Натали Тимина
Мир притворства и обмана

Глава 1

Закончив школу, Ира уехала из своего родного подмосковного городка в саму Москву на учёбу. Её мечтой с раннего детства было поступление в ГИТИС (российский институт театрального искусства).

Приехав в столицу, семнадцатилетняя девушка сняла комнату в квартире недалеко от института, которую уже занимала другая девушка. Как правило, приезжие, частенько объединялись и жили вдвоём, а то и втроём в одной квартире, чтобы было дешевле платить за жилую площадь.

– Привет. Я твоя новая соседка, надеюсь, что задержусь здесь и не вылечу после вступительных экзаменов в ГИТИСе! Меня Ириной зовут, а тебя как? – сходу начала приезжая, показывая собой всю простоту в себе.

– Катя. Приятно познакомиться! Устраивайся и добро пожаловать в МИР ПРИТВОРСТВА И ОБМАНА! Я тоже в этой сфере! – с улыбкой ответила девушка.

– Почему ПРИТВОРСТВА И ОБМАНА?

– Потому что игра актеров и актрис – это мир обмана, игра чувствами, которые на сцене и в камеру являются чистейшим обманом!

– А ты тоже только поступаешь?

– Нет, я уже перешла на второй курс.

– И как тебе учиться? Тебе всё нравиться или сложно? Или если нравиться, то всё плывёт по течению?

– Учиться неимоверно сложно! Поэтому, чтобы поступить, тебе нужно будет постараться. Как обустроишься, рекомендую приступить к повторению изученного ранее материала и пройти хотя бы несколько бесплатных лекций по подготовке, – посоветовала одна девушка другой.

Наступили дни вступительных экзаменов, и начались огромнейшие проблемы для Иры. Практически все экзамены она провалила.

– Я совсем не понимаю, почему ты провалила все экзамены? Моему возмущение просто нет предела! Ведь ты была идеально подготовлена! Я очень часто наблюдала, как ты репетируешь, как ты штудируешь многочисленные книги.

– Не ломай голову Катюша, – с грустной улыбкой ответила Ира, когда она оповестила свою соседку о том, что провалилась во всём. – Причиной моего сокрушительного провала является то, что я простая провинциалка, без рода, без племени. Таких, как я, в столице не любят, и тем более в кинематографической и театральной сфере! Меня на экзаменах захотели растоптать, и у них это удачно получилось сделать!

– Может ещё не всё потеряно? – с надеждой произнесла Катя.

– На этот год уже всё потеряно. Я пережду годик, а потом попытаюсь снова сдать экзамены, – задумчиво произнесла Ира.

– А что ты будешь делать весь этот год?

– Устроюсь на работу и буду готовиться к новым вступительным экзаменам.

– Может мне поговорить со своим знакомым, чтобы он помог тебе устроится на работу?

– Нет. Не надо! Спасибо тебе, Катюша, за поддержку. Но я привыкла сама за себя всё решать.

– А куда ты хочешь пойти работать?

– Не знаю пока что. Пойду куплю газету в киоске и полистаю объявления.

– А что ты умеешь делать? Ты думаешь, что ты с лёгкостью сможешь найти работу в таком большом городе, как Москва?

– Почему бы и нет? Ведь он БОЛЬШОЙ, ОГРОМНЫЙ, как ты сама и говоришь! Давай, готовься к своим первым занятиям, а я пошла куплю газету и начну искать себе работу.

Купив газету, Ирина вернусь в свою комнату и начала обзванивать объявления. Раз за разом она только и слышала слово НЕТ, когда работодатель слышал, сколько девушке лет и что она приезжая, без прописки в Москве. Отчаянию уже не было предела! Начали уже приходить мысли о том, что с позором придётся уезжать обратно к себе домой, только вот совсем этого не хотелось. Не хотелось разочаровывать своих родных.

Не дав себе совсем раскиснуть, Ира стала обзванивать ближайшие магазины, в надежде на то, что там есть свободные вакансии хотя бы уборщицы. И надежды оправдались. Сразу в трёх магазинах ей дали согласие и попросили прийти к ним и узнать все подробности о трудоустройстве.

Выписав адреса из газет, Ира переоделась и отправилась в эти магазины, прихватил с собой все документы, в том числе и санитарную книжку, в которой уже был пройден медосмотр. В этот же день она устроилась сразу в два магазина с удобным плавающим графиком. Зарплаты были не велики, но их хватило на оплату жилья и на еду. И осталось немножко для заначки.

Проработав месяц уборщицей, и как-то проходя мимо кафетерия, возвращаясь из магазинов домой, Ира увидела на его дверях о том, что там требуется официантка.

Недолго думая, замерев у дверей с объявлением, Ира решительно зашла внутрь и спросила:

– К кому я могу по поводу устройства официантка в ваш кафетерий?

Одна из девушек подвела её в молчании к кабинету начальника.

– Добрый вечер! – произнесла Ира после того, как постучала в дверь, перед которой её оставила официантка и сделала шаг внутрь кабинета.

– Добрый вечер! Проходите и присаживайтесь! – ответил мужчина, сидящий за своим рабочим местом. Выглядел он потрясающе! «Наверняка есть жена или постоянная любовница», – пронеслось в голове Ирины, между тем завела разговор о другом, при этом усаживаясь в кожаное кресло напротив него:

– Я проходила мимо и увидела объявление на дверях о том, что Вам требуется официантка. Надеюсь, место ещё пустует? – спросила Ира и смело улыбнулась, зная, что её улыбка нравится всем окружающим.

Мужчина хмуро и оценивающе осмотрел девушку с ног до головы и ответил:

– Возможно…

– Это звучит не впечатляюще! – вторила ему в ответ Ира, скрестив свои руки на своей упругой далеко не маленькой груди, которую прятала в балахоне от окружающих взоров. – Значит, я могу идти домой и не забивать себе голову тем, что видела это объявление?

– А Ваши родители знают о Вашем желании работать официанткой в кафетерии, которое работает до поздней ночи? Причём работа здесь порою заканчивается очень ранним утром и зачастую с происходящими здесь нехорошими, неприличными и различными ситуациями?

– Возможно, – ответила Ира уклончиво, взяв пример с мужчины, с которым разговаривала в данный момент.

Мужчина улыбнулся (какой же ты красавчик! Прям словно с обложки журнала сошёл!).

– И всё-таки?

– Мои родители умерли. Так что я не знаю точно, знают ли они о моём желании работать и зарабатывать деньги на свою личную жизнь!

– Вы где-то учитесь?

– Нет. Я приехала в Москву, чтобы учиться. Но не смогла поступить!

– Почему не возвращаетесь домой?

– Какая разница, где жить и как работать? Деньги зарабатывать можно и здесь.

– Зачем?

– Глупый вопрос! Надо же на что-то жить! Деньги на еду, и жилплощадь уходят только так! Никто другой за меня не заработает деньги на мою личную жизнь!

– Убедительно для столь юного создания! Хорошо, Вы приняты на работу! Вам нужно…

– Документы у меня все в порядке! Трудовая и санитарная имеются. Принесу их завтра, когда заберу с другой работы. Паспорт вот проверьте.

– Ммммм, Вам всего семнадцать?! – ответил мужчина, заглядывая в документ, подтверждающий личность девушки. – Вы уже где-то работаете, я Вас правильно понял?

– Так и есть. В двух магазинах поблизости, уборщицей.

– Тогда зачем ВАМ ещё и эта работа?

– Нужны деньги, – коротко ответила Ира, понимая, что прямо сейчас ей могут дать отворот-поворот.

В кабинет постучали, и зашла одна из официанток, принеся с собой две чашки с кофе. Когда напитки оказались стоявшими на столе, работница кафетерия снова испарилась.

Мужчина тем временем встал из-за стола, обошёл его и присел на край стола, безотрывно смотря на Иру, при этом взяв одну чашку с кофе, и протянул её девушке.

– Не надо так напрягаться! Всё хорошо! – сказал тихим и спокойным голосом он.

Ира взяла из его рук чашку, и смело сделала глоток ароматного и явно не из дешевых напитков. Мужчина дождался, когда она допьет кофе и сказал:

– Теперь идите домой отдыхать, а завтра приходите в это же время со всеми документами для трудоустройства, и сразу же начнёте работать.

После своих слов он подошёл к двери и открыл её, показывается этим жестом, что Ире пора уходить.

– Спасибо за кофе, до свидания! – ответила она, вставая с кресла, ставя пустую чашку при этом на стол и, улыбнувшись на прощание, ушла.

Придя, после кафетерия, в свою съёмную квартиру, девушка с усталостью упала на кровать, но при том, продолжая думать о хозяине заведения, где она только что была.

– Ты сегодня задержалась! Почему? – спросила Катя, сидящая на соседней кровати с книгой в руках.

– Ходила устраиваться ещё на одну работу! Там такой начальнииииик! – произнесла Ира, томно потягиваясь. – Он красавчик, с сильной мужской энергетикой, но при этом, рядом с ним, я чувствовала себя в полной безопасности, хоть и тело моё предательски боялась его.

– И что это за работа?

– Официантка в кафетерии.

– С магазинов теперь уволишься?

– Конечно, и естеееееественно, нет! С одного, возможно, и уйду.

– Чего? У тебя крыша поехала? Хочешь совсем ноги протянуть? – взбесилась Катя.

– Нет, я совсем не уставала!

– Так теперь ты точно будешь уставать! Да так сильно, что тебе даже жить не захочется!

– Да перестань ты! Не порть мне настроение, – промурлыкала Ирина, перекатываясь с одного бока на другой.

Чуть позже она сходила в душ и легла спать с чистой совестью и довольной душой.

«Не нравится всё это мне», – думала в это время Катя, смотря на засыпающую девушку, с которой уже успела очень сильно подружиться за столь короткий срок.

Ирина стала уходить на работу в 7.30, вымывая магазины, она возвращалась домой поспать и убегала работать в кафетерий в вечерне-ночную смену, возвращаясь из него только ближе к шести утра.

«Ты ведь не сможешь так долго выдержать, детка! – порою продолжала думать Катя о своей подруге. – Как же мне уговорить тебя, чтобы ты бросила хотя бы одну работу?!»

В таком темпе Ира проработала два месяца, решив уволиться из магазинов и записалась на бухгалтерские курсы. По окончании которых, через три месяца, получила бумаги по образованию оператора ПК.

За всё это время от неё остались только кожа да кости. Глаза впали, а вокруг них образовались тёмные круги. Но Ира перед работой их тщательно замазывала тональным кремом и с улыбкой шла на работу.

– Ирина, может, уволишься из кафетерия?! – попросила Катя умоляющим голосом. – Ну, отдохни ты хоть немного! Посмотри на себя в зеркало, прошу тебя. Уже в ходячего мертвеца превращаешься! Зомби апокалипсис ходячий!

– Катюш, перестань! У меня закончились курсы, я больше буду отдыхать, больше гулять и больше есть! Я очень быстро восстанавливаю свои силы, поверь мне! Прости, но мне нужно в кафетерий, а ты перестань обо мне переживать! Вернусь как обычно. И не стоит ждать меня в очередной раз. Спокойной ночи, детка!

Поцеловав свою соседку в щёку, Ира убежала на работу. Там она как обычно по приходу зашла в раздевалку для сотрудников, где стояли индивидуальные ящики для личных вещей, и переоделась в робу официантки, после чего сразу же заняла своё рабочее место.

Примерно через полчаса заступления на смену, Ира увидела, как в зале кафетерия появились преподаватели ГИТИСа, которые завалили её вступительные экзамены. Натянув рабочую улыбку на лицо, девушка подошла к ним и проводила к забронированному ими столику. Пока гости рассаживались, Ирина раздавала им меню и размышляла: «Узнали ли они меня или нет?»

– Как определитесь с выбором, позовите, – сказала Ира своим мягким и нежным голосом, по-прежнему улыбаясь и смотря только на одного из преподавателей – самого привлекательного, обаятельного из всех них, который был ещё ко всему прочему и профессором, на что он тоже мягко и с сожалением во взгляде улыбнулся ей в ответ. Он её помнил до сих пор, и очень сожалел, что тогда, летом на вступительных экзаменах не смог ей ничем помочь, как бы ни старался этого сделать.

Несмотря на то, что он был самым старшим преподавателем из их компании, он не выглядел совсем старым. Седина, в его волосах предавала ему специфический шарм. На лице его красовались борода и усы, которые делали его визуально мужественнее, и скорее всего именно из-за них он выглядел старше, солиднее, мудрее. Его глаза цвета синего и чистого моря сверкали добротой, лаской и нежностью, отчего хотелось превратиться в котёнка и залезть к нему на коленки, а потом и забраться на руки, чтобы он смог подарить всю свою теплоту, любовь и заботу.

Педагоги сделали заказ. Через пять минут Ирина принесла им первую часть заказа, и началось самое весёлое действие в кафетерии.

В заведение зашли трое довольно-таки странных парней, и сразу же подошли к барной стойке, где располагалась касса с наличными деньгами. Первая мысль, которая проскользнула у Иры, которая заранее поняла, что их пришли грабить и громить, была «Какого чёрта они пошли грабить кафетерий, ведь в основном сейчас все рассчитываются онлайн переводами и картами».

