комочков. Масло вместе с кашей растекались по тарелке, а на десерт стояла миска с фруктами. Дима часто смешивал их вместе с манкой. Видя это, Элли всегда кривила лицо и отворачивалась. Она не понимала, как можно основное блюдо смешивать с десертом. Это же как смешать гречку со сгущёнкой, а это уже надругательство над едой и не уважение к повару. Все уселись за стол. Бим обгладывал вчерашние кости. Все молча наслаждались едой, пока тишину не нарушил мужчина, который постучался в окно. Выглядел он не очень. Растрёпанные волосы, густая борода, красные глаза, бледность и грязная одежда отпугивали своим видом.

– Здравствуйте, соседи, – крикнул он через закрытое окно. – Можете помочь?

– Что вам нужно? – спросил отец детей, Сергей Геннадьевич, как можно вежливей, открывая окно.

– У вас не найдётся корвалола? Ночь была… тяжёлой… и…

– Да, сейчас, – сказала мать детей, Вера Матвеевна и ушла.

Сергей смущённо стоял у окна, не отважившись посмотреть на него или заговорить, поэтому сосед сам начал разговор.

– День сегодня… паскудный. Слишком жаркий… Ещё и значит приходили со своими допросами и обысками сегодня, – мужчина сплюнул и продолжил негодовать. – Этот город – странный, со своими причудами. Здесь такие вещи творятся… – он прервался заметив, что дети внимательно его слушают – Зачем вы только сюда переехали? Как и все остальные, думали, что это сказочный край с загадками и волшебством?

– Дела, – дал короткий ответ Сергей.

– Видимо у вас дела того… совсем всё плохо.

Это было действительно так. Не от хорошей жизни они переехали сюда, в Харвуд. У отца на работе были одни проблемы. Он работал частным психотерапевтом. Там, в большом городе, ему пришлось бросить работу, потому что люди к нему почти не ходили и из-за задержек по выплате за рабочее место. Однажды Сергею позвонил незнакомый мужчина. Он предлагал продать квартиру, бросить работу и переехать в Харвуд, напоминая, что у супруги Сергея есть в городе дом, который перешёл ей по наследству. Сам же незнакомец уверял, что хорошо знал Веру и что в городе абсолютно безопасно и спокойно. Когда Сергей подошёл к Вере с этой информацией, начался первый громкий скандал. Вера не знала никого в городе и возвращаться туда не собиралась. Говорила: лучше уедет жить к хоккеисту в другую страну, чем вернётся в Харвуд. В споре победил Сергей, после чего семейной идиллии окончательно настал конец. Отец быстро нашёл здесь работу в местной поликлинике. Хоть Дима особо не гулял, за время пребывания в городе он узнал, что в Харвуде нет психотерапевтов. Местные думают, что это проклятие, так как за год в городе бесследно исчезло три человека с такой профессией. Первый проработал в Харвуде двадцать лет, пока год назад первым не пропал. Потом пришёл другой, пробывший около трёх месяцев, а третий испарился ровно через месяц, только на этот раз вместе с ним исчезли все документы о пациентах. Это всё выглядело странным, но другого выбора у отца не было. В семье теперь родители часто ссорились, даже по пустякам. Если раньше Вера и Сергей души не чаяли друг в друге, то сейчас они даже в одной комнате находится не могли. Характеры у них абсолютно разные. Мама мечтательный человек, который верит, что в мире есть место чуду и волшебству. Отец напротив – скептик и реалист. Разные взгляды на жизнь раньше дополняли их, теперь они мешают им мирно сосуществовать. Единственная причина, почему они не развелись, – это дети.

– Вот корвалол, – протянула пузырёк с лекарством Вера незнакомцу.

– Благодарю, меня кстати Петровичем все тут зовут. Если вам понадобится что-то починить, смазать, смастерить, залатать, обращайтесь. Сделаю всё бесплатно, по-соседски, ну или за корвалол, – мужчина захохотал и ушёл по своим делам.

Все вернулись за стол и загремели ложками.

– А я сегодня ночью видела за окном единорога, – решила начать разговор Элли. – Он был таким красивым…

– Милая, единорогов не бывает, – сказал ей отец. – Тебе, наверное, приснился он.

– Нет, я его правда видела. Мне сегодня не спалось. Я смотрела в окно. Потом меня напугали птицы. Они летали, кричали. Я залезла под одеяло и, когда стало тихо, решила выглянуть в окно, и тогда я увидела его. Он был весь белым и пушистым, и ещё весь сверкал огоньками, а потом я легла спать, и мне всю ночь снились такие милые и красивые сны…

Элли начала рассказывать сновидения. Отец и Дима пропускали всё мимо ушей, но делали вид, что слушают. Зато мама не притворялась.

– Помню раньше, когда жила здесь, у меня был друг, – начала рассказ Вера. – Звали его Иннокентий, но я всегда его называла Кешей. Он был добрым и весёлым домовым. Мы постоянно с ним играли. Он за мной присматривал и не раз спасал мне жизнь. Я всегда с ним делилась своими сладостями, если они у меня были, конечно…

– Начинается, – тихо проворчал Сергей.

– Не хочешь слушать – иди, – посоветовала Вера своему супругу.

По отцовскому лицу было видно, что в семье сейчас начнётся буря.

– Я пойду прогуляюсь по городку, – хотел Дима направить разговор в другое русло.

– Можно я с ним пойду? – попросилась Элли, уставившись на предков своими большими умоляющими глазами. – Я давно не гуляла.

Диме удалось изменить тему разговора, но всё пошло не по плану.

– Идите, – сказала Вера Матвеевна. – Не забудьте взять с собой Бима.

Пёсик перестал грызть большую кость и довольно завилял хвостом.

– Они никуда не пойдут, – жёстко отрезал Сергей. – Люди здесь другие. Хотя бы взять нашего соседа. Он почти не выходит из дома, а окна у него заколочены досками.

– Ничего страшного с ними не случится. На дворе день, с ними будет Бим, к тому же они хорошо знают этот город.

– Их уже два года здесь не было, здесь многое изменилось, и собака вряд ли кого-то отпугнёт, скорее сама убежит.

Противостояние родителей набирало обороты. Неизвестно было, кто одержит победу. Дима и Бим пытались отвлечь Элли от неразберихи. Они все вместе ушли в самую дальнюю комнату дома, в комнату Элли. Шум с кухни почти не доходил до сюда, из-за смеха и отдалённости места. Внезапно раздался звонок в дверь. Наступила тишина, и только Бим лаял, пытаясь отпугнуть незваных гостей. Дверь распахнулась, и в коридор вошёл высокий, ухоженный мужчина с огромной улыбкой на лице.

– Здорово, Серёга. Я тут решил зайти за тобой.

– Привет, Антон. С чего это ты вдруг так решил? – удивился Сергей.

– У нас сегодня внеплановая проверка в связи… – он осёкся, увидев рядом детей. – А, по дороге всё обсудим.

– Как ты узнал о проверке?

– Своих источников не раскрываю.

– Дяденька Антон, а как вы познакомились с папой? – задала вопрос Элли, пока отец собирался.

– На работе. Я работаю педиатром, лечу людей также, как твой папа.

Элли задавала вопрос за вопросом. Когда они закончились, Антон прошёлся взглядом по Диме, как будто что-то выискивал.

– Я готов, можем идти, – сказал Сергей.

– Почему ты детей не отпускаешь? На улице тепло, светло. Успеют дома насидеться. Ещё вся зима впереди.

– Жена рассказала? – ярость снова начала закипать в нём.

– Своих источников не раскрываю, – сказал Антон, подмигнув Элли правым глазом.

Педиатр заразил своим весельем хмурого Сергея.

– Эх, хорошо, идите, но чтобы вечером уже были дома.

Они ушли, и дети, решив, что медлить нельзя, пошли следом на улицу.

Август. На дворе стояли последние жаркие деньки. Улица была оживлена. Детвора бегала и поливала друг друга из вёдер. Взрослое население общалось между собой о недетских делах. Коты, лазая по деревьям, дразнили собак. Дима и Элли не первый раз видели эту картину. Раньше они часто приезжали сюда к бабушке и дедушке. Деда уважали в Харвуде. Он был местным умельцем. Своими золотыми руками он творил настоящие чудеса из дерева и металла. Именно дедушка построил их дом, который до сих пор стоит как новенький, провёл электричество и водопровод. Он сделал всё для удобного проживания. Ещё ни один век простоят его творения. Также он был единственным, кто осмеливался заходить в лес, откуда всегда приходил целым и с добычей. Дед любил охотиться. Бабушка же занималась садом во дворе дома. Она сама растила плодоносящие культуры и ухаживала за ними. Даже семена растений оставила для будущих потомков. Дедушка учил Диму мастерить и чертить, рассказывал природные закономерности, основы геометрии и физики. Хоть дед Матвей никогда не брал его на охоту, как хотел этого Дима, мальчику всё равно нравилось проводить с ним время.

Элли же больше нравились бабушкины истории. Они были не только интересными, захватывающими, но и нравоучительными. Дима уже забыл все её байки и легенды, помнил только последнюю и то смутно. Что-то там говорилось про лес и его обитателей, одним из которых является какая-то Лесная Тварь. Диме казалось, что его звали именно так. По смыслу он помнил, что это была история о простом лешем. Слова детской сказки до сих пор сидели в голове: «Без его разрешения заходить в чащу нельзя, иначе останешься там навсегда, а, чтобы пройти в лес и вернуться назад, нужно задобрить лешего». А вот как это сделать, Дима не запомнил. Он не верил в магию и мистику, называя бабушкины истории сказками для детей, а он был уже достаточно взрослым, поэтому завораживающие рассказы проходили мимо его ушей. Она это замечала.

«Весь в отца пошёл», – всё время причитала она.

Элли, наверное, запомнила конец рассказа. Ей всегда нравились её мистические истории. К сожалению, Дима и Элли больше не смогут послушать ни бабушкиных историй, ни дедушкиных шуток. Они бесследно исчезли год назад.

Дети и их молодой пёс дошли до центра Харвуда. Площадь была обставлена рыночными палатками, где продавали всякие побрякушки, вкусности и сувениры. Базар окружала широкая мощёная дорога, напоминающая спину гигантского каменного удава, опутывающую жирную добычу. За дорогой, по периметру, располагались древние здания, являющиеся теперь музеями, киосками и магазинами не для бедного класса. Особенно выделялся ресторан «Вкусный мир», где в основном потчевали туристы, тратя баснословные деньги на кулинарные изыски. Был уже конец туристического сезона, но гостей из других регионов и даже стран было ещё много. Не зря Харвуд называют жемчужиной севера. Дима увидел в одном углу площади администрацию и мэрию, впереди которых гордо стоял памятник в честь мэра Харвуда, которому удалось поднять экономику города через туризм и развлечения. На другом конце площади располагался красивый сад из цветов, кустов и деревьев. Там находился и пруд, где плавали золотые рыбки, а винцом этого зелёного края был огромный дуб, который стоял по центру и возвышался над всем этим маленьким сказочным мирком. Эту местную достопримечательность называют Лукоморьем. В избушке под деревом живёт смотритель этого места. Он одевается в костюм чёрного кота. С собой он носит карманные лекторские очки, видимо, для образа. Он рассказывает произведения известных писателей, легенды, географию местности и иногда научные теории. Элли всегда любила это место и его рассказы, поднимающие настроение.

– Эй! Смелей! Народ прибегай, залетай в магазин «Сказочная опушка». Удивительные истории скрываются там, ждут своего часа, когда искатель приключений найдёт их. Магия и мистика окутывают то место. В сказке найдётся место для каждого. Идите и окунитесь в неё. Станьте участником новой захватывающей истории с хорошим концом, – созывал народ пухлый мальчик с могучими, как у медведя, руками и с вывеской на теле. – Эу! Мальчик с собакой! Да, ты! Подойди, никуда не уходи! – обратился он почему-то к Диме.

Митя подошёл к нему и поздоровался, пока Элли слушала басни возле дуба.

– Здорово! Здорово! Ты, вижу, здесь новенький. Тебе случаем деньги не нужны? А то я могу предложить одну работёнку для тебя. Не переживай, всё абсолютно легально, насколько это здесь возможно. – сказал мальчик, подмигнув Диме.

«Почему бы не попробовать подзаработать. Это облегчило бы жизнь семье. Вот только послушаю, что он предлагает, а там посмотрим» – размышлял Дима.

– Что за работа?

– Работа в магазине «Сказочная опушка». Ну там деньги считать, ассортимент проверять, уборку делать и всё такое.

– Звучит действительно легально, но вот только мне даже четырнадцати нет…

– Если навыки есть, то можешь над этим не париться. У нас свободный график. Почти. А работать будешь неофициально. Ну как? Пойдёшь?

Дима и Элли слышали про этот магазин, который стоял по ту сторону реки. Бабушка им запрещала туда ходить, так как там можно было попрощаться со всеми своими сбережениями. Заведовал, по словам бабули и всего местного населения, тем местом скупердяй, аферист и мошенник, который не постыдится обмануть за деньги даже ребёнка. Дурная слава крепко закрепилась за Сказочной опушкой. Дима и Элли никогда там не были, а им всегда очень хотелось посмотреть, что этот магазин скрывает внутри и какие неизведанные территории простираются за ним.

– Хорошо, пойдём, – согласился на предложение Дима. – Элли! Нам пора!

Девочка подбежала к своему брату и начала задавать вопросы.

– Куда мы пойдём?

– Помнишь магазин «Сказочная опушка»?

– Да! Мы туда пойдём?

– Да.

– Но бабушка нам запрещала туда ходить. Ты же помнишь о чём она говорила?

– Пойдём, ничего плохого не произойдёт, обещаю. Ты ведь хочешь посмотреть что там?

– Ну… Ладно, – с большим трудом согласилась на эту авантюру Элли – А кто этот мальчик? Твой новый друг?

Дима открыл рот, чтобы ответить, но его опередили.

– Точно, я забыл представиться. Я Богдан.

– Меня зовут Элли, а это мой брат Димка. А собаку нашу зовут Бима.

– Пёс хороший, – с восхищением сказал Богдан. – Белоснежный, голубоглазый, мордастый, большой, лапы прям, как колонны…

– Умный, ещё и храбрый, – добавила Элли.

– Не собака, а золото. Нет, не золото. Платина. Что за порода?

– Дворняжка, – ответил Дима.

– Да такая дворняжка будет круче даже самой породистой собаки.

За время совместной прогулки Дима узнал, что Богдан увлекается компьютерными играми, а его ник – «Зеленокожий». Всю дорогу они обсуждали одну знаменитую игру, в которую когда-то играл Дима. Он бы и сейчас поиграл, но компьютер пришлось продать в связи с финансовыми сложностями. Здесь у него тоже есть компьютер, но он настолько старый, что если рискнуть его включить, то запустится только через час, и это если повезёт. Дима и Элли сохранили на дисках некоторое игры, но компьютер пока не включали. Дети прошли через Северный район города. Он был мрачным, грязным, люди здесь подозрительно на всех глядели. Это место значительно отличалось от их Восточного района, где Дима и Элли жили, и, тем более, от весёлого, шумного и красивого Центрального. Здесь весельем и не пахло. Пахло безысходностью. Туристы, казалось, не знали о существовании района. Дима и Элли тоже. Дети здесь были впервые. Бабушка и сюда запрещала соваться. Теперь стало понятно почему. Других ребятишек Дима и Элли не увидели. Население района составляли старики. Одни прятались в полуразвалившихся халупах, другие хищно рассматривали их и подозрительно озирались по сторонам, а оставшиеся с грустью качали головами, смотря на очередных гостей. Ребята подошли к реке под названием «Гар». Крепкий, деревянный, широкий, массивный мост с ограждением, который был сделан местными умельцами много лет назад, до сих пор вёл на другой берег бурной реки и радовал глаз своей красотой. Концы моста были украшены арками. Первая встречала ребят со словами: «Добро пожаловать в сказку!»

– Все называют этот мост Сказочными вратами, – Богдан наклонился через парапет и сплюнул в реку. – только вот нет за ними никакой сказки. Всё то же самое, просто украшено легендами, но туристы клюют. Думают, что реально там найдут чудеса.

– Всё это подстроено, – равнодушно сказал Дима. – Чудес не бывает.

– Но люди всё равно ходят туда, в надежде найти что-то необычное.

Элли слушала их разговор и не понимала, как можно в это не верить.

Они перешли мост и перед ними появилась развилка. Одна тропинка шла вдоль реки, другая извиваясь уходила в сторону леса. Ребята пошли по прямой, которая вела вниз. С возвышенности показалась деревянная, двухэтажная, ветхая хижина. Рядом с ней была старая, ржавая, детская площадка. Округа напоминала пустоши, лишь в некоторых местах росли деревья и кусты. Одна тропинка вела в лес, где стояла калитка из давно сгнившего дерева с приколоченной табличкой: «Осторожно! Дикие звери!» Над входом в магазин висела вывеска, грозящая упасть кому-то на голову. Цветными красками на ней было написано: «Сказочная опушка». Дима зашёл на веранду здания, где стояла только пустая лавочка. Дима открыл дверь – раздался звон от колокольчиков. На полках и витринах умирали от пыли, грязи и своей старости разные хлам и подделки. Было в магазине и новое оборудование, но в малом количестве. В углу кряхтел и доживал последние деньки торговый автомат с прохлаждающими напитками. У входа стояла касса, точнее старый деревянный стол с кассовым аппаратом, массивным компьютером и поломанным вентилятором. За столом сидел на обшарпанном офисном кресле старик тучного телосложения с густой и ухоженной растительностью на голове и на лице. Он раскинулся на кресле возле кассы, пересчитывая денежные купюры. Внешне выглядел, как дон мафии из известных криминальных фильмов. Сразу было видно, кто здесь главный. Рядом с ним стояла очаровательная высокая шатенка, одетая в молодёжную майку и в брендовые шорты. Волосы были распущены до плеч. Взгляд Димы был направлен на начальника и его работницу, а уши – на их разговор.

– Всё плохо. Очень плохо. Одни убытки. Я с такими темпами скоро разорюсь, – прокомментировал ситуацию старик.

– Да расслабься, Бен. Ты преувеличиваешь, – начала утешать его девушка. – Всего-то на пару тысяч меньше заработали, чем в прошлом месяце. Для тебя это мелочи.

– Алексия, давай я вычту из твоей зарплаты эти деньги. Это же мелочи.

Алексия промолчала.

– Мелочи… – усмехнулся Бен. —Туристический сезон заканчивается, а это самое прибыльное время в году, а по итогу он принёс только убытки. Теперь ты понимаешь весь масштаб катастрофы? Что будет дальше? Вы, плебеи, вообще не умеете мыслить масштабно и наперёд. Всюду надо вас контролировать.

– Здравствуйте, – решил прервать их разговор Дима. – Я слышал, вам нужен работник.

– Нужен, – раздражённо подтвердил Бен и протянул пачку с купюрами мальчику. – считать умеешь?

– Да.

– Посчитаешь правильно – возьму.

– И всё?

– А что ты хотел? Экзамен? Обойдёмся и без него. Работать здесь всё равно никто не хочет, – он злобно зыркнул на Алексию. Та отошла к полкам и начала притворяться, что чем-то занята.

Дима взял купюры. Таких денег он ещё не держал в руках и вообще не видел в жизни, но он всё успешно посчитал. Бен ухмыльнулся:

– И даже ничего не украл? Честный значит… Ладно, ты принят. Дай номер телефона твоих родителей, позвоню им, скажу что вы у меня.

Дима продиктовал номер домашнего телефона. Бен записал его на маленький листочек и положил себе в карман.

– Алексия, покажешь ему, как работает касса и как принимать посетителей.

– Которых у нас нет, – язвительно пошутила девушка.

Бен от этих слов нахмурился и начал выпускать свой гнев на Богдане, который как всегда вовремя.

– Ты что здесь прохлаждаешься? – начал он наезжать на него. – Опять отдыхать пришёл?

– Я работника вам принёс так-то.

– Если ты у меня целыми днями штаны будешь просиживать, вместо того, чтобы в центре людей сюда приманивать, то ты свою консоль никогда не получишь. Так-то!

– Понял-принял.

Богдан ушёл, а Бен остыл и поднялся к себе на второй этаж.

– Добро пожаловать в нашу скромную и весёлую семью, – триумфально произнесла девушка. – Пойдём, покажу что к чему.

– Хорошо, Алексия?

– Для своих Алекса.

Дима был польщён. Приняли на работу так ещё и за своего уже посчитали. Пока Элли и Бим изучали новую территорию, Алексия показывала механизм работы кассы и старого компьютера. Дима слушал её внимательно, не пропуская ни одного слова. Она стояла к нему так близко, что мальчик смог уловить запах мятных конфет и колы. Это опасное сочетание взрывало Диме мозг необычностью и притягательностью. Её длинные шоколадные волосы щекотали его нос, а их взгляды несколько раз пересеклись. За это время Дима успел запомнить её хищные карие глаза, тонкие черты лица. Алексия закончила свой экскурс быстро. Диме хотелось подольше побыть в её весёлой компании, но работа звала.

***

За день никто не пришёл. В магазине было пусто, и только смех Элли, лай Бима и бурчание Бена заполняли этот вакуум. Алексия занималась делами, неведомыми Диме. Она неожиданно появлялась и также внезапно исчезала, как будто её здесь и не было. В магазине стояла духота. Один маленький вентилятор на всё помещение работал с перебоями. Дима, зная что вряд ли сегодня кто-то придёт, решил выйти и подышать свежим воздухом. Крыльцо пустовало. Он сел на старую, ветхую лавку, чтобы полюбоваться величием леса и увидел, что на скамейке лежит баночка с аскорбинками. Она была закрытой. Дима решил спросить у Алексии: «Может, она видела, кто её забыл?»

– Я нашёл это на скамейке. Ты никого не видела? – подошёл он к ней.

– Наверное, кто-то забыл. Можешь взять себе. Её ещё никто не открывал.

– Странно всё это. За день никто не приходил, а баночки, когда я сюда пришёл, там не было.

– Значит она твоя. Открывай и пробуй, – улыбнулась Алекса и исчезла с поля зрения.

Дима сегодня успел только позавтракать. Чтобы хоть как-то порадовать свои вкусовые сосочки на языке и на время забыть про голод, он открыл баночку и взял пару штучек. Дима любил кислое. Однажды он даже поспорил с другом на деньги, что сможет съесть целый лимон. Дима тогда победил, но больше лимоны целиком не ел. В Харвуде аскорбинки часто заменяли детям конфеты, так как на сладости здесь действовал негласный запрет. Они, конечно, были, но, в первую очередь, для туристов, а местным детям никогда сладкого не хватало. Вкусный мир взял полную монополию на сладости, так что можно было представить, как дорого они стоили. В семье Карповых конфеты дарили только на праздники, поэтому Дима не привередничал. Кислота от аскорбинок обволокла рот. Витамины побежали по всему телу. Насладиться вкусом помешал ворчливый голос.

– Этот бездельник интересно работает там? – задался вопросом Бен. – Наверное, опять на пеньке да в теньке пирожки ест.

