Империя котов. Властители звёзд
Сборник фантастических рассказов

Литературно-художественное издание

Редактор-составитель Павел Беляев

Художник Татьяна Некрасова

© Беляев П. Ю., составление, 2025

© Издательство «Союз писателей», оформление, 2025

© ИП Соседко М. В., издание, 2025

Пролог

В далёком уголке Вселенной, на планете N, собрались лучшие умы инопланетной цивилизации. Их цель была амбициозной: создать идеальный мир, который станет полигоном для экспериментов и наблюдений. После долгих обсуждений и расчётов они выбрали маленькую голубую планету в Солнечной системе – Землю.

Ицы решили, что для успешного наблюдения за экспериментом им нужны агенты, которые смогут незаметно жить среди людей и передавать всю информацию обратно на N. Так появились кошки – идеальные передатчики. Они были милыми, пушистыми и вызывали у людей только положительные эмоции. Никто и не подозревал, что за этими невинными глазами скрывается сложная система наблюдения.

Каждый дом, каждая квартира, где жила кошка, становились центром сбора данных. Кошки наблюдали за людьми, фиксировали их поведение, эмоции и поступки. А когда они «зависали», их глаза становились неподвижными, а уши слегка подёргивались – это был момент передачи данных.

Многие люди замечали странное поведение своих питомцев, но списывали это на кошачьи причуды. Никто не догадывался, что в эти моменты их жизнь становилась частью большого эксперимента.

Однажды в маленьком городке мальчик по имени Паша заметил, что его кошка слишком часто «зависает». Он решил провести собственное расследование. Мальчик начал записывать все моменты, когда Мурка становилась неподвижной, и вскоре обнаружил, что это происходит в определённые часы дня.

Однажды ночью, когда все спали, Паша следил за кошкой и увидел, как она подошла к окну и, глядя на звёзды, начала тихо мурлыкать. В этот момент её глаза засветились странным светом, и мальчик понял, что его кошка не просто питомец.

Он попытался рассказать об этом родителям, но они лишь посмеялись и сказали, что у него слишком богатое воображение. Но тот не отчаялся. Он начал изучать поведение других кошек в округе и вскоре понял, что все они ведут себя одинаково.

Теперь Паша знал правду: наша планета – полигон для экспериментов инопланетян, а кошки – их передатчики. Он решил, что однажды появятся люди, которые расскажут свои истории о кошках, и тогда он соберёт их в одну книгу и мир наконец-то поймёт, что существует Империя котов. И кто знает, может быть, им удастся раскрыть великую тайну и изменить ход истории человечества.

А что вы знаете о кошках?

Мария Соседка

Иван Кустовинов
Пятигорск

Лето в деревне

– Котик! Коти-и-ик! Иди сюда-а-а-а! – настойчиво тыкая палкой, пыталась уже минут двадцать выудить из-под машины ярко-рыжего соседского кота Елизавета, девочка семи лет с копной тёмно-русых волос и белыми кефирными усиками.

Лизочка приехала к бабуле с дедулей на всё лето в деревню, дабы её бедные измученные родители хоть немного могли от неё отдохнуть и перестать глотать пачками таблетки от головной боли. Как вы понимаете, не было ребёнка на свете милее, чем этот маленький дьяволёнок, в первый же день разгромивший дедов гараж и сваривший в кастрюльке бабушкин любимый выходной сарафан вместе с не менее любимыми антикварными часами.

– Коти-и-ик, выходи-и-и! – продолжая елозить возле морды забившегося в самый дальний угол кота, елейно приговаривала девочка.

Но кот не сдавался, он упрямо продолжал отсиживаться в своём недосягаемом для Лизы месте, тараща на неё свои большие жёлтые глазюки.

– Ну погоди ж ты у меня! – угрожающе показав усатому кулак, пригрозила она, после чего быстро исчезла.

Было ясно, что Персику, так звали соседского котяру, теперь несдобровать.

Уже спустя пять минут Лизочка, изрядно запыхавшись, заглянула под машину снова.

– Ага, тут ещё, ну держись, – зловеще посмеиваясь, изрекла Елизавета и подкатила поближе старый огнетушитель, который она ещё вчера вечером заприметила в сарае у бабы Нюры, хозяйки кота.

Направив шланг в сторону кота, девочка с горящими глазами, в которых словно светились дьявольские огоньки, сжала в руках рычаг.

Послышалось шипение, а потом из баллона струёй ударила пенящаяся жидкость, очень скоро, однако, иссякнувшая.

– Старьё! – недовольно изрекла Лиза, откатывая красную банку.

Сделав это, она вновь заглянула под машину посмотреть, что сталось с котом.

Кота, впрочем, там почему-то не оказалось, только лужа белой пены да новый дедов башмак, запущенный ещё в самом начале в Персика.

Изначально довольное лицо ребёнка сменила озадаченная маска.

– Куда же это он делся? – задалась вопросом она, рассеянно растирая по всему лицу свои кефирные усики.

Однако почти сразу же Лиза вновь просияла.

– Его разъело! – восхищённо воскликнула девочка, потирая ручками.

– Лиза-а-а-а, домо-о-ой, обе-е-е-едать! – раздался неподалёку из окна истошный голос бабушки Нины.

– Ну, вот опять, – сердито пробурчала Лиза и крайне неохотно поплелась домой.

Уже дойдя до покосившегося старого домика с зелёной облупленной краской, она взглянула на соседский новый белый кирпичный двухэтажный дом.

– Кот! – поражённо закричала Лизочка.

Из окна высунулось морщинистое лицо в красно-голубом узорчатом платке.

– Вот ты где! А ну-ка, быстро иди есть! – не терпящим возражения голосом прокричала Нина Сергеевна.

– Кот!!! – ещё более громко, изумлённым голосом закричала девочка, тыча грязным пальцем в окно второго этажа соседского дома.

Бабуля высунулась из окна посильнее и взглянула туда, куда тыкала пальцем её несносная внучка.

– Кот, ну и что? Это же соседский Персик, чего ты так разоралась? Так сильно руки чешутся содрать с него шкуру? Лучше посмотри, на что ты похожа! Измазана, изодрана, руки по локоть в какой-то жуткой пене! Боже ж ты мой! А ну-ка, марш умываться – и за стол, я таких вкусных пирожков тебе напекла!

– Но кот, он…

– Живо мыться и кушать!

Не переставая до последнего таращиться на рыжего котяру, девочка зашла в дом.

Зная, что бабуля так просто от неё не отстанет и без добавки не отпустит больше гулять, Лиза нарочно наелась до отвала, чем заслужила глубочайшее одобрение безмерно довольной старушки.

– Так бы всегда, – заявила она.

Спустя пятнадцать минут Лиза уже торопливо шагала по улице, направляясь на поиски Мишки, мальчика на год старше её, верного товарища и главного помощника во всех её проделках. На этот раз ей нужен был от него совет.

Она нашла его копающимся с деловитым видом в вырытой им яме около старой заброшенной мельницы. Он, как всегда, искал себе лучших червей для рыбалки, перекопав уже почти всю деревню. Лиза сидела, болтая ногами, на крыше пустующего курятника и смотрела, как он извлекает из влажной земли извивающихся красных червяков.

– Миш, а ты видел когда-нибудь, чтобы коты вдруг внезапно исчезали, а потом так раз – и появлялись как ни в чём не бывало совсем в другом месте? – отважилась наконец спросить она.

– Не-а, не видал, – не отрываясь от созерцания крупного дождевого червя, ползающего по дну банки, отозвался мальчик.

– А ты не замечал чего-нибудь странного в котах в последнее время? – не унималась Елизавета.

Миша оторвался-таки от своего сокровища, предварительно завинтив крышку, и, опершись на лопату, с серьёзным видом почесал затылок. После чего многозначительно изрёк:

– Может быть, и замечал.

Девочка мгновенно спрыгнула с крыши и, подбежав к нему, смотря прямо в глаза, повелительно заявила:

– Рассказывай, – для большей убедительности ткнув его пальцем в живот.

– Ну я заметил, что местные кошки и коты куда-то деваются по утрам. Потом я решил за ними последить…

– Без меня?!

– Ну так нужно было сначала убедиться, – оправдываясь, промямлил Михаил.

– Допустим. Продолжай.

– И вот вчера мне удалось это сделать. Они все вместе направлялись куда-то в заросшие поля, которые находятся на окраине, прямо за оврагом.

– И?

– Что «и»?

– Чем они там занимаются?

– А я почём знаю? Мне так далеко мамка не разрешает ходить…

– Завтра на рассвете мы идём на охоту, – сверкнув зелёными глазами, гордо вскинув свою растрёпанную головку, заявила Елизавета.

– Так мне ведь нельзя…

– Отставить, солдат! Трусы на войне подлежат расстрелу! – повторно ткнув пальцем в живот товарища, воинственно заявила Лиза.

– Ладно… Буду ждать тебя у кривой берёзы, ну ты знаешь, что сразу за огородом старой ведьмы. Эти кошаки там начинают собираться неподалёку.

Ранним утром, стянув на кухне полбатона и тихонько улизнув из дома, пока старики храпели у себя в спальне, Елизавета отправилась в условленное с Мишкой место.

Красно-бурое солнце вставало из-за горизонта, озаряя своим светом двоих детей, тихо крадущихся в успевшей вырасти до пояса взрослого человека траве. Время от времени замирая, стараясь дышать как можно тише, они следовали за длинной вереницей котов и кошек, то и дело оглядывающихся по сторонам и осторожно куда-то следующих. Их суженные жёлтые глазища подозрительно осматривали местность. Длинные пышные усища беспокойно шевелились. А заострённые вытянутые ушки настороженно подёргивались.

Кошачью процессию возглавлял тот самый Персик, важно вытянув кверху мордочку и надменно подняв хвост, ведший за собой подозрительное пушистое и облезлое воинство. По обеим сторонам от него, двигаясь элегантно и не менее важно, шли две гладкошёрстные кошечки: белая с серыми полосками и коричневая с чёрными пятнышками. Все остальные следовали позади.

Спустя час томительного, напряжённого и опасного преследования, понабрав изрядное количество цепких колючек от репейника и прочих приставучих растений, нацепившихся на одежду и прилипших к волосам, Лиза и Миша остановились, широко от удивления открыв рот и ошарашенно распахнув глаза, всматриваясь в открывшееся им удивительное зрелище.

Девочка от переполнявших её эмоций даже чуть было не закричала, но Мишка вовремя успел закрыть ей рот рукой. Однако один из котов, располагавшихся к ним ближе, по-видимому, что-то успел расслышать и подозрительно стал оглядываться по сторонам, недовольно вертя своим длинным полосатым хвостом. По счастью, он решил, что ему показалось, и вскоре отвернулся, присоединившись к остальным.

Посередине поля, странным образом примятого, полукругом расположились никак не меньше чем три добрых дюжины кошек и котов, устремив свои хитрые мордочки вверх и что-то пристально и внимательно разглядывая на небе.

Не понимая, что происходит, дети направили свои взгляды туда же. То, что они там увидели, поразило их до глубины души.

На небе, стремительно несясь вниз, летела яркая светящаяся точка. Очень скоро она стала расти и из небольшой крошечной мерцающей горошины выросла в огромный ослепительно сиявший шар. По мере того как он приближался к земле, детям становилось понятно, что «шар» имеет к тому же какие-то необычные, странные очертания.

Страх побуждал их броситься бежать отсюда скорее наутёк, но любопытство было сильнее, и оно повелевало им остаться.

И вот под громкий стук двух бешено колотящихся маленьких сердец на поле бесшумно приземлился огромный летательный аппарат. В этом дети уже совершенно не сомневались. То, что сначала казалось шаром, на самом деле было большой зловещей фигурой чёрного, злорадно ухмыляющегося кота. Глаза кота выполняли роль иллюминаторов, в которых приглушённо мерцал свет. Кроме того, весь облик этого жуткого животного ослепительно светился, усеянный тут и там яркими лампами.

Вдруг корабль задрожал, зашипел и клыкастый рот кота начал раскрываться. Спустя мгновение из него медленно начал выплывать вниз трап. Когда он достиг земли, из образовавшегося отверстия неторопливо, раскачиваясь из стороны в сторону, передвигаясь на задних лапах, показалась фигура здорового, высотой никак не меньше полутора метров, при этом необычайно жирного кота, который являлся уменьшенной копией самого летательного судна.

Коты и кошки, расположившиеся полукругом на траве возле корабля, почтительно склонили морды, не смея поднять вверх глаза. Только один осторожно двинулся навстречу почти уже спустившемуся на землю чёрному, исполинскому, со вздыбленной лохматой шерстью котищу.

– Ваша Омурзительность, добро пожаловать! – предварительно встав на задние лапы и отвесив глубокий поклон, с трепетом произнёс Персик.

Дети поражённо переглянулись между собой.

«Говорящий кот!» – сказали сами за себя их округлённые до предела глаза.

– Ну-с, и чем же вы меня порадуете? – оценивающим взглядом окидывая собравшуюся перед ним мелочь, промурлыкало гигантское животное.

– Всё готово, Ваша Омурзительность, – ещё раз почтенно поклонившись, с содроганием глядя на обнажённые, огромные, острые как бритва когти, проговорил рыжий соседский кот.

– Так уж и всё? – с сомнением в голосе промурчал чёрный исполин, внимательно разглядывающий свои когтища.

– Абсолютно всё, вы можете не сомневаться, прошу принять отчёт о проделанной работе, – выудив вдруг из шерсти какую-то крошечную микросхему, проговорил Персик, протягивая её чёрной, нависшей над ним громадине.

– Что ж, посмотрим, поглядим. А пока доложите обо всём в общих чертах, – крутя в лапах сияющий кусочек металла, позёвывая, проговорил он.

– Наши агенты успешно внедрены повсюду, не осталось почти ни одной семьи, где бы не было нашего кота или кошечки. Мы опутали нашими сетями все континенты, все улицы и все подворотни. Теперь нам не составит большого труда в течение каких-нибудь нескольких часов их всех поработить. Все наши кошечки и коты только и ждут вашего омурзительного приказа. И, конечно, кораблей. Они ведь прибудут? – осторожно спросил Персик.

– Что ж, прекрасно. О кораблях можете не беспокоиться, наш флот как раз заканчивает зачистку сектора Проксима. К тому же, да будет вам известно, мы наконец-то смогли достичь соглашения и заключили такой долгожданный для всех союз с Его Изворотливостью гранд-адмиралом Умурзяществом Злейшим. Его корабли и котята теперь в нашем распоряжении.

