Вероника Савина
Измена. Прости, ничего личного

Глава 1

Оля.

Я нервно поправляю платье, мельком ловя своё отражение в одном из высоких зеркал, украшающих зал.

Тёмно-зелёный атлас мягко обнимает фигуру, подчёркивая талию. Волосы, уложенные в идеальные локоны, обрамляют лицо, а на губах блестит помада нежно-розового оттенка. На шее сверкает подвеска с изумрудом – подарок Славы на годовщину свадьбы.

Всё идеально. Казалось бы.

Но внутри меня всё кипит от волнения. Я улыбаюсь, обмениваюсь короткими фразами с гостями, но в голове хаос.

– Олечка, какое всё красивое! Ты просто умничка, – хвалит меня тётя Лена, Славина крёстная, обнимая за плечи.

– Спасибо, – отвечаю ей с лёгким смущением, при этом краем глаза проверяю: стоят ли бокалы с шампанским на своих местах.

– А ты что такая худая? Совсем не ешь, наверное. Слава тебя гоняет? – добавляет она шутливо.

– Да ладно вам! Просто платье удачное, – смеюсь в ответ, снова поправляя волосы.

На самом деле, я действительно похудела за последние несколько месяцев. Вопросы тёти Лены немного задевают, но я, конечно, не подаю вида.

– Ну, как ты? Волнуешься, наверное? – подходит ко мне брат Славы, Кирилл. Он шутливо трогает меня за локоть.

– Немного, но всё под контролем, – отвечаю ему, кивая на зал. – Главное, чтобы он обрадовался.

– Однозначно! Ты же для него всё это делаешь, – отвечает он серьёзно.

Я улыбаюсь.

Для него.

Эта мысль заставляет меня замереть на секунду.

Для Славы я действительно старалась последние две недели, каждую деталь продумывала до мелочей: блюда, декор, список гостей. Он заслуживает этого праздника, заслуживает всего самого лучшего.

Рядом мама. Моя мама. Её глаза блестят от гордости за меня. Она счастлива, что у меня такой «идеальный» брак. Мы со Славой женаты почти пять лет, и она не раз говорила мне, что в наше время такие мужчины – редкость.

– Оля, ты выглядишь просто потрясающе! – говорит она, беря меня за руку. – А Слава, наверное, обалдеет, когда войдёт сюда.

Я улыбаюсь в ответ, но внутри уже всё закипает от нетерпения.

Сколько можно ждать? Татьяна Александровна должна была уже написать…

Когда встал вопрос, кто вытащит моего супер занятого мужа из офиса, ответ не нужно было искать долго.

Так как я была максимально занята подготовкой, единственная, кто ещё был на это способен, была Славина мама, моя свекровь.

Она с радостью согласилась мне помочь, за что я была готова её расцеловать!

В очередной раз бросаю взгляд на часы. Осталось минут пять.

Всё должно быть идеально. Абсолютно всё.

– Ольга, а можно вас на минутку? – звучит чей-то голос рядом.

Поворачиваюсь к говорившей, мельком отмечая тонкий, почти девичий силуэт, и на автомате выдавливаю улыбку.

– Простите, сейчас совсем некогда.

– Это очень важно.

– Чуть позже, хорошо?

Девушка не отступает.

– Пожалуйста, выслушайте меня. Это не займёт много времени.

Мне уже хочется отмахнуться, но я снова ловлю своё отражение в зеркале.

Ты должна быть спокойной, Оля. Всё под контролем.

– Девушка, прошу вас, – говорю твёрже, – вернитесь немного позже.

Она сжимает губы, но не уходит. Это странно, но у меня нет времени разбираться, кто она и что ей нужно.

– Начинайте готовиться, Слава скоро будет! – кричу официантам, которые суетятся у столов.

Гости начинают оживляться, смех и негромкие разговоры наполняют зал, и я снова перевожу дух. Всё под контролем.

Но стоило мне отвернуться, как та же девушка снова оказывается рядом. Она ловит меня за локоть, заставляя остановиться.

– Вы должны выслушать меня прямо сейчас.

Моё терпение начинает сдавать.

– Девушка, мне некогда, правда. Простите, но я не могу сейчас разговаривать!

Да кто она вообще такая?

Но девушка не отпускает. Её хватка становится крепче, а в глазах я вижу не просто настойчивость, а какую-то странную смесь тревоги и отчаяния.

– Это касается вашего мужа.

На секунду я теряю дар речи.

– Что?

Но в этот момент распахиваются двери, и моё внимание автоматически переключается на вход. В зале слышится взволнованный шёпот, все головы поворачиваются туда же, а я – с приподнятыми руками – собираюсь дать команду включить музыку.

Но девушка снова тянет меня за руку.

– Выслушайте меня сейчас.

Я машинально оборачиваюсь к ней, раздражённая до предела, и только теперь замечаю, как сильно дрожат её руки.

– О чём вы говорите?

Девушка поднимает голову и говорит так громко, что в наступившей тишине её слова слышат все.

– Я беременна от вашего мужа. Мы вместе три года.

Её голос звенит в воздухе, как бокал, упавший на пол. На секунду я чувствую, как мир останавливается.

Музыка начинает играть в следующую секунду: весёлое «С днём рождения тебя!» от официантов и гостей, но никто не поёт. Звук кажется неуместным, ненастоящим, а я не могу пошевелиться.

– Что?.. – мой голос дрожит.

Она спокойно смотрит на меня, её лицо похоже на маску.

– У нас будет ребёнок, и я больше не могу это скрывать. Отпустите его. Он нужен сыну!

Я не знаю, что говорить, что думать. Мои глаза бегают по залу, но все смотрят на нас. Гости, друзья, семья.

Они слышали.

Все слышали.

В этот момент в дверях появляется Слава. Его лицо поначалу озаряется улыбкой, но потом он замечает, что что-то не так.

Я смотрю на него и чувствую, как внутри меня медленно рушится всё, что я так тщательно строила.

Глава 2

Оля.

Мир, казалось, поплыл перед глазами. Ноги вдруг перестали держать меня, и я почувствовала, как теряю равновесие. Ещё мгновение – и я, наверно, упала бы на пол, но чьи-то сильные руки подхватили меня за локти.

– Оля! – голос Кирилла звучал встревоженно.

Я почувствовала, как меня поднимают, и с усилием пытаюсь сфокусировать взгляд. Всё будто происходило не со мной. Гости в зале замерли, одни шептались, другие смотрели на нас с неподдельным интересом, словно ждали продолжения спектакля.

– Что это такое? Это правда?! – громкий, требовательный голос Татьяны Александровны пробивает воздух.

Я машинально оборачиваюсь на её слова. Она стоит неподалёку, повернувшись к Славе, её глаза горят возмущением.

Слава смотрит на неё, но ничего не говорит. Его лицо каменное, хмурое. Только уголок рта дёргается, как у человека, который сдерживает злость. Рядом, чуть в стороне, стоит Вадим Сергеевич, его отец.

Он молчит, но его взгляд тяжёлый, осуждающий.

Слава вдруг резко дёргает головой и стремительно пересекает зал, подлетает к девушке и без слов хватает её за локоть. Рыжая пытается что-то сказать, но он не даёт ей и шанса, просто тащит её к чёрному выходу.

Я провожаю их взглядом, не в силах пошевелиться. Только сердце отчаянно колотится где-то в горле.

Он просто ушёл. Оставил меня здесь одну.

– Это вообще что спектакль?! – возмущается Татьяна Александровна, резко оборачиваясь к гостям. Её голос звенит в зале, заставляя всех замолчать. – Пейте, ешьте, развлекайтесь! Имейте хоть каплю уважения!

Не дожидаясь реакции гостей, она подлетает ко мне, обнимает за плечи и шепчет:

– Идём, моя хорошая. Всё будет хорошо.

Я молча киваю, потому что сил говорить у меня нет. Перед глазами всё плывёт, как в тумане.

Она уводит меня в VIP-комнату. Я едва замечаю, как мы проходим мимо столиков, гостей, официантов. В комнате тихо, здесь есть диван, на который Татьяна Александровна осторожно усаживает меня.

– Сиди, отдыхай, – говорит она, проводя рукой по моим волосам.

