# Свободный

ЙЕН ЛОКК

Он пытался сохранить свою вселенную и не сумел. Сможет ли он почувствовать что-то, что заставляет других дышать?

## Глава 1

Над городом бушевал шторм.

Не слышно было ни слов священника, ни всхлипываний родственников.

Мои мысли то и дело скатывались в бездну и руки судорожно сжимали что-то, что имело когда-то значение.

– Мои соболезнования, мистер Латс. – произнес кто-то с вежливым участием.

Я даже не отреагировал. Никто не знал, что творилось у меня внутри.

Отец и мама стояли чуть позади меня. Братья безмолвными статуями смотрели прямо на меня. Я чувствовал их взгляды. Но только взгляд младшего брата, Ройса, был наполнен не только скорбью, но и пониманием. Именно он понимал, через что я сейчас проходил, хотя сам ни разу не испытывал такое. У него было что-то похожее, но он не потерял то, что имело смысл в жизни. А я потерял. Не смог уберечь…

Я мысленно рухнул на колени и завыл от боли, что разрушала меня изнутри. Мои руки затряслись и мама положила руку на моё плечо. Я дёрнулся от прикосновения. Невыносимая боль.....

Тучи сгущались, грозя разверзнуться тропическим ливнем, а я все стоял и даже не видел, что происходило передо мной.

– Земля к земле… Пепел к пеплу, прах к праху. В надежде на воскресение к жизни вечной..

– К черту все это! – вырвалось у меня и я разжал руки.

Урна с прахом разбилась и я безучастно посмотрел на горстку пепла. Не замедляя шаг, я прошелся по тому, что осталось от моей жены и едва не срываясь на бег, скрылся в своем авто.

– Латс! – только и услышал я окрик тестя, прежде чем втопил газ на своем «Ауди R8».

К черту!


Назначение меня в корнуольское отделение «КейЛа», расположенное в Монтего-Бей несколько выбивалось из привычного для меня режима. Но «КейЛа» уже принадлежали все ночные клубы, банки, торговые центры и гостиницы в графстве Корнуолл, поэтому не было ничего из ряда вон выходящего назначить туда управляющего. Отец долго заключал сделки по всем морским портам по графству, но как только документы были подписаны, назначение управляющего было необходимостью.

И папа закатил просто грандиозную вечеринку в «Платине», клубе семьи, чтобы отпраздновать эту сделку. Тем более, второй повод для празднования тоже заслуживал внимания. Младший брат, Ройс, закончил колледж с невероятно хорошим результатом, который ни снился ни мне, ни моему брату-близнецу, Стэну. Честно говоря, мне было странно это узнать, потому что знал, чем именно Ройс занимался первые два курса. В принципе, тем же, чем и я. Бухло и девушки. Только в последний год он взялся за ум, мы же со Стэном так и не сумели, слишком были заняты, клея всех, кто проявлял хоть какой-то интерес к нашим персонам.

Я бродил среди гостей, принимая поздравления с назначением, пока не наткнулся на Ройса, рисующего в скетчбуке. Уже успел трахнуть кого-то и теперь старательно вырисовывает глаза девушки, которую зацепил.

– Ну и кого? – спросил я, по-братски тыча ему в плечо.

Вместо ответа он развернул в мою сторону скетчбук. Понятно. Имени и внешности от него не добиться, а вот глаза придется запомнить, чтобы не снять ее же. Хотя мне было похрен. Я не привередлив, могу и после братьев и вместе с ними.

Отец стоял с мамой, принимая свою долю поздравлений с открытием филиала, мама рассеянно водила глазами по гостям, пока не увидела сенатора графства Мидлсекс, Джоан Каноби. Подмигнув отцу, который ошеломленно застыл, приподняв бровь, мама, забыв про степенность, метнулась к мисс Каноби.

Насколько я понял, маме позарез нужно согласование на открытие в каждом крупном городе ветеринарного центра и небольших парков для выгула животных в каждом районе города. Лет семь назад она так же билась, чтобы открыть ветеринарный институт и даже добилась того, чтобы в институте преподавали лучшие педагоги и врачи с Корнелльского института. Сначала ее воспринимали скептически, пока именно Джоан Каноби не признала, что целая отрасль на Ямайке находится в неразработанном состоянии.

Батя только посмеивался, обещая маме купить питбуля, который будет нализывать уши несогласных с маминой политикой. На что мама заявила, что скорее купит десяток кошек и батя лично будет чистить за ними лотки. После чего и мама и папа пропали куда-то на неделю, а вернувшись, больше не заводили разговор о присутствии в доме домашних животных, согласившись, что трое сыновей сойдут за оных. Мы так ржали, что даже не сильно обиделись.

Сенатор Корнуолла Тоби Черрен так же присоединился к обсуждению, а я краем глаза заметил Стэна, который качнул головой, зовя меня. Я машинально засунул руку в карман. Десяток есть. Быстро подбежав к маме и чмокнув ее в щеку, я метнулся к Стэну.

Как таковая, «Платина» была клубом, но второй этаж представлял собой гостиницу. Мы часто с братьями снимали девушек и тащили их на второй этаж.

Сейчас Стэн знакомил меня с Джен и Джанет, подругами, с которыми познакомился минут двадцать назад. Я подозвал официанта и спросив у девушек, что они хотят выпить, сделал заказ. Девушки обрадовались.

Только пригубив коктейль, я поперхнулся, увидев, что к нам направляется мама. Чего, блин?

– Парни, мелкого не видели? – Я заржал, как конь.

Мама, блин! Видя, что мы с девушками, она не называет нас по именам. Фыркнув, мама взяла у меня из рук коктейль и пригубила его. Глаза ее округлились

– «Сок джунглей»? Вас домой только послезавтра принесут!

Теперь заржали мы со Стэном.

– Ма, а у тебя который коктейль по счету за сегодня? После шампанского? – спросил брат.

Мама игриво прислонила палец к губам и заговорщицки сказала

– Второй. Так мелкий где?

Я посмотрел в сторону, где недавно видел Ройса, но его там уже не было.

– Ма, он здесь.

– Где? – она обернулась, смотря в ту же сторону, что и я. Я покачал головой

– Здесь. Где-то.

Мама закатила глаза, сообразив, что младший сын трахает кого-то наверху.

– Что-то случилось?

– Хотела поговорить с ним о «каникулах ветеринаров».

– Ааа. – Протянул я. – Через часок будет там. – Я опять кивнул в сторону, где Ройс рисовал.

«Каникулы ветеринаров». Так мама обозначала время сразу после вручения дипломов в ветеринарном институте. Всех преподавателей отправляли в отель «КейЛа» по их желанию на две недели. Своего рода оплачиваемый отпуск. Любой город, любой отель. Единственная накладка, которая могла случится – это выбор номеров, поэтому Ройс, как управляющий гостиницами и отелями «КейЛа», должен согласовать даты приездов.

Девушки, слегка застывшие с приходом мамы, расслабились и я с преувеличенным вниманием начал подкатывать к Джанет, перебрасываясь взглядами со Стэном. Две девушки, два парня. У нас намечается интересный вечер.


Стянув презерватив, который побывал в Джен, я раскатал по члену новый, и Джанет, уже отсосавшая Стэну, со вздохом облегчения насадилась на меня. Джен, тем временем, придерживаясь за стены, на дрожащих ногах подошла к столику и налила шампанское в высокий бокал с интересом наблюдая за нами. Джанет ретиво скакала на мне, приближаясь к оргазму, и ее длинные кудрявые, как у большинства афроамериканок, волосы прыгали по ее спине в безумном ритме.

Стэн, едва пригубив шампанское, потянул к себе Джен, опуская ее на колени, и та с восторгом принялась за него. Я смотрел и возбуждался еще больше, так как знал, что будет дальше. Мне по-настоящему нравилось ощущение, которое подгонит меня к концу. Отстранив Джен, Стэн натянул презерватив, вытащил из тумбочки лубрикант и подошел к скачущей Джанет. Слегка наклонив ее, он смочил ее шоколадную дырочку смазкой и начал проникать внутрь. Я задержал дыхание, почувствовав его член так близко к своему. Их разделяла тонкая перегородка и именно это мгновение мне нравилось всегда. Первое прикосновение. Джанет охнула, когда брат погрузился полностью и вскрикнула, когда он начал двигаться. Я не кончу, пока не кончит Стэн. Теперь будет вести к концу нас всех именно он, а учитывая, что он уже кончил, я сомневался, что Джанет выдержит его ритм.

Она рухнула на меня, содрогаясь всем телом, я же безжалостно приподнял ее и начал ласкать ее груди с прекрасными темными сосками, пока Стэн заканчивал начатое. Я опустил руку вниз и стал тереть ее клитор, который был на пике чувствительности после оргазма. Она закричала снова, содрогаясь, но Стэна уже было не остановить, даже чтобы заменить Джанет на Джен. Я тоже несся к концу, подчиняясь ритму брата и продолжал терзать Джанет.

Его последнее движение было настолько мощным, что у меня глаза едва на лоб не полезли, но я откликнулся, проникая так же глубоко. Фух, бля! Ближайшее время не пущу его в ведущего…

Джанет скатилась с меня, все еще извиваясь, и распласталась на кровати. Я усмехнулся, глядя на брата, и кивнул головой, приглашая Джен к себе. Стэн уже присосался к груди Джанет и я видел, как у него встает. Джен посмотрела на подругу, которая была оттрахана во все щели так, что не могла шевелиться, и с похотливой улыбкой подошла к нам с братом.


Оставив девчонок приходить в себя в номере, мы со Стэном снова спустились вниз. Ройс в уголке снова мучил скетчбук. Ему тоже везет.

– Тебя ма нашла? – спросил я его.

– Фу, бля, хоть бы в душ заскочили, что ли. Нашла, конечно. – Усмехнулся мелкий, не отрываясь от рисунка.

– Тебе бы тоже не помешало. Воняешь похлеще нас. – Стэн взлохматил ему волосы.

– Ща дорисую.

– Ладно, я сваливаю. – Вдруг ни с того ни с сего сказал Стэн. Я удивленно поднял бровь, но брат уже вышел.

Я смотрел ему вслед, но Ройс был прав. Нужно в душ, прежде чем я снова появлюсь на вечеринке.


Сенатор Черрен добродушно поздравил меня с назначением и представлял мне своего помощника Дэвида Санкара. Высокий, лет пятидесяти, с небольшим намеком на возрастное брюшко, которое я не наблюдал ни у отца, ни у его управляющего Джеймса Хейла, Санкара напоминал мне скульптурную статуэтку императора Нерона, выполненную в пятидесятые годы нашей эры. Такое же развращенное властью лицо. Я слегка наклонил голову, здороваясь. А вот его жена Юлали была приветлива, с ней я поздоровался с большей теплотой.

Семье сенатора в Корнуолле принадлежала часть стоматологий (вторая часть принадлежала моей матери) и завод по переработке мусора. По договоренности с моим отцом, управление мусоропереработкой и стоматологиями в Корнуолле находилось под защитой фамилии Латс, но не принадлежало им, чтобы не привлекать внимание к совместным, часто не совсем законным, мероприятиям. Политики не должны вести бизнес, чтобы не оказываться в центре коррупционного скандала, но выручка с бизнеса семьи Черрен всегда направлялась в политическое русло Тоби Черрена, обеспечивая необходимые ресурсы для выполнения предвыборной компании сенатора.