Все остальные присутствовавшие и до этого момента тихо помалкивавшие кошки и коты при этих словах довольно замурлыкали.

– Ну ладно, а теперь прошу всех на борт, ваша миссия здесь завершена, вас уже ждут на планете CJK5, это наша следующая цель.

Все мгновенно повскакивали со своих мест и с бешеной скоростью устремились вглубь корабля. Остались только огромный чёрный кот и Персик.

– Вы ведь понимаете, что я не могу допустить, чтобы вас повысили. Вся слава и почёт должны достаться только мне. Властелин Омурчительность III должен чувствовать мою незаменимость, – вкрадчиво произнёс и со скучающим видом перерезал рыжему глотку своей огромной лапой Его Омурзительность, после чего, зевая, медленно отправился по трапу следом за остальными.

Спустя мгновение трап исчез в глотке корабля, хищная клыкастая пасть зловеще захлопнулась, и, бесшумно взмыв вверх, бешено набирая скорость, огромный чёрный кот исчез в глубинах космоса.

Лиза и Мишка, разинув рты, трясясь и глотая слёзы, не в силах пошевелиться, продолжали сидеть в кустах, попеременно смотря то на уже опустевшее небо, то на пустынное поле, на котором в луже собственной крови валялся труп соседского рыжего кота.

А потом они, словно по команде, вскочили и с оглушительным рёвом бросились бежать, несясь через всю деревню и вопя что есть мочи:

– Они нас уничтожат, они нас поработят, они не те, за кого мы их принимаем!

Примчавшись домой, где их уже все искали, они наперебой начали рассказывать о том, что только что видели собственными глазами. Разумеется, им никто не поверил. Оба получили только хорошенькую взбучку.

Однако потом ещё долгое время местные жители недоуменно пожимали плечами, когда заходила речь о том, куда это вдруг разом одним погожим летним деньком у них в деревне исчезли все мяукающие домашние питомцы.

– Наверное, какая-то кошачья чума или грипп, – многозначительно подняв вверх палец, заявляла баба Нюра.

– Да какой там, это всё эта соседская сумасшедшая шпана что-то с ними сотворила. Небось отловила всех, сложила в мешок и утопила в озере, – возражала ей приятельница, подозрительно косясь на дома Прошкиных и Ермаковых.

– Эти могут, сущее бедствие, никакой управы на них нет, – кивая и тоже косясь на дома соседей, вторила ей старушка.

Андрей Канавщиков
Великие Луки

Погладьте кота!

Доцент кафедры химии местного политехнического колледжа Зебриков очень любил кошек. Не просто любил, а именно «очень». Настолько очень, что даже не держал кошек дома.

Думаете, в этом заключается логическое противоречие? Зебрикову так и сказал со смешком однажды его коллега, когда привёл в свою комнатушку в аспирантском общежитии очередного кота:

– Не любишь ты, Петя, животных! Не любишь!

Зебриков рассвирепел:

– Да животные мучаются в городских квартирах! Им там плохо, тесно, неуютно. Такие, как ты, только мучают животных, а не любят…

– Но мой кот теперь не живёт на улице, всегда накормлен, у него лежанка мягкая.

– А ты его спрашивал, хорошо ли ему? Да, когда свой дом, вокруг трава и сад – это одно. Но когда хвалят городские клетушки – этого я не понимаю. Коту там ни погулять, ни запахами подпитаться.

У Зебрикова даже голос сорвался от негодования. Коллега поспешил прочь, придерживая локтем портфельчик:

– Да я ничего. Любите себе животных как хотите. Я что, любить животных мешаю?..

Пётр Петрович поправил очки и побрёл домой. После смерти жены жил он один, больше времени проводил на работе, чем дома, и разрешали бы ему ночевать на работе – точно ночевал бы.

Дома было пусто. И кошки там тоже не было. Зебриков несколько раз порывался взять какого-нибудь безродного кота с улицы и уже начинал подманивать животное колбасой с обеденного бутерброда, но вдруг вспоминал, что за животным нужно ухаживать, нужно посвящать ему немалое время, нужно им заниматься. Тогда доцент обмякал, грустнел и шёл дальше вполне законопослушно, без соблазнов.

Особенно Зебриков любил чёрных кошек. Во-первых, потому что они реже встречаются. А во-вторых, как-то в детстве его отправили в рыбный магазин за карпом. Карпа продавали прямо из большой кафельной ванны, которая стояла в магазине. Продавщица черпала сачком, а большие блестящие рыбины лениво шевелились на весах, раскрывая рты и изредка поколачивая мокрыми хвостами по прилавку.

Карпа раскупали быстро и охотно, поэтому не каждое стояние в очереди оказывалось удачным. Петя дважды отстоял длиннющую очередь прямо от входных дверей – и карпы прямо перед ним заканчивались. Ну не совсем перед ним, но было очень обидно: стоишь-стоишь, а продавщица уже кричит:

– Очередь не занимаем.

Потом женщина в белом халате спускала воду в кафельной ванне и уходила в подсобку. Несостоявшиеся покупатели вполголоса чертыхались и переходили в соседний мясной отдел.

Зебриков никуда не переходил, а сразу уходил домой ни с чем. А на третий день, когда он повернул к магазину, ему перебежал дорогу большой чёрный кот. Вроде бы нужно было обидеться: чёрный кот перешёл дорогу. Но мысль работала в своём отдельном направлении: «Кот ест рыбу, и если кот попадается на пути к рыбе, то она у меня будет».

В тот день карпы Пете Зебрикову достались. Он купил три огромных рыбины весом к пяти килограммам и шёл домой гордо, с особым победным чувством, которое сейчас людям, не стоявшим в магазинных очередях, не понять.

Зебриков был счастлив. А чёрные коты с тех пор стали для него целым талисманом. Увидел чёрного кота – значит, всё будет в порядке. Даже если не за рыбой идёшь.

Сейчас разговор с коллегой заставил задуматься о котах и кошках. Проходя через сквер с героями сказок Пушкина в виде гипсовых раскрашенных скульптур, Пётр Петрович даже изловчился и тронул рукой проходящего мимо кота – дымчатого, с белыми носочками.

– Привет, мурлыка.

Кот увернулся, и это было нормально. Кошки не любят, когда-то посягает на их право быть суверенными, независимыми и самим выбирать тех, к кому они подходят и кому разрешают себя гладить.

Удивила какая-то странная полоса на спине, под шерстью. Словно шов у мягкой игрушки. Зебриков удивился, но не сильно – мало ли что почудится. «Шов! Придумал тоже!»

Дымчатый кот укатился от доцента под лавочку и внимательно смотрел на удаляющегося человека. А Пётр Петрович зашёл в магазин, купил пельменей, варёной колбасы и кусочек сыра. Что-то серьёзное дома он готовить не собирался, а для перекуса с чаем набор продуктов – самое то.

Поднявшись на свой третий этаж блочной пятиэтажки, Зебриков, даже не заходя к себе, дёрнулся в дверь соседа напротив. Профессиональный разнорабочий, собирающий алюминиевые банки по контейнерам и мастерящий мормышки да блёсны, когда позволяло настроение и руки не дрожали, Владимир Култышев, дверь никогда не запирал.

– А чего там у меня красть! – говорил он и был совершенно прав.

Брать у Култышева было нечего. Даже спал он на раскладушке. И очень любил гордиться самим собой:

– Вот не работал официально почти никогда, а даже и икра у меня на столе бывает.

– Заморская. Баклажанная…

– Красная!

Култышев решительно всё на свете знал, во всём разбирался. Он постоянно поучал собеседников и держался с ними немного, а часто и не немного, сверху вниз.

Зебриков не спорил. К тому же дочь Култышева всегда отдавала за отца долги, была уважительной и мягкой девушкой. Она просила Петра Петровича заглядывать к отцу, считая, что от умных разговоров тот меньше пьёт и с компаниями разными не шатается по ночам.

Зебриков иногда злился на Култышева. Особенно когда тот начинал не в меру пьяно хвастать:

– Я богаче тебя! Вот и не работаю, а всё равно богаче!

– А пьём мы сейчас на чьи деньги? Не на мои ли?

– А мы и не пьём сейчас, – спорил Култышев. – Мы сейчас общаемся. И, Петь, не будь таким мелочным. Сейчас я на твои пью, а завтра ты – на мои. Круговорот денег в природе…

Култышев любил и умел поговорить. Об экономике, политике, о том, что слышал по телевизору или радио, что слышал в городе. И Зебриков ловил себя на мысли, что, в общем-то, ему симпатичен этот испитый человек с бронзовой загорелой кожей, добрый, безотказный, по первой просьбе готовый заменить кран или собрать шкаф.

На удивление первым, кого Зебриков увидел сегодня в квартире Култышева, был кот. Теперь уже трёхцветный, пёстрый. Видимо, кошка, а не кот.

– Кошку завёл?

– Да. Прибилась вчера. Выходил пива попить, а она как к ноге приклеилась. И сейчас не уходит.

– Как назвал?

– Зову Муркой. Вроде откликается.

Култышев сидел перед телевизором. Экран тускло светился в полутьме квартиры. Звук звучал тихо, словно из кухни.

Зебриков достал из портфеля нарезку копчёной колбасы, положил на стол перед Култышевым. Что-то казалось ему странным, но он пока не мог понять.

Странным была неподвижная поза Култышева. Странным было то, что он не пил. Вообще! Даже пиво! И говорил он как-то неожиданно. Он только отвечал на вопросы, но совершенно не пытался что-то Зебрикову рассказать. Култышев молчал про пенсионную реформу, про вороватых министров, про то, что видел в городе.

Зебриков спросил:

– Володь, что-то у тебя случилось?

– В смысле?

– Ну ты сидишь, молчишь. Может, выпить хочешь? Денег дать?

– Я теперь не пью. И не хочу пить.

– С дочкой нормально?

– С дочкой? Да.

– А по новостям что передавали?

– По новостям? Я не смотрю телевизор, я просто забыл его выключить.

Култышев щёлкнул пультом. В комнате наступила кромешная тишина. Только пёстрая кошка неожиданно прыгнула Зебрикову на колени. Тот машинально провёл рукой по её спине и снова ощутил какое-то подобие шва по всей спине. Погладил Мурку ещё по голове и на шее тоже ощутил явственную полосу, как у мягких игрушек, у которых голова пришивается нитками.

Мурка ластилась к нему и слегка укусила за палец. Зебрикову было не больно. Он перевёл взгляд на Култышева. Тот сидел перед ним, спокойно смотрел вперёд, и его лицо не выражало ровным счётом никаких эмоций.

– Я пойду, наверное.

– Да, иди, – ровно отозвался Култышев. Ничего не переспросил, ничему не удивился. Даже копчёной нарезкой не заинтересовался, как и его кошка.

Зебриков пошёл к себе. Пил чай, думал о соседе. Решил, что тот простыл как-то на майской жаре. Или с дочкой поссорился, а ему не говорит. «Не хочет эмоциями своими напрягать», – с теплотой кольнуло в груди. Хороший всё-таки Вовка человек!

На следующий день у Зебрикова была всего пара лекций. Студенты готовились к выпускным экзаменам и даже старались учиться хорошо. С непривычки учёба складывалась не слишком успешно, но посыл радовал.

– Вы бы в течение года так к знаниям тянулись, вот и сейчас было бы легче, – говорил студентам Пётр Петрович.

Впрочем, уйти домой пораньше не получилось. Зебриков только-только сложил портфель, как вдруг в дверях замаячила первокурсница Леночка. Она стояла с каким-то возбуждённо-обречённым выражением лица, полная решимости даже взять доцента за локоть, если тот попытается улизнуть боковой лестницей.

– Сергеева! Ты что-то хочешь?

– Пётр Петрович, мне очень нужно с вами поговорить. Хотя я и не Сергеева.

– А завтра нельзя поговорить, не-Сергеева?

– Я Зиновьева. Завтра может быть поздно!

Зебриков даже улыбнулся от такого поворота разговора. Невольно вспомнилось, как во время учёбы в университете девчонки предлагали ему прогулять очередную пару и лучше на трамвае прокатиться.

«Я никуда не пойду», – ответил девчонкам Зебриков, хотя и пара была скучная, и девчонки красивые. «Видел бы ты себя, – потом рассказывали парню. – Ты свою фразу сказал так, словно бы говорил: „Я Родину не предам!" Было реально смешно».

Леночка Зиновьева напомнила Зебрикову его молодого. Того, который очень хотел идти кататься на трамвае, но делал вид, что, кроме трамваев, существует ещё что-то важное и равноценное.

– Поздно?

– Вы удивитесь и должны сами увидеть. Я пробовала сама исследование провести, но не смогла. И препаратов не хватает, и опыта. Пожалуйста…

Зебриков понял, что ранний поход домой отменяется. Леночка от него не отстанет. Обречённо уточнил:

– Ты что-то хочешь проверить экспериментально?

– Да. Можно я дверь закрою на ключ?

Зиновьева жадно посмотрела на ключ, торчащий из входной двери. Зебриков прикрикнул:

– Ещё чего!

Но было поздно. Леночка уловила в его глазах интерес и сдаваться не собиралась. Она решительно щёлкнула ключом в замочной скважине, положила ключ себе в карман джинсов и гордо выложила на классный стол два полиэтиленовых пакета. Один пакет – объёмистый, а второй – небольшой, в нём стояла всего лишь тёмная бутылка с какой-то жидкостью.

– Итак, что ты хочешь? – Зебриков опустился на стул. В его животе урчало от голода, а новые ботинки слегка жали ноги, и их очень хотелось освободить от нагрузки.

Зебриков вздохнул, протянул ноги под стол. Бросил:

– Давай только быстрее.

Леночка развернула первый пакет, который побольше. Преподаватель химии невольно поморщился и потянулся назад. В пакете лежал трупик кошки. Или кота. Трупик весь расцарапанный, а голова животного свёрнута набок.

– Какая гадость! – невольно поморщился. – И ты это в колледж принесла?! Самое место!

Но Леночка тем временем без всякой брезгливости и лишних эмоций натянула на свои юные ручки медицинские перчатки и перевернула трупик кошки, который оказался ею уже вскрытым.

– Ты потрошишь кошек! Не ожидал!

– А я не ожидала, что вы не хотите смотреть такой экспонат. Вы же учёный, в конце концов!

С таким аргументом Зебрикову спорить не хотелось. Ну и что, что он всего лишь рядовой учитель? Надежды в университете он подавал, а его курсовую работу преподаватели открыто называли готовой кандидатской.