Ирина не стала долго размышлять о том, что делать, и забивать себе голову по этому поводу. Она спокойно подошла к бару к только что подошедшим «нежданным» посетителям и спросила, выискивая среди них для себя жертву, разглядывая их лица, мимику и выражения лиц:

– Молодые люди, могу предложить Вам всем самый уютный и комфортабельный столик? – спросила она.

– Иди ты к чёрту, девочка! – произнёс грубо один из парней, по глазам которого Ира сразу поняла, что парень обдолбанный в хлам, но мимика выдавала в нём милого мальчика.

– Если сможете объяснить, как к нему добраться, то с удовольствием отправлюсь к нему! – попросила Ира, сделав гримасу на лице, как будто не знала, кто такой ЧЁРТ и как к нему добраться.

При этом на её лице не было ни грамма страха. Ей совсем не хотелось, чтобы пострадали посетители заведения, в котором она работала, и тем более что-то случилось бы с теми, кто возможно в будущем будут её преподавателями.

Она всеми своими силами пыталась попридержать бандитов и остановить их от очередной глупости, до того, как охранник, сидящий в специальной комнате, соизволит нажать на тревожную кнопку, отвлекаясь от лицезрения футбола по телевизору, увидев по камерам то, что твориться в главном зале.

– Слушай, ты совсем дура? Или притворяешься? Я же тебе сказал: иди к чёрту! Закрой свою пасть и стой смирно, или я размажу твои мозги по стене.

– А пасть – это рот что ли? – спросила Ира, определившись со своей жертвой, которую ей предстояло тщательно обработать и выиграть на этом время.

– Пасть – это пасть! – сказал зло паренёк и въехал кулаком по лицу девушки, от чего она упала на пол.

Она боковым зрением увидела, что профессор соскочил из-за своего столика с желанием подойти к ней и помочь. Обернувшись к нему и поднимаясь на ноги, Ирина отрицательно покачала ему головой, давая понять этим жестом, чтобы он не смел этого делать.

– Тима! Не обращай на неё внимания и не отвлекайся! Займись своим делом! – крикнул один из бандитов.

Ира окинула быстрым взглядом зал с посетителями, которые сидели за столиками и боялись пошевелиться, оставаясь при этом сама на удивление спокойной.

– А можно ещё кое-что спросить? – задала очередной вопрос Ира, переведя взгляд с посетителей на свою жертву. – Любите деньги? Могли бы в таком случае ограбить банк!

– Ты закроешь свою пасть или нет? Тебе мало одного удара?

– Могу и замолчать, если поделитесь своей добычей! – с улыбкой продолжала девушка. – А ещё лучше будет, если вытрите ими свою попу у всех на виду. От такого лицезрения никто не откажется.

Парень на это высказывание, вытащил пистолет, стрельнув из него в пол, желая напугать девушку, но умудрился попасть по её ноге касательным движением пули. Девушка моментально осела на пол там, где стояла от пронзительной боли, хватаясь руками за рану.

– Тима, мы же договаривались не использовать оружие!

– Шевелись сам быстрее, забирай деньги! А то и ты получишь вслед за ней! Ну а ты стерва, закрыла теперь свою пасть?

– Нет, не получается! – всё также спокойно ответила Ира, и улыбнулась парню. – Так ты мне скажешь или нет, как добраться до твоего знакомого чёртика? Мне очень хочется с ним познакомиться!

Говоря последнюю фразу, девушка, по-прежнему зажимая одной рукой кровоточащую рану на бедре, встала на ноги, смотря, как другой грабитель шныряет между столами и заставляет посетителей достать свои кошельки и снимать с себя драгоценности.

Глава 2

– Скажи мне, что вас заставляет это делать? – спросила Ира, смотря завораживающе на парня. – Ведь в душе-то вы чисты! Вам не хочется этого делать! Я же вижу это по твоим глазам! – почти шёпотом и монотонно продолжила она, смотря преступнику прямо в глаза, который заталкивал деньги из кассы в сумку. – Остановись, прошу тебя, и прислушайся к своему сердцу и своим инстинктам!

Парень медленно поднял руку с пистолетом и направил его дуло в голову говорившей с ним девушке, не смея оторвать свой взгляд от её глаз, которые так и притягивали к себе, манили куда-то в неизведанную ранее им пустоту.

– Тима, пошли! Брось ты её уже! Нам пора смываться! – закричал другой парень.

– Ты не хочешь этого… Ты не хочешь кровопролития… Ты хочешь покоя… тепла и уюта…, а рядом, чтобы была девушка, которая родит тебе ребёнка, – продолжила Ира, говоря монотонно и с паузами, гипнотизирую свою жертву, видя, как сумбурно меняется выражение его лица.

Ира несмотря на то, что испытывала невыносимую боль в ноге, делала вид, что у неё всё в порядке, аккуратно переступая с больной ноги на здоровую.

– Ты очень хочешь спокойной жизни, малыш… Доверься своим мыслям… Дай волю своим чувствам и желаниям!

– Тима! Уходим! Хватит стоять тебе столбом! Мы теряем время! – по-прежнему кричал другой парень, пытаясь вывести своего напарника из ступора.

Но в этот момент раздался шум извне, грохот был неимоверный, сопровождаемый криками и выстрелами. От чего Ира упала как мешок на пол, больно ударившись головой об пол и потирая свободной рукой свою ушибленную черепушку с возникшим ощущением, что её мозг превратился в однородную смесь как в хорошо встряхнутом сыром яйце… Она переползла в угол за барную стойку, успев прихватить со стойки тряпичную салфетку и прижать её к своей ране на ноге.

Ира сидела в своём укрытии и не шевелилась, лишь только её глаза наблюдали за происходящим в зале кафетерия. По её щекам медленно текли ручейки слёз от боли и от всего, что сейчас происходило.

Разбойников в это время схватили, вывели на улицу и усадили в полицейскую машину, застегнув на их руках предварительно наручники за спиной. После этого другие полицейские стали опрашивать посетителей и записав их данные, распустили их. Работники кафетерия в это время стояли у дверей и ждали дальнейших приказаний хозяина, который только объявился в своём владении. Недолго поговорив с ними, мужчина распустил их тоже по домам, сказав, чтобы пришли на следующую смену для уборки и приведения помещения в порядок.

«Глупо думать об этом, но обо мне все забыли, что ли?» – думала Ирина, смотря своим прожигающим взглядом в спину начальника, который стоял у панорамного окна кафетерия и смотрел на улицу.

Олег Петрович оторвался от лицезрения окна и прошёл в центр зала, осматривая оставшийся погром после случившегося – а это были перевёрнутые столы, разбитая посуда и разбросанная по всему полу еда, не съеденная посетителями. Мужчина по-прежнему оставался лицом к двери и не видел раненную девушку, которая успела переползти к барной стойке и безотрывно смотрела на своего начальника.

– Не надо пилить меня своим взглядом, – произнёс мужчина. – Я знаю, что ты здесь! Я жду, когда приедет скорая помощь. Не понимаю, почему их до сих пор нет? Разбойников забрали, а медицинскую помощь оказывать не собираются?! Как так-то? Ведь могло быть много пострадавших!

– Раз знаете, что я здесь валяюсь, то могли бы мне поудобнее устроиться и оказать сами первую медицинскую помощь! – донёсся до слуха мужчины спокойный голос девушки.

Олег Петрович даже не шелохнулся на её слова, ничего не сказав в ответ.

– Вам меня совсем, что ли не жалко? Думаете, наверное, что сама виновата, вот и валяйся, истекай кровью!

– Неправда! Я так не думаю! – вспылил мужчина и резко обернулся к девушке, сразу же осматривая её и оценивая масштабы её травмы визуально.

На лице Иры было спокойное выражение, но физическое состояние было ещё то: разбитая губа, на которой уже начала застывать кровь, чуть выше (под самым глазом) проявляющийся кровоподтёк, а оголённая нога была просто залита кровью. Одна её рука была всё также прижата к ране на ноге, а вторая всё ещё тёрла ушибленный затылок.

– Прости меня! – выпалил мужчина, быстро подходя к девушке, прихватив с собой тряпичные салфетки с барной стойки и приседая рядом с ней на колени. Понимая, что маловато взял, Олег достал тряпичные салфетки с барной стойки, сделал из них жгут и перевязал им ногу выше раны, а очередной салфеткой затянул саму рану, вместе с той салфеткой, которой зажимала сама девушка свою рану.

– Эй-эй! Поосторожнее! Больно ведь! – возмущалась девушка, смотря на уверенные и чёткие движения рук хозяина кафетерия.

– Кровь надо остановить, так что тебе придётся ещё потерпеть до приезда кареты скорой помощи… Или может, давай я отвезу тебя в больницу? Так будет быстрее! Твоя рана слишком сильно кровоточит!

– Разрешаю, – с улыбкой ответила Ира. – Только очень-очень осторожно!

– Конечно, малышка! Потерпи ещё немного! – произнёс мужчина, рассматривая спокойное лицо девушки, которое не выражало никакой боли, единственное, что проявилось в ней, так это чрезмерная бледность её лица. После того, как ещё раз осмотрев тело Иры, он заглянул в её глаза и утонул в них… Он медленно и неуверенно наклонился к лицу девушки и прижался к её разбитым губам своими, которая через мгновение в ответ оттолкнула его и произнесла:

– Не стоит совершать эту глупость, о которой чуть позже будите сожалеть долгое время!

– Я уже совершил ранее одну ошибку и глупость по отношению к тебе, за что проклинаю себя… Но былого уже не вернуть. Там, кажется, скорая приехала. Давай-ка я тебя вынесу. Обними меня за шею.

Ирина обхватила мужчину своими руками за шею и прижалась к нему.

– Что у Вас за туалетная вода? – спросила она, щекоча кончиком носа шею своего шефа.

– Не знаю! – ответил он, вынося её на улицу. – А в чём дело? – спросил мужчина и заглянул своей ноше в глаза.

– Очень приятный запах, – ответила Ирина, пытаясь снова пощекотать боса своим носиком.

– Остановись, девочка! И не смей больше этого делать! – разозлившись, произнёс Олег. – Я ведь не железный!

– В смысле! – спросила Ира, оторвав свой нос от его шеи, пытаясь снова заглянуть в его глаза, хотя прекрасно знала ответ, именно на него она и рассчитывала, но не вышло!

– Могу выбросить тебя, из-за твоих приставаний ко мне!

– Хорошо, уговорили. Я больше так не буду делать, – произнесла Ира, слегка хохотнув, при этом удобнее устраиваясь на носилках скорой помощи, которые моментально появились возле них, когда они вышли из здания кафетерия.

Медработники быстро затолкали каталку с Ирой в машину и, прежде чем закрылись её дверцы, Ирина увидела, как к начальнику подошёл профессор из ГИТИСа.

– Я привезу тебе вещи в больницу, – сказал Олег Петрович перед закрывающейся дверью скорой помощи.

И едва закрылись дверцы скорой, Ирина с усталость и болью закрыла глаза, уже не в силах больше сдерживать свою боль. Карета скорой помощи сорвалась с места и повезла свою пациентку в больницу, оказывая ей свою возможную помощь в данный момент.

– Подожди немного, мне надо сделать звонок, – обратился Олег к профессору, после отъезда скорой помощи, набирая номер в своём телефоне, а услышав, что на звонок откликнулись, продолжил: – Катерина, собери, пожалуйста, вещи для Иры… С ней что?.. Почти всё в порядке… Приеду за вещами минут через пятнадцать и всё расскажу. Пока! Я сказал «пока» и не надо ругаться! Я тоже так умею делать! – устало закончил мужчина, отключая свой телефон.

– Опять обещала убить тебя, если с Ириной случилось что-то плохое? – с грустью спросил профессор, у которого перед глазами всё ещё стояла эта девочка, смело беря удар на себя, чтобы спасти других людей, что окружали её в зале кафетерия. Особенно запомнился её взгляд, брошенный в его сторону, когда он хотел подбежать к ней и защитить её. Он просто оказался в тот момент в нокауте от одного её взгляда. Меня словно ледяной водой окатили. А как же хотелось помочь! Как хотелось её защитить! Как хотелось её, потом пожалеть, когда она получила пулевое ранение! Как хотелось прижать к своей груди и сказать, что закрою её от всего происходящего! Но… Но она оказалась сильнее всех окружавших её в тот момент людей. Она взяла всё на себя. Абсолютно всё! И никто не пострадал за исключением её самой.

– Так оно и есть, – ответил задумчиво Олег. – Скажи, отец, зачем я согласился взять её на работу к себе?

– Чтобы она у тебя работала!

– Нет! Повесив объявление на двери, я думал, что только познакомлюсь с ней, узнав при этом, какая у моей сестры появилась подруга.

– Теперь узнал в полной мере? – с грустной улыбкой снова спросил профессор. – Она спасла твой кафетерий и людей, находившихся в нём! Ты бы видел её в тот момент! Даже я, будучи мужиком, не смог бы так бороться со своей болью и концентрировать внимание на разложившихся в жизни парней на себе! Она даже сознания не потеряла после огнестрельного ранения! Скажи, как такое вообще возможно? Она ведь ещё ребёнок и совсем хрупкое с виду создание!

