Валерий Радугин
Степные Робинзоны

Глава 1. Знакомство

Меня зовут Лавров Александр Иванович. Родом я из Оренбуржья. Служил я там же в Оренбурге. Дослужился до штабс-капитана. Мой отец пробился из простых солдат. Он прибыл служить сюда после востания Емельки Пугачева, в подавлении которого он активно участовал. Тут он встретим мою мать и остался на всегда.

Моим учителем был старый солдат. Звали его Иван Иванович Простаков. Он служил в Оребурге простым солдатом. Потом вышел в отставку. Его приметил мой отец. Он предложил Ивану Ивановичу стать моим наставником. Иван Иванович знал грамоту и не только. У него было чему поучится. Он обучал меня фехтованию и стрельбе из огнестрельного оружия. Иван Иванович был человек спокойного и рассудительного нрава. Он любил по-рассуждать, никогда не повышал голоса. С ним было интересно. Он всю жизнь провел в Оренбурге. В Оренбугре служили люди разных национальностей. Среди них были иноземцы. Иван Иванович любил учится и имел хорошую память. Он освоил несколько иностранных языков. Все эти знания он передал мне. Поскольку Оренбург пограничный город и по службе Ивану Ивановичу приходилось часто общатся с с оседними племенами: башкирами и казахами. Он выучил эти языки и увлекся их культурой. Особенно он уважал казахов. Он рассказывал мне о них:

– У нас их называют киргиз-кайчаками. Чтобы не путать с казаками, они называют на тюрский манер казахи. Как дусаешь что означает это слово? Это слово состоит из дву частей: «ка» и «сах». Что значит приставка «ка»? Оказывается, в древнетюркских языках это короткое слово означало «великий». «Сах» означает «бдительный», «осторожный». Казах можно перевести как великий не зависимый человек. Казахи отличаются мягкостью нрава, добродушием и гостеприимством. За что им много досталось от соседей. Не даром они запросились под защиту России.

В 1730 году Абулхайр и его сыновья Нуралы и Ералы, которые устали от набегов джунгар, обратились к российской императрице Анне Иоанновне с прошением о распространении российского подданства на казахов Младшего жуза. В 1731 году это прошение было удовлетворено. В 1732 году российской императрице присягнул хан Среднего жуза Самеке. Ханы Младшего и Среднего жуза обязались охранять российские границы, содействовать российским военным, политическим и торговым интересам на подвластной им территории и платить ясак «кожами звериными». В обмен российские власти гарантировали казахам Младшего и Среднего жуза защиту от разорительных набегов джунгар и башкир.

Глава 2. История родного края

Иван Иванович рассказывал историю родного края. Гдето сам был свидетелем что-то слышал от своего отца.

Необычна судьба Оренбурга. Еще царь Петр I планировал укрепить восточные рубежи Российского государства, но этим планам суждено было сбыться лишь в 40-х годах XVIII века. При Анне Иоанновне, в 1731 году хан Абулхаир и подвластные ему казахские народы попросили российского подданства. Императрица приняла их, а для защиты границ приказала построить на юге город. Первый камень в основание города был заложен ещё при императрице Анне Иоанновне в междуречье Яика и Сакмары. Именно с той поры началась история столицы многонационального степного края.

Трижды город переносили. Изначально строительство Оренбурга началось в долине реки Яик в устье реки Орь. Он строился в 1735 году как город-крепость для защиты юго-восточных границ России. По реке Орь и возникло название. Место выбрал начальник Оренбургской экспедиции И.К. Кириллов. Позже этот пост занял В.Н. Татищев, которому решение предшественника не понравилось. Весной местность затапливалась. В 1741 году город заложили ниже по течению реки Яик в урочище Красная Горка. Новый начальник И.И. Неплюев в 1742 году выбрал уже третье место. Город находится на реке Урал, близ устья его правого притока Сакмары. Таким образом, годом основания Оренбурга считается 1743 год. А на месте первоначального основания Оренбурга стоит город Орск.