– Почему вы так злитесь? – спросила Элли.

– Потому что мне скоро закрываться, а за сегодняшний день никто не пришёл из покупателей, – пытался как можно мягче объяснить Бен. – Вы оба! Приготовьте всё к закрытию и идите домой. Увижу вас слоняющимися по городу или по лесу всю пятую точку распинаю. Чтобы сразу домой! Понятно я выразился?!

– Да, – тихо ответил Дима. Алекса молча начала готовиться к закрытию.

– И ещё, – решил добавить Бен перед уходом на второй этаж. – Увидите этого бездельника, передайте ему, что в ближайшем будущем он может не рассчитывать на консоль.

Дима начал убираться в помещении. Элли помогала ему вытирать пыль и выкидывать мусор. Алекса всё это время суетилась или делала вид, что суетится?

– Он всегда такой? – спросил Дима у Алексии.

– Ворчливый? Сейчас он злее обычного. Из-за серии исчезновения детей бизнес у него переживает не лучшие времена.

– Чего?

– Ты ничего не слышал? – удивилась Алекса. – Сколько ты дней в городе?

– Недели две.

– И ты ничего не слышал? – она ещё сильнее выпучила глаза.

– Тише, – Дима посмотрел на Элли, убиравшуюся в другом конце зала.

– Сегодня ночью пропал четвёртый, – прошептала Алекса. – Его родители всех на уши поставили. Как там его звали? Витя? Вова?

– Ваня, – тихо произнёс Дима.

– Точно, а говорил: не знаешь. Вот хитрец, – она дружески ударила его по плечу кулаком. – Так вот, сегодня утром приходили полицейские вместе с разъярёнными родителями пропавшего мальчика. Снова обвиняли Бена во всех грехах, которые он совершал и которые не делал.

– Почему именно к нему?

– Не секрет, что он не любит детей, не умеет с ними общаться. К тому же живёт близко к лесу, где по официальной версии они пропадают. Причём не первый раз уже происходит серия исчезновений детей. Ещё где-то двадцать четыре года назад в этом месте и в его окрестностях начали пропадать дети. Да, скандал тогда был большим. Он как раз и омрачил это заведение и самого Бена, даже не вериться, что он был когда-то весельчаком, а это место – центром туризма. Убийцу поймали, а Бен после этого погряз в долгах и судебных делах, стал сварливым и жадным. Неудивительно, что именно его подозревают в убийствах. Сейчас Бен детей ненавидит вдвойне. Всё время говорит: «Если б не эти малолетние ду… глупцы, которые сами же лезут ночью в лес в поисках чего-то сказочного, то не было и ежедневных проверок, от которых я уже весь покрылся штрафами, и благотворительностей, где приходится отдавать свои кровные тем, кому они уже не помогут, чтобы не потерять остатка престижа заведения. Народу было б здесь больше, а значит и прибыли. Но нет, они всё по ночам где-то шляются, а родители, которые не могут уследить за своими сорванцами, потом спихивают свою вину на меня» – и так чуть ли не каждый день, весь год.

После разговора уборка продолжилась полным ходом. Дима вытирал пыль с полок. Пытался дотянуться до самых труднодоступных и грязных мест, пока в одном из тёмных и пыльных уголков он не обнаружил два красных огонька. Дима сначала подумал, что ему это показалось, но потом понял, что ошибался. Дима просунул руку во мрак и достал из кучи грязи, пыли, паутины серебряное кольцо. Оно было в виде дракона. Тело и хвост создавали круг. Там, где хвост смыкался с шеей, торчала клыкастая голова с рубиновыми глазами. На кольце была детально выгравирована чешуя. Маленькие лапки и крылышки были приделаны близко к туловищу и выглядели как настоящие. Дракон как будто вышел из какой-то сказки или легенды про могущественных огнедышащих существ, которые привыкли разорять города. Дима стоял и разглядывал эту прелесть, пока не услышал знакомый голосок.

– Что ты там нашёл? – спросила с любопытством Элли.

– Ничего особенного, – сказал Дима и тут же хотел положить кольцо на место, как вдруг оно ожило. Маленький дракончик начал взбираться по его руке. Дима пытался стряхнуть его. Существо, ухитряясь удержаться на его руке, словно тореадор на быке, не выдержало и сползло на кисть. Дракончик схватился за безымянный палец, обхватил его и замер, превратившись обратно в кольцо. Дима пытался снять его, но не получалось. Клыки сильно впились в плоть. Сестра, после странного танца своего брата, вопросительно на него посмотрела. – Я же говорю, ничего особенно, просто… паучок.

Элли сморщила лицо и убежала по своим делам. Дима знал, что она боится пауков, но не знал, что делать с кольцом на его опухшем пальце. Он подумал, что если намочит палец водой, то оно соскользнёт, но сколько он не пытался – не получалось.

– Эу! – зашёл пафосно Богдан. – Вечер в хату…

– Можешь так сильно не радоваться. Сегодня ты снова без консоли. – предупредила Алексия, появившаяся из ниоткуда.

– Это уже не новость. Сенсация будет, когда он сподобится отдать мне её.

– Зачем ты тогда работаешь на него? – спросил Дима, пряча руку за спиной.

– Убиваю время. У меня ведь его та-ак много. – в шутку сказал Богдан. – Надежда умирает последней. Может быть, когда-нибудь…

Дима решил рассказать ему о несчастье и позвал его выйти на крыльцо, подальше от чужих глаз и ушей.

– Почему ты именно мне всё это рассказал? – задал вопрос Богдан.

– Потому что я тебе больше доверяю. Алексе я не могу рассказать: крутая. Засмеёт ещё, а к Бену с этой проблемой вообще подходить не хочется.

– Понимаю, Алекса самая крутая и красивая девчонка в городе, хотя, как по мне, это преувеличение. Её здесь многие знают. Даже не понимаю, что она забыла в этом захолустье, а Бен, ну, это же Бен. Его все тип боятся и ненавидят. В город он почти не ходит. Всё сидит здесь. Непонятно, как Бен находит себе провизию и новые товары на продажу. Откуда-то он должен брать ресурсы, – сказал Богдан и задумался. – Тебе нужно чем-то жирным смазать.

– Может, в магазине что-то найдётся?

– А у тебя есть деньги? – спросил Богдан со своей неповторимой интонацией и снова погрузился в мысли. – В лесу есть, – продолжил он. – Там как раз сейчас должна расти маслёна. Такой жёлтый цветок, который славится своим маслом, что он выделяет.

– Никогда не слышал.

– Не удивляйся. Они растут только в наших краях. Из неё можно легко добыть масло. Я то знаю толк в травах. Мы с бабушкой раньше в лесу цветочки разные собирали. Она многому меня научила, а ей доверять можно. Она профессиональная травница.

– В лес? Там люди пропадают. Может, у тебя дома чего-нибудь найдётся?

– Во те повезло. У нас только вчера масло подсолнечное закончилось. Так что выбирай – Бен или лес, ну или можно ещё палец ампутировать. Мне как раз практика нужна. Я ж врач будущий.

Богдан засмеялся, а вот Диме было не до смеху. Кольцо домой не пронесёшь: точно заметят на пальце, а если увидят, то снова начнётся ссора, чего Дима всячески пытался избежать. Он боялся неизвестности, которая ждала его в лесу, но страшнее было увидеть Бена в гневе, так как это были всего лишь цветочки. «Может, всё-таки повезёт? Сейчас же день» – рассуждал Дима.

– Я пойду в лес, только укажи дорогу и, нужно, чтобы кто-то позаботился о моей сестре, пока я не вернусь.

– Не переживай, мы с Алексой приглядим за ней. Скажу, что попросил тебя сгонять в центр за ключами от дома, которые я якобы забыл там. – Богдан подмигнул и указал направление, рассказал, как идти, чтобы не заблудиться и где растут эти цветы. Дима позвал Бима и уже отравился в путь, как вдруг услышал голос Богдана:

– И это, если тебя долго не будет, то я подниму тревогу, а Элли отведём домой! Ты главное не переживай!

Последние слова вцепились Диме в мозг и эхом раздались по его сознанию. Мало ли что может случиться там, вдали от людей, в царстве зверей.

Глава 2: Царство сказок и кошмаров

Вечерний лес выглядел живописно. Лучи уходящего солнца озаряли дорогу. Ягоды украшали разнообразием чащу. Пахло свежестью и чистым воздухом. В тенях деревьев было совсем не жарко. Лес выглядел сказочно красиво, и лишь одно настораживало Диму: никого не было. Тишина. Даже птицы молчали. Лишь белая фигура с большими кроличьими ушами стояла вдалеке, прячась за деревом, и внимательно смотрела на Диму. «Это тот… из снов. Сколько он наблюдает за мной? Раньше я его не замечал» – он пошёл дальше, не обращая внимания на большого, нарядного, улыбающегося кролика. Бим сел, не желая идти дальше. Его озорной нрав сменился на тревогу.

– Что такое? Ты тоже его видишь? —спросил Дима у собаки.

Тот скривил морду и зарычал.

«Может, вернуться?» – мальчик посмотрел назад, потом снова на притаившегося кролика: «Хм, а на вид он не такой уж и опасный, а даже, наоборот, чем-то привлекает. Что он может сделать нам?»

– Простите, – крикнул Дима кролику. Бим залаял, как не свой. – Вы кто и что тут делаете?

Вместо ответа кролик юркнул в чащу. Какое-то время он пробыл там, но потом исчез. Бим галопом умчался за ним. Дима ринулся за ним. Собака скрылась в зарослях.

«Хорошо, что бежит по правильному маршруту»

Когда Дима полез через кусты, заиграла та самая считалочка из снов:

«Раз – в лесу загорелся Алый Алмаз.

Два – наступила власть Тёмного Короля.

Три – он идёт за тобой, в окно посмотри.

Четыре – тебе не спрятаться в своей квартире.

Пять – уже поздно что-то менять. Мы идём с тобой играть».

Дима услышал, как кто-то погнался за ним. Он быстро пробирался через игольчатые ветки елей, пока не вышел на ту самую полянку, где росли те самые цветы. Дима ждал, когда тот, кто гнался за ним, выйдет из зарослей. Кусты зашевелились и оттуда выпрыгнул Бим. Погоня, как понял Дима, прекратилась. Дима выдохнул и подошёл поближе к цветам, наклонился и протянул руку. Из-за кустов выскочила девочка в карнавальном костюме лисы.

– Ты чего это делаешь? Не для тебя я их растила, – прорычала странная незнакомка.

– Извини, я не знал… – сказал Дима и с испуга резко выпрямился. – Ты… кто?

Она засмеялась.

– Кто, кто. Лиса в пальто. Вроде четырёхглазый, а ничего не видишь.

И правда, она была одета в длинное, летнее, зелёное пальто с разноцветными узорами. Диме стало не ловко после этого, а она ещё залилась смехом.

– Боишься? Сейчас домой помчишься?

Дима не ответил.

– Не волнуйся и не дуйся, я уже поужинала, хотя за цветочки тебя следовало бы проучить. И не надо на меня так непонимающе смотреть. Вижу, что страх с твоего лица не стереть, – после её слов Бим подошёл к ней поближе, обнюхал и радостно завилял хвостом

Она долго гладила и тискала его, даже дала пару долек яблок из кармана. Дима стоял в стороне и удивлённо смотрел на них. Бим ещё ни разу не предавал хозяина за вкусняшки, да и чужакам он никогда не доверял. – Вот видишь, даже собака твоя не боится меня, а им виднее, кому доверять.

– Да ты просто выскочила внезапно. Вот я… А так… Чего боятся? Девочки в костюме лисы? – пытался оправдаться Дима смешливым и фальшивым тоном.

Она продолжала гладить Бима.

– М-да, у вас тут прям маскарад, – тихо проговорил Дима. Незнакомка услышала его и встала, отряхивая своё пальто.

– Значит ты у нас скептик. Надо для таких разработать рецептик. Шучу, – хихикнула она. – Ты сказал, что маскарад, значит ты ещё кого-то необычного видел?

– Зайца-побегайца. А ты, как погляжу, лисица-сестрица.

– К тому же ещё юморист, – усмехнулась она, рассматривая его оценочным взглядом, пока не остановилась на руке.

Дима рефлекторно спрятал её за спину.

– Что ты там прячешь? – спросила она, обходя Диму со стороны, вынюхивая носом правду.

– Ничего.

Она подошла к Диме и взяла его за руку, где красовалось кольцо. Он остолбенел и ничего не смог сделать, да и не хотелось. От неё так и веяло влажным, как после дождя, лесом и скошенной травой. Букет лесных запахов погружал его в беззаботное детство, когда всё в мире кажется новым, волшебным. Он закрыл глаза, и перед ним появились образы прошлого. Это были его хорошие воспоминания. Боль в пальце, которая мучила его всю дорогу, прекратилась. Он открыл глаза и увидел её изумрудные очи. Такие зелёные радужки Дима ещё никогда в своей жизни ни у кого не видел. Вместо кольца на ладони появился тот самый маленький дракончик, а ранка на пальце зажила.

– Бедненький, испугал он тебя, – она начала жалеть это существо и через минуту снова обратилась к Диме: – Вижу: ты целый день ничего не ел. На, полегчает – протянула она плитку шоколадки мальчику.

Первая мысль, которая образовалась у Димы в голове: «Как только у неё она не растаяла в такую жару? Чудеса!»

– Нет, спасибо.

– Что? Боишься, что отравлю, а потом в реке твой труп утоплю? – ехидно спросила она и снова засмеялась. – Можешь не волноваться и истерике не поддаваться. Если бы я хотела тебя убить, лапками заколотить, ты уже лежал бы на земле в густой траве, а если и захочу, то тебе всё равно не спастись. Далеко ты в глушь зашёл, но, к счастью, лисичку тут нашёл.

Дима оглянулся и понял, что заблудился. Шум людей до сюда не доходил. Огромные и толстые зелёные стены не пропускали ни звука. Дима оказался взаперти.

– Ну так что? Будешь иль моё предложение забудешь? – повторила вопрос странная девочка. – А то на тебя больно смотреть. В голодный обморок сейчас упадёшь. Что мне потом с тобой делать?

Дима не смог устоять перед соблазном. Попробовав сладость, он почувствовал прилив сил и энергии, почувствовал дух праздника и веселья. Вкус молочного шоколада сложно описать, ведь он не повторим, как само детство.

– Ну как? Голова не кружится? В груди не колит? – спросила она с улыбкой. Голова кружилась, но от незабываемого вкуса, а в области груди стало теплее. Дима промолчал, наслаждаясь этим чувством.

– Я же говорила, что полегчает, – злорадствовала лиса.

– Как ты узнала, что я голодный? – спросил Дима.

– Как тут не узнать? Глаза хищные, хоть на первый взгляд невзрачные, сам весь бледный и худой, как скелет, но за невзрачной внешностью, в душе, скрыт большой секрет. Я уверена, что ты не так прост. Разогреваешь ты во мне любопытство.

– Чем?

Она не ответила.

– Почему ты в костюме лисы? – заговорил Дима, почувствовав, что у неё добрые намерения. – Я слышал, что ярмарка была месяц назад.

– Ярмарка уехала, а лиса осталась, – она захихикала тоненьким и красивым голоском. Дима не понял её шутки.

– Чувства юмора у тебя всё же нет. Я лиса, но ярмарки люблю, – устало объяснила она. Димка ей не поверил и девочка это заметила, но решила промолчать.

– Как тебя хотя бы зовут? Можно узнать? Меня Дима.

– Ты случайно не юродивый? Всё-то тебе надо объяснить да рассказать. Интересно, ты так со всеми девчонками разговариваешь? – Дима был ошеломлён от такой прямолинейности. Заметив это, она глубоко вздохнула и ответила на вопрос, чтобы сгладить ситуацию. – Нет у меня имени. Мы, в отличие от вас, людей, не обзываем всё подряд.

– Тогда как к тебе обращаются другие?

– По интонации. В лесу мы разговариваем с помощью звуков. Люди не могут разговаривать на нашем языке. Для этого нужно иметь чуткий слух и гибкий язычок, которые вы потеряли навсегда. Если бы люди почаще слушали музыку природы и не отдалялись от неё, то вы смогли бы свободно вести беседу только с помощью звуков, без всяких лишних слов.

– Я так не могу.

– Тогда назови меня сам. Как тебе удобно.

– Олеся, – назвал Дима первое имя, пришедшее ему в голову. – Подойдёт?

– В самый раз, – довольно сказала она.

– Про возраст тоже не скажешь? – решил продолжить их странную игру Дима.

– А сколько ты бы мне дал? – решила подыграть Олеся.

Дима понял, что вопрос с подвохом. Если сказать, что она младше его, то обидится, если старше, тоже обидится. Всё-таки нельзя забывать, что она девочка и умеет чувствовать тонкости.

– Двенадцать, – сказал Дима, ведь ему тоже было двенадцать. Не придерёшься.

– Будь, по-твоему, – согласилась она. Дима знал, что она осталась довольной.

– Олеся?

– Да?

– Ты знаешь, почему люди в городе пропадают? – неожиданно даже для самого себя он задал вопрос, хоть вникать в чужие дела не планировал. – Сегодня, говорят, мальчик…

– Почему меня спрашиваешь? – резко отпарировала Олеся.

– Ты, довольно, необычная девочка…

– Хочешь в чём-то меня обвинить?

– Нет-нет. Просто странно, что ребёнок пропал недавно, а вы гуляете по лесу в костюмах, как ни в чём не бывало.

– В лесу относительно безопасно. Убийца среди вас, людей. Лесные жители не охотятся на детей просто так, а вот тот, что в костюме кролика, о котором ты мне рассказал, не из наших. Берегись его, ведь он, в отличие от меня, прячется за маской. Этим и опасен. Никогда не знаешь, что такие люди могут сотворить.

– Получается: этот человек в костюме кролика заманивает детей в лес, где потом он спокойно расправляется с жертвой.

Олеся демонстративно зевнула. Разговор ей наскучил.

– Я, пожалуй, пойду.

Олеся замолчала, всматриваясь в лицо мальчика, как будто читала его, как книжку. После паузы она снова заговорила.

– Я вижу: ты необычный мальчик.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты отличаешься от других.

– Не понимаю.

– В тебе есть магическая искра, что очень странно, ведь ты сам в это не веришь. И в меня тоже. Любопытно.

– Я не волшебник, – понял Дима к чему она клонит. – я обычный человек и…

– У тебя дар, который хотят заполучить многие другие. Люди, которые не имеют его, верят в чудеса, в сказки и хотят в лесу найти желаемое, но не всем это дано. Далеко не всем. Ты нашёл. Нашёл меня. Я чувствую: ты такой же, как я. У нас энергия другая.

– Я не маг, и вообще никакой магии не существует. Сказки всё это. Как ты можешь в это верить? Это же сюрреалистично.

– А кольцо – магическое. Оно служит только волшебникам, и по иронии судьбы выбрало тебя.

– Не верю.

– Хочешь верь, хочешь не верь, но ты уже попал в царство сказок. Тайны и загадки скрываются здесь, ждут своего часа, когда храбрый искатель приключений их найдёт. Магия и мистика окутывают этот лес. В сказке найдётся место для каждого. Ты уже окунулся в неё. Ты стал участником новой захватывающей истории с неоднозначным концом. – Где-то Дима что-то похоже уже слышал. Пока он вспоминал, Олеся продолжила – Тебе нужно обучиться некоторым заклинаниям. Давай, подними тот камушек.

Дима подошёл и взял этот камень. Она печально вздохнула.

– Не рукой, а с помощью кольца.

– Это как?

– Тебе нужно напрячь мозги, почувствовать энергию внутри себя и этот камень, сосредоточиться и представить результат. Здесь даже формулы никакие не нужны. Почувствуй силу и вытяни руку с кольцом вперёд. Оно тебе поможет.

Сколько Дима не старался, камень не поднимался. Олеся только смотрела на эту печальную картину, а Бим вообще не понимал, что происходит, и просто вилял хвостом.

– Хватит! – вскипел Дима. – Это бред какой-то! Никакой я не волшебник и магии никакой не существует.

– С таким упадническим настроением у тебя ничего не получится. Нужно поверить в себя. Не волнуйся. Не у всех магов получаются заклинания с первого раза. Обычно у волшебников открывается магический талант в стрессовой ситуации, когда их жизни что-то угрожает. Может, тебя как-то…

– Не надо!

– Шучу, – смеясь проговорила она. – Уже смеркается, пойдём, выведу тебя отсюда, или ты хочешь остаться здесь?

– Хорошо, пойдём, – решил Дима ей довериться. «Вряд ли она кого-то убивала. Слишком добрая. Не справилась бы» – рассматривал её Дима, пока Олеся не заметила это. Мальчик сразу начал смотреть в другую сторону. Девочка на этот раз промолчала.

Дима позвал Бима, и они пошли.

Солнце садилось за горизонт. В лесу было, довольно, темно. Красота леса скрылась во мраке. Дорога Диме была незнакома. Он шёл другим путём сюда. Дима насторожился.

«Зачем какой-то незнакомке, которая прячет своё обличье, провожать до города? Может, она ведёт не к людям, а к зверям, всё дальше вглубь леса? Вдруг внешность всё-таки обманывает, и за пушистым рыжим мехом скрывается машина для убийств?»

– Мы правильно идём? – решил после своих размышлений нарушить молчание Дима.

– Правильно.

– Точно?

– Ты мне не доверяешь? Я обещала вывести тебя из леса, и я тебя выведу.

Они молча продолжили путь. Только Бим, бегая вокруг да около, издавал еле слышный звук. Внезапно Олеся остановилась. Дима и Бим сразу замерли.

– Что случилось? – спросил Дима.

В ответ она повернулась и, поднеся палец к губам, шикнула на него. Олеся начала прислушиваться.

Дима ничего не слышал.

– Почему мы… – не успел закончить он фразу до конца, как вдруг она толкнула его в сторону. Дима быстро встал с земли и увидел, что там, где он стоял мгновение назад, лежала сеть, утяжелённая металлическими грузами.

– Беги! – прокричала Олеся, и она вместе с Бимом рванули в тёмную даль.

Дима побежал следом. Через некоторое время он потерял своих попутчиков и направился, куда глаза глядят. Дима бежал во мраке, как тот мальчик во сне. Колючие ветки били по телу, не давая проходу. С каждой минутой в лесу становилось всё темнее, а голоса всё ближе. Дикие чащи не думали заканчиваться. Еловые ветки дубасили, как воины с шипастыми палицами. Пауки, как на зло, сплели ловушки там, где пробегал Дима. Обессиленный мальчик, споткнувшись об корень дерева, упал на землю, разбив очки. Он хотел встать, мозг приказывал ему не сдаваться и продолжать спасаться, но усталость и головная боль после падения взяли верх над ним. Оставалось только посмотреть последний раз в тёмную даль, куда убежали Бим с Олесей, и самому погрузиться во мрак.

***

– Одного нагнали! – прокричал незнакомый голос.

– Мальчика что ли? – спросил другой.

– Да, эта чертовка снова смогла удрать.

