Наталия Грачева
Мазохистка

Часть 1

Она была девочкой из приличной семьи. Ей было семнадцать.

Она только что на отлично окончила английскую школу, двумя годами ранее, чуть менее успешно, музыкальную школу по классу скрипки. Она уже несколько лет серьёзно занималась баскетболом, выступала на городских и областных соревнованиях.

Девочка из приличной семьи не должна была ехать по распределению после окончания университета, поэтому поступила на вечернее отделение и при помощи хороших знакомых была устроена работать секретарём в научную лабораторию в один из многочисленных по тем временам научно-исследовательских институтов.

Девочка из приличной семьи быстро освоилась на своём рабочем месте и, благодаря доброму нраву, хорошим манерам и высокой грамотности завоевала любовь и уважение коллег. Особое внимание ей оказывал сорокапятилетний начальник лаборатории, мягким и вкрадчивым голосом объяснявший премудрости внутри институтской жизни.

Девочка из приличной семьи пришла во взрослый коллектив, чтобы научиться работать. Наставник же объяснил, что торопиться особо некуда, что работа у них в НИИ уж точно «не волк», и чем медленнее весь коллектив будет работать, тем больше денег удастся освоить в премиальном выражении.

После его слов девочка опрометчиво решила, что может посвятить рабочее время выполнению домашних заданий. В очень тактичной форме руководитель разъяснил, что и этого делать не стоит, так как сотрудники ревностно следят не только за тем, чтобы не переусердствовать на работе, но и за тем, чтобы никто не выделялся в общей массе.

Девочке из приличной семьи не пристало спорить со старшими, тем более с начальством, поэтому со временем она обросла подружками-ровесницами, секретарями из соседних лабораторий, с которыми проводила большую часть рабочего времени в очень важных и интересных разговорах, стоя у окна в конце длиннющего институтского коридора.

В какой-то момент она уже даже начала сердиться, когда её вызывали по той или иной надобности в лабораторию.

В научных институтах того времени проводилась очень важная общественная работа, потому девочки практически сразу были вовлечены в водоворот общественно-полезной жизни. Комсомольские собрания, внутриинститутские спортивные соревнования, посещение первомайской и ноябрьской демонстраций, участие во всевозможных творческих конкурсах, субботниках и т.д. Все эти мероприятия, ну никак, не могли обойтись без наших девочек.

И тут уж они были востребованы на двести процентов, потому как их старшие товарищи предпочитали выполнить их немудрёную работу за них, чем участвовать в столь значимых для всей страны деяниях.

Девочки из приличных семей не курили и не пили, но на общеинститутских и лабораторских вечеринках различного рода или, как сейчас принято говорить, корпоративах, взрослые коллеги поведали им, что совсем даже недурно иногда выпить пару бокалов шампанского или вина и выкурить хорошую сигарету.

На мероприятиях этих девочки были нарасхват в качестве партнёрш по танцам. Во время танцевальных туров многочисленные партнёры доходчиво донесли им, что молодость быстро проходит и что не следует быть слишком правильными, если они желают испить радость жизни до дна, что надо срочно любить и быть любимыми, доказывая потребность в любви немного странными телодвижениями и телодрожанием.

На семейных же торжествах хорошие девочки по-прежнему отказывались даже пригубить шампанское. На одном из таких торжеств папа нашей героини, увидев её во время танца в объятии своего приятеля, поведал ей, что существуют такие дяденьки, которым не очень-то следует доверять, мол, они обязательно её обманут.

Девочка из приличной семьи не могла огорчить своего папу, и когда очередной его знакомый во время танца, расточая комплименты, спросил с придыханием, нравится ли ей запах его одеколона, она ответила, что не считает запах «Шипра» таким уж противным, чем навсегда отвадила возрастного кавалера.

В стенах НИИ девочки по-прежнему были заняты, впрочем, как и все их коллеги по цеху, своими очень важными разговорами.