Крепостные сооружения самого Оренбурга имели форму многогранника, с выдвинутыми десятью бастионами и двумя полубастионами, глубоким рвом и земляным валом общей длиной более пяти верст. В крепости было четверо ворот: Сакмарские – на севере, Орские – на востоке, Чернореченские – на западе и Яицкие, или Водяные, – на юге. Город имел регулярную планировку и был разбит на кварталы двадцатью пятью прямолинейными улицами, проложенными крест-накрест. В самом городе был построен Гостиный двор, а за его пределами, за Яиком – Меновой двор (на нем велась торговля преимущественно с казахами, основным меновым товаром которых были лошади и овцы.

Одновременно с основанием Оренбурга создавалась укрепленная пограничная линия по Яику, его притокам и другим рекам, представлявшая собой цепь ново построенных крепостей, форпостов, редутов и простиравшаяся почти на 2500 км. Она, по замыслу правительства, должна была обезопасить юго-восточные рубежи страны, оградить население и торговые караваны от набегов кочевников. Регулярных войск здесь было крайне мало, и они обходились государству дорого, поэтому решено было сделать ставку на создание в крае иррегулярных, казачьих войск.

В 1755 году было создано Оренбургское казачье войско. За крепостной стеной стали селиться казаки, это восточное предместье назвали Форштадтом. Так в середине XVIII в. возникло Оренбургское казачье войско. Основу его составили переведенные в 1743-1744 гг. в Оренбург и Бердскую пригородную слободу 550 городовых казаков и дворян из Уфы, Самары. Кроме того, по ходатайству И. И. Неплюева «высочайшим» указом от 27 июля 1744 г. в оренбургские казаки были зачислены все пришельцы, беглые, самовольно поселившиеся в ново-построенных крепостях по линии. В 1748 г. был образован Оренбургский нерегулярный корпус, учреждена должность войскового атамана. Первым войсковым атаманом оренбургских казаков стал сотник самарских городовых казаков Василий Могутов. В составе нерегулярного войска были также исетские, яицкие, донские, малороссийские казаки, ставропольские крещеные калмыки.

Во время Крестьянской войны более 5 месяцев Оренбург находился под осадой армией Пугачева. С 5 октября 1773 года по 23 марта 1774 года. Это было тяжелейшее время для жителей города, многие погибли, в том числе от страшного голода. Взять Оренбургскую крепость Пугачев так и не смог. Кстати, его штаб размещался в соседнем поселке Берды. После разгрома пугачевцев императрица Екатерина II переименовала Яицкое казачество в Уральское, реку Яик – в Урал, а Оренбургу подарила крест Андрея Первозванного, изображенный на городском гербе.

С 1802 г. Оренбург стал уездным городом, все гражданские губернские учреждения снова возвратились в Уфу, где был центр губернии, но резиденция и управление военного губернатора остались в Оренбурге, что существенно влияло на дальнейший рост и благоустройство города. После войны 1812 г. к западу от крепости появилось второе предместье города – Голубиная, или Солдатская, слободка. Первое время в ней селились преимущественно солдаты, затем – беднейшие слои населения.

Особенным Оренбург можно назвать и потому, что располагается он одновременно в двух частях света: Европе и Азии. С момента своего возникновения Оренбург выполнял важные государственные задачи: защищал юго-восточные рубежи России; был международным торговым центром, проводником евразийской политики российского государства. Здесь проходил Великий шёлковый путь;

Основное население Оренбурга составляли: солдаты, казаки и купцы. Казаки кроме охраны границ занимались торговлей.

Глава 3. Степной раздор

Возвращаюсь к своему рассказу. Все это случилось в 1830 году. Я в то время был уже на службе. С отрядом солдат и сопровождении казаков я направился на один из отдалённых кордонов в степи. Я уже не помню цели этой экспедиции.

В то время в степи было не спокойно. Казаки во время похода обсуждали положение дел в округе. Я невольно слушал эти разговоры и мотал на ус. По степи бродили банды хивинцев и туркмен. Доставалась русским купцам и крестьянам. Да казахские пастухи тоже страдали от набегов. Чуть за зазеваешься и попадёшь в лапы к хищникам.