– Спасибо, папа, с помощью твоих слов и её действий, я узнал её в полной мере! – ехидно ответил Олег. – Поедешь со мной к Кате и в больницу к Ирине? Мне нужна твоя поддержка! Я один не справлюсь!

– Мне нечего делать рядом с такой чистой и сильной девочкой! Я не смог ей помочь с её поступлением в ГИТИС, сейчас после случая в кафетерии чувство вины моё перед ней обострилось.

– Ты сделал всё возможное… Поехали, пожалуйста, со мной! Мне правда очень нужна твоя поддержка!

Профессор молчаливо согласился, и они вдвоём поехали сначала за вещами в общежитие, где их встретила разгневанная и расстроенная Катя.

– Папа?! А ты, какими судьбами? Ты тоже там был, когда Ира пострадала? – выпалила Катя, увидев брата вместе с отцом.

– Так получилось! – виновато ответил старший мужчина.

– Выкладывайте! Что случилось? Очередная драка?

– Попытка ограбления, которое предотвратила твоя подруга, – ответил Олег. – Ты собрала её вещи?

– Собрала! Что с ней?

– Пулевое ранение в ногу.

– Олег!

– Что сразу Олег-то? За мою практику это впервые! Словно твоя подруга притянула эту напасть! Только для чего? Мне теперь мебель в кафетерии менять и посуду новую закупать!

– Ты только о своём благополучии думаешь! Совсем уже что ли? Из-за твоего грёбанного кафетерия могла погибнуть Ира или папа! Ты хоть узнал, как она?

– Я сейчас поеду к ней в больницу и всё узнаю!

– Можно я с тобой? – спросила Катя, перестав резко кричать на своего брата.

– Нет. Если хочешь увидеть её, то после нашего ухода ляжешь спать и завтра спокойно поедешь к ней сама! И причём выспавшаяся, и бодрая! Ей нужна будет твоя поддержка, но только в твоём спокойном состоянии, – ответил профессор за своего сына, понимая, что другой девушке нужно будет сейчас спокойствие, а не беспокойство её подруги.

– Но я хочу узнать, как она!

– Я тебе позвоню, как только узнаю, как она! – пообещал брат сестре.

– Олег, скажи, почему ты так не любишь моих подруг? Что они тебе сделали?

– С чего ты взяла это?

– А с того, что ты всячески пытаешься меня с ними разлучить!

– Твои подруги все одинаковые: лживые, самоуверенные расхитительницы чужого состояния!

– Всё, замолчи! Насчёт Иры ты глубоко ошибаешься, и ты сам в скором времени в этом убедишься! – ответила Катя, протягивая брату пакет с вещами своей подруги, выгоняя таким жестом брата, но при этом задержав отца. – Пап, можно тебя на пару слов?

Олег вышел в коридор, а профессор остался с дочерью.

– Пап, расскажи, пожалуйста, что произошло и как? Ира и Олег мне об этом всё равно не расскажут!

– Доченька моя! Ты так сильно прикипела к ней?

– Да, пап! Она настолько настоящая, что в это даже не вериться! Она во всём и везде отдаёт всю себя, не прося ничего взамен! Я никогда, таких как она, не встречала! И с ней так легко и просто в общении, что порою становиться немного страшно. Но при этом я понимаю, что она сама словно скрытый сундучок с секретами, не позволяющий себя вскрыть и довериться кому-то.

– Ох… Доченька! Мне это тоже так показалось! Она… Она…

– Пап, смотри, не влюбись в неё! – с улыбкой произнесла Катерина.

– Ты обалдела что ли? Она совсем ребёнок! Она даже младше тебя!

– Любви все возрасты покорны! Только смотри, как бы и Олег не наложил на неё свою загребущую руку!

– Вот и поговорили! Только смуту внесла в моё сердце!

– Извини, пап. Но я, правда, очень беспокоюсь за неё, она очень ранимая несмотря на то, что она необычайно сильна своим духом.

Профессор вышел от своей дочери и поехал с сыном к их спасительнице. Катя тем временем позвонила бабушке и дедушке Ирины, которые воспитывали свою внучку вместо её родителей, и рассказала им о случившемся с их внучкой.

Мужчины, приехав в больницу, передали пакет с вещами и документами Ирины, узнали о её состоянии, после чего уехали, не решившись появиться у неё в палате.

На следующий день Катя после учёбы пошла к ней в больницу, накупив всяких вкусняшек и несколько книг, зная, что Ира любит сладости и до одури много читала разнообразные книги – от любовных романов и иронических детективов, до популярной классической литературы.

Зайдя в палату к Ире, Катя замерла, осматривая спокойно спящую подругу на боку, раненная нога которой была сверху, показывая взору посетительницы большую площадь обмотанной части тела бинтом. В это время возле кровати стояла капельница, подключенная к Ире.

Катя выглянула в коридор и подозвала медсестру, оповестив её о том, что капельница заканчивается. Медсестра незамедлительно зашла в палату и убрала капельницу, разбудив этим Иру.

– Как твои дела? – спросила Катя, усаживаясь на кровать к своей подруге, после ухода медсестры.

– Нормально, – ответили Ира с улыбкой. – Как ты узнала, где я?

– Твой шеф сообщил, когда приезжал взять вещи для тебя в больницу… Он приезжал к тебе сегодня?

– Наверное, нет. Я много сплю из-за лекарств, – ответила Ира, пытаясь прикрыть своего начальника.

– Ну и козёл он! И дикий однолюб! – зло произнесла Катя.

– С чего ты это взяла?

– Ты уберегла его кафетерий от ограбления и других проблем с этим связанных, он в ответ даже не соизволил к тебе заявиться и отблагодарить тебя за это! – ответила Катерина, всё больше распыляясь в своей злобе, смотря на ногу своей собеседницы.

– Да не кипятись ты! Сама же ведь хотела, чтобы я отдохнула! Вот я себе и устроила полноценный отдых.

Обе девушки резко повернулись к двери палаты, в которой появился Олег, предварительно постучав. В его руках были пышный букет из мимозы и пакет, в котором были фрукты и новенькие книги.

– Не помешал? – спросил он, смотря, как Ира прячет ноги под простынёй.

– Нет, – ответила сухо за двоих Катя.

– Я ненадолго. Мне на работу надо, – произнёс мужчина и обернулся к двери, услышав, что она открывается.

В палате появились бабушка и дедушка Иры.

– Что вы здесь делаете? – удивлённо спросила она, обнимая в это время бабушку, склонившуюся над ней, забыв в это время про Олега.

А дедушка следом успел чмокнуть свою внучку в лоб. Олег, используя этот момент, положил, всё то, что принёс для Ирины ей в ноги на кровать и молча, ушёл.

«Я же говорил, что все подруги моей сестры лживые! Таковой оказалась и Ира. При первой встрече мне говорила, что у неё нет родителей, что они умерли! Зачем врать в этом? Пыталась надавить на жалость? Лживая тварь!» – думал Олег, гоня в своей машине по городу, чрезмерно превышая скорость.

– Это я им позвонила, – ответила тем временем Катя, за родственников Иры.

Глава 3

– Вы общайтесь, а я пойду. Забегу завтра, хорошо? – спросила Катя, обнимая и целуя свою подругу. – Пока!

Девушка ушла. А бабушка села возле своей внучки на больничную кровать, дедушка тем временем разместился на стуле

– Не надумала ещё ехать обратно домой? – спросила бабушка с небольшим беспокойством.

– Нет. Мне и здесь хорошо…

– Что-то этого не заметно! – вторил дедушка. – Похудела, как вобла и чуть не убили!

– Ну, последнее это дикая случайность! И всё-таки же не убили!

– А твоё похудение, тоже случайность? Мало ешь? Денег не хватает на еду? – не прекращались обеспокоенные вопросы к внучке.

– Денег вполне хватает, я сама зарабатываю, и вы мне в добавок присылаете. Просто я сильно выматываюсь на работе. Вот сейчас посижу на больничном, отдохну и наберусь сил, а потом буду работать только на одной работе.

– Обещаешь?

– Обещаю больше не издеваться над своим телом! Торжественно клянусь вам в этом! – с улыбкой ответила Ира.

– Может, ты вообще сменишь сферу своей работы?

– Не хочу! Мне нравится работать официанткой. А вы надолго приехали и где остановились?

– Уже хочешь от нас избавиться? Мы в гостинице остановились. Поживём в Москве с недельку и уедем обратно домой. Потом приедем как-нибудь ещё, чтобы проверить, как ты справляешься со своим обещанием. У тебя скоро день рождения и пока мы живём здесь, мы найдём тебе подарок и подарим его, когда приедем снова. Через десять дней будет восьмое марта, и мы купим тебе в подарок ноутбук и комплектующие к нему. Может, с ними ты найдёшь себе другую работу, на которой не надо будет бегать и изматывать себя физически до изнеможения.

– А может не надо мне этого подарка? – с надеждой спросила Ира с надеждой. – Не было у меня компьютера и не надо, я всегда была удовлетворена тем, что у меня есть шикарный смартфон.

– Мы знаем, что ты не любишь сидеть на месте, но мы не хотим, чтобы ты продолжала «лихачить» и снова попадала в больницу.

– А от компьютера зрение портиться!

– От телефона и книг тоже! Ничего страшного с тобой не произойдёт, если у тебя появится ещё и ноутбук. Не ослепнешь от него до конца!

Прошёл месяц… Иру за две недели до этого выписали из больницы и окончательно выписали с больничного по прошествии этого месяца.

– Наконец-то мне не нужно таскаться по больнице! – произнесла довольная Ира, придя с приёма от травматолога-хирурга.

– Отличненько. Ты окрепла и у меня есть для тебя работёнка, которая наверняка принесёт тебе неплохие деньги, если будешь всё делать быстро и хорошо.

– И что же это за работа?

– Раз бабушка и дедушка подарили тебе принтер и ноутбук, то ты будешь делать контрольные, дипломы, рефераты студентам и школьникам, которые уже выстроились к тебе в очередь.

– Только не это! Уволь сразу же меня!

– И не надейся! Тебе всё равно пока не найти другую работу!

– Я даже не знаю, с какого бока подходить к этой аппаратуре!

– Не ври! Ты прошла курсы! У тебя уже лежит кипа документов с темами работ. Так что прямо сейчас приступай к своей новой работе!

Шли дни за днями, так прошёл ещё один месяц. К Ирине снова приехали бабушка с дедушкой, которые снова остановились в гостинице. Они позвонили своей внучке и попросили подойти по адресу, который находился в двух кварталах от ГИТИСа, скинув его SMS.

– Зачем вы меня сюда позвали? – спросила Ира, встретившись со своими родственниками.

– Пойдем, зайдём в одну квартиру, и там всё узнаешь!

Поднявшись на восьмой этаж многоквартирного дома, дедушка протянул внучке ключи возле одной из квартир на площадке.

– Открывай сама и заходи!

Девушка открыла дрожащими руками дверь и вошла в квартиру, всё ещё не понимая, что происходит. В коридоре висела одинокая вешалка для верхней одежды.

– Чья это квартира? – спросила Ира, внимательно разглядывая бабушку с дедушкой.

– Твоя…

– Моя?! И сколько вы за неё отдали?!

– Не твоё дело! Раз ты решила окончательно обосноваться в Москве, то тебе нужно нормальное жильё, которым мы тебя и обеспечиваем.

Ирина прошла по коридору, насчитав три комнаты.

– Зачем мне целых три комнаты? Я одна!

– Не три, а пять, две комнаты выходят из двух других. Вернее одна из них выходит прямо из кухни, давая, таким образом, возможность создать из неё столовую.

– И что я буду делать одна в такой огромной квартире?

– Всё что захочешь! Можешь пригласить жить с тобой свою подругу Катю, она довольно-таки милая девушка!

– Я ей это обязательно предложу! – ответила Ира, выходя из кухни в прилегающую к ней комнату, и замерла там. В центре стоял огромный накрытый стол на десятерых человек и был заставлен разнообразной едой. – Что это значит?

– Празднуем твоё день рождение! Снимай с себя верхнюю одежду и иди в спальню готовься к приходу гостей.

– Чья это квартира?

– Твоя…

– Моя?! И сколько вы за неё отдали?!

– Не твоё дело! Раз ты решила окончательно обосноваться в Москве, то тебе нужно нормальное жильё, которым мы тебя и обеспечиваем.

Ирина прошла по коридору, насчитав три комнаты.

– Зачем мне целых три комнаты? Я одна!

– Не три, а пять, две комнаты выходят из двух других. Вернее одна из них выходит прямо из кухни, давая, таким образом, возможность создать из неё столовую.

– И что я буду делать одна в такой огромной квартире?

– Всё что захочешь! Можешь пригласить жить с тобой свою подругу Катю, она довольно-таки милая девушка!

– Я ей обязательно предложу! – ответила Ира, выходя из кухни в прилегающую к ней комнату, и замерла там. В центре стоял огромный накрытый стол на десятерых человек и был заставлен разнообразной едой. – Что это значит?

– Празднуем твоё день рождение! Снимай с себя верхнюю одежду и иди в спальню готовься к приходу гостей.

– Но у меня ничего с собой нет! Мне даже не во что переодеться!