Однажды совершенно неведомым путём им в руки попал шведский эротический журнал. Девочки из приличных семей не могли показать свою растерянность, удивление и даже отвращение к глянцевым картинкам, поэтому, стараясь не особо разглядывать подробности, всё же долистали журнал до самого конца. Журнал как появился, так и исчез. Но девочки, ещё долго находившиеся под впечатлением, избегали даже глядеть друг на друга и уж тем более как-либо обсуждать увиденное.

Зато ими вовсю обсуждалось более или менее интересное поголовье институтских мужчин. Делилось данное поголовье на две основные категории. В первую категорию входили плюс-минус пять лет ровесники, во вторую – те, кто был интересен, несмотря на зрелый возраст.

В то время все девочки НИИ были увлечены одним весьма моложавым сорокалетним субъектом. Девочка из приличной семьи не стала исключением и вслед за всеми, как ей казалось, тоже влюбилась в него.

Самым интересным было то, что этот сорокалетний «молодой» человек из всех девочек удостоил своим вниманием именно нашу героиню. После каждодневного провожания до университета, через пару-тройку институтских вечеринок, где они довольно тесно танцевали, мужчина пригласил встретиться в более подходящей для общения двоих людей обстановке.

Девочка из приличной семьи была на тот момент действительно девочкой. Она тщательно готовилась к встрече, обдумывала каждую деталь своего весьма скромного гардероба, пыталась представить и не очень могла интимную часть встречи.

Встреча состоялась на чужой территории – в квартире какого-то отъехавшего на короткое время приятеля нашего молодящегося субъекта.

Сорокалетний ухажёр прихватил с собой все необходимые атрибуты для охмурения малолетней пассии, как то: «Советское шампанское», фрукты в лице зелёных яблок и шоколадку «Алёнка».

До этого за нашей девочкой ходили совершенно «неинтересные» личности мужеского полу – прыщавый «ботаник» или, как сейчас говорят, «ботан» из соседнего подъезда; какой-то тип лет двадцати пяти, вообще-то довольно симпатичный, но ста-а-рый, встречавший её каждое утро по дороге в НИИ словами: «Привет, принцесса!» и другие ничем не примечательные молодые люди.

А тут мужчина, по которому вздыхает практически вся женская популяция института. К тому же, комплименты из него сыплются, как из рога изобилия: «Красавица, ангелочек, богиня». Это тебе не какие-нибудь «зайчик», «ёжик» или «солнышко».

Испив изрядно шампанского, они приступили к «испитию радости жизни до дна». Девочка из приличной семьи не представляла себе, что эта самая радость может быть настолько болезненной и так отдавать луком.

Она пыталась ещё пару раз испить чего-то там, но вскоре ей это надоело, и встречи прекратились. Ко всему дней через десять в её организме начались какие-то странности, испугавшись, что беременна, она обратилась к гинекологу.

Гинеколог успокоил насчёт беременности, сказав, что это всего-навсего гонорея. Надо бы полечиться. Врач пожалел девочку из приличной семьи и не стал сообщать на работу и родителям это «радостное» известие.

На время наша девочка устремила свой взор на учёбу. Время шло, девочка отметила своё совершеннолетие.

На работе по-прежнему нечем было заняться, и вскоре она оказалась в художественных мастерских, где самые настоящие художники всех возрастов, в основном мужчины, «творили» различные плакаты, стенды, стенгазеты и другие столь необходимые научно-исследовательскому институту вещи.

Художники оказались не менее общительными, чем девочки-секретари, и наша героиня начала по полдня проводить в их мастерских. Творцы времени зря не теряли, создавая портреты своих посетителей, вернее посетительниц. Что-то ни одного мужского портрета в их галерее замечено не было.

Однажды, наверняка случайно, перед нашей девочкой оказался огромный альбом с фотографиями. Открыв его где-то посередине, она увидела, с каким удовольствием молодая, почему-то обнажённая женщина, лижет мороженое. Присмотревшись внимательнее, поняла, что облизываемый предмет совсем не походит на мороженое.

Видимо, изумление на лице девушки, было столь явным, что один из художников, вынимая из её рук альбом, спросил: «Ты никогда не видела порнографических фото?» «Не-а» – помотала она головой.