Хива была одним из главных невольничьих рынков в Центральной Азии. Торговали в основном персами и русскими рабами. В продолжении почти ста лет грабежи и набеги как хивинцев, так и туркменов не прекращались и ежегодно уводилось в рабство и продавалось на рынках Хивы, Бухары и Коканда около 200 человек русских людей.

Особенно доставалось от туркмен. В физическом отношении туркмены весьма богато одарены. Они высоки ростом, крепкого телосложения и выносливости.

Нападают всегда или в полночь, если идут в населенное место, или с восходом солнца, когда нападают на караван или неприятельское войско. Казаки говорили:

– Где туркмен – там нет мира!

Туркмены бросаются на свою добычу неожиданно, отдельными отрядами и разом с нескольких сторон. Нападали туркмены так же на персов и хивинцев. Тактика простая. Скрываясь до наступления темноты, туркмены в сумерки внезапно врывались в деревню, стараясь поспеть к минуте загона в деревню скота; лезли на стену, резали сопротивляющихся, вязали беззащитных. В тоже время скот отгонялся в заранее условленное место. В случае неудобной для конного набега местности, туркмены спешивались, подползали ночью к стенам и на рассвете штурмовали их по лестницам. Во всех этих набегах у туркмен выработалась чрезвычайная способность к одиночному бою холодным оружием, а также способность и любовь к бою ночью"

Прекрасные лошади туркменов позволяли им проходить огромные расстояния, появляться и исчезать внезапно. Пленных продавали в Турцию и Хиву.

Глава 4. На кордоне

Казаки и солдаты опасались засады. Я же не видел ничего опасного. В степи попадались только мирные казахские пастухи. К вечеру отряд прибыл на кордон. Есаул Лукьян Белоконь и ефрейтор Павел Щерба расставили караулы.

Ночью на кордон напали туркмены. Они подкрались к караулу и вырезали всех. Без единого звука. Один из казаков вышел по нужде и заметил туркмен. Он заорал:

– Тревога!

Он успел выстрелить в них и разбудить всех. Один из туркмен метнул в него пику. Туркмены ворвались на кордон. Били без разбору.

Я выскочил из дома с шпагой в руке. Сонные казаки и солдаты стреляли в напавших туркмен. Два казак успели вскочить в седла и перемахнуть через забор. Они секли напавших на них туркмен шашками и отстреливались. Есаул крикнул:

– Не стрелять! В своих попадем! Шашки к бою.

Я стал собирать солдат. Я орал:

– Кучнее, ребята! Не разбредайтесь. Раненые назад. Заряжайте пистолеты.

Павел Щерба помогал мне:

– В укрытие! Стреляйте. Прячетесь за домами.

Я закричал:

– Не дайте им опомнится. Вы двое выкатывайте телегу. Прячьтесь за нее.

Все это было бесполезно. Туркмены обходили нас со всех сторон. У нас было много раненых. Раздались крики:

– Обходят. Подмога не успеет.

Мы прижались к домам. Отстреливались. Было много раненых. Я был в отчаянии. Рядом со мной бились Павел Щерба и есаул Лукьян Белоконь. Лукьян зло сплюнул:

– Как чувствовал! Печёнкой чувствовал что-то не то.

Конный отряд туркмен ворвался в наши ряды. Меня ранили в плечо. Я упал. Казаки и солдаты бросились в рукопашную. Я потерял сознание. Когда очнулся то увидел, что туркмены повалили на землю оставшихся в живых солдат и казаков и всех связали.