– Лейтенант просто убьёт нас за это, – сказал злобно мужчина, но потом вздохнул полной грудью и успокоился. – Ладно, этого хоть не упустили. Поднимай его и тащи к нашим, а я ещё тут осмотрюсь.

– Будь осторожен. Она очень хитра и коварна.

– Я в курсе.

***

Очнулся Дима уже в лагере. На него смотрел мужчина, лица которого мальчик не видел, как и других. Его руки были примотаны к дереву металлической цепью.

– Ну что, давай потолкуем, – сказал мужчина. – Меня интересует твоя необычная подруга. Что ты о ней знаешь? Что-то она тебе давала в руки?

– Откуда вы знаете?

– У нас есть свои информаторы в лесу и в городе. Так ты будешь отвечать или как?

– Я ничего не знаю. Я в этом лесу первый раз. Я не знаю, кто вы, кто она и что сделала вам.

– Тогда я сейчас всё поясню, – сказал мужчина и спокойным голосом начал объяснять обстановку. – Видишь ли, мы те люди, которые защищают покой невинных жителей города и всего мира от созданий тьмы. Мы люди, рождённые истреблять монстров. Мы не даём им проникнуть в цивилизованный мир, но делаем это тайно, чтобы не потревожить повседневный людской быт. Это существо, с которым ты разговаривал, служит тёмным силам. Оно коварно. Заметить не успеешь, как она уже заведёт тебя в свою сеть, из которой уже не выберешься. Эта девочка всю прошлую неделю что-то здесь, в округе, вынюхивала, наверное, искала брешь в нашей обороне. Мы пытались её поймать и допросить, но всё тщетно. Быстрая. И вот, сегодня ночью она украла у нас одну вещь. С ней эта чертовка может разгромить нас, и тогда обычные люди будут беззащитны перед чудовищами, которые обитают в этом лесу. Могут пострадать гражданские. Ты же этого не хочешь, верно?

Дима промолчал.

– Ты можешь помочь нам всем и своей семье тоже. Мы не должны им позволить властвовать над нами, поэтому надо вернуть эту вещь. Если она не давала ничего и не говорила местонахождение, то ты ей понадобился для чего-то другого. Тут ты нам поможешь. Если она тебе не дорога, то поможешь устроить ей ловушку. Выйдешь в лес, позовёшь её. Когда она выйдет, скажешь, что всё хорошо, что ты смог сбежать и что сейчас безопасно. Потом ты должен будешь приблизиться как-то к ней и воткнуть вот этот шприц, – В руке у мужчины было что-то мелкое, без очков не разглядеть. – Это снотворное. Сделаешь дело – пойдёшь гулять смело. Ну как? Поможешь?

Дима долго думал над предложением. Он не доверял ни Олесе, ни незнакомцу. Однако мужчина говорил, что они защищают людей от этих странных созданий, но и девочка-лиса уверяла, что она не убийца. Выбор был тяжёлым.

– Я согласен, – решил Дима помочь этим людям после всех душевных терзаний, ведь они рискуют своими жизнями ради человеческого будущего.

– Мы будем контролировать ситуацию. Не вздумай убегать. Поймаем, – сказал мужчина Диме и повернулся к другим людям. – Выдвигаемся!

Диму освободили, и он пошёл в тёмный лес, один. Его глаза ничего не видели. Приходилось идти на ощупь. Дима хоть и был один, но он знал, что солдаты контролируют каждый его шаг издалека. Шёл мальчик долго и неизвестно куда, пока не наткнулся на фигуру.

– А я тебя недооценила, смог сбежать, – прозвучал знакомый ехидный голосок.

– Это ты, Олеся?

– А кто же ещё? Точно. Забыла. Ты же без очков, как крот под солнцем, ничего не видишь, так ещё и в темноте.

– Где Бим?

– Не волнуйся, я о нём позаботилась. Пойдём, отведу тебя домой, как обещала. Я своё слово всегда держу.

Она подошла к Диме и взяла его за руку. Вот он, момент, чтобы покончить с этим раз и навсегда. Дима крепко сжал руку, в которой у него был шприц и уже готов был его применить, но не смог. Не может он так поступить с той, кто ему помог снять кольцо, кто относился к нему добродушно, хоть она и была странной и чужой. Вместо этого он задал ей вопрос:

– Можешь вернуть то, что украла у них? – наклонился Дима к её уху и прошептал вопрос.

– Я возле их лагеря была, но внутрь не проскальзывала. Если у них что-то пропало, в этом не виновна. Ты спрашиваешь это, потому что…

– За мной следят.

– Поверни три раза по часовой стрелке. За меня не переживай, – прошептала она ему на ухо.

Дима сначала ничего не понял, и лишь потом, когда Олеся отпустила его руку, он нащупал в ладони какой-то скользкий, как кусочек льда, камушек. Выглядел он невзрачно. Таких можно набрать, пройдя пять минут по лесу, целую корзину, но после сегодняшнего дня Дима уже ничему не удивлялся. Он повернул три раза по часовой стрелке незамысловатый артефакт в руке. Мыльная пелена окружила мальчика, после чего она превратилась в воронку, в центре которой находился Дима. Его кидало из стороны в сторону, выворачивая мальчика наизнанку. За магическими стенами, что держали Диму, слышались суровые мужские голоса. Мальчик смог разобрать из всего хора только одно слово – предатель. Затем всё затихло. Карусель, которая заставляла Диму кружить в воздухе начала потихоньку останавливаться, пока не исчезла, бросив мальчика на землю. После такой тряски Мите стало плохо. Его организм непроизвольно освободил место в желудке. Дима сел на пенёк, чтобы отдышаться. Слово «предатель», которое он услышал, не на шутку взбудоражило его сознание.

«Неужели это было неправильное решение?» Дима начал крутить в голове моменты сегодняшнего приключения и так этим увлёкся, что совсем потерял счёт времени.

«Что это за место? Где та странная девочка, из-за которой всё началось? И вообще стоит ли её дожидаться? Может, она уже забыла о своём обещании, или, может, её поймали?»

Дима был морально подавлен, но оставаться тут не хотелось. Через силу он встал и, пройдя несколько метров, опёрся рукой о дерево. Дул лёгкий лесной ветерок, который заставлял ветки дерева гладить макушку Димы. Эта обстановка успокаивала, заставляла погрузиться в мысли ещё сильнее. Спешить никуда не хотелось. Дима проникся лесом. Он слышал, как дерево дышит, как оно шевелится. Дима подумал, что сошёл с ума. После такого сумбурного дня многое может привидеться.

«Как дерево может двигаться и дышать?» – от этих мыслей Дима развеселился.

Он опрокинул голову назад и увидел вместо звёздного неба два зелёных огонька. Дима не сразу понял, что это два глаза смотрят на него сверху, что это не дерево, а невиданное существо. Лесной ветерок оказался его дыханием, а ветки – руками. Дима с испугу попятился назад и упал. Огромная тёмная фигура с зелёными искрами в глазах, с древесными ветвистыми рогами на голове и с громадными лапами, которыми можно было обхватить целиком Диму, заговорила мощным голосом:

– Ты заблудился мальчик?

Дима онемел от страха и ничего не ответил.

– Человеком от тебя несёт. Терпеть не могу этот запах. Сложно представить, что ты тот, кто мне нужен. Скажи, что в тебе особенного?

– Ничего, извините, я уже ухожу.

– От судьбы не убежать, так же как от меня. Можно выйти из леса, но лес из тебя не выйдет, – существо склонилось над Димой. Его зелёные огоньки вспыхнули с новой силой. Диме стало не по себе. Этот взгляд, казалось, доставал до самой души.

– Обычно я наказываю нарушителей, – всё так же грозно сказала лесная сущность. – Но я отпущу тебя, ибо сердце у тебя большое и душа открыта. Не каждый человек обладает этими качествами. Это заслуживает не только уважения, но и дара, – он протянул мальчику сухую, как у мертвеца, лапу, в которой лежало что-то завёрнутое в узорчатую салфетку. – Ты расспрашивал про пропавшего мальчика. Сегодня лес тебе поможет. Это должно удовлетворить твоё любопытство.

Дима подумал, что сейчас протянет руку за подарком, и эта цепкая лапа схватит его и уволочёт в тёмную лесную чащу, куда свет от внешнего мира никогда не попадает, но этого не случилось. Он смог спокойно забрать этот кулёк.

– Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор, – сказало существо.

Тьма начала сгущаться. Огромный силуэт слился с ней воедино. По лесу эхом пролетели странные слова:

«Под взором ока кровавого,

Средь сказок и кошмаров, на мёртвой земле

Окольцованный встанет под косой костлявого

И проронит последнюю слезу во мгле».

Затем наступила тишина. Дима почувствовал, как кто-то лизнул его щёку длинным, влажным, скользким языком. Холодные и жирные слюни остались на его лице, а из пасти невидимого существа воняло гнилью. Дима уже начал представлять, какой монстр стоит на этот раз перед ним, как вдруг непроглядный мрак разрубил луч света, который начал слепить глаза, и мальчик увидел чудовище, стоявшее рядом. Это был Бим, а вместо огромной, призрачной фигуры, которая стояла минуту назад, появилась другая – фигура Бена с фонариком в руке, а рядом с ним находился Богдан.

– Нашёлся значит, – злобно начал разговор старик. – Ты башкой своей думал, когда в лес собирался? Если бы мы тебя не нашли, то всё, сидел бы я пожизненно за решёткой да жалел бы о том дне, когда тебя нанял. Вставай давай! Разлёгся тут.

Богдан подал руку помощи.

– Ещё и очки потерял, – проворчал Бен.

Старик продолжал негодовать. Дима не слышал его слов. Он вспоминал последние события своей жизни. Когда они прошли, довольно, длинное расстояние, Дима обернулся посмотреть на то место, где лежал, чтобы убедиться, что всё ему это не привиделось, но на том месте никого не оказалось. «Неужели фантазия разыгралась?»

Тут он вспомнил о подарке, который был крепко сжат в кулаке. Дима посмотрел на ладонь, пока все были отвлечены мыслями, и увидел всё тот же кулёк. Он решил его спрятать, чтобы другие не увидели, ведь это было единственным доказательством того, что ему это всё не померещилось. Дима снова стал приходить в реальность.

– Мне Богдан всё рассказал, – злобно сказал старик.

– Я пошёл за ключами и случайно оказался в лесу, – начал испуганно и глупо оправдываться Дима.

– Это и Богдан говорил поначалу, быстро я его раскусил, и он тут же во всём признался.

После слов Бена Богдан засмущался.

– А, что именно он сказал? – спросил Дима, посмотрев на Богдана.

– Что ты, наслушавшись про местные цветы, решил на них посмотреть. Богдан рассказал, где они растут, и показал дорогу, как до них дойти, а мне решили солгать.

Дима отчасти был рад тому, что Богдан рассказал только половину правды. Если Бен узнал бы про украденное кольцо, то он бы точно убил бы его в этом лесу. Через некоторое время они вышли из зелёного царства и подошли к «Сказочной опушке». Дима хотел было увидеть Алексу и Элли, но, когда он зашёл в магазин, их не было.

– Элли мы отвели домой, – объяснил Богдан, словно умел читать чужие мысли. – А Алекса ушла домой сразу после того, как ты отправился в лес. Если бы не Бим, который выскочил к нам навстречу и отвёл нас к тебе, то мы бы тебя так и не нашли. Только вот, как он нашёл нас? В лесу легко заблудиться. Такое ощущение, что ему кто-то указал дорогу.

– Не выдумывай, – сказал Бен. – Просто пёс оказался умным, в отличие от вас.

Старик подошёл к кассе, достал деньги и начал отсчитывать купюры.

– Вот, это твоя первая и последняя зарплата. Вот вам ещё деньги за дополнительную работу.

– За какую работу? – спросил Дима.

– Родителям я сказал, что вы решили поработать сегодня допоздна с тем условием, что я провожу вас до домов. Вот ещё денежная компенсация за испорченные очки. С этого момента вы оба уволены. Надеюсь, я сегодня вижу вас в последний раз.

Дима жил ближе, поэтому решили сначала проводить его. Они дошли до моста. На арке было высечено: «Уже уходите?»

Дима, прочитав слова, улыбнулся.

«Хорошо, что ухожу», – подумал он.

Мальчик на самом деле мог и не выйти. Дима это понимал и лишь ещё раз обрадовался этому после вопроса, заданного мостом. Весь путь они молчали, и лишь недовольное сопение доносилось от Бена.

Дома Дима вновь услышал крики и ругань родителей, доносящиеся с кухни. Они не заметили, как он пришёл. Дима пошёл в комнату, сел на кровать и достал лесной дар. Мальчик уже начал развязывать его, но тут в комнату забежала Элли. Дима сразу спрятал находку под подушку.

– Ты вернулся! – радостно закричала она. – Расскажешь, что ты там делал допоздна? Ключи нашёл? Ты, наверное, со своей подругой общался?

– Эль, не глупи. Я устал. Давай завтра.

– Если ты устал, то почему не спишь?

«Очень сообразительная для своих лет» – смотрел Дима прямо в её голубые глаза, где любые мысли тонули, как и он сам.

– Хорошо. Что тебе рассказать? – сдался Дима, зная, что всё равно проиграет ей в этом разговоре, как и во всех других. Она умела получать своё.

– Расскажи сказку.

– Как тебе откажешь.

– Это значит: «да»?

– Да, пойдём.

– Ура! – радостно закричала Элли.

Они ушли на второй этаж, в комнату Элли. Диме нравилось бывать в её комнате: она была уютной, милой, детской, со своим лёгким и неповторимым ароматом незабудок.

Шум с кухни давно утих. Дима долго не мог определиться, какую историю рассказать сестре, потому что не знал ни одной интересной, также он не умел их рассказывать. Элли помогла брату с выбором. Эту сказку он знал плохо. Пришлось им двоим её додумывать. Им было весело, а результат получился впечатляющим. После финала истории Элли закрыла глаза и пожелала Диме добрых снов. Мальчик ответил взаимностью. Дима чуть не наступил на Бима, который разлёгся рядом с кроватью. Мальчик лёг к себе в постель. За день он настолько устал, что, забыв про лесной подарок, уснул и лишь рано утром развязал его. Он ужаснулся. В салфетку была завёрнута баночка с аскорбинками, заляпанная кровью. Дима вышел в коридор и увидел отца. В голове встал вопрос: «Стоит ли всё рассказать?» Дима хотел узнать, как и почему пропадают люди, но понимал, что надо рассказать всё взрослым, хоть после этого он уже вряд ли что-то узнает об исчезновениях, но зато это давало шанс для местных правоохранительных органов раскрыть дело и обезопасить улицы города. Мальчик решил доверить дело взрослым профессиональным людям и первым делом рассказал историю отцу, правда не всю, чтобы не посчитали, что разыгралось воображение.

– Говоришь: нашёл, когда ходил за ключами, – медленно переспросил Сергей. Взгляд истинного психотерапевта был нацелен на Диму. Мальчику было некомфортно от такого стального взгляда и жёсткого тона в голосе. – Нужно немедленно передать эту улику правоохранительным органам. Собирайся, пойдёшь со мной. Расскажешь там свою историю.

Они отправились в участок, где передали баночку. Экспертиза показала, что кровь принадлежит мальчику Ивану, а аскорбинки в ней – галлюциногенные. Диму там ещё раз допросили, но ничего нового он не сказал. Полиция начала поиски злоумышленника.

***

Через неделю в газете Дима прочитал, что стражи порядка нашли похожие по составу аскорбинки. Они были в большом количестве у педиатра в местной поликлинике. Им оказался коллега Сергея – Антон. Его задержали. На вопросы, заданные ему, он, как написано в газете, не отвечает, всё время молчит. Куда Антон спрятал тела детей и зачем убивал – до сих пор неизвестно. Помощь в деле оказал Дима Карпов, который смог найти единственную улику. Мальчик обрадовался такой славе. Сергей решил перед судом, который должен был состояться уже на следующей неделе, навестить бывшего коллегу. Дима тоже хотел поговорить с Антоном. Ему было непонятно, почему такой весёлый человек учинил такой ужас. Что-то мучило Диму изнутри, поэтому он попросил отца взять его с собой. Сергей нехотя согласился. Элли они сказали, что ушли по делам. Интересно, догадывалась ли она по каким делам? Когда они пришли, Дима не поверил глазам, что перед ним сидит Антон. Бледный вид, растрёпанные грязные волосы, а вечная улыбка, красовавшаяся всё время на его лице, исчезла безвозвратно, как и жизни тех, кого он убил. Сначала Антон и Сергей о чём-то говорили. Отец не подпустил сына к разговору и только потом, когда Антон попросил увидеться с Димой наедине, позвал сына и отошёл.

– Вижу по твоим глазам, что хочешь поговорить, – заметил Антон.

– Я не понимаю. Зачем? Зачем всё это нужно было делать?

– Тебя мучают сомнения. Ты не до конца веришь в мою виновность, думаешь, что посадил невинного, пока сам убийца разгуливает по городу в поисках новой жертвы. Ещё есть вопросы. К сожалению, я не смогу на них ответить. Оно к лучшему. Меньше знаешь – крепче спишь.

– Почему люди в Харвуде пропадают?

– Потому что дураки. Конечно, мой ответ тебя не удовлетворил, но дело в том, что я сам не до конца разобрался. Одно я могу сказать наверняка: люди будут продолжать пропадать. То, что я теперь здесь, ничего не меняет, – Антон подошёл поближе к мальчику, но не слишком. – Береги себя и свою семью, – чуть ли не шёпотом дал он наставление. – Твой отец не сможет вас уберечь. Он не видит всей картины целиком, а когда увидит, будет уже слишком поздно. Он станет четвёртым, но не последним. Ты и Элли в большой опасности. Не гуляйте по ночам, не ходите в лес и на незнакомые голоса не отзывайтесь. Не пытайтесь ответить на вопросы, так как каждый новый ответ будет всё дальше погружать в вопросы. Это как игра, в которой нельзя победить.

Дима, понимая, что ничего полезного он уже не скажет, решил, что пора закругляться. Он отвернулся и собирался идти к выходу, но внезапно остановился от вопроса, который задал ему Антон:

– Ты ведь им не сказал про кролика, да? Волнуешься, что не так поймут? Так и есть. Как думаешь, за той маской скрывался я, кто-то другой или никто?

Сомнения спали, на душе стало легче. Теперь Дима был уверен, что кроликом был Антон, ведь он никому не рассказывал про ушастого зверя, и вообще никто не знал про его существование, ведь тогда пошли бы слухи и страшилки про белого кролика, который выманивает детей из собственных домов.

***

После посещения Антона Диме пришло письмо от Бена. Там было написано, что он может снова приступить к работе, если того желает. Дима согласился. В Сказочной опушке было много людей, как местных, так и приезжих. Они разрывали это место. В толпе Дима увидел Богдана с новенькой приставкой. Митя хотел поздороваться с ним, но он слишком торопился. Бен весь сиял от радости. Таким весёлым и счастливым его ещё никто не видел. Последние летние деньки стали ещё жарче, благодаря работе, захлестнувшей магазин. Все хотели не только купить какую-нибудь безделушку, но и посмотреть, пообщаться с героем, который помог следствию поймать преступника, что давало дополнительную славу и прибыль как Диме, так и заведению. Дима и Алекса заработали за последнюю неделю много денег. Бен в этот раз не скупился. После тяжёлых рабочих дней Дима без опаски ходил в лес, чтобы снова увидеть ту странную девочку в карнавальном костюме или что-то другое, мистическое, но ничего, кроме красивых видов, там не было, но и этому он был рад.

«Всё это было лишь галлюцинациями. Никакой мистики и магии нет» – каждый день мальчик говорил это себе и после этих слов с лёгкостью внутри уходил домой.

Кольцо в виде дракона потерялось. Наверное, выпало, когда Дима бежал по ночному лесу. Наступил последний летний день. Дима был готов к школе. День прошёл так же, как и другие до этого. Дима был взволнован, ведь завтра его ожидал первый день в новой школе. Он долго не мог уснуть. Страх неизвестности и вопросы мучили его: «Зачем Антон всё же убивал детей? Может, за кроличьей маской скрывался кто-то другой? Что произошло в лесу тогда на самом деле? Что имело в виду то существо, когда говорил про правильный выбор? Это всё неважно. Всего этого не было, я ведь знаю. А вот, что же будет завтра? Будет ли всё хорошо? Понравлюсь ли я ребятам и учителям? Время покажет. Завтра в школу, значит скоро всё вернётся на круги своя», – на этой славной ноте Дима закрыл глаза и начал погружаться в сон, предвкушая завтрашний день.

Глава 3: В паучьей сети

Дверь тихонько заскрипела. В комнате раздались шаги. Кто-то приближался к кровати. Крепкие объятия сна начали ослабевать. Дима услышал, как какой-то жучок быстро передвигал лапками по тумбочке, но открывать глаза не хотелось. Насекомое сползло с тумбочки на кровать и залезло ему на руку, разбудив мальчика окончательно. Дима медленно открыл глаза и увидел на безымянном пальце то самое серебряное кольцо в виде дракона. В комнате был ещё кто-то. Дима надел очки и разглядел в темноте маленький силуэт, рост которого не превышал метра. Дима спрятался за одеялом, как за щитом, который мог защитить от любых злобных созданий и монстров.

– Можешь опустить плед. Я тебе не враг, – спокойным и умиротворяющим голосом посоветовал карлик.

Дима медленно положил одеяло. Карлик взмахнул рукой, и перед ним образовался шар света. Дмитрий смог разглядеть незнакомца. Одет он был в длинную ночную рубаху. На ногах носил тапочки. На голову был натянут лёгкий белый колпак, из-под которого выступали седые волосы, достигающие плеч. Длинная, густая, белая борода, морщины на лице и на руках создавали образ немощного и уставшего старика, и лишь в глазах оставался огонёк жизни. В руках старец держал ветхую и потрёпанную книгу, на обложке которой красовался бронзовый сфинкс.

– Кто ты? Вор? – спросил Дитя.

– Я домовой.

– Иннокентий?

– Поразительно, что ты хоть что-то запомнил из бабушкиных рассказов.

– На самом деле забыл. Мама недавно рассказывала про тебя.

– Она хорошим была ребёнком.

– Не могу поверить. Тебя же не существует? Это галлюцинации.

Домовой нахмурился.

– Хм, галлюцинации столько не длятся. А я существую. Многие люди позабыли, кто защищает их покой и благополучие, – его голос стал грустным. – Могли бы хоть раз вспомнить про нас и подарить что-нибудь вкусненькое, чтобы нас как-то поддержать.

Диме стало стыдно за себя и за других, хоть он продолжал не верить.

– Значит домовые – настоящие хозяева домов?

– Домовые – это существа, которые ухаживают за домами и защищают их, но не владеют ими. Вся наша жизнь связана с ними.

– Почему?