Внезапно возле нас объявился отец и я слегка вздрогнул.

– Сенатор, мистер Санкара, прошу прощения, могу я поговорить с сыном?

Батя был вежлив, но все четко распознали приказ разбежаться в разные стороны. Кивнув, сенатор с супругой отошли на приличное расстояние. Мистер Санкара, однако, продолжал стоять и смотрел на отца тяжелым взглядом. Какого хуя?

Отец слегка прищурился и я почувствовал приказ, исходивший от него на ментальном уровне. Вот как он это делает? Мощная волна сшибла мистера Санкара с ног и он отступил на несколько шагов. Я усмехнулся

– Хотел бы я так тоже уметь.

– Ник, будь осторожен с этим дерьмом. Ему нельзя давать даже ноготь, откусит всю руку.

– Пап, я не тупой. Я только не понял, почему сенатор так за него держится.

– Потому что Юлали Санкара сестра Тоби. – Вздохнув, пояснил папа.

– Бля. – Отец усмехнулся, признавая очевидное. – Как вывести его из игры?

– Не здесь. – Батя вдруг развеселился, глядя куда-то в сторону и я посмотрел туда же.

Приехали Хейлы. Тетя Лили и ее муж Джеймс.

– Подкрепление прибыло!

Весело заявил я, имея в виду, что еще никому не удавалось отказать маме, а уж если она привлекала Лили, то поражение противнику по всем фронтам было обеспечено.

Папа закатил глаза и фыркнул. Он это знает как никто другой.

– Дэн! – воскликнула тетя Ли и папа вздрогнул. – Ты мне срочно нужен.

Я заржал в голос, когда услышал, что отец начал вполголоса бормотать что-то, напоминавшее обряд экзорцизма из маминого любимого сериала.

– Почему я? – отчетливо спросил он, остановившись на «spiritus sanсti»

– Потому что Белле просто необходимо попасть на стажировку именно в эту фирму! А офис расположен на Гавайях!

– Что я могу сделать? – признавая поражение, спросил батя

– Чудила, я сейчас вот прямо не поняла, ты что, прикалываешься? – я отвернулся, чтобы сдержать смех.

– Я не слышу просьбы, Ли. – Намекнул отец, посмеиваясь.

– Дай, боже, мне терпения и пять миллионов долларов.... – начала тетя Ли и батя засмеялся.

– Тебе сейчас перечислить или....?

– Белле негде жить!

– Ох, наконец-то! Дождался! – Батя закатил глаза- Квартира или дом?

– Ты не понял меня, всего на три месяца! Сам знаешь, что бронировать отели на Гавайях нужно за полгода.

– Я понял. Пусть пришлет мне свои документы, номер я забронирую.

– Только нормальный номер, Дэн. Ей понравились фото, которые делала Милана.

– Да твою ж....! – воскликнул батя. Не понял.

– И твое счастье, что я ей ничего не сказала про бунгало! – добавила тетя.

Отец рассмеялся, поднимая руки.

– Пусть едет спокойно. Я предупрежу.

– Ты лучший брат на свете! – тете повисла на шее отца и он ей что-то зашептал. Глаза тети засияли и она звонко поцеловала брата в щеку и убежала.

– Я щас что-то не всё понял. – Признался я, глядя вслед тете.

– Номер в «Вайкики Холидей» мне принадлежит больше тридцати лет. Бунгало лет двадцать.

У меня глаза на лоб полезли. Хрена себе! А на кой чёрт?

– А зачем ты купил номер в гостинице? – я все еще не понимал.

Батя посмотрел на меня лукаво и, подмигнув, ответил

– На восемнадцатилетие вашей матери.

Я открыл рот и закрыл его. Эта тема мне известна.

## Глава 2

Завалившись в «Дом розы» и доверив разбор чемоданов Дуэйну и Анту из охраны, я свалил в город.

Добравшись до «Колумбии», клуба семьи, я ввалился туда и первым делом заказал себе «Токийский чай». Бармен удивленно поднял брови. Нужно быть самоубийцей, чтобы начинать вечер с «Токио». Чем быстрее я вырублюсь, тем лучше. Не люблю засыпать на новом месте.

Я уселся в вип-зоне и с интересом поглядывал на тусующихся. Музыка была отличной. Я сделал знак официантке и она принесла меню. Ее ноги были бесконечными и я почувствовал возбуждение.

– Зайди сюда минут через двадцать. – Сказал я, ласково улыбаясь ей. Сначала нужно пожрать.

Она вздрогнула, но с интересом посмотрела на меня. Рассмотрев мое лицо, она улыбнулась. Что ж, мама с папой постарались на славу. Мы со Стэном очень сильно походили на маму, но кое-что досталось и от отца. Не та копирка, которая получилась у отца и Ройса, но что-то было и от него. И девушкам это нравилось.

В отличие от младшего брата, мы со Стэном трахались голыми, кожей чувствуя девушек и иногда, как в случае с Джен и Джанет, друг друга. В групповухах без касаний не обойтись и это тоже заводило. Бывало, конечно, что в клубах или других многолюдных местах особо не обнажишься, но если есть возможность, то почему бы и нет.

Девушка, слегка смущаясь, попыталась нажать кнопку, затеняющую вип-зону, но я покачал головой. Будем играть по моим правилам. В клубе было темно, не считая вспышек света эквалайзера.

Перед диваном стоял низкий стол и я взглядом показал девушке сесть на него. Она послушно выполнила приказ. Я не знал, знает ли она, кто я, но в вип-зону не может попасть просто человек с улицы. Она надеялась на щедрые чаевые. Если мне понравится все, что ты сделаешь, чаевые будут баснословными. Тебе надо только быть послушной.

– Сними их. – наклонившись к девушке, сказал я.

– Их уже нет. – Томно прошептала она. Блядь. Опередила меня.

– Расстегни блузку.

С этим приказом она справилась. Ее грудь размера В+ была сочной и бюстгальтер едва мог скрыть такую красоту. Я с интересом водил пальцем по линии ткани. Ее юбка не мешала, но скрывала от меня вид снизу. Девушка сидела именно так, как мне нужно было, опираясь пятками на стол и разведя бедра в стороны.

Я уселся на колени и отстегнул лямки бюстгальтера, чтобы дать себе свободу ласкать грудь девушки и поднял юбку, открывая доступ к ее щели. Ммм.... Красивая дырочка. Я стянул руками бюстгальтер и стал ласкать ее грудь. О, она была чувственной, я это чувствовал, пальцами лаская ее клитор, мне становилось все нестерпимее, но я все еще поглядывал за спину девушке, чтобы никто не палил вакханалию, происходящую в вип –зоне. Она застонала. Я вытащил пальцы из нее

– Соси. – приказал я.

Я тоже хотел попробовать хоть раз в жизни сок женщины, но был слишком неразборчив в связях, чтобы надеяться на то, что они чисты от всяких неприятностей.

Она с радостью подчинилась. Я уже не мог терпеть. Рванув джинсы, я вытащил член и целых две секунды потратил на презерватив. Не разрешая девушке подняться, я, так же стоя на коленях, благо уровень стола вполне позволял такие аттракционы, воткнулся в нее со всей силы. Она громко вскрикнула от боли, но закинула ноги мне на плечи, не опускаясь спиной на стол, и я продолжал долбить ее со все нарастающей силой. К моему удивлению, девушке нравилось, она сжималась вокруг меня, подгоняя меня. Она кончила и я чувствовал, что близок к концу. Я криво усмехнулся и, выдернув себя из нее, одним движением стянул презерватив и кончил ей на грудь. Она охнула, но я снова усмехнулся и, застегнув джинсы, вышел из вип-зоны, не забыв оставить ей пятьсот баксов за обслуживание. Было бы больше, не сними она трусики заранее.

Залившись семью порциями «Токийского чая», я вырубился в такси. Парни из охраны пригонят тачку от «Колумбии» утром.


Разобравшись с отчетами по доверенным объектам, я приступил к разбору документов. Если бы я вчера не набухался, дело бы шло быстрее. Но я уже знал, что именно нужно делать. Зайдя под своим паролем в облачное хранилище, я начал методично забивать данные, полученные от юристов и финансового отдела. Первый день всегда только сведения по портам, право собственности на транзиты, складирование, отгрузку, собственники груза. Не первый раз занимаюсь такой мудотенью. И Хейл с отцом сразу видят, что я занимаюсь делами.

Как только я закончил с таблицей по портам, зажужжал телефон.

– Привет.

– Помнишь наш разговор? – без предисловий начал отец

– И тебе добрый день. – пробормотал я вполголоса.

– Ох, ты ж ёж, мне бы даже звонить не пришлось, если бы кое-кто проверил свой телефон! – ядовито воскликнул батя. Чего?

Я перевернул свой телефон и в полном недоумении обнаружил тридцать восемь сообщений от отца.

– Прости, пап, чего-то я закрутился с утра.

– Вижу. Обычно ты только эту закладку неделю делаешь.– Имея в виду закладку «Порт», съязвил отец.

Ой, да ладно, один раз всего пробухал неделю и не сделал, а припоминать теперь будут до конца жизни!

– Внимательно слушаю. – Оборвал я его подъёбы.

– Обрати внимание на собственников груза, Санкара фигурирует. – Ох, теперь я вспомнил наш разговор – Не привлекая внимание, нужно узнать, что внутри. Особенно то, что оседает на острове. Мне тут дрянь не нужна.

– А с чего ты решил, что он мутит с наркотой? – уточнил я.

– С того, что слишком быстро он забирается на самый верх и даже то, что Черрен подмахивает ему своей сестрой, не объясняет его влияние. Он – не политик, он хищник. А таких людей надо убирать, пока они не выпрямились в полный рост. Потом это будет практически нереально.

– И в чем дело? – Удивился я, не вполне понимая танцы с бубнами, которые устраивает отец вокруг помощника сенатора Черрена. – Убери.

– Поздно. Он слишком быстро взлетел. Он уже прошел те стадии, когда его можно было убрать тихо-мирно. Сейчас, даже если у него геморрой вылезет, будут коситься на меня.

– Ну, привлеки братьев. – Вполне мирно предложил я.

– Еще одна проблема, которая борзеет не по дням, а по часам, склоняя мое доброе имя, где не нужно. – Я задумался.

В Мандевилле бардак и сделать мы ничего не можем, слишком далеко от сферы влияния. Братья Рид захватили город и батя уже, наверное, раз триста пожалел, что привлек их к исполнению собственных приказов. За пределы города они, правда, не вылезают, но их беспорядки заставляют дергаться всех, кто связан с «КейЛа».

– Хрен с Мандевиллем, пап. Ну вскрою я груз по-тихому. Если найдем что-то, как свяжем его?

– А никак. – Я напрягся. – Я не буду разбираться.

– А кто будет?

– У нас два варианта. Либо сенатор сам спустит его с пьедестала, что маловероятно, либо он попадется на какой-нибудь херне, что еще маловероятней.

– Ага. А потом мы будем волосы на жопах рвать, чтобы спустить его с политического олимпа, да?