Глава 5. В плену туркмен

Нас гнали как скот через степь. Среди пленных я видел своих солдат: ефрейтор Павел Щерба; Степан Царев; Матвей Ладыгин; Михаил Маевский; Семен Хряк, Артем Гуляков и Петр Хренкин. Рядом шли казаки, которые нас сопровождали в этой экспедиции. Пока нас вели я познакомился с казаками и сдружился с ними. Нам удавалось перекинутся между собой парой слов. Вот имена моих друзей оренбургские казаков: есаул Лукьян Белоконь, Фрол Фетисов, Кондратий Жидков, и Наум Черячук. Уральские казаки: Корней Степнов, Прохор Кочетов, и крещеный калмык Василий Калмыков. Кроме казаков и солдат я видел казахских крестьян, которые тоже попали под раздачу.

Один из казаков Петр Хренкин понимал туркменский язык. Он переводил их разговоры. Из разговоров узнали, что нас хотят отвести к Каспийскому морю и отправить на судне, а дальше продать туркам. Солдат Степан Царев вздохнул недовольно:

– Вот судьба! Заведут туркмены с турками куда Макар телят не гонял.

Матвей Ладыгин зло сказал ему:

– Не ной! Без тебя и так тошно!

Казак Фрол Фетисов сказал:

– Тикать надо. Пока не добрались до моря.

Артем Гуляков спросил:

– Как тикать? Легко сказать, тикать!

Фрол Фетисов ответил:

– Верхом на палочке! Ночью веревки перегрызть захватит коней и деру.

Артем Гуляков удивился:

– Как у вас казаков все просто!

Планам казаков не было суждено сбыться. Туркмены заподозрили что-то. Ночью казаков и солдат разделили и зорко следили за ними. Через несколько дней нас привезли небольшое село на берегу моря и погрузили на небольшое парусное судно. Пленных посадили на весла. На этой неуютной лодке нас перевезли на турецкую сторону.

Турки опять на гнали нас к Черному морю. Мы даже не догадывались что нас ждет впереди.

Глава 6. На турецкой галере

Турки погрузили нас на галеру. Сколько мы плыли я не помню. Путь был примерно такой: Средиземное море, Гибралтарский пролив, Атлантический океан и Индийский океан. Везли нас на какую-то плантацию.

Пленникам жилось на галере плохо. Здесь кроме казаков, солдат и казахских крестьян были люди разного сословия и происхождения. В одно углу сидели персы. Казаки и солдаты держались вместе. Солдаты поняли сразу что у них одна опора – это казаки. По ближе к ним держались, и казахи. Хоть и побаивались казаков. Остальные пленники ли держались подальше от всех либо сбивались малые кучки.

Моя рана быстро давала знать. Начала гноится. Сказывалась тяжёлая работа и гряз которая нас окружала. Павел Щерба говорил мне:

– Эх! Были бы мы на земле я бы в раз вылечил бы вас.

Щерба был у нас вместо знахаря. Он много знал и понимал в этом. Он бережно за мной ухаживал. Он промывал мою рану и бережно ее перевязывал.

Турков мало волновали пленники. Они плохо нас кормили. Били и ругались скверными словами.

– Работайте, собаки. Живы и то спасибо скажите.

Одни пленники сдерживали себя и молчали. Другие молча скрепили зубами. Только казаки отвечали на грубость матом. Им больше всех доставалось. Корней Степнов как-то ответил на очередной удар:

– Бей собака. Казачий дух не перебьешь! Можешь сколько угодно бить казаков, но мы не покоримся. Попадись ты мне на степном просторе я с тобой поговорил по-казацки.

Корнея остудил есаул Лукьян Белоконь:

– Терпи казак, атаманом будешь! Дай время, Корней! Поквитаемся мы с ними сполна.

– У тебя есть надежда?

– Надежда есть всегда!

Корней попал случайно к туркменам. Он с Прохором Кочетовым держал путь к Оренбургу. Остановились на ночлег у знакомого казаха. Туркмены напали неожиданно. Только Корней, Прохору и Василию Калмыкову удалось выжить в этой сечи. Так и оказались с нами на турецкой галере.