«Что же мы наделали!» – сокрушённо проговорил молодой человек.

Это не помешало нашей девочке продолжать свои посещения. Ей нравилось наблюдать за работой художников. Ещё не осознавая того, что творчество является высшей ступенью развития личности, она инстинктивно уважала их труд, восхищалась их работами, не плакатами, конечно, а художественными полотнами, которые позволяло им создавать свободное рабочее время.

Каждый день после работы наша героиня уезжала в университет, из которого возвращалась после одиннадцати вечера одна, и для того, чтобы сэкономить время на сон, шла напрямки через гаражи.

Периодически с ней случались приключения разного рода. То милиция остановит с разговором о нежелательности столь поздних прогулок в данном месте по причине того, что время от времени совершаются нападения на девушек. То вдруг мужчина, идущий навстречу, распахнёт пальто, под которым, ну, совсем ничего нет. То во всём посёлке отключат свет, а за спиной всю дорогу до самой квартиры на шестом этаже раздаются чьи-то шаги. И только дома, наконец, расслабившись, девочка осознаёт, что человек, которому принадлежали шаги, оказался либо неизвестным ангелом-хранителем, либо новичком-маньяком.

Несмотря ни на что, она продолжала экономить время и ходить через гаражи. Мама девочки, услышав звук открывающейся входной двери, лишь спрашивала из своей комнаты: «Это ты, дочка?» Услышав ответ, спокойно засыпала вновь.

Примерно через год работы в НИИ девочка наша узнала, что один из художников живёт неподалёку от неё, правда, за железнодорожной линией. Это был именно тот молодой человек, который ей больше всего нравился. Он был женат, но абстрактная жена не могла помешать их совершенно платоническому общению.

Наша героиня была достаточно талантливой, учёба в универе ей давалась легко, в связи с чем она стала позволять себе пропускать занятия, дабы пройтись лишний раз до дома с понравившимся художником.

Совместные прогулки, конечно же, не могли не привести двух молодых людей к более близким отношениям. И вскоре он пригласил её в ресторан, где девочка из приличной семьи была впервые. Она много танцевала, впервые по-настоящему распробовав спиртные напитки.

После ресторана порядочный молодой человек не мог не проводить девушку домой. Дорога привела двоих в тёмный подъезд высотки, где молодые люди испили радость жизни до дна. И с этого момента в жизнь девочки вошла любовь, а вместе с ней и секс-секс-секс.

Занимались они этим везде, где только придётся: в мастерских, в подъездах, в кустах, на квартирах и дачах. Это был самый настоящий «художественный» секс в отличие от «порнографического» (как в немецких фильмах), когда слова были излишними. Всё выходило красиво и спонтанно. Они вместе «творили» его.

Надо сказать, что девочке из приличной семьи тяжело дался переход отношений на качественно новый уровень. Она знала, что встречаться с женатым мужчиной аморально и страстно винила себя за это. Отказаться же от завязавшихся отношений она была не в силах.

Постоянное нервное напряжение и самобичевание довели девочку до нервного срыва. Она оказалась в отделении «Неврологии» городской больницы на целых четыре месяца.

На работе жалели девочку, на учёбе ждали её возвращения. Иногда появлялся и молодой человек – причина её счастия и несчастия.

Мобильных телефонов в то время не было, городская связь тоже не была всеохватывающей, поэтому девочка наша, выполнявшая все назначения врачей, терпеливо ожидала своего возвращения в мир здоровых людей.

Вернулась она в начало весны с дождями, лужами, грязью по колено, но… и с ожиданием тепла, света и счастья.

Счастье не заставило себя ждать в лице всё того же молодого художника. Оно закружило наших героев в водовороте весны, лета, приключений. Надо сказать, приключения не всегда были романтичными.