– Домовой появляется вместе с домом, который построили грамотно, с любовью и душой, что сейчас является редкостью. В этот дом должна поселиться дружная, следящая за чистотой и порядком семья со счастливым ребёнком и спокойным котом. Только тогда в уютной атмосфере рождается молодой домовой, который помогает людям поддерживать гармонию, иначе дом начнёт разваливаться, а вместе с ним начнёт стареть и слабеть домовой. Из-за того, что люди обленились, у нас прибавилось работы, а то, что вы ссоритесь всё время, негативно на нас влияет, – он снял колпак, и Дима увидел на голове мухоморы, мох и лишайник. – Позабыли вы всего, обленились. Весь покрылся уже растительностью. Доведёте меня скоро так своим беспорядком. Эх, возможно, когда-нибудь люди в этом городе станут добрее друг к другу, – начал мечтать домовой, надев свой колпак на голову.

Дима слушал Иннокентия, смотря на свой окольцованный палец, пока он не решился задать вопрос:

– Ты что-нибудь знаешь про это кольцо? Почему оно меня преследует?

– Живые кольца, как и обычные кольца, помогают волшебникам концентрировать магию, дают дополнительную энергию и усиливают эффект заклинаний, но живые кольца обладают своим характером и сознанием, поэтому они могут, как помочь, так и предать. Также они способны перенимать черты характера нынешнего хозяина. Это всё, что я знаю, но тебе может помочь один мой знакомый, – Иннокентий достал из кармана старый жетон с символом дуба и протянул Диме. – Отдашь это коту. Он тебе всё расскажет.

– Который под дубом живёт, в центре города?

– Да.

– Он настоящий кот?

– Да. Бедолага. Последний в своём роде остался, а ведь раньше их было столько… Всех размеров и оттенков. Теперь же ему приходится притворяться, что это костюм. По-другому никак.

– Что случилось?

– Люди, – одним словом ответил Иннокентий на вопрос.

Диме поверить в это было непросто, но ему нужно было разузнать о кольце больше, раз оно так вцепилось. Нужно знать, чего от него ожидать.

– Кольцо, ты, магия… Не могу поверить, что это всё правда. Скорее всего, я сплю.

– Это не сон.

– Тогда почему? Почему сейчас? Почему я раньше ничего этого не видел?

– Ты это видел. Я даже больше скажу, ты видишь это каждый день.

– В каком смысле?

– Разве природа, человек и его творения – это не волшебство? Разве сам мир, в котором мы живём – это не чудо?

Дима промолчал, так как ответ был очевидным.

– Эх, ясно всё с тобой. Ждёшь другого ответа. Ладно. Мы, иные и сказочные, всегда прятались от людей, из-за их непредсказуемой реакции, ужасного нрава и страха перед неизвестностью. Сверхъестественные силы, существа и другие пугающие человека вещи на самом деле вещи обыденные и объяснимые, но соблазнительные и опасные. Маги, как представители этого скрытого мира, всегда изучали и пресекали странные явления, чтобы не тревожить простой люд. Раньше ты тоже был в их числе, но теперь, когда выяснилось, что ты волшебник, тебе и твоему разуму сразу открылась вся картина мира. Поначалу непривычно, столько всего, но ты справишься. Только не пытайся разгадать все тайны. Даже магам, что стоят между двумя мирами, не суждено знать всего.

– Я ещё ни разу не колдовал. Какой из меня маг?

– Вот и увидим.

– Меня ещё вопрос интересует. Ты знаешь, куда пропали бабушка и дедушка? Почему они ничего не сказали? Почему родители…

– Самому хочется знать. Однажды они вышли на улицу и так и не вернулись. Видимо, они кому-то сильно помешали или просто очень много знали, поэтому им пришлось исчезнуть. Одно знаю точно: после этого в городе начали происходить странные вещи.

– Кому они могли помешать?

– Твоя бабушка была чародейкой. Она знала, что кто-то из её потомков получит магический дар. Мы думали, его унаследует Элли, но теперь я понимаю, что это было не правильное суждение. Волшебные кольца служат только магам, и раз оно выбрало тебя, то вот тебе подарок, – домовой положил книгу на тумбочку. Дима вопросительно на него посмотрел – Нелегко было это достать. Много дней на это ушло. Твоё любопытное кольцо залезло мне в карман, чтобы узнать, куда я направляюсь. Видно, уже унаследовало любопытство от тебя.

– Что это?

– Труды твоей бабушки. Будучи опытной чародейкой, она собрала всё, что успела разузнать про чудеса и мистику за годы своего существования, и записала в эту книгу. Её желанием было поделиться этими знаниями с потомками. Считай это наследством от неё.

Дима открыл книгу. На первой странице было всего два заклинания, одному из которых пыталась обучить его одна знакомая.

– Что мне с этим делать?

– Учи, познавай и про школу не забывай. Так как ты волшебник, тебе нужно изучать заклинания.

– Я не знаю… Зачем мне учить не пойми что? Даже если заклинания, что в книге, сработают, в чём я сомневаюсь, какова будет их практическая польза? Сейчас всего можно добиться через науку и технологии, смекалку и ум. В жизни эта тарабарщина вообще не пригодится. Только время потеряю зря на вашу псевдонауку.

– Прошу, хотя бы попробуй.

– Будет время – почитаю. И как только узнаю, как избавиться от кольца, тут же вернусь к своим делам. Мне неприятности не нужны.

– Только не показывай свой дар другим, как бы тебе этого не хотелось. Люди по-разному могут отреагировать. А теперь ложись спать, завтра у тебя важный день.

Домовой задул шар света, тьма расползлась по комнате. Дима снял очки, однако кольцо не смог. Снова серебряный дракончик намертво вцепился в палец. После такой встречи спать не хотелось. Пришлось потратить немало усилий, чтобы выспаться.

***

Наступило утро. Пока Дима готовился к школе, все уже собирались за столом. В этот раз кольцо он снял легко и, положив его в один из карманов брюк, мальчик вышел из комнаты. На завтрак была яичница со свежевыжатым, кислым, апельсиновым соком. Ели все быстро. Родители всё утро обсуждали готовность Элли к школе. Она идёт в первый класс, поэтому все сегодня были, как на иголках. Суета накрыла дом и Диму вместе с ним. Его почти не замечали. Торжественного начала учебного года не будет по разным причинам. Проведут только классный час.

Дальше события происходили стремительно. Дима даже не понял, как он так быстро оказался в школе. Здание выглядело древним. Построено оно было не как все остальные школы, имело какую-то другую форму, неказистую, смешную. Последний раз ремонт делали, как будто во времена, когда учились дедушка с бабушкой: антикварные люстры, старые стеллажи, стеклянные окна, потрескавшаяся штукатурка.

«Даже Сказочная опушка выглядит лучше» – понял Дима, осмотрев помещение.

На удивление, коридоры были чистыми и ухоженными. Возле раздевалки находилась каморка охранника. Сам охранник сидел у входа за столом, одетый в узнаваемую всем издалека форму, вооружённый дубинкой и фонариком. Выглядел он свежо и молодо. В коридоре стоял запах готовящейся еды. По нему Дима определил, что неподалёку находится столовая.

– Не забыл. Ты в 6 Г классе. Классного руководителя зовут Антонина Григорьевна. Двадцать первый кабинет. Второй этаж, – напомнила мама.

– Я помню.

– Всё, иди. Веди себя хорошо.

Мама горячо поцеловала сына в лоб и ушла провожать Элли в другой класс. Дима нашёл лестницу и начал подниматься по ступеням. На лестничной площадке второго этажа он увидел Богдана, который рассказывал анекдот. К сожалению, Дима успел услышать только последнюю её часть, поэтому ему не было так смешно, как стоявшему рядом мальчику.

– Здорово! – громко поздоровался Богдан. Худощавый мальчик, стоявший рядом, увидев Диму, убежал.

– Привет, куда это он побежал?

– От тебя подальше. Не хочет проблем.

– Что?

– В городе ты стал знаменитым. Даже полиция не смогла найти улики, а ты смог. Не каждому сопляку это под силу. Правда, скоро твоя популярность принесёт тебе проблемы и хлопоты.

– Я всё равно не понимаю.

– Пошли слухи, что ты всё подстроил, чтобы стать знаменитым. Говорят даже, что убийцы никакого не было, а ты подставил невинного человека. Другие же, самые безумные, утверждают, что маньяк на самом деле существует, и ты с ним заодно.

– Бред всё это, – отмахнулся Дима. – Мне известность не нужна.

– Не я придумал это.

– А кто?

– Машка – наша староста в классе и, по совместительству, главная сплетница. Она одна из влиятельнейших и популярнейших не только в школе, но и во всём городе. Эта змея не хочет делиться славой, особенно с «чужаками», то есть с новенькими. Вот, обозлилась на тебя. Ты же теперь на всех газетах вместо неё, – Богдан оглянулся по сторонам. Любопытных не нашлось. – Короче, многие ей поверили. Надеюсь, ваши пути не пересекутся, – после этих слов Богдан резко перешёл на свою стандартную громкость. – Ты, кстати, в каком классе учиться будешь?

– В шестом Г, – гордо произнёс Дима, хоть гордости он никакой не чувствовал.

– Тогда нам по пути.

Они дошли до второго этажа и вышли в главный школьный зал, откуда шли коридоры в разные стороны. Детей было мало, в основном здесь находились сотрудники и учителя школы. Дима увидел учительскую, кабинет директора и множество служебных помещений.

– Запутанно тут всё. А если пожар или землетрясение? – спросил Дима.

– Тогда прыгай в окно. Может, успеешь в полёте зацепиться за какое-нибудь дерево, – он громко засмеялся, чуть ли не вызвав то самое землетрясение, но быстро успокоился и достал из рюкзака какую-то схему. – Это карта всей школы. Бери, мне не жалко. Я уже освоился, а тебе она всяк будет сейчас нужнее.

Дима поблагодарил Богдана и задал весьма очевидные вопросы:

– Кто основал такую школу? Почему нельзя было построить по примеру других учебных заведений?

– Ходят слухи, что это здание изначально не была школой. Это уж потом сделали из неё учебное заведение, а раньше тут было что-то другое.

– Что?

– Никто не знает. Некоторые говорят, что под ней до сих пор находятся катакомбы, а в её стенах можно найти тайные проходы, ведущие во все части города и не только. Вот только проверяли это место сто раз, так ничего и не нашли. Всё это лишь мифы и легенды. Но людям нравится в это верить. Жизнь перестаёт быть такой скучной.

После такого рассказа Дима ненадолго задумался. Он понимал, что мифы и легенды, какими бы они странными и неправдивыми не были, могут оказаться реальными.

«Что если сейчас в этом помещении есть тайный проход, допустим, в стене. Куда бы он отвёл? В катакомбы? А, может, сразу в лес?» – его мысли прервала девочка, которая подбежала к ним.

– Всем привет! Вы чего здесь прохлаждаетесь? Скоро звонок, – девочка, одетая не по школьным стандартам, с распущенными чёрными волосами и с большими карими глазами, заметила Диму и чуть не завизжала то ли от страха, то ли от радости. Как Дима потом понял, скорее второе. – Ты тот самый мальчик, поймавший маньяка? А ты правда его поймал? Как? Или ты невинного человека обвинил? Если так, то ты сделал это ради славы или прикрываешь настоящего убийцу? А ты уже убивал кого-то? Ты умеешь заметать следы? Если ты сотрудничаешь с маньяком, то ты знаешь, кто ваша следующая жертва? Я советую взять Машу Крастину. Она мне давно не нравится. Всё время ко мне пристаёт. А ещё…

– Хватит, Алёна, – прервал Богдан. – Он не убийца. А мы можем опоздать на классный час. Нужно поторопиться.

Если бы Богдан не остановил её, она бы заговорила Диму до смерти. Половину вопросов он прослушал, если не больше.

– Нам в эту дверь, – сказал Богдан, и все пошли за ним.

За дверью находилось два пути. Один путь перегорожен стремянками и сигнальными лентами. За ограждениями находился полутёмный коридор без окон и света, абсолютно пустой. Потолок грозился в любой момент обрушиться вниз.

– Ремонт? – задал вопрос Дима, указав на левый проход.

– Там начинается Серый коридор, – ответил Богдан. – Назван он так, потому что там нет окон, а освещение провести там не могут, поэтому там всё кажется бесцветным. Отремонтировать этот кусок коридора никак не могут. Только, к примеру, электричество проведут, как на следующий день лампочки побиты, провода оторваны. И так со всем остальным. Даже когда мой брат учился в школе, этот коридор уже имел дурную славу. Идущие по этому коридоры люди часто говорят, что настроение там падает, начинается грусть, депрессия, голова кружится и болит, слышатся голоса, видны тени. Иногда там и вовсе люди пропадают. Как они только умудряются? Не понимаю. Там только вход и выход, помещений нет. Только в начале коридора туалеты есть и всё. Но не волнуйся, ты туда вряд ли когда-нибудь пойдёшь. Хотя, ходят легенды, что коридор расширяется и скоро захватит весь этаж. Но это лишь школьные байки.

«Иногда легенды могут стать правдой» – подумал Дима, но эта мысль была смещена с главного пьедестала разума одним вопросом.

– Ты слышишь? – спросил Богдан.

– Нет, – прислушался Дима.

– В том то и дело, что нет.

Дима начал понимать к чему клонит Богдан.

– Где Алёна?

– Может, она в класс ушла? – предположил Дима, пытаясь этим утешить и себя, и своего друга.

Волнение ушло, когда ребята увидели Алёну, перешагивающую через предостерегающую ленту.

– Что ты там делала? – спросил Богдан.

– Что? Уже в туалет нельзя сходить? Пойдёмте уже. Разговорились тут.

Они подходили к классу. Вход располагался в самом конце коридора. Здесь было уютно и, на удивление, тихо. Дима услышал, как сверху загремело, заскрипело, забулькало.

– Это трубы опять засорились, – оперативно прокомментировала звуки Алёна. – Всё время в этом месте застревает мусор, который специально смывают непослушные дети. С такими темпами трубы скоро взорвутся. Они старые. Сейчас включат измельчители, и звуки прекратятся.

Бульканье и скрежет действительно скоро прекратились. Видимо, включили.

После всех странных и запутанных коридоров Дима ожидал, что класс будет таким же необычным, как вся школа. Но это была непримечательная комната. Всё, как в обычном классе: огромная зелёная доска занимала всю стену, над головами висел проектор, подоконники и полки шкафов были забиты растениями и экзотическими цветами. Все места в классе были уже заняты. Пришлось сесть на последнюю парту, где царили беспорядок и одиночество. Рабочее место было не в лучшем состоянии: парта вся изрисована, вся в пыли и ветхая настолько, что казалось сейчас развалится. Стул, скрипя, шатался, а под партой творилось… лучше этого не знать.

– Привыкай, последние парты в этой школе были созданы для таких отбросов, как ты, – злобно и грубо картавил сидящий впереди мальчик крепкого телосложения, а девочка рядом язвительно захихикала.

Прозвенел первый школьный звонок. Черноволосая женщина лет тридцати-сорока вошла в класс и поздоровалась с учениками. Лицо у неё было добрым и приветливым, а голос мягким и спокойным.

– Первым делом – перекличка, потом напомню всем правило поведение в школе, – сказала она, садясь за стол.

Все сегодня присутствовали. Правила поведения такие же, как и в других школах, за исключением некоторых пунктов.

– … Напоминаю и делаю акцент на том, что в туалетах вещи и мусор не смываем, трубы не засоряем. Для этого есть мусорные вёдра. Хочу также предупредить: если преступник пойман, это не значит, что можно гулять где и когда угодно. Будьте осторожны. К незнакомым и сомнительным лицам не подходите. И не забудьте, – вспомнила Антонина Григорьевна ещё одну вещь. – в так называемый «Серый коридор» не ходим: там ремонт. А теперь вы получите расписание уроков и звонков, после чего я выдам учебники.

Учебники выглядели старыми: ветхий переплёт, жёлтые, заклеенные страницы, испачканные чернилами и разрисованные карандашами.

«По ним, наверное, обучалось ни одно поколение» – с осторожностью перелистывал Дима выданные книжки.

Прозвенел звонок. Все отправились на первый урок в этом году, на урок литературы. Только куда идти? Дима вспомнил про школьный план, который дал Богдан, поэтому он легко дошёл до сорокового кабинета.

– Ты Богдана видел? – подбежала к нему Алёнка.

– После классного часа не видел.

– Опять, наверное, анекдоты и игры рассказывать ушёл, – предположила Алёна. – Мне бы хотелось побольше узнать о тебе. Правда ли, что о тебе говорят?

– Нет, а…

– Почему ты переехал в город? С целью? И как ты познакомился с Богданом? Хотя нет, догадываюсь.

– Дела здесь у родителей. Я и сам нашёл работу в Сказочной опушке.

– Ага, дела значит, и… фу, ты работаешь на этого старика? Там же воняет.

– Как по мне, это обычный магазинчик. Ни чем там не воняет.

– Воняет от него злобой и… и древностью вперемешку с жадностью и скукой. Что за мода пошла работать на него? Сначала Алексия, потом Богдан. Хорошо, что он бросил эту работу. Не потратит своё детство впустую.

– Ты единственная, кто не боится подходить и разговаривать со мной, – он осмотрелся. Люди то и дело уходили от его взгляда, начинали шептаться. – Не считая Богдана. Он бесстрашный человек.

– Так я тоже, – сказала она и задумалась. – Хотя нет, я скорее безбашенная. А такие люди страху не знают.

– Может, и то, и это?

– А ты соображаешь, – ликовала она.

– У тебя такая интересная жизнь, Дима. Ты точно напишешь сегодняшнее сочинение.

– Сочинение?

– Мы по литературе после каждых каникул пишем сочинение на тему, как их провели. Но ты можешь не переживать. У тебя будет самое захватывающее сочинение, – она заметно загрустила. – А я не знаю, что буду писать. Только и делала я летом, что ходила на танцы и в доме хозяйничала, – последнее слово она произнесла с особым раздражением.

Дима задумался о том, что будет писать в сочинении, но его мысли рухнули вместе с ним.

– Что? Ноги уже не держат? – разразился сзади противный картавый голос.

Дима пытался встать, но чья-то тяжёлая рука ещё сильнее повалила его. Обидчик засмеялся, но шум звонка заглушил мерзкий хохот.

– Иди на урок, Глеб. Нечего обижать новеньких, – сказала Алёна, помогая Диме подняться.

– Нечего привечать чужаков, – Глеб сплюнул, уходя в класс.

– Ты в порядке? – Алёна помогла Диме подняться.

– Ага, – ответил Дима, оттряхивая с себя пыль и грязь.

– Этот Глеб вечно обижает новичков и слабаков. Он точно доиграется.

– Может быть.

Они вошли в класс последними. Если в классе биологии всё было уставлено растениями, то тут своё пристанище нашли книги, а на стенах висели портреты известных литературных деятелей. По технике класс тоже ничем не отличался. Учитель сидел за столом, на котором царил беспорядок из книг, тетрадей и листов бумаги. Некоторые листы были скомканы. Девушка, сидевшая за учительским столом, выглядела очень молодо, как будто только вчера окончила школу. Её тёмные шелковистые волосы были заплетены сзади в пучок, а мечтательные глаза имели мягкий небесный оттенок.

– Садитесь, – не вставая сказала учитель кротким и отчуждённым голоском. – Сегодня по традиции пишем сочинение на тему: «Как я провёл каникулы». У нас два урока подряд? Хорошо, значит будете писать два урока без перемены. Она у вас всё равно короткая.

В классе начались возмущения, на что девушка ответила:

– Отдых – это трата времени, которое не даёт никакого результата. За то время, пока человек отдыхает, можно сделать столько всего полезного и нужного. Вот поэтому вы займётесь сочинением, чтобы развить в себе, возможно, нераскрытый талант.

Класс замолчал. Все понимали, что спорить с ней бесполезно. Перепалки только отнимут драгоценное время, которое нужно потратить, как она говорит, с пользой. Дима около двадцати минут потратил на размышления: «Что написать? Про последние летние деньки? Зачем отмечать то, что и так у всех на слуху? Может, лес? Нет. Ещё подумают, что воображение разыгралось. Что было до переезда в Харвуд? Друзья. Точно. Про них и про свою прошлую жизнь напишу. Интересно, как они там? Вадим, наверное, снова попал в неприятности, придумав очередной неудавшийся прикол. Лео, скорее всего, тренируется перед соревнованиями, забыв обо всех других делах. Олеся точно гуляет целыми днями во дворах. Интересно, скучают? А, может, уже забыли про меня? Жаль, что телефона нет. Можно было бы с домашнего позвонить, но родители не разрешают к нему подходить. Всё-таки он для дел, а не для пустой болтовни. Если бы не всё это, давно бы уже позвонил». Дима приступил к работе. После звонка многим захотелось в туалет. Преподаватель понимала, что они собрались не в туалет, а на перемену, поэтому отпускала по одному. Всё время, все два урока, учитель просидела за столом. То она черкала на бумажных листах, то нервно комкала их, то быстро печатала на клавиатуре, то просто задумчиво смотрела в окно. Дети периодически спрашивали её на счёт сочинения. Диму выбило из колеи, что каждый обращался к ней по-разному: Светлана Анатольевна, Фаина Анатольевна, Клара Анатольевна, Фиона, даже назвали её Евлампией и Аглаидой, но всё же чаще именовали Кларой, Фаиной и Светланой. Второй урок подходил к концу. Дима написал сочинение и сдал учителю. Рассказ вышел коротким, на что обратила внимание Светлана Анатольевна.

– Вижу, Дмитрий Карпов, лето не провели с пользой, – начала проверку Фаина Анатольевна. – Почему вы написали только про переезд. Ни одного слова про Харвуд. Не патриотично. И я говорю не про трагические события в городе. То, что вы это не написали, – хорошо. Это всё-таки Харвуд, центр туризма, а не какая-то полузаброшенная деревня ужасов и кошмаров, – Светлана Анатольевна с отвращением проговорила последние слова, взгляд теперь был направлен на Диму. – Но я разочарована, что у вас абсолютно нет фантазии и что-либо вы всё лето занимались чем попало, либо вы пытаетесь что-то скрыть. Это видно по рассказу. В любом случае у вас хромает грамматическая речь, но это поправимо. Раз вам нечем было заняться летом, то позанимаетесь сейчас. Я назначу вам дополнительные занятия. Как раз подлатаете грамматическую речь и фантазию. А теперь идите, сейчас будет звонок, – закончила Светлана Анатольевна и Дима с печалью на лице начал собирать вещи.

Следующий урок – иностранный, На перемене к Диме подошёл Богдан.

– Жаль, что мы в разных группах, – сказал с досадой он. – Так бы на уроке иностранного вместе сидели. Ещё и с Глебом будешь в одной группе. Я слышал, что вы уже пересекались.

– Откуда?

– Машка, – одним именем Богдан ответил на все вопросы. – Также она всем успела растрепать про твои дополнительные занятия по литературе.

– Я ведь только что о них узнал. Как она успевает?

– Не дремлет.

– День, видимо, не задался.