– Я об этом позаботилась! В спальне всё есть, – ответила с мягкой улыбкой бабушка.

Девушка сбросила с себя пуховик, повешав его в коридоре и, найдя спальню, в которой уже стояла огромная кровать, большой платяной шкаф, наполненный одеждой и столик с разнообразной косметикой.

– Ба! Зачем так много всего? Я сама постепенно всё купила бы себе! – крикнула она из спальни, выбирая себе наряд.

Переодевшись, она сделала себе макияж и причёску, после чего вышла в столовую, где уже была Катя – её подруга.

– Тебя с занятий отпустили? – спросила Ира у неё.

– Что-то типа того… Сбежала ради такого случая! Иди, открывай дверь, к тебе пришли ещё гости, – ответила Катя, услышав мелодичный звонок в дверь.

Ира поплелась открывать дверь и за ней увидела Олега Петровича и трёх официанток, с которыми работала в смене.

Олег сразу же вручил девушке шикарный букет цветов. Но при этом не было никаких слов, никаких поздравлений и никаких эмоций. С последней их встречи в больнице, прошло два месяца, и они больше не виделись. Не звучало от него больше никакой благодарности за то, что она сделала для него… А вот девчонки, пришедшие с ним, накинулись на Ирину с поцелуями и обнимашками, поздравляя на ходу и засыпая её своими подарками.

После коридорных поздравлений, гости сняли с себя верхнюю одежду и обувь, прошли следом за хозяйкой в столовую. Рассевшись все за столом стали дружно беседовать, медленно поглощать угощения и выпивку. Только Олег по-прежнему был хмурым.

– Твои родители, видимо, тебя очень сильно любят, – произнёс он.

– С чего Вы взяли, Олег Петрович? – спросила Ира, понимая вдруг, что он считает бабушку и дедушку её родителями.

– Они тебе подарили такую замечательную квартиру.

– Я же говорила Вам, что у меня нет родителей! – грустно ответила Ира.

– И всё-таки они сейчас с тобою рядом! – настырно говорил Олег. – И они весьма милые!

– Спасибо за комплимент, молодой человек, но мы не родители! – ответил дедушка. – У нас был один ребёнок: мама Иры, но она умерла.

– Так вы бабушка и дедушка Ирины?! – удивлённо спросил Олег, у которого явно проявлялась непонятно отчего озадаченное выражение лица.

– Верно. А в чём собственно дело?

– Я просто думал, что она меня обманула, сказав, что у неё нет родителей! И вы появились такие молодые и любящие.

– Наша внучка не любит врать!.. Закрываем этим данную тему и продолжаем праздновать!

После ужина девушки отправились в зал, где стоял огромный диван, а на стене весел огромный плазменный телевизор. Они включили музыкальный канал, устроив себе дискотеку, продолжая выпивать горячительные напитки между делом. Только Ирина одна не стала танцевать, сказав, что всё ещё побаливает нога.

Олег и бабушка с дедушкой остались в столовой, о чём-то долго разговаривая там. Потом Олег собрался уходить.

Ира вышла к нему в коридор, увидев, что он надевает свою верхнюю одежду.

– Выйдешь на работу? – спросил он с надеждой.

– Думаете, стоит?

– А почему нет?

– У Вас, итак, хватает официанток.

– Тебе же нужны были деньги!

– Нужны были, чтобы купить хоть какую-то маломальскую свою жилплощадь. Но теперь нужны для другого… Дедушка с бабушкой испортили все мои планы.

– Ну, так что?

– Хорошо, я выхожу, только когда?

– Завтра… Счастливо закончить празднование твоего дня рождения. До завтра! Буду тебя очень ждать.

На следующий день, после празднования своего дня рождения, Ира, не раздумывая, отправилась на работу в кафетерий.

Дни стали тянуться за днями… Так приблизились дни летних вступительных экзаменов для поступающих в учебные заведения. Ира сдавала экзамен за экзамен, и после каждого с замиранием сердца ждала результатов.

Придя сдавать последний экзамен спокойная и счастливая заранее, она была уверена, что на этот раз она поступила в ГИТИС, как и желала… Но не тут-то было! Вся её уверенность исчезла, испарилась в одно мгновение, когда она из преподавательниц в комиссии по экзамену со скандалом выгнала её из аудитории.

Ира вышла из аудитории, всё ещё толком не понимая, что произошло. За ней следом проследовал профессор, который частенько бывал в кафетерии и наблюдал за этой девушкой во время её работы, но, так и не решаясь с ней заговорить в течение всего года, после первых её вступительных экзаменов.

– Постой! Не убегай так быстро! – попросил он Иру. – Я сейчас всё улажу. Ты должна поступить к нам в институт! Я просто обязан тебе в этом помочь!

– Не стоит беспокоиться! Раз не суждено поступить сюда, пойду, значит, в другое место!

– Ты должна учиться именно ЗДЕСЬ, а не в каком-то другом месте! Ты будешь очень хорошей актрисой!

– Почему Вы так уверенно говорите об этом? Ведь я ничего…

– А ничего и не надо! Ты прекрасно сдала все экзамены, несмотря ни на что! И я до сих пор помню тот вечер в кафетерии, когда ты удивительно легко сыграла роль спасительницы. Ты была спокойной, уверенной в себе. Для этого нужны огромная сила воли, выдержка и смелость, которых не хватает множеству людей. Ты прекрасно скрываешь свою боль, своё внутреннее состояние. Это прекрасные качества для тех, кто может играть разнообразные роли на сцене и на камеру.

– Остановитесь, пожалуйста, иначе, моя самооценка взлетит выше нормы, и я зазнаюсь. И буду думать, что так оно и есть. Да и к тому же я не хочу, чтобы у Вас из-за меня были проблемы и неприятности на Вашей работе. Я хотела поступить сюда сама. Для меня неприемлема помощь от других людей в таких делах. А раз я самостоятельно не могу поступить туда, куда мечтаю, значит, это моей судьбе не принадлежит, – ответила Ира и улыбнулась, обнажив свои ровные и белоснежные зубки. А на лице от её улыбки образовались морщинки в уголках губ и глаз, на щеках провалились милые и соблазнительные ямочки.

– По твоему лицу вижу, что тебе в столь юном возрасте пришлось много поплакать?! – произнёс печально профессор, еле сдерживая свои руки, чтобы нежно не пройтись кончиками своих пальцев по морщинкам девушки.

– С чего это Вы взяли?

– Слишком рано на твоём личике появились морщины, и одна из моих студенток сказала, что у тебя есть седая прядь волос.

– Прости, что выложила твою тайну, которую ты тщательно маскируешь разнообразными причёсками, – сказала Катя, подошедшая к ним.

– И как мне на это реагировать? Как воспринимать то, что моя единственная подруга в этом городе, да и во всём этом мире, делится моими пороками и недостатками с другими людьми? – разочарованно произнесла Ира, смотря на свою подругу глазами полными слёз.

Катя, молча и смело запустила руку в волосы Иры и вытащила из них заколку, после чего каштановые волосы длинными и тяжёлыми прядями рассыпались по всей спине девушки, словно плащ, кончики которых прикрывали даже попу.

– Прости меня. Но я давно хотела сама удостовериться в том, что у тебя, действительно, есть эта прядь, – ответила Катя, поднимая при этом локоны с одного виска, заметив там не просто прядку, а большой пребольшой локон посеребрённых волос. – Я видела твои седые волосы только на твоих фотографиях… Вот это да! У тебя ещё больше стало седых волос! А на другом виске? Там также? – спросила Катя и попыталась закопаться в волосы своей подруги с другой стороны, но Ира перехватила её руку.

– Всё, хватит! Перестань сейчас же! Ты же знаешь, что мне это не нравиться… И счастливо оставаться вам всем здесь! – произнесли она, по-прежнему старательно сдерживая слёзы.

Ирина развернулась, желая сбежать из института, но чуть не столкнула со своего пути преподавательницу, которая выгнала её из аудитории с экзамена.

– Не торопись, детка, сбегать отсюда! Я теперь увидела, что ты не бездушный робот, что у тебя есть реальные и истинные чувства и эмоции, не как у множества других поступающих к нам. И не обижайся на свою подругу, она лишь хотела тебе помочь и весьма удачно это сделала!.. В данный момент я тебе уверенно говорю, что ты прошла все испытательные экзамены. Поздравляю тебя, ты принята в ГИТИС!

По щеке Иры всё-таки предательски скользнула слеза.

– Только вот у меня уже нет желания здесь учиться! Я устала…

– Ира, не отступай от своей мечты! – попросила Катя. – Ты ведь очень хотела оказаться здесь в роли студентки! Ты не одна проходила такие испытания. Я тоже категорически была против того, чтобы мне помогали сюда поступать. Я не хотела, чтобы в институте знали, что мой отец, который сейчас тебе пытался помочь, работает здесь и весьма успешен в своей сфере деятельности… Я всем говорила, что у меня нет папы. И все мои знакомые в институте так и продолжают думать. Меня, так же, как и тебя пинали во время вступительных экзаменов, я тоже тогда сдалась, но Татьяна Васильевна, как и тебя, сейчас также остановила и сказала, что я зачислена в ГИТИС. Поверь мне, такое выдерживают и испытывают только сильнейшие и лучшие, кто сюда поступает. А остальные только получают образование и на этом их путь в кинематографе заканчивается.

– Отпустите её! Ей нужно подумать и побыть одной, – попросил профессор, хмуро осматривая свою новую студентку.

Ира воспользовалась вмешательством мужчины и улизнула из института.

– Папа! Я не хочу лишиться этой подруги! Она единственная, которую я могу с уверенностью назвать настоящей и лучшей подругой!

– Не волнуйся, ты её не потеряешь! Она очень хорошая несмотря на то, что ей пришлось пережить, – ответил задумчиво профессор.

– А что ей пришлось пережить? Ты что-то знаешь про неё? Ты наводил про неё справки?

– Что? А нет, нет, нет! Я ничего не знаю.

– Не ври мне, папа! Ты этого делать не умеешь! Давай выкладывай, что ты там про неё раскопал?

– Как-нибудь в другой раз!

– Ловлю на слове! Прости, но я думаю, что всё-таки надо догнать Иру и извиниться перед ней!

Профессор поцеловал дочь в лоб и отпустил её. А Катя сломя голову побежала догонять свою подругу.

– Ира, прости меня! Я больше не буду так делать при всех! – выпалила Катя, когда поравнялась с Ирой уже на улице.

– А когда мы будет вдвоём наедине, значит, будешь? – с едва заметной улыбкой спросила Ира в ответ, успев предварительно вытереть слёзы со своих щёк, едва услышав голос своей подруги за спиной.

– Если ты вообще не захочешь об этом говорить, то не будем! Ты меня простишь?

– Конечно, глупенькая моя! А, правда, то, что профессор твой отец?

– Правда, только прошу тебя, не рассказывай об этом никому! Не хочу, чтобы меня тапками закидали одногруппники. А почему ты об этом спрашиваешь?

– У тебя очень милый папа!

– Спасибо, я ему передам твои слова. Почему ты никогда не ходишь с распущенными волосами? Из-за того, что видно седину?

– Что-то вроде того. Я не люблю, когда они так просто болтаются и мешают что-либо делать.

– Тебе очень идёт так! У тебя очень красивые волосы, и не важно, что с проседью. Ведь их можно закрасить! Кстати, ты доделала для меня контрольную работу?

– Да, пошли ко мне, заберёшь её, – ответила Ира, на ходу заплетая волосы в косу.

В квартире у Иры, они расположились на кухне за чаем, где Катя стала просматривать контрольную работу. Но Ира тем временем думала о своей подруге.

– Кать, если у тебя есть родственники в Москве, то почему не живешь с ними, а мучаешься на съёмной квартире?

– Я просто хотела жить отдельно, и не хотела, чтобы все знали о моём родстве с папой.

Во входную дверь раздался стук, и одновременно с этим раздалась мелодия звонка. Ира вышла с кухни, отправляясь открывать дверь, за которой оказался вдрызг пьяный Олег Петрович (шеф из кафетерия). Увидев Иру, он продолжал нажимать на звонок и хмуро осматривал Иру, не понимая, почему перед ним предстала седая девушка.

– Мы с тобой сколько не виделись? Ты чего так быстро поседела? – вдруг спросил он заплетающимся языком.

– Время прошло не так уж и много, а причины на это были и одна из них это Вы – Олег Петрович!

– Я?! И как это понимать?

– А никак! – ответила Ира, ловя мужчину, которого качнуло так сильно, что он чуть не полетел целоваться с полом её коридора. – Вы зачем ко мне пришли? Что Вам нужно от меня вне рабочего времени?

Глава 4

– Хотел поговорить! – ответил мужчина, пытаясь обнять девушку и поцеловать, на что девушка оттолкнула его, чуть не опрокинув его этим.

– А в трезвом состоянии этого сделать не могли? Я не хочу с Вами разговаривать, пока Вы в таком состоянии.

– Ты мне нужна. Я хочу…

– Да мало ли чего Вы хотите! Идите Вы к чёрту! Дверь открыта! Уходите сейчас же!

– Ты чего? Тоже здесь? – спросил Олег, только заметив, что за спиной Иры маячит Катя, и с горечью наблюдает за картиной с пьяным братом.