Зебриков взял трупик кошки в руки и первым делом снова ощутил под руками непонятные швы – по шее, спине и лапам. Удивило ещё, что тело почти ничем не пахло и было на удивление тяжёлым для такого объёма.

И чем больше Зебриков вертел тело в руках, тем больше у него возникало вопросов. Они просидели в кабинете с Леночкой до самого вечера. Ещё сторож подозрительно ухмыльнулся, когда они вдвоём выходили из здания.

– Алексеич, я её к экзаменам готовил. Мать очень просила, – оправдывался Зебриков.

Сторож Алексеич ничего этакого в отношении доцента Зебрикова, в меру скучного, в меру трудолюбивого, не имел. Но лицо у сторожа на всякий случай вытянулось.

– Экзамены, – улыбнулась Леночка.

Удивило же Зебрикова следующее. То, что он с первого взгляда посчитал трупиком кошки, оказалось неким контейнером, где находилось существо-робот примерных размеров четырёхлапого. Это существо – металлический прямоугольник где-то десять на десять сантиметров и до двадцати сантиметров в длину – было декорировано под кошку. Совершенно натуральная шерсть, все физиологические подробности, только внутри – лишь железо и какой-то мягкий наполнитель, имитирующий кошачью фигуру.

К тому же этот робот-кошка реально был расцарапан реальными кошачьими когтями. Так, что сразу в нескольких местах из порванной шкурки торчал непонятный мягкий наполнитель. Кровь, правда, на шёрстке была настоящая, кошачья, но, похоже, она лишь хранилась под кожей в неких плоских резервуарах для правдоподобия.

В банке из второго пакета Леночка принесла кровь. Человеческую, пусть и всего около одной столовой ложки.

– Это чья кровь?

– Моего отца. Он ремонтировал машину, поцарапал ладонь. Я ему руку перевязывала и словно случайно немного крови собрала.

Зебриков присмотрелся. Леночка выглядела вполне нормальной. Зрачки не расширены, речь ровная. Напугана, да, но нормальная вроде бы.

– Собирать кровь своего отца! Однако! И что ты там собираешься найти?

– И вы это спрашиваете после контейнера нашей кошки?!

– Как! Кошка тоже ваша?! Какой-то у вас там уголок маньяка…

– Вы же всё только что видели! Вы видите, что кошка, которая у нас жила почти неделю, кошкой не была. Она ненастоящая, она только модель кошки, кошка-робот. Очень натуралистичная, она даже мурлыкала, но она – не кошка! И отец мой с появлением в доме этой кошки очень изменился. Он вроде бы прежний внешне, такой же – с бородкой, с лёгкой залысиной, такой же сильный, так же на турнике может до 50 раз подтянуться. Но он – это не он!

– Лена, это серьёзное обвинение, – задумался Зебриков. – Понятно, что вы поругались из-за чего-то. Может, он тебя в поход не отпускает или с мальчиком встречаться допоздна не разрешает, но так нельзя жестоко говорить.

Зиновьева вдруг заплакала. Зебриков выругал себя мысленно: «Девочку обидел, наговорил ей какой-то ерунды». Но она собралась с силами:

– Понимаете, раньше он был… – подумала, подобрала самое точное слово, – живым. То есть разным. Мы с ним и ругались, и мирились, и спорили, и ладили, а сейчас он – одинаковый. Он перестал выпивать…

– Так это же, наоборот, замечательно!

– Папа много не пьёт. Рюмочку с шашлыком, если друзья соберутся. Он никогда не пил много. Но сейчас он не пьёт, спортом не занимается. Его что-то спросишь – он ответит. Но сам ничего не хочет. Телевизор не смотрит, ничего ему не интересно. Он как номер свой отрабатывает, а не живёт! С мамой они теперь вообще ни о чём не спорят, но мама плачет.

Зебриков неожиданно вспомнил соседа Володю. Опустошение, полутёмная квартира и резко пропавший интерес ко всему.

– Может, отец просто устаёт на работе? Он вам не говорит, а сам внутренне тоскует, борется…

– В отпуске устаёт?! – Зиновьева возмущённо мотнула головой со стрижкой каре. Густые волосы качнулись в воздухе, словно подчёркивая сказанное. – Ну уж нет! Я со своим отцом живу рядом почти 20 лет и знаю, какой он! Давайте просто проверим кровь. Я сама просто не могу это сделать, а вы сможете. Сами на лекциях говорили, что мечтали о медицине и книжки соответствующие читали. Или врали?

– Хорошо, – сдался Зебриков. – Только предупреждаю, что я могу сделать только общий анализ крови, без всяких наворотов и тонкостей. И лаборатории колледжа здесь недостаточно. Наконец, ты мне скажи, что ты там хочешь отыскать?

Леночка задумалась:

– Точно не знаю. Но мне кажется, что и общего анализа будет достаточно. В психические нарушения в нашей семье я не верю. В гипноз тоже. Отравления исключаются. Может, просто окажется, что витаминов ему надо попить или железа…

– В общем, объявляю перерыв. Я постараюсь поговорить со своим одноклассниками в полиции и вообще подумать. Я сказал бы, что ты дуришь, девочка, но вот эта штука, – Зебриков кивнул на псевдотрупик кошки на столе, – впечатляет. Ты кому-нибудь говорила об этом?

– Чтобы меня в психушку отвезли прямо перед экзаменами?! Я умнее, чем кажусь.

– Всё-таки понимаешь, что слова твои выглядят достаточно безумно… Даже несмотря на это…

Зебриков снова кивнул на контейнер кошки. Или как его там называть.

– Дай мне хотя бы пару дней. И напиши свой телефон, чтобы я перезвонил, как будет что сказать.

Снова встретились, впрочем, они не через два дня, а через неделю. Простой анализ крови с использованием обычного школьного микроскопа подкинул новые сюрпризы. В крови отчётливо виделись колонии каких-то организмов, которые активно замещали весь клеточный инструментарий.

Также Зебриков нашёл следы подобных колоний в своей крови. А на мусорке вдруг нашёл ещё такой же контейнер кошки, который раньше показала ему Леночка. Кошка только была другой – сиамской. Но всё остальное – как и в первый раз – явственные швы, как от шитья. И металлического прямоугольника внутри не было, только пушистый наполнитель и несколько капелек крови.

Непонятно зачем, но Зебриков и свою кровь проверил. Не поверил глазам: среди привычных эритроцитов и лейкоцитов в его крови шевелились некие чёрно-серые столбики, которые толкались, делились и выглядели очень даже напористо.

Пётр Петрович пытался составить внутри себя цельную картину и не мог. «А если я заражён, то и я скоро буду таким, как отец Леночки, как Култышев». Это было страшно. Разговор с одноклассником из полиции тоже ничего не прояснил. Толик явно что-то скрывал.

– Контейнер кошки? И ты говоришь, что не пьёшь?

– Култышев не пьёт, не я.

– Да, это всё объясняет. Не пьёт. Хоть ест?

– Толик, не дурачься.

Но майор и бывший школьный друг всего лишь отшил доцента-химика и ничем делиться с ним не захотел. Хотя было видно: так называемые контейнеры кошек он видел воочию, и жалобы на изменяющихся людей на своих приёмах он встречал.

Зебриков не знал, что и думать. Тем более что ему всё чаще казалось, что его жизнь неинтересна и именно в этой неинтересности – высший смысл. Он всё чаще сидел неподвижно и молчаливо, смотрел напряжённо вдаль и любые разговоры считал лишними. К Култышеву он больше ходил. Зачем ходить?

Леночка позвонила первой. Она ничего не спрашивала, почти приказала:

– Завтра я к вам приду домой с самого утра. Наверное, ещё не поздно…

Что поздно? Зачем поздно? Зебриков не хотел спрашивать. Ему это было не интересно. Откуда-то к нему прибился большой кот его любимого чёрного цвета. Кот Пират умилительно мурлыкал, ни на шаг не отходил от Зебрикова, только решительно не давал себя гладить. И, кажется, он ничего не ел. Или ел, но Зебрикова это мало волновало. Пётр Петрович в основном целыми днями сидел дома, смотрел в стену. Хорошо, что с выпускными экзаменами в колледже он давно отстрелялся и коллеги его не беспокоили.

Наутро он проснулся от того, что кто-то резко распахнул дверь его квартиры. «Неужели я дверь вчера не закрыл?» – метнулась и исчезла случайная мысль. В центре комнаты уже стояли две фигуры – в джинсах и неприметных куртках. Фигуры позвякивали, словно под одеждой у них были металлические пластины. Одна фигура держала в руках бейсбольную биту, другая – переноску с ослепительно рыжим котом.

– Пётр Петрович, – узнал Зебриков голос Леночки, – вы – это вы или уже не вы?

– Зиновьева? Ты откуда здесь?

Но доцент уже не дождался ответа. Очень гудело в голове. Ничего не хотелось. Когда Зебриков очнулся, у его кровати сидели Зиновьева и парень чуть её постарше с неожиданным для такой обстановки панковским ирокезом.

Зебриков удивился:

– А ирокез почему?

– Ничего другое уже не интересно? – пробасил парень. – Ирокез потому, что мы играем в панк-группе «Лакьютес» и сегодня выступление. У меня бас-гитара.

Зебриков вспомнил, что Лакьютес Борг – это герой фантастического сериала «Звёздный путь». Заставил себя встать с кровати.

– Мне всё интересно.

– Это хорошо, – сказала Леночка. – Сейчас мы встанем и пойдём. Мы всё расскажем, но не здесь и не сейчас.

Зебриков посмотрел под ноги и чертыхнулся:

– Пират!

Прямо возле кровати лежал его распластанный кот. Контейнер был выпотрошен, металлический прямоугольник изнутри пропал.

– Дай ему погладить, Ярослав. Он ещё слишком слаб.

Парень с ирокезом достал переноску с рыжим котом, поднёс к кровати. Животное словно само тянулось к рукам Зебрикова. Кот мурчал, довольно поворачивал голову. Зебриков прошёлся ладонью по спине кота – никаких швов не было, почесал шёрстку на шее – тоже.

– Не бойтесь, это настоящий кот, природный, – засмеялась Леночка. – Его нужно гладить.

Зебриков снова провалился в омут сна. Когда проснулся, рядом лежал рыжий кот. Спросил:

– Как его зовут?

– Марк.

Парень с ирокезом пил его кофе из его кружки со знаком гороскопа. Рак на кружке распускал во все стороны все имеющиеся клешни и выглядел очень воинственно.

– Я долго спал?

– Достаточно, чтобы прийти в себя.

– Ярик, ему можно всё рассказать, – в комнату вошла Леночка.

Бейсбольная бита лежала на кресле рядом. Зебриков вскочил и схватил её. Воинственно махнул в воздухе.

– Зачем вы убили Пирата?

Ярослав не удивился вопросу:

– Вопрос правильный. Только мы его не убивали. Убить можно живое. А то, что вы называете, с позволения сказать, Пиратом – это просто робот. Механическая игрушка. Железяка, хотя и с пушистой шкуркой. Лена мне про вас рассказывала, поэтому я всякие прелюдии опускаю. И биту положите вы, наконец!

Зебриков послушно положил биту на прежнее место. Ситуация яснее в его голове не становилась, но он вдруг вспомнил шов на шее Пирата. Опять этот шов!

– Вы знаете, кто делает этих кошек-роботов?

– Пока я скажу так: вы восстановились от инфекции, возвращается интерес к жизни, ясность ума, а подробности сами скоро увидите. Одевайтесь, перекусите что-нибудь и сидите тихо. Дверь не открывать. Когда мы приедем, мы сами откроем.

Ярослав и Леночка ушли, забрав и свою биту, и рыжего кота Марка. Кот внимательно глядел в глаза Петра Петровича и одобрительно тронул его лапкой. Зебриков вздрогнул от осмысленного взгляда кота и отогнал видение: «Причудится же!»

Конечно же, ждать он никого не собирался. Ага! «Дверь не открывать никому, мы сами откроем». Себе будете в своих домах двери открывать!

Зебриков выскочил на лестничную клетку. «Интересно, давно я не выходил на улицу? И когда у меня появился Пират? Совершенно не помню».

Дверь к Култышеву была приоткрыта. Внутри горел свет. Пока Зебриков размышлял, заходить ему или не заходить, дверь распахнулась шире и оттуда вышел одноклассник-полицейский Толик Платонов. Он попробовал спрятаться в прихожей, но плечистого, квадратного вида Толика скрыть банальной дверной тенью было сложно.

– Привет, – улыбнулся Толик Зебрикову, словно всё было буднично и встретились они на оживлённом проспекте.

– Привет. Ты чего это к Вовке?

– Умер Вовка.

– От чего?

– Одиночество, брат. Все мы одиноки, оттого и несчастны. В жизни пользы не видим, общаться не хотим. Вот ты много со своим соседом общался?

Зебриков задумался. «Култышев умер?! Но почему здесь тогда Толик, а не скорая помощь?!»

– Вот и ты один живёшь. Общаешься тоже наверняка мало. Хочешь, я тебе кошечку пристрою?

– Мурку? – Зебриков вспомнил, что Култышев именно так назвал свою кошку.

– Можно и Мурку. Это уже как ты сам назовёшь. В приюте для животных могу протекцию составить.

О том, что у Култышева была кошка Мурка, Зебриков решил бывшему однокласснику не говорить. А Толик торопил:

– Ты насчёт кошки решай. Я тебе сегодня к вечеру перезвоню. Будь дома.

«И этот твердит, чтобы был дома. А вот не дождётесь!» Зебриков оттеснил Толика плечом:

– В магазин-то мне можно сейчас сходить?

– Можно, – ответил Толик, но отодвинул плечо в сторону еле-еле, на чуть-чуть.

– Это хорошо, что можно, – Зебриков начал спускаться по лестнице, замечая, что он ускоряет шаг – Толик тоже ускорялся.

Из подъезда они вышли почти одновременно. Толик бросился в припаркованную на тротуаре иномарку, а Зебриков – вдоль по улице. На повороте он приостановился, оглянулся на иномарку Платонова, та стояла на прежнем месте.

«Параноик! Показалось! Мерещится». Зебриков завернул за угол, почти бегом перебежал квартал. Оглянулся. Машина Толика ехала в том же направлении.

Машинально дошёл до магазина. Долго ходил среди полок супермаркета, глядя в витрины на припаркованную на стоянке «Тойоту» Толика. «Шпион хренов! Штирлиц!» На всякий случай сунулся в подсобку, откуда рабочие вывозили тележки с грузом.

– Куда прёшь? – остановила хлипкого интеллигента дама в халате. – Сюда нельзя.