Однажды молодой человек пригласил девушку на турбазу. Оказалось, что смотрителями на этой базе работали его собственные родители. Сами понимаете, появление женатого сына в обществе девчушки не привело их в восторг, о чём они громогласно заявили всем отдыхающим на турбазе в весьма выразительной с точки зрения лексики форме. Объяснять, что отдых на базе закончился, так и не начавшись, я думаю, не надо.

В другой раз их застала врасплох сестра художника. Сама молодая женщина, она не стала изливать на девушку потоки грязи, обратившись напрямую к её совести.

Совестливая от природы, девочка из приличной семьи всерьёз решила покончить с «неправильными» отношениями раз и навсегда. Но, как это обычно водится у влюблённой женщины, сил на расставание у неё не хватило.

К тому же, художник, не желая прекращать сложившиеся отношения, обрывал телефон, подкарауливал её на работе, возле университета и около дома. Последней каплей в борьбе за независимость для нашей девочки стал роскошный по тем временам подарок – серебряный перстень, изготовленный молодым человеком собственноручно из серебряного полтинника.

Роман закрутился вновь с ещё большей страстью.

Последствия бурной половой жизни не замедлили сказаться. Девочка забеременела. Молодой человек, призванный к ответу, сообщил, что существует лишь один способ решения данной проблемы – аборт. Ведь не становиться же, в самом деле, матерью-героиней в двадцать лет.

В больнице, где проводилась процедура, девочку вдруг начали называть женщиной и очень рекомендовали помолчать, когда без какого-либо наркоза выпотрошили её, как курицу перед варкой. Девочка из приличной семьи не могла подвести взрослых и, вцепившись в поручни, намертво зажав рот, не издала ни звука во время процедуры.

При выписке докторами было рекомендовано, не заниматься сексом минимум три месяца, но не прошло и недели, как молодые люди вновь оказались в объятиях друг друга. Несмотря на боль, девочка не захотела огорчить любимого.

Любовь и страсть – понятия, которые не проходят испытания временем.

Встречи продолжились. Девочка, с самого начала надеявшаяся когда-нибудь выйти замуж за своего друга, ещё больше укрепилась в своём желании.

Тем временем она окончила третий курс университета, и ей понадобилось перейти на работу по специальности. К счастью, всё в том же НИИ оказался патентный отдел, где нашлось местечко и для нашей героини.

Вот тут-то она и поняла, что институт действительно работает: изобретений, авторских свидетельств оказалось столько и по стольким направлениям, что работать пришлось уже на полную катушку. Оказалось, что для творчества сотрудникам института нужна была определённая степень свободы, и что в кулуарах велись весьма плодотворные диспуты и даже споры, которые по незнанию девочка приняла за банальную болтовню, хотя и без неё, конечно, не обходилось.

Девочке пришлось заново учиться работать. К тому же на учёбе всё складывалось не так уж гладко. Пропуски по болезни и по любви не могли не сказаться на результатах. Пришлось приложить определённые усилия, дабы не отстать от сокурсников. Общественная жизнь начала отходить на второй, и даже третий план.

У её молодого кавалера тоже случились перемены – один за другим родились двое детей. Надежды на «когдатошнее» воссоединение канули в Лету. Но встречи молодых людей не прекратились.

Очередной аборт отрезвил младую деву. И уже всерьёз, без подсказок извне, она решила бросить свою «любовь».

Сценарий последующих событий в точности повторил предыдущее расставание. И вскоре влюблённые снова были вместе.

Вот уже более четырёх лет молодые люди, втайне и не очень, встречались. И всё же девочке частенько приходилось одной возвращаться через гаражи домой.

Как-то раз шла она ранее обычного (из универа отпустили пораньше) привычным за многие годы путём. И тут ей преградил путь автомобиль, набитый развесёлыми молодыми людьми. На все лады они зазывали девушку покататься. Когда же девочка из приличной семьи попыталась обойти машину, та резко подалась в ту же сторону. Из автомобиля начали вылезать парни лет восемнадцати-двадцати. Не дожидаясь, девушка метнулась в обратную сторону, и пока водитель переключал передачи, обежала машину. Там был узкий проход, для автомобиля это был тупик.