– А теперь представь мою ситуацию, Ник. Он пока еще никто для нашего уровня. Однако, не самый последний человек для интересующихся. Для меня он шестерка. Уберешь шестерку – появится еще одна, люди взаимозаменяемы. И я буду увязать все больше в попытках убрать шестерок, все сильнее ввязываясь в дерьмо братьев Рид и Мандевилля. Я уже три месяца не трогаю братьев. Однако еще один крупный заказ и я увязну дальше своей жопы. Мне надо искать исполнителей не на стороне, а внутри своей собственной схемы. Но возможности Сэма и «КейЛа» не безграничны. Представь, что будет, если Риды взбесятся. Их надо будет убирать либо всех разом, а на это никто в мире не подпишется, либо признать за ними силу, а я не настолько добрый.

– Бать, я что могу сделать? – я потер переносицу. Отец прав. Как обычно.

– Делай свои дела, но помни, что представляет из себя Санкара. Пока мы ничего не можем сделать. Но думать об этом нужно.

## Глава 3

Терпеть не могу первые месяцы на новом месте. Первую неделю я тупо не могу спать в чужой, пока еще, постели. Сотрудники еще не знают, что из себя представляю я сам, я не знаю, что такое они. Я чувствовал, что мне не хватает Итона Хейла, который всегда разруливал первичные непонятки, но теперь он окончательно осел в офисе «КейЛа».

Его готовят для наследника и это буду, однозначно, не я. Я просто не хочу справляться со всем объемом дерьма. А уж про «ИТАКУ» совсем молчу. Мне нравиться там трахаться, но выбирать девушек и заниматься прочей херью, связанной с борделем, я тупо не смогу. Мне претит этот бизнес, но я с удовольствием пользуюсь его услугами. У бати вариантов не было, он в свое время был единственным наследником, а у меня выбор есть.

Кстати, я не нашел в Монтего-бей ни единого борделя. Печалька. Надо будет хотя бы раз в неделю выбираться в Кингстон.

Отчаявшись разобраться самостоятельно, я ввалился в головной офис «КейЛа» в самое неподходящее время – обед пятницы – с воплем

– Дайте мне кого-нибудь умного!

Папа, Джеймс и Итон переглянулись и в один голос заявили

– Я уже занят.

Первым заржал я, плюхаясь на диван.

– Чего опять? – спросил отец, подходя к барному столику и наливая мне бренди. Я с благодарностью принял бокал.

– А хрен их знает! Все ходят на цыпочках так, что мне даже материться не хочется! А как человеку объяснить, что сегодняшние сведения мне нужны позавчера, не используя мат?

Итон рассмеялся, собирая бумаги.

– Хочешь расскажу секрет, каким образом я так быстро разгребаю вопросы по сотрудникам?

– Ну? – мы с отцом удивленно подняли брови и отец Итона тоже приготовился слушать

– Трахай всех секретарш, кроме своей. – Джеймс Хейл поперхнулся воздухом, а батя прыснул. – Чего? Я именно так и въезжаю во все. Только свою приемную не трогай, удивишься с какой скоростью она начнёт борзеть.

– Теперь я понял, почему ты убрал Стеллу Вайберг. – С ехидцей заметил его отец, Итон развел руками, признавая свой косяк.

– Раз в неделю по одной достаточно. И они при деле и ты в курсе всего, что происходит в офисе. – дополнил он информационное поле.

– Понял. Принял. – С благодарностью подмигнул я Итону.

– Ну раз обмен опытом состоялся – отец приготовился накидывать пиджак, чтобы свалить с офиса. По пятницам он обычно до обеда, а потом хватает маму в охапку и они исчезают до вечера воскресенья. – Стэн тоже в городе

– Знаю. Уже звонил. Пап, в Монтего нет ни одного борделя! – воскликнул я.

– Теперь понятно, почему ты явился. – Папа тяжело вздохнул – Ройс там уже двое суток. Вытащите его хотя бы к следующей неделе! Он мне все уши прожужжал какой-то новомодной хернёй. Да и кстати… Санкара?

– Нет. Ничего. В одном только грузе был приличный объем налички, лямов двадцать пять. На этом все.

Отец нахмурился и отложил пиджак на стол, бросая быстрый взгляд на Хейлов.

– Жопа. Он что-то мутит. – быстро сказал Джеймс, Итон кивнул.

– По графству я не вижу движений от его имени, пап. Наркотиков нет ни в клубах ни на улице.

– А по семье?

– Тоже. Пара сделок. Он купил две квартиры в районе Катрин-холл и особняк на Сансет-драйв. Сенатор как жил в Ридинге, так и живет. Чисто. Я не вижу ничего сверх.

– Блядь! – в сердцах воскликнул батя. – И все-таки он что-то мутит.

– Ты куда собрался? – без особой надежды на ответ спросил я отца.

– Ага, может мне еще и телефон включить на выходные? – прищурился батя. Не любит, когда ему звонят не в офисе.

– Не надо. Думал, вы с мамой дома останетесь.

– Предупреждать надо о визите, тогда бы остались. Прости, Никки. – В его глазах действительно было сожаление, но я не особо расстроился. – В следующий раз.

– Да ладно, что я не человек, что ли? – я усмехнулся. Мама-то телефон не отключает, поэтому я ей по видеосвязи позвоню. Бе-бе-бе.

Придя просто в отличное настроение, я помахал всем рукой и свалил с офиса.

Покрутившись на своём «Астон Мартин DB9» по Кингстону, я уверенно въехал на парковку «Сонаты». «Ниссан X-terra» брата уже стоял там, занимая сразу два парковочных места. Вроде, прибор у него вообще ни разу не маленький, но тащится от таких танков. Я подумал попинать ему колесо, чтобы сработала сигнализация и мы сразу бы рванули в «Итаку», а потом передумал. Шлюх отыметь я всегда успею, а вот почти приличных девчонок мало осталось.

Около барной стойки было многолюдно, но бармен меня узнал сразу и сделав сигнал подождать пару секунд, пока разливал «Французский 75» по фужерам. Тоже что ли начать с легкого? Я сделал жест, означающий повторить тоже самое и принести в вип-зону. Я мельком обернулся, Стэн уже там и, судя по его довольной физиономии, на уровне его паха кто-то очень старается. Черт, я тоже хочу.

Настроение вообще поднялось в заоблачные дали и я даже пару минут подвигался в такт музыке, пробираясь через толпу гостей. На мне повисла какая-то девчонка и я на пару секунд завис. Она была довольно раскована в своих танцевальных движениях и я осмотрелся. Здесь тоже можно устроить что-то интересное. Девушка была моего роста и юбка ее заканчивалась приблизительно там же, где начиналась. Тем лучше. Я повернул ее к себе спиной и недвусмысленно прижался к ее попке. Она оглянулась и благосклонно кивнула. Детке захотелось развлечься. Что ж, мне тоже. Юбка для меня не преграда, поэтому я спокойно засунул руку в ее трусики. Ох, какая горячая штучка! Я просунул пальцы внутрь и быстрыми движениями пальцев заставил ее кончить. Она всхлипнула, на мгновения теряя равновесие. Мне хватило этих секунд, чтобы вытащить член и натянуть презерватив. На площадке! Латс, перебор! Никто не обращал внимание, как я пялил незнакомую девчонку в танцевальной зоне, слишком много было народу. Я возбудился настолько, что кончил меньше, чем через минуту, но продолжал трахать девочку пальцами. Она застонала достаточно громко, чтобы я отстранился. Я ей подмигнул, благодаря за прекрасные мгновения, и снял презерватив. Бросать его на пол я не стал, но пришлось нести до вип-зоны.

– Привет, чувак!

Стэн открыл глаза и сделал легкий кивок вниз. Да вижу я, не слепой. Я еще был возбужден и Стэн усмехнулся. В ответ на его усмешку, я закинул использованную резинку в мусор и с легким сожалением посмотрел на светловолосую девушку, старательно сосавшую брату.

– Скоро? – спросил я его в собственном нетерпении.

– Сейчас уже. – напряженным голосом ответил он, со свистом выдыхая воздух и на несколько секунд прикрывая глаза.

Девушка подняла голову, а Стэн снял презик и метнул его в ту же корзину, что и я.

– Детка, мне то же самое. – Мягко попросил я, доставая фольгированный пакетик из кармана джинсов.

Она сначала испуганно вскинулась, переводя взгляд с меня на Стэна, а потом улыбнулась, видя, что мы одинаковые. За дело, милая, я сейчас лопну!

Мне нравилось трахать девушек с братом-близнецом. Но то, что вытворял с девушками младший, я и на Pornhube не видел. Вдвоем, втроем, ему было абсолютно фиолетово. Единственные его загоны касались одежды (ни разу не видел его голым, как Стэна, хотя член у него, по-моему, даже больше наших со Стэном восемнадцати сантиметров) и он никогда не обращается дважды к одной. Отсосала – свободна, максимум, если сильно накроет, то быстро оттрахает, не заботясь о партнерше, и все. Ну, у каждого свои загоны, я не осуждаю. Мои вполне определены тоже: ни с кем не целоваться и никому не отлизывать, как бы сильно не хотелось.

Но мне было бы интересно увидеть Ройса женатым. Хотя, должен признаться, я и себя не представлял ни с одной девушкой. Слишком много их прошло через меня. А уж влюбится в кого-то, как отец в маму, для меня вообще было сродни появлению дракона. Хотя и чувствовал, что некоторым девушкам я нравился настолько, что они были бы рады продолжить знакомство.

## Глава 4

В Монтего мне нравилось, хотя я и скучал по братьям, по маме, папе. Но мне уже было двадцать три и держаться за родителей я не собирался. Семейный бизнес у меня есть, свои обязанности я прекрасно знаю, как и положение на острове.

Из головы не вылезал мистер Санкара и я удивлялся отцу, как можно придавать столько значения столь незначительному человеку. Хотя, он действительно может доставить кучу неприятностей. Меня не отпускала мысль, первой пришедшей в голову, как только я с ним познакомился. Развращен властью. Что-то отец упускал из виду, а уж я тем более.

Я не обладал способностью отца и Джеймса Хейла видеть всю картину целиком. Итон перенял эту способность от своего отца, а я нет. Может, это развивается со временем, я не знал.

Отец встал во главе «КейЛа» в моем возрасте, я же занимался только своей сферой ответственности и был хорош в этом. Свою сферу я изучил и знал, что именно и как надо повернуть, чтобы получить максимальный результат. Первые полгода я еще советовался с отцом, потом принимал собственные решения, которые приносили отличный результат. Стэн, я знал, тоже был великолепен в своей зоне ответственности, Ройс включился в бизнес мгновенно. Но каждый из нас знал только это, не вникая во все остальное. Наверное, именно поэтому картинка не складывалась.

Последовав совету Итона Хейла, я в обеденный перерыв пригласил в свой кабинет Аву Балли, секретаря кадровой службы, с вполне конкретным предложением и я дал ей выбор, так как не хотел впоследствии становится участником скандала. Она оседлала меня едва ли не раньше, чем поставила подпись в соглашении о неразглашении.