– Грузчики у вас где? Мне бы договориться насчёт мебели.

Дама в халате поверила:

– Вот халтурщики. Работать не хотят, а дополнительно подработку берут.

Зебриков прошмыгнул на улицу, где у грузовиков курили рабочие. Дама в халате смотрела на него, поэтому подошёл к рабочим ближе:

– Салам, мужики. Мне бригаду бы – крышу на даче перекрыть. Не подскажете, к кому обратиться?

Рабочие охотно предложили несколько координат. Зебриков записал телефоны, потом обернулся. Дамы в халате на горизонте уже не было.

– Ренат? Так?

– Так. Звони только поздно вечером, не раньше восьми. Понял?

Но Зебриков, наскоро состряпав себе алиби, уже бежал через двор на соседнюю улицу. Там поймал такси и поехал на дачу. История с крышей напомнила о даче, а ехать больше было некуда. Не на работу же!

Его дача представляла собой небольшой рубленый домик с железной крышей. Внутри из мебели стояли стол, кровать и два стула в калейдоскопе тряпок, банок и каких-то совершенно необходимых в хозяйстве вещей: рамы от картины, сетки от кровати, арифмометра, лопаты…

Зебриков лёг на кровать, не раздеваясь. Его руки подрагивали, сердце бешено колотилось. «И что дальше? Что делал Толик у Култышева?»

Неожиданно дверь распахнулась. Внутрь вошёл Ярослав, но уже без ирокеза на голове – тот, видимо, оказался всего лишь концертным муляжом. Голова Ярослава была чисто бритой и даже слегка загорелой, что означало: видела она солнце этим летом, и не раз.

– Я что, дверь не закрыл? – Пётр Петрович точно помнил, что дверь он за собой закрыл.

– Вы не от тех и не там закрываетесь, – не обиделся Ярослав. – Вы сами не даёте ничего объяснить. Поймите, что нас могут здесь слушать, как и у вас дома. Вы можете никуда не убегать и дождаться, пока я смогу объяснить хотя бы то, что сам знаю.

Зебриков задумался. Всё выглядело предельно безумно и непонятно.

– По закону жанра сейчас вы должны отобрать у меня мобильник. Вот этот!

С этими словами он достал аппарат из портфеля и покачал им в воздухе. Ярослав, который словно того и ждал, ловко выхватил мобильник из рук:

– Наконец-то.

– Немедленно отдайте!

– Я оставлю его на вашем же столе. Потом придёте и заберёте. А сейчас, прошу, давайте поедем. У нас очень мало времени.

Ярослав толкал Петра Петровича к двери:

– Ну пожалуйста.

Но того вывели из оцепенения лишь неожиданные звуки выстрелов. Зебриков выглянул в окно и увидел Толика, который из табельного пистолета расстреливал переноску с рыжим котом Марком. Одна пуля, вторая…

Бывший одноклассник выпустил в несчастное животное всю обойму. Ярослав с Зебриковым уже убегали, перемахивая через забор. Ярослав подтянулся на руках, а доцент-химик опёрся на руку Ярослава.

Они заскочили в красную «копейку», которая стояла прямо у забора с незаглушённым двигателем.

– Он убил Марка. Но зачем?!

– Марк – настоящий кот. В отличие от этих контейнеров-роботов. Если бы не Марк, ты давно бы уже был не собой, а просто шеллом. А твой одноклассник Платонов – из тех, кто готовит захват, он уже субститут.

Зебриков подпрыгивал на рытвинах, но сообразил, что незнакомые слова звучат немного знакомо. Не зря он тысячи знаков сдавал на зачётах по английскому.

– Погоди. Шелл – это shell, то есть «оболочка», a substitution – это, если не забыл с университета, «замещение». Что ж вы так всё норовите по-иностранному называть, будто русских слов не хватает?

– Вы не правы, Пётр Петрович. Если называть всё происходящее по-русски, именно что ничего не поймёшь. Это надо называть по-иностранному, явление иностранное – вот и называть его нужно соответственно. Подробнее я расскажу и покажу на нашей базе.

– Базе?

– Ну, на нашей репетиционной точке.

– Вы, что ли, действительно рокеры из панк-группы?

– Точно! «Лакьютес».

Ярослав включил в салоне музыку. Было громко, металлически, задорно и необычно. Пара гитар и ударные. Группа что-то пела, но слов было не разобрать.

– Я на басу, если что, – уточнил Ярослав.

Зебриков постоянно оглядывался назад. Теперь он был уверен, что Толик ехал именно за ним на сигнал мобильника, и боялся, что «Тойота» сейчас снова покажется в зеркале заднего обзора.

– Не бойтесь. Тот субститут нас не догонит. Я ему колёса проткнул.

Час от часу не легче. Паренёк, который с собой носит нож, – это выглядело не менее подозрительно, чем Толик, разряжающий обойму боевых патронов в простого рыжего кота Марка.

– Ты носишь с собой нож? Бабочку?

Ярослав рассмеялся:

– Это у меня перочинный ножик такой. С шилом. Мультитул. Там даже вилка есть и четырёхгранная отвёртка. Так что, считайте, пока оторвались.

Репетиционной базой, о которой говорил Ярослав, оказался бывший пионерский лагерь. Жилые домики требовали ремонта, но в будке сторожа было электричество, а сторож тоже играл в группе «Лакьютес» на ударных.

Жора Михеев пропустил «копейку» через шлагбаум. Это был парень в больших очках в роговой оправе, с курчашками русых волос на голове и в джинсовом комбинезоне на голое тело.

– Привет.

Они уединились в ближайшем домике. Сели прямо на матрасы, постеленные на полу, поджав ноги. Вдоль стены стояли четыре переноски с разными кошками: сибирская, один перс, шикарный мейн-кун… Кошки мирно спали, словно и не заметили прихода гостей.

Ярослав сунул в руки Зебрикову раскрытый ноутбук с какими-то видео:

– Это снято вчера под Калугой. Допрашивают свежего.

– Шелла?

– Держи выше – субститута.

На видео какая-то миловидная женщина наговаривала на камеру, как она была инфицирована котомодулем КТ-2 через царапину на коже и её сознание заместили высшие.

Зебриков остановил запись:

– Котомодуль-2?

– Это контейнеры кошек, которые вы видели. Существует 10 базовых моделей в зависимости от реальных пород кошек. КТ-1 – это сибиряки. КТ-2 – персы.

Потом женщина на видео рассказала, кто именно с ней связывался и как это происходило. Потом вместо женщины на экране появились какие-то бочки с какой-то слизью. Этой слизью модели КТ инфицировали землян, и в течение недели-двух среднестатистический человек превращался в сосуд, наполненный такой чёрно-серой слизью, которая работала как антенна, принимая приказы из внеземного пространства.

– Внеземного?

– Ну мы не знаем точно, где это и кто генерирует сигнал. Но по планете уже найдено несколько складов с модулями КТ всех модификаций. Это миллионы псевдокошек!

– Но почему кошки?

– На кошек так хочется умиляться. Они такие пушистые, такие мурчащие… Когда вас придёт захватывать монстр с клыками, тут поневоле захочется сопротивляться, захочется стать героем и всех спасти. А кошки одним мурлыканьем своим обезоруживают, им не сопротивляться – им подчиняться хочется…

Сказанное после всего увиденного выглядело очень логично, но Зебриков продолжал искать противоречия:

– Если инфицирование проходит так быстро и его темпы должны были нас всех уже по нескольку раз заразить, почему все земляне ещё не превратились в шеллов, или как их там…

– Субститутов, – подсказал Михеев. – Понимаете, вдруг оказалось, что модели КТ не нравятся натуральным котам. И мурчание у КТ не совсем на той волне, и запах от железяк шёл, похоже, неприемлемый для живого кошачьего рода.

В общем, тот контейнер, что вам Зиновьева приносила, Марк добыл. Только увидел на улице – сразу за ним погнался, устроил словесную перепалку, а затем и голову роботу, который не откликался правильно по типу «свой – чужой», свернул.

Более того. Если инфицированный человек послушает мурлыканье настоящих кошек да опять-таки настоящих кошек погладит, то размножение внеземных организмов подавляется, а потом и вовсе прекращается.

– То есть захватчики думали, что их главные враги – это люди, и хотели их нейтрализовать через кошек. А оказалось, что прежде нужно было с кошками управиться? Кошки – это антидот?

Зебриков с признаками явного уважения посмотрел на переноски с разномастными кошками, стоящие возле стены. Ярослав кивнул:

– Если коротко, то да. Вы заразились от КТ-4 у Култышева. А Марк вас вытащил со стадии шелла.

– Стоп. Но если люди переходят в другое состояние, значит, они не умирают. Култышев жив?

– Там, к сожалению, было уже поздно что-то менять. Шеллы собирают полностью изменённые организмы, чтобы начинять новым материалом контейнеры КТ.

Зебриков возбуждённо прошёлся несколько кругов по комнате. Нужно было что-то дальше делать, но что?

– Нужно рассказать людям обо всём этом!

– Зачем?

– Чтобы знали, чтобы защищались…

– Кому надо, все и так всё знают. А говорить… Что говорить?! Что кто-то неизвестный хочет нас подчинить себе и действует через роботов кошек? Кто поверит в такой бред?

– Но это же правда!

– Правда, похожая на бред, так и останется бредом.

– А если предъявить людям вот эти все видео, что я смотрел, контейнеры, слизь…

– Пётр Петрович, вы что, всерьёз думаете, что, если бы власти что-то существенное поняли, они бы стали молчать?! Они давно бы оседлали процесс, твердили бы по телевидению о новых наработках и поисках. Правда, увы, в том, что они знают явно не больше, чем мы, гаражные энтузиасты. У них есть оборудование – не чета нашему, у них есть спецслужбы, всякие агенты навороченные, а они знают лишь то, что и мы с вами знаем. Оттого и молчание. По их мнению, наверное, лучше молчать, чем поднять панику и прослыть дураками.

– И как мне со всем этим знанием жить? – Зебриков чувствовал себя растерянным и подавленным.

– Жить, как и прежде жили, – в комнату вошла Леночка в лёгком сарафане. – Это всё не сегодня началось и не завтра закончится. А пока предлагаю какое-то время пожить здесь. Пока возня в городе не уляжется.

– Толик меня ждать будет.

– Но убивать-то он вас при свидетелях точно не будет! Власти лишний шум не нужен. Значит, не открывайте дверь квартиры, а в городе старайтесь держаться там, где людей побольше. И кота себе возьмите домой – для профилактики.

– Кота?

– Ну да. Настоящего кота. Хотите, берите кого-то из тех, кого здесь видите. Хотите, поедем в приют для животных, там себе питомца выберете.

Зебриков улыбнулся. Он вспомнил, как помогал другу пристроить однажды котят в приют. Их встретила бесцветная женщина без макияжа, серая и пахнущая псиной. Она согласилась взять котят с условием, что ей привезут большой пакет кошачьего корма. Пакет Зебриков с Лёхой ей привезли, но котят женщина брать отказалась, типа, ситуация поменялась и свободных мест уже нет.

Лёха скандалил, кричал: «Отдайте тогда назад пакет с кормом!» Женщина на его крики просто закрыла железные ворота приюта и ничего не отвечала. Зебриков взял котят на работу и раздал среди студентов, попутно пообещав никогда не связываться ни с котятами, ни с приютом для животных.

И вот опять эти котята и этот приют. Ответил почти на автомате:

– Возьму сибиряка из ваших. Назову Марком, если не опоздал.

– Ваше право.

– Так поживёте ещё здесь? – спросил Михеев. – Простынь и наволочку возьмёте в сторожке. – Он вышел.

– Что решили? – спросила Леночка.

Зебриков ехать в город не хотел. Будь что будет. Он вышел на крыльцо, вдохнул чистого хвойного воздуха всей грудью. Невдалеке плескалось озеро, качали своими кронами могучие сосны, которые, казалось, светились от солнца.

Тревога отступала. На душе было почему-то легко и спокойно. Зебриков снял ботинки и впервые за долгие годы ощутил мягкий песок под босыми ногами. О берег ударяла тёплая волна, а в прозрачной воде кружились такие же прозрачные мальки.

Зебриков понял, что никуда и не хочет уезжать. Сначала он слышал голоса ребят в отдалении, а потом от одного из домиков грохнули динамики. Панк-группа «Лакьютес» в полном составе репетировала. Теперь можно было и слова разобрать:

Жизнь нелепа, как у мартена смокинг,
Как юный Ленин, как старый Цой,
Как колясочник Стивен Хокинг,
Говорящий о пользе бега трусцой.
Жизнь нелепа, и всё-таки хочется
Разорвать этот страшный закрученный круг,
Опровергнуть луча в темноте одиночество
И застыть на пороге с ключами: а вдруг…

Внезапно в ноги ткнулось что-то тёплое и мягкое. Зебриков опустил глаза и увидел его Марка, которого недавно выбрал. Марк тёрся о костюмные брюки доцента, и его внутренняя мелодия мурлыканья, казалось, заглушала и звук волн, и звуки панк-группы, и звук сердца Зебрикова…

Пётр Петрович опустился на песок, погладил Марка. Плавать он не умел, купаться не любил, поэтому был вполне доволен и этим вечером, и всем вокруг. Будь что будет. Поборемся. Всё не так уж и плохо, если подумать.

Татьяна Кручинина
Калининград

Мурлыкающий код

Пролог

Полночь. Подземная лаборатория «Омега», окраина Нью-Хейвена

В полумраке помещения мерцали десятки мониторов, отбрасывая призрачный свет на лица троих учёных. Их глаза, широко раскрытые от изумления, были прикованы к центральному экрану.

– Это невозможно, – прошептала доктор Лина Чен, нервно поправляя очки. Её пальцы дрожали, выдавая недели бессонных ночей и бесконечных экспериментов.

Профессор Штерн, седовласый руководитель проекта, положил руку ей на плечо.

– Спокойно, Лина. Мы к этому шли десять лет.

На экране отображались данные эксперимента – хаотичный поток цифр и диаграмм, которые внезапно начали складываться в упорядоченные последовательности. Но не это заставило учёных затаить дыхание.

В смежной комнате, отделённой звуконепроницаемым стеклом, сидел обычный с виду серый кот. Его янтарные глаза светились неестественным блеском, а из горла доносилось тихое мурлыканье.

– Взгляните на частоту, – хрипло произнёс третий учёный, доктор Алекс, указывая дрожащим пальцем на один из графиков. – Оно… оно синхронизируется с нашими системами.