– Это только начало дня. В Харвуде никогда не любили приезжих или новеньких, всегда относились к ним с подозрением почему-то. Нашу школу можно сравнить с… с паутиной… Такая же запутанная… А Глеба, Машу, Кирилла, ты ещё с ним не знаком и лучше тебе не знакомиться, Тамару Игоревну, хорошо, что её уроков сегодня нет, можно сравнить с пауками, которые плетут свои лживые и коварные сети, чтобы маленькие насекомые, такие как мы, в них угодили.

– Красиво сказано, а школа действительно напоминает по строению паутину.

– Я тоже согласен. Пора отсюда уходить, а то скоро стану, как Светлана Анатольевна. Уже, кажется, становлюсь ею.

– Кстати о ней, почему у неё столько имён?

– Она говорит, что Светлана, Клара, Фаина – это одинаковые имена, то бишь значение у них одно – светлая, ну или что-то тип того, поэтому разницы нет, какое имя ты будешь использовать. Многие пытаются над ней приколоться. Используют такие имена, которые вообще позабыты и в современном обществе не применяются, но она и их знает, поэтому приколы не получаются. Странная женщина, но есть учителя и по страннее.

– Всем снова привет! – подбежала к ним Алёна. – Светлана Анатольевна задержала. Сказала, что у меня много орфографических и пунктуационных ошибок. Ещё у меня чересчур богатое воображение, но дополнительные занятия не назначила, как тебе, Дима.

– Несправедливо. Почему только мне назначили?

– Потому что новенький.

– Нам пора, Алёна, – напомнил Богдан.

– Удачи, Дим! – помахала Алёна рукой.

***

На уроке иностранного Диме не удалось создать первого хорошего впечатления на учителя. Командная работа Глеба и Маши не позволила мальчику даже оправдаться. Подкинутый листок бумаги и подошедший вовремя учитель не дали шансу спастись от хохота класса, ведь на листке были написаны смешные высказывания в адрес преподавателя.

***

Дима вышел в коридор и достал схему школы, но посмотреть и вспомнить, где находится двадцать первый кабинет, класс биологии, не успел. Из его рук вырвали спасительную карту.

– Зачем тебе это, а? – всё тем же картавым голосом нагло задал вопрос Глеб. – Вот и я думаю, что незачем, – После этих слов он порвал схему в клочья. – Посмотрим, как ты дойдёшь до класса.

Глеб пошёл своей дорогой, по пути сбив Диму с ног. Мальчик почувствовал, как его тело наполняется злобой. Хотелось кинуться на обидчика с кулаками. Но Диме пришла мысль, что это плохая идея.

«Иногда лучше перетерпеть, иначе ещё больше проблем будет» – подумал он.

Без карты ему пришлось вспоминать дорогу самому. Он мог бы спросить у любого встречного, но по словам Богдана, новичков здесь не любят, поэтому верить никому не следует. Рассчитывать можно только на себя. По памяти Дима нашёл двадцать первый кабинет, но опоздал на десять минут, из-за чего его потом отсчитали перед классом. Он сел на свою заднюю парту и притих, как мышь, на которую охотится стая котов, выжидая, когда мелкий грызун выпрыгнет из безопасной норки. Это помогло. За урок его никто не тронул.

***

Идя по довольно пустому коридору на уроки труда, Дима вспомнил про кольцо, которое у него в кармане. Он достал его, чтобы проверить, не сбежало ли оно. Кольцо было мёртвым, но Дима знал: оно живее всех живых. Просто притворяется.

– Что это у тебя? – начал приставать Глеб. – Ну-ка дай сюда, – громила вырвал из рук кольцо и начал на него глазеть выпученными глазами. – Откуда у тебя, такого дохляка, такая прелесть? Украл? Не важно, продам кому-нибудь за приличные деньги. Свободен, – он махнул на Диму рукой и продолжил рассматривать колечко.

– Отдай! – выкрикнул Дима.

– Чё ты сказал? – Глеб взял и повалил его на пол. Пустынный коридор ожил. Вокруг начал собираться народ, который хотел посмотреть на очередное зрелище. Из толпы зрители выкрикивали: «Кончай с ним!», «Добей его наконец!», «Вставай и дерись!» Дима всем на зло не встал. Обидчик размашисто зашагал к своей жертве. Дима воспользовался этим. Он подставил Глебу подножку, и тот от неожиданности с грохотом упал и омерзительно картаво выругался. Дима пытался встать, но громила подполз и снова повалил его на пол. Силы были на исходе. Сопротивляться стало невозможно. Огромный кулак уже висел в воздухе и хотел обрушиться со всей тяжестью на Диму, но гигант сначала засмеялся, а потом резко запищал, ухватившись другой рукой за сердце. Многие после этого в коридоре засмеялись. Не каждый день можно увидеть школьного задиру с тонким девчачьим голосом. Дима поначалу не понял, что с ним. Только когда он подошёл и наклонился к поверженному врагу, он увидел, как из-под рукава толстовки аккуратно выполз, сверкая красными глазами и теперь такими же зубами, дракончик. Дима резко его подобрал, боясь, что зверька заметят, но все к счастью были заняты другими делами: кто-то продолжал смотреть на хулигана, кто-то смеялся, другие же начали увлечённо переговариваться друг с другом. По коридору раздались тяжёлые и медленные шаги от каблуков. Люди затихли и сразу кинулись врассыпную, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Шаги становились всё ближе и ближе, пока не прекратились. К тому времени в коридоре было уже пусто. Лишь единицы, храбрецы, глупцы и те, кто не успел вовремя уйти, остались, но они все притворялись, что заняты и не понимают, что здесь происходит. Дима повернулся и увидел строго одетую женщину, рядом с которой стояла девочка в таком же строгом, но при этом изысканном и довольно дорогом наряде. Они будто копировали друг друга во всём. Женщина выглядела пожилой: убранные седые волосы, строгий чёрный сарафан, большие прямоугольные очки, за которыми на Диму устремлялся стальной тяжёлый взгляд. Её гордое лицо вселяло страх и уважение. Девочка, со сплетёнными золотыми косичками на голове, позади коварно улыбалась. Глеб к тому времени пришёл в себя. Он встал и отряхнул с себя пыль и грязь, что сделал и Дима.

– Вы были правы, Мария, – сухим и чёрствым голосом начала разговор женщина, пока как её хищный взгляд всё ещё был нацелен на мальчишек. – хулиганы на лицо. Всё бы дрались. Если вам некуда девать энергию, то я придумаю подходящее наказание. После него, поверьте, вы вряд ли сможете так же бодро размахивать кулаками впустую.

– Но Тамара Игоревна… – начал оправдываться Глеб.

– Моё терпение лопнуло. Каждый год одно и тоже. Но скоро это закончится. Я обещаю, что добьюсь того, чтобы ты встал на учёт.

– Завтра оба приходите в школу. Глеб Мясницкий – с родителями в мой класс, а Дмитрий Карпов – в библиотеку. Разговор окончен.

– Но завтра суббота… – начал возражать Глеб.

– Я сказала: разговор окончен, – медленно и злобно повторила Тамара Игоревна. – Пойдёмте Мария, вы ещё что-то хотели показать.

– Нам туда, – демонстративно и с долей грации показала она рукой.

– Тебе конец, – тихо прошептал Глеб Диме и пошёл в противоположную от дам сторону, попутно толкнув плечом прохожего мальчика.

Пока коридоры пустовали, Дима раскрыл кулак и обнаружил вместо живого существа кольцо. Мальчик положил его обратно в карман и решил больше в школе не доставать. Тем временем перемена подходила к своему завершению. Проблуждав некоторое время по коридорам в поисках знакомых лиц и кабинета труда, он совсем отчаялся. Дима присел на лавочку, чтобы собраться с мыслями. К нему подошёл мужчина с густыми чёрными волосами и бородой.

– Дима, так? – догадался он.

– Да, что-то не так? – ответил мальчик, готовый к очередным неприятностям.

Незнакомец предложил проводить до кабинета трудов. У Димы появились сомнения. Кого-то мужчина ему напоминал, причём он знал мальчика и, что нужно торопиться на урок труда. Появился подсознательный страх, когда боишься, но не помнишь или не понимаешь почему. Выбора не было. Дима с опаской согласился. Коридоры уже пустовали. Они шли молча, пока не дошли до тёмного закутка, находившийся далеко от основных школьных маршрутов и от людских глаз. Ламп здесь не было, окон тоже. Проход загораживали коробки, среди которых Дима разглядел дверь, сделанную из чёрного металла.

– Откуда вы знаете, как меня зовут и, что мне нужно на уроки труда? – решил Дима разрядить обстановку.

Мужик промолчал. Теперь Диме стало в два раза страшнее. Убежать не получится: это место находилось на отшибе. Ноги у мужчины длинные – спортсмен. Незнакомец потянул ручку на себя. Раздался противный скрип. Дима окаменел от ужаса, словно его ноги приковали к полу. Страшно, но любопытно. Дверь открылась, и на Диму напал ослепительный свет. Лучи были тусклыми, монотонными, одноцветными, но по сравнению с этой непроглядной темнотой они блестели и искрились. Дима нашёл свой класс. Все уже сидели за верстаками. В кабинете царил бардак. В одном углу валялись доски, в другом находилась куча металлолома. Пауки в верхних углах соткали огромные сети. Окна из-за большого слоя пыли слабо пропускали солнечные лучи, окрашивая комнату в жухлый цвет. Только инструменты и крепёжные изделия аккуратно лежали на полках шкафа. В воздухе стоял запах обработанного дерева с лёгкими металлическими нотками. В помещении существовало ещё две двери, помимо входной, одна из которых была механической. Дверных ручек и замков на ней не наблюдалось. На вид – очень массивна. На ней небрежно написали красными предупреждающими буквами: «Не входить!» Другая дверь вела к станкам для обработки металла и дерева.

– Здравствуйте, Лаврентий Петрович, – выкрикнул класс.

– Добрый день, садитесь на свои места, – по-доброму сказал, как оказалось, учитель трудов.

«И как я раньше этого не понял по его униформе? Грязный фартук, пыльные и мятые штаны – всё указывало на то, что он трудовик. Тогда понятно, почему этот мужик знает меня. Я его ученик. Видимо, за день совсем разучился здраво и позитивно мыслить. На воображал себе всякого» – с облегчением Дима сел за верстак рядом с Богданом.

– Сегодня будет ознакомительный день, – начал объяснять план уроков Лаврентий Петрович. – На первом уроке проведём инструктаж по технике безопасности, на втором вы займётесь черчением шкафа.

***

Уроки трудов прошли быстро и, на удивление, спокойно. Обычно такие занятия непредсказуемы и опасны в связи с огромной свободой действий и отсутствием дисциплины, но здесь всё иначе. Даже Глеб вёл себя сдержанно и, как ни странно, дружелюбно. Неужели Тамара Игоревна так на него повлияла? Дима заметил, что только сейчас у него поднялось настроение. Он даже пытался вспомнить все несчастья, которые с ним сегодня приключились – не получилось. Два урока прошли быстро. Настало время сдавать работы.

– Чертёж хорош, – похвалил учитель Диму. – За урок так точно всё обозначить не каждому дано. Грамотно всё. Сразу видно, что дед тебя обучал. У него чертежи получались оригинальными и с той же изюминкой.

– Откуда вы знаете моего деда?

– Ты меня не узнал? – удивился Лаврентий Петрович. – Я сосед, которому вы помогли тогда… ну, с корвалолом, – после этих слов Дима впал в ступор. Теперь Диме понятно чувство дежавю. Но как из грязного бродяги он стал довольно опрятным человеком? Неужели корвалол настолько помог? Наверное, у него правда была плохая ночка.

– Если у тебя такой же талант, как у твоего предка… – фраза оборвалась, а сам Лаврентий Петрович задумался и лишь через некоторое время тишина оборвалась. – Мне нужна помощь в одном деле. Если ты согласен, приходи в понедельник после уроков.

– Что за работа?

– Ты главное приходи, а там уже всё обсудим.

– Я подумаю.

***

Уроки закончились. Дима решил не заходить домой, а сразу отправился на работу. Ему не терпелось увидеть ту, от которой он не ожидал никаких подлостей, от которой веяло только мятными леденцами, колой и мелкими шалостями, и раз таинственный и скрытый от людей мир существует, надо было осмотреть лес ещё раз. Его не покидала мысль, что домовой приснился, хотя кольцо и книга со сфинксом на обложке – прямые доказательства правдивости увиденного. Кто знает, возможно, в лесу всё это было не галлюцинациями?

***

Рабочий день в магазине ничем не отличался от предыдущих, разве что Алексы в магазине не было, из-за чего Дима приуныл, и атмосфера в помещении стояла не такая весёлая, как с ней. Чувство одиночества хозяйничало тут, так как людей пришло сегодня мало, а Бен почти не выходил.

«Может, с лесом больше повезёт?»

***

После работы Дима, забрав плату за незначительные труды, пошёл в чащу. Шёл он по той же дороге, что и всегда.

«Может, из-за того, что я хожу одним и тем же маршрутом ничего не нахожу? Но если пойду другой дорогой, то могу заблудиться. Уже скоро стемнеет… Стоит рискнуть» – любопытство взяло вверх над рациональностью. Он намеренно сбился с пути.

«Мне ничего не угрожает. Убийца ведь пойман» – пытался он успокоить себя. Дима прошёл ещё дальше, залез в кусты, где пауки создали настоящие паутинные поселения и запутанные города. Пришлось разрушить их. Когда он вышел из зарослей, перед ним открылась обширная лесная поляна, будто созданная для зрелищных игр и битв. Деревья и кусты являлись стенами этой импровизированной арены, в центре которой стоял массивный булыжник. Тропинок здесь не было. Только густая высокая трава.

«Жалко, что Бима рядом нет. Он бы здесь здорово нагулялся» – подумал Дима.

Кусты, откуда вылез Дима зашелестели.

– Олеся, это ты? – со страхом в голосе выкрикнул Дима.

Никто не ответил. Дима начал перебирать образы в голове:

«Может, ветер? А вдруг дикие звери, которые так и хотят полакомиться свежим мясом, или кто похуже?»

Дыхание участилось, сердце тревожно забилось. Дима осмотрелся и понял, что бежать некуда. Путь домой лежит только через эти кусты, другие пути никуда не приведут, лишь запутают.

– Олеся? – не скрывая паники, повторил он снова.

Из кустов раздался знакомый, картавый, грубый голос.

– Кто такая Олеся? – спросил с насмешкой Глеб, выходя из кустов. – У тебя есть друзья? Не верю. Скорее всего ей ты тоже насолил.

Дима на мгновение успокоился. Всё же человек, не зверь и не монстр, но потом запаниковал вдвойне. Это же Глеб – человек, который хуже любого зверя.

– Как ты меня нашёл? – сдерживая волнение, спросил Дима.

– Маша подсказала. Потом дохожу до магазина и вижу: в лес направился. Подумал, что удачно всё складывается. В такой глуши я смогу избивать тебя столько, сколько захочу, и никто не остановит.

– Я тут причём? Маша же пожаловалась на нас, значит она виновата в том, что тебя наказали.

– Во-первых, она староста из богатой и влиятельной семьи. Во-вторых, Маша загладила свою вину, рассказав, где ты.

«Железная логика. Хотя вряд ли кто-то захочет иметь такого врага как Маша. У неё есть власть и хорошие связи. Она неплохо умеет распространять слухи, которые могут как испортить твою репутацию, так и улучшить. Поэтому, наверное, все подстраиваются под неё» – подумал Дима.

– Убивать не буду, только вырублю. Марать руки особо не хочу. За меня это могут сделать здешние звери, а, может, маньяк, о котором все так говорят.

Дима хотел убежать, но тот поймал его за рюкзак и потащил назад. Он сопротивлялся, поэтому упал. Глеб вытащил из сумки книгу с заклинаниями.

– Зачем тебе такое старьё? Макулатуру собираешь? Лучше я себе это возьму. Будет чем вечером огонь в печи разводить. – Глеб так захохотал, что эхо раздалось по всему лесу, а сидевшие на ветках птицы разом взлетели ввысь. А, может, не из-за смеха они засуетились?

Дима встал. Глеб заметил это и толкнул его лицом в грязь. На небе уже появились первые звёзды. Лес погрузился во мрак.

– Нужно уходить, – пробормотал себе под нос Дима.

– Чё ты там промямлил?

– Нужно уходить! – выкрикнул на этот раз Дима.

– Чё? Темноты боишься? – Глеб взял Диму за воротник и прислонил его к камню. – Ничего, когда я с тобой закончу, темнота уже не будет тебя волновать так сильно.

Глеб сделал взмах рукой-кувалдой, но не успела она долететь до Димы, как раздался шелест в дальних кустах. Глеб резко отпустил Диму так, что тот снова упал. Митя почувствовал, как его безымянный палец стал тяжелее. Он посмотрел на руку. Кольцо снова сидело на пальце. Тем временем Глеб подошёл к тем кустам со словами: «покажись, трус!», после чего он громко завизжал. Из кустов прямо ему в лицо вылетела склизкая и липкая паутина. Он побежал к противоположным кусам, выронив возле Димы книгу. Глеб пытался отлепить паутину руками, но они тоже прилипли. Из кустов выползла армия плотоядных пауков. Каждый был размером с бульдога. Склизкие жвала, с которых капала мерзкая слизь, шевелились на их мордах, издавая потрескивающие звуки. Множество чёрных и бездонных глаз вселяли холод и ужас. Они нестандартно медленно передвигались на волосатых лапах, что не свойственно обычным паукам, увидевшим добычу. Может, они только готовятся напасть? Сначала Дима подумал просто взять книгу и убежать, пока они бы отвлеклись на Глеба, но потом осознал, что он не такой человек и сбежать вряд ли удастся. У них восемь лап, пока как у Димы только две ноги. Он брал палки, камни и кидал их в пауков. Этим Дима их только разозлил, из-за чего они ускорили шаг. Один камень улетел вообще не туда, куда следовало – прямо в безмозглую голову Глеба, отчего тот вырубился. Это на время порадовало Диму, но пауки всё наступали. Тогда он вспомнил про магию и решил попробовать обрушить на них огромный булыжник, как учила его одна знакомая. Дима взмахнул рукой – ничего не произошло. Ещё раз. Не получилось. Клокотание усилилось, а пауки уже могли с лёгкостью допрыгнуть до Димы, а они собирались. Адреналин побежал по телу. Кровь разогналась. Извилины в мозгу зашевелились. Дима напряг тело, вытянул руку и камень, завибрировав, тронулся с места. Он с силой швырнул его в паучью толпу. Многие были раздавлены, но лезли новые.

«Теперь это точно конец» – подумал Дима.

Они приближались, а силы кончились. Хотелось только закрыть глаза и лечь на мягкую траву, ни на что не обращая внимания. Дима увидел, как пауки начали опутывать сетью лежавшего без сознания Глеба. Он попятился назад, пока не наткнулся на что-то мокрое и… и рычащее. Дима обернулся и первым, что он увидел, оказались яркие, налитые кровью, красные глаза, после которых мальчик обратил внимание на самого зверя. Это был чёрный, как ночь, волк размером с медведя. Он прорычал на зверином языке и накинулся на ближайших пауков. Они взрывались, как созревшие прыщи, разбрызгивая внутренности в разные стороны. Попало и на школьный костюм Димы. У волка изо рта стекала эта мерзкая слизь. Новые пауки наступали, но зверь не торопился на них нападать: он смотрел на Диму, ожидая от него действий. Волк лёг на землю.

«Он хочет, чтобы я… Эх, ладно» – посмотрел Дима на ситуацию и, недолго думая, воспользовался моментом, предложенным зверем.

Он забрал книгу, положив её в рюкзак, и подхватил Глеба, лежавшего в отключке, кое-как положив его на спину волку. Пауки приближались. Времени на раздумье не оставалось. Он сел ему на спину, вцепившись в чёрную шерсть. Зверь медленно встал и пустился в бег, равномерно разгоняясь. Звуки клокотания остались далеко позади. Волк бежал аккуратно, чтобы никто не выпал по пути. До города они добрались быстро. По тёмным улицам уже никто не гулял. По внешнему виду местной инфраструктуры Дима определил, что они находятся в северной части города. Волк остановился и снова лёг. Дима слез с него и стащил Глеба. Зверь прыгнул во тьму и полностью в ней растворился. Нужно было придумать, что делать с Глебом, ведь где он живёт, Дима не знал, а оставлять его посреди тёмной улицы неблагоприятного района ему не хотелось по многим причинам. Мальчику в голову пришла забавная идея, как помочь ему и при этом отомстить. Дима кое-как затащил массивное тело в переулок, где стоял контейнер с мусором и, приложив немало усилий, выкинул хулигана туда, где ему самое место, прикрыв его крышкой. Оставалось Диме только придумать оправдание для родителей, ведь время было поздним, а его школьный костюм украшали лесная грязь и паучья слизь. Он подошёл к своему дому. В окнах свет не горел. Все уже спали.

«Неужели про меня просто забыли?» – подумал Дима и открыл дверь в ожидании нового скандала и очередного наказания, но вместо родителей перед ним встал домовой, который, скрестив руки, недовольно на него смотрел.

Глава 4: Плата за увиденное

Утро началось бодро. Диме пришлось рано встать, чтобы сделать все дела. Родители ничего не знали про то, что он блуждал ночью по лесу, благодаря домовому. Также Иннокентий, пока Дима спал, привёл в порядок костюм, полностью очистив его от слизи. За всё это Диме пришлось всё утро убираться на заднем дворе. Как на зло листвы было много. Прочего мусора здесь тоже хватало. Конечно, за садом два года никто не следил. Раньше здесь царил абсолютный порядок. Весной тут всё цвело. Весь сад утопал в цветах, издававшие яркий, насыщенный, сладкий запах. Летом деревья и кусты постоянно давали такие же сладкие, как аромат от цветов, плоды. Сколько Дима себя помнил, задний двор всегда был красивым. Больно смотреть во что превратился сад. У деревьев был болезненный вид. Сад не радовал обилием кустов, а, если они и были, то колючие и сухие. Узорчатые тропинки, некогда блестевшие под лучами солнца, покрылись многочисленными трещинами, из которых торчали сорняки. Маленький фонтанчик, стоявший посреди огорода и радовавший красотой, весь проржавел и потускнел, не говоря о том, что работать он перестал уже давным-давно. На огороде уже ничего не росло. Двор заполонила высокая трава и двухметровые колючки. Раньше Дима этих растений не видел. Детский уголок тоже выглядел заброшено. В песочнице не было песка, а качели проржавели, краска на них облупилась. Дел много, а Дима к тому же не выспался. Всю ночь его мучили сомнения на счёт Антона. В понедельник его должны будут судить. Отец завтра собирался встретиться с ним в последний раз. Дима с трудом смог его уговорить снова взять его с собой. Ещё нельзя забывать про школьное наказание. Работа бы шла в разы быстрее, если бы Бим не кувыркался в кучах листьев. Элли спала, поэтому собака скучала. Дима посмотрел на его довольную мордочку и вспомнил, как в первый раз его увидел.