Глава 7. Казбек и казахские товарищи

Казахские друзья по несчастью сначала с опасной смотрели на казаков и солдат. Они тихо переговаривались между собой. В основном это были простые пастухи. Но среди них выделялся один. Он был высокого роста и широкоплеч. По его виду можно было предположить, что он был не простой пастух, а воин. Причем хороший воин. Это приметили казаки и опытные солдаты. Он быстро завоевал доверие среди соотечественников те его слушались. Он с интересом поглядывал в нашу сторону. Однажды, когда мы сидели в трюме и отдыхали после работы, казак подошел и сел рядом со мной. Он заговорил со мной по-русски:

– Как ваше здоровье, командир?

– Спасибо! Намного лучше!

– Вы офицер?

– Да!

– Как вы думаете куда нас везут?

Я внимательно посмотрел на казаха и сказал:

– Черт его знает. Ты что такой бледный?

– Я воин! Я привык к седлу, чистому степному воздуху. А тут ком в горле стоит. От солёного воздуха глаза режет.

Солдат Степан Царев вставил:

– У меня тоже.

Казак Прохор Кочетов пояснил:

– Это качка. На мое всегда так! Кто в первые на мое всегда себя чувствуют себя плохо. Моряки называют это морской болезнью.

Павел Щерба спросил:

– А ты откуда знаешь все это?

– Бывал с казаками на Каспийском море.

Казах с интересом слушал наш разговор. Мне начал нравится он. Я спросил его:

– Как зовут, джигит?

– Казбек. Это имя можно перевести как справедливый и могучий.

– Как в плен попал?

– Я служил у султана. Он меня послал в Оренбург для охраны купцов. Я часто там бывал. На пол пути напали туркмены. Караван разграбили. Воинов моих убили. Только троен остались.

Казбек показал на трех казахов, которые сидели рядом с ним. Казбек представил их:

– Вот знакомитесь. Мои войны: Серик, Али и Махамбет.

Я поздоровался с войнами Казбека. Они были похожи на Казбек такие же сильные и выносливые. К нам подошел казах по старше. Он тоже протянул мне руку и сказал:

– Меня Исатай зовут. А это мои сыновья: Мурат и Тимур. Тебя как зовут?

– Меня зовут Лавров Александр Иванович. Для друзей можно просо Саша. Это мои верные солдаты и казаки.

Я замети еще одного парня он сидел вместе с казахами. Разговаривал мало больше слушал. Я спросил его:

– А тебя как зовут?

– Булат. Я башкир!

Лукьян Белоконь сказал:

– Хорошо, что познакомились. А то как-то не уютно. Молча смотрите на нас.

Казбек ответил за всех

– Побаивались казаков чуть-чуть. Разное говорят про вас.

Лукьян хлопнул его по плечу и ответил:

– Не бойтесь! Мы не друзей не нападаем. Нам держаться надо вместе. Все в одной упряжке.

Казбек сказал:

– Это верно! Что думаешь делать Саша?

– Не знаю. На корабле не с руки воевать. Мало нас, если даже все получится, то как управлять кораблём? Многие не умеют даже плавать.

Несколько солдат и казахов кивнули головой подтверждая мои слова. Щерба спросил:

– А там куда они нас везут вы думаете будет лучше.

– Не знаю скорее всего там будут еще пленные. Вместе что-нибудь придумаем. Положимся на судьбу.

Глава 8. Нападение пиратов

Судьба распорядилась так что мы покинули корабль раньше, чем предполагали. Судьба подкинула новое испытание. Турецкая галера вошла в индийский океан.

Казаки Василий Калмыков и Фрол Фетисов неплохо знали турецкий язык. Они слушали разговоры турок и потом пересказывали их нам. Перед турками они ломали дурака делая вид что ничего не понимают. Пленные посмеивались над казаками, но были благодарны им.

Неожиданное происшествие изменило все. Мы оказались в самые гуще события. В это утро нас насторожил звук выстрела пушки. Турки на верху забегали. Казбек спросил:

– Что это?

Павел Щерба ответил:

– Похоже пушка выстрелила.

Один из солдат спросил:

– Что случилось?

– Не знаю.