К концу первого месяца пребывания в Монтего-Бей я наладил взаимоотношения со всеми менеджерами подотчетного бизнеса. Хотя, должен признаться, что и собственной секретарше Ребекке Даунтон я тоже уделил внимание. Отсутствие борделя в городе меня теперь не особо смущало. В ночных клубах всегда было полно желающих поразвлечься, секретарш и еженедельных поездок в Кингстон мне хватало.

Я постепенно обрастал знакомствами со всеми власть имущими в графстве Корнуолл. И снова удивлялся нежеланию отца убрать столь навязчивую мразь по имени Дэвид Санкара. Он был мне глубоко неприятен просто своим существованием. Каждый раз, находясь с ним в одном помещении, я испытывал огромное желание раздавить его, как отвратительное насекомое.

У меня было ощущение, что он не понимает, что ему говорят. Каждый раз, когда мне нужно было переговорить с кем-то или кому-то со мной по тому или иному поводу, приходилось самим отходить в сторону, потому что Санкара не двигался с места, каким бы прямым текстом ему об этом не говорили. Как дерьмо, прилипшее у стенкам стульчака, не желающее отлипать без использования ёршика.

И мне очень сильно хотелось воспользоваться ёршиком «КейЛа» по имени Сэм Нотт. Жаль только, он собирается оставить нас в следующем году.

Один из тех, чье настоящее имя неизвестно никому, даже моему отцу. Его отпечатков пальцев нет ни в одной базе данных ни единой службы безопасности, включая полицию, кроме ЦРУ. Охрана с лицензией на убийство. Я не знал, сколько именно заплатил отец, чтобы выкупить Сэма из «чистильщиков», но пока он этого не сделал, то платил десять миллионов в месяц. А раньше их было двое. Кеннет Ченсен тренировал нас с братьями и кузенами по самозащите. Хотя даже моего детского мозга хватало на то, чтобы понять, что это не просто самозащита, а предупреждение любых опасных действий. Если на меня или братьев кто-то нападет, мы, в теории, по крайней мере, должны среагировать раньше. Зачем это было нужно, мне неизвестно. Возможно, батя просто перестраховывался. Возможно, были причины. Хрен знает.

Но все тренировки оставили свой отпечаток, фигуры у нас с братьями были те еще. Отдельное спасибо отцу за спортзал, куда мы с братьями то и дело покупали тренажеры, чтобы не размякнуть.

Батя тоже пользовался залом, оставаясь в шикарной форме в свои пятьдесят. Не раз замечал восхищенные взгляды на отца от представительниц прекрасного пола. И мне было смешно видеть иной раз, как он выгребает из карманов возле машины записки с номерами телефонов все еще надеявшихся поклонниц всех возрастов.

К их огромному сожалению, отец до сих пор по уши влюблен только в одну женщину, мою мать, как и она в него. Их союзу уже больше тридцати лет и я ни разу не слышал от нее ни единого слова в адрес его поклонниц. Хотя знал наверняка, что бате пришлось выдворить с острова пару особо надоедливых поклонников матери, которая даже не знала, что они ее поклонники. Они каким-то образом умудрились взбесить его, но каждый раз, когда я спрашивал его том, что они сделали, я натыкался на бешеный взгляд отца. Видимо, они переборщили своим вниманием к маме.

Жизнь в Монтего-Бей постепенно налаживалась и я уже даже перестал глотать бухло, чтобы вырубиться в теперь уже своей постели.

По общей договоренности с родителями и братьями, раз в месяц мы собирались дома, чтобы побыть с семьёй, но каждую пятницу мы с братьями зажигали по Кингстону и, в частности, в «ИТАКЕ», добавив бате головную боль в виде Ройса, который не трахался дважды с одной и той же девчонкой. Как минимум, пятеро в клубе должны быть новенькими каждую неделю.

## Глава 5

Я сидел в своем кабинете и обмозговывал аналитический отчет по грузовым манифестам за девять месяцев. Глаза зацепились снова за ненавистную фамилию Санкара и я вскочил с кресла, предварительно пнув его. Мне все-таки нужен кто-то со свежими мозгами! Я не видел связи с его грузами! Что он задумал? Почему для папы это так важно? Ну не может столь пиздопротивный глист приносить столько беспокойства!

Я метнулся к кофемашине, которую распорядился поставить у себя в кабинете, чтобы лишний раз не обращаться к Ребекке. Ей и так хватало моих вызовов в кабинет по поводу и без. К тому же я стал замечать ее собственнические взгляды в свой адрес и переводить секс в рамки постоянных отношений не планировал. Надо все-таки не чаще раза в месяц, правильно Итон говорил. Одна секретарша раз в неделю, а я зачастил с Ребеккой.

Блядь! Кофе закончился! Твою ж мать! Всего два момента, на которые я ей давал особые указания: кофемашина в рабочем состоянии и постоянная связь с кабинетом сенатора. Всё! И тут накосячила!

– Мисс Даунтон, зайдите. – Бесцветным голосом сказал я в интерком.

– Одну минуту, Ни… – ЕЩЕ, БЛЯДЬ, НЕ ХВАТАЛО!!! – мистер Латс.

Нет, с ней точно надо закругляться! Причем совсем.

Я вертел ручку в руках, не зная, как связать грузы Санкара и его движения по Корнуоллу. Ну нет такой связи! Или я тупой!

Ребекка вплыла в кабинет, отбрасывая платиновую гриву волос с лица и тут заметила мой недовольный взгляд

– Ник? – промурлыкала она, очевидно, надеясь на «фитнес».

– Мисс Даунтон, – я подчеркнуто официально обратился к ней, – кажется, мне заново нужно установить границы в отношениях между нами.

– Ник, я… – Блядь! Я прищурился и ее взгляд заметался по кабинету, словно она ожидала увидеть здесь кого-то еще, кто мог поменять мое отношение к ней.

– Достаточно! – резко оборвал я ее. – Я, вроде бы, не сильно угнетаю сотрудников, но это не значит, что они должны забывать свои обязанности. Напомните мне, мисс Даунтон, свои, пока я не пригласил начальника отдела кадров.

– Ник… – Да ёб твою…

– Здесь нет Ника, мисс Даунтон. И кофе тоже нет.

Кажется, до неё стало доходить. Её глаза наполнились слезами и я совершенно не собирался разбираться, с чем именно это связано. С тем, что я устроил выволочку за неисполнение простейших обязанностей или за то, что открыто сообщил об окончании нашего рабочего секса.

– Одну минуту, мистер Латс. – Она кивнула, принимая новые правила.

– Завтра чтобы было всё. Включая изменения в расписании сенатора после праздников. – Вполне миролюбиво закончил я, глядя на ее дрожащие губы. Она поняла.

Выйдя из кабинета, я рванул в Ридинг, чтобы присутствовать на рождественской вечеринке сенатора Черрена, которая приходилась аккурат на новогодние праздники.

Настроение портилось от мысли, что на приеме будет и Дэвид Санкара. Меня воротило от мысли, что, как минимум, полтора часа мне надо будет наблюдать его противную физиономию рядом с собой. Но мне срочно нужно было обсудить с сенатором открытие новой школы в Грейндж-Хилл. Сам сенатор сказал, что ему нужна помощь по этому вопросу.

Школы, конечно, не мое, этим мама занимается, но я сомневался, что они с батей приедут на вечеринку в Ридинг. Они обычно в Колорадо на Новый год. Мама скучает по снегу, проведя все детство в Колорадо-Спрингс. И как батя говорит «кто я такой, чтобы не провести с любимой женой Новый год там, где она хочет»

Рождественские праздники мы, конечно, тусим все дома, доставая родителей всеми известными нам способами, включая хоровое исполнение у них под дверью рождественских песен. Именно в тот момент, когда там становилось слишком шумно даже для взрослых совершеннолетних сыновей. Батя уже лет пять грозится поставить бронированную дверь на лестницу, чтобы мы не могли проникнуть на второй этаж.

На это Рождество, например, он выставил охрану перед лестницей, чтобы мы не ходили дальше гостевых комнат на первом этаже, которые нам выделили на все праздники.

Пффф…наивные.

Мы с братьями, переодевшись в Санта, орали песни им под окнами, обожравшись коктейлями.

Какого хрена утром мы очнулись в детской песочнице на заднем дворе со всеми детскими игрушками, история тактично умалчивает. Стэн с Ройсом даже устроили натуральное побоище своими трансформерами, пока я бегал по песочнице с воплями «Где мой Бамблби?» и только потом вспомнил, что тот пал смертью храбрых еще когда я был в седьмом классе.

Проржавшись и с охеренно больной головой после не помню уже скольких «Зомби», мы вынужденно слушали «Jingle Bells» на батином телефоне все утро. К тому моменту, когда батарейка на телефоне сдохла, мы хором торжественно клялись в новом году ни-ни.

Посмеиваясь, я подрулил к особняку сенатора.

Мою машину узнали и я отдал ключи, чтобы ее перепарковали. В приемной было шикарно убрано и весь политический цвет Корнуолла собрался на приеме. Я направился прямиком к сенатору, на ходу здороваясь с другими гостями. Мое внимание привлекла одна женщина, но я, хоть убей не мог вспомнить, где видел ее.

– Сенатор Черрен, миссис Черрен, благодарю за приглашение. – Я максимально вежливо и тепло поздоровался с хозяином дома и его супругой. – Отличный вечер.

– О чем говоришь, мой мальчик! Мы всегда рады тебе! – Сенатор лучился добродушием. – Николас, пока еще не много народа, давай переговорим по неотложным нуждам?

В его голосе отчетливо сквозило вопросительное выражение и я кивнул. Он прекрасно знает, что все его просьбы я передам матери, которую он отказывался беспокоить в праздники. Выслушав пожелания, мы расстались, довольные друг другом.

Среди приглашенных было много журналистов и мне приходилось быть осторожным, чтобы не попасться в их прицел. Терпеть не могу их настойчивый и крайне нездоровый интерес к собственной персоне.

Краем глаза я заметил Санкара с супругой и поспешно исчез из их поля зрения. Долго бегать от них я не собирался, но все-таки надеялся, что здороваться с ними буду уже ближе к концу собственного пребывания на приеме.

Забравшись на галерею на втором этаже с бокалом шампанского, я рассеянно рассматривал гостей. Глаза непроизвольно цепляли ту женщину, которая показалась мне знакомой, но я не узнавал ее. Оборзеть что ли настолько, чтобы спуститься к ней и спросить? Я, как минимум, должен знать ее имя. Нас точно знакомили.

Глядя на гостей сверху, я видел, что Санкара настойчиво ищет кого-то глазами. Черт! Надеюсь не меня.

– Ник. – Раздался вдруг голос позади меня и я резко обернулся.

Задумавшись, я не слышал шаги. Кеннет Ченсен прибил бы меня на месте за такую невнимательность.

К моему бесконечному удивлению меня окликнула жена Санкара Юлали. Я вопросительно поднял бровь, чувствуя себя не в своей тарелке. Какого хрена? Что ей нужно? Не помню, чтобы мы были близки настолько, чтобы называть друг друга по имени.

– Миссис Санкара? – с неподдельным недоумением спросил я, отходя от поручней галереи.