Эта встреча произошла на заднем дворе, весной, два года назад. Среди покрытых белыми, как снег цветами деревьев и кусов он заметил такого же щенка, который гонялся за бабочками. Бим, увидев гостей, радостно побежал им навстречу. Тогда, хоть он был ещё маленьким, ему удалось сбить Диму с ног и облизать всё его лицо. Мальчик скорее упал от неожиданности, чем от собаки. Тогда дед сказал: «Ты ему понравился». Всё лето дети и собака играли и гуляли вместе. За это время они сильно привязались друг к другу, поэтому дедушка отдал им Бима перед их отъездом. Это был последний раз, когда дети видели бабушку и дедушку.

Дима грустно вздохнул и продолжил сгребать листья.

***

После уборки во дворе Дима, хорошо позавтракав, направился в школу. Родителям он сказал, что ушёл гулять, так как из школы им никто ничего не сообщил. Зайдя в школу, Дима услышал разговор охранника, но не того, кого он видел вчера. Этот был стройный, плечистый, но пожилой человек. Грозные густые усы и брови намекали на его серьёзность, и лишь ниспадающая улыбка на лице и лысая голова смягчали образ. Но его друг забирал всё внимание на себя – коренастый мужчина, одетый в тряпье и балахоны. Длинные волосы цвета махагони были растрёпаны. Громадная тёмно-рыжая борода свисала до его могучей груди. Черты лица – грубые и невыразительные, запах перегара ощущался за километр. Всё это делало его похожим на северного варвара. Дима не успел услышать начало разговора.

– Вот почему тебе, Освальд, нужно завязывать пить, – подытожил охранник. – Давай лучше к нам, в школу устроишься. Будем в домино играть, за порядком следить. Ну как, а?

– А вас тут вкусно кормят? – задал прямой вопрос Освальд. Дима удивился: его голос совсем не соответствовал суровому виду.

– Если есть деньги, можешь в столовой поесть.

– Не, Михалыч, так дело не пойдёт. Мне бесплатно, желательно.

– Так зарплату будут платить. Вот на неё и купишь.

– Не, лохотрон какой-то. Мне значит будут давать зарплату, чтобы я её здесь тратил? Так дело не пойдёт. Лучше я продолжу пить, – пришёл к выводу Освальд.

– Всё равно, каждый день пить – вредно. Ладно, эт когда на выходных все вместе собираемся, но по будням… С такими темпами ты скоро сопьёшься и что дальше?

– Я крепкий и здоровый мужчина. Скорее молодое поколение сопьётся, чем я, – гордо заявил Освальд.

– Они не пьют так много, как ты, так что на вряд ли.

Дима уже собирался уходить. Ничего интересного в их разговоре не было, но то, что он услышал дальше, его заинтересовало.

– Вот ты говоришь: не пьют, тогда почему я сегодня рано утром нашёл мальчика, валяющегося в мусорном контейнере? Всё лицо в гадости какой-то было. Еле как отлепил. Точно что-то употреблял, только запах помойки сбивал все остальные, но я знаю, что он был. А ты говоришь, что я много пью. Вот за кем надо следить. Они – не мы. Меры не знают.

– За всеми сейчас надо следить. Времена такие. Что с мальчиком то хоть случилось? – поинтересовался Михалыч.

– Хотел расспросить, а он убежал. В школу ему надо было.

– Хотел сказать, что снова фантазируешь, но мальчик сегодня приходил с родителями. По их виду сложно было не заметить, что что-то натворил мальчуган.

– Такими же раньше были, – смеясь проговорил Освальд.

– Ничего за это время не изменилось.

– Ладно, пошёл я. Как смена закончится, зови Петровича, пойдём юность вспоминать, – Освальд подмигнул охраннику и ушёл с улыбкой на лице.

«Хоть у кого-то утро началось хуже, чем у меня» – всплыла обнадёживающая мысль у Димы в голове.

Библиотека находилась недалеко, на первом этаже рядом со столовой. Там его уже ждала Тамара Игоревна.

– Тебе нужно разложить новые книги по полкам в алфавитном порядке, – сказала равнодушным голосом Тамара Игоревна и отправилась по своим делам.

Библиотека была большой. Стеллажи уходили далеко вверх, к потолку. Помещение больше напоминало лабиринт. Диме нужно было разобрать пять коробок с книгами. Это надолго. Тем более лестница была только одна и то очень массивная и тяжёлая. Дима вспомнил: он теперь волшебник. Никто поблизости не стоял, а камеры в библиотеке почему-то отсутствовали, поэтому мальчик решил повторить вчерашний трюк, но теперь с книгами. Кольцо как раз было при нём. Он взмахнул руками – ничего не произошло. Второй раз – книги не полетели. Дима напряг мышцы и мозг – ничего. Он сорвался: «Как же так? Неужели и это приснилось?»

Дима попробовал ещё. На этот раз он решил попробовать силы на одной книге. Дима сконцентрировался на предмете, вытянул руку с кольцом вперёд, и учебник с удивительной лёгкостью взлетел. Мальчик отправил его на верхнюю полку и принялся за остальные. Со временем у него получилось заставить взлететь две книги одновременно, потом три, четыре, пока за час он не справился с работой. Дима собирался уходить, но тут вошла Тамара Игоревна.

– Вы уже закончили? – без эмоций удивилась она. Дима только утвердительно кивнул. – Вам кто-то помогал? – подозрительно спросила Тамара Игоревна.

Дима отрицательно покачал головой.

– Почему молчите? Вы что-то скрываете? – начала она вопросами докапываться до истины.

В ответ Дима промолчал.

Тамара Игоревна бросила на мальчика подозрительный взгляд. Дима не раскололся.

– Свободны, – сказала она после долгого молчания.

Дима незамедлительно ушёл: боялся, что передумает и ещё что-то заставит делать. Теперь дорога его вела в Лукоморье.

***

Дуб выглядел, как всегда, величественно. Дима подошёл к избе под деревом. На двери было написано: «обед». Несмотря на это, Дима постучался. Тишина. Ещё раз – сильнее и напористее. Дверь неохотно открылась, из уютной и яркой избушки вышел человекоподобный чёрный кот, протирая свои маленькие очки, которые совершенно, по мнению Димы, не подходили к его большим ярко-жёлтым глазам. Одет он в строгий чёрный костюм с галстук-бабочкой. К костюму прилагались туфли. От него исходил запах дорогого парфюма. Сразу видно: интеллигент.

– Мальчик, ты не видишь или читать не умеешь? У меня о-б-е-д. Обед! – нервным голосом и грубостью снял он маску интеллигента, указав на табличку.

Кот собирался захлопнуть дверь перед носом мальчика, но Дима показал жетон с символом дуба, и усатый черныш, подправив галстук-бабочку, спокойным голосом пригласил к себе на чай.

Домик был лишь снаружи маленьким. Внутри он выглядел, как целые хоромы, но Дима видел только коридор и обеденный зал, поэтому сложно сказать об истинных размеров жилища. В коридоре находился гардероб, где хранились все наряды кота, а их оказалось, на удивление, много. Стены состояли из светлых тонов дерева. Пол покрывали ковры, а на стенах красовались рисунки дуба. В середине зала стоял большой, резной, тёмный стол, в который было задвинуто шесть стульев. В углу находился камин. Возле него расположилось два кресла. Освещал помещение яркая и древняя люстра. На стенах висело много полок с разными и незнакомыми предметами. Дима подумал, что это трофеи, но удивили его не они, а картины с разными, экзотическими и завораживающими пейзажами. Такое ощущение, будто там, за холстом кипит совсем другая жизнь, просунешь руку и дотронешься до величественных морей, вековых лесов, золотых полей, изумрудных холмов и оврагов. На стенах ещё висели портреты с незнакомыми Диме людьми. Чем дольше мальчик смотрел на произведения искусства, тем живее становился нарисованный мир. Он сел за стол.

– Вам какой чай? – донёсся голос с кухни. – Есть ромашковый, бергамотовый, жасминовый, мате, ягодный и фруктовый, а, возможно, вы предпочитаете Восточного Дракона? Мой любимый.

– Давайте лучше просто зелёный.

– Хорошо.

Чай, поданный в маленьких фарфоровых чашечках на блюдечках, быстро оказался на столе вместе с клубничным вареньем и с хрустящими печеньками в виде звёзд.

– Вы не местный или недавно переехали? – спросил кот, помешивая ложкой чай, не касаясь краёв.

– Недавно переехал. Раньше на лето приезжал с сестрой.

– Сестру зовут Элли?

– Да.

– Знаю её. Девочка – добрая. Всё время приходила слушать мои рассказы. Тебе, наверное, они не интересны, раз я тебя не помню среди моей публики, а память у меня хорошая, – он сделал аккуратный глоток и положил чашечку на блюдечко. Дима повторил за ним, чтобы не показаться невежей. – Раз мы не встречались раньше на прямую, давайте знакомиться. Я Василий Леопольдович из Тайгара, – сделал он чёткое ударение на второй слог. —хранитель Лукоморья и врат Харвуда, чаровед, учёный, заклинатель с тридцатилетним стажем, член клуба Избранных, рассказчик басен и легенд.

После гордого наименования наступило неловкое молчание. Василий выжидающе посмотрел на мальчика. Все в городе знали кота под именем Васька. Как он представился, сбило Диму с толку. Половина слов ему была непонятна.

– А я Дима… Карпов.

– Куда путь держите, Дима Карпов?

– Мне сказали к вам идти. Вы можете рассказать что-нибудь об этом кольце? – Дима показал кольцо. Кот равнодушно разглядывал кольцо, пока оно не зашевелилось.

– Живое кольцо?! – выкрикнул он и от неожиданности чуть не расплескал чай. Кольцо залезло мальчику на плечо. – Я думал: их давно не осталось. Где ты его нашёл?

– Оно само нашло меня.

Василий Леопольдович тяжело вздохнул.

– Сожалею, ничем не смогу помочь, – сказал он и отхлебнул ещё чаю. – Про живые кольца информации осталось мало. Я знаю только то, что они обладают своим темпераментом и они не просто так выбирают себе хозяев. То ли эти кольца могут видеть судьбу человека, то ли предпочитают людей с определёнными качествами. Некоторые думают, что они приходят к тем, у кого сложная судьба или кому предначертано сохранить, либо перевернуть мир. Как по мне, это несуразица, ведь до сих пор неизвестно: выбирают ли кольца могущественных волшебников или кольца сами делают их великими.

– Вы знаете прошлого владельца кольца?

– Именно этого? Нет. Кольцо в виде дракона я впервые вижу. Даже в моих книгах нет информации. Знаю только одно: пока вы не сделаете то, что оно от вас ждёт, кольцо вас не покинет. Чего же оно хочет, я не знаю. Для того чтобы это понять, вам понадобится наладить с ним связь.

Дима был разочарован. Неужели никто не ответит на его вопросы? И, что ещё хуже, неужто никак не избавиться от этой чешуйчатой занозы? Магам мальчик становится не хотел. Секретов хранить он не умел, а мысль, что ему придётся вечно держать тайну, от которой зависит его безопасность и благополучие, сильно пугала и нервировала. Его уже чуть не раскусила Тамара Игоревна, а что будет дальше? Привлекать к себе внимания он никак не хотел и уже сто раз пожалел, что отдал улику стражам порядка.

– Но я могу помочь укрепить вашу связь, – неожиданно предложил кот. – Для этого всего лишь нужно начать упражняться в магии. Только совместными усилиями вы сможете найти общий язык.

– Видимо, мне всё же придётся заняться колдовством.

– Славно.

– Вы многое знаете. Вы же действительно настоящий кот, не человек в костюме?

– Я тапсилот. Последний в своём роде, – гордо произнёс Василий.

– Знаете ли вы что-то про лесных созданий, про таких же, как вы?

– Что? Я – лесное создание? – тапсилот явно оскорбился. – Благодарю, что не чудище.

– Извините, я не так выразился.

– Лес хорошо изучен, – ответил после недолгого молчания Василий. – Сколько его исследовал, не находил ничего странного. Никаких магических аномалий, существ или рас я не видел. Остальные маги, которые изучали лес раньше, тоже ничего не нашли.

– Местные говорят, что…

– Местные люди слишком суеверны. Они думают, что, если каждый год пропадают туристы, это бесы или духи, которые заманивают наивных в дебри и забирают их с собой навсегда. На самом деле всему можно найти объяснение и тут тоже. Туристы уходят в лес из-за своего дурного любопытства, теряются там, так как лес довольно густой, а дальше на них нападают местные хищники, которых здесь очень много. Вот и всё, – он на время задумался, будто увидел то, что другие не могут, потом посмотрел на мальчика, выискивая что-то в нём. – Завтра приходи, всё подготовлю. Работы сейчас всё равно мало. Туристический сезон закончился.

– Спасибо за чай и за ответы, – Дима фальшиво улыбнулся и направился в сторону дома.

***

Ужин подходил к завершению. Бим уже дремал под столом, но изредка просыпался, чтобы не упустить добавки. Дима мыл посуду. Он был погружён в мысли и сомнения, которые оборвались, как только мальчик услышал очередную родительскую ссору.

– Ты ему разрешил? – гневно спросила Вера у своего мужа. – Мне хватило первого раза. Чуть не поседела тут, пока вы навещали Антона, – по отцовскому лицу было понятно, что тот хотел ответить. – И вообще, нечего навещать его всё время. Одного раза достаточно.

– Дима не маленький.

– И не большой.

– Так дай ему повзрослеть, – начал спокойно объяснять отец. – Дима будет будущим главой семьи. Он должен начинать обучаться взрослым делам. Кто знает, возможно, из него вырастит хороший юрист, адвокат или следователь. Ведь нельзя забывать, что именно он нашёл тогда улику.

Дима понимал, что его завтрашний поход может закончиться даже не начавшись, что он никогда не избавится от угрызений совести.

– Не волнуйся, всё будет в порядке, – продолжил успокаивать Сергей. – Я за ним присмотрю. К тому же Антон за решёткой. Ничего он нам не сделает.

– Ладно, – сдала свою позицию Вера. Её характер стал намного мягче. – Но не долго. Чтобы сразу домой.

Дима, погладив сытого и довольного Бима, отправился в свою комнату через тёмный коридор, пугавший его в детстве. Казалось, что там бродят разные монстры и демоны, которые так и хотят полакомиться нежным детским мясом. Но те времена канули в небытие. Словно вечность прошла с того момента. Теперь эти моменты только забавляли Диму. Когда он сделал шаг во тьму, яркая вспышка ослепила его. Дима от неожиданности качнулся в сторону и на время ослеп. Протерев и открыв глаза, он увидел такую же яркую как свет улыбку.

– Смотри, что мне папа дал! – радостно хвасталась Элли. В руках у неё был старенький дедовский фотоаппарат. – Вот, это тебе, – протянула она Диме снимок, на котором он выглядел нелепым и смешным. – Это ещё что! Сегодня на чердаке мама нашла ди… дито…

– Диктофон?

– Да, точно. Я не знаю, как он работает, поэтому дарю тебе. Если что, он у меня в комнате, на столе. Пойду, я ещё Бима не фотала. Ты его не видел?

– Нет, наверное, спать ушёл, так что лучше дай отдохнуть ему, а завтра поиграешь, – уговаривал Дима, но она, как всегда, не послушалась брата. Через какое-то время раздался звук щелчка от фотоаппарата. Дима понял, что Элли всё же добралась до Бима.

***

Ночью Диме не спалось. В последнее время сон к нему не приходил. Мысли отпугивали дрёму, но Дима всё равно целыми днями бодрствовал, как будто он открыл для себя новый источник энергии, а, может, это кольцо придавало сил?

***

Они пошли к Антону рано утром, пока Элли и Вера ещё спали. Зачем лишний раз тревожить покой в доме? Как и тогда первым заговорил с Антоном Сергей, а уже потом, скрепя сердцем, глава семьи позволил остаться Диме наедине с этим страшным человеком.

– Знал, что придёшь, – начал Антон разговор.

– Откуда?

– Ты единственный человек, которого мучают сомнения. Другим всё равно, кто сидит за решёткой, лишь бы уверить себя в том, что кошмар закончился.

– Ты говорил про кролика. Это ты был в костюме?

– Раз ты пришёл за ответами, в отличие от других, то я всё расскажу, но при условии, что ты не будешь ничего предпринимать после рассказанного.

– Хорошо, говори.

У Димы заканчивалось терпение. Тот это знал и как будто нарочно держал паузу, но потом заговорил.

– Уже никто не помнит, с чего всё началось. Всё случилось год назад, – погрузившись в раздумья, начал Антон не торопясь рассказывать историю. – У меня была жена и дочь, их имена не хочу вспоминать. Больно. Жили мы дружно, почти не ссорились, помогали друг другу. Однажды, в тёмное зимнее утро моя девочка, как и в другие до этого будние дни, пошла в школу – я на работу. Когда вернулся, увидел свою жену. Она сидела на табуретке и плакала. Тогда я узнал, что наша дочь не вернулась домой, хотя уже был поздний вечер. Я хотел позвонить классному руководителю, но жена моя сказала, что звонила. В школе ответили, что не ждали сегодня её, так как у неё в базе данных было написано на этот день: «отсутствует по уважительной причине». Это выглядело очень странно: я и моя жена ничего не сообщали школе. Мы всю ночь вместе с полицией искали её. Не нашли. Это был первый пропавший ребёнок. С этого всё началось. Дай перевести дыхание, – он резко замолчал, пока не осмелился заговорить снова. – Стражи порядка сказали, чтобы мы не вмешивались в их расследование. Прошла неделя. Наступил день рождения у моей пропавшей дочки. У нас уже был готов подарок – кукольный домик. Пришлось его продать. Про исчезновение девочки уже все позабыли. Полиция, не найдя ничего, объявило это несчастным случаем и закрыло дело. Я решил тайно продолжить расследование. Я знал, что нужно искать улики в школе. Днём я обнаружил неприметные баночки с аскорбинками. Они были разложены по всем этажам. Меня это насторожило. Учителя и родители не обращали на них внимания. У них забот хватало. Дети же в этом не замечали никаких подвохов. Я находил баночки, забирал с собой в поликлинику и там их изучал. Оборудование было плохим, знаний не хватало. Я не смог их толком изучить, поэтому приходил в школу в качестве врача и как можно больше забирал с собой баночек, но их количество не убавлялось.

– Почему ты не обратился за помощью в…

– Пытался – не поверили. Про то, что в Харвуде объявился маньяк, никто слушать не хотел. В итоге мне пришлось сходить на сеанс к психотерапевту, потому что подумали, что я начал выдумывать ложные истории, из-за личной трагедии. Правду воспринимать никто не хотел, поэтому про меня вскоре забыли, лишь дали предупреждение, чтобы я своими рассказы не распространял. Баночки с аскорбинками не убавлялись. Кто-то их расставлял заново каждую ночь. Всё дошло до того, что я решил проникнуть в школу ночью. Охрана там слабая: рассчитывает только на камеры, которые в последнее время барахлят, поэтому по своим изученным тропам и проходам я легко обхитрил их. Теперь я понимаю, что в ту ночь совершил страшную ошибку. Я много чего увидел и много чего узнал, – повествование оборвалось. Антону давалось говорить всё тяжелее и тяжелее.

– Что было дальше? – нетерпеливо спросил Дима.

Антон вытер пот со лба, набрал воздуха побольше.

– В общем, – продолжил он. – увидел я в одном из корпусов человека в костюме жуткого белого кролика, который раскладывал и прятал баночки с аскорбинками.

«Жуткого? На вид он был очень милым» – вспомнил свою встречу с ним Дима.

– Он увидел меня и убежал в боковую дверь, – сглотнул Антон. – Я побежал за ним, но кролик словно испарился в воздухе. Следов он не оставил. Я забрал очередные баночки и пошёл домой. Вернулся в три часа ночи, хотя выходил из дома около полуночи. Жена после исчезновения дочери целыми днями плакала, лишь ночью могла отдохнуть под воздействием успокоительного. Я пошёл в спальню проведать её, но никого не обнаружил. Постель была вся сбуровлена. На подушке лежало письмо. То, что там было написано, я запомнил навсегда: «Плата за увиденное». Я пытался и дальше продолжать своё расследование, ведь жертв становилось всё больше. Местные власти до последнего пытались скрыть эти преступления. В поликлинике начали один за другим пропадать психотерапевты, и я всё думал, что окажусь следующим, но этого не произошло. Вот так, пытаясь поймать кролика, попался. Теперь ты знаешь, почему я здесь сижу, – Антон закончил рассказ, и его глаза заслезились.

– Почему ты им не скажешь правду? Они тебя отпустят.

– Нет, лишь хуже будет, – с трудом говорил, сдерживая слёзы и эмоции, Антон. – Я тебе говорил: их не волнует, кто сидит за решёткой. Органам правопорядка главное закрыть поскорее дело, чтобы избавиться от большого количества работы, к которому они здесь не привыкли, а народ хочет забыть про этот кошмар. Все лишь абстрагируются от правды, которая их может ранить. Им просто удобней думать, что они теперь в безопасности, удобней сидеть в своих норах. Возможно, это и к лучшему. Надо было сидеть тоже, но уже поздно. Назад дороги нет.

– Почему ты мне это говоришь?

– Хочу, чтобы ты не повторил моих ошибок. Даже если тебя что-то внутри гложет, не обращай внимания, забудь про меня, как остальные. Береги свою семью: они не знают всей правды. Не связывайся с кроликом, а про вопросы забудь. Живи нормальной жизнью, как все дети. Не забывай моих слов и делись ими с теми, кто не может спокойно усидеть на месте.

– Что они с тобой сделают?

– Не знаю, но, как я сказал, за меня не переживай. Запомни: ты в этом не виноват.

Сергей позвал сына. Время посещения подошло к концу. После общения с отцом на улице, где тот его расспрашивал об Антоне, Дима вспомнил про кота Василия и, забыв про завтрак, направился к Лукоморью.

***

Осенью, когда туристический сезон заканчивался, Дима в городе ни разу не бывал, поэтому в центре города было непривычно тихо и безлюдно. Лавок стало меньше, а возле Лукоморья никто не стоял и не слушал захватывающие истории о королях, волшебниках, рыцарях и героев. Музыка тоже перестала играть. Уныние и тоску разносил холодный, колючий, северный ветер. Наступила осенняя жизнь. Дима проходил мимо лавок, как вдруг его окликнули.

– Парень, не хочешь чего-нибудь купить? – спросил его подросток, с головы до ног одетый уже в тёплую зимнюю одежду.

– Нет, спасибо. Мне нужно идти.

– В Лукоморье? Не удивляйся. За тобой я не следил. Просто видно, как ты нацелено идёшь к дубу. Но, может, по пути прикупишь у меня сувенир? Смотри, какие фигурки. У меня коллекция, собранная со всех уголков мира. Или, может, тебе какая-никакая информация нужна, или что-то другое?

– У меня нет денег.

– Жаль, у меня вот тоже с деньгами не особо. Эх, хотел бы я жить, как тот кот под дубом. Еда, тепло. Город финансирует тебя, а ты только целыми днями языком чешешь. Ни забот, ни хлопот. Вот это жизнь.

– Наверное, ты прав.

– Ладно, не буду задерживать. Всё-таки время – деньги.

Ларьки оказались позади, а впереди ждало его Лукоморье.