– А что? Я не могу прийти в гости к своей подруге? – отозвалась она.

– Это, наверное, она отговорила тебя работать у меня, узнав от тебя, что было ещё несколько нападений на кафетерий, где ты могла снова и снова пострадать? – спросил Олег, кивнув головой в сторону Кати.

– В кафетерии опять были нападения? И ты мне ничего не говорила об этом? Почему? – тут же спросила Катя, обращаясь к Ире.

– Не хотела, чтобы ты переживала. Ведь тебе, наверное, страшно за своего братца?

– Да, что мне брат? Он сидит в своём кабинете и ему ничего не угрожает! Стоп! А откуда ты узнала, что Олег мой брат?

– Я не знала, это было лишь только догадкой, которую ты подтвердила своими словами, – ответила Ира, смотря как Олег в своём состоянии умудрился снять с себя уличную обувь и в наглую прошёл на кухню.

Там молодой мужчина как у себя дома налил сам себе чаю. Девушки молча, наблюдали за ним, не зная, что с ним делать дальше. А он тем временем выпил чай и тараном пошёл в зал, где улёгся на диване и моментально захрапел.

– И что мне теперь делать с этим телом? – спросила Ира.

– Ухаживать за ним, – с усмешкой ответила Катя.

– Больно он мне нужен! Я уволилась из его заведения не для того, чтобы он вваливался ко мне в таком состоянии, словно я его личная прислуга или вещь!

– А для чего тогда?

– Я устала от него, от работы и от его отношения ко мне. Он постоянно унижает меня, только не могу понять почему? Что я ему сделала плохого?

– Хочешь, я останусь у тебя и присмотрю за ним сама?

– Хочууууу! Оставайся! Пошли, посмотрим какое-нибудь кино на ноутбуке в спальне, чтобы этого монстрика не разбудить!

– Хорошо, только я хозяйке квартиры позвоню, предупрежу, что сегодня не явлюсь ночевать.

Девушки, после звонка Кати, уселись в комнате у Иры и просидели в ней до тех пор, пока за окнами на улице не стемнело. После чего они пошли готовить ужин. Едва стол оказался накрыт, на кухне появился слегка проспавшийся Олег.

Ира, увидев его заспанный вид и растрёпанные волосы, отвернулась к окну, пряча свою улыбку, а Катя тем временем откровенно расхохоталась над своим братом.

– Чего смешного? Мне плохо, а ты смеёшься надо мной! Лучше опохмелиться бы дали. Есть что-нибудь? – с надеждой спросил Олег.

– В холодильнике пиво стоит, – ответила Ирина, по-прежнему смотря в окно.

– А ты любитель выпить что ли? – спросил снова мужчина, обращаясь к Ирине.

– Она не пьёт. Ира специально сходила в магазин, чтобы купить «лекарство» для великого мученика, который нагло вторгся в её личную жизнь.

– А ты откуда знаешь, что она не выпивает? Ты её контролируешь двадцать четыре часа в сутки?.. Может она при тебе не пьёт! И вообще, что ты знаешь про неё? Я ещё ни разу не слышал от тебя того, что не знал бы я о ней сам!

– А мне и не надо ничего знать! Мне хватает того, что я вижу в ней! Мне достаточно простой дружбы!

– Какая дружба может быть между вами, если ты совершенно ничего не знаешь о ней?! Может она бывшая преступница? Или проституткой подрабатывает между делом?

– А тебе какая разница? Это совершенно не твоё дело! – прокричала Катя, дико злясь на своего брата.

Ира встала из-за стола, достала из холодильника бутылку пива и вручила её Олегу.

– Пейте! И уходите отсюда, Олег Петрович! Если нужно себя привести в порядок, то ванна в Вашем распоряжении! После этого будьте добры: выметайтесь отсюда! И чем быстрее это сделаете, тем лучше будет для Вас!

Олег вырвал из рук Иры пиво и вместе с ней зашёл в ванну, а Катя, глотая слёзы, начала говорить:

– Он никогда не любил моих подруг, но мои старые подруги, действительно, были не очень-то и хорошими. Они откровенно вешались ему на шею, а если не к нему, так к отцу… А ты не такая! Я же вижу, что ты, наоборот, избегаешь его.

– Избегать-то избегаю, но иногда хочется специально его позлить, раззадорить.

– Ты случаем не влюбилась в него? – спросила Катя у своей подруги.

– Дура что ли? Ты меня за кого держишь? На него бабы вешались прямо при мне, а я этого делать не собираюсь! Никогда этого делать не буду! Никогда и ни с кем!

– Никогда не говори «никогда»!

– Закрыли тему. Вытирай слёзы и дуй домой отдыхать.

– А Олег?

– И он сейчас уйдёт, не так ли? – спросила Ира, смотря на вошедшего на кухню мужчину.

– Конечно! Куда можно выкинуть бутылку?

– В мусорное ведро под раковиной.

– Выкинете сами, хорошо? – спросил с усмешкой Олег, и выпустил из своей руки бутылку, которая, упав на пол, вдребезги разбилась, осколками разлетелась в разные стороны, после чего он сам развернулся и ушёл.

– Я соберу, – соскочив из-за стола, произнесла Катя.

– Я сама, иди уже домой.

– Встретимся завтра на учёбе?

– Да, конечно!

На следующий день Катя прямиком отправилась в институте к отцу.

– Что ты знаешь про Иру, рассказывай немедленно! – выдала она, едва представ перед родителем в его кабинете.

– А в чём собственно дело? Зачем тебе это надо знать? – спросил в ответ профессор.

– Просто мне это очень нужно! Ира сама ничего мне не рассказывает! Но в её жизни явно было что-то не то!

– Я ничего не знаю! – ответил мужчина, пытаясь уклониться от разговора с дочерью и пряча свой взгляд от неё. – Иди на лекции!

– Нет! Я не сдвинусь со своего места, пока не узнаю о ней хоть что-нибудь!

– Я ничего не буду тебе рассказывать, – злясь, произнёс профессор. – Я, итак, сглупил, сказав твоему брату, что жизнь Иры была не сахаром до переезда в Москву!

– Так всё-таки ты что-то знаешь о жизни Иры! Выкладывай говорю, сейчас же!

– Повторяю тебе ещё раз: я ничего не буду тебе рассказывать! Выясняй всё сама у своей подруги!

– Всё равно я не понимаю Олега, почему он так возненавидел Иру и относится к ней как к отбросам? Из-за чего он стал с ней обращаться как с пьяницей, преступницей и гулящей?

– Он приходил к ней? – смущённо спросил мужчина.

– Да, папа! Приходил! – прокричала Катя в нетерпении. – Он вчера ввалился к ней в квартиру в пьяном состоянии, полез к ней приставать, пытался лапать её! Нахамил и ей, и мне в придачу! Потом в наглую завалился спать, как у себя дома. А проспавшись, потребовал опохмелиться, после чего специально разбил бутылку.

Профессор судорожно вздохнул, не зная, как поступить дальше, подойдя при этом к окну, пряча своё лицо, чтобы скрыть от дочери все свои эмоции и чувства, нахлынувшие на него огромной волной. Ему совсем не хотелось рассказывать дочери то, что знал он об Ире, которая должна была сама поделиться своей прошлой жизнью со своей подругой. Но благодаря сыну наступил такой момент, что уже невозможно было скрывать правду от дочери.

– Хорошо… Я тебе всё расскажу, но не здесь и не сейчас! Мой кабинет не подходящее место для этого разговора. И я думаю, что при этом разговоре должна присутствовать сама Ира. Она должна знать, что я знаю всю правду о ней и её жизни, что была у неё до переезда в Москву. По-другому будет нечестно по отношению к ней!

– Хорошо, где встретимся?

– Спроси у неё, где будет ей удобно. А теперь иди, пожалуйста, на занятия.

Катя вышла из кабинета отца, который взял свой сотовый телефон и набрал номер Иры. После нескольких гудков девушка ответила на звонок.

– Доброе утро, Ирина. Тебя беспокоит отец Кати… Моя дочь хочет знать о Вас всё, что знаю я! Я ничего не стал ей говорить, поставив условие, чтобы Вы были рядом… Вы вправе отказаться от того, чтобы я рассказывал историю Вашей прошлой жизни.

– Нет… Я не буду отказываться от этого. Кате давно уже пора всё узнать про меня. Мне уже жаль её из-за того, что Олег Петрович откровенно над ней издевается из-за меня. Я уже хочу, чтобы всё это наконец-то прекратилось!

– Вы уверены?

– Вполне!

– А что насчёт Олега? Ему нужно что-либо рассказывать?

– Нет! Вот ему точно ничего не нужно рассказывать, пусть живёт дальше своими догадками и домыслами. Ему это нравиться! – ответила Ира. – Давайте встретимся сегодня вечером у меня дома?

– Вам должна позвонить Катя, чтобы договориться о встрече.

– Хорошо. Я сама ей предложу место встречи. Время и адрес сообщу позже, после лекций. До встречи!

Ира отключила телефон, не дождавшись ответа от мужчины, и зашла в аудиторию на первую свою лекцию.

Вечером Катя привела своего отца в квартиру своей подруги, который с любопытством поначалу рассматривал обстановку, в которой жила Ира.

– Будите ужинать? – спросила она, прервав профессора от созерцания её жилища.

– Не откажусь, – ответил мужчина, довольно потирая руки, так как давненько не ел домашней еды, перебиваясь на своей работе едой из ресторанов и кафешек.

Ира, заметив реакцию на предложение поесть, выпалила:

– Пётр Валерьянович, Вас Ваша жена дома не кормит что ли?

– Хороший вопрос… Ем я дома тогда, когда я там появляюсь, предупредив заранее об этом. А так перебиваюсь где попало, – уклончиво ответил мужчина, скрывая то, что у него нет жены на данном этапе его жизни.

Ира быстро накрыла на стол и накормила своих гостей ужином, состоящим из запечённой рыбы в духовке на овощной подушке и чаем с шарлоткой, после чего они переместились в зал. Там Ира подала Кате свой фотоальбом, который никогда и никому не показывала из своих знакомых.

– Ты готова выслушать свою историю жизни из чужих уст? – спросил профессор, обращаясь к девушке на «ты».

– Готова, – ответила Ира и подошла к окну, чтобы спрятать своё лицо от гостей, не желая, чтобы они видели выражение её эмоций.

– Поправляй меня, если я расскажу что-то не так, хорошо? – попросил профессор.

Ира на это только утвердительно кивнула головой, не поворачиваясь к гостям.

Пётр Валерьянович постепенно шаг за шагом рассказал практически всю жизнь Иры, поочерёдно поглядывая то на свою дочь, то на ту, о которой вёл рассказ, что стояла во время рассказа словно статуя, при этом обнимая сама себя за плечи.

– Олег всё это знал? – спросила Катя, глотая слёзы от услышанного. – Ответь мне папа, пожалуйста! Он всё это знал?

– Не знаю, доченька! Я ему этого всего лично не рассказывал. – Может он какими-то своими путями всё это разузнал, – ответил мужчина.

– Я не хочу, чтобы он это всё знал! Пообещай, что ничего ему не расскажешь?!

– Обещаю, – снова ответил профессор, смотря, как к ним поворачивается Ира, лицо которой было всё залито слезами.

– Олег ещё больше будет издеваться надо мной, говоря, что я не умею выбирать себе друзей и подруг, говоря при этом, что все мои подруги дряни… – произнесла Катя, вставая с дивана и подходя к своей подруге, после чего обняла её. – Прости меня! Я больше всего на свете не хочу, чтобы брат издевался над ТОБОЙ! Поэтому, я думаю, что ему надо поменьше видеть нас вместе.

После этих слов, Катя собралась и ушла из квартиры своей подруги, не сказав больше не единого слова.

– Вот так всегда! Когда кто-либо узнаёт обо мне правду, то уходит из моей жизни навсегда или отстраняется от меня. Но что я сделала такого плохого, чтобы со мной так поступали? Я всего лишь родилась не там и не у тех родителей! И на этом всё! – спросила Ира, пытаясь при это сдерживать свои слёзы, смотря на профессора испуганными глазами, как затравленный зверёк.

– Главное не сдавайся! Борись за свою жизнь и за место в этом мире! И не бросай свою мечту! Учись и добивайся своих личных успехов, наперекор всему и всем! Надеюсь, что завтра ты придёшь на лекции? Я завтра со своим предметом у тебя в расписании… – произнёс профессор, хмурясь, рассматривая девушку, на лице которой не было уже не стало отражаться никаких эмоций, кроме усталости и разочарования.

– Буду! – не раздумывая ответила она.

– Тогда до завтра!

Мужчина ушёл, оставив Иру в одиночество со своими мыслями и проблемами.

На следующий день к профессору перед лекциями пришёл Олег.

– Привет, пап. Извини, что отвлекаю тебя на работе, – произнёс он, подходя к кафедре отца, за которой тот сидел и на ней было разложено множество бумаг. Среди них Олег увидел необычную для педагога папку с документами. – Что это такое у тебя? – спросил молодой человек, взяв бумаги в руки.

Пролистав быстренько документы, он увидел на них фотографии аварии и портреты двух людей, примерно его возраста.