Не желая расставаться с машиной, молодые люди не стали догонять девушку, прокричав вслед, что знают, где её можно встретить. Долгое время девочка бежала, не оглядываясь, затем, успокоившись, перешла на шаг. Неожиданно услышала за спиной приближающиеся шаги бегущего человека.

Девушка решила, что один из парней всё же догнал её. Обернувшись, увидела бледнолицего наголо обритого мужчину в наколках на запястьях рук, которые он во время бега держал перед собой, как спортсмен. «Вот так-то меня на Родине встречают», – хриплым голосом проговорил он. Девочка, молча, продолжала идти дальше, вскоре впереди, на некотором расстоянии, увидела двоих мужчин. Она быстро приблизилась к ним с твёрдым намерением никуда от них не уходить. Преследователь тоже остановился. Постояв какое-то время, он медленно двинулся вперёд.

Верная себе девочка стояла на некотором отдалении от двоих приятелей. Это оказались глухонемые, спорившие о чём-то. В руках они держали по бутылке пива. Присутствие девушки раззадорило их ещё больше. Они начали гнать её от себя, отчаянно жестикулируя при этом.

Но та оставалась на месте, не сдвигаясь, ни на шаг, так как впереди всё ещё маячила фигура бывшего заключённого.

Ей повезло, как везло все эти годы учёбы в университете, она увидела человека в военной форме. Испуганная девчушка попросила проводить её. Когда они вдвоем преодолели гаражи и вышли к жилым домам, девушка увидела автомобиль всё с теми же парнями. Он медленно двигался по дороге прямо напротив них. Военный сам догадался проводить девчушку до дома. И на этот раз всё обошлось.

Наутро в институте, рассказывая о своих злоключениях коллегам, она искренне удивлялась: «Все такие трусы, а туда же!» Одна из коллег поддела её: «А тебе что, смелого надо?»

Говорят, если человек не думает о себе, о своём здоровье – это отдаёт не просто мазохизмом, а и долей дебилизма. Наша девочка тогда ни о чём таком не знала и не думала. Просто жила, как научили папа с мамой, забывая о себе, ради высших целей, ради общественных интересов, ради любимых людей, остерегаясь при этом людей сильных и принципиальных.

Сколько ещё людей тогда были так воспитаны?! Все должны были кому угодно, чему угодно, только не себе.

Шло время. Не за горами был диплом. На работе девочка стала ценным специалистом. И только любовь оставалась прежней – страстной и болезненной.

Как раз под Новый год случилась третья беременность. И можно было бы уже никого не слушать и родить ребёнка. Но диплом…

Столько лет коту под хвост. Не-е-т уж… Девочка из приличной семьи должна закончить ВУЗ.

На аборт, чтобы не огорчать родителей, она отправилась в самую, что ни на есть, Новогоднюю ночь.

Врач была, возможно, и трезва, как стёклышко, только забыла надеть халат и оперировала в шёлковом платье без рукавов. Из-под мышек у неё торчали густые тёмно-русые волосы.

И только старушка-акушерка спасла нашу девочку от возможного продолжения этой истории, остановив доктора словами: «Это уже использованный инструмент».

Постепенно девочка и приличной семьи начала осознавать, что так издеваться над собой нельзя, что надо что-то менять в своей жизни, о чём она поведала подругам. Те, уверенные, что её всё устраивает в жизни, были изрядно удивлены. Но вскоре от одной из них поступило предложение познакомить с одним очень симпатичным парнем-ровесником.

Знакомство по какой-то причине откладывалось, поэтому девушка продолжала встречаться со своим художником.

И однажды он уговорил её пойти к нему в гости: семья его в тот момент отсутствовала в полном составе. И всё было бы хорошо, если бы парень не стал настаивать на том, чтобы она осталась на ночь. Девочка из хорошей семьи не могла расстроить своих родителей и должна была вернуться домой вовремя. Молодой человек разобиделся и не стал провожать её до дому. В два часа ночи она вынуждена была идти одна не просто по городу, а через две лесополосы, окружавшие полотно железной дороги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.