Следом заходят мои родители. Мама вся в слезах, отец хмурится так, что на лбу проступают глубокие морщины. За ними входит Вадим Сергеевич, а затем и братья Славы. Кирилл и Артём переглядываются, их лица напряжены.

– Это что за безобразие?! – возмущённый голос моей мамы доносится словно издалека. – Как он мог? – шепчет она, скорее себе, чем кому-то из присутствующих.

Я ничего не говорю. В голове шумит, мысли путаются. Снова и снова вспоминаю слова той девушки.

Три года… Мы вместе три года… Я беременна от вашего мужа…

– Олечка, милая, держись, – мама присаживается рядом и берёт меня за руку. – Мы с тобой.

Я киваю, но всё будто в тумане.

– Это не укладывается в голове, – тяжело вздыхает Татьяна Александровна. – Как он мог так поступить?! Вадик, разве этому мы учили сына???

В комнату врывается Слава. Дверь с силой распахивается, и я вздрагиваю от резкого звука.

– Всё выйдите, – говорит он, зло оглядывая присутствующих.

Никто не двигается.

– Я сказал, выйдите! Это наше с Олей дело!

– Не слишком ли ты поздно заговорил о вас с Олей? – холодно бросает Кирилл.

Слава не обращает на него внимания. Он смотрит прямо на меня, а в его глазах бушует гнев.

– Ты что устроила? – шипит он, надвигаясь на меня.

– Что?.. – я едва успеваю произнести, как он продолжает:

– Ты решила опозорить меня? Перед всеми!

– Я? – мой голос дрожит. Я смотрю на него и не верю своим ушам. – Это ты… Это твоя любовница явилась сюда и испортила праздник! Надо было дрессировать свою сучку лучше, чтобы она не лезла в семью!

– Не выражайся! Тебе это не идёт, – рычит он, но тут в разговор вмешивается Татьяна Александровна.

– Ты с ума сошёл?! Как ты вообще можешь на неё кричать? Это она тебя должна упрекать, а не ты её!

– Мама, не лезь! Это наше дело! – он бросает взгляд на неё, но она не отступает.

– Нет, Слава, теперь это дело всей семьи, – твёрдо заявляет Татьяна Александровна.

– Что ты несёшь?! – рычит он, теряя остатки самообладания.

– А что? Ты сам всё разрушил! А теперь мама виновата? У тебя, я как посмотрю, все виноваты, кроме тебя. Года идут, а дурь всё та же! – вступает Артём, старший брат.

Слава резко поворачивается к нему.

– Это не твоё собачье дело!

– Не моё? – усмехается Артём. – Да это теперь достояние общественности! Завтра будет вообще на первых полосах журналов, я уже молчу про интернет!

– Заткнись! – Слава срывается и бросается к нему. Он хватает Артёма за грудки, встряхивает.

– Успокойся, – пытается вмешаться Вадим Сергеевич, но уже слишком поздно.

– Что ты сделаешь? Ну давай, бей! – бросает Артём в лицо брату.

Кирилл встаёт между ними, пытаясь разнять.

– Парни, прекратите, вы совсем с ума сошли!

Но Слава и слушать не хочет. Он снова тянется к Артёму, пытаясь ударить его. Завязывается настоящая драка. Крики, шум – всё смешивается. Я прижимаюсь к дивану, чувствуя, как сердце выскакивает из груди.

Вадим Сергеевич и мой отец, в конце концов, вмешиваются, растаскивая братьев по сторонам.

– Прекратите! – громко говорит Вадим Сергеевич, глядя на Славу с такой злостью, что тот, кажется, на мгновение оступается.

В комнате повисает тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием всех присутствующих. Я поднимаю голову и смотрю на Славу.

И это мой муж? Мой Слава?

Сейчас я едва его узнаю.

Глава 3

Оля.

– Слава, ты совсем себя не контролируешь! – голос Татьяны Александровны звенел, как колокол. – Как ты мог так опозорить Олю? Да перед всеми гостями! Перед всей семьёй! Ты понимаешь, что ты натворил?!

Я сидела на диване, опустив голову. Сердце сжималось в маленький, дрожащий комок. Слова свекрови долетали до меня, словно издалека. Утомлённый голос Вадима Сергеевича добавлял к этому гулу свои ноты:

– Это просто недопустимо. Ты взрослый мужчина, Слава. Семья для тебя должна быть на первом месте.

Татьяна Александровна не унималась:

– Оля не заслужила такого отношения! Посмотри на неё! Ты вообще осознаёшь, что ты наделал?!

Их голоса были громкими, тяжёлыми, но внутри меня царила тишина. Это была какая-то оглушающая пустота. Я не хотела ничего слышать. Никаких упрёков, никаких оправданий. Мне хотелось одного – вырваться из этого душного кокона, где каждый голос бил по мне, как удар в живот.

Не говоря ни слова, я поднялась на ноги. На секунду мир закружился вокруг меня, но я крепко зажмурилась и сделала шаг вперёд.

– Оля, куда ты? – мама была первая, кто заметил мои намерения.

Я не ответила.

Только один шаг, потом ещё один.

Я должна уйти. Мне нужно уйти.

– Эй! – голос Славы выстрелил, как хлыст. – Ты куда собралась?

Его рука грубо схватила меня за запястье, дёрнув так, что я едва удержалась на ногах.

– Мы с тобой не договорили. – Его взгляд был тяжёлым, голос – низким и злым.

– Отпусти меня, – сказала я тихо, но в моей груди закипала ярость.

– Нет, мы не закончили, Оля.

Я рванула руку, пытаясь освободиться. Ещё один рывок, и мне удалось выскользнуть из его хватки.

– Закончили, Слава! С меня хватит!

Я практически выбежала из комнаты, но чувствовала, как он следует за мной. Его шаги были быстрыми, твёрдыми. Он догнал меня в самом центре зала, там, где стояли гости, наблюдая за нашим шоу.

– Ты не можешь просто уйти! – выкрикнул он. – Ты что, думаешь, это всё само рассосётся?!

И тут меня прорвало. Всё то, что я держала в себе долгие годы, вдруг рвануло наружу.

– Что я думаю? – я развернулась к нему лицом, ощущая, как руки сжимаются в кулаки. – Хочешь знать, что я думаю, Слава? Я думаю, что я устала!

Он от неожиданности даже шаг назад сделал, но я не остановилась. Мой голос становился громче с каждым словом:

– Я устала от всего этого! От твоего равнодушия, от твоего пренебрежения, от твоих бесконечных отговорок! Я устала, Слава, слышишь?! Устала быть той, кто всегда ждёт, кто всегда понимает, кто всегда прощает!

– Оля, ты что несёшь?.. – начал он, но я перебила.

– Нет, теперь ты послушаешь меня! – крикнула я, чувствуя, как глаза наполняются слезами. – Я терпела! Я терпела, когда ты забывал о наших договорённостях! Я терпела, когда ты игнорировал меня, когда для тебя работа была важнее, чем твоя семья! Я закрывала глаза на всё это!

Слава сложил руки на груди и смотрел на меня нахмурившись.

– И чего ты хочешь этим добиться? – холодно произнёс он.

– Чего я хочу? – я коротко усмехнулась, и эта усмешка была горькой, как полынь. – Я хочу, чтобы ты, наконец, понял, что такое быть человеком, Слава. Быть мужем. Быть отцом – хотя о каком отцовстве можно говорить, если ты…

Мой голос задрожал, но я всё равно продолжила:

– Ты даже не понял, что я ради тебя бросила свою жизнь! Что я жила только тобой! А ты… Ты, Слава… Три года! Три года ты врал мне, предавал меня. А теперь стоишь здесь и смеешь упрекать меня?!

– Ты закончила? – его голос был холодным, но в нём проскользнула нотка раздражения.

– Нет, Слава, – я тяжело вздохнула, чувствуя, как слёзы всё-таки скатываются по щекам. – Я только начинаю.

Он что-то хотел сказать, но я остановила его, подняв руку.

– Всё, Слава. С меня хватит. – Я сняла обручальное кольцо с пальца и бросила его к его ногам.

Зал замер. Гости перестали шептаться. Даже музыка где-то вдалеке стихла.

– Развод. – Я посмотрела ему в глаза. – Я хочу развод.

Его лицо оставалось каменным, но глаза загорелись каким-то странным, диким огнём.

– Ты уверена? – тихо спросил он, наклоняясь чуть вперёд.

– Как никогда, – ответила я, чувствуя, как с плеч вдруг спадает тяжёлый груз. – С днем рождения, любимый! – добавила я горько, а потом развернулась и направилась к выходу.

На этот раз он не остановил меня.

Глава 4

Оля.

Я выбежала из ресторана, спотыкаясь, но даже не думала замедлять шаг. В груди всё кипело, казалось, ещё чуть-чуть, и я просто взорвусь от боли и ярости. У обочины стояло такси, будто ждавшее меня. Я махнула рукой, и водитель открыл дверь.

– Куда? – спросил он, едва я хлопнула дверью.

– Бульвар матроса Железняка, пожалуйста, – хрипло ответила я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

Машина тронулась, мягко покачиваясь. Я уставилась в окно, но вместо городских огней видела лишь обрывки воспоминаний.

Его лицо.

Как он так спокойно смотрел на меня, будто ничего не произошло.

Её слова.

«Я беременна, и мы вместе уже три года».

Они эхом звенели в голове, вызывая новый приступ тошноты.

За окном мелькали витрины, светофоры, машины. Город жил своей жизнью, совершенно не замечая, что мой мир только что рухнул.

Я закрыла глаза, надеясь, что темнота хоть немного утихомирит хаос в голове. Но там всплыли другие образы: его поздние возвращения, отговорки, слова о работе, которой он жил. А я… я верила. Каждому его слову.

Глупая.

– Всё нормально? – внезапно спросил водитель, глянув на меня в зеркало.

Я кивнула, сжимая ручку сумки так, что побелели костяшки.

«Нормально? Да, всё прекрасно. Мой муж мне изменял. У него любовница. И ребёнок. Просто чудесно».

– Подъезжаем, – сказал он через пару минут, но я этого даже не заметила, пока машина не замедлилась.

Заплатив, я вышла, остановилась на мгновение перед подъездом и подняла глаза к окнам нашей квартиры.

Нашей.

А внутри меня всё перевернулось.

Почему «нашей»? Всё, что я знала, оказалось ложью.

На улице моросил дождь, но я этого почти не замечала. Сердце стучало в висках, мысли путались, и ноги сами несли меня в квартиру.

Открыв дверь, я шагнула в наш уютный, до боли знакомый мир. Каждый уголок этой квартиры будто кричал о наших счастливых временах. Тёплый свет лампы в прихожей, фотографии на стенах, плед на диване… Всё это было нашим.

Но теперь? Я задыхалась от мысли, что всё это уже ничего не значит.

Я влетела в спальню, схватила чемодан из шкафа и начала швырять в него свои вещи. Джинсы, кофты, бельё – всё летело горой.

«Я должна уйти», – прошептала я сама себе.

Но внезапно мысль мелькнула в голове, будто кто-то дал пощёчину.

Почему это я должна уходить?

Я остановилась, глядя на свои руки, сжимающие ткань.

Это всё совместно нажитое. Мы строили это вместе! Нет никакого брачного контракта. При разводе всё делится поровну!

Глубоко вдохнув, я резко скинула вещи обратно на кровать.

Нет, уходить буду не я.

Разбирая чемодан, я машинально поправляла вещи в шкафу, но мысли тянули меня обратно к произошедшему. Теперь, когда я смотрела на всё иначе, детали выстраивались в одну чудовищную картину.

Волосы на его пиджаке, которые раньше я игнорировала. Его вечные «задержки на работе», из-за которых он возвращался после полуночи. Новый пароль на телефоне, который он ввёл пару месяцев назад. Наша постель, в которой он всё реже оставался рядом.

А я?

Я, дура, верила. Верила в его слова о сложном контракте, который «вот-вот подпишут». А оказывается, у него контракт другой – с любовницей!

В порыве гнева я схватила платье и буквально сорвала его с себя. На место нарядного, но теперь ненавистного платья пришли джинсы и толстовка.

Если он выбрал другую, то пусть катится к ней!

Я снова взяла чемодан, но на этот раз не свой. Открыла шкаф, вытащила его вещи – рубашки, костюмы, даже домашние футболки. Всё летело в чемодан хаотично, с яростью. Зубная щётка, парфюм, даже его любимый крем для обуви – ничего не осталось.

Оттолкнув тяжёлый чемодан в коридор, я осела на диван, глядя на дверь. Руки дрожали.

Ребёнок…

Слово больно ударило по сердцу.

Она беременна. А я… А я всё ждала «подходящего момента». Я верила, что у нас впереди вся жизнь. Что мы успеем… Что я сумею переубедить мужа!

Горький ком подступил к горлу, слёзы обожгли щёки.

Как же я ошибалась.

Смахнув слёзы, я поднялась.

Хватит реветь! Всё из глаз долой – из сердца вон! Руки и ноги есть, образование, благодаря маме с папой, тоже есть! Справлюсь как-нибудь…

Я зашла в ванную и собрала всё, что напоминало о нём. Бритвы, пенку для бритья, полотенца. Всё это летело в чемодан. Я захлопнула его с громким щелчком и с трудом откатила в коридор.

И тут… дверь распахнулась.

На пороге стоял Слава. А за ним, как тень, она. Рыжая, та самая, что недавно сломала мне жизнь.

– Что это за цирк? – прохрипел он, зло сверля меня взглядом.

– А ты не понял? – Я шагнула ближе, чувствуя, как гнев затапливает меня.

– Это мои вещи, – процедил он сквозь зубы, глядя на чемодан. – Ты решила выставить меня из моего дома?

– Нет, это наш дом! – крикнула я, голос сорвался, но я не остановилась. – Наш, Слава! И если кто-то должен уйти, то это ты!

Он шагнул ко мне, но я не двинулась с места.

– Ты сходишь с ума, – бросил он, и его голос был полон раздражения. – Ты даже не выслушала меня!

– Выслушать? Тебя? После того как она, – я резко указала на рыжую, – заявила на весь ресторан, что ждёт от тебя ребёнка?

– Ты всё не так поняла, – прошипел он, его лицо исказила злость.

– Да ладно! Три года на стороне – это, по-твоему, как? Дружеская поддержка? – Я рассмеялась, но в этом смехе не было ничего, кроме боли. – Ты разрушил всё, Слава. Всё! А теперь ещё и притащил свою подстилку к нам домой!

Его любовница сделала шаг вперёд, но я вскинула руку, останавливая её.

– Ты вообще не лезь. Ты своего добилась, – процедила я.

Слава рванул было что-то ответить, но я взяла чемодан, катнула его в его сторону и громко сказала:

– Забирай свои вещи и проваливай.

– И не подумаю. Я останусь здесь. И она тоже…

Казалось, что меня уже ничем нельзя удивить…

Глава 5

Оля.

Такого я не ожидала.

Стоя посреди нашей, теперь уже не такой уж и общей, квартиры, я смотрела на него и… на неё.

Да, она действительно здесь.

На моём пороге.

Слава, держась за ручку двери, стоит рядом, как будто всё в порядке, как будто это не его любовница, эта рыжая девица, только что шагнула через порог моего дома.

– Это что, шутка такая? – мой голос сорвался на визг. Я даже не осознала, что сказала это вслух.

– Оля, успокойся, – начал он, поднимая руки, будто пытаясь сгладить накал. – Всё не так, как ты думаешь.

Я резко рассмеялась, громко и зло, сама от этого смеха вздрогнув.

Не так, как я думаю?

– Не так, как я думаю? – переспросила я, едва сдерживая себя, чтобы не сорваться на крик. – А как, Слава? Просвети меня!

Он замолчал, чуть нахмурился, а затем быстро отвёл взгляд, косясь на неё. Рыжая, нервно теребя ремешок своей сумки, выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Ну конечно, бедная овечка. Ей тут страшно, понимаете ли.

– Я жду! – Я скрестила руки на груди, чувствуя, как дрожат пальцы. – Объясни, чем это ещё может казаться?

Он молчал. Молча смотрел на меня, а потом снова на неё. Словно она могла ему помочь.

– Ничего ты не скажешь, да? – прорычала я, подступая ближе. – Ну конечно, что тут скажешь? Три года, Слава! Три. Года. Я, как дура, верила тебе, а ты…

Он шагнул ближе, подняв ладони, как будто это его жалкое движение могло меня остановить.

– Оля, хватит, – сказал он тихо. – Давай поговорим спокойно.

Спокойно?

Я почувствовала, как злость разливается по всему телу.

– Спокойно?! – взорвалась я, отступив на шаг назад. – Ты притащил свою любовницу в мой дом и требуешь спокойствия? Ты вообще слышишь себя?!

Она дёрнулась от моих слов, будто я её ударила.

Ну, конечно, у неё тонкая душевная организация.

А он… Он молчал. Только плечи его слегка напряглись, будто ему самому было не по себе.

– Знаешь что? – Я развернулась, указав на чемодан, который оттолкнула в коридор. – Забирай свои вещи. Забирай её. И вали отсюда. Прямо сейчас!

Я почти кричала, но мне было плевать. На соседей, на шум, на всё.

– Оля… – тихо произнёс он, но не сдвинулся с места.

– Ты что, не понял? – Я почувствовала, как у меня начинает дрожать голос. – Забирай. Свою. Девицу. И катитесь к чёрту!

– Я никуда не пойду.

Его слова резанули по нервам.

– Как это никуда?! – Я шагнула ближе, практически утыкаясь в него. – Ты здесь больше не живёшь, понял? Это всё… всё кончено, Слава! Ты предал меня. Ты разрушил наш брак. Ты не имеешь права стоять тут и качать права!

Он ничего не ответил. Только смотрел на меня, сжав челюсти. Но я не могла остановиться, слова срывались сами.

– Я отдала тебе всё. Время, силы, себя. Я стала для тебя мебелью, которую ты не замечаешь. Ты помнишь хоть одну вещь, которую я делала для себя? А я всё делала для тебя! Для нас! – голос сорвался на хрип.

Его молчание было оглушительным.

Даже она, эта рыжая, перестала теребить ремешок и просто стояла, будто боясь пошевелиться.

– Я смотрела, как ты приходишь домой выжатый. Я верила твоим обещаниям. Я… – голос задрожал, но я выдавила из себя последние слова. – Я думала, что это из-за работы, что ты устаёшь, а ты…

Он посмотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, но опять промолчал.

– Господи, да скажи хоть что-нибудь! – сорвалась я. – Скажи, что я ошибаюсь! Что это всё неправда!

Он тяжело вздохнул, но не произнёс ни слова. Его взгляд снова скользнул в сторону рыжей. И тогда я поняла, что ответа не будет.

– Всё ясно, – прошептала я, чувствуя, как силы оставляют меня. – Забирай её и убирайтесь из моего дома.

Но вдруг она… эта девица… начала оседать на пол.

– Что за… – прошептала я, видя, как её тело обмякло.

Она рухнула, будто кукла, а её руки и ноги начали судорожно дёргаться. Я в ужасе отступила назад, вцепившись в дверной косяк.

– Она… что с ней? – выкрикнула я, обернувшись к нему.

Слава бросился к ней, опустившись на колени, а я осталась стоять в дверях, не в силах пошевелиться.

Ух… Что-то странное творится, не находите?

А пока мы ждем следующую главу, предлагаю почитать другие мои книги!)

Парочка коротких историй, которые точно заденут ваши вкусовые сосочки)

Глава 6

Оля.

Я стояла как вкопанная, глядя на Славу, который тряс за плечи свою любовницу, лежащую на полу. Она продолжала содрогаться, закатив глаза, а я всё никак не могла понять, что происходит.

– Оля! – заорал Слава, обернувшись ко мне. – Вызывай скорую! Быстрее!

Я вздрогнула, а потом, словно на автопилоте, схватила телефон. Руки дрожали так сильно, что я несколько раз промахнулась, набирая заветные цифры. Голос оператора прозвучал откуда-то издалека, и я почти механически объяснила, что случилось, назвала адрес.

– Она… она жива? – выдавила я, чувствуя, как грудь сдавливает паника.

– Ей нужен врач, – коротко бросил Слава, не глядя на меня. – Ты должна поехать с нами.

Я вытаращила на него глаза.

На меня будто вылили ведро ледяной воды…

– Что? – выдохнула я. – Слава, ты издеваешься? Я? Ещё и поехать?

Он поднял голову, его взгляд был холодным как лёд, но я увидела в нём что-то, похожее на мольбу.

– Оля, нам нужно поговорить. Потом. Но не сейчас. Просто… я обещаю, мы всё обсудим.

– Обсудим? – я фыркнула, едва не смеясь. – С твоей любовницей на заднем плане? Ты серьёзно?

Он ничего не ответил, просто повернулся к девушке и продолжил следить за её состоянием. Через пару минут подъехала скорая, двое санитаров вынесли девушку на носилках к машине, а Слава, на мгновение бросив взгляд на меня, молча отправился следом. Я осталась одна в опустевшей квартире.

И только спустя несколько минут осознала, что и в этот раз он не сказал ни слова в своё оправдание. Даже соврать не удосужился, чтобы сгладить ситуацию.

И это раздражало больше всего.

Оставшись одна, я ходила по квартире из угла в угол, словно загнанный зверь.

Сначала решила, что поеду к родителям. Я просто не могу остаться здесь, в месте, которое больше не кажется моим домом. Но мысль о том, чтобы уйти, тоже казалась неправильной.

Почему я должна уезжать? Это не я изменила! Всё это – наше, совместное, и оно останется за мной, как бы ему ни хотелось другого.

Но и тут оставаться у меня не было желания.

С учётом настроения Славы он однозначно вернётся и снова будет пытаться со мной говорить, а я…

При мысли, что я останусь наедине с этим подлецом, меня бросало в дрожь. Перед глазами так и стояла картина, как эта рыжая дамочка на весь ресторан заявила о том, что они со Славой три года вместе…

Зачем я должна убегать, как преступница? Если кто и должен уйти, то это он.

Приведя квартиру в относительный порядок, я всё же решила уехать на пару дней.

Мама. Надо позвонить маме.

Трясущимися руками я набрала мамин номер, и почти сразу с той стороны ответили.

– Оленька, доченька, – голос мамы сразу наполнился радостью. – Как я рада тебя слышать!

– Мам, я приеду, можно? – я попыталась говорить как можно спокойнее.

– Конечно, родная! Мы всегда тебя ждём. Сейчас папа за тобой заедет, через час будет.

– Спасибо, мам.

Всё. Это было решено.

Собрав самый минимум вещей – буквально пару смен одежды и косметичку, я села на чемодан Славы в коридоре.

Мой телефон начал звонить.

Конечно, это был Слава.

Звонок за звонком, одно уведомление за другим.

Я не отвечала.

Не могла.

Так будет лучше. Мне надо остаться одной… Вырваться из всего этого и хоть ненадолго почувствовать безопасность…

Через час в дверь позвонили. Папа стоял на пороге, заглядывая в квартиру с вопросом во взгляде.

– Собралась?

Я кивнула, не уточняя деталей, и мы поехали.

Дома всё было так же, как я помнила: родной запах, фотографии на стенах, тёплая еда на плите. Мама обняла меня крепко, словно чувствовала, что мне это сейчас нужно. Но расспрашивать она не стала, а я и не могла говорить.

– Ты устала, ложись спать, а утром поговорим, – сказала она, крепко меня обняв.

Но сна не было. Чуть позже я спустилась на кухню и, заваривая чай, застала маму.

– Оленька, что случилось? – мягко спросила она, присаживаясь за стол.

Я закусила губу, не зная, что ответить.

– Мам, я не могу сейчас, – начала я, но она перебила:

– Ты не торопись с выводами. Возможно, стоит поговорить со Славой? Выдохнуть, пожить немного отдельно… Не руби сплеча.

Ну конечно… Мама так любит мужа, что я должна была сама догадаться, что она будет пытаться меня уговорить не разводиться…

Я вздохнула, чувствуя, как меня переполняет злость.

– Мам, тебе повезло выйти замуж за папу и прожить с ним всю жизнь. А мне, как видишь, нет. Я не собираюсь терпеть измены, пока он «нагуляется».

– Я же не это имела в виду…

– Мам, ты бы простила? – вопрос в лоб, от которого мама застыла. – Ты же видела, что случилось. Ты бы простила?

Мама поджала губы, но не стала спорить, тихо поднялась и ушла в спальню.

Я осталась одна. Достала телефон, нашла номер адвоката, который сто лет назад сохранила, когда моя подруга Настя разводилась.

Написала сообщение, не вдаваясь в подробности: «Мне нужен совет по бракоразводному процессу. Утром позвоню».

И плевать, что ночь… Не выдернула же я его звонком! Хотя руки чесались прямо сейчас набрать его номер…

Только после этого позволила себе расслабиться.

Войдя в свою старую комнату, я тяжело опустилась в компьютерное кресло и печально глянула на свой рабочий стол.

Даже блокнот, в котором я делала пометки, когда училась, до сих пор лежал здесь… мама сохранила всё, будто ждала, что я вернусь.

Ну вот.

Вернулась.

Слёзы сами покатились по щекам.

Казалось, всё внутри опустело.

Муж, которого я любила, оказался предателем.

И теперь мне нужно было найти в себе силы, чтобы начать всё заново.

С чистого листа.

Очередное уведомление я снова проигнорировала и швырнула телефон подальше от себя.

Хватит! Не стоит этот подонок моих слёз!

Завтра встречусь с адвокатом, обговорим детали и всё.

Развод и девичья фамилия.

Ох, если бы я знала, что мне приготовит завтрашний день…

Никогда бы не вышла из дома!

Глава 7

Оля.

Телефон не умолкал.

Слава продолжал писать и звонить, но я глухо игнорировала его попытки достучаться. Его сообщения я даже не открывала, а звонки сбрасывала, ощущая при этом странное удовлетворение.

Ему не удастся выбить меня из колеи, не теперь.

Но вскоре зазвонил номер, который я не могла проигнорировать.

Артём. Брат Славы.

– Оля, привет, – его голос звучал напряжённо, даже нервно.

– Привет, Артём, – холодно ответила я. – Что случилось?

– Нам нужно поговорить.

– Артём, если это о твоём брате, то…

– Подожди, – перебил он. – Тут дело не только в нём. Ты знаешь, что произошло после того… инцидента?

– После какого инцидента? – переспросила я, сжимая телефон сильнее.

– Видео, Оля. Видео со дня рождения.

– Какое ещё видео? – я почувствовала, как неприятный холодок пробежал по спине.

– Кто-то из гостей снял ваш скандал и выложил его в сеть. Оно стало вирусным всего за сутки! Всё только об этом и говорят.

Я закрыла глаза, сделав глубокий вдох.

– И что? – спросила я, стараясь звучать спокойно.

– А то, что это сильно ударило по репутации Славы… и всей компании. – Голос Артёма стал ещё более напряжённым. – Потенциальные партнёры приостановили контракты. Они говорят, что не хотят иметь дела с человеком, который, цитирую, «не в состоянии держать себя в своих же брюках».

От этой формулировки мне стало неловко, но я быстро собралась.

– И при чём тут я? – устало произнесла я, прекрасно понимая, к чему он клонит.

Правда, до последнего надеялась, что в тот вечер заступничество Артёма не было показушным…

– Ты же понимаешь, что это удар не только по Славе, но и по всей семье. Это ведь не просто его бизнес, это наше общее дело. То, над чем мы все работали годами.

– Артём, – прервала я его, стараясь сохранять спокойствие. – Если ты хочешь, чтобы я что-то сделала, то можешь сразу не утруждать себя.

– Оля, приезжай. Поговорим. Я обещаю, Славы там не будет, – взмолился он. – Ты должна понять, что из-за ошибки одного идиота нельзя потерять всё.

– Знаешь, – я скрипнула зубами, чувствуя, как накатывает злость. – У меня через час встреча с адвокатом.

– Не торопись с адвокатом, прошу тебя, – почти взвыл он.

– Артём, речь идёт о моём самоуважении, – резко ответила я. – О моей гордости. О моей жизни в целом. Почему никто из вас не думает об этом???

– Ты не так поняла всё! Я не имел в виду…

– да какая разница, что ты имел в виду? После скандала никто из вас не позвонил и даже не попытался как-то узнать, что со мной! Может, ваш любимый Славочка задушил меня, чтоб не выпендривалась…

Но как только запахло жареным, вы дружно вспомнили, что есть я!

Так вот, знай, я не собираюсь участвовать в этом!

Твой брат предал меня, изменил и опозорил перед всей семьёй! И я не стану играть роль «послушной жены» на публику, чтобы фирма смогла обогатиться.

Как-нибудь без меня!

И, не дожидаясь его реакции, я сбросила вызов.

Телефон тут же завибрировал – пришло сообщение с адресом от юриста.

Я вызвала такси и направилась на встречу.

Офис находился в центре города, в одном из старых зданий, где лепнина на потолке соседствовала с современной отделкой. На входе меня встретила улыбчивая секретарша, молодая девушка с идеально уложенными волосами.

– Вы к Алексею Сергеевичу? – спросила она приветливо.

– Да.

– Проходите, он вас уже ждёт.

Она провела меня к массивной двери и, приоткрыв её, пригласила внутрь.

Юрист выглядел так, будто сошёл с обложки журнала. Высокий, подтянутый, в идеально сидящем костюме, с лёгкой щетиной, подчёркивающей скулы. Его волосы были уложены небрежно, но с таким мастерством, что это явно не было случайностью.

Он поднялся мне навстречу, одарив обезоруживающей улыбкой, от которой, наверное, многие женщины теряли голову.

– Ольга, рад познакомиться, – сказал он, протягивая руку.

– Здравствуйте, – ответила я сухо, избегая его взгляда, и не позволила к себе прикоснуться.

Его фамилия была Никольский.

Алексей Сергеевич Никольский.

И судя по всему, он был профессионалом, который знал, как обольстить клиента. Но вместо симпатии у меня это вызывало лишь раздражение.

– Присаживайтесь, – пригласил он, указывая на кресло. – Хотите воды или кофе?

– Нет, спасибо, – коротко ответила я, стараясь держаться отстранённо.

– Хорошо, – он улыбнулся снова, будто пытаясь сгладить обстановку. – Давайте перейдём к делу.

Но прежде чем я успела произнести хоть слово, дверь резко распахнулась. Со скрежетом она ударилась о стену, и в кабинет ввалился Слава.

Его лицо было перекошено от злости, а глаза метали молнии. Он кинул короткий взгляд сначала на меня, потом на Никольского.

– Так вот, ты где, – процедил он сквозь зубы, скидывая пиджак на пол.

– Что вы себе позволяете? – начал было Алексей, но голос его дрогнул, когда Слава, закатывая рукава, сделал шаг вперёд.

– Слава, что ты делаешь?! – выкрикнула я, но он меня не слушал.

– Сейчас буду объяснять этому красавчику, что не стоит пытаться подкатывать к моей жене!

Алексей попятился, очевидно, понимая, что сейчас произойдёт что-то нехорошее.

Слава же шагал к нему, глядя так, будто собирался размазать юриста по стене.

А я…

Я банально уронила челюсть на пол.

Да что он там себе надумал!?

Глава 8

Оля.

Дыхание сбилось, а время словно остановилось.

Слава шагал к юристу, как разъярённый бык, нацелившийся на жертву. Алексей, несмотря на показное спокойствие, выглядел напуганным.

Я видела, как он незаметно пятится к столу, словно надеясь, что тот станет для него укрытием.

– Слава, остановись! – выкрикнула я, но он, конечно, меня не слышал.

Алексей Сергеевич попытался что-то сказать, но не успел – Слава схватил его за лацканы пиджака и резко дёрнул на себя.

– Что, нравится чужих жён обрабатывать? – рявкнул он, а его голос гулко отразился от стен кабинета.

– Вы с ума сошли? – задыхаясь, выпалил Алексей. – Вы на табличку при входе не пробовали посмотреть? Я всего лишь…

Слава не дал ему договорить – одним рывком оттолкнул юриста так, что тот едва удержался на ногах. Алексей Сергеевич попытался защититься, но Слава снова шагнул вперёд и замахнулся.

Я чувствовала, как во мне закипает ярость.

– Хватит!!! – закричала я, сорвавшись с места.

Я схватила бокал с водой со стола и с силой швырнула его об стену. Звон разбившегося стекла пронзил воздух, заставив обоих мужчин замереть.

– Вы оба! – Я указала пальцем на Славу. – Особенно ты! Ты что творишь?!

Слава развернулся ко мне, его грудь тяжело вздымалась, а глаза блестели от злости. Алексей быстро отошёл в сторону, пытаясь прийти в себя.

– Оля, ты вообще понимаешь, что он… – начал Слава, но я перебила:

– Я всё понимаю! Ты себя-то слышишь? Что ты здесь устроил?

Слава снова посмотрел на Алексея, который пытался держать лицо, хотя видно было, что ему страшно.

– Уходи, – процедила я сквозь зубы, обращаясь к мужу.

– Нет. – Он прищурился и шагнул ближе ко мне. – Мы едем домой. Сейчас. И всё обсудим.

– Домой? – я фыркнула, скрестив руки на груди. – Ты издеваешься? Я никуда с тобой не поеду.

– Ты должна выслушать меня! – Его голос сорвался, и в нём было больше отчаяния, чем злости. – Всё, что сказала эта… девушка, – враньё! Я не изменял тебе. Никогда!

– Ага, конечно, – я усмехнулась, но внутри всё тряслось. – Ты хочешь, чтобы я поверила тебе, а не своим глазам и ушам? Сначала сцена в ресторане, потом ты притащил её к нам домой, а потом отправился с ней в больницу… Слава, я что похожа на идиотку???

– Ты должна верить мне! Потому что я люблю тебя! – выпалил он. – Оля, как ты могла поверить какой-то посторонней?

Моя злость разгорелась с новой силой.

– Ты сейчас мне всё это говоришь только для того, чтобы я прекратила попытки развестись, да? Чтобы ты мог играть роль примерного семьянина, пока заключаешь свои контракты?

Слава замер, словно я его ударила. Его взгляд стал оскорблённым, глубоким, будто ранили до самого сердца.

– Ты… ты правда так думаешь? – прошептал он, и в его голосе я уловила боль.

На мгновение я засомневалась. Но тут же отмахнулась от этой мысли.

– Уходи, Слава. Я сказала. Уходи.

Но он не двигался, буравя меня взглядом.

– Ты должна мне верить, – повторил он, его голос звучал глухо. – Ничего личного меня с ней не связывает.

Я отвернулась, качая головой.

– Нет, Слава. Я не верю.

В этот момент его телефон зазвонил. Он быстро вытащил его из кармана и посмотрел на экран. Его лицо мгновенно изменилось.

– Алло? – ответил он, бросив короткий взгляд на меня.

Голос на другом конце что-то говорил, а Слава становился всё напряжённее.

– Хорошо, я скоро буду, – сказал он резко и, посмотрев мне в глаза, добавил: – Оля, мы ещё не закончили.

С этими словами он развернулся и выбежал из кабинета.

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Алексей посмотрел на меня с лёгким сочувствием.

– Простите за… это, – пробормотала я, чувствуя себя неловко. – Может, перенесём встречу?

Он кивнул, и я вышла из кабинета, сжимая в руках сумку.

Едва закрыв за собой дверь, я столкнулась с кем-то в коридоре. Уткнулась носом в чью-то грудь, обтянутую белоснежной рубашкой.

– Ой, простите…

– Оля?

Знакомый голос заставил меня поднять голову.

Я ахнула.

– Эдик?

Передо мной стоял Эдик Сафонов, мой старый друг из университета.

– Сколько лет, сколько зим! – воскликнула я, неожиданно широко улыбаясь.

– А даже не сразу узнал тебя! – Эдик рассмеялся. – Мы сколько не виделись? С университета?

Я кивнула, всё ещё удивлённая его появлением.

– А ты что? Разводишься? – вдруг спросил он, и в его голосе прозвучала странная уверенность.

Я замялась.

– Эдик…

– Я так и знал, – перебил он поморщившись. – Оля, я давно хотел тебе позвонить, но…

– Но?

Да… наша дружба с Эдиком закончилась так же внезапно, как и началась. Он сразу не нашёл общий язык со Славой, а я… Не смогла ничего сделать, чтобы это изменить. Просто в какой-то момент Эдик просто исчез, когда мы сошлись с мужем.

– Но рука не поднималась, – он вздохнул. – Да и номер твой, наверное, уже недоступен.

– А зачем ты собирался позвонить? – нахмурилась я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

– Я тут недавно видел твоего Славочку, – выплюнул он, словно имя было для него ядом.

Я напряглась.

– Ну?

– Так вот, он частенько приезжает в наш район. В дом напротив моего. Там с уже пару лет снимает квартиру какая-то рыжая дамочка…

Сердце пропустило удар.

Глава 9

Оля.

Когда я соглашалась выпить кофе с Эдиком, мне казалось, что это просто дружеский разговор. Мимолётная встреча со старым другом, чтобы немного отвлечься от всего того хаоса, что сейчас творится в моей жизни.

Но всё пошло не так с самого начала.

Мы устроились за маленьким столиком в углу уютного кафе. Я заказала капучино, Эдик – эспрессо. Пока мы ждали заказ, он болтал без умолку, рассказывая о своей работе и увлечениях.

Я смотрела на него и с трудом узнавала того самого неуклюжего, сутулого парня из университета. Сейчас передо мной сидел уверенный, даже немного нахальный мужчина. Всё это казалось странным, словно передо мной был совершенно другой человек.

– Ты так изменилась, Оля, – сказал он, наклоняясь ко мне ближе. – Но всё равно осталась той самой… светлой.

Я невольно улыбнулась, хотя его комплимент оставил какое-то странное послевкусие.

– А ты стал совсем другим, Эдик. В хорошем смысле, – честно ответила я, хотя уже начинала чувствовать лёгкое напряжение.

– Спасибо, – усмехнулся он, проведя рукой по идеально уложенным волосам. – Но я и сам всегда знал, что у меня есть потенциал.

Заказ принесли, и я сделала первый глоток горячего кофе, чувствуя, как тепло разливается по груди. Я надеялась, что разговор станет легче, но следующие слова Эдика заставили меня едва не выронить чашку.

– Твой муж чуть ли не каждый день там. Он её из машины на руках вытаскивает, как принцессу какую-то. Хотя, честно сказать, выглядит всё это жутковато. Она будто под чем-то.

– Под чем-то? – переспросила я, пытаясь справиться с нарастающей дрожью.

– Ну да. Не знаю, может, у неё проблемы. Или это просто странные отношения, – пожал плечами он, делая глоток эспрессо. – Не мне судить, конечно.

Я с трудом сглотнула, чувствуя, как мои руки начинают трястись всё сильнее.

– Эдик, а зачем ты хотел мне звонить? – Стараясь не выдать своих эмоций, я решила сменить тему.

– Потому что я не могу видеть, как тебе врут, – буркнул он, опуская взгляд на чашку. – Ты мне всегда была небезразлична.

– Ну да, мы же дружили, – неуверенно ответила я, начиная чувствовать ещё больший дискомфорт.

– Не только из-за этого, – тихо произнёс он, и его глаза вдруг встретились с моими. Взгляд был таким жарким, что я невольно откинулась на спинку стула, увеличивая расстояние между нами.

– Эдик… – начала я, но он перебил меня.

– Я уже говорил тебе, Оля, ещё тогда, что Слава – не тот человек, который тебе нужен. И вот ты сидишь здесь, дрожишь, а он где-то с другой. Сколько раз тебе надо окунуться в ведро с помоями, чтобы понять, что это помои?

Я застыла, глядя на него в абсолютном шоке. Это было не похоже на того Эдика, которого я знала. Его слова резали, словно нож.

– Эдик, – холодно сказала я, доставая кошелёк. Я положила крупную купюру на стол и встала. – Спасибо за кофе, но я не позволю так с собой обращаться. Рада была повидаться, но мне пора.

– Оля, подожди! – Он резко схватил меня за локоть, причиняя боль.

– Ты делаешь мне больно! – прошипела я, пытаясь выдернуть руку.

– Я просто хочу, чтобы ты открыла глаза! – продолжал он, не отпуская меня. Его лицо побледнело, а голос стал почти умоляющим. – Я могу тебе доказать! У меня есть фотографии, я сфоткал твоего Славочку. Он подлец, Оля, ты должна это увидеть!

– Это не твоё дело! – выкрикнула я, пытаясь вырваться. – Отпусти меня немедленно!

– Только со мной ты будешь счастлива! – выпалил он, и его взгляд стал каким-то безумным.

– Боже мой, – прошептала я, наконец вырываясь из его хватки. Я отступила на шаг, чувствуя, как по телу пробегает дрожь. Встреча, которая должна была стать приятной, превратилась в кошмар.

– Оля, я не хотел, чтобы так вышло… – пробормотал он, опуская голову.

Парень выглядит так, словно у него помутнился рассудок…

Я молча развернулась и быстро вышла из кафе, чувствуя, как моё сердце бешено колотится в груди. На улице воздух показался мне холодным и влажным, несмотря на солнечную погоду. Я не знала, куда идти и что делать.

Всё, что происходило вокруг, будто рушилось, и я больше не могла отличить правду ото лжи.

Я бесцельно шла вперёд, словно загнанное животное, пытаясь отдышаться и привести мысли в порядок.

Всё, что сказал Эдик, его жёсткие слова, обвинения, а потом этот безумный взгляд – всё смешалось в моём сознании, оставляя после себя только липкую панику. Моё сердце колотилось так сильно, что казалось, будто выскочит из груди, а лёгкие будто отказались работать.

В какой момент моя жизнь превратилась в чёртов ад??? Сначала предательство мужа, потом скандал у адвоката, сейчас ещё и Эдик… Почему нельзя просто нормально жить? Почему всё разваливается быстрее, чем я успеваю осознавать???

Воздух вокруг был густым, словно пропитанным страхом и болью. Мои ноги подкашивались, и внутренности болезненно скручивало. Я остановилась около какого-то магазинчика, пытаясь глубоко вдохнуть, но это только усилило спазмы. Всё тело охватила дрожь, меня начало тошнить. Я зажала рот рукой, но уже было поздно. Меня вывернуло прямо на тротуар.

Сгибаясь пополам, я старалась отдышаться, чувствуя, как слабость расползается по телу. В висках гудело, лицо горело от стыда, но мне было всё равно. Лишь бы справиться с этим отвратительным состоянием.

Когда мне, наконец, удалось выпрямиться, сквозь мутную пелену я заметила чью-то фигуру напротив. Некто стоял на небольшом расстоянии, скрестив руки на груди. Я сразу обратила внимание на рыжие волосы, идеально уложенные волнами, и хрупкую, но самоуверенную осанку. Мой желудок снова скрутило, но уже от страха.

– Ты, – прошептала я, сделав невольный шаг назад, будто это могло меня защитить. В голове крутился вихрь из ужаса, злости и недоумения.

– Я, – отозвалась она, пожав плечами с лёгкой ухмылкой. Её голос был слишком спокойным, слишком уверенным, и это пугало ещё больше.

Она склонила голову набок, разглядывая меня, как какой-то любопытный экспонат. А затем, сделав шаг вперёд, продолжила:

– Если тебе было непонятно с первого раза, придётся объяснить по-другому.

Я задрожала, с трудом удерживая себя на месте, и замерла, не отрывая от неё взгляда.

– Слава МОЙ! – её голос прозвучал как хлёсткий удар. – И я очень рекомендую тебе оставить его в покое.

Она улыбнулась шире, словно хищница, наконец, нашедшая жертву.

Глава 10

Оля.

Увидев её – эту рыжую, я на мгновение замерла, не в силах поверить в реальность происходящего.

Она стояла напротив, скрестив руки на груди, с самоуверенной ухмылкой. Каждая клетка моего тела сжалась в неприятном предчувствии.

– Пошла ты к чёрту! – выкрикнула я, развернувшись и уходя прочь.

За спиной тут же раздался её визгливый голос:

– Ты жалкая! Слышишь?! Жалкая неудачница!

Я ускорила шаг, стараясь не слушать, но её крики всё равно догоняли меня, будто липкие тени:

– Думаешь, Слава захочет такую истеричку, как ты? Думаешь, он с тобой счастлив?!

Её слова жгли моё сознание, словно раскалённые иглы.

Боже, она не просто любовница. Она… ненормальная.

Добравшись до первого же такси, я хлопнула дверью, дрожащим голосом назвала адрес нашей квартиры.

Едва ли меня можно было назвать нормальной в данный момент… Трясущимися руками я набрала номер своего «благоверного»…

– Долго это будет продолжаться?! – выкрикнула я, как только Слава ответил на мой звонок.

– Оля, что случилось? – его голос был напряжённым, но я уже не могла остановиться.

– Мало того что ты врал мне три года, обрюхатил свою любовницу, так теперь эта припадочная решила свести меня с ума! Она меня преследует, Слава! Преследует!

– Подожди, о чём ты вообще? – начал он, но я не дала ему вставить ни слова.

– Ещё раз эта овца посмеет приблизиться ко мне, я… я… Я не знаю, что я сделаю! А ты… будь добр, избавь меня от своих подстилок. Надоело!

Я бросила трубку, не дождавшись ответа, и уткнулась лбом в холодное стекло машины. Таксист украдкой посмотрел на меня через зеркало, но ничего не сказал.

– Есть у вас знакомые, которые могут замки на двери поменять? – резко спросила я, когда мы подъехали к дому.

Водитель растерянно вытащил из бардачка визитку и протянул её.

– Спасибо, – пробормотала я, выпрыгивая из машины.

Я была готова на всё, лишь бы вырваться из этого кошмара.

Зайдя в квартиру, я быстро начала собирать вещи Славы. На этот раз я не просто вытаскивала одежду из шкафа, я выгребала гардеробную подчистую. В чемодан летело всё: костюмы, рубашки, галстуки, даже его запонки. Мне было плевать, куда он это всё денет.

Главное, чтобы это исчезло из моего дома.

Когда я уже почти закончила, в коридоре раздался звук открывающейся двери.

– Оля! Ты здесь?! – голос Славы пронзил тишину.

Я застыла, стараясь не дышать. Закрывшись в гардеробной, я спряталась за длинными пуховиками, надеясь, что он не будет обыскивать квартиру.

– Милый, ты тут? – раздался сладкий голос.

Я похолодела.

– Света, что ты тут делаешь? – резко бросил Слава. – Я же сказал, что приеду вечером.

Так вот как зовут эту придурочную…

– Ты должен всё рассказать ей, – занудно заявила она. – Малыш скоро родится, ему нужна семья!

– Света, я сказал, что разберусь, – рыкнул он.

Моё сердце сжалось. Они были в спальне, совсем рядом.

– Смотри, она тебе даже вещи собрала! – радостно произнесла Света. – Иди ко мне! Её всё равно тут нет… Надо купить такую же кровать к нам домой!

Звук какой-то возни перемешался со скрипом матраса, но тут я услышала звук расстёгивающейся молнии… Короткий, будто это была ширинка.

Сердце ухнуло куда-то внутрь, а терпение… Оно мгновенно лопнуло.

– Да вы совсем охренели?! – взревела я, влетая в спальню.

Передо мной открылась картина: Слава в попытке оттолкнуть Свету, которая буквально вцепилась в него.

– Ты совсем страх потерял?! – заорала я, дрожа от гнева. – Какой же ты урод, Слава! Выметайтесь отсюда к чёртовой матери!

Слава замер, глядя на меня с какой-то смесью страха и вины. А вот Света…

– Как же ты задолбала, – прорычала она и бросилась на меня.

Её ногти впились в моё лицо, а руки метили куда попало. Я закричала от боли, пытаясь сбросить её с себя, но она была как бешеная.

– Отпусти! – крикнула я, ухватившись за её волосы.