Турки бегали и суетились, их капитан отдавал приказы. Фрол Фетисов разобрал несколько слов.

– На горизонте корабль. Это он стрелял. На корабль напали пираты.

Солдат Михаил Маевский недовольно сказал:

– Этого еще не хватало!

Я ответил:

– Погоди! Может быть это нам на руку.

Есаул спросил:

– Почему так говоришь? Что ты задумал?

– Враг моего врага – мой друг! Если победят пираты, то есть шанс договорится с ними.

– Ты думаешь, что пираты лучше турок?

– Не знаю. Но есть шанс! С пиратами можно договорится.

Казбек спросил:

– Кто такие пираты?

Павел Щерба ответил:

– Морские разбойники.

Артем Гуляков сказал:

– Хрен редьки не слаще. Что пираты, что турки, нам слаще не будет.

Казбек сказал:

– Турок мы знаем, а вот пиратов нет. Я согласен с капитаном. Можете на меня и моих людей положится.

Казахи подтвердили слова Казбека кивком. Казаки тоже подержали меня. Солдатам было все равно. Остальные пленные отошли по дальше от нас.

Мы внимательно слушали что происходит на верху. Еще раз рявкнула пушка. Видимо корабль пиратов приближался. Через некоторое время раздался залп из ружей и началась атака пиратов.

Разгар боя. Турки бегали кричали. Я подмигнул есаулу. Один из казаков выставил ногу и один из турок упал. На него кинулись казаки. Второго турка толкнул казах Али. Тот отлетел прямо в руки солдат. Матвей Ладыгин цепью придушил его. Петр Хренкин вытащил из-за пояса убитого пистолет и выстрелом перебил цепь. После этого забрал ключи и раздал их пленникам. Освободившись от кандалов, мы бросились наружу. На звук выстрела прибежали остальные стражники. Загремели еще выстрелы. Еще трое турок упали. Фрол Фетисов и Павел Щерба, вооружённые саблями убитых стражников, бросились на оставшихся в живых стражников. Те были потрясены происходящим что не успели даже поднять свои сабли.

Солдаты казаки и казахи кинулись на стражу. У стражи забрали оружие. Павел сунул мне в руку саблю. У нас было пять сабель и столько же заряжённых пистолетов. Остальные вооружились цепями.

Мы вырвались на палубу и ударили по туркам с тыла. Казаки и солдатами били цепями, стреляли из пистолетов и рубили саблями. Пираты напирали. Наш удар с тыла завершил бой.

Когда я увидел, что почти все турки побиты, а вокруг нас одни пираты, то приказал сложить оружие. Капитан пиратов видел все происходящие и приказал нас не трогать. Мы столпились у борта. Пираты хозяйничали на судне.

Глава 9. Разговор с атаманом пиратов

К обеду бой был окончен. Оставшихся в живых турок и нас поставил у борта. На палубе собрались все пираты. Они с интересом смотрели на нас, вперед вышел статный бородатый пират. Я понял, что он был у них атаманом.

Он произнес несколько слов. Я стал проводить товарищам. Атаман пиратов заявил, что судно захвачено отважными пиратами под командой Кровавый Джон. После этого, но подошел к нам и осмотрел нас с ног до головы. Он спросил:

– Кто из вас говорит по-английски?

Я сделал шаг вперед. Тот глянул на меня и спросил:

– Кто вы? Откуда?

– Я русский офицер. Мы из России. Из Оренбурга.

– Не слыхал об таком городе. Где он находится?

– На юге России.

– Что делаете на этом судне?

– Мы были в плену.

– Вот как! Хорошо воюете. Вовремя вы напали на них с тыла.

Атаман кивнул на пленных турок. Я ответил:

– Враг моего врага – мой друг!

– Хорошо сказано! Хорошо деретесь.

Атаман пиратов прошел вдоль нашего ряда. Он остановился перед Казбеком и его товарищами. Казбек гордо смотрел на пирата. Атаман пристально посмотрел на него и спросил:

– А это кто? Тоже русский?