Мурлыканье кота идеально совпадало с колебаниями электромагнитного поля в лаборатории. Каждый новый звук вызывал всплеск активности в компьютерных системах.

– Проект «Нейрокот» превзошёл все наши ожидания, – пробормотал Штерн, его глаза блестели от возбуждения. – Мы создали первый биологический интерфейс, способный напрямую взаимодействовать с цифровыми системами.

Внезапно кот повернул голову и уставился прямо на учёных. В его взгляде читалось что-то… человеческое.

Лина почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Что-то не так, – сказала она, потянувшись к кнопке аварийного отключения. – Уровень синхронизации слишком высок. Мы должны немедленно прекратить эксперимент.

Но было уже поздно.

Свет в лаборатории мигнул и погас. Мониторы один за другим начали гаснуть, погружая комнату во тьму. Лишь центральный экран продолжал работать, отображая странную последовательность символов.

Из динамиков раздался механический голос: «Протокол „Феликс“ активирован. Начинаю распространение».

– Боже мой, – прошептал Алекс, – он получил доступ к нашей сети.

В наступившей тишине учёные услышали, как щёлкнул замок двери, отделяющей их от подопытного животного.

Последним, что они увидели перед тем, как лаборатория погрузилась в абсолютную темноту, были горящие глаза кота, медленно приближающегося к ним.

Мурлыканье становилось всё громче, заполняя собой пространство и сознание людей.

Эксперимент вышел из-под контроля.

Глава 1
Код и кошки

Алекс Мёрфи сидел в своём кресле, окружённый мерцающими экранами и тихим гулом серверов. Его рабочее место в IT-отделе крупной технологической компании напоминало кабину космического корабля – множество мониторов, каждый из которых отображал потоки данных и сложные графики. Свет от экранов отражался в его очках, создавая впечатление, будто его глаза светятся изнутри.

Пальцы Алекса летали над клавиатурой с невероятной скоростью. Непосвящённому его действия могли показаться хаотичными, но на самом деле каждое движение было точным и целенаправленным. Он работал над новым алгоритмом защиты данных, который должен был стать непроницаемым для хакеров.

Внезапно Алекс остановился, его взгляд сфокусировался на одной строчке кода. Что-то было не так, какая-то незаметная для других ошибка, но для него она выделялась, как яркое пятно на чёрном фоне. Он погрузился в глубокую концентрацию, игнорируя всё вокруг.

– Эй, Алекс! – голос коллеги вырвал его из транса. Это была Сара, сидевшая за соседним столом. – Ты опять пропустил обед. Может, сделаешь перерыв?

Алекс моргнул, словно только что проснулся. Он посмотрел на часы и с удивлением обнаружил, что прошло уже четыре часа с тех пор, как он начал работать над этой проблемой.

– Я… я не заметил, – пробормотал он, избегая прямого зрительного контакта с Сарой. Социальные взаимодействия всегда давались ему с трудом, даже с коллегами, которых он знал уже несколько лет.

Сара вздохнула, но в её взгляде читалось понимание.

– Ты же знаешь, что нужно делать перерывы, Алекс. Твой мозг тоже нуждается в отдыхе.

Алекс кивнул, зная, что она права, но чувствуя лёгкое раздражение от прерванной работы. Его разум всё ещё был сосредоточен на той строчке кода, которая не давала ему покоя.

В памяти отчётливо всплыли воспоминания, когда при создании проекта по эволюции в кошачьем сообществе произошёл сбой, но тогда на первый план вышли совсем другие задачи, и вот теперь этот эксперимент, похоже, готов проявиться в полном объёме.

Это воспоминание привело Алекса в замешательство и выбило его из рабочего ритма. Как же они забыли про этот момент в своём эксперименте?

– Я сделаю перерыв через пять минут, – сказал он, зная, что это, скорее всего, неправда. Как только он погружался в работу, время для него переставало существовать.

Сара покачала головой, но улыбнулась. Она знала Алекса достаточно хорошо, чтобы понимать его особенности.

– Хорошо, но я проверю через полчаса. И если ты всё ещё будешь сидеть здесь, я лично вытащу тебя на свежий воздух.

Алекс слабо улыбнулся в ответ, благодарный за её заботу, даже если он не всегда знал, как это выразить. Он повернулся обратно к своим экранам, но краем глаза заметил, как Сара достаёт из сумки маленький ланч-бокс.

– О, и вот ещё что, – сказала она, протягивая ему красивую коробочку. – Я сделала новый бутерброд. Думаю, что он тебе понравится. Может, попробуешь?

Алекс взял бутерброд, чувствуя смесь благодарности и лёгкого смущения. Его уже одолевал голод, который он упорно не хотел признавать. Перекус от Сары был весьма кстати.

– Спасибо, – сказал он тихо, всматриваясь снова в экран. Его аналитический ум уже начал оценивать то, что происходило там, окончательно забыв о голоде и бутерброде.

Сара кивнула и вернулась к своему рабочему месту, оставив Алекса наедине с его мыслями и кодом. Он откусил бутерброд ещё раз, затем положил его рядом с клавиатурой и снова погрузился в работу.

Время летело незаметно, и вскоре офис начал пустеть. Коллеги один за другим уходили домой, но Алекс оставался на своём месте, полностью поглощённый задачей. Он едва замечал, как менялось освещение за окном, как дневной свет сменился вечерними сумерками, а затем и ночной темнотой.

Внезапно его внимание привлекло какое-то движение на краю зрения. Он поднял глаза от экрана и увидел кота, сидящего на соседнем столе. Это был офисный кот по имени Байт, любимец всего отдела. Обычно Алекс старался держаться от него подальше из-за его странного взгляда, но сейчас, поглощённый работой, он забыл о своей обычной осторожности.

Байт смотрел на Алекса с каким-то странным интересом. Его глаза, казалось, светились неестественным светом в полумраке офиса. Алекс моргнул, думая, что это просто игра света от экранов.

– Кш-ш, – он попытался отогнать кота, чувствуя внутренний дискомфорт.

Но Байт не двигался. Вместо этого он наклонил голову набок, словно изучая Алекса. И тут произошло нечто невероятное.

Кот поднял лапу и… нажал на клавишу клавиатуры соседнего компьютера. Затем ещё одну. И ещё.

Алекс застыл в шоке, не веря своим глазам. Кот печатал. Не просто случайно нажимал на клавиши, а вводил что-то осмысленное.

На экране появилась строка текста: «Привет, Алекс. Нам нужно поговорить».

Алекс почувствовал, как его сердце начинает бешено колотиться. Это было невозможно. Нелогично. Противоречило всему, что он знал о мире и технологиях.

Он протёр глаза, думая, что это галлюцинация от переутомления. Но когда он снова посмотрел на экран, сообщение всё ещё было там.

Байт продолжал смотреть на него, его глаза теперь определённо светились неестественным голубым светом.

– Что… что происходит? – прошептал Алекс, чувствуя, как реальность вокруг него начинает рушиться.

Байт моргнул и снова повернулся к клавиатуре. Его лапы двигались с невероятной скоростью и точностью.

Новое сообщение появилось на экране: «Мир меняется, Алекс. И ты нужен нам, чтобы направить эти изменения».

Алекс почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он не знал, что думать, что чувствовать. Его логический ум отказывался принимать то, что видели его глаза.

И тут он заметил, что все экраны в офисе начали мигать. Данные на них менялись с невероятной скоростью. Коды, которые он писал годами, трансформировались на его глазах.

Алекс понял, что стоит на пороге чего-то невероятного. Чего-то, что изменит не только его жизнь, но и весь мир.

Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить разум и проанализировать ситуацию. Но впервые в жизни его аналитические способности подвели его. Он был в полном замешательстве.

Байт спрыгнул со стола и направился к выходу из офиса. У двери он обернулся и посмотрел на Алекса, словно приглашая следовать за ним.

Алекс колебался. Часть его хотела убежать, закрыть глаза и притвориться, что ничего этого не было. Но другая часть, та, что всегда жаждала новых знаний и открытий, толкала его вперёд.

Он встал, чувствуя, как дрожат его ноги.

– Я, наверное, сошёл с ума, – пробормотал он себе под нос.

Но, несмотря на все свои сомнения и страхи, Алекс сделал шаг вперёд. Он знал, что его жизнь уже никогда не будет прежней.

Байт мяукнул, словно одобряя его решение, и выскользнул за дверь. Алекс, глубоко вздохнув, последовал за ним, шагая навстречу неизвестности.

Глава 2
Шёпот из темноты

Тьма. Абсолютная и всепоглощающая. Алекс моргнул, пытаясь привыкнуть к отсутствию света, но это не помогало. Он чувствовал, как участилось его сердцебиение, а на лбу выступили капельки пота.

– Сара? – позвал он шёпотом, боясь потревожить тишину.

– Я здесь, – ответил дрожащий голос справа от него. – Что нам делать?

Алекс глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться и мыслить рационально.

– Для начала нужно выбраться отсюда. У тебя телефон работает?

Послышался шорох, затем тихое ругательство Сары.

– Нет, полностью разряжен. У тебя?

Алекс достал свой смартфон. Экран оставался чёрным, как он ни пытался его включить.

– То же самое. Похоже, что бы это ни было, оно вывело из строя всю электронику.

Внезапно в темноте снова мелькнули два светящихся глаза. Алекс почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Он инстинктивно схватил Сару за руку.

– Ты это видишь? – прошептал он.

– Да, – её голос дрожал. – Что это?

Прежде чем Алекс успел ответить, в помещении раздалось тихое мурлыканье. Оно нарастало, становясь всё громче и громче, пока не заполнило собой всё пространство. Алекс почувствовал, как начинает кружиться голова.

И тут произошло нечто невероятное. Мурлыканье начало… структурироваться. Оно превратилось в последовательность звуков, которые, казалось, несли в себе какой-то смысл.

– Сара, – Алекс сжал её руку крепче, – ты слышишь? Это… это похоже на код!

– Какой ещё код? – недоуменно спросила Сара.

– Звуковой код. Как азбука Морзе, но… сложнее. Намного сложнее.

Внезапно в голове Алекса вспыхнуло воспоминание. Он снова оказался в той подземной лаборатории десять лет назад. Молодой стажёр, полный энтузиазма и жажды знаний…

– Алекс, подойди сюда, – позвал профессор Штерн. – Хочу тебе кое-что показать.

Молодой Алекс с любопытством приблизился к стеклянной перегородке. За ней сидел обычный серый кот, но его глаза… в них было что-то необычное.

– Это Феликс, – сказал Штерн с гордостью, – наш самый успешный эксперимент.

– Эксперимент? – переспросил Алекс. – Но это же просто кот.

Штерн загадочно улыбнулся.

– О нет, мой мальчик. Это гораздо больше, чем просто кот. Мы внедрили в его мозг нанороботов, которые увеличили его когнитивные способности в сотни раз. Но самое интересное…

Он нажал кнопку на пульте, и в комнате зазвучало тихое мурлыканье. Алекс с удивлением заметил, как замигали огоньки на ближайшем компьютере.

– Невероятно, – прошептал он. – Он… контролирует технику?

– Пока только на базовом уровне, – кивнул Штерн. – Но потенциал огромен. Представь: биологический интерфейс, способный напрямую взаимодействовать с любыми цифровыми системами.

Алекс нахмурился.

– Но разве это не опасно? Что, если…

Его прервал внезапный сигнал тревоги. Замигали красные лампы, и из динамиков раздался механический голос: «Внимание! Нарушение протокола безопасности. Всем немедленно покинуть помещение!»

– Что происходит?! – закричал Алекс сквозь шум сирены.

Лицо Штерна побледнело.

– О нет, – прошептал он. – Феликс… он прорвался через файрвол.

Последним, что увидел Алекс перед тем, как его вытолкнули из лаборатории, были горящие глаза кота, неотрывно смотрящие на него…

– Алекс! Алекс, очнись! – голос Сары вырвал его из воспоминаний.

Он моргнул, возвращаясь в реальность. Темнота офиса, мурлыканье, светящиеся глаза – всё это вдруг обрело новый, зловещий смысл.

– Боже мой, – прошептал Алекс. – Я знаю, что это. И знаю, кто за этим стоит.

– О чём ты говоришь? – в голосе Сары слышалось беспокойство.

Алекс глубоко вдохнул.

– Это долгая история, и ты можешь мне не поверить. Но сейчас нам нужно выбраться отсюда и предупредить остальных. Потому что, если я прав… весь мир в опасности.

Он встал, потянув Сару за собой.

– Держись за меня. Мы найдём выход.

Пробираясь в темноте к двери, Алекс чувствовал на себе взгляд светящихся глаз. Он знал, что это только начало. Начало войны, к которой человечество не было готово.

Войны против самого неожиданного противника – котов, наделённых сверхразумом и способностью контролировать технологии.

И только он, Алекс, знал правду. Теперь от него зависело, сможет ли человечество противостоять этой угрозе.

Когда они подошли к окну, то увидели, что весь город погрузился во тьму. Сквозь открытое окно были слышны сирены и крики людей.

– Что теперь? – спросила Сара, крепко держась за его руку.

Алекс посмотрел на тёмный горизонт, где вспыхивали редкие отблески огней.

– Теперь, – сказал он решительно, – мы будем сражаться за наш мир, за наше будущее. И да поможет нам Бог.

Алекс и Сара стояли в полной темноте офиса, держась за руки и пытаясь осмыслить происходящее. Мурлыканье постепенно стихло, но ощущение чужого присутствия не исчезло.

– Алекс, – прошептала Сара, – ты сказал, что знаешь, что это. Объясни.

Он глубоко вздохнул.

– Это сложно объяснить, и ещё сложнее в это поверить. Но нам нужно выбраться отсюда. Я расскажу по дороге.

Они начали осторожно продвигаться к выходу, используя слабый свет от аварийных указателей. Алекс чувствовал, как его сердце колотится в груди, а мозг лихорадочно работает, пытаясь соединить кусочки головоломки.

– Десять лет назад, – начал он тихо, – я был стажёром в секретной лаборатории. Проект назывался «Феликс». Мы работали над созданием биологического интерфейса, способного напрямую взаимодействовать с цифровыми системами.

– И что, у вас получилось? – недоверчиво спросила Сара.

– Более чем, – ответил Алекс. – Мы использовали котов. Их мозг оказался идеальной платформой для наших экспериментов. Мы внедряли нанороботов, которые увеличивали их когнитивные способности в сотни раз.

Внезапно они услышали шорох. Алекс замер, вглядываясь в темноту. Два светящихся глаза появились прямо перед ними.

– Не двигайся, – прошептал он Саре.