Дима постучался в избу, дверь открылась.

– Проходи, – пригласил зайти Василий. – Иди за мной.

Дима пошёл за тапсилотом в подвал. Ступени уходили далеко вниз. Спустившись, Дима увидел коридор, освещённый бледным, белым, магическим светом. В конце коридора стояли врата, которые вели в огромный зал. Стены и потолок помещения опутывали корни исполинского дуба. Здесь свет горел ярче, чем в коридоре. Вдоль стен располагались манекены и мишени из сверкающей и неизвестной стали. В центре главной стены выдолблена колоссальная по величине овальная арка, опутанная корнями дуба. Рядом с этим величием стоял пьедестал цилиндрической формы. Дима подошёл поближе. На верхушке пьедестала была выдолблена шарообразная выемка.

– Этот вход раньше был подключён к единой сети проходов, – начал объяснять Василий, протирая очки. – Не хватает шара, чтобы снова запустить сеть врат, но он был давно утерян.

– Значит вы хранитель не только Лукоморья.

– Сеть, которая раньше существовала, и есть Лукоморье. Очень удобно и безопасно было по нему перемещаться в отличие от обычных порталов, некоторые из которых могли в прямом смысле вывернуть тебя наизнанку, или от заколдованного транспорта, где ты мог упасть с огромной высоты, разбиться или того хуже. А тут нужно было лишь иметь документ, удостоверяющий личность, жетон и пройти проверку багажа. Раньше сеть использовали в торговых, коммуникативных или оборонительных целях. Быстро, удобно, безопасно.

– Почему закрыли сеть?

– Третья Асопбийская Республика, что контролировала сказочных и иных, развалилась. Контроль за Лукоморьем прекратился со стороны государства. Чтобы его не использовали сомнительные личности и враги, было решено мной, как хранителем этой сети, запечатать врата и закрыть сеть до лучших времён, если они настанут. Что-то я заговорился. Ты готов? Всё необходимое принёс?

– Да.

– Отлично, прежде чем ты начнёшь практиковаться, я расскажу тебе теоретический материал. Слушай внимательно, тебе это пригодится в будущем, – он надел маленькие очки и начал читать лекцию. – Почему не все люди могут стать магами? И что такое магия? Я отвечу: ничего сверхъестественного здесь нет. Магия – это способность влиять на мир с помощью сознания по законам природы. Нельзя просто махнуть рукой и загадать желание. У волшебников мозг построен по-другому и энергии наш организм вырабатывает больше, чем у других. Чем крепче нейронная связь, тем сильнее и легче волшебник может влиять на мир, поэтому важно тренироваться. Магу нужны материал и энергия, чтобы сотворить заклинание, ну и, конечно, знания – формулы и их свойства, желание и сила воли, как же без них? Всего есть четыре стихии: вода, земля, огонь, воздух. К каждой из них нужен свой подход. Лучше изучать сначала одну стихию, а потом переходить к другой. Какую ты начал?

– Земля, получается.

– Так же, как и твоя бабушка, – улыбнулся кот. – Земля – хорошая стихия, предназначена для защиты. Не любит спешки. Использовать её могут те, у кого хорошо развит мозг. Чтобы поднимать тяжёлые вещи, человек качает мускулы – так и здесь нужно развивать мозг, познавая что-то новое, решая тяжёлые задачи. Кроме стихий, из которых состоит наш мир, есть энергия, что помогает нам жить. Маг использует энергию своего тела, чтобы творить заклинания. Также магия делится на группы. Всего их пять: бытовая магия, боевая, магия изменения, иллюзии и магия рун и глифов. Мы разберём эти группы по ходу занятий.

– Думаю: я готов приступить.

– Только помни: твоё кольцо, поможет тебе в начинаниях. Оно концентрирует силу и увеличивает её мощность. Также оно будет делиться накопленной энергией, если у тебя закончатся силы. Вроде всё. Можешь приступать.

Дима достал книгу заклинаний и открыл первую страницу.

– Я думал: она утеряна, – удивился кот. – Покажи.

Дима протянул книгу – Василий начал перелистывать страницы.

– Это она, – заявил он. – По обложке узнаю. Помню, как помогал твоей бабушке собирать информацию, – Василий Леопольдович снова на мгновение задумался. – Скажи, какое заклинание ты сначала хочешь выучить? Рекомендую начать с чего-нибудь простого. Например: на первой странице есть заклинание света. Формулы нет, никакой стихии иллюзорные чары не требуют. Нужны лишь спокойствие и уверенность.

– Можно попробовать.

– Тогда взмахни рукой, представь результат, ещё нужно настроиться на нужный лад. Давай, попробуй. А мне пока нужно сходить наверх.

Кот ушёл. Дима начал практиковаться. Один взмах за другим. Ничего. У него не получалось, хотя делал он всё правильно, по книжке. Диме надоело этим заниматься. Он решил попрактиковаться в передвижении вещей. Стало получаться лучше.

«Это освоил, а какой-то шар света наколдовать не могу» – разозлился на себя Дима. Он снова решил попытаться создать свет. Не смог.

– Почему не получается? – задал Дима вопрос самому себе.

– Потому что на душе у тебя тревога и волнение, – неожиданно ответили ему из коридора. – У тебя не получается думать о хорошем. Нужно отпустить переживания, которые терзают тебя изнутри.

– Не получается.

Василий Леопольдович печально вздохнул.

– На сегодня тогда с тебя хватит. Ты должен найти в себе уверенность. На, тебе станет лучше и морально, и физически, – Василий Леопольдович подал плитку тёмного шоколада. Она была горькой, но, когда редко видишь сладкое, то и этот вкус становится волшебным и незабываемым. – Иди домой. Когда будешь готов, приходи снова.

На этой горько-сладкой ноте они разошлись. Дима начал понимать, что мысли об Антоне и кролике вытесняют другие. Он не может даже создать пучок света. Любопытство и чувство совести не давали покоя.

Дима шёл домой и размышлял о случившемся.

«Так больше продолжаться не может. Я не могу просто сидеть и бездействовать. Придётся нарушить обещание, данное Антону. Я должен найти доказательства о невиновности Антона, но суд должен будет состояться уже завтра. Времени мало. Единственный путь – найти самого убийцу» – Дима обдумал своё решение, которое для него оказалось единственно правильным.

***

После ужина Дима начал воплощать план в реальность. Он взял старый диктофон, благо мальчик умел им пользоваться, и записал на кассету свой голос. Оставалось только забрать фотоаппарат у сестры.

– Элли, могу я одолжить твой фотоаппарат? – начал уговаривать её Дима.

– Зачем он тебе? – с подозрением спросила она.

– Просто хочется изучить его повнимательнее.

– Ты его долго будешь изучать.

– Я его завтра утром верну.

– Ага, вернёшь. Сломанный?

– Нет, я не… Чего ты хочешь? – спросил Дима Элли, увидев её хитрый попрошайничающий взгляд.

– Будешь месяц со мной играть.

– Давай неделю.

– Тогда свой фотик тебе не дам. Мне ещё столько всего нужно сфотать.

– Ладно, давай две недели, – результата не последовало. Элли всё также равнодушно смотрела на брата. – Две с половиной?

– Три.

– Договорились, – неохотно согласился Дима.

– Держи. А я пока с Бимкой поиграю.

«Вот так влип. И с сестрой три недели придётся расплачиваться, и Биме буду должен» – подумал Дима.

***

Мальчик дождался, когда все лягут спать, чтобы незаметно выйти из дома. Он собирался открыть входную дверь и сбежать, но сзади послышался знакомый голос.

– Куда собрался в столь тёмную и холодную ночь?

Дима обернулся и увидел Иннокентия со свечкой в руке.

– Эх, останавливать тебя не буду, – опечалился он. – Лишь скажу то, что говорил твоей маме много лет назад: за излишнее любопытство всегда расплачиваются и хорошо, если только временем. Так что подумай: оно того стоит?

Дима промолчал, хотя в голове появились новые вопросы: «Мама тоже сбегала из дома? Почему она никогда об этом не говорила?»

Он, недолго думая, открыл дверь и вступил в кромешную тьму. Небо было полностью чёрным, северный ветер тихо завывал. Никого не видно. Даже собаки не лаяли. Лишь фонари на столбах создавали оазисы света в пустыне мрака. В закутке гремели бутылки и металлолом, но кто там находился, Дима не видел.

Весь путь, от дома до школы, мальчик вспоминал последние слова домового: «Вдруг он прав? Антон ведь поплатился за любопытство, за увиденное» – эти мысли быстро развеялись по ветру, когда он дошёл до школы.

Здание выглядело непривычно безжизненным. Через главный вход идти было нельзя: охрана не дремлет. Дима обходил здание, пока не заметил, что один из чёрных ходов открыт. Перед тем, как зайти, Дима проверил своё снаряжение. В рюкзаке он нащупал фотоаппарат, нашёл диктофон и запасную кассету, кольцо было на пальце, схема школы – на месте. Не нашёл Дима фонарика. Он о нём и не вспомнил.

«Придётся привыкать к темноте» – свыкся Дима с мыслью.

Когда мальчик зашёл в школу, он долго не мог понять, где находится. Приходилось идти наугад, на ощупь. Дима чуть не упал пару раз. Потом глаза всё же начали привыкать. Ночью школа внутри выглядела более заброшенной и старой. Диме казалось, будто он ходит по коридорам древнего каменного замка. Только камеры выделялись из этого фона, но они не работали. Лампочки на них не горели.

«Зачем школе камеры, если ими никто не пользуется?»

Он около часа блуждал по зданию. Переходил из одного зала в другой. Следов никаких не обнаружил. Тогда, убедившись, что охранник далеко, Дима включил диктофон, а сам спрятался в закутке одного из коридоров. Дима предположил, что убийца не сможет пройти мимо одинокого ребёнка. Полтора часа длилась засада. Дима даже успел немного подремать. Проснулся он от тревожного чувства. Он осмотрелся и ничего странного не обнаружил. Когда прошло ещё десять минут он отчаялся и пошёл забирать диктофон. Выключив его, Дима направился к выходу.

«Завтра утром всё равно возвращаться сюда. Лучше выспаться» – подумал мальчик.

Внезапно на него напала апатия, силы заканчивались. Хотелось просто лечь здесь и уснуть до завтрашнего первого звонка. Он медленно шёл обратно к выходу.

«Может, оно и к лучшему, что никого нет. Зачем я сюда пошёл? Глупость какая. Антон – убийца. Он за решёткой. Что меня заставило сюда пойти?»

Эти мысли ушли. Дима начал думать, как придёт домой и упадёт на мягкую постель, укутавшись в тёплое одеяло. Где выход, Дима не помнил, поэтому он долго блуждал вокруг да около, пока, краем глаза не заметил баночку с аскорбинками. Когда Дима проходил, её тут не было, а он точно знал, что здесь ходил. Воодушевившись новой надеждой, он пошёл назад. В одном из коридоров Дима услышал быстрый и игривый топот. Дима спрятался в одном из кабинетов. Поднеся ухо к двери, он начал прислушиваться. Топот продолжался, но потом затих. Дима приоткрыл дверь и выглянул. Никого. Он осмелился пойти дальше. Выглянув из-за угла, Дима обнаружил человеческую фигуру. Только человек ли это? Уши точно заячьи. Он пригляделся и заметил, что у него в одной руке баночка с аскорбинками, после чего Дима незамедлительно достал фотоаппарат и щёлкнул. Вспышка осветила коридор. Кадр выдался удачным.

– Можно было д-догадаться, что здесь р-ребёнок, – хриплым и заикающимся голосом сказал кролик.

Дима и глазом не успел моргнуть, как ушастый зверь преодолел расстояние, которое их отделяло.

Тогда, в лесу, кролик выглядел пушистым, нарядным и привлекательным. Сейчас он лишь отторгал видом. Кролик был белым, но облезлым и грязным. Пиджак с галстук-бабочкой выцвели. С левой стороны пиджака свисала серебряная цепочка, плавно уходящая в левый карман. Запах исходил от него сладко-тошнотный. Вместо голубых глаз появились две чёрные дырки, из которых сочилась чёрная смола. Мордочку покрывали засохшие красные пятна. Дима пытался себе внушить, что это всего лишь кетчуп. В одной лапе это существо держало баночку с аскорбинками, а в другой находился нож в виде морковки. Кролик улыбался Диме, обнажая зубы, сделанные из ржавых гвоздей.

– Извини за моё произношение и внешний вид. Лучше, на, аскорбинку, – и я т-тут же тебе п-понравлюсь, – предложил кролик, протягивая банку с наживкой, то и дело подёргиваясь. Дима медленно попятился назад. – Не хочешь угощения, тогда перейдём к веселью, – он раскрыл руки, чтобы поймать в крепкие объятия мальчика, и медленно зашагал вперёд. Дима заметил рядом пустой деревянный шкаф. Он резко взмахнул рукой, и громадина рухнула прямо на кролика. Дима побежал по тёмному коридору в надежде выбраться отсюда. Мальчик увидел выход и побежал туда. Когда Дима почти добрался до конца коридора, он внезапно заметил кролика, который прятался за дверью. Понимая, что, скорее всего, это ловушка, мальчик завернул и поднялся наверх, в другой коридор. Он понёсся наугад, завернул в сторону. Впереди, из-за угла снова выскочил длинноухий монстр. Дима резко развернулся и ринулся назад. Кролик двигался хаотично: то плавно пританцовывая, то резко и дёргано бегая и прыгая. Казалось: он испарялся прямо в воздухе и появлялся из неоткуда.

– Никто ещё не убегал от меня! – с задором завопил кролик.

Камеры не работали. Звать на помощь бесполезно. Мелодичное пение и топот лап заполнял все коридоры. Куда бы мальчик не бежал, кролик его уже поджидал там. Когда звуки пения и топота начали отдаляться, Дима рискнул спрятаться в ближайшем классе и, как оказалось, весьма успешно. Звуки утихли. Преследователь потерял мальчика из виду. Дима оглянулся, чтобы рассмотреть класс. По обилию растений и цветов он понял, что находится в двадцать первом кабинете. Некоторое время Дима сидел в классе и прислушивался к звукам в коридоре. Он медленно открыл дверь и на цыпочках вышел в коридор. Дима пробрался к лестничной площадке. Внизу резко выскочил кролик. Дима побежал обратно, но не заметил, как свернул не туда. Вовремя сориентировавшись, он понял, что дальше дороги нет, дальше идёт Серый коридор.

– Значит ты у нас волшебник, – прошипел кролик. – Удивил на… н-напоследок, – у него снова начался тик. Голова резко дёргалась, а лапы сильно дрожали. – Т-т-ты уже покойник. Ты уже не в-выберешься отсюда живым: умрёшь либо от моих мягких и пушистых лап, либо сгинешь в эт-том прок-клятом тун-н-нел-ле Выбор за тобой, м-маленькая т-тварь!

Дима знал, что, пройти прямо не получится. Там кролик. Угроза на лицо или точнее на морду. Коридор не казался таким страшным, как о нём говорят. Он пустой и тихий. Дима никогда не верил в суеверия. Не верил и сейчас. Мальчик побежал в противоположную от кролика сторону. Он обернулся и заметил, что погоня прекратилась. Кролик постоял и исчез. Мальчик перешёл на шаг, чтобы сэкономить силы. Этот коридор темнее других. Всё пространство охватила непроглядная тьма. Не было видно ни начала, ни конца. Дима словно парил в темноте, не понимая идёт он или топчется на месте. Каждый шаг становился всё тяжелее. Настроение упало, а голова пустела, как будто окружающая мальчика темнота проникала внутрь и наполняла её, вытесняя все мысли и чувства. В какой-то момент у Димы началось головокружение, но он оставался живым. Мальчик спокойно вышел из Серого коридора, но усталость не вышла из мальчика. Всё сказанное об этом коридоре оказалось ложью, и Дима чуть не поверил кролику. В здании стало невыносимо душно. Дима успел потерять счёт времени. Ему казалось, что он шагал в темноте целую вечность.

«Что если сейчас кролик выпрыгнет опять? Он наверняка успел подготовить очередную ловушку» – пустую голову вдруг наполнила тревога.

Дима всё время оглядывался по сторонам, осторожно заглядывал за углы. Никто не думал ловить мальчика. Дима смог найти выход и беспрепятственно выйти из школы через чёрный вход. Мальчик выбрался на улицу, глубоко вдохнул свежего и прохладного воздуха и направился домой. Только в уютной постели Дима понял одну странную вещь: кролик как внезапно появился, и так же внезапно исчез. Почему он не преследовал Диму дальше? Этот вопрос остался с остальными загадками.

***

Семью Дима не хотел лишний раз волновать или злить, поэтому до школы он зашёл в полицейский участок, где предъявил доказательства.

– Мальчик, это всего лишь снимок. Они ничем не помогут, – сказал участковый.

Дима предоставил диктофон, на который записал голос кролика.

– Вряд ли это уже пригодится. Суд состоится уже завтра, а это ничего не докажет – дежурный ещё раз посмотрел на фотографию и усмехнулся. Дима удивился реакции. – Ты должен пообещать, что никому не будешь рассказывать про свой безответственный поступок.

– Почему?

– Нам горячие головы не нужны. Будешь распространять слухи, расскажем родителям, где сегодня бывал, и штраф повесим за несанкционированное проникновение в учебное учреждение.

Диме было сложно с ним не согласиться. Антон оказался прав: всем плевать на чужие жизни. В Харвуде каждый думает лишь о себе и своём удобстве.

***

В школе сегодня был классный час. Дима опустил стул и обнаружил на парте письмо. Он развернул его. На листе бумаги корявым и несуразным почерком, было написано: «Хорошо поиграли. Весёлой игры!»

Глава 5: Призрачные взгляды

Всё тело ужасно ныло. Ноги и руки стали такими тяжёлыми, что каждое движение удавалось мальчику с большим трудом. После такой сумбурной ночи хотелось отдохнуть, расслабиться, но сразу после классного часа начались уроки физкультуры, где Диме не давали ни минуты покоя. Учитель был старым, имел армейский характер и такую же униформу, поэтому на его уроках все всегда занимались и занимались. Но сильнее гонял он Диму, так как видел в нём слабость и усталость. Урока в этот день было, как на зло, два. «Все мучения позади. Физкультура закончилась, а Глеб стоит на учёте. Никто теперь меня не тронет» – думал Дима, развалившись на родной ветхой парте.

Высшие силы, словно услышали его мысли, и в класс вошла Тамара Игоревна. Все сразу встали. Холодным взглядом она прошлась по ученикам.

– Садитесь, – скомандовала она, садясь за учительский стол. Все в классе быстро сели. – Говорю для новеньких в первый и последний раз: меня зовут Тамара Игоревна, и я буду преподавать вам историю. Открыли тетради: число, классная работа. Тема – повторение. Сегодня мы повторим то, что изучали в прошлом году. Древний мир. Кто желает напомнить классу прошлогодний материал?

Класс молчал. За лето многие успели позабыть изученное за прошлый год. В это время у Димы из кармана выпало кольцо. Он наклонился, чтобы подобрать его, и, как только мальчик схватил магический предмет, взор Тамары Игоревны упал на заднюю парту.

– Вижу: Дмитрий Карпов хочет ответить, – заметила она, пока Дима принимал прежнее положение тела. – Когда произошла Битва народов?

Мальчик промолчал. Тамара Игоревна встала и подошла к задним партам.

– Не знаете? – спросила она. – Хорошо, тогда, может, расскажите про быт первобытных людей?

– Нет, – тихо произнёс Дима. Маша на третьей парте тихонько захихикала.

– Раз вы не помните элементарных вещей, то вам задание: подготовьте к следующему уроку доклад про наш город или про его отдельную достопримечательность. Вижу, Марья Крастина, вам весело, – повернулась Тамара Игоревна к ней. – Будете работать в паре, – Девочка перестала смеяться и даже хотела возразить, но не смогла набраться храбрости, чтобы всё высказать, поэтому она закрыла рот и сделала вид, что занята, – Продолжаем урок. – Тамара Игоревна подошла к доске и начала писать. Мел у неё был качественный. С последней парты Дима всё отчётливо видел. Больше Тамара Игоревна никого не спрашивала. Она поняла, что это бесполезная затея, но Диме показалось, что ей всё равно обязательно надо кого-то спросить, чтобы потом как следует наказать. После урока, на перемене, к Карпову подошли Богдан и Алёна. Вместе они направились к кабинету тридцать шесть, в класс математики.

– Ты ещё не успел поговорить с Машкой? – спросила Алёна. – Как вы будете работать вместе? С ней же невозможно.

– Я с ней пока не встречался, – ответил Дима. – Она задержалась у Тамары Игоревны.

– Наверное, надеется увильнуть от работы, – предположил Богдан.

– Может быть, но сейчас я хочу только развалиться за партой и ничего не делать, – произнёс своё желание Дима.

– Не получится…

– У тебя тоже после физ-ры всё болит? – полюбопытствовала Алёна, перебив Богдана. – После трёх месяцев отдыха этот садист решил замучить всех до смерти своими глупыми заданиями. Даже девчонок не пощадил. Будь у нас в классе инвалид учитель бы и его нагрузил как надо. Ты что-то хотел сказать? – вспомнила она про Богдана.

– Хотел сказать… – свой кроткий взгляд нацелил Богдан на Алёну, но потом снова посмотрел на Диму. – Хотел сказать, что ваши мечты в ближайшее время не сбудутся, потому что…

– Татьяна Михайловна не впускает детей на перемене в свой класс, – перебила Алёна. Она краем глаза посмотрела на Богдана. Тот лишь закатил глаза. – Всех, кроме своего класса. Она вообще замкнутая и необщительная, всё время сидит в кабинете, даже поесть не выходит. Вот я бы так не смогла весь день.

– Видимо, она никого не впускает, потому что не хочет, чтобы ей мешали готовиться к уроку.

– Следовало бы. У неё такие знания по математике, но она такая рассеянная.

– Давайте присядем вон там, – указал Богдан на свободную скамейку. Все они какое-то время молча сидели и переводили дух. Дима закрыл глаза, чтобы отгородить себя от бурной реальности.

– Такое ощущение, что ты не спал всю ночь, – усмехнулся Богдан.

– Не спалось, – ответил Дима, но глаза открывать не стал.

– Понимаю, – вздохнул Богдан.

– А я всю ночь проспала, – вставила свои слова Алёна.

– Тебя, Алёна, даже будильник не с первого раза будит. Всегда опаздываешь. Бегемота и то легче разбудить.

– Это ты про себя, Богдан? – съязвила она, на что Богдан только согласился с ней.

– Ты очень энергичная, – сказал Дима, вспоминая уроки магии. – Всю энергию тратишь днём в отличие от других людей, которые берегут её про запас, а ночью восстанавливаешь. Раз энергию ты тратишь всю днём, то и подзарядка длится дольше и усердней, поэтому даже будильник иногда не может тебя разбудить.

– Из тебя может выйти хороший врач, – заметила Алёна. – А вот я всегда хотела стать стюардессой.

– Зачем тебе это? Стюардессы много учатся, следят за внешностью, знают много языков, и они должны быть стрессоустойчивыми, – сказал Богдан.