Ее глаза странно блеснули и она прижала палец к губам, отступая к дверям комнаты позади. Она была красивой, очень красивой. Но все-таки была женой неприятного мне человека. Короткое мгновение я сомневался, но Юлали, заставив наклониться к себе, прошептала

– Никто не узнает.

Она покраснела, говоря это, и я наклонился к ней, подхватывая ее на руки, прижимая к себе, чтобы быть на одном уровне. Она целовала меня и я соображал, как можно быстрее, как должен отвечать на это.

Мы вломились в комнату, не отрываясь друг от друга. Ей достаточно было завести руки за спину, чтобы избавиться от платья. Мне потребовалось время, чтобы снять костюм.

Признаюсь, обнаженная она была прекрасна. Ей было лет тридцать пять и она была в во всей мощи своей красоты. Мой первый поцелуй с женщиной, которая определенно умеет целоваться и любит это делать. Я снова склонился к ее лицу, пробуя ее губы на вкус и она целовала меня, откликаясь. Я не мог насытится поцелуем.

Отстранившись, она внимательно посмотрела на меня.

– Ты никогда не..

– Нет. – Я даже не дослушал вопрос.

– Я покажу как. – Прошептала она, снова притягивая меня к себе.

Ни на секунду не прерывая обучение, она раскатала по моему члену презерватив, который я достал сразу же, как скинул боксеры, и я начал проникать в нее. Она была тесной и такой мокрой, что я не удивился бы узнав, что она уже кончила, пока мы просто целовались. Воткнувшись в нее во всю длину, я замер, привыкая. А потом начал движения. Юлали откликалась нетерпеливыми стонами и я успел подумать, что она действительно потрясающе трахается. Застонав особенно громко, она кончила и я рывком перевернул ее на живот. Погрузив пальцы в ее щелку, я смочил их ее соками и обвел тугой кружочек заднего прохода. Она охнула

– Аккуратно, прошу! У меня давно ....

В этот момент я погрузил палец внутрь и убедился в ее словах. Она застонала, а мне на какой-то миг стало ее даже жалко.

Я добавил второй палец, растягивая ее и она зашипела от боли. Второй рукой я накрыл ее лобок и стал ласкать клитор, чтобы отвлечь внимание от болезненного, после долгого отсутствия анального секса, проникновения. Она шипела от неприятного ощущения, пока я почти аккуратно вдалбливался внутрь, но моя рука на ее клиторе смягчала боль. Я рванулся до конца и Юлали вскрикнула.

– Тшш… – только и успел прошипеть я, как она выгнулась, подставляя мне свои восхитительные дырочки.

Я качнулся и, почти вытащив член из ее задницы, воткнулся снова, не прекращая ласкать ее чувствительный бугорочек.

Я двигался вперед, подгоняемый ее стонами и она подмахивала мне, насаживаясь целиком и полностью. Боль ушла и ее стоны ясно говорили о том, что она на грани еще одного оргазма. Я не жадный, кончай, пожалуйста! Я шлепнул ее по заднице и она всхлипнула, окропив мои пальцы, продолжавшие ласкать ее клитор, соком экстаза. Мне хватит. Я кончил, едва не вогнав себя в нее по самые яйца.

Прекрасно, Латс. Что теперь?

Скинув резинку, я перевернул ее снова лицом к себе. На лице Юлали были написаны восторг и удовлетворение. Я снова склонился над ней и снова начал целовать ее. Мне нравилось, когда она меня целовала. Я способный ученик.

– Ты классно трахаешься! – прошептала она мне прямо в губы.

Знаю. Замолчи! Но я только сейчас учусь целоваться…

– Ты тоже! – подмахивала она и впрямь здорово и была такой тесной и чувственной. Но мне нужно было знать еще кое-что. – Как часто меняешь мужиков? – я снова накрыл ее губы своими.

Ее брови сдвинулись и она прошептала, краснея

– Два года никого не было. Я для него просто сестра сенатора.

Отлично. Сколько времени нужно нам еще? Я снова впился в ее губы поцелуем и честно сказал

– Я должен знать, как нужно, потому что ни разу не делал этого.

Я был предельно честен, чтобы она знала, что могу накосячить. Она удивленно подняла брови

– Ни разу? – я отрицательно покачал головой, несколько смущаясь. – Ты услышишь. – Твердо сказала она и я начал опускаться вниз.

Что ж, я услышал.

Когда я закончил обучение, она отползала от меня, всхлипывая. А я смотрел на нее и был чертовски благодарен за полученные уроки. Я снова перевернул ее к себе спиной и поставил на четвереньки. Смазка уже не нужна, она текла так, что проникнуть в ее тугую щель проблем не возникло. Пока я двигался, она успела кончить еще два раза. Что ж, после двух лет недотраха, я ее понимал. С ее последними спазмами я вытащил себя из нее и, стянув резинку, кончил ей на спину.

Сволочь, знаю. Пусть теперь делает, что хочет.

По-хорошему, нужно в душ. Но не буду же занимать ванную комнату в доме сенатора, оттрахав его сестру.

Я посмотрел на красивую женщину, все еще пытавшуюся привести себя в порядок, и меня кольнуло сожаление. Если бы она не была женой Санкара, я бы, возможно, трахал ее с большим удовольствием. То, что я использовал ее двухлетнее воздержание для собственных целей меня ни разу не беспокоило.

Быстро одевшись, я покинул комнату, ни разу не обернувшись на нее.

Допив шампанское, оставленное мной ради жены Санкара, я спустился вниз, на ходу раскланиваясь с гостями. Сенатор, увидев меня, казалось, удивился.

– Николас, я думал, ты уже уехал.

– Нет, сенатор, я просто прятался на галерее от журналистов и наблюдал за весельем. – Я был почти честен.

– Ну, ты не много пропустил! – рассмеялся сенатор, прогуливаясь среди толпы.

– Сенатор, – я почти невежливо покрутил головой, ища интересующий меня объект. – приношу свои извинения, но я никак не могу вспомнить имя той леди – я указал кивком в сторону – в бирюзовом платье.

– Ох, сынок, в твоем возрасте я тоже не особо запоминал имена. Это Летиция Смолл, одна из дочерей семьи основателей Мандевилля. – Я нахмурился, пытаясь сообразить, что ей нужно в Корнуолле. – Собирается весной участвовать в гонке за кресло мэра. У нее неплохие шансы…

Я рассеянно кивнул, замечая приближение Дэвида Санкара, чья фигура еще больше расплылась за то время, что я старался не попадаться ему на глаза. К моему удивлению, рядом с ним стояли две совсем юные девочки.

Одной было лет семнадцать и ее можно было бы назвать симпатичной, если бы не ужасные брекеты, которые портили все впечатление и круглые очки а-ля Гарри Поттер с толстыми линзами. Второй было лет тринадцать и, тут вообще нечего было скрывать, она была просто некрасивой с такими же ужасными брекетами. Дочери, я так понял, прежде чем Санкара, грузно вступив в территорию, которую любой нормальный человек назвал бы личным пространством, не подтвердил мое предположение.

Вежливо поздоровавшись, я отчаянно пытался придумать подобающий случаю комплимент молодым девушкам, но в голове было пусто. Поэтому я просто широко улыбнулся, замечая, как они краснеют от удовольствия. Младшая даже, кажется, потеряла дар речи, глядя на меня с открытым ртом.

– Мистер Санкара, я что-то не вижу вашу супругу. – Я не знаю, что мной двигало, когда я произносил эти слова, ведь я точно знал, где именно она находится. – Хотелось бы поздравить ее с праздниками.

– Маме стало нехорошо и она пошла отдохнуть. – Сказала старшая дочь, Элис, а сам Санкара нахмурился

О, она отдохнула, уверяю. Ей еще нужно немного перевести дыхание после такого «отдыха». И принять душ.

– Передайте ей мои самые наилучшие пожелания. – Я, как можно старательнее улыбаясь семье Санкара, начал продвигаться к выходу.

– Ник, – Да что за ёбтель? Даже сенатор зовёт меня Николасом. Я резко обернулся и с удивлением увидел, что меня окликнула Элис. – прошу прощения, мистер Латс… Я знаю, моя просьба покажется вам чересчур наглой – Если ты не попросишь меня женится на тебе, то нет – но не могли бы вы потанцевать со мной?

Вот это прямо ни хрена себе что сейчас было?!

Моя челюсть отвисла еще дальше, чем у ее младшей сестры при виде меня. Я растерянно переводил взгляд с Элис на ее отца и обратно, пока не посмотрел на сенатора.

– Уважь старика – улыбнулся сенатор Черрен, Санкара тоже попытался выдавить из себя улыбку.

Ох ты ж ёж! Я обернулся, искренне надеясь, что буду не в одиночестве кружится в зале. К счастью, несколько пар тоже томно перемещались по кругу. Насколько это возможно галантно я предложил руку Элис, вводя ее в круг.

Блядь! Я уже и забыл, когда танцевал. В прошлом году, летом. Точно.

К моему удивлению, она отлично чувствовала меня и изумительно двигалась. В какой-то момент она ойкнула и стащила с носа очки.

– Да, так определенно лучше! – вырвалось у меня, когда я посмотрел в ее странные, почти кошачьи золотые глаза с коричневыми крапинками.

– Не смейтесь, пожалуйста. – попросила она, отчаянно краснея.

– Не смеюсь, серьёзно. Мне просто интересно, для чего это было нужно.

– Нуу… Отец таскает нас по странным сборищам и надо мной смеются, что я танцую только с занудными старикашками. Не бойтесь, это только один раз.

Я широко улыбнулся.

– Да я, вроде, пока еще не занудный старикашка, чтобы бояться чего-то. Тем более, если это на один раз.

Ох, Латс, хорош бросаться двусмысленностями!

– В сети появится наша с вами фото, может, после этого от меня отстанут.

Мне стало грустно. Я никогда не страдал от своей внешности ни в школе, ни в колледже, потому что был красивым и знал это. Родители предоставляли нам с братьями полную свободу и кроме семейных торжеств, мы были не обременены ничем. А здесь откровенно неприятный человек с не самыми красивыми дочерьми таскает их по светским мероприятиям. А те вынуждены еще защищаться от нападков одноклассников, а какими могут быть жестокими подростки, мне известно не понаслышке. В школе мы с братьями пресекали все попытки издевательств над изгоями, выбранными школой для битья и с нами предпочитали не связываться.

Вот каким хреном мне прошлось по мозгам, но я вдруг ляпнул

– А хочешь, чтобы они заткнулись надолго?

– Каким образом? – удивилась она.

Я пробежался глазами по залу, высматривая наличие папарацци. Вот вы где! Я старательно стал продвигаться в их сторону, чтобы привлечь внимание. Те, перебивая музыку, защелкали камерами и тут я сделал то, чего сам не ожидал от себя. Я нагнулся и губами, с которых еще не исчез вкус оргазма ее матери, нежно поцеловал Элис, прижимая ее к себе, чтобы вездесущие фотографы успели сделать несколько кадров. Ее ответный?!!!! поцелуй был чистым. Я отстранился, все еще обмозговывая кого, куда и как именно я целовал сегодня.

К счастью, музыка закончилась и я повел Элис к отцу твердым шагом, честно признавая за собой право свалить с вечеринки немедленно. Элис снова нацепила на себя очки и я успел подумать о том, что отцу не помешало бы отвести ее к офтальмологу.