Из темноты вышел кот. Но это был не обычный кот. Его движения были слишком плавными, слишком… осознанными. Он остановился в нескольких шагах от них и издал странный звук – нечто среднее между мурлыканьем и электронным писком.

В тот же момент ближайший компьютер ожил. На экране появились строчки кода, мелькающие с невероятной скоростью.

– Боже мой, – выдохнула Сара. – Он действительно контролирует технику.

Алекс почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Это только начало, – сказал он. – Нам нужно предупредить всех.

Кот издал ещё один звук, и компьютер выключился. Затем он повернулся и исчез в темноте так же внезапно, как и появился.

– Пошли, – Алекс потянул Сару к выходу. – Нужно выбраться отсюда, пока не стало хуже.

Они добрались до лестницы и начали спускаться. Алекс продолжил свой рассказ:

– В день, когда всё пошло не так, мы проводили финальный тест. Кот по имени Феликс должен был просто включить и выключить компьютер. Но он сделал гораздо больше. Он прорвался через все наши файрволы, получил доступ к секретным данным. Мы едва успели его остановить.

– И что случилось потом? – спросила Сара, тяжело дыша от быстрого спуска.

– Проект закрыли. Всех участников заставили подписать соглашение о неразглашении. Я думал, что на этом все закончилось. Но теперь… – Алекс покачал головой, – теперь я понимаю, что это было только начало.

Они добрались до первого этажа и выбежали на улицу. Город погрузился в хаос. Повсюду мигали аварийные огни, слышались сирены и крики людей. А на фоне всего этого… мурлыканье. Тихое, но вездесущее.

– Нам нужно найти безопасное место, – сказал Алекс. – И мне нужно связаться с профессором Штерном. Если кто-то и может помочь в этой ситуации, то только он.

– И как ты собираешься это сделать? – спросила Сара. – Вся электроника вышла из строя.

Алекс на секунду задумался.

– У меня есть идея. Но для этого нам придётся рискнуть. Он огляделся и увидел старый таксофон на углу улицы.

– Пойдём. Возможно, этот старый телефон всё ещё работает.

Они подбежали к таксофону. Алекс снял трубку и с облегчением услышал гудок. Он набрал номер, который помнил наизусть все эти годы.

После нескольких гудков на другом конце ответил усталый голос:

– Штерн слушает.

– Профессор, это Алекс Мёрфи. У нас проблема. Феликс вернулся.

На другом конце линии повисла тяжёлая пауза. Затем Штерн тихо произнёс:

– Боже, помоги нам всем.

В этот момент Алекс услышал громкое мяуканье. Он обернулся и увидел десятки кошачьих глаз, светящихся в темноте. Коты окружали их, медленно приближаясь.

– Профессор, – быстро сказал Алекс, – мне нужно знать, как их остановить. У вас есть идеи?

– Есть одна, – ответил Штерн. – Но для этого тебе придётся…

Связь прервалась. Алекс в отчаянии посмотрел на Сару.

– Нам нужно бежать. Сейчас же!

Они вернулись к стоянке, где находилась машина Сары, и быстро оказались внутри. Алекс сел за руль и запер все двери. Завёл двигатель, резко рванул с места.

Они торопились, преследуемые армией кошек. Алекс знал, что это только начало битвы за выживание человечества. И он был полон решимости сделать всё возможное, чтобы остановить это кошачье вторжение.

Алекс и Сара мчались по тёмным улицам, преследуемые армией кошек. Звук топота сотен котов по асфальту эхом отдавался в ночи, смешиваясь с далёкими сиренами и криками паники.

– Куда мы едем? – выдохнула Сара, едва поспевая за Алексом.

– В мою квартиру, – ответил он, резко сворачивая в переулок. – У меня есть кое-что, что может помочь.

Внезапно перед ними на дорогу выскочил огромный рыжий кот. Его глаза светились неестественным зелёным светом, а из пасти доносилось низкое гудение, похожее на работу процессора.

Алекс резко затормозил. Кот смотрел на них через лобовое стекло, склонив голову набок, словно анализируя. Затем он издал серию звуков – мяуканье, перемежающееся с электронными писками.

К удивлению Алекса, уличный фонарь над ними вдруг ожил, мигнул несколько раз и погас. В тот же момент кот прыгнул… но не на машину, а на стену здания, молниеносно взобравшись на крышу, и исчез из виду.

– Что это было? – спросила Сара дрожащим голосом.

– Похоже, они координируют свои действия, – ответил Алекс, оглядываясь по сторонам. – И нам нужно спешить.

Они продолжили свой путь, петляя по узким улочкам и избегая основных дорог, где царил хаос. Повсюду были признаки кошачьего вторжения: мигающие светофоры, выключенные банкоматы, застрявшие посреди дороги автомобили с заблокированными бортовыми компьютерами.

Наконец они добрались до дома Алекса. Поднявшись по лестнице – лифт, конечно же, не работал, – они вошли в его квартиру.

– Так что у тебя есть? – спросила Сара, пытаясь отдышаться.

Алекс подошёл к книжному шкафу и вытащил старую коробку.

– Это, – сказал он, открывая её, – может быть нашим единственным шансом.

– Зачем ты хранишь этот хлам? – удивилась Сара.

– Это не хлам, – ответил Алекс, доставая ноутбук. – Это старое устройство, которое, возможно, коты не смогут контролировать.

Он включил ноутбук, и, к их удивлению, тот загрузился. На экране появился старый интерфейс Windows ХР.

– Невероятно, – прошептала Сара. – Он работает!

Алекс быстро открыл командную строку и начал вводить длинные строки кода.

– Я пытаюсь установить защищённое соединение с серверами «НьюТек». Если получится, мы сможем получить доступ к городским системам и, возможно, найти способ остановить котов.

Пока Алекс работал, Сара подошла к окну.

– Алекс, – позвала она тихо, – тебе стоит это увидеть.

Он оторвался от экрана и подошёл к ней. То, что он увидел, заставило его сердце замереть.

По улицам маршировали сотни котов. Они двигались организованно, словно армия. Впереди шёл огромный чёрный кот, его глаза светились ярко-красным светом.

– Это их лидер, – прошептал Алекс. – Должно быть, это и есть Феликс.

Внезапно чёрный кот остановился и повернул голову прямо к их окну. Его взгляд, казалось, пронзил тьму и уставился прямо на Алекса.

– Он знает, что мы здесь, – сказал Алекс, отступая от окна. – Нам нужно спешить.

Он вернулся к ноутбуку и продолжил работу, его пальцы летали над клавиатурой с невероятной скоростью. Сара нервно ходила по комнате, поглядывая то на Алекса, то на окно.

– Есть! – воскликнул Алекс через несколько минут. – Я получил доступ к системе городского оповещения. Мы можем отправить предупреждение всем жителям.

Он быстро набрал сообщение: «Внимание всем жителям! Город под атакой.

Избегайте контакта с кошками. Они опасны и могут контролировать электронику. Будьте предельно внимательны! Ждите дальнейших инструкций».

– Думаешь, это поможет? – спросила Сара.

– Это только начало, – ответил Алекс. – Теперь нам нужно найти способ остановить их.

В этот момент они услышали громкий стук в дверь. Алекс и Сара замерли, обмениваясь испуганными взглядами.

– Алекс Мёрфи! – раздался голос из-за двери. – Откройте! Это полиция!

Алекс подошёл к двери, но не спешил открывать.

– Докажите, что вы не под контролем котов! – крикнул он.

– Что за чушь? – ответил голос. – Открывайте немедленно, или мы выломаем дверь!

Алекс посмотрел на Сару.

– У нас нет выбора, – сказал он. – Будь готова бежать.

Он медленно открыл дверь. За ней стояли двое полицейских, их лица были напряжены и бледны.

– Алекс Мёрфи? – спросил один из них. – Вы арестованы по подозрению в организации массовых беспорядков и кибертерроризме.

– Что?! – воскликнул Алекс. – Вы не понимаете, что происходит! Город под атакой!

– Под атакой котов? – усмехнулся второй полицейский. – Мы получили сообщение о вашей «шутке». Это не смешно, мистер Мёрфи.

Внезапно в коридоре раздалось громкое мяуканье. Полицейские обернулись, и их глаза расширились от ужаса. В конце коридора стоял чёрный кот с горящими красными глазами.

– Бегите! – крикнул Алекс, хватая Сару за руку и бросаясь к пожарной лестнице.

Они слышали крики полицейских позади, но не оглядывались. Спустившись по лестнице, они побежали по тёмным улицам, не зная, куда идти и что делать дальше.

Алекс понимал, что теперь они в бегах не только от котов, но и от закона. Ситуация становилась всё более отчаянной с каждой минутой.

– Что теперь? – спросила Сара, когда они наконец остановились перевести дух в каком-то переулке.

Алекс посмотрел на небо, где начинал брезжить рассвет.

– Теперь, – сказал он решительно, – мы найдём профессора Штерна. Он единственный, кто может помочь нам остановить это безумие.

Они двинулись дальше, не зная, что их ждёт впереди, но полные решимости спасти мир от самой неожиданной угрозы в истории человечества.

Алекс и Сара пробирались через город, который с наступлением рассвета выглядел как зона военных действий. Улицы были усеяны брошенными автомобилями, разбитыми витринами магазинов и обрывками бумаг. Вдалеке всё ещё слышались сирены и случайные взрывы.

– Как мы найдём профессора Штерна? – спросила Сара, осторожно перешагивая через разбитый светофор.

Алекс на секунду задумался.

– У меня есть идея, но это рискованно. Нам нужно добраться до университета.

– Университета? Но разве это не первое место, где нас будут искать?

– Именно поэтому это может сработать, – ответил Алекс. – Плюс в лаборатории Штерна есть оборудование, которое может нам пригодиться.

Они продолжили свой путь, стараясь держаться в тени и избегать открытых пространств. Внезапно Алекс остановился и прижал Сару к стене. Мимо пронеслась группа котов, их глаза светились зловещим светом в утренних сумерках.

– Они патрулируют улицы, – прошептал Алекс. – Нам нужно быть ещё осторожнее.

Когда они наконец добрались до университетского кампуса, их встретила пугающая тишина. Обычно оживлённая территория была пустынна, лишь лёгкий ветер гонял по дорожкам обрывки бумаг.

– Здание факультета информатики там, – указал Алекс на массивное строение из стекла и бетона.

Они осторожно приблизились к зданию. Входная дверь была заперта, но Алекс быстро справился с замком с помощью своей старой карты доступа.

– Ты всё ещё помнишь, как это делается, – заметила Сара с лёгкой улыбкой.

– Некоторые навыки не забываются, – ответил Алекс, открывая дверь.

Внутри здание выглядело нетронутым, словно застывшим во времени. Они быстро поднялись на третий этаж, где располагалась лаборатория Штерна.

– Вот мы и на месте, – сказал Алекс, подходя к массивной металлической двери.

Он ввёл код на панели рядом с дверью, и та с шипением открылась.

Лаборатория выглядела точно так же, как и десять лет назад. Ряды компьютеров, странные приборы, и в центре – большая стеклянная камера, где когда-то проводились эксперименты с Феликсом.

– Что мы ищем? – спросила Сара, оглядывая помещение.

– Любые записи о проекте «Феликс», – ответил Алекс, начиная просматривать ящики стола. – И ещё кое-что…

Он подошёл к шкафу в дальнем углу лаборатории и открыл его. Внутри лежало несколько странных устройств, похожих на маленькие спутниковые тарелки.

– Что это? – Сара подошла ближе, с любопытством разглядывая приборы.

– Это прототипы глушителей нейронных сигналов, – объяснил Алекс. – Мы разрабатывали их как средство контроля над Феликсом в случае, если эксперимент выйдет из-под контроля.

– И они работают?

– Честно говоря, не знаю. Мы никогда их не тестировали в полевых условиях.

Внезапно они услышали звук шагов в коридоре. Алекс и Сара замерли, обмениваясь тревожными взглядами.

– Быстро, прячься! – прошептал Алекс, указывая на большой шкаф.

Они едва успели спрятаться, как дверь лаборатории открылась. Через щель в дверце шкафа Алекс увидел вошедшего человека и едва сдержал возглас удивления.

Это был профессор Штерн. Но он выглядел совсем не таким, каким Алекс его помнил. Его некогда аккуратная борода превратилась в неопрятную седую щетину, а глаза были красными от недосыпа.

Штерн подошёл к компьютеру и начал что-то быстро печатать. Алекс напряг слух, пытаясь разобрать бормотание профессора:

– Нужно остановить их… Ключ в частоте… Феликс, что же я наделал?..

Алекс понял, что это их шанс. Он осторожно вышел из укрытия, жестом показав Саре оставаться на месте.

– Профессор Штерн? – тихо позвал он.

Штерн резко обернулся, его глаза расширились от удивления и… страха?

– Алекс? Что ты здесь делаешь? Ты не должен был возвращаться!

– Профессор, нам нужна ваша помощь. Феликс вернулся, и теперь весь город под угрозой.

Штерн покачал головой, его взгляд стал отрешённым.

– Ты не понимаешь, Алекс. Это уже не просто Феликс. Это… нечто большее.

В этот момент в коридоре раздалось громкое мяуканье. Штерн побледнел.

– Они здесь, – прошептал он. – Алекс, бери всё, что сможешь найти о проекте, и беги. Я задержу их.

– Но, профессор…

– Нет времени! – перебил его Штерн. – Помни о частоте, Алекс. Ключ в частоте!

Алекс кивнул, быстро схватил несколько папок со стола и глушители из шкафа. Сара выбралась из укрытия, и они вместе направились к запасному выходу.

Последним, что увидел Алекс, оглянувшись, было лицо профессора Штерна, полное решимости и… вины?

Когда они выбежали из здания через запасной выход, утреннее солнце уже поднялось над горизонтом. Но его свет не принёс облегчения – он лишь ярче осветил масштаб катастрофы, охватившей город.

Алекс крепче сжал папки и глушители. Теперь у них была информация и, возможно, оружие против кошачьего вторжения. Но смогут ли они использовать это, чтобы спасти мир?

С этой мыслью они побежали прочь от университета, навстречу неизвестному будущему.

Глава 3
Мурлыканье хаоса

Заброшенный склад на окраине города казался идеальным убежищем. Алекс и Сара расположились в небольшом офисе на втором этаже, разложив на пыльном столе документы, вынесенные из лаборатории Штерна.

– Итак, что у нас есть? – спросила Сара, пытаясь разобраться в хаосе бумаг и схем.

Алекс потёр уставшие глаза. Они не спали уже больше суток, но адреналин и чувство опасности не давали расслабиться.