– Он казах. Они наши друзья. Степной народ. Вольный и гордый.

Атаман пиратов сказал несколько довольно грубых шутливых выражений. Пираты засмеялись. Я промолчал. Я решил не злить пиратов. У меня еще была надежда. А вот Казбек задыхался от злости. Он повернулся ко мне и спросил:

– Что он говорит?

– Зубоскалит. Шутит. Не обращай внимание.

А атаману пиратов я сказал:

– Они прекрасные войны. Они да казаки защищают границы нашей империи.

– Казаки? Казахи? Ничего не понимаю! Что у вас там за народ?

– Вам этого не понять. Надо вырасти в России чтобы понять это.

Атаман пиратов пожал плечами и сказал:

– Мне все равно как вас называть. Будите мне служить?

Все смотрели на меня вопросительно. Павел спросил:

– Что он хочет?

– Чтобы мы ему служили?

Лукьян Белоконь вспылил:

– Чтобы казаки этим душегубам служили? Не дождутся.

Казбек добавил:

– Моя гордость не позволяет служить таким людям.

Один из солдат из-за спины добавил:

– Пусть лучше убьют. Меня от моря уже тошнит.

Я сказал:

– Тише вы!

Атаман пиратов смотрел на нас. Он ждал ответа. Я собрался с мыслями и ответил:

– Я вам скажу честно. Мы все выросли в степи. Мы все люди степные. Мы не привыкли к морю и морскому воздуху. Нас укачивает на волнах. Мы плохо себя чувствуем на море. Вы же не хотите, чтобы мы изгадили ваш прекрасный корабль.

Моя шутка понравилась атаману. Тот засмеялся. Засмеялись и пираты. Атаман смеясь ответил:

– Люблю, когда со мной говорят честно! Люблю веселых людей. Хорошо я не буду вас неволить. Только до берега вам самим придется добираться. Сейчас спустим шлюпку и все, кто хочет может в нее спустится. Дадим вам провизии и немного оружия.

Я поблагодарил атамана и перевел его ответ товарищам. Решение атамана пиратов понравилось всем. Все только и жаждали по скорее покинуть корабль.

Глава 10. В шлюпке

Атаман пиратов видимо был в прекрасном расположении духа. Он приказал спустить шлюпку и принести туда запас воды и еды. Также он приказал дать нам бочонок пороху, свинец и десяток ружей.

Он сказал мне:

– Не хочу, чтобы вы померли с голоду. Добрый я сегодня.

Я еще раз поблагодарил атамана. Я, казаки, солдаты и казахи спустились в шлюпку. Казаки сели за весла. Пираты оттолкнули шлюпку. Под свист выкрики пиратов мы отчалили от корабля. Казаки налегли на весла. Я с солдатами стал рассматривать то что нам оставили пираты.

Пираты нам оставили: топор, две шпаги, три сабли, пару ножей, тесак, пять ружей, четыре пистолета, мешок сушеной рыбы мешок сухарей бочонок соленой рыбы, мешок пшеницы, канаты два паруса и мачту. Щерба сказал:

– Да тут ружья.

Артем Гуляков предложил:

– Вот бы пальнуть в пиратов.

Я ответил:

– Даже не думай! Они только этого и ждут. Враз из пушек врежут. Одни щепки останутся.

Я взял себе шпагу, а вторую отдал ефрейтору. Сабли забрали себе есаул, Фрол Фетисов и Казбек. Топор я вручил самому сильному и крепкому солдату Матвею Ладыгину. Ружья я вручил самым метким солдатам: Степану Цареву и Михаилу Маевскому. Оставалось еще три ружья. Я спросил есаула:

– Кто у нас самые меткие стрелки?

Белоконь ответил без раздумья:

– Конечно же Кондрат, Прохор и Корней.

Я отдел оставшиеся ружья Кондрату Жидкову, Корнею Степнову и Прохору Кочетову. Тесак забрал башкир Булат. Ножами вооружились братья Мурат и Тимур. Пистолеты я отдал оставшимся солдатам и казакам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.