– Кто это?

– Это родители Ирины, которые погибли в аварии, – ответил сухо профессор и вырвал из рук сына папку. – Не смей ничего и никогда брать с моего стола!

– А чего ты так разозлился? Что там в этих документов такого, что я не успел увидеть? – спросил Олег своего отца.

– То, что тебя не должно касаться!

– Значит, что-то всё-таки есть плохое в жизни этой девчонки? – с ухмылкой произнёс Олег. – Только вот не пойму, почему ты её покрываешь и скрываешь от меня эту информацию? Что там написано ещё?

– Это не твоё это дело! – уже более спокойно ответил профессор, стараясь не злиться при сыне.

– Моё! Что вы все взъелись на своей Ирочке? Чего вы носитесь с ней как с курицей с единственным золотым яйцом в вашей жизни? Пап, а ты случаем не влюбился в неё, коли собрал такое досье на неё?

– Мне ли в неё влюбляться? Она мне в дочери годиться!

– И всё же в наше время такое случается, папа! Ты тем более натура творческая!

– Эти случаи ко мне не относятся!

– А я так не думаю!

– Иди вон! И не смей больше лезть ко мне с такими разговорами! Не хватало ещё ребёнку отца учить, как и что делать!

– Хорошо, как скажешь! Только я ведь всё равно всё узнаю про твою подопечную и ненаглядную Ирочку! Хочешь ты этого или нет.

Олег вылетел из кабинета отца пулей, уже боясь, что окончательно переругаются они из-за новоявленной их общей знакомой, которая внесла в их жизнь только одни раздоры и ссоры…

***

Прошло уже шесть лет с того момента, как Ира поселилась в Москве. Девушка основательно обосновалась в столице и закончила учиться, получив диплом о высшем образовании.

Решив отдохнуть, Ирина отправилась к своим бабушке и дедушке… Как же спокоен и прекрасен показался там ей мир, после вечно торопящегося и суетливого центрального города России, в тихом городке своих предков.

В тот же день, когда она приехала глубокой ночью к ней подошла бабушка.

– Я тебе ещё за ужином хотела рассказать. К нам на разведку приезжал сценарист и режиссёр. Он собирается снимать фильм в нашем городе. Вот, смотри, он прислал нам электронное письмо, что уже скоро должны приехать со съёмочной группой.

Бабушка протянула своей единственной внучке распечатку письма, и Ира в ней прочла, что Пётр Валерьянович вместе со съёмочной группой приезжает в конце июня на съёмки фильма. «Интересно, бабушка знает, что этот самый режиссёр мой преподаватель из университета?» – подумала Ира, раза за разом пробегая глазами по строчкам письма. Она глубоко задумалась о том, что только что сбежала из Москвы, чтобы отдохнуть от суеты, но московская жизнь не желала её отпускать, словно идя за ней по пятам.

– Бабушка! Я так хотела отдохнуть! Они мне там надоели с предложениями о различных съёмках до такой степени, что я сбежала от них!

– От судьбы не уйдёшь! Сама сниматься не будешь, так хоть понаблюдаешь, – с улыбкой ответила бабушка. – Давай, ложись, отдыхай! Спокойной ночи, девочка моя!

Бабушка ретировалась из комнаты внучки, оставив её в размышлениях о предстоящей встречи с теми, от кого сбежала совсем недавно.

На следующий день, проснувшись очень рано, Ира пробежала по гостинице бабушки и дедушки, которую они недавно открыли, в их поисках, зная, что они встают рано и контролируют все действия работников.

– Доброе утро, солнышко! – произнесла бабушка, заметив, что внучка спускается в холл из своего номера. – Иди, позавтракай!

– Бабуль, а где жил Пётр Валерьянович? – спросила Ира, цепляясь за бабушку и шагая за ней в ресторан при гостинице.

– Здесь. Мы тогда только-только открыли эту гостиницу. Садись, завтракай и сходи, погуляй, пока мы с дедом управляемся с делами. Поговорим потом.

Глава 5

Расправившись со своим завтраком, Ира, взяв из своего номера свою сумочку, отправилась гулять. Погода была великолепная. «Какая же свобода! Какая тишина и спокойствие! Как хорошо здесь!» – думала она, идя по улицам родного городка. Вспомнив вечерний разговор с бабушкой: «Как-то всё-таки не особо верится в то, что Пётр Валерьянович приедет сюда со своей съёмочной группой, именно сюда в наш городок! Да ещё и жить будет совсем рядом со мной! Так, а почему он написал письмо бабушке с дедушкой? Он, что опять будет жить в их гостинице? И я, действительно, буду наблюдать совсем близко за всем происходящим с ними?»

И всё то время, что оставалось до приезда съёмочной группы во главе с Петром Валерьяновичем, Ира наслаждалась жизнью, восстанавливая свои силы после учёбы, стараясь поменьше думать о том, что должно произойти в скором времени. И вот однажды, вернувшись в гостиницу с речки в лёгком сарафане, с распущенными мокрыми волосами, Ира увидела в ресторане гостиницы толпу новых постояльцев, которые в этот момент рассаживались за большой общий стол. Немного постояв, понаблюдав за ними, она развернулась и хотела идти в свой номер, но натолкнулась, уткнувшись в грудь своим лицом в Петра Валерьяновича, тихо подошедшего к ней со спины. Мужчина улыбнулся, разглядывая смущённую девушку, находящуюся в его крепких объятьях, спася её ими от падения.

– Здравствуй! Как твои дела? – спросил он, вдыхая с шумом её запах волос.

– Нормально, – ответила Ира, резко вырываясь из рук мужчины, чувствуя в себе необычное для неё возбуждение. – Извините, я пойду в свой номер, приведу себя в порядок.

Она сломя голову стала удаляться от мужчины, боясь обернуться, но при этом, чувствуя своей спиной провожающий взгляд того, у которого только что была в объятьях. Ира забежала в свой номер и быстро захлопнула за собой дверь, дыша как загнанный зверёк, прижимаясь при этом спиной к закрытой двери. «Чёрт, чёрт! Они, правда, заселились в этой гостинице, и как же я нелепо налетела на Петра Валерьяновича!» Ира нехотя отошла от двери и направилась принимать душ, после которого оделась в тоненький летний костюм, высушила волосы феном и собрала их так, чтобы не было видно седины, немного накрасилась.

– Милая, пойдём к гостям, – сказала бабушка, заглянув в номер к внучке. – Пётр Валерьянович ждёт тебя и хочет поговорить с тобой. Он говорит, что вы очень хорошо знакомы!

– Пётр Валерьянович был моим педагогом в ГИТИСе и знает всю историю моей жизни, – сразу же призналась Ира.

– Тебя это расстраивает? – спросила бабушка, внимательно разглядывая свою внучку.

– Немного… Из-за него я потеряла свою лучшую подругу в Москве. Когда он ей всё рассказал, я с ней больше не встречалась и не общалась. Она от меня отстранилась и ушла в сторону от меня подальше.

– Пошли вниз, тебя там ожидает сюрприз! – загадочно произнесла бабушка. – Не вешай нос! Не всё так плохо в твоей жизни, как ты думаешь.

Бабушка проводила свою внучку к гостям и представила её:

– Знакомьтесь, моя единственная внучка – Ирочка.

После этого её усадили за стол вместе со съёмочной группой.

– Кого ещё ждём? – спросил один мужчина из присутствующих за столом.

– Моих детей, – ответил Пётр Валерьянович. – Что-то они неприлично задерживаются! А вот и они! – продолжил мужчина, смотря как к столу приближаются Олег и Катерина, которые поприветствовали всех, и Катя с улыбкой подмигнула Ирине, которая в дальнейшем во время ужина сидела молча, и наблюдала за происходящим за столом.

– Чего молчишь? – спросил у неё Пётр Валерьянович, сидящей рядом с ней.

– А что мне говорить? Я не вписываюсь в Вашу компанию. Да и вы без меня все хорошо общаетесь!.. Бабуль, я пойду к себе в номер? – спросила Ира, обернувшись к проходящей мимо бабушке, которая проверяла, всё ли в порядке за столом у гостей.

– Иди, конечно, милая! – ответила с улыбкой бабушка.

Ира вышла из-за стола и увидела, что её примеру последовала Катя, которая догнала её и сказала, взяв её за руку:

– Можно мне с тобой пойти? Побыть рядом с тобой?

– Конечно! – улыбнувшись, ответила Ира, наслаждаясь спокойствием Кати. – Как твои дела?

– Мои? Нормально! А у тебя как?

– У меня тоже всё нормально.

– Прости, что бросила тебя… Мне нужно было так сделать! Я понимаю, что из-за этого я для тебя наихудшая подруга.

– Ты не плохая, это моя жизнь не сахар.

– И ты смогла её прожить. А я сразу не смогла принять то, что у тебя, как ты говоришь, жизнь была не сахар… Прости меня ещё раз! Кстати, ты в курсе, что мой отец написал книгу и сценарий к ней и собирается снимать фильм в этом городе?

– Да, я знаю. Мне бабушка об этом сказала. А ты читала книгу и сценарий?

– Конечно, я ведь в этом фильме буду сниматься!

– Серьёзно? Я за тебя очень рада!

– А бабушка не сказала тебе, про что будет этот фильм, или вернее про кого?

– Нет. В письме, которое она мне показывала, об этом ничего не говорилось.

– Этот фильм про тебя! Когда папа написал книгу, ему сразу же предложили снять фильм по ней.

– А почему я не видела эту книгу?

– Потому что она вышла совсем недавно и в магазинах её почти не бывает, её моментально расхватывают с прилавком книжных полок.

– Так значит твой отец ещё и писатель?

– Да… Только он это особо не афиширует и издаётся под псевдонимом. Когда я прочла книгу о тебе, я сразу же восприняла всю твою историю в другом ракурсе, так как должна была воспринять сразу, всё услышав о тебе.

Ира и Катя устроились на кровати в номере Иры, и какое-то время проговорили про съёмки фильма, а потом Катерина ушла отдыхать в свой номер.

Едва-едва Катя ушла, в дверь раздался стук. Ирина открыла дверь и увидела за ней профессора.

– Можно к тебе зайти? – спросил он, увидев перед собой Иру.

– Попробуйте, – с улыбкой ответила она, вернувшись вглубь своего номера, и растянулась на кровати, лежа на животе.

– Я принёс тебе интересную книгу, – произнёс профессор, кладя на кровать перед Ирой свою книгу.

– Присаживайтесь в кресло, – дружелюбно ответила она, осматривая профессора, но в то же время чувствуя, как её щёки начинают пылать от того, что она вспомнила, как уткнулась в его грудь и то, как он прижимал её к себе в ответ. Она стала листать книгу, лишь бы не смотреть на мужчину. – Это та книга, в которой написано про меня? – спросила девушка, взглянув всё-таки на мужчину, который уже успел устроиться в кресле напротив неё.

– Катерина уже успела рассказать тебе об этом и предупредить заранее, что я начну с тобой разговор об этом?

– Успела… Почему Вы выбрали для съёмок именно этот город? Зачем принесли эту книгу мне?

– Потому что хочу, чтобы во время съёмок ты была рядом… Хочу узнать мельчайшие подробности, чтобы, когда зрители смотрели фильм, думали, что это не вымысел, а правда, которая может окружить любого из нас. Я хочу узнать тебя поближе, хочу найти главную героиню подстать тебе.

– Почему именно я? Почему Вы выбрали меня и мою историю?

– Потому что ты мне нравишься, и я хочу показать всему миру, что не надо шарахаться от таких людей как ты. Ты обычный человек, как я и все остальные, что окружают нас.

– А чего конкретного Вы ждёте от меня?

– Я хочу, чтобы ты помогла мне с редактурой сценария и со съёмками.

– И Вы думаете, что я соглашусь на это?

– Я не думаю, я просто надеюсь на это!

Ира на этот ответ улыбнулась и спросила в очередной раз:

– А можно мне подумать над Вашим предложением и желанием?

– Конечно. Сколько нужно тебе времени? – спросил в ответ Пётр Валерьянович, по его телу видно было, как он напрягся, боясь отказа, хотя лицо выражало полное спокойствие. А тело девушки желало в этот момент прижаться к этому мужчине, обнять его и приласкать.

– А я уже подумала…

– И каков твой ответ? – спросил мужчина серьёзно, оставаясь по-прежнему напряжённым, не давая волю всем своим чувствам и эмоциям.

Ира тоже сделала серьёзно выражение лица и перевернулась на кровати так, чтобы мужчина не видел её лица, но при этом чувствуя явно, как он осматривает её растянутое тело на кровати с вожделением. Обернувшись к нему через какое-то время, она увидела в его глаз мужское желание, смешанное с волнением от всего происходящего и от ожидания ответа. Ира, видя его взгляд, поняла, что он нуждается в её помощи, поэтому и выглядит таким взволнованным и возбуждённым.

– Я не могу сказать Вам слова «нет», – протяжно и с перерывами сказала Ира, – и поэтому говорю Вам «да» на Ваше предложение.

Профессор выдохнул с облегчением и только в этот момент Ира увидела, что он расслабился, но не в полную меру.

– Спасибо тебе за твой ответ! – ответил он и тут же сбежал из её номера.