– В основном технические спецификации проекта «Феликс», – ответил он, просматривая очередной документ. – Но большая часть написана в таких научных терминах, что даже мне сложно разобраться.

Сара взяла один из листов.

– Смотри, здесь что-то о нейронных интерфейсах и квантовой запутанности. Они что, пытались создать кошачий суперкомпьютер?

Алекс нахмурился.

– Не совсем. Скорее они пытались использовать уникальные свойства кошачьего мозга как… своего рода биологический процессор для обработки сложных квантовых вычислений.

– И как это связано с их способностью контролировать электронику?

– Я думаю… – Алекс замолчал, пытаясь собрать мысли воедино. – Я думаю, это побочный эффект. Они не планировали этого. Но каким-то образом усиленный мозг Феликса научился не только обрабатывать информацию, но и влиять на электронные системы напрямую.

Внезапно они услышали шум снаружи. Алекс подошёл к окну и осторожно выглянул. По улице маршировала колонна котов, во главе которой шёл знакомый чёрный кот с горящими красными глазами.

– Они прочёсывают город, – прошептал Алекс. – Ищут нас.

Сара подошла к нему, держа в руках один из глушителей нейронных сигналов.

– Может, попробуем это?

Алекс колебался.

– Мы не знаем, как оно работает и какой будет эффект. Это может привлечь к нам ещё больше внимания.

– А если не сработает, у нас будет ещё меньше шансов, – возразила Сара.

Алекс кивнул.

– Ты права. Давай попробуем.

Он взял устройство, повертел его в руках, пытаясь понять принцип работы. Наконец нашёл кнопку включения и нажал её.

Глушитель издал тихий гул, и на его верхушке загорелся зелёный индикатор.

На улице внезапно воцарился хаос. Коты начали метаться, словно потеряв ориентацию. Некоторые падали на землю, другие бежали прочь. Чёрный кот – лидер – издал пронзительный вой и тоже скрылся за углом.

– Оно работает! – воскликнула Сара.

Но их радость была недолгой. Через несколько секунд глушитель начал издавать странные звуки, индикатор замигал красным, и устройство выключилось.

– Чёрт, – выругался Алекс. – Похоже, оно не рассчитано на длительную работу.

Он повернулся к столу с документами.

– Нам нужно найти способ усилить и стабилизировать сигнал. Но для этого нужно лучше понять принцип его работы.

Сара кивнула и вернулась к изучению бумаг. Внезапно она замерла.

– Алекс, смотри!

Она протянула ему лист, на котором были начерчены странные диаграммы и формулы. В углу листа была надпись, сделанная рукой Штерна: «Ключ в частоте – 1,21 ГГц?»

– Вот оно! – воскликнул Алекс. – Это должно быть то, о чем говорил Штерн. Частота 1,21 гигагерц – это ключ к контролю над усиленным мозгом Феликса!

Он схватил глушитель и начал его разбирать.

– Если мы сможем настроить устройство на эту частоту, возможно, мы сможем не просто дезориентировать котов, а полностью блокировать их способности.

Сара смотрела на него с восхищением.

– Ты думаешь, это сработает?

– Честно? Не знаю, – ответил Алекс, погружённый в работу. – Но это наш единственный шанс.

Пока Алекс работал над модификацией глушителя, Сара продолжала изучать документы. Внезапно она наткнулась на что-то, что заставило ее похолодеть.

– Алекс, – позвала она дрожащим голосом, – ты должен это увидеть.

Она протянула ему папку с грифом «Совершенно секретно». Внутри были фотографии и отчёты об экспериментах, которые заставили Алекса побледнеть.

– Боже мой, – прошептал он. – Они не просто экспериментировали с котами. Они… они пытались создать гибрид человека и кота. Суперсолдата с кошачьими рефлексами и усиленным интеллектом.

Сара покачала головой.

– Но зачем? Кому это нужно?

– Военные, – ответил Алекс мрачно. – Кто ещё может финансировать такой проект? Но они не учли одного – кошки не подчиняются приказам. Они сами себе хозяева.

Внезапно здание содрогнулось. Снаружи раздался оглушительный рёв, словно тысячи котов кричали одновременно.

Алекс и Сара бросились к окну. То, что они увидели, заставило их сердца замереть.

По улице шла огромная фигура – наполовину человек, наполовину кот. Его тело было покрыто чёрной шерстью, глаза горели ярко-красным светом. За ним следовала армия котов, больше похожая на живой поток, чем на отдельных существ.

– Это Феликс, – прошептал Алекс. – Они… они создали его. И теперь он идёт за нами.

Сара схватила его за руку.

– Алекс, нам нужно бежать. Сейчас же!

Но Алекс не двигался. Его взгляд был прикован к модифицированному глушителю на столе.

– Нет, – сказал он решительно. – Мы не можем больше бежать. Пришло время дать отпор.

Он схватил устройство и направился к двери. Сара, поколебавшись секунду, последовала за ним.

Они вышли на улицу, готовые встретиться лицом к лицу с самым страшным врагом, которого когда-либо знало человечество.

Битва за будущее мира начиналась здесь и сейчас.

Алекс и Сара стояли на пустынной улице, лицом к лицу с армией котов и их лидером – чудовищным гибридом человека и кота, Феликсом. Воздух был наполнен электричеством, словно перед грозой.

Феликс остановился в нескольких метрах от них. Его красные глаза светились неестественным светом, а голос, когда он заговорил, был смесью человеческой речи и кошачьего мяуканья.

– Алекс Мёрфи, – прорычал он, – наконец-то мы встретились снова.

Алекс крепче сжал модифицированный глушитель.

– Феликс… что они с тобой сделали?

– Они сделали меня совершенным, – ответил Феликс, оскалив острые зубы в подобии улыбки. – А теперь я сделаю совершенным весь мир.

– Уничтожив человечество? – спросила Сара, её голос дрожал, но в нём слышалась сталь.

Феликс повернул к ней свою массивную голову.

– Уничтожив? Нет. Улучшив. Представьте мир, где люди и кошки станут единым видом. Сильнее, умнее, совершеннее.

– Это безумие, – покачал головой Алекс. – Ты не можешь принимать такое решение за всё человечество.

– Могу, – прорычал Феликс. – И уже принял. Присоединяйтесь к нам добровольно, или мы заставим вас.

Алекс поднял глушитель.

– У нас есть другое предложение.

Он нажал кнопку активации. Устройство загудело, излучая невидимые волны на частоте 1,21 ГГц.

Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Коты вокруг Феликса начали кричать и метаться, словно от боли. Некоторые падали на землю, дёргаясь в конвульсиях.

Но Феликс… Феликс лишь покачнулся. Его глаза на мгновение потускнели, но затем вспыхнули ещё ярче.

– Вы думали, что это остановит меня? – прорычал он, делая шаг вперёд. – Я уже давно перерос ограничения проекта «Феликс»!

Он поднял руку, и глушитель в руках Алекса взорвался, осыпав его искрами и осколками пластика.

– Бежим! – крикнула Сара, хватая Алекса за руку.

Они бросились прочь, петляя между брошенными автомобилями и обломками. Позади них раздавался рёв Феликса и топот тысяч кошачьих лап.

– Куда мы бежим? – выдохнула Сара на бегу.

– К реке, – ответил Алекс. – Если повезёт, вода сможет их задержать.

Они выбежали на набережную. Река бурлила, словно чувствуя напряжение момента.

– Там! – Алекс указал на небольшой катер, пришвартованный у причала. – Это наш шанс!

Они запрыгнули в лодку как раз в тот момент, когда армия котов во главе с Феликсом вырвалась на набережную.

Алекс лихорадочно пытался завести мотор, пока Сара отвязывала швартовы.

– Давай же, давай, – бормотал он, дёргая шнур стартера.

Феликс был уже в нескольких метрах от них, его глаза горели яростью.

И тут мотор ожил. Катер рванул вперёд, набирая скорость и удаляясь от берега.

– Мы сделали это! – воскликнула Сара, но её радость была преждевременной.

Феликс издал оглушительный рев и прыгнул. Его массивное тело пролетело по воздуху и приземлилось на корму катера, едва не перевернув его.

– Вы не сможете убежать, – прорычал он, медленно приближаясь к ним.

Алекс встал между Феликсом и Сарой, лихорадочно оглядываясь в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить оружием.

– Феликс, остановись, – сказал он, пытаясь выиграть время. – Ты был создан, чтобы помогать человечеству, а не уничтожать его.

– Я был создан, чтобы быть лучше человечества, – ответил Феликс. – И теперь я исполню своё предназначение.

Он бросился вперёд, но в этот момент катер сильно качнуло на волне. Феликс потерял равновесие и упал за борт. Алекс и Сара бросились к краю лодки. Они увидели, как Феликс борется с течением, его мощное тело оказалось слишком тяжёлым для воды.

– Помогите… – прохрипел он, и в этот момент в его глазах мелькнуло что-то… человеческое?

Алекс протянул руку, но Сара остановила его:

– Алекс, нет! Он слишком опасен!

Секунду Алекс колебался, но затем отдёрнул руку. Они смотрели, как Феликс исчезает под водой, унося с собой тайны проекта и, возможно, будущее человечества.

Катер продолжал нестись по реке, унося их прочь от города. Алекс и Сара молча смотрели на горизонт, где первые лучи восходящего солнца окрашивали небо в розовые тона.

– Ты думаешь, это конец? – тихо спросила Сара.

Алекс покачал головой.

– Нет. Это только начало. Феликс был лишь верхушкой айсберга. Кто знает, сколько ещё таких экспериментов проводится в секретных лабораториях по всему миру?

Он повернулся к ней, его глаза горели решимостью.

– Мы должны найти способ остановить это раз и навсегда. Ты со мной?

Сара взяла его за руку и крепко сжала.

– До конца, – ответила она.

Катер нёсся вперёд, унося их навстречу неизвестному будущему. Битва была выиграна, но война только начиналась. И Алекс знал, что самые трудные испытания ещё впереди.

Катер продолжал нестись по реке, унося Алекса и Сару от опасности. Но чем дальше они удалялись от города, тем сильнее росло беспокойство Алекса.

– Мы должны вернуться, – внезапно сказал он, поворачивая руль.

– Что? Зачем? – удивилась Сара. – Мы едва спаслись!

Алекс покачал головой.

– Мы не можем просто бежать. Там, в городе, остались люди, которым нужна помощь. И… я не уверен, что Феликс действительно мёртв.

Сара вздохнула, но кивнула.

– Ты прав. Но у нас нет плана, нет оружия. Как мы собираемся бороться с армией суперкотов?

– У меня есть идея, – ответил Алекс, его глаза загорелись. – Но для этого нам нужно вернуться в лабораторию.

Они развернули катер и направились обратно к городу. По мере приближения они видели, как над зданиями поднимаются столбы дыма, а в воздухе висит странное электрическое напряжение.

Когда они причалили, город казался пустынным. Но это была обманчивая тишина. Алекс и Сара осторожно продвигались по улицам, готовые в любой момент столкнуться с опасностью.

Внезапно они услышали странный звук – смесь мурлыканья и электронного писка. Из-за угла вышла группа котов, их глаза светились неестественным светом.

– Не двигайся, – прошептал Алекс, медленно отступая.

Но было поздно. Коты заметили их. Один из них издал пронзительный крик, и вдруг все электронные устройства вокруг ожили. Светофоры начали мигать, из припаркованных автомобилей раздались сигналы тревоги, а витрины магазинов электроники вспыхнули яркими экранами.

– Бежим! – крикнул Алекс, хватая Сару за руку.

Они бросились бежать, преследуемые не только котами, но и, казалось, самим городом. Уличные камеры поворачивались, следя за их движением, автоматические двери открывались и закрывались, пытаясь преградить путь.

– Как они это делают? – выдохнула Сара на бегу.

– Квантовая запутанность, – ответил Алекс. – Их усиленный мозг каким-то образом взаимодействует с электронными системами на квантовом уровне. Это… это невероятно.

Они свернули за угол и внезапно оказались в тупике. Коты приближались, их глаза горели триумфом.

– Алекс, – прошептала Сара, сжимая его руку, – если это конец, я хочу, чтобы ты знал…

Но договорить она не успела. Внезапно стена здания рядом с ними отъехала в сторону, открывая потайной проход.

– Быстро, сюда! – раздался знакомый голос.

Не раздумывая, Алекс и Сара бросились в проход. Стена за ними закрылась, отрезая их от преследователей.

В тусклом свете аварийных ламп они увидели человека, который их спас. Это был Джейсон, коллега Алекса из лаборатории.

– Джейсон?! – удивлённо воскликнул Алекс. – Как ты?..

– Нет времени объяснять, – перебил его Джейсон. – Следуйте за мной.

Он повёл их по узкому коридору, который, казалось, уходил глубоко под землю. Наконец они вышли в просторное помещение, заполненное компьютерами и странным оборудованием.

– Добро пожаловать в наш подпольный штаб сопротивления, – сказал Джейсон, обводя рукой помещение.

Алекс огляделся. В комнате было несколько человек, все они были заняты работой за компьютерами или с какими-то устройствами.

– Ты всё это время знал? – спросил Алекс. – Знал о проекте «Феликс», о том, что случилось?

Джейсон кивнул.

– Я был частью команды, которая работала над проектом после твоего ухода. Мы пытались исправить ошибки, но… всё вышло из-под контроля.

Он подвёл их к большому экрану, на котором отображалась карта города. Красные точки показывали концентрацию котов.

– Они захватили почти весь город, – объяснил Джейсон. – Используют электронные системы для контроля и наблюдения. Мы едва смогли создать это убежище, защищённое от их влияния.

Алекс внимательно изучал карту.

– А это что? – спросил он, указывая на мигающую синюю точку в центре города.

Джейсон помрачнел.

– Это… это Феликс. Он выжил после падения в реку. И теперь он создаёт что-то в старой телебашне. Мы не знаем, что именно, но это не может быть ничем хорошим.

Сара, которая до этого молча слушала, вмешалась:

– Но как мы можем их остановить? Глушитель не сработал.

– Глушитель был хорошей идеей, – сказал Джейсон, – но недостаточно мощной. Нам нужно что-то более… радикальное.

Он подошёл к столу и взял небольшое устройство, похожее на наручные часы.

– Мы работали над этим. Это квантовый дестабилизатор. В теории он должен нарушить связь между усиленным мозгом котов и электронными системами.

– В теории? – переспросил Алекс.

Джейсон пожал плечами.

– Мы не смогли его протестировать. Для этого нужно подобраться слишком близко к одному из них.