Сенатор признательно улыбался, видимо в курсе проблем племянниц, а вот отец Элис был крайне недоволен. К нему присоединилась его супруга, которую мне пришлось поприветствовать в лучших традициях, краем глаза замечая абсолютно несчастный вид младшей сестры Элис. Я даже не запомнил ее имя.

– Надеюсь, это был единичный случай, Латс.

Сука!

Все мое относительно хорошее настроение от осуществленного доброго дела исчезло в мгновение ока.

– Не беспокойтесь, мистер Санкара, – я специально голосом выделил слово мистер, чтобы он понял, какую ошибку допустил, хотя я сильно сомневался, что такого носорога проймут мои стрелы вежливости – я сегодня в роли Санты исполняю все желания.

Я смотрел прямо в его сонные глаза и испытывал огромное желание плюнуть в него. Я видел, как Юлали опустила глаза, как вспыхнула Элис и как задрожали губы младшей сестры. Но не видел, что Санкара отступил.

–Хорошего вечера, сенатор Черрен.

Я вымелся из дома прежде, чем сенатор успел ответить.

## Глава 6

Глаза распахнулись словно сами по себе и все вокруг закружилось. Вот чёрт!

Давно я так не набухивался всем подряд! Меня и тошнило и тело отказывалось поднять себя с кровати, чтобы выплюнуть содержимое желудка. Сев в кровати, я зашатался и снова рухнул на постель. Удар о подушку был настолько болезненным, что из моего горла вырвался крик.

– Ник?

– Бля, чувак, чего так громко? – прохрипел я через отвратительный комок в горле.

– Не мычи. Вода на тумбочке.

– Лучше новые потроха.

С этими словами я метнулся в ванную комнату и выплюнул все, что не успел выблевать вчера. Мне хреново до невозможного! Приняв душ, я почувствовал себя приемлемо.

Покачиваясь, я прошел за кухонную стойку в номере «Дома Розы» и немигающим взглядом сверлил холодильник, отчаянно надеясь, что апельсиновый сок, который вчера закупил для коктейлей, еще остался в его недрах и чтобы он телепортировался ко мне в руки. Сил доползти до холодильника самостоятельно не было.

Ройс был отвратительно бодреньким.

– Чувак, у меня два объяснения твоему свежему виду – ты либо чёртов ведьмак, либо у тебя вместо крови уже бухло и тебя ничего не берёт.

– Мое объяснение получше. – заржал мелкий – Я вчера не пил.

– Тоже вариант. – На кухню вполз Стэн, держась за стены.

– А какого хрена ты вчера не пил?

Ройс сжалился над нашими больными головами и вытащил из холодильника сок.

– Дай сюда, чертила! – в два голоса воскликнули мы с братом, протянув к нему руки.

Ройс издевательски хмыкнул и, глядя прямо на нас, в два глотка выхлебал наше лекарство. Мы со Стэном переглянулись и снова в один голос сказали

– Говнюк.

– Не ссы, болезный, там еще галлон.

Ройс снова открыл холодильник и достал огромную бутыль сока. Мы с ним не разговаривали, пока сок не закончился.

– Кофе! – потребовал Стэн.

– Э, чертила, ты меня ни с кем не перепутал? Встал и сделал себе сам, там только кнопочку нажать надо. – Ёрничал Ройс.

– Какого же ты вчера не пил? – напомнил вопрос Стэн, направляясь к кофемашине. Признаюсь, Ройс вчера чего-то говорил, но я не помню что именно.

– Потому что мне надо сегодня заскочить к отцу, собрать все проекты гостиниц и отчалить в Рио, а если там нечего ловить, то в Майами. – Мелкий, не стесняясь, хозяйничал по холодильнику, ища, чем бы закинуться в плане пожрать. А, точно, голосовое управление.

– Что-то я ни хрена не втыкаю в твою машину, Ник. – Озадаченно нахмурился Стэн.

Ройс перестал обшаривать холодильник и бочком стал продвигаться к выходу с кухонной зоны.

– В нее не надо втыкать, извращенец – огрызнулся я, издалека пытаясь рассмотреть мигающие индикаторы, чтобы сообразить, чего этой механической твари не хватает.

По умолчанию, у каждого из нас кофемашина должна быть определенной марки и модели, как дома у родителей, чтобы не мучится с инструкциями. Я нахмурился. Телепать за кофе в холл – не вариант, мы сейчас выглядим, как потрёпанные собаки и просто тупо не дойдём. А направить мелкого – все равно, что вообще не просить. Он и так догрёб до кишок, сообщая сколько раз в месяц меняется вода в вендинговых аппаратах.

Стэн в отчаянии тыкал кнопку американо, а Ройс нервно кусал губы, сдерживая смех.

– Ни хуя! – авторитетно заявил Стэн, признавая факт поломки чудо-агрегата.

– Пиздец, РОЙС! – заорал я, обращая внимание на то, что на стойке вполне себе в полный рост стояла кружка Ройса объемом не меньше полутора литров.

– Воду проверь – мирно предложил Стэну мелкий, прыская себе под нос.

– Кто выхлебал, тот и заправляет! – обозначил я непреложное правило семьи Латс.

– Я бы с радостью, но дела, понимаешь ли!

С этими словами Ройс выдвинулся за дверь, не забыв вытянуть средние пальцы на обеих руках.

– СКОТИНА! – застонали мы со Стэном в голос, пока я с похмелья отчаянно пытался вспомнить, как вытаскивать контейнер для воды.

Дверь открылась снова и вернувшийся мелкий со вздохом жалости одним движением вытащил емкость для воды.

– Дальше справитесь? – участливо спросил он.

– Свалил, чертила! – снова хором ответили мы.


Я ходил по своему кабинету и пытался обмозговать ситуацию.

Уже дважды в адрес Санкара приходил груз, состоящий только из налички. Все те же двадцать пять миллионов. Остальные грузы в его адрес были чисты и невинны. Однако я жопой чувствовал подвох. Какого хрена творится и для чего ему столько налички и почему через порты? Ответов у меня не было.

Будучи в курсе движений в Корнуолле, я знал, что он запустил свой цветочный бизнес. Точнее, не он, а Юлали, его жена. Один хрен. Объем грузов увеличился, но наличка никуда не делась, все так же появляясь в моих отчетах.

Почему наличка?

Я уселся на стол и нажал кнопку интеркома, связываясь с начальником аналитического отдела, которого собирался повысить в ближайшее время до управляющего. Мне нужен был помощник, свой Джеймс Хейл. А Джордан Текс был и исполнительным и по-настоящему умным.

– Джордан, зайдите ко мне.

Время пришло. Джордан хорошо показал себя.

Пока я ожидал его, в голове крутилась навязчивая мысль, что периодически потрахивая Юлали Санкара, можно узнать куда больше, чем выясняя все окольными путями.

Так низко падёшь, Латс?

Мои мысли отвлек звонок. Я глянул на телефон, отец. Одновременно и мне и Стэну. Что за хрень?

– Да, пап? – в груди кольнуло нехорошее предчувствие.

– Пап, что такое? – добавился к звонку Стэн.

Отец смотрел на нас с братом, не говоря ни слова, и я по-настоящему испугался.

– Бросайте все и срочно домой.

– Что? – в один голос заорали мы.

Я уже вскочил со стола и метнулся к выходу, на ходу заорав «потом» Джордану Тексу.

– Ройс убил Гленна Рида и переспал с их сестрой.

Я был уже у машины, когда до меня дошла информация в полном объёме. Отец уже отключился.

ЧЁРТ!!!!

Мелкий!

Не глядя на здание офиса, куда я, возможно, вернусь не скоро, я резко нажал на акселератор и понесся на двухстах в Кингстон.


Мелкий, ну как так-то?

Мысли кружили, пока я гнал на всей доступной скорости домой.

Черт! Черт! Черт!

Ройс же вообще не в курсе всех движений с Ридами! Я сам о них узнал, когда мне уже было двадцать один. Мелкому едва стукнуло двадцать. Отец не распространялся обо всех делах, пока сыновья не становились полностью совершеннолетними. Одно дело управлять бизнесом, другое – знать, что дерьмо плавает рядом. Бля, братиш....

Я вообще не понимал, как так получилось.

Про Гленна, по крайней мере. С сестрой братьев было попроще, только я не мог придумать причину, по которой Ройс оказался в Мандевилле. С братьями Рид была четкая договоренность – ни шагу за пределы города. Только на время работы. Значит, Ройс каким-то образом вторгся на их территорию. Потому что больше просто ничего не могло случится!

Мы с ним созванивались позавчера и он уже был в сопли, но в «Сонате», дома. Как он очутился в Мандевилле?

И тут я сообразил. Портмор. Батя собирался отдать Ройсу управление Портмором. И я рассказал ему об этом, когда напивался со Стэном перед его поездкой в Рио. Я вспомнил.

Блядь!

Мысленно выстегнув себя за длинный язык, я прибавил скорость, проносясь через ёбаный Мандевилль. Машину мою уже, скорее всего, засекли, поэтому надо проскочить город как можно скорее. Я втопил педаль в пол, едва соблюдая правила дорожного движения.

Мелкий!

БЛЯДЬ!!!

Портмор считается городом-спутником Кингстона, владений отца. И Ройс, скорее всего, решил покрутиться там и звезды, что называется, сошлись. Видимо, в небесной канцелярии все перепились и столкнули семьи Рид и Латс лицом к лицу.

Исполнители и их заказчики.

И что теперь будет?

Надо прикрыть Ройса любыми средствам, вплоть до…

Чего?

Инсценировать смерть? Только в случае смерти Ройса братья Рид не пойдут в крестовый поход за собственного брата. И мой брат будет в опасности до конца жизни.

ЧЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁРТ!!!

Выруливая на прямую дорогу от Спаниш-Таун до Кингстона, я резко остановился, съехав на обочину, и выскочил из машины, задыхаясь.

Я орал во все горло, пытаясь избавиться от боли и беспокойства за младшего брата. И от собственной бесполезности.

– СУКА!!! – напоследок выплюнул я и вытер слезы.

Соберись! Какой-то выход должен был быть.

Отец умнее меня, он уже что-то придумал.

Повторяя это как мантру, я едва не влепился в задницу авто Стэна. Мигнув ему фарами, я снизил скорость.

– Ты как? – звонок раздался через пару секунд.

– А ты? – глухо спросил я.

– Так же.

– В «КейЛа»? – я вспомнил, что не уточнил, где нам собираться, слишком ошеломлен был новостями.

– Да.

Черт!

А мама?

Тут мне уже совсем поплохело и я едва не остановился снова, чтобы прорыдаться.

Что будет с ней, если с Ройсом случится… что-то.

И что будет с отцом.

На что он пойдёт, если братья Рид что-то сделают его сыну?

Паника накатывала волнами и я едва соображал, что уже на полном автомате паркую тачку перед головным офисом «КейЛа», выскакивая из нее еще раньше, чем заглушил двигатель.

Не сговариваясь с братом, мы понеслись по лестнице, перепрыгивая через ступеньки и не тормозя перед столом секретарши отца, швырнули свои сотовые на пол. Не до них сейчас.