– Хочу приключений. Побывать везде, где только можно. Увидеть всё своими глазами. Надоело сидеть в этом городе, где ничего нет интересного. После таких слов Дима открыл глаза и с удивлением на неё посмотрел.

– Я здесь бывала уже во всех местах, – продолжила она. – Знаю каждый закуток этого города, даже в лесу бывала. Скучное место. На отшибе мира никогда ничего интересного не происходит. Здесь только старые и пугливые люди, одни так вообще странные. Всё те же занятия, и так каждый день. На-до-е-ло. А вы кем хотели бы стать?

Мальчики чуть ли не синхронно сказали: «Не знаю». Они ещё об этом не задумывались. Никто из мальчишек Харвуд пока не планировал покидать, особенно Дима, принявший опасные правила игры, чтобы изучить дивный мир, скрытый от глаз его друзей и других людей, разгадать загадки города. Прозвенел звонок. Дверь в класс открылась, и первым, что увидел Дима, оказалась доска, на которой были начерчены разные символы и формулы, непонятные никому из вошедших. Сколько мальчик не изучал математику, такого он никогда не видел. Татьяна Михайловна судорожно стирала с доски всё лишнее, говоря, что это всё предназначалось для её девятиклассников. Внешне женщина выглядела, как скелет, который сейчас превратится в груду костей, если лёгкий ветерок подует на неё. Кожа бледная, глаза блёклые. С курносым носом и длинными крючковатыми пальцами она больше походила на страшную ведьму, которая живёт в лесу и питается заблудшими детишками. Наверное, такой жуткий вид у неё, потому что она почти не выходит из класса, где всё зашторено и лишь тусклый свет исходил из маленьких лампочек. Когда дети зашли в класс, Татьяна Михайловна всё же отдёрнула шторы, чтобы ученикам было удобней учиться. Сам характер у неё добрый, и под ужасной внешностью скрывалось большое сердце. На уроках она всё время заикалась то ли от страха, то ли от других спрятанных в глубинах сознания чувств и постоянно отвлекалась на всякие мелочи, делая вычислительные ошибки, но, несмотря на это, Татьяна Михайловна довольно хорошо вела свой предмет. После звонка шторы снова задёрнулись, погружая это место в полутьму. Дети поспешно уходили отсюда. Когда последний ученик вышел из класса, дверь захлопнулась. Было слышно, как она закрывалась на несколько замков.

– Какая странная, – чуть ли не шёпотом поделился впечатлениями Дима с Богданом, как будто за ним следят.

– Класс у неё такой же, – сказал Богдан. – Все чудаковатые. Ни с кем и не разговаривают, кроме своих. Про них уже столько мифов и легенд придумали, что все и не упомнишь.

– Следующий урок – информатика?

– Да, учитель по нему попал в смертельную аварию полгода назад. Башковитый был. Создал информационную систему Харвуда – «Прометей». Без него в школе скучно, и уроки информатики тоже нудные теперь: оставляют нас в классе, а там делайте, что хотите, главное – тихо. Зато у всех оценки высокие. Ладно, пойдём уже.

***

После уроков Дима подошёл к классу трудов. Мальчик открыл дверь. В классе Дима увидел трудовика и того, кого не ожидал.

– Здравствуйте, – поздоровался Дима с учителем и обратился к другому человеку. – Ты что тут делаешь?

– Дела обсуждали. У тебя тоже?

– Да.

– Можешь идти, Алексия. С тобой мы поговорили, – с ноткой грусти сказал Лаврентий Петрович, но, посмотрев на Диму, он снова воодушевился. – Садись, пожалуйста.

– До скорого, – махнула Алекса рукой и вышла.

Трудовик ещё некоторое время молчал, смотря на закрытую дверь.

– Так что вы хотели мне предложить? – напомнил о своём существовании Дима.

– Ах, да, дело, – Лаврентий Петрович повернулся к Диме. – Ты разбираешься в схемах, к тому же до меня дошли сведения, что ты в другой школе был очень хорош в информатике. Мне нужна помощь. Ты знаешь что такое «Прометей»?

– Сегодня слышал. Это интернет в Харвуде.

– Прометей – это целое информационное пространство, которое включает в себя базу данных, где хранится данные о каждом жителе, виртуальную библиотеку, центр управления техникой Харвуда и систему безопасности, включая камеры. Это всё создал мой друг, которого уже с нами нет. Попал в аварию, столкнувшись с деревом. Машина загорелась, и по дыму обнаружили его тело, точнее то, что от него осталось. Так о чём я? Недавно начали происходить сбои в системе. По всему городу сами по себе то включаются, то выключаются камеры наблюдения. Так как я был близко знаком с создателем информационной системы, мне поручили разобраться с этой проблемой. Только я плохо разбираюсь в информатике. Знаю азы. Я ищу человека, у которого есть познания в этой области. Я позвал Алексию, потому что мой покойный друг хорошо отзывался о её способностях.

– Она отказалась?

– Сказала, что некогда ей.

– Значит вы хотите, чтобы я нашёл проблему и устранил её?

– Да, я думаю, что это вирус, но не исключено, что кто-то взломал систему, хотя, как говорил мой друг, это невозможно. У тебя, Дима, хватит знаний на это дело?

– Я попробую, – решил Дима не отказывать в просьбе человеку.

– Я скажу, когда будем начинать.

– До свидания.

– Не болей.

Дима достал одежду, сменную обувь и сел на лавочку. Неподалёку, за столом у входа, сидел старый охранник, а рядом с ним косматый бродяга с густой и длинной бородой. Дима узнал Михалыча и Освальда, тех самых, что сидели вчера на этом же месте.

– Ещё раз тебя поздравляю, Михалыч! – радостно выкрикнул Освальд. – Теперь ты в другую смену работаешь, а то всё по ночам да по ночам, а на выходных днём вообще было неудобно. А теперь можно будет собраться, как в старые добрые: ты, я, Петрович и накрытая поляна.

– Только теперь надобно нового охранника обучить к ночной смене.

– Сложно будет с новичком.

– Нет, главное в ночной смене – сидеть в своей каморке и смотреть в мониторы.

– А если камеры… того?

– Всё равно сиди, отдыхай, ведь ночная смена – это время отдыха. Спи, в коробочку смотри, а бегать по коридорам – это лишнее. Даже если по мониторам видишь кого, бегать вообще не нужно. Нажал кнопку и ждёшь, когда приедут. Лёгкая работа.

– Почему тебя, Михалыч, в другую смену поместили, если ты ночью, как рыба в воде.

– Не из-за меня это. Охранник – молодой. Гришей зовут. Говорят, крутит роман с какой-то училкой. Завуч подумала, что лучше пока перевести его на другую смену, а то портит так репутацию и учителя, и всей школы.

– Вот малахольный! Откуда он только такой взялся и куда старый охранник делся?

– Ты чего? Он год назад исчез.

– Да? Неужели и его? – раздосадовался Освальд.

– Его тело недавно нашли…

– Вот твари, а ведь у него ещё вся жизнь была впереди. Кто его посмел только?

– Да он сам. Эх, везунчик.

– Что ты несёшь? Как это? Разве ты хочешь себе такой участи? Ему точно кто-то угрожал. Сам бы он не сделал такое с собой. Где его хоть нашли?

– Его тело нашли на пляже за океаном. Ты что? Забыл? Он ж в лотерее выиграл. Теперь живёт припеваючи.

– Вот чёрт! Даже с нами не поделился. Хоть бы вложился куда-нибудь. Щас все деньги там пропьёт и вернётся. Вот везёт же дуракам.

– Везёт.

***

После школьного дня Дима вернулся домой, где весь день провёл с сестрой. Долги надо было отдавать. По рассказам отца Дима услышал, что Антона признали невиновным. Сергей начал оправдывать решение. Вера Карпова закатила настоящую истерику.

***

На следующий день, когда Дима подходил к школе, к мальчику подошёл мужчина.

– Ты всё-таки пошёл к кролику, да? – прямо задал вопрос Антон. – Конечно, если бы нет, я бы тут не стоял.

– Почему ты думаешь, что это я?

– На суде я узнал, что один ребёнок предоставил доказательства, опровергающие мою невиновность. Улики видели узкий круг лиц, поэтому никто не поверил, кроме твоего отца.

– Правда?

– Его послушали и хотели уже отправить меня… ну, ты сам знаешь куда, как вдруг судье пришло сообщение от самого Крастина. Он, по его словам, видел улики и сказал, что много ещё в этом деле белых пятен, лучше продолжить расследование, а за мной пока понаблюдать. Судья, конечно же, выбрал сторону Крастина.

– Вот видишь? Я не зря старался.

– Тебе повезло. Если бы не Крастин, твои доказательства никто бы рассматривать не стал. Просто слово Крастина в городе весит много.

– Меня удивляет, что отец поверил в твою невиновность.

– В этом ты тоже косвенно повлиял. Я благодарен за помощь, но теперь нужно помочь тебе. Влип ты, Дима. Твоей семье грозит опасность. Я проконтролирую твоего отца в поликлинике, а ты следи за мамой и за сестрой. В неприятности не попадай. Я попробую со всем разобраться. Теперь иди, а то опоздаешь.

Антон ушёл. У Димы на душе лежали противоречивые чувства. Он был рад, что Антона отпустили, но его тревожили мысли о семье. Дима понимал, что за одного чужого для него человека он может потерять всю семью. Его мысли взбудоражил звонок, созывавший всех на урок.

***

На перемене Дима решил подойти к Маше. Нужно было договориться насчёт доклада. Мальчику не хотелось даже думать про неё, но подойти было нужно.

– Насчёт доклада… – начал он разговор.

– Ты подготовил его? – высокомерно посмотрела она.

– Если мы хотим хорошие отметки, нужно работать вместе.

– Чтобы я работала с тобой?

– Тебе ведь нужны хорошие оценки? Тамара Игоревна – требовательный учитель. Нужно подстраховать себя хорошими отметками на будущее.

– Ты прав, – неохотно согласилась Маша. – Я предоставлю тебе огромные знания о городе и тихое место, где ты будешь воплощать доклад. Тебе нужно будет лишь сопоставить всю эту информацию, выбрать главное и убрать лишнее. Любой дурак справится.

– Что будешь делать ты?

– Я выступлю перед классом, и вообще, я и так сделала всё, что могла, предоставив тебе помощь с информационными ресурсами.

– Я могу спокойно сходить в библиотеку и без твоей помощи.

– У меня библиотека дома больше и к тому же не каждому дозволено приходить к нам в гости и любоваться величием моей семьи. Считай, что ты избранный.

– Но…

– Я свою долю выполнила. У меня прекрасные ораторские способности, а у тебя их нет, поэтому я буду только выступать. Если не согласен, я переживу плохую отметку. Закрою её потом хорошей. А вот сможешь ли ты приспособиться? Наверное, всё же нет.

– Может, попросить поменять пару или в одиночку всё сделать, – пробормотал Дима.

– Не получится, я пыталась договориться. Если вдруг надумаешь прийти, я живу на вершине холма, конечно, в противоположной стороне от безвкусного леса, где располагается убогая лавка со всяким барахлом. Ой, забыла. Это ведь ты там работаешь, наверное, и живёшь там же, – Маша ядовито усмехнулась и грациозно зашагала по коридору.

***

После уроков у Димы начались курсы, которые Богдан называл: «Уроки по воображению». На них ничего интересного не происходило. Диме дали сочинение. Пока он работал, Светлана Анатольевна воодушевлённо писала на листках и собирала их в стопку. Так они провели два часа, после чего Дима сдал работу и получил кучу замечаний. Настроение было испорчено, а это он ещё к Маше в гости не ходил.

***

Южный район значительно отличался от других, особенно от Северного. Он находился на возвышенности. Улицы были широкими, светлыми, чистыми. Дома выглядели такими же, как во всём городе, отличало их только новизна и разноцветные узоры на стенах. Ноги его редко вели в этот район, зато всякий раз, проезжая мимо, Дима видел из окна красоту этого места. На вершине холма, далеко от всех строений, возвышался особняк. Мало кому удавалось зайти так высоко посмотреть с высоты на местные красоты: простолюдинов туда не пускали. Ещё за красотой стен и колонн скрывалось что-то мрачное, холодное. Дима не понимал, как люди живут в таких домах. На вид они красочные, но от них так и веет одиночеством и жутью. Наверное, это всё потому что в фильмах ужасов, обычно в особняках бродят приведения. Стереотип или этот дом всё же скрывает страшную правду? Вокруг особняка разбились плодовые сады, тропы сделаны из узорчатых плит. Везде стояли клумбы цветов, как обычных, так экзотических. Приусадебные территории покрывал ярко-зелёный выстриженный газон в некоторых местах росли деревья. От всей этой роскоши отделяют ворота и металлический забор, оплетённый трубчатыми лозами. Рядом с вратами стоял столб с кнопкой звонка. Дима нажал – ничего не произошло. Он подождал и уже хотел снова нажать, однако ворота отворились. Дима неспешно пошёл по главной дороге. Отличалась она лишь шириной. Ровные линии кустов расположились параллельно дороги. По бокам находились пруды, в центре которых стояли величественные фонтаны в виде гордых неизвестных Диме птиц. Из их открытых клювов вода медленно стекала в водоём. Колонны особняка украшали древние странные символы. На широких дверях красовалась всё та же птица. Двери открылись. Навстречу Диме вышла Маша.

– Заходи, – равнодушно пригласила она Диму. – Дома никого нет. Я провожу тебя в библиотеку.

Дверь за ними захлопнулась. Внутри было просторно. Множество дверей вели вглубь особняка. Извилистая лестница тянулась на второй этаж, куда они направились. Длинный коридор на втором этаже пустовал. Ни души, как и во всём особняке. На маленьких столиках и тумбочках стояли драгоценные вазы и старинные статуэтки.

«Ни пылинки. Живут одни в таком большом муравейнике и ещё успевают навести порядок. Наверное, нанимают себе работников для этого. Денег много, почему бы ими не воспользоваться?» – рассуждал Дима.

На стенах висели картины, но каждая из них была накрыта серой невзрачной тканью, словно хозяева сами не хотели смотреть на уродство, которое там прячется, но решили оставить работы, чтобы совесть не мучила. Дверь в конце коридора была больше других.

Она распахнулась, и перед Димой открылся целый дивный мир из книг, пергаментов и учебников. Библиотека поражала размерами. Даже в городе нет столько книг, сколько здесь есть. Зал был разделён решёткой и закрытыми воротцами на малую и большую части.

– Библиотека в твоём распоряжении, – начала инструктировать Маша. – По коридорам одному не гулять, ничего не трогать, в мою комнату не заходить, лучше вообще никуда тебе не ходить. Просто сиди здесь и делай то, что должен. Можешь пользоваться всеми книгами, кроме тех, которые находятся за замком, – она резко указала на решётку. – Я займусь пока своими делами.

Дима хотел возразить, но Маша быстро покинула библиотеку, давая понять, что не намерена сидеть здесь с ним. Книг – много, благо они все находились в алфавитном порядке. Он спокойно читал, пока не услышал шорохи, доходившие из коридора. Дима пошёл на звук. Невидимый призрак особняка услышал, как он приближался к двери, и убежал прочь. Мальчик выглянул в коридор – никого. Он хотел возвратиться к работе, но из дальнего помещения послышался грохот.

«Всё-таки особняк с приведениями» – сглотнул Дима.

Мальчик дошёл до комнаты, где царила непроглядная темень.

«Может, вернуться на место? Вдруг сейчас кто-то выскочит» – волновался Дима.

В темноте он заметил существо. Оно нервно дышало, или это Дима так дышал? Мальчик вошёл в малую комнатку.

– Здесь кто-нибудь есть? – шёпотом спросил он.

Никто не ответил. Дима вспомнил, что пытался обучиться магией света. Сейчас он чувствовал себя намного лучше, чем тогда. Дима сосредоточился на хорошем, махнул рукой, представил результат. С первого раза не получилось, но Дима был уверен, что сможет: его больше ничто не беспокоило, не терзало внутри. Он взмахнул второй раз, третий. На четвёртый у него получилось. Из его руки вышел яркий шарик света, осветивший всё помещение. Комната оказалась кладовой. Коробки, мешки лежали на полу. Продукты, состоящие из разных яств, консервов, джемов и специй, стояли на полках. За кучей мешков кто-то прятался.

– Кто ты? Я знаю, что ты здесь.

Существо слегка выглянуло, но потом спряталось вновь. Дима вздохнул и пошёл обратно, затушив за собой магический свет. Он продолжил заниматься докладом. Взгляд из коридора вцепился в мальчика. Дима оборачивался, но никого не видел, хотя знал: он стал интересен здешним приведениям.

Через пару часов Дима устал. Он пошёл искать Машу, чтобы одолжить несколько книг. Дима блуждал по коридорам. За ним продолжали наблюдать. Он чувствовал любопытные призрачные взгляды затылком. Особняк пугал мальчика тишиной, мрачностью. Он услышал звуки в соседней комнате. Топот маленьких ножек настораживал мальчика. Дима осторожно открыл дверь.

– Маша? – окликнул он девочку. Никто не ответил.

Мальчик оказался в детской спальне. Большая кровать с занавесками, розовые обои со сказочными созданиями, полка с плюшевыми игрушками и куклами составляли интерьер комнаты. В углу, на табуретке, сидел плюшевый заяц персикового цвета. Он был больше остальных игрушек. Его бездушные стеклянные глаза смотрели на дверной проём, где стоял Дима. Мальчику стало жутко. Пасть зайца была открыта, а голова наклонена на бок, уши свисали. Возле широкого окна с видом на Харвуд стоял стол, где находились рассказы про храбрых принцев и привлекательных принцесс, цветные рисунки со сказочными персонажами. Диму это удивило. Он не мог поверить, что хладнокровная, злобная Маша читает сказки и любовные романы. Даже рисует разноцветные картинки. Весьма неплохо рисует. Дима продолжал разглядывать комнату, пока не услышал, как в шкафу, который стоял напротив кровати, что-то упало.

– Кто это? – испугался Дима. – Ты кто?

Ответа не последовало. Вместо этого шкаф открылся, и оттуда вышел домовой: бледный, худой, но, в отличие от Иннокентия, молодой.

– Ты домовой, – сказал Дима. – Как тебя зовут?

Домовой только махнул рукой. Дима посмотрел в сторону двери. Оттуда вышли ещё домовые. Дима насчитал две с половиной дюжины. Впереди всех вышла женщина пожилых лет.

– Он молчун. Не ответит, – пояснила она. – Я Людмила – главная среди других. Для нас большая честь познакомиться с новым магом.

– Тогда почему прятались от меня?

– Не все чародеи хорошие.

– Почему вас так много? – смущённо спросил Дима, разглядывая их. – Не думаю, что столько домовых нужно, чтобы уследить за особняком.

Людмила махнула рукой, чтобы домовые без дела не стояли.

– Мы заключили договор с владельцем этого дома, – заговорила она, когда все остальные ушли. – Раньше мы жили в городе, каждый в своём доме. Ты, наверное, знаешь, что двадцать четыре года назад началась серия исчезновения детей, продлившаяся три года, но мало кто знает, что домовые тоже пропадали. Чтобы избежать дальнейших исчезновений, мы заключили договор: защита в обмен на служение. Я была первой, кто принял контракт. Все остальные пошли за мной. К сожалению, после нашего поступков Харвуде исчезновения детей участились, а мы потом сильно пожалели об этом. В городе осталось лишь трое домовых, один из которых потом пропал.

– Но это давно в прошлом. Вы не хотите вернуться по домам? Люди снова начали пропадать. Вы бы смогли спасти многих детей.

– Хотелось бы, – на лице Людмилы была видна грусть и скорбь. – Контракт может разорвать только кто-то из семьи Крастиных. Теперь это наш дом. Тебе надо идти. Нельзя, чтобы тебя здесь увидели, тем более со мной. Маша на первом этаже, – дала Людмила подсказку и ушла.

Перед тем как уйти, Дима оглядел комнату. Его взгляд остановился на зайце. Ему показалось, что в его глазах на мгновение блеснул огонёк.

«Наверное, игра света» – подытожил Дима и захлопнул дверь.

***

Дима сделал доклад срок в срок. Он и Маша получили высокие отметки. Слухи быстро распространились по школе, что Дима прислуживается перед ней и подлизывается к её семье, рассчитывая на милость и высокое положение в обществе. Маша ещё раз доказала, что может манипулировать всеми и ей в городе нет равных. Богдан и Алёна не поверили слухам и осмеивали их. На одной из перемен Диму отыскал Лаврентий Петрович.

– Почти всё готово, – прошептал он. – но сначала мне нужно познакомить тебя кое с кем. Этот человек отозвался нам помочь.

Они пришли в кабинет трудов. Дверь открылась. Перед Димой стояла рыжеволосая девочка. Она выглядела необычно, сказочно. В ней таилась загадка.

– Знакомься, Дима, это Василиса.

***

Солнце садилось, поэтому на улице встретить человека стало почти невозможно. Те, кто блуждал по городу, торопились домой, чтобы поскорее там закрыться до утра. Мальчик чувствовал, что сзади за ним наблюдают. Он на всякий случай обернулся, но никого не заметил. Стоило только снова отвернуться, как снова на него сзади глядело невидимое существо. Дима знал, что за ним наблюдают. Мурашки по спине бегали, а ещё это шуршание не давало покоя. Может, это всего лишь ветер играет с листьями? Дима начал думать, что за ним следят с того момента, когда он перешёл мост. Только, когда мальчик проходил через центр города, это чувство исчезло, но теперь оно снова появилось. Дима делал шаг, и за ним сзади повторяли. Казалось, оно прямо за спиной, сейчас ухватит и утащит к себе. Дима часто оборачивался – ничего и никого не находил. Он приближался к дому в тот момент, когда за спиной рассёкся воздух, словно приведение взмахнуло огромной палкой. Дима услышал это и резко повернулся, но опять никого не увидел.

***

Дима лёг на кровать, закрыл глаза и задумался. Думал он недолго: сон взял вверх. Мальчика разбудили голоса в коридоре. Дима подошёл к двери и приложил к ней ухо.

– Когда это прекратится? – с печалью вздохнула Вера Карпова.

– Работа не отпускает, – отпарировал Сергей. – Прошлый психотерапевт исчез, не закончил психологические портреты жителей Харвуда, где про каждого было написано какое у него психическое состояние. Управление сказало, чтобы я закончил его работы и отправил в участок, администрацию города и Крастину, чтобы выявить общее настроение в Харвуде и предпринять меры по стимуляции ментального здоровья. Пришлось побывать везде и поговорить с каждым человеком. Перед каникулами я побывал в последнем месте, в местной школе. Там я встретился почти со всеми. Мне удалось всё закончить, сделать психологические портреты всем жителям Харвуда. Оставалось их только отправить, куда следует. Думал, что за три дня управлюсь, – он прекратил разговор. Диме послышался вздох. – Но все данные, которые я собрал, исчезли. Мне пришлось начать всё сначала, – голос его дрожал.

Супруга по-прежнему молчала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.