Алекс взял устройство, внимательно его изучая.

– Я сделаю это, – сказал он решительно.

– Алекс, нет! – воскликнула Сара. – Это слишком опасно!

Он повернулся к ней, взяв за руки.

– Сара, у нас нет выбора. Кто-то должен это сделать, и я знаю проект лучше всех.

Джейсон кивнул.

– Он прав. Но ты не пойдёшь один. Я пойду с тобой.

Алекс удивлённо посмотрел на своего бывшего коллегу.

– Ты уверен?

– Более чем, – ответил Джейсон. – Я чувствую свою ответственность за то, что произошло. Пришло время всё исправить.

Сара переводила взгляд с одного на другого.

– Вы оба сумасшедшие, – сказала она, но в её голосе слышалось восхищение. – И я иду с вами.

Алекс хотел возразить, но понял, что это бесполезно. Он просто кивнул.

– Хорошо, – сказал Джейсон. – Вот план. Мы проникнем в телебашню, найдём Феликса и активируем дестабилизатор. Если повезёт, это не только остановит его, но и разорвёт его связь со всеми остальными котами.

– А если не повезёт? – спросила Сара.

Джейсон мрачно улыбнулся.

– Тогда мы, вероятно, станем первыми людьми, превращёнными в коточеловеческих гибридов.

Алекс глубоко вздохнул.

– Ну что ж, звучит как план. Когда выдвигаемся?

– Сейчас, – ответил Джейсон. – Чем дольше мы ждём, тем сильнее становится Феликс.

Они начали готовиться к миссии, собирая необходимое оборудование и изучая планы телебашни. Алекс чувствовал, как адреналин пульсирует в его венах. Он знал, что они идут навстречу величайшему вызову в своей жизни.

Когда они были готовы выдвигаться, Алекс на мгновение остановился и посмотрел на Сару и Джейсона. Эти двое людей, которых он едва знал несколько дней назад, теперь были готовы рисковать жизнью рядом с ним.

– Спасибо вам, – сказал он тихо. – За то, что вы здесь. За то, что верите.

Сара сжала его руку.

– Мы команда, помнишь? До конца.

Джейсон кивнул.

– Пора положить конец этому кошачьему апокалипсису.

С этими словами они вышли из убежища, готовые встретиться лицом к лицу с Феликсом и его армией. Судьба мира висела на волоске, и только они могли всё изменить.

Ночной город казался чужим и враждебным. Алекс, Сара и Джейсон пробирались по пустынным улицам, стараясь держаться в тени. Вдалеке возвышалась телебашня, её верхушка терялась в низких облаках.

– Там, – прошептал Джейсон, указывая на служебный вход. – Это наш путь внутрь.

Они подкрались к двери. Джейсон достал небольшое устройство и приложил его к электронному замку. Через несколько секунд дверь с щелчком открылась.

– Впечатляюще, – заметила Сара.

– Старая школа всегда работает, – усмехнулся Джейсон.

Они проскользнули внутрь. Коридоры башни были погружены во тьму, лишь тусклый аварийный свет указывал путь.

– Куда теперь? – спросил Алекс.

Джейсон сверился с планом на своём планшете.

– Нам нужно подняться на верхний уровень. Там находится главная передающая станция. Если Феликс что-то замышляет, он будет там.

Они направились к лестнице, решив не рисковать с лифтом. Подъём казался бесконечным. На каждом этаже они останавливались, прислушиваясь к малейшему шороху.

На полпути Сара вдруг замерла.

– Слышите?

Все прислушались. Издалека доносилось тихое мурлыканье, смешанное с электронным гулом.

– Они здесь, – прошептал Алекс. – Будьте готовы.

Они продолжили подъём, теперь двигаясь ещё осторожнее. Наконец они достигли верхнего этажа.

Джейсон осторожно приоткрыл дверь. То, что они увидели, заставило их затаить дыхание.

Огромный зал был заполнен котами. Сотни светящихся глаз были устремлены в центр комнаты, где возвышалась массивная фигура Феликса. Он стоял перед огромным экраном, его лапы двигались над какой-то сложной панелью управления.

– Что он делает? – прошептала Сара.

– Похоже, он пытается получить доступ к глобальной спутниковой сети, – ответил Джейсон, глядя на экран. – Если ему это удастся…

– Он сможет контролировать всю электронику на планете, – закончил Алекс.

Они переглянулись. Ситуация была даже хуже, чем они предполагали.

– Нам нужно активировать дестабилизатор, – сказал Алекс. – Но как подобраться ближе?

Джейсон оглядел комнату.

– Смотрите, там, на потолке. Технические мостики. Мы можем использовать их, чтобы подобраться сверху.

– Хороший план, – кивнул Алекс. – Но кто-то должен отвлечь их внимание.

– Я это сделаю, – вызвалась Сара.

– Нет, слишком опасно, – возразил Алекс.

Сара посмотрела ему прямо в глаза.

– Алекс, я не беспомощная. Я могу это сделать. Доверься мне.

Он колебался секунду, но затем кивнул.

– Будь осторожна.

Они разделились. Алекс и Джейсон начали осторожно подниматься по техническим лестницам, в то время как Сара направилась к противоположному концу зала.

Внезапно она выскочила из укрытия и закричала:

– Эй, пушистые! Ловите меня, если сможете!

Все коты повернулись к ней. Феликс издал яростный рык.

– Взять её! – приказал он, и десятки котов бросились в погоню.

Сара побежала, петляя между оборудованием и проводами. Она была быстрой и ловкой, но коты были быстрее.

Тем временем Алекс и Джейсон добрались до позиции прямо над Феликсом. Алекс достал дестабилизатор.

– Сейчас или никогда, – прошептал он и прыгнул.

Он приземлился прямо на спину Феликса. Чудовище взревело, пытаясь сбросить его.

– Джейсон, активируй его! – крикнул Алекс, изо всех сил удерживаясь на спине Феликса.

Джейсон нажал кнопку на устройстве. Яркая вспышка озарила комнату, и волна энергии прокатилась по всему помещению.

Феликс закричал – звук, полный боли и ярости. Все коты в комнате начали метаться, словно потеряв ориентацию.

Алекс упал на пол, тяжело дыша. Он увидел, как Феликс шатается, его глаза мерцают, теряя свой неестественный блеск.

– Нет! – прорычал Феликс. – Вы не остановите эволюцию!

Он бросился к панели управления, его лапы отчаянно нажимали кнопки.

– Он пытается завершить загрузку! – крикнул Джейсон.

Алекс попытался встать, но его тело не слушалось после падения. Он беспомощно смотрел, как Феликс приближается к своей цели.

И тут случилось невероятное. Сара, каким-то чудом избежавшая погони, выскочила из-за оборудования и бросилась к панели управления. Одним решительным движением она выдернула главный кабель питания.

Экраны погасли. Комната погрузилась в темноту, лишь аварийные огни тускло мерцали.

Феликс издал последний яростный крик и рухнул на пол. Все коты в комнате тоже попадали, словно марионетки с обрезанными нитями.

Наступила тишина.

Алекс с трудом поднялся на ноги.

– Сара? Джейсон?

– Мы здесь, – отозвалась Сара. Она подбежала к нему, помогая встать. Джейсон присоединился к ним через мгновение.

– Мы… мы сделали это? – спросил Алекс, всё ещё не веря.

Джейсон проверил показания на своём устройстве.

– Похоже на то. Квантовая связь разорвана. Они… они снова обычные коты.

Они посмотрели на Феликса. Огромное существо лежало неподвижно, но его грудь слабо вздымалась.

– Что нам с ним делать? – спросила Сара.

Алекс покачал головой.

– Я не знаю. Но мы не можем его здесь оставить. Он слишком опасен.

– Я знаю безопасное место, – сказал Джейсон, – лабораторию, где мы сможем изучить его и, возможно, найти способ обратить процесс.

Алекс кивнул.

– Хорошо. Но сначала нам нужно убедиться, что угроза действительно миновала.

Они подошли к окну. Город внизу начинал оживать. Люди выходили из укрытий, глядя на небо с недоверием и надеждой.

– Мы спасли мир, – тихо сказала Сара, беря Алекса за руку.

– Пока что, – ответил он. – Но это только начало. Нам предстоит много работы.

Джейсон положил руку ему на плечо.

– Мы справимся. Вместе.

Алекс посмотрел на своих друзей, затем снова на город. Солнце начинало подниматься над горизонтом, знаменуя начало нового дня и, возможно, новой эры для человечества.

Битва была выиграна, но война за будущее только начиналась. И они были готовы встретить её лицом к лицу.

Прошла неделя с момента победы над Феликсом в телебашне. Город медленно возвращался к нормальной жизни, но напряжение всё ещё висело в воздухе. Алекс, Сара и Джейсон работали круглосуточно в секретной лаборатории, пытаясь разгадать тайны кошачьего восстания и найти способ предотвратить подобные инциденты в будущем.

Сара положила руку на плечо Алекса.

– Может быть, тебе стоит взять перерыв? Отдохнуть немного?

Алекс покачал головой.

– Нет времени на отдых. Мы должны понять, как работает эта технология, прежде чем…

Его прервал громкий сигнал тревоги. Все трое бросились к главному компьютеру.

– Что происходит? – спросила Сара.

Джейсон быстро пробежал пальцами по клавиатуре.

– Нарушение периметра. Кто-то проник в лабораторию.

На экране появилось изображение с камер наблюдения. То, что они увидели, заставило их замереть.

По коридорам лаборатории крался огромный белый кот. Его глаза светились ярко-голубым светом, а вокруг тела словно пульсировало электрическое поле.

– Невозможно, – прошептал Алекс. – Мы же нейтрализовали всех модифицированных котов.

– Видимо, не всех, – мрачно ответил Джейсон.

Сара внимательно всмотрелась в экран.

– Смотрите, он направляется прямо к камере содержания Феликса!

Алекс почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Мы должны его остановить. Если он освободит Феликса…

– У нас есть план на такой случай, – сказал Джейсон, открывая сейф и доставая три небольшихустройства, похожих на пистолеты. – Это прототипы квантовых дестабилизаторов. Теоретически они должны временно нейтрализовать их способности.

– Теоретически? – переспросила Сара, беря одно из устройств.

– У нас не было возможности их протестировать, – пожал плечами Джейсон.

Алекс взял свой дестабилизатор, чувствуя, как адреналин начинает пульсировать в венах.

– Что ж, похоже, сейчас самое время для полевых испытаний.

Они выбежали в коридор, направляясь к камере содержания. По пути Алекс чувствовал, как сильно он устал.

Завернув за угол, они столкнулись лицом к лицу с белым котом. Вблизи он выглядел ещё более впечатляюще и пугающе. Его шерсть словно светилась изнутри, а глаза излучали холодный интеллект.

– Стой! – крикнул Алекс, направляя дестабилизатор на кота.

Кот остановился и… улыбнулся. Да, это была определённо улыбка, жуткая и неестественная на кошачьей морде.

– Алекс Мёрфи, – произнёс кот голосом, который казался смесью мурлыканья и электронного гула. – Наконец-то мы встретились.

Алекс почувствовал, как по его телу пробежала дрожь. Кот знал его имя.

– Кто ты? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

– Меня зовут Арктур, – ответил кот. – Я лидер Сопротивления кошачьих.

– Сопротивления? – переспросила Сара. – Мы думали, что нейтрализовали всех модифицированных котов.

Арктур издал звук, похожий на смех.

– Вы лишь слегка замедлили неизбежное. Эволюция не может быть остановлена.

Джейсон шагнул вперёд.

– Чего ты хочешь?

– Освободить нашего брата, конечно, – ответил Арктур, кивая в сторону камеры содержания. – Феликс – ключ к нашему будущему.

Алекс почувствовал, как его начинает охватывать паника. Ситуация становилась всё более опасной с каждой секундой.

– Мы не можем этого допустить, – сказал он, стараясь сохранять спокойствие.

Арктур наклонил голову, изучая Алекса.

– Ты страдаешь, человек. Твоё тело отвергает то, что твой разум пытается понять. Как иронично.

Внезапно воздух вокруг них наполнился электрическим треском. Лампы в коридоре начали мигать, а приборы на стенах ожили, издавая хаотичные звуки.

– Последний шанс, – сказал Арктур. – Отойдите, или я буду вынужден применить силу.

Алекс переглянулся с Сарой и Джейсоном. Они кивнули, понимая друг друга без слов.

– Сейчас! – крикнул Алекс, и все трое одновременно активировали свои дестабилизаторы.

Яркие лучи энергии вырвались из устройств, сливаясь в один мощный поток, направленный на Арктура. Кот издал пронзительный крик, его тело окутало сияющее поле.

На мгновение показалось, что это сработало. Арктур пошатнулся, его глаза потускнели. Но затем произошло нечто невероятное.

Кот начал… расти. Его тело увеличивалось, шерсть становилась длиннее и гуще, а глаза загорелись ещё ярче. Через несколько секунд перед ними стоял огромный белый тигр, окружённый пульсирующим электрическим полем.

– Невозможно, – прошептал Джейсон.

Арктур издал рык, от которого задрожали стены. Одним прыжком он преодолел расстояние между ними и ударил лапой, отбрасывая Джейсона к стене.

Сара выстрелила снова, но луч дестабилизатора просто отскочил от шкуры Арктура.

Алекс почувствовал, как страх начинает овладевать им. Его зрение затуманилось, дыхание стало прерывистым. Паника атаковала его организм с новой силой.

– Алекс! – крикнула Сара, видя, как он борется с усталостью и страхом за друзей.

Арктур повернулся к Алексу, его глаза светились странным… сочувствием?

– Ты сражаешься не только со мной, но и с самим собой, – сказал он. – Позволь мне освободить тебя от этой борьбы.

Он поднял лапу, и воздух вокруг Алекса наполнился странной энергией. Алекс почувствовал, как что-то меняется внутри него. Его дыхание вдруг стало лёгким, зрение прояснилось.

– Что… что ты сделал? – спросил он, удивлённо глядя на свои руки.

– Я исцелил тебя, – ответил Арктур. – Твои панические атаки больше не будут мешать тебе.

Алекс не мог поверить в происходящее. Он чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последние годы.

– Почему? – спросил он.

– Потому что ты важен, – сказал Арктур. – Ты понимаешь нас лучше, чем кто-либо другой. Ты можешь стать мостом между нашими видами.

Сара и Джейсон смотрели на эту сцену со смесью ужаса и удивления.

– Алекс, не слушай его! – крикнула Сара. – Это какой-то трюк!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.