В батином кабинете постоянная запись. Слишком много вопросов острова в целом решается именно там. Чтобы исключить малейшую вероятность утечки информации, сотовые в кабинет не допускались.

Ворвавшись в кабинет, я увидел в первую очередь Джеймса Хейла, который рассекал кабинет отца, не реагируя ни на что. Итон Хейл стоял у окна, возле которого хаотично валялись переломанные стулья. Его брат Крис, один из связных с братьями Рид, пялился в другое окно, ожидая распоряжений. Отец сидел за своим столом, погрузив руки в волосы и глядя перед собой. Ройс, сгорбившись сидя на единственном кресле в кабинете, глядел в пол. При нашем появлении он поднял глаза и тихо спросил

– Жопа, так ведь?

– Мелкий… – выдохнул я, борясь со слезами

– Ну как так-то? – закончил за меня Стэн, опускаясь на пол, в растерянности глядя на брата.

– Пап, что он знает? – спросил Стэн, когда Ройс вкратце обрисовал нам ситуацию.

Ответил нам Джеймс.

– Теперь – всё.

Младший кивнул, взъерошивая и без того торчащие дыбом волосы.

– И чё делать-то?

– Хороший вопрос, Стэн. – Откликнулся, наконец, папа. – Понятия не имею.

– Поставлю вопрос по-другому, что они сделают с Ройсом? – заорал Стэн, батя даже не поднял голову.

– И снова вопрос на миллион. – пробормотал папа.

– Если бы вопрос стоял только в Мэдисон, я бы сам знал ответ, Стэн. – глухо сказал Ройс, чтобы мы не отвлекали отца от умных мыслей.

– Погоди-ка… – до меня стало доходить – Мэдисон?

– Так, парни! – отец вскочил со своего кресла и ногой швырнул его в сторону. – Чтобы я этой хуйни здесь больше не слышал, валите-ка отсюда. Я и так наслушался. Мне надо подумать. И матом прошу, не бухайте! Не сегодня, по крайней мере!

Обосновавшись в кабинете Джеймса, мы начали потрошить Ройса на подробности. И должен признаться, я был в шоке. Никогда не думал, что можно попасться именно так.

– И что ты думаешь, Ройс? – спросил Стэн, потому что я еще переваривал информацию.

– А есть выбор, чувак? – к моему удивлению, Ройс выглядел спокойным, только я не понимал, каким образом. – Гленн нашел нас в незнакомом городе через четыре часа, не зная, кто я такой. Представь, что будет, если все братья выйдут на охоту. Они вычислят быстро. Если батя меня скроет, они уберут всех, замажет – то же самое. Сдохнуть официально, да, об этом я тоже уже успел подумать – исход один плюс я свихнусь. Окопаемся здесь – их шестеро, плюс я так понял, хренова туча их людей. Полицию не отправишь убирать их, а Сэм всего один, хоть и на пенсии. Если есть хоть что-то я открыт к предложениям.

– Все упирается в Гленна. – Задумчиво сказал я.

– Именно в него. Потому что с Мэдди проблем бы не возникло, я так думаю.

– Охренеть, чувак. Мэдди.

Глаза Ройса странно сверкнули и именно в этот момент я понял, что она ему понравилась. По-настоящему.

– Мелкий, это так же как у бати с мамой? – тихо спросил Стэн, но Ройс отрицательно покачал головой.

– Нет. Но намного больше, чем было до неё. И если нам повезет сегодня, то, возможно, я встряну по-полной. Я даже готов к этому.

– Чуууваааак- протянул я изумленно, а мелкий внезапно улыбнулся и кивнул.

– Пиздец, Ройс! – воскликнул Стэн.

## Глава 7

Отец смотрел на одноразовый телефон, который дал ему Джеймс Хейл и я видел, что он собирается с мыслями, чтобы начать разговор с Джоном Ридом. Я не знал, что сказать, просто не представлял как подбодрить отца, ведь любые мои слова не будут значить ничего, если с Ройсом что-то случится. А этого допустить нельзя было.

Секунды текли бесконечно. Я знал, что Ройс уже выехал в Мандевилль. И отцу надо сделать звонок старшему из братьев, чтобы заручится словом. Крис Хейл уже звонил Джону, чтобы попросить его и остальных братьев присутствовать дома для важного разговора. О чем, Крис ему не сказал.

Я знал, что Крис получил четкий приказ своего отца обустроить пункт отхода от особняка семьи Рид до безопасной зоны. Папа с благодарностью посмотрел на своего зятя, так как сам до этого еще не додумался.

Рука отца метнулась к телефону и он нажал громкую связь. Все в его кабинете застыли

– Мистер Хейл – раздался глубокий голос Джона Рида.

Отец сглотнул

– Это Дэниэл Латс. – Абонент замолчал – Джон.

– Простите, мистер Латс. Ваш звонок слишком неожиданный.

– Знаю, Джон, и прошу прощения.

– За что?

– За сына, который со своей стороны направляется к вам, чтобы просить прощения за свою ошибку лично.

– Ошибку? – голос Джона Рида стал мягче и я видел в глазах Джеймса Хейла натуральный ужас. И испугался сам.

– Не мне говорить вам о его ошибках. Я лишь прошу быть благосклонным и снисходительным.

– Насколько все серьезно? – с небольшой долей насмешки спросил Джон.

– Настолько, – я не узнал голос отца, в ужасе вытаращившись на него. И Джеймс и Стэн с таким же испугом смотрели на отца. – что я смею просить только об одном.

– О чем же?

– Я прошу, чтобы мой сын жил. – Я задохнулся. Я впервые слышал чтобы отец просил, но это было еще не все. – Он всего лишь пацан, Джон. Умоляю. – Боже мой! Я опустился мимо кресла на пол, а Стэн сполз по стенке.

В трубке молчали слишком долго и слезы катились по нашим лицам, видя как человек, который отдает приказы всем на острове, умоляет пощадить своего сына.

– Хорошо.

Отец зажмурился и я с ужасом увидел его слезы, застрявшие в суточной щетине. Нет, батя не плачет! Он не может плакать!!!

– Слово, Джон. Какой бы ни была его вина, мне нужно твое слово.

В трубке снова смолкло

– Он будет жить. Даю слово. – Мы все выдохнули, видя как разжался кулак отца.

– Благодарю, Джон. Еще раз прошу прощения.

– Принято, мистер Латс. Всего хорошего.

Отец отключил динамик и несколько минут короткими вздохами переводил дыхание. Наконец, он справился с собой, но мы с братом еще не отваживались подняться с пола. Признаюсь, лично я бы не смог, так сильно у меня тряслись ноги.

Отец продолжал смотреть перед собой и вдруг резко вскочил на ноги, швыряя телефон, с которого звонил Джону Риду в стену. Тот распался на части. Иногда ему не нужно говорить вслух что-то. Иногда мы понимали его без слов. Как сейчас. Больше никаких приказов братьям Рид.

– Теперь внимательно слушаете. Повторять не буду. Хейл, хватай Ли и Беллу и тащите свои задницы на Гавайи в «Вайкики Холидей» с надежными людьми. Или в бунгало. Похрен куда именно. По крайней мере, на месяц. Только чтобы охрана была надежной. Вас, дети, – я поперхнулся, – это тоже касается.

Я даже подпрыгнул.

– Пап, нет. Мы будем здесь. Дома. Чтобы помочь Ройсу, если понадобится. – Стэн отчаянно кивал, поднимаясь с пола.

– Ты не понял меня, Никки. – Батя метнул на меня жесткий взгляд – Если что-то случится с Ройсом, я пойду по головам и мне от слова совсем не хочется, чтобы это что-то коснулось и вас.

– Дэн, он прав. – вмешался Джеймс

– Заткнись, Хейл!

– Дэн, послушай. Выдохни на секунду и подумай. Мы ничего не знаем и не узнаем, пока не получим связь с Ройсом. Если все в относительном порядке, мы сможем помогать ему всеми силами, а это возможно только отсюда. Если связи не будет, тогда и будем паниковать.

Отец, помолчав какое-то время, кивнул и я выдохнул. Никогда не видел его в таком состоянии.


И снова время тянулось невыносимо медленно уже дома. Я успел по телефону предупредить Джордана Текса о своем временном переселении в Кингстон и о том, что он временный управляющий в Монтего-Бей. Я помнил, что хотел что-то сделать, чтобы привести мысли в порядок относительно Дэвида Санкара, но забыл, что именно. Сейчас мне было не до него.

Младший брат уже должен был позвонить. И мы снова ждали в безмолвном напряжении. Я уже не мог думать ни о чем, только о мелком. И впервые в жизни я молился о нем.

Отец сидел уже не на столе, а на подоконнике, глядя пустыми глазами в наступающую темноту. А ему еще надо будет сказать маме. Как он это будет делать, я понятия не имел. И он, очевидно, тоже.

Когда раздался звонок, я не слышал, видимо, отец в нервном напряжении включил динамик раньше, чем услышал вибрацию

– Слава богу! – голос его, однако, был спокойным, и я прекрасно представлял, как сильно он скрывает свое беспокойство. – Сам как?

– Нормально. Вот только....

– Стив и Роб? – а при чем здесь…? И тут я понял. Необходимые жертвы. Неужели папа и это успел просчитать, чтобы спасти сына? Папа закрыл глаза и закусил губу.

– Пап, на мне еще один…– услышал я голос брата, вот только не сразу сообразил, о чем речь.

ЧТО??? Я вскочил на ноги и тут заметил, что отец дрожащими руками кладет телефон на стол, чтобы не уронить его.

– Кто? – выдохнул папа в ужасе, а мне пришло в голову, что Риды могли заставить его убить и Стива и Роберта. И тут отец сделал самое немыслимое для меня предположение – Один из них?

Что? Ройс убил еще одного из братьев?!! Как??? Что там происходит???? ТВОЮ МАТЬ!!!!!!!!!!

– Да. – раздался короткий ответ. И Джеймс подскочил к столу, вцепляясь пальцами в дерево так сильно, что побелели костяшки.

– Джон? – Если это Джон, то их договоренность превращается в ничто. Брат молчал. Видимо, есть посторонние уши. И нет, это не Джон. Слава богу! – Рик? – только не это! – Алекс? – пожалуйста, нет! – Брендон? – БОЖЕ МОЙ! – Ллойд?

– Да. – впервые в жизни мне захотелось закурить.

– С ума сойти! – да, пап. И у меня будет к тебе один серьёзный вопрос. – Каким образом? – действительно, мне самому интересно.

– Так же как… – еще одна случайность? Я перевел взгляд на Стэна и видел, что он так же пристально смотрит на отца. Быть того не может!

– Я понял. – Да? Странно. – Что теперь будешь делать?

– Завтра свадьба. Потом буду помогать им с Мандевиллем. – ЧЕГО, БЛЯДЬ???!!!

– Ох..

– Да, пап, больше не вмешивайтесь. Дальше я сам.

У меня много вопросов.

– Пап… – начал я, совершенно не зная, как продолжить.

– Пока вы не начали мешать меня с дерьмом, считая, что я специально отправил своего сына убирать их по одному, хорошенько подумайте.

Блин. Именно это и крутилось в мозгах. Особенно когда я услышал про Ллойда Рида.