«Почему мне стало так легко? Оттого, что весь мир узнает о моей жизни? Или от того, что мои друзья вернулись ко мне?» – с улыбкой думала Ира, довольно перекатываясь и потягиваясь на своей кровати. Немного погодя она побежала к бабушке.

– Бабуль, я пойду, погуляю немного.

– Конечно! Возьми с собой свою московскую подружку, и прогуляйтесь по магазинам, тебе не мешает развеяться!

– Хорошая идея! Катерина ходит только по московским бутикам, пусть и по нашим местным прогуляется! В каком номере она остановилась?

– В семьдесят пятом. Там большой семейный номер, в котором она остановилась с отцом и братом.

– Спасибо! – ответила Ира, смотря, как бабушка пихает ей хорошенькую пачку наличных для прогулки.

– Повеселись от души! И не жалей денег! Мы с дедом от этого не обеднеем! – сказала бабушка вдогонку своей единственной и любимой внучке.

Ира залетела на этаж, где был номер её подруги, и без раздумий постучала в дверь, и на её стук дверь открыл Олег.

– Можно Катерину? – неуверенно спросила она.

– Можно! – ответила девушка, выплывая из-за спины своего брата. – Пошли, погуляем? – спросила она, опередив Иру.

– Ага! Я за этим и пришла. Пробежимся с тобой по магазинам?

– С превеликим удовольствием! Олег, пойдёшь с нами? Потаскаешь наши пакеты, – с издёвкой спросила Катя у своего брата.

– Ещё чего! – недовольно ответил Олег.

– А можно МНЕ с вами? – вмешался в разговор Пётр Валерьянович.

– Да!!! Мне это нравиться, папочка! Ты со мной давно никуда не ходил! – довольно вторила Катерина. – Олег, ну пошли с нами! Вы с отцом горячительные напитки успеете попить, пока мы будем демонстрировать вам свои наряды в магазинах!

– Такс, семья! Вы договаривайтесь между собой о том, кто ещё с нами пойдёт, а я пойду пока что собираться, жду вас в холле!

Ира убежала моментально в свой номер, переоделась, взяла сумочку с телефоном и деньгами, и спустилась в место назначения встречи для дальнейшей прогулки. К её удивлению, к ней присоединилась вся семья Кати, за исключением жены профессора, про которую она ничего не знала до сих пор. Они дружно отправились в самый огромный торговый центр, который имелся в городке, и начали блуждать по отделам с одеждой и обувью. Скупив всё, что хотелось девушкам, они решили пожалеть мужчин и зашли в кафешку, имеющуюся в том же ТЦ. Там мужская половина компании деликатно стала ухаживать за своими спутницами.

– Пап, почему ты опять стал таким угрюмым? Что тебя опять беспокоит? – спросила Катя у своего отца, когда они все разместились за столиком и сделали заказ.

– Меня почти ничего не беспокоит за исключением того, что не могу найти главную героиню для своего фильма.

– Ты же говорил, что она у тебя есть, и она тебя вполне устраивает!

– Была… Сегодня она позвонила и разорвала контракт.

– Так в чём проблема? Устрой кастинг! Девушки об этом разузнают и в очередь выстроятся! – усмехнулся Олег.

– Да, пап! Хорошая идея!

– Согласен… А вы две дамочки мне в этом поможете. Я в свои круги брошу кличь, может кто согласится и приедет, а вы две пробежитесь по городу и расклеите листовки с информацией о кастинге! Ира знает свой город и точно знает, где можно развешать листовки, и ты самолично будешь их клеить, – смеясь, произнёс профессор.

– Папа! – пыталась возмутиться Катя.

– Не дуйся, милая! Тебе не помешает немного побегать, сама же жалуешься, что набрала пару лишних килограммов! – откровенно смеясь над своей дочерью, произнёс Пётр, но таким голосом, что обижаться совсем не хотелось на это.

– Я тебе это ещё припомню! – ответила Катя, улыбаясь в ответ своему отцу.

В тот же день, когда профессор распечатал листовки, приготовленные его людьми, Ира и Катя побежали расклеивать их по городу, и вечером уже возле гостиницы была толпа девушек, которые хоть как-то походили на Иру – каштановые волосы, тёмные глаза, точёная фигура с объёмными грудями и длинными ногами.

Съёмочная группа устроилась в банкетном зале ресторана при гостинице, в самом центре среди комиссии сидел сам профессор. В центре зала встала сама Ира, а Катерина стала приводить девушек, которые выстроились на кастинг, чтобы определить, которая из них будет больше всего похожа внешне на главную героиню. Из многочисленного количества девушек в итоге осталось только две. Поставив вновь их обеих возле Иры, Пётр Валерьянович долго размышлял, в большей степени задумчиво смотря на саму Иру и в итоге он произнёс:

– Может, ты сама сыграешь себя?

– Я?! – удивлённо спросила Ира. – Ну, уже нет! Сразу же меня увольте!

– Почему так категорически? Ты закончила ГИТИС с отличием, почему бы тебе не начать свою актёрскую деятельность прямо сейчас? – спросила Катя, соглашаясь со своим отцом.

– Я бы с удовольствием, вот только не в этом фильме!

– Подумай! Лучше тебя никто не сыграет тебя саму в этом фильме! Ты прожила свою жизнь и сможешь её ещё раз прожить в этом фильме, чтобы раз и навсегда распрощаться со своим прошлым! Ни одна из этих девушек не справиться с твоей ролью!

– Пусть сначала они попробуют, если у них ничего не получиться, тогда я соглашусь на ваше предложение! Обещаю!

– Хорошо…

– Я выбираю Леру, – ответила Ира. – А ты Саша, извини, ты сильно сутулишься, как бы ты старательно этого не скрывала! Это очень сильно заметно… Если хочешь избавиться от этого, то рекомендую тебе записаться в танцевальный, там твоя выправка измениться, если у тебя нет противопоказаний в этом.

– Спасибо, – ответила одна из кандидатур на роль в фильме и удалилась.

– Когда съёмки? – спросила Ира.

– Начало завтра с утра. Назначено на девять утра, – ответил профессор.

– А можно мне сценарий? – попросила Ира. Профессор протянул ей кипу бумаг с текстом, едва-едва соприкоснувшись с ней пальцами, на что девушка резко одёрнула руку, чтобы больше не чувствовать его прикосновений, боясь тех колючих иголочек, что сразу же пробежали по всему её телу. – Спасибо… Лера держи, у тебя ночь на изучение сценария. Завтра жду тебя в восемь утра, чтобы мы с тобой успели немного порепетировать.

– Хорошо, до завтра, – ответила Лера и тоже удалилась, чувствуя накал всей ситуации, что сейчас происходил в съёмочной группе.

После того, как девушка, претендующая на главную роль, испарилась за дверью гостиницы, профессор произнёс:

– Если ты с ней будешь репетировать, то я точно не увижу тебя в главной роли!

– Я могла бы сняться в фильме, но…

– Никаких, но… У меня есть ещё одна вакансия в роли. Если ты не идёшь играть в роли главной героини, то на эту роль ты точно пойдёшь! И никаких возражений от тебя я больше принимать больше не буду.

– И на какую роль Вы меня определили?

– На роль своей матери!

– Нет!!! – вспыхнула мгновенно Ира, зажигаясь в пламени неоднородных чувств из-за того, что её склоняют сняться в фильме против её воли и против того, на какую роль её определили.

– А почему бы и нет? – спросила Катя, видя ураган чувств, пронёсшихся на лице её подруги. – Очень хорошая роль. Возьми сама сценарий и почитай сначала, прежде чем отказаться от всего происходящего! Поверь мне, тебе понравиться!

Ира, молча, взяла в руки ещё одну кипу бумаг со сценарием и, не сказав больше не единого слова, ушла в свой номер.

Глава 6

Всю ночь Ира читала сценарий, время от времени вытирая слёзы. Окончив читать рукопись, она встала и вышла на балкон… Девушка никогда не думала, что всю её жизнь можно представить в абсолютно другом ракурсе, свете, о котором она даже и не могла подумать! Прочитав сценарий, она глубоко задумалась над тем, что всегда считала, что обречена на пожизненный позор, который перенёсся с её родителей на неё и после всех злоключений, что произошли с ней в подростковом возрасте. Её мать была проституткой, а отец сидел в тюрьме за убийство. А когда отец вышел из мест лишения свободы (Ире в то время исполнилось уже пятнадцать лет), они втроём отправились в соседний город и разбились на машине. В живых осталась только Ира. Но ей совсем не хотелось в то время жить, так как она являлась причиной гибели её родителей. Пока они ехали в машине, они сильно ругались, и отец, сидящий за рулём, повернувшись к Ире назад, упустив приближающийся поворот, в который не смог вписаться, вылетел в кювет.

После аварии Ирина долго приходила в себя, медленно возвращаясь к жизни, и стала жить, чтобы со временем забыть все унижения и боль, что были до возвращения отца из тюрьмы, забыть момент аварии. Она пыталась старательно стереть из памяти образы матери и отца, которых вытащили из их машины в окровавленном виде после произошедшего. Едва вспоминала тот день, всё всплывало с новой силой, но боль от этого уже значительно притупилась. Стало как-то немного легче.

Прочитав сценарий профессора, девушка поняла для себя самой, что она была ни в чём не виновата, унижали, обижали и ранили её другие, а она оставалась сама, несмотря ни на что, чистой.

«Почему я должна страдать из-за того, что моя мать – проститутка, а отец – преступник? Ведь не я продавала своё тело за деньги, не я убила человека! Почему всегда загоняла себя в угол, едва слышала слова „веселье“, „молодёжь“, „клуб“, „вечеринка“, „компания друзей“? Почему я должна бояться своего прошлого? Бояться, что оно всплывёт? Ведь у каждого из нас людей есть свои скелеты в шкафах, своё прошлое, которые могут изменить круто жизнь любого человека. И что плохого в том, что я снимусь в роли своей матери? Ведь это только роль. Если я сыграю роль проститутки, это не значит, что я таковой являюсь на самом деле!» – уговаривала сама себя Ира.

Посмотрев на стрелки часов, которые показывали шесть часов утра, девушка подумала, что смело может отдохнуть целых полтора часа. Едва её голова коснулась подушки, она погрузилась в крепкий сон, сквозь который услышала чей-то беспокойный стук в дверь её номера. Кое-как распечатав глаза, Ира встала с кровати, и с усталостью открыла дверь, за которой оказался Пётр Валерьянович, увидевший девушку, у которой были растрёпаны волосы, сонное и уставшее лицо, произнёс:

– Ого! Ничего себе! С тобой всё в порядке?

– Да, а в чём дело? – ответила девушка, смотря на обеспокоенного мужчину, смущаясь под его взглядом.

– Как в чём? Нам давно пора ехать на съёмки, время уже девять часов.

– Как девять? О, Господи! Я проспала!

– А можно тебя спросить: во сколько ты спать легла?

– В шесть, – честно ответила Ира, бегая по своему номеру, собирая себе одежду и полотенце, чтобы сходить в душ и переодеться. – Простите меня! Я сейчас быстро соберусь и спущусь вниз.

– Хорошо. Я жду тебя в холле.

Профессор ушёл, закрыв за собой дверь с лёгкой улыбкой, от того, какой он застал девушку. Она показалась ему маленьким суетливым воробышком, мечущимся с ветки на ветки. Ему так хотелось подойти к ней и прижать к себе, сказав, чтобы перестала суетиться и расстраиваться из-за того, что проспала. Хотелось просто её приласкать, чтобы не видеть то, как она расстраивалась из-за всего происходящего с ней в данный момент. Но не мог себе этого позволить, не желая спугнуть свою музу и нимфу, зная, насколько она ранима и чувствительна.

Не прошло и пятнадцати минут, как Ира примчалась в холл, где её ожидал профессор, который отметил то, что девушка способна собираться чрезмерно быстро по сравнению с другими представительницами женского пола, которым на сбор необходимо было как минимум полчаса, а то и ещё больше. Они вдвоём сели в такси и поехали на место съёмок, где их уже все ждали и не начинали без главного человека, которым являлся профессор, съёмки.

При их появлении всё понеслось в своём череде, и Ира с интересом наблюдала за съёмками сцен, в которых снималась девушка в её роли. В одном из перерывов, Ира подошла к профессору и задала ему свой наболевший вопрос, который её очень мучал:

– Пётр Валерьянович, а кто будет сниматься в роли постоянного клиента со мной?

– Я, – ответил мужчина, как ни в чём небывало, не смея смотреть на свою собеседницу.

– Вы?!

– Ага. Прости, что не предупредил заранее, но что-либо менять уже поздно. Съёмки уже запущены и идут своим чередом.

– В этом есть кое-какие преимущества, – грустно произнесла Ира, смотря на суетящихся вокруг людей. – Лучше сниматься в постели с Вами, чем с каким-то другим чужим мужчиной. Но с другой стороны… – она замолчала, не желая говорить: «не хочу чувствовать Ваши прикосновения к своему телу, не хочу, чтобы Вы меня обнимали, не хочу, чтобы Вы меня целовали…»

Пётр Валерьянович перевёл свой взгляд со съёмочной группы на говорящую с ним Иру, не услышав от неё всё то, что она хотела сказать, но всё понял сам… Понял и понимал, что может причинить ей боль тем, что происходит сейчас на съёмках. Хотя сам с трепетом ожидал момента съёмок с ней, желая прикасаться к ней, чувствовать её тело, чувствовать её ответные прикосновения, сгорая от своих чувств к этой девочке, которая не знала по-настоящему искренней и настоящей любви, не знала, что мужчины могут причинять не только боль…

Проходили день за днём. Наступило время съёмок сцен с Ирой, которая ожидала их с трепетом и диким волнением.