Мы сцепились, катаясь по полу. Света царапала меня, а я, не удержавшись, размахнулась и ударила её по лицу.

– Да заткнись ты! Надоела! – визжала она, но я снова оттолкнула её.

– Хватит! – рявкнул Слава, вцепившись в Свету и оттаскивая её прочь.

Она вырывалась, продолжая визжать, но Слава крепко удерживал её за плечи. Я не могла поверить, что мой муж, который обожает всё утончённое, связался с этой… Психичкой!

– Оля, я разберусь! – бросил он, но я, тяжело дыша, просто указала на дверь.

– Пошли вон. Ненавижу вас обоих! НЕНАВИЖУ!

Когда они, наконец, вышли, я рухнула на пол.

Слёзы хлынули потоком, и я не пыталась их остановить. Всё внутри болело, и не только от физических ран.

Это была боль предательства, которой не было конца.

Глава 11

Слава.

Я сидел в коридоре больницы, прислонившись спиной к холодной стене, и тупо смотрел на яркий, слишком стерильный свет лампы.

За закрытой дверью кричала Света – её истерика, казалось, слышалась даже через бетонные стены. Её голос доносился обрывками: бессвязные фразы, слёзы, жалобы. Врачи пытались её успокоить, но я знал, что это временно.

Всё, что происходило сейчас, было только тусклым фоном.

В мыслях была Оля.

Моя Оля.

Она осталась дома, в истерике, раздавленная и, скорее всего, ненавидящая меня. И я ничего не мог с этим поделать. С того момента, как всё это началось, я словно оказался в эпицентре шторма. Меня бросало из стороны в сторону, но пути назад уже не было.

Я потерян. Совершенно потерян.

В голове снова прокручивались последние три года. Всё изменилось в тот день, когда мне позвонили и сказали, что Серёга Кузнецов погиб.

Серёга… мой лучший друг. Человек, которому я обязан своей жизнью.

Мы встретились на службе в танковых войсках, сразу сдружились. Серёга был человеком, который всегда находил выход из любой ситуации. Когда на учениях в танке случился пожар, он спас меня, рискуя собственной жизнью.

Тот день я помню до мельчайших деталей.

Горела проводка, я задыхался от дыма, чувствуя, как сознание начинает затуманиваться. Я пытался выбраться, но люк заело. Стучал, бился, орал – всё бесполезно. Думал, что умру там, внутри. Но появился он. Серёга каким-то чудом открыл этот чёртов люк и вытащил меня. Оба получили ожоги, но остались живы.

После этого я поклялся, что если когда-нибудь он окажется в беде, я буду там. И вот, мне позвонили, чтобы сообщить, что его больше нет.

Но звонок был не только об этом.

Его девушка, Света, почти сошла с ума от горя. Её забрали в клинику, где она находилась на грани между жизнью и полным безумием. Медсестра, которая нашла мой номер в контактах Серёги, рискнула позвонить. И я приехал.

Света была… сломленной. Она не говорила, почти не двигалась, сидела и смотрела в одну точку. Её состояние было настолько тяжёлым, что врачи откровенно разводили руками. Ей требовалось дорогостоящее лечение, но у неё не было денег.

Я оплатил всё не задумываясь. Это был мой долг перед другом.

Но потом произошло то, чего никто не ожидал. Едва Света увидела меня, она вдруг заговорила. Её глаза наполнились жизнью, она начала улыбаться… Врач сказал, что это чудо. Она была уверена, что я – это Серёжа.

Я должен был уйти, оставить это врачам, но… не смог.

Это был долг, который я не мог проигнорировать.

Серёга спас мою жизнь, а я теперь должен был спасти его девушку. Они ведь жениться собирались…

Терапия шла медленно, но стабильно. Я видел Свету пару раз в неделю, поддерживал. Лекарства, которые ей прописали, действовали. Но стоило ей узнать, что у меня есть жена, как всё пошло наперекосяк.

В её голове всё смешалось: она считала, что Оля – помеха, что её с Серёжей (со мной) пытаются разлучить. Я не знал, как с этим бороться. Я тянул эту ситуацию, не говоря Оле, чтобы не втягивать её в этот кошмар.

Да и врач настоятельно рекомендовал не допускать встречи двух женщин, потому что состояние Светы вызывало у него опасения. Тем более, зная ,как выглядит Оля, Света, с её помутнённым сознанием, может вообще пойти на всё что угодно!

Я не имел права рисковать жизнью жены… Её безопасностью!

Но теперь всё рухнуло.

Света пришла к Оле. Как только нашла-то???

Она всё испортила. Она наплела ей чушь, которую Оля, конечно, приняла за правду.

Как мне теперь её убедить? Как вернуть?

Я поднял голову и оглядел коридор. Всё, что я делал, казалось мне правильным, но сейчас я смотрел на последствия своих решений и видел только разруху.

Я принял решение.

Свету нужно положить в клинику. На этот раз стационарно. В этой больнице я выбрал врача, который не связан ни с кем из прошлого персонала, и надеюсь, что они смогут помочь.

Но главная задача – вернуть Олю.

Она моя семья, моя жизнь.

Всё последнее время я чувствовал, что вокруг меня что-то нечисто. Слишком много совпадений, слишком всё… странно.

Сначала какая-то беременность, о которой света забыла уже сто лет назад, проработала это… Потом внезапно дикая, почти необузданная любовь ко мне, то есть к Серёже… Я не мог понять, почему всё так резко изменилось…

Я дал указания своим людям проверить все контакты Светы, всех, кто имел доступ к её делам, картам, лекарствам.

Пока что ничего подозрительного не нашли, но я знаю, что это лишь верхушка айсберга.

Сейчас моя цель – объясниться с Олей.

Если надо, я покажу ей рекомендации врача, расскажу всё о Свете. Притащу её сюда, к психиатру, чтобы она услышала это от специалиста.

Главное, чтобы она мне поверила.

Если ещё не поздно…

Дверь кабинета открылась, и врач выглянул наружу.

– Вячеслав, вы можете зайти.

Я поднялся, чувствуя, как внутри меня кипит всё сразу: злость, страх, отчаяние.

Я должен довести это до конца.

Ради Оли.

Ради нас.

Глава 12

Оля.

Как только дверь за Славой и Светой захлопнулась, я упала на пол. Слёзы хлынули из глаз, захлёстывая, как цунами, и я не могла их остановить. Моё тело содрогалось от рыданий, а голос сорвался на дикий вой. Я выла, как волчица, оставшаяся одна под холодной луной. Всё внутри болело так, будто душу вырвали с корнем.

Как я могла так ошибиться? Как могла полюбить этого человека?

Любовь, которая когда-то была светом в моей жизни, теперь превратилась в наказание. Это чувство несло мне лишь боль, раздирая изнутри.

Внезапно резкая боль пронзила живот. Я взвизгнула, согнувшись пополам, и не смогла даже вдохнуть. Боль была настолько сильной, что казалось, она пожирает меня изнутри.

– Господи… – прошептала я, теряя остатки сил.

Сколько это продолжалось, я не знаю. Всё было как в тумане. Дрожа, я дотянулась до телефона и набрала номер отца.

– Алло? Оля? – его голос был обеспокоенным, но я не смогла ничего сказать.

Я только скулила в трубку, пытаясь хоть как-то объяснить, что со мной.

– Оля, что происходит? Ты дома? Я сейчас приеду! Оля?!

– Я… дома… – еле слышно выдавила я, прежде чем телефон выпал из рук.

Боль накатывала волнами, я не могла найти силы пошевелиться. Голова кружилась, и перед глазами всё плыло.

Прошло не больше получаса, когда дверь квартиры распахнулась. Я услышала топот – родители ворвались в квартиру.

– Оля! – выкрикнул отец, мгновенно подлетев ко мне.

– Господи, доченька! – Мама была в халате и тапочках, её лицо было перекошено от ужаса.

Отец подхватил меня на руки, а мама придерживала голову. Всё вокруг затуманилось. Машина, звуки сирены, крики мамы о том, чтобы я держалась.

В больнице врачи подхватили меня прямо из рук отца, и я почувствовала, как сознание начинает возвращаться. Холодный металлический стол, яркий свет ламп, успокаивающий голос медсестры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.