– Я никогда не рискну ни кем из семьи, оно того не стоит. – Голос отца звучал устало и мне стало стыдно за собственные мысли.

– Пап, что значит помогать с Мандевиллем? – выпалил Стэн.

– То и значит. Они потеряли двоих братьев и всеми силами будут стараться вымазать дерьмом Ройса.

– Что ты будешь делать? – спросил Джеймс Хейл, глядя на отца.

– Ничего. Пока Ройс не в безопасности, мне на все плевать. Я даже думать ни о чем не могу, кроме него.

– Дэн, ты прекрасно знаешь, что это за семейка.

– Знаю. Джеймс, звони Сэму, рисковать я не хочу. Пусть готовит пока хотя бы парочку, но срочно.

– Вы о чем сейчас? – спросил я.

– Страховка, Никки. Стива и Роберта нет, а зная Ридов, можно с уверенностью сказать, что они будут пытаться выйти на конфликт. Если Ройс сделает что-то, ему нужно будет алиби. И еще, парни… Его заставят убивать. И это тоже надо знать.

Блядь! Мой младший брат убил двоих. Я потряс головой. Похрен. Это же Ройс.

– Пап, что нам делать? – спросил Стэн, переминаясь с ноги на ногу.

– Все то же самое. Хейл, бросай всю хрень, которую мы копали. Все наши силы должны быть здесь и в Мандевилле. Пусть делают, что хотят. Насрать на все совершенно.

– Ты уверен, Дэн? Нам может не хватить лопат разгребать потом все.

– Похуй! – я поперхнулся нервным смешком. – И еще. Помнишь проект Тинсон-Пен? – Хейл кивнул, вопросительно поднимая брови. – Надо сделать. Срок восемь месяцев.

– А сейчас-то о чем речь? – воскликнул я, впервые слыша об этом.

– Аэродром, Ник. Надо наметить пути отхода для нас и Ройса.

Ох ты ж блииин!

Хейл кивнул и вышел с кабинета, оставив нас с отцом.

– Пап, что ты скажешь маме? – спросил Стэн.

Папа тяжело вздохнул и прошел к барной стойке. Открыв бутылку виски он щедро плеснул себе в бокал. Так-с, я чего-то не понял! Батя тем временем, схватив бутылку, уселся за стол и продолжал пить.

– Бать, ты уверен? – спросил Стэн, кивая на бутылку.

– Нет, конечно, но иначе я не справлюсь. – Его голос дрогнул. – Я не буду лгать ей.

Его глаза стали стеклянными и я видел груз, который на нем лежал с тех пор, как мы со Стэном влетели в его кабинет. Быть того не может, чтобы его так быстро развезло! Я пытался вспомнить, когда последний раз видел отца с бухлом, но не мог.

– Пап, ты как?

– В порядке, Ник. Буду.

Так мы и сидели, не отваживаясь налить себе выпить, но смотрели, как отец приканчивает вторую бутылку.

Я не слышал, как в кабинет вошла мама, но увидел глаза отца и смутился. Такой огонь был в них. И вина.

– Прости меня. – сказал он ей, кивая на бутылку. Голос был абсолютно трезвым, только с какими-то странными нотками

– Парни, – я второй раз за день подпрыгнул от неожиданности и посмотрел на маму. В ее глазах не было укора отцу за выпивку, а был тот же самый огонь. – исчезните.

– В смысле? – не понял Стэн.

– Куда угодно. – Мама медленно стала приближаться к отцу.

Я посмотрел на отца, который смотрел перед собой и заметил его руки, сжимающие стол. Мне казалось, или я слышал хруст дерева? Он себя сдерживает? В чем, твою мать, дело?

– Пап? – всё-таки уточнил я и тут он поднял голову.

Упс! Бляха муха!

Я одним прыжком выскочил из кабинета, едва не врезавшись в Стэна. Схватив ключи от тачек со столика в холле, мы ломанулись на выход. И зависли.

Раньше мы бы поехали в «Итаку», сейчас одна мысль о ней мне была противна.

– Вот это его накрыло… – едва слышно пробормотал брат.

– Как думаешь, он навредит ей?

– Бро, он не первый раз бухает. Я ни разу не видел синяков.

– Надеюсь… – тихо ответил я.

Не надо было бросать маму с ним! Но она тоже просила нас с братом уйти, иначе я бы не рискнул оставить их наедине. Какого черта творится? Будем надеяться, что маме не впервой успокаивать бухого отца и она знает, что делать, чтобы он ей не навредил.

Я сел в «Ниссан» брата, вполне справедливо полагая, что места в нем больше, чем в моей спортивной тачке. Стэн сел за руль и вопросительно посмотрел на меня. Я пожал плечами. Хрен знает. Даже в гостиницу не хочу. Ничего не хочу. Хочу знать только, что с мелким все в порядке. И с мамой.

Стэн завел двигатель и направился к пляжу, который находился в трехстах метрах от дома. Да, брат. Выбравшись из машины, мы забрались на капот и почти с удобством устроились на лобовом стекле, глядя в небо. Звездочки мигали и нет-нет пролетали то ли болиды, то ли метеоритные осколки. Было красиво.

– Как мелкий там?

– Гленн и Ллойд. Ни хрена себе!

– Не думай, Стэн. Ему сейчас хуже, чем хреново. Надеюсь, он сможет выкарабкаться.

– Чувак, он женится! – внезапно вырвалось у меня через какое-то время.

– Ни слова! Я не представляю. Хотя, надеюсь, ему повезет.

– Надеюсь…

Утром мы с опаской приблизились к входной двери.

– Чё-то я очкую заходить внутрь… – Признался я, мечтая вытянуться на кровати, а не на вполне себе комфортном сидении внедорожника.

– Угу…А теперь представь, какой нас ждет разговор с батей, если маме вчера досталось.

– Блядь! – вырвалось у меня и я уверенно толкнул дверь дома.

И удивленно застыл. Работники вытаскивали сломанную мебель из батиного кабинета. Пиздец! Что с мамой и где отец? Я сжал кулаки и метнулся в столовую.

Батя сидел, опустив голову, и пялился в чашку кофе. Я щас ему втащу!

– Пап. – Опередил меня мой брат, сжав челюсти и кулаки.

Тот отстранённо качнул головой, не глядя на нас. И я сделал шаг к нему.

– Что с ней? – процедил я сквозь зубы.

– Я ей рассказал про Ройса. – Голос был абсолютно спокойным и каким-то умиротворенным, что ли.

– Хорошо. Но я не про это.

– А что по-твоему с ней может случится? – отец усмехнулся и поднял голову.

Он не спал, это точно. Глаза были красными, но тот груз, что лежал на нем вчера куда-то делся. Его взгляд был мягким, как подтаявшее мороженое. И я засомневался.

– Я редко пью дома, чтобы никто из вас не видел того, что я могу устроить.

– Что с ней? – повторил мой вопрос Стэн.

Отец покраснел. ПОКРАСНЕЛ??!! И кивнул на лестницу. Мама порхала по ступеням, улыбаясь.

– Я не могу контролировать себя, когда выпью. Но не так, как вы себе напридумывали.

Мама ворвалась в столовую, одновременно взлохмачивая нам с братом волосы. Она была безусловно прекрасна и счастлива. Мда уж… Миллиарды женщин тратят триллионы долларов на красоту. Нашей маме хватало нашего отца, чтобы сиять. Я покраснел и украдкой бросил взгляд на брата, застывшего с отвисшей челюстью.

– Мам, ты шикарно выглядишь! – пробормотал Стэн, становясь пунцовым. Папа хмыкнул себе в кофе, а я не знал, куда девать глаза.

– Да-да, несмотря на дурдом с Ройсом! – подбегая к отцу, сказала она, улыбаясь как девчонка

– МАМА! – хором завопили мы со Стэном.

А батя, резко вскочив со стула, подхватил маму на руки и, целуя ее, побежал наверх в свою спальню.

Я был красным от смущения и Стэн тоже. Я рухнул на стул и мои глаза метались в поисках нейтральной темы для разговора. Наконец, мою голову озарила светлая мысль и я ее озвучил

– ПИЗДЕЦ БЛЯДЬ!

## Глава 8

Вернувшись в Монтего-Бей, я вызвал к себе Джордана Текса и уволил Ребекку Даунтон.

Текс, конечно, слегка напрягся, когда я обозначил ему масштаб его обязанностей, но я успокоил его тем, что и сам буду заниматься частью нагрузки. И я честно предупредил его, что если случится какая-то жопа, связанная с моей семьей и мне придется исчезнуть на неопределенное время, то еще и мои обязанности лягут на него. Но я надеялся, что ничего не случится.

Я так и не смог вспомнить, что именно хотел сделать в связи с Санкара и не хотел вспоминать. Слишком сильно мои мысли связывались узлом вокруг младшего брата. Только какая-то червоточина мешала мне выкинуть движения Санкары из головы. Я продолжал заниматься своими делами, ожидая звонка от отца с новостями о Ройсе.

Сам попытался однажды написать ему и в ответ получил: « Не сейчас, Ник. Когда все закончится» Я долго ломал голову над этим сообщением, а потом отец прояснил его. Братья насиловали и убивали своих сестер, когда тем исполнялось восемнадцать. Жене Ройса уже исполнилось восемнадцать и какой срок жизни ей отпущен никто не знал.

В конце августа пришлось присутствовать на открытии школы в Грейндж-Хилл и я снова вынужден был улыбаться Дэвиду Санкара, прибывшему с супругой и сенаторской четой на торжество. Я поздравил Юлали Санкара с успешным началом цветочного бизнеса и получил самодовольную гримасу ее супруга в ответ. В кабинете директора школы я отодрал Юлали с такой неистовостью, что сам минут двадцать приходил в себя.

Новая секретарша, принятая вместо Ребекки, на удивление быстро приняла условия работы и наши отношения оставались чисто рабочими. Больше я ошибок не совершал. По крайней мере, не в своей приёмной.

Поделившись с отцом всеми последними сведениями о Санкара, я никак не ожидал снова увидеть его номер на экране дисплея. Я принял звонок раньше, чем успел испугаться

– Что? – заорал я в трубку. РОЙС!!!! – Пап, не молчи..

– Даже не знаю…– Боже мой! – Минус Брендон. – Стоп! Как? – Ему пришлось. Он защищал ее.

Впервые в жизни мне пришла в голову одна из самых ужасных мыслей. Ей все равно недолго осталось, зачем моему брату так рисковать собой? Он вряд ли сможет помешать им, а попасть под руку братьям легко.

– Пап! Это просто невыносимо! Сколько еще он будет вариться в этом дерьме?

– Никки, все еще хуже. – Да что еще может быть хуже? – Теперь он пойдет на все ради нее. Как и я ради Миланы.

– Чего, блядь? – вырвалось у меня вслух и я прикусил язык. Ройс влюбился???

И тут я понял.

Ройс не бросит свою жену из-за того, что чувствует к ней и будет биться до конца. Будет стоять перед всем миром, если потребуется, пока не умрёт.

– Пап, я сомневаюсь, что ему удастся спасти Мэдисон. Риды могут тупо отправить его куда-то и он ничего не сможет им сделать.