– Ну, Вы и тяжёлый! – смеясь, сказала Ира, лёжа спиной на кровати с раскинутыми волосами по подушке и обёрнутой в простыню так, чтобы оставались незначительно открытыми груди и полностью обнажённые плечи, в то время как на ней сверху располагался Пётр Валерьянович, одетый лишь в одни семейные трусы, над которыми Ира, увидев их, долго смеялась, увидев на них несколько миленьких котят.

– А ты как хотела? Я ведь выше тебя ростом и здоровее тебя, – ответил мужчина, натягивая на свою спину простынь, чтобы скрыть то, что на их телах было прикрытие в виде одежды и постельного белья.

– Готовы? – крикнули им из-за камер. – Начали! – снова крикнул режиссёр, после чего Пётр Валерьянович начал целовать Иру в губы нежно, ласково, но с напором, отчего девушка сама стала его обнимать, не понимая при этом, что её тянет к этому мужчине, и почему хочется продолжить всё происходящее, но уже без камер и всех присутствующих вокруг них людей. Ни к одному мужчине её так не тянуло, не хотелось прерывать их наигранной сейчас связи и продолжить всё по-настоящему.

После таких съёмок, Ира брала спрятанные глубоко в шкафу её номера сигареты и выходила ночью на балкон курить, глотая слёзы от непонимания того, что с ней происходит и чего она хочет в данный момент. «Почему? Почему мне приятны его прикосновения и поцелуи? Я не люблю его! Не хочу, чтобы это было любовью! Он слишком стар для меня! Да и как я буду смотреть в глаза Катерине, если у нас эти съёмки перерастут во что-то большее? Это всё неправильно! Это всё не так как должно быть! Господи, за что мне такое испытание сейчас, когда я успела успокоиться после произошедшего со мной в прошлом? Побыстрее бы уже засняли весь фильм, и все уехали! Я не могу больше видеть его рядом с собой, я не хочу его видеть!!!» – думала она, куря сигарету за сигаретой в предпоследний день съёмок, сидя на полу балкона и глотая при этом слёзы, безостановочно текущие по её щекам.

Достав очередную сигарету, Ирина увидела боковым зрением, что к ней кто-то подошёл. Балкон был общим для всех номеров на этаже, и подойти к ней мог кто угодно. Но девушка по походке и обуви сразу же узнала, кто оказался возле неё – это был тот, о котором сейчас она сидела, думала.

– Это ещё что такое? – спросил он, вырывая из её рук сигареты с зажигалкой, выбросив их в стоящую рядом урну. – Ты чего это?

Ира подняла своё лицо по направлению к мужчине, который присел рядом с ней на карточки и заглянула в его глаза.

– Ты в порядке? Что у тебя случилось? Давай выкладывай!

Ира, не отрывая своего взгляда от лица мужчины, подтянулась и стала целовать его в губы, и как она и ожидала, Пётр Валерьянович не оттолкнул её, не стал сопротивляться, прижав её тело к себе, жадно впиваясь в её губы.

Но девушка спустя мгновение сама вырвалась из его объятий, поднимаясь на ноги, после чего подошла к перилам балкона, смотря сквозь них на то, что происходило внизу на улице.

– Вот из-за этого мне так плохо… – ответила Ира, больше, не смотря на Петра Валерьяновича. – Я предполагала, что эти съёмки так просто не закончатся для нас, для Вас… Вы воспринимаете меня не как актрису, а как женщину. Я этого очень боялась и это случилось! – Ира замолчала, заметив, что рядом с ними стоит Олег. Отвернувшись от мужчин, она спряталась своё лицо в ладонях. «Зачем он сюда пришёл? Он, наверняка, всё увидел и услышал!»

– Зачем ты позвал меня, отец? Чтобы я увидел, что ваша жизнь из фильма продолжается и вне съёмочной площадки?

– Ты неправильно всё понял! – начал оправдываться Пётр Валерьянович.

– Папа, ты оправдываешься? На тебя это совсем не похоже! И мне это совсем не нравиться! Ты взрослый мужчина и волен делать то, что тебе хочется!

– Я позвал тебя, чтобы поговорить с тобой! Я не думал, что Ира будет здесь!

Пока мужчины выясняли свои отношения, Ира скрылась в своём номере и закрыла балконную дверь на замок, чтобы к ней не смогли зайти те, от которых она сейчас спряталась в своей комнате. Вытерев свои слёзы, умывшись, нанеся лёгкий макияж, пошла прогуляться.

Дойдя до школы, которая находилась недалеко от гостиницы, Ира села там на лавочку. Вскоре возле неё появилась Катя, которая следовала за ней по пятам, увидев, что подруга была потерянной и расстроенной.

– Чего грустишь? – спросила Катерина.

– Плохо мне. Душа разрывается на части в очередной раз. Чего я боялась, на то и нарвалась. Но завтра последний день съёмок, потом вы уедите… И я очень надеюсь на то, что моё душевное равновесие восстановиться снова, вернув всё на свои места.

– Это из-за моего отца? – спросила снова Катерина, с грустью осознавая всю сложившуюся ситуацию. – Я знаю, что могу сейчас показаться тебе глупой и навязчивой, но не могу остаться со своими мыслями и догадками в стороне. Я знаю, чувствую и вижу, что мой отец к тебе неравнодушен. После всех событий, что произошли в нашей жизни за последние шесть лет после того, как ты появилась в нашей жизни, я вижу, что папа готов на всё ради тебя, готов выполнить любую твою прихоть и желание, лишь бы ты не страдала.

– И всё равно причиняет мне боль своим отношением к жалкому существу в виде меня. И мне не нужно, совсем не нужно его такое отношение ко мне! Я не хочу, чтобы он вообще испытывал ко мне какие-либо чувства! И я очень боюсь всего того, что сейчас происходит. Я уважаю твоего отца, очень уважаю! Но…

Ира достала из своей сумочки сигарету и закурила.

– Брось! – сказала Катя, вырвав у подруги закуренную сигарету. – Сигаретой делу не поможешь! Если ты не хочешь отношений с моим отцом, и не хочешь так же, как и я, чтобы он испытывал мучительно долгую боль, то должна придумать что-то, чтобы он переменил к тебе своё отношение! Надо сделать так, чтобы ты перестала его волновать, как женщина!

– Единственное и правильное решение этого вопроса – это то, что вы уезжаете, и я всячески буду стараться избегать встречи с твоим отцом. И, в общем, нам не стоит встречаться нигде и ни под каким предлогом.

– Нам? Ты больше не хочешь и меня видеть тоже?

– Катерина, милая моя, я не про тебя! Я про твоего отца и себя. С самого начала я не хотела сниматься с твоим отцом в сценах, в которых мы с ним снялись. Они все перенеслись в нашу реальность, твой отец хочет меня так же, как и в фильме.

– Ты останешься здесь? – спросила снова Катя, смотря, как подруга снова достала сигарету и закурила, но снова сигарета оказалась в урне от её рук.

– Я какое-то время побуду здесь, а потом возможно вернусь в Москву. Как только приеду, я сообщу тебе об этом. Завтра на съёмках твой отец похоронит меня. Может, похоронив меня на съёмках, он и чувства свои похоронит?

– Я тоже об этом подумала. Пошли в гостиницу?

– Пойдём, только давай зайдём в магазин? Я куплю себе вина. Хочу сегодня напиться.

Оказавшись в своём номере, включив тихо музыку, Ира села в кресло возле электрического камина с бутылкой вина и бокалом. Уже допивая вино, она увидела, что в её номер через балконную дверь, которую она открыла специально, чтобы в номер поступал свежий ночной воздух, вошёл Пётр Валерьянович.

– Я настолько противен тебе, что ты заливаешь все свои чувства алкоголем? – спросил мужчина, смотря на пьяную девушку.

– Всё намного сложнее, Пётр Валерьянович! – ответила Ира, наливая остатки вина из бутылки в бокал. – Я привязалась к Вам. Вы стали для меня родным человеком. Но то, что происходит на съёмках, меня пугает! Особенно меня пугает то, что Вам нравится меня обнимать и целовать. А я до съёмок сравнивала Вас со своим отцом и хотела, чтобы мой отец был таким же как Вы. Я жалела о том, что мой папа не был таким как Вы – добрым, отзывчивым, чутким и всё понимающим.

– Прости меня! – произнёс с сожалением Пётр Валерьянович, присев рядом с девушкой на подлокотник кресла. – Обещаю тебе, что я изменю своё отношение к тебе. Я постараюсь это сделать, чтобы не причинять тебе боль… – Мужчина наклонился к девушке и поцеловал её в лоб, так как всегда целовал свою дочь Катерину. – Спокойной ночи тебе, девочка моя! – сказал он и вышел обратно на балкон, оставив девушку одну со своими переживаниями.

Проснувшись утром, Ирина приняла души, надела лёгкое летнее платье и спустилась в холл гостиницы, где встретила Катерину.

– Доброе утро! – произнесли они одновременно и засмеялись. – Как отдохнула? – спросила Катерина.

– Хорошо! Я сегодня выспалась!

– Доброе утро, – услышала Ира над своим ухом голос Петра Валерьяновича, отчего вздрогнула, чувствуя, как по её коже побежали мурашки. Мужчина поцеловал Иру в висок, а дочь в лоб. – Пойдёмте завтракать, нам скоро ехать на съёмки.

Дружной компанией они отправились завтракать, Ирина при этом поглаживала себя по плечам, желая снять со своего тела предательскую дрожь, но это не помогало, так как Пётр Валерьянович почти не отводил от неё взгляда, заставляя продолжать дрожать от его присутствия рядом, от его взглядов, брошенных в её сторону.

После завтрака вся съёмочная группа отправилась на съёмки. И когда объявили, что запись фильма окончена, все отправились отмечать этот повод в ресторан гостиницы, в которой все жили. Бабушка и дедушка Ирины успели подготовить праздничный стол к их возвращению.

Выпив немного вина со всеми, Ирина тихо и незаметно ушла в свой номер, где у неё уже были собраны чемодан и сумка, но тщательно спрятанные в шкафу. Едва оказавшись в номере, она стала осматриваться для того, чтобы убедиться, что не забыла в этом помещении ни единой своей вещи.

– Когда ты успела уйти он нас? – услышала она голос профессора за своей спиной, который взял её за руку и повернул к себе лицом. – Почему ты избегаешь меня?.. Почему ты молчишь?.. Ты не можешь привыкнуть ко всему происходящему с тобой в последнее время?

Глава 7

– Пётр Валерьянович, отпустите, пожалуйста, мою руку! – попросила Ира.

Но профессор не повиновался, лишь сжимая её руку ещё сильнее, чтобы она не смогла вырваться и сбежать.

– Я чувствую, что теряю тебя! – произнёс Пётр Валерьянович, осторожно и медленно обнимая девушку. – Я боюсь тебя потерять! – продолжил он, целуя её в лоб. – Я не хочу тебя потерять! – медленно и внятно проговаривая каждое слово, продолжал говорить мужчина. – Моя жизнь будет одинокой и пустой без тебя!

– Пётр Валерьянович, выпустите меня! Отпустите меня из своей клетки! Мне трудно жить рядом с Вами! Мне больно жить рядом с Вами!

– Пошли с нами на речку, – вдруг как ни в чём небывало, произнёс Пётр Валерьянович.

– Хорошо, только сначала выпустите меня из своих объятий!

Мужчина разжал свои руки.

– Прости… Так ты пойдёшь с нами купаться?

– Да, только мне нужно собраться.

– Мы будем ждать тебя на берегу реки, – сказал мужчина и ушёл, оставив девушку одну, со своими горестными размышлениями и дрожью в теле.

Ира простояла ещё какое-то время в замешательстве, пытаясь унять весь ураган своих чувств. Отогнав их, она медленно переоделась в купальник и сарафан, взяв полотенце, отправилась на реку, на которой уже вовсю веселилась подвыпившая съёмочная группа. На берегу, в стороне от всех, сидела Катя, пристально наблюдавшая за всем происходящим словно надзиратель. Ира пристроилась с ней рядом, раскинув на травку своё полотенце и присев на него.

– Не боишься, что твоему отцу может стать плохо в воде от перенапряжения за последние дни и от выпитого спиртного? Да и к тому же вода мне кажется сегодня холодная. Он у тебя всё-таки уже давно не мальчик, – спросила Ира, смотря на реку, в которой в середине маячила голова профессора.

– Он уже взрослый, как ты сама же говоришь, и не станет слушать свою строптивую дочь. У него есть своя голова на плечах, – ответила Катерина, смотря на реку кишащею людьми.

– А ты чего не купаешься? – спросила Ирина, уже наблюдая за Олегом, который к ним в данный момент приближался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.