Анжелика Смит
Владимир Щербаков

Иллюстратор Яна Кочева

© Владимир Щербаков, 2025

© Яна Кочева, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0067-7338-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

СТИХОТВОРЕНИЯ

В. Щербаков. ЮНОШЕСТВА ПРЕКРАСНЫЕ ГОДА

В. Щербаков. ИЗУМРУДНАЯ СТРАНА

В. Щербаков. ЛЕТИТ ДОРОГА ВДАЛЬ

ЦИКЛ «ВОЗВРАТ НЕИЗБЕЖЕН»

В. Щербаков, А. Валиулина. КАЗАНСКИЙ АПОКАЛИПСИС

В. Щербаков, А. Валиулина. ПОБЕГ НЕ УДАСТСЯ

ЦИКЛ «ЭВЕРГЛЕНД»

ЭВЕРГЛЕНД. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ

ЭВЕРГЛЕНД-2. НОВАЯ УГРОЗА

ЭВЕРГЛЕНД-3. ФИНАЛ

СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ В. ЩЕРБАКОВА

Том 1. ЗА ТОБОЙ Я СЛЕДОВАТЬ ГОТОВ

Том 2. ЭВЕРГЛЕНД

Том 3. ВОЗВРАТ НЕИЗБЕЖЕН

Часть первая

Пролог

Восемнадцать лет назад

Детский дом располагался практически на самой окраине города. Всего лишь в паре метров от ограды приюта уже высился темный и загадочный лес. Всем воспитанникам строго-настрого запрещалось покидать детдом и гулять по лесу, но, чего уж греха таить, запрет нарушали все.

К центральному входу детдома подошли два человека – мужчина и женщина. Мужчина держался уверенно; казалось, что его ничего не может смутить. Женщина же производила явно подчинённое впечатление. Она шла робко, постоянно оглядывалась по сторонам и очень сильно дрожала.

Дойдя до входа в приют, они остановились.

– Ты уверена, что это наилучший выбор? – Мужчина в темном плаще с капюшоном, полностью скрывающем лицо спросил у женщины, одетой в похожий костюм. – Ты полагаешь, что тут ей будет лучше, чем с нами, в её настоящем мире?

Женщина лишь горько кивнула.

– Хорошо, – ответил мужчина. – Но мы должны дать обещание, что все ей расскажем, когда придет время.

Женщина так же молчаливо кивнула и протянула руку мужчине. Он крепко сжал её руку и, в тот же миг вокруг их кистей на несколько секунд заискрился воздух. А затем, словно бы из ниоткуда, их руки были обвиты серебристыми лентами. Но спустя мгновение, все исчезло.

– Ну, вот и всё, – произнес мужчина, наклоняясь над корзинкой, в которой лежал младенец. – Теперь ты живешь здесь. Когда-нибудь мы вернемся и все тебе расскажем… Обещаю.

Мужчина развернулся и двинулся прочь от приюта. Женщина, пришедшая вместе с ним, ещё некоторое время постояла над младенцем, словно бы молясь о её благополучии, а затем развернулась и скрылась в том же направлении, что и её спутник.

Настоящее время

Я открыла глаза и осмотрелась. Вот, наконец-то и настал тот день, когда я смогу покинуть это недружелюбное место. Да, здесь я выросла и смогла получить какие-то знания об окружающем мире… Но мне здесь никогда не нравилось. Детский дом он и есть детский дом…

Сколько я себя помнила, я жила здесь всегда. Как рассказывали мне воспитательницы, меня нашли ранним утром (или поздней ночью, иногда версии рассказов разнились) на пороге детдома в небольшой корзинке.

Забавно, но этот способ был самым распространённым. Также в наш детдом попадали как самые маленькие несчастные дети (либо, будучи подкинуты также, как и я, либо отобраны у родителей за их противоправное поведение), а также и дети постарше. Вот от этих детей постарше я в основном и страдала.

Вначале я никак не могла понять, в чем причина этих посягательств, издевательств и порой просто избиений (причем, как со стороны детей, так и некоторых воспитателей) … Но, впоследствии, когда я немного подросла и смогла разобраться в мотивах, двигавших людьми (по крайней мере, попыталась в них разобраться), мне стало жить гораздо проще.

А когда я научилась давать отпор (иногда словом, а чаще всего и делом), постепенно все издевательства сошли на нет. Но, как я уже сказала, это место я не любила и никогда не смогу назвать его домом…

Через несколько часов

Я вышла во двор детдома и жадно вдохнула тёплый весенний воздух. С леса, разросшегося за эти годы до гигантских размеров, веяло прохладой. Во дворе тут и там лежали предметы быта, с помощью которых обслуживающий персонал детдома занимался своими повседневными делами.

Я обернулась последний раз на детдом, подхватила свой чемодан, в котором был мой скудный скарб, и резвым шагом направилась за пределы двора, где меня уже ждало такси. Мне предстояла новая жизнь. За что я могла всё-таки сказать «спасибо» в свой последний день в детдоме, так это за то, что мне не придётся начинать первый день новой жизни в поисках транспорта, который навсегда увезёт меня из этого места.

Я села в такси, чемодан был благополучно помещён в багажник, и я сказала таксисту адрес, где теперь я буду жить:

– Центральная улица, дом 25, корпус 3.

Таксист лишь поднес руку к козырьку своей кепки. Было странно, но я не видела его лица, как бы я этого не стремилась… Казалось, что он намеренно скрывает своё лицо. Хотя, зачем ему бы это делать?..

Отмахнувшись от назойливых мыслей, я стала глядеть в окно автомобиля и размышлять о том, что я сделаю в первую очередь, когда приеду в отель…

***

Город суетился. Люди в нем спешили каждый по своим делам – кто на работу, кто с работы. Кому-то требовалось посетить магазины или рынки, кому-то просто пройтись до ближайшего бара…

Город сразу показался мне каким-то чужим. Не родным. Злым. Резким.

Такси остановилось возле большого, десятиэтажного здания, над входом в которое светилась яркими огнями вывеска «Отель». Забавно, но это был единственный отель в городе, что, впрочем, не мешало его владельцам кичиться тем, что это здание – их собственность.

Я вышла из такси, взяла чемодан и подошла ко входу. Постучав в дверь, и, дожидаясь того, как откроется дверь, я обернулась на такси и… Я увидела лицо таксиста, но лучше бы я этого не видела…

На меня смотрел настоящий монстр. Его глаза, выглядывающие из-под тёмных очков, светились отчаянной злобой (точно такой же взгляд был у некоторых воспитателей, когда они наказывали нас за особо отчаянные проступки), а большую жуть придавал вертикально расположенный зрачок…

Таксист словно бы уловил мой взгляд, поправил очки, махнул рукой и, сев за руль, скрылся, взвизгнув на прощание тормозами. Я ничего не успела даже подумать, как дверь открылась, и я услышала:

– Мисс Анжелика Смит? Прошу Вас, проходите. Ваш номер уже подготовлен…

Глава 1. Мои приключения начинаются!

Я последовала за служащим отеля, периодически оглядываясь и изучая всё, что окружало меня в этом странном месте. Я до сих пор не могла понять, по какой такой причине мне первое время нужно было прожить здесь, в отеле…

Я машинально нащупала в кармане плаща то письмо-инструкцию, что обнаружила в один из дней у себя в спальне. На все мои расспросы, никто не мог сказать, как оно у меня оказалось…

Вернувшись из воспоминаний в реальность, я обнаружила, что уже стояла перед комнатой, приветливо распахнувшей свои двери и словно бы зазывавшей внутрь, навстречу новой жизни. Я глубоко вдохнула и перешагнула через порог.

Быстро оглядевшись, я мигом оценила обстановку. Комната была яркой и светлой, чему способствовало в первую очередь большое французское окно во всю стену. Подойдя к нему, я обнаружила, что из номера открывался великолепный вид на весь город…

В центре комнаты стояла огромная кровать, покрытая розовым покрывалом, под которым были наимягчайшая перина, о которой мне только лишь доводилось слышать. А подушки… О! Они были великолепными. Я сразу же представила, как буду нежиться на этой кровати, отдыхать после тяжёлых напряжённых дней, занятых работой…

При первой же мысли о работе, я продолжила осматривать комнату. Чуть вдалеке, стоял большой массивный стол из красного дерева со множеством ящиков, часть из которых была заперта на ключ. На столешнице располагалась лампа под зелёным абажуром, включив которую, я тут же почувствовала уют и спокойствие, которые настраивали меня на рабочий лад.

Я почувствовала на себе взгляд служащего отеля и, обернувшись, произнесла:

– Спасибо. Как раз то, что мне нужно.

В ответ он улыбнулся и ответил:

– Если Вам что-то понадобится, то Вы легко сможете меня найти внизу. Номер для вызова, – он указал на висевший на стене телефон, который я сначала не заметила. – Двадцать пять, шестнадцать, семь.

Он кивнул и покинул комнату, а я, сев за стол, крепко задумалась. Через мгновение я достала из кармана письмо, которое изменило всё моё восприятие жизни и снова его перечитала.

Мисс Анжелика!

Вы меня не знаете, но прошу отнестись к данному письму и просьбе, что я в нём выскажу со всей серьёзностью. В нашем мире настают опасные времена. Опасные для всех – для отдельных людей, природы, общества…

Многое странное происходит в последнее время. Вам наверняка об этом известно по тем сведениям, что поступают в ваш детдом из города у подножия холма… А может быть, это от Вас скрывают, зная Ваше истинное происхождение?…

Впрочем, об этом позже.

В день, когда Вам придётся покинуть приют, не спешите уезжать из города. Первые пару, а может и тройку дней после этого события (безусловно, важного для Вас), прошу Вас, поживите в отеле на Центральной, 25. Там для Вас снят номер. Оплаченный номер на необходимое количество дней.

Когда настанет время, мы с Вами непременно встретимся. И я очень Вас прошу, нет… Я Вас заклинаю! НИКОМУ НЕ ГОВОРИТЕ О ТОМ, ЧТО Я ВАС ПРОШУ СДЕЛАТЬ!

После того, как Вы поселитесь в отеле, Вы обнаружите в запертых ящиках стола бумаги, которые смогут раскрыть Вам тайны Вашего происхождения и ту роль, которая Вам будет отведена в событиях, которые скоро наступят…

Впрочем, Вы не сможете прочитать эти записи без должного уровня знаний и опыта, которых у Вас попросту нет. Я смогу Вам в этом помочь. Но до той поры, все бумаги должны оставаться у Вас. И ни в коем случае, повторяю, ни в коем случае, о них не должно быть известно ни Вашим друзьям в детдоме, ни тем, с кем Вы, возможно, познакомитесь в отеле. Слишком опасное знание они таят. Как для Вас, так и для мира…

Когда мы с Вами встретимся, Вы всё поймёте.

С надеждой на скорую встречу,

Доброжелатель.

Я снова сложила письмо в конверт и проследовала к столу. И вскоре, в одном из ящиков стола обнаружила целую кипу старых, уже пожелтевших листов бумаги, на которых мелким убористым почерком непонятными символами что-то было записано…

Сейчас просматривать эти бумаги у меня не было ни сил, ни желания, а потому я их аккуратно сложила в сейф, который стоял рядом, закрыла его и решила немного отдохнуть…

Несколько километров к северу от города

Таксист, а вернее тот, кто выполнял роль таксиста, подъехал на автомобиле к огромному старому замку. По городу, а равно и всей округе давно ходили слухи, что замок проклят и туда лучше лишний раз не заходить, потому что проклятие забирает всех и никто ещё не возвращался. Но надо сказать, что легенды имели под собой основание…

Осторожно, стараясь не задевать лишний раз росшие вокруг заросли кустарника, он медленно прошёл ворота и оказался прямо в центральном зале крепости. Ему навстречу вылетел тёмный сгусток, вскоре принявший форму человекоподобной фигуры. Фигуры сгорбленного старика с очень злым выражением лица.

– Ты нашёл её? – Буквально прошелестел он. – Ну же! Отвечай!

– Да, – кивнул таксист, поправляя тёмные очки. – Нашёл. Она в точности такая же, какой мне её описывали. Если бы не то, что Вы хотите, я бы её…

– А ну! – Резко рявкнул старик.

– Да шучу я, – усмехнулся его собеседник. – Что будем делать дальше?

– Ждать, – проговорил хозяин замка. – Ждать, когда она окажется готова к Процессу. И только лишь тогда она сможет нам послужить…

– Как предыдущие?

– Да что ты понимаешь! – Мигом взвился старик. – Предыдущие были лишь так, пробой пера… Теперь-то я знаю, что именно нужно делать. А самое главное, как…

Таксист лишь улыбнулся в ответ старику. Но за тёмными стёклами очков его взгляд выражал лишь недоверие и некую горечь. Впрочем, когда старик исчез, он сам развернулся и покинул замок. Ведь он был создан для того, чтобы следить за тем, за кем ему повелят и выполнять все поручения своего создателя.

Ведь такова истинная судьба голема…

***

Полицейский участок Города у подножия холмов, как часто называли столицу их государства (а в последние несколько лет это название стало официальным именованием города), кипел, словно пчелиный улей. А всё дело было в том, что в окрестном лесу снова были обнаружены чьи-то останки. Уже каждый месяц, раз за разом местные жители находили жертв неизвестного преступника.

Всякий раз они вооружались, прочёсывали лес, но ничего (ровным счётом ничего) обнаружить не могли. И, естественно, вся критика обрушивалась на местную полицию.

В основном, критика заключалась в митингах с невинными лозунгами, на которые большинству было, честно говоря, наплевать. Но некоторые особо горячие головы пытались прорваться в участок, или даже в здание Департамента полиции и, так сказать, «горели особым желанием» пообщаться с чиновниками.

Таких отлавливали и быстро успокаивали недолгим задержанием. Обычно ограничивались парой дней, после чего протесты на некоторое время сходили на нет. Но сейчас…

Сейчас всё грозило ещё большими беспорядками.

– …десятая! – Распалялся начальник полиции всего города, старший генерал Маттеус ван дер Глик, лично приехавший на экстренное совещание. – Это уже десятая жертва! Вы вообще хоть что-то делаете?!

Комиссар участка, приподнявшись со своего кресла, внимательно посмотрел на начальника и проговорил:

– Мы делаем всё возможное. Поймите. Но нам… – Он оглядел всех своих сотрудников, и тут же поправился. – Но мне кажется, что здесь замешано нечто сверхъестественное…

На некоторое время в зале совещаний воцарилось молчание, лишь изредка прерывавшееся жужжанием пролетавших мух. А затем начальник полиции, старший генерал взорвался.

– Сверхъестественное! Ему так кажется! А мне плевать, что тебе кажется!!! Если ты не хочешь отправиться мести улицы, или работать на очистных сооружениях, срок тебе неделя на то, чтобы выяснить, кто убивает наших граждан, поймать его, обезвредить и вынести приговор. Кстати, ко всем относится. Вы все улицы мести пойдёте…

Он резко вскочил и, покидая участок, громко хлопнул дверью так, что она мигом слетела с петель.

– Да, – произнёс комиссар Томас де Майн, глядя на то, как грузный и тяжело дышащий старший генерал садится в свой личный автомобиль и покидает его управление. – Дедушка сегодня особенно злой…

Генерала ван дер Глика все за глаза во всём полицейском управлении называли не иначе как «дедушка». Этому способствовали и его внешний вид, и, в целом, доброжелательность ко всем подчинённым. Но, если он злился, или если его выводили из себя обстоятельства, то могло прилететь всем без разбору. И тем, кто виноват, и тем, кто лишь случайно оказался рядом.

На самом деле Томас прекрасно понимал, что рано или поздно генерал ван дер Глик явится в участок и устроит им головомойку. Генерал не верил в сверхъестественное; он считал, что все преступления совершают люди и никто кроме людей не может нести за эти действия ответственности. Честно говоря, и сам Томас мало верил в магию, колдовство, но то, что он видел в детстве, заставляло его по меньшей мере, сомневаться.

От мыслей его оторвало появление одного из шпиков.

– Я видел её! – Возбуждённо затараторил он. – Она в отеле! Вам нужно спешить, пока её тоже не…

– Стоп. – Томас де Майн поднял руку. – По порядку. Кто «она». В каком отеле. Зачем мне нужно эту «её» видеть. И пока её тоже «что»?

Шпик выдохнул.

– Во-первых, в отель приехала очередная выпускница Приюта на горе. Ну, вы знаете, тот детский дом, из которого…

– Знаю. Дальше.

– Так вот. Она как две капли воды похожа на всех предыдущих жертв. Тот же цвет волос, то же преисполненное умом лицо…

– Ладно. Дальше.

– А дальше всё… А, нет. Не всё. И привезло её всё то же такси… – Он заговорщицки подмигнул Томасу, а когда тот не отреагировал, пояснил. – Ну то такси. С водителем в чёрных очках, с красными глазами и вертикальным разрезом глаз…

– Хм. Слишком много совпадений. Ладно, съезжу. А тебе вот, – он бросил своему шпику мешочек, в котором раздался звон монет.

– А что так мало? – Нахмурился шпик. – В прошлом месяце было больше…

– Инфляция, друг мой, инфляция. Плюс ещё информация твоя не проверена…

Тот лишь насупился, развернулся и ушёл из участка, что-то бормоча под нос. Томас де Майн же задумался. Если всё на самом деле так, и все жертвы походили друг на друга, то кто знает, может быть, ключ к поиску убийцы в этой новой постоялице отеля?

Он поднялся из-за стола, накинул плащ и отправился на Центральную, 25. Это был адрес отеля, к которому у него уже несколько месяцев с завидным постоянством возникали вопросы. Так как всех жертв последний раз видели живыми именно в его окрестностях…

***

Я проснулась от настойчивого стука в дверь. Он выдавал явное напряжение неизвестного гостя.

– Кто там? – Сонно и зевая спросила я, привставая из-за стола, за которым заснула и оправляя своё платье, слегка помявшееся от внезапно нахлынувшей дрёмы.

За дверью послышалась какая-то возня, а затем незнакомый приятный баритон произнёс:

– Томас де Майн, комиссар полиции Города у подножия холма. И у меня к Вам есть несколько вопросов, мисс Смит. И поверьте мне, ради Вашей же собственной безопасности, лучше Вам на них ответить…

Глава 2. Комиссар полиции Томас де Майн

Интересно, что от меня могло понадобиться полиции города? Вроде бы, я ничего не нарушила и ничего предосудительного сделать не успела. Хотя… Кто знает, может быть у них такой обычай? Приветствовать всех новоприбывших в город?

Я открыла дверь и пригласила его войти.

На пороге моей комнаты стоял молодой человек, на вид не больше тридцати лет. Одет он был в тёмно-синий плащ плотного покроя, с вышитой на плечах какой-то эмблемой. По всей видимости, местной полицейской службы.

Он вошёл в комнату и осмотрелся вокруг, задержав свой взгляд на шкафу с одеждой, дверцы которого я так и не закрыла, и на сейфе. Он что-то хмыкнул, а затем, сев на стул, внимательно посмотрел на меня взглядом, от которого мне сразу стало как-то не по себе.

Да, он внушал доверие. Да, он казался справедливым и честным. Но этот пронизывающий, словно бы смотрящий сквозь тебя взгляд…

– Мисс Смит, – сразу же начал он. – Как я понимаю, Вы приехали из Приюта на горе, верно?

– Да, – кивнула я. – Я там выросла.

– Отлично, – пробормотал он. – Как я и думал. А скажите, мисс Смит…

– Анжелика, – прервала я его.

– Что?

– Зовите меня Анжелика.

– Хорошо. Итак, повторю вопрос. Мисс Смит… Анжелика, что Вы знаете о прошлых воспитанницах Вашего приюта, которые точно также, как и Вы, приезжали в этот отель? Знаете ли Вы, что с ними со всеми случалось?

Я отрицательно покачала головой. Пока я не понимала абсолютно ничего – ни того, почему он допрашивает меня, почему я должна знать о прошлых воспитанницах…

– Нет. А почему Вы спрашиваете?

Он лишь вздохнул, вытащил из кармана плаща несколько фотографий и разложил их передо мной.

– Что это? – Спросила я, не решаясь посмотреть на них.

– А вы взгляните, Анжелика. Взгляните. А потом подумайте.

Я осторожно, стараясь не поддаваться панике, вгляделась в фотографии. Но то, что я там увидела повергло меня в шок. Это были тела. А вернее, то, что от них осталось…

Мне увиделись фрагменты человеческих тел – отсечённые руки и ноги, фрагменты туловища… А на последней фотографии я увидела… ГОЛОВУ! От всего этого мне стало резко плохо, я откинулась на кресле и потеряла сознание…

Очнулась я спустя несколько минут от ощущения влажной прохлады на своём лице. Открыв глаза, я увидела обеспокоенного инспектора.

– Простите, Анжелика. Я не хотел Вас повергать в шок, но Вы должны были увидеть эти фотографии…

– Кто… – Еле выдохнула я. – Кто все эти… люди? Что с ними произошло?

– Мы не знаем, – вздохнул Томас де Майн. – Мы уже нашли десять подобных захоронений. Вы точно никого не узнали?

– Нет… А почему я должна была их узнать?

– Дело в том, что все эти десять девушек – выпускницы Приюта на горе. Все они, также как и Вы прибыли в этот отель…

– Да, Вы уже говорили об этом.

– Можно я продолжу? – Недовольно поморщился инспектор. – А вскоре после прибытия сюда, в наш город, они внезапно исчезали. А потом мы находили их останки. Ни одного цельного захоронения, все расчленённые… – Он замолчал. – Пожалуй, подробностей хватит. Мы, полиция Города у подножия холмов, очень беспокоимся, что Вы можете стать новой жертвой…

Я резко вскочила, подбежала к сейфу и достала оттуда одну из бумаг, обнаруженных мной ранее в ящиках стола.

– Вот! Держите! – Резко проговорила я и отдала листы инспектору.

– Что это… – Начал было он, но как только вчитался в текст, сразу же побледнел. – Значит, я всё же был прав… Анжелика! – Вскочил он. – Нам нужно немедленно уходить отсюда. НЕМЕДЛЕННО!

Вдруг дверь распахнулась от резкого толчка и на пороге я увидела недавнего таксиста. Он улыбнулся, медленно шагнул внутрь комнаты и, сняв тёмные очки, обнажив свои красные глаза с вертикальным зрачком, повернулся к нам.

– Уже уходить собрались, инспектор? Вам я препятствовать не буду. А вот девушка останется и пойдёт со мной…

– Ни за что! – Выкрикнул инспектор, закрывая меня собой. – Ты что за чудище-то?

Таксист фыркнул.

– Что за язык… Чудище… Я не чудище, Томас де Майн. Вспомни, Томас, как ты стал полицейским. Вспомни, кто тебе помогал. Может, ты, конечно, считаешь, что всего добился сам… Но… Это не так. Я подожду, пока ты думаешь. А потом, мы с тобой пожмём друг другу руки, и ты оставишь меня и мисс Смит наедине. Обещаю, что сразу же после этого твоя жизнь наладится и больше проблем не будет. Ни у тебя на службе, ни в городе в целом…

Я посмотрела на инспектора. Он весь изменился в лице. Только что он был само достоинство, а сейчас… Сейчас же он был жалок, напуган и поражён. Я поняла, что пора брать ситуацию под свой контроль.

– Расскажи хоть, что тебе от меня надо?

– О! – Довольно улыбнулся гость. – Гляжу, что тебе интересно… Что ж. Я расскажу. Хотя ты могла бы, и сама всё прочитать в бумагах… Ну да ладно…

– Не смей ей ничего рассказывать! – Рявкнул словно бы оживший Томас. – И оставь меня в покое! Голем!

– О! – Фыркнул таксист. – Я гляжу ты вспомнил-таки. Но извини. Не могу ничего поделать. Ты ведь знаешь, какая у меня задача. Выполнить задание своего господина. Когда-то таким был ты, а теперь не ты… Поэтому, будь любезен, отойди в сторону. И не мешай.

– Нет. Я не отойду.

– Глупо, – грустно произнёс голем. – И досадно.

Он взмахнул рукой, и инспектор отлетел в сторону, словно лёгкое пёрышко, со всей силы впечатавшись в открытый шкаф. От такого удара, вся одежда, что там висела, рухнула на него и он оказался полностью закутан платьями.

– Ну а теперь, – облизнулся голем. – Займёмся тобой…

Я, не в силах, понять разумом, что происходит, закрыла глаза и инстинктивно выставила перед собой руки. В какой-то момент я услышала крик боли, какое-то шипение и приятное покалывание на кончиках пальцев… Я открыла глаза и обомлела…

Из моих рук шли яркие и горячие лучи, которые упирались прямо в грудь голема. Шипение раздавалось именно от его тела. Он плавился! Я оглянулась. Инспектор выбрался из-под платьев и с таким же удивлением смотрел на меня.

Голем прекратил кричать и теперь лишь улыбался сквозь нестерпимую боль.

– Значит, старик был всё же прав… И ты – именно та, кто ему нужен. Анжелика Смит… Забавно. Что меня убила моя же добыча для Великого Старца…

После этих слов он прекратил что-либо говорить, раздался резкий хлопок и вскоре на его месте была лишь кучка серого пепла. И в тот же момент выходившие из моих рук лучи потухли…

– Инспектор, я… – Я запнулась. Я не знала, что сказать.

– Тихо, Анжелика, – он подошёл вплотную ко мне и приобнял меня. – Тихо. Спокойно. Всё закончилось. По крайней мере пока что. Но нам нужно решить, как быть дальше.

– Нам? – Я отстранилась от него и внимательно посмотрела в его глаза.

– Да, нам. – Кивнул он. – Теперь я Вас… тебя… ни за что не оставлю.

– О, Томас… – Пробормотала я и снова прижалась к нему. – Спасибо!

***

Томас де Майн вернулся в участок весьма потрёпанным лишь спустя несколько часов. Анжелику он с большим трудом уговорил переехать вместе со всеми её вещами и документами в отель попроще. В тот, который пусть и не был элитным и располагался далеко от центра города, но находился под неусыпным контролем Полиции Города у подножия холмов.

Один вопрос ему удалось решить – узнать, что Анжелика Смит сама не в курсе всего, что происходило последние пару лет. Более того, оказалось, что Анжелика Смит обладает теми силами, о которых Томас де Майн знал лишь из древних легенд и сказаний, которые были весьма популярны в Городе у подножия холмов.

Анжелика Смит обладала магической силой. И что бы кто не говорил, магия существует. Томас де Майн убедился в этом лично. И лишь благодаря этому он оказался жив после стычки с големом…

Голем… О чём он сегодня говорил? О том, чтобы Томас вспомнил то, что было много лет назад. О своём прошлом комиссар полиции старался забыть, как можно быстрее. Но оно рано или поздно настигало его.

Его прошлое – это его прошлое. И знать кому-то об этом пока слишком рано. Возможно, он кому-нибудь и откроется, но не сейчас…

Несколько километров к северу от города

Старый маг, ныне пребывавший в виде туманного облака, раздражённо пролетал по замку, которым когда-то владел, а ныне пребывал здесь в качестве заключённого.

Он почувствовал, что голема уничтожили, а значит он должен предпринимать новые попытки по выполнению собственного плана. Благодаря своим способностям, старик прекрасно понял, что голема уничтожила именно Анжелика Смит, а значит он был прав в своих поисках, постоянно зазывая к себе воспитанниц Приюта на горе.

Но теперь, когда Анжелика осознает свои способности, то выполнить свой план ему будет крайне сложно. Впрочем, крайне сложно – это не значит, что невозможно.

***

Я проснулась спустя несколько часов после того, как Томас де Майн привёз меня в новый отель. Да, по сравнению с тем, в котором я поселилась сначала, этот был значительно беднее. Здесь было очень много людей, которые никогда бы не поселились в элитных районах города…

Номер, в котором я оказалась, тоже был значительно беднее. Здесь был всего лишь один шкаф, небольшая кровать, которая ни в какое сравнение не шла с той, что была в отеле «Центральный». Возле окна, занимавшего лишь полстены, стоял маленький журнальный столик с круглым запотевшим зеркалом…

Я отдала Томасу де Майну большую часть бумаг, в которых не поняла абсолютно ничего. Но кое-что я оставила себе. В частности, очень любопытное письмо от неизвестного мне доброжелателя, которое я обнаружила уже после того, как покинула отель «Центральный». Как и откуда оно оказалось у меня – я не могла даже предположить, но решила, что пока его не стоит отдавать Томасу де Майну.

Я снова его развернула и в очередной раз прочитала.

Мисс Анжелика!

Поверьте, Вам грозит наисерьёзнейшая опасность!

Злые силы давно уже вознамерились взять под контроль весь наш мир и начать они решили с нашего чудесного Города у подножия холмов. А для этого им нужны такие как Вы – молодые и прекрасные девушки…

Я сейчас пишу эти строки и постоянно рискую быть разоблачённым и уничтоженным… Поэтому буду максимально краток и конкретен, насколько это будет возможно, исходя из нынешней ситуации… Которая, впрочем, останется ещё очень и очень долго.

Пока мы с Вами встретиться не можем. Слишком много вокруг шпионов, слишком много вокруг врагов…

Я знаю, что Вы встретились с комиссаром городской полиции Томасом де Майном. Это очень хорошо. Он – весьма достойный представитель данной городской службы, которой, впрочем, я не особо доверяю, но, тем не менее, Томасу верить можно. Я знаю его достаточно хорошо.

В настоящий момент Томас и вся полиция заняты расследованием страшного преступления, о котором он наверняка Вам рассказал. Иначе, зачем бы он к Вам приходил? Надо признать, что Вы весьма похожи на жертв.

Но Вы и очень сильно отличаетесь от них. Они были слабы, не контролировали ни свои силы, ни свои эмоции и желания… А Вы… У Вас, мисс Анжелика, как Вы сами, наверное, сообразили, огромный магический потенциал. Вы же сами видели, на что Вы способны? Уничтожить голема – сама по себе непростая задача. А уж такого, какой к Вам приходил, созданного древней злой магией – ещё более непросто. Однако Вы с лёгкостью это сделали.

На некоторое время Вам удалось отсрочить опасность. Пока будет создан новый голем, пока они обнаружат, где Вы скрываетесь… Пройдёт достаточно времени, чтобы Вы смогли полностью осознать самое себя и научиться контролировать свои силы, чтобы ненароком не навредить тем, кто к Вам хорошо относится или не представляет угрозы.

Я настоятельно советую Вам посетить мадам Люголь, что обитает на Бульваре Канареек в доме двадцать семь. Она Вам с радостью поможет, когда Вы покажете ей данное письмо.

Также я Вас очень прошу, не говорить о своих визитах к мадам Люголь кому бы то ни было. Даже Томасу. Как я уже говорил, он весьма достойный молодой человек, но всё же полицейский. А полиции не всегда стоит доверять, тем более не все из них верят в магию… Да и Вы сами, я думаю, до недавнего времени в неё не верили. Верно?

Поверьте мне, визиты к мадам Люголь Вам крайне необходимы. Вы мне потом скажете за это большое спасибо.

С искренним уважением к Вам,

Доброжелатель.

Прочитав это письмо в очередной раз, я накрепко задумалась. В этом всём был определённый смысл. И поэтому, снова засыпая, я решила отправиться на бульвар Канареек завтра утром.

Глава 3. Я осознаю свою магию

Утро следующего дня выдалось пасмурным и дождливым. На улицах не было практически никого, а те, кто выходил, скрывались под большими надёжными зонтами. Было холодно. Я чувствовала это даже не выходя на улицу, лишь глядя в окно.

Но раз уж я решила идти к мадам Люголь, то надо идти. Не стоит откладывать на потом то, что можно сделать сейчас.

Я наскоро оделась в тёплое платье, предусмотрительно захваченное мной из Приюта. Обычно я одевалась в него в зимние месяцы, когда ветра, обдувавшие наш холм, где располагался Приют, проникали и в само здание и гуляли по нему всему… Но промокнуть и замёрзнуть под дождём было бы гораздо хуже и опаснее, чем просто промокнуть…

Я вышла на улицу и внимательно осмотрелась. Когда мы с Томасом вчера сюда прибыли, возницы стояли везде. Словно бы поджидали возможных клиентов, всё-таки здесь была гостиница. Да, не такая шикарная, как та, в которой я поселилась изначально. Да, здесь явно не было большого количества богатых постояльцев, которые бы могли бы сорить деньгами направо и налево, лишь бы их доставили побыстрее туда, куда им нужно было… Но всё же возницы стояли и ждали.

Сегодня здесь было совсем мало возниц. Возле перекрёстка с улицей Ночного света стоял полуразваливающийся экипаж, с таким же пожилым кучером, а запряжена была явно старая лошадь, которая явно не могла куда-либо домчать. Чуть поодаль, ближе к другому перекрёстку, стоял экипаж явно лучшего качества. Он весь блестел и на фоне дождя казался практически только что сошедшим с конвейера по производству. А лошадь…

Господи! Что это была за лошадь! Огромная, вороная, почти в два раза больше тех лошадей, на которых нас обучали верховой езде в Приюте. Она стояла и нервно подёргивала ушами, словно бы прислушиваясь ко всему, что происходит вокруг неё. Я так и не решилась подойти к лошади и посмотреть ей в глаза, как я часто делала в Приюте. Вместо этого я лишь стояла и любовалась животным…

Наконец, меня отвлёк возница.

– Эй, девушка! Хорош пялиться на лошадь. Куда надо ехать?

Я задумалась. С одной стороны, дождь меня немного остудил – я уже не так торопилась ехать куда бы то ни было. Мне хотелось и навестить Томаса (благо, он дал мне свой адрес и сказал, что я могу приезжать к нему в любое время), и, в то же время, я прекрасно понимала, что визит к мадам Люголь гораздо важнее и нужнее.

– На Бульвар канареек, 25.

Возница как-то странно на меня посмотрел, но открыл дверь экипажа и лишь сказал:

– Прошу. Только не заляпайте мне там ничего грязью, а то даже знакомства с серьёзными людьми не спасут от моего праведного гнева… Ха-ха-ха!

Я залезла внутрь транспортного средства и поразилась тому, насколько внутри всё было шикарно. Казалось бы, вот тот момент, когда мне нужно насторожиться, но… Я почему-то решила заглушить буквально кричащее во мне чувство опасности…

– Эй, девушка! – От моих мыслей меня отвлёк голос возницы. – А скажите мне, зачем едете в дом к старой ведьме? Знаете, что про неё говорят? Что все те, кто к ней приехал, потом либо сошли с ума, либо были казнены… За колдовство! Ха-ха-ха!

Я промолчала. Мне, честно говоря, уже начинал надоедать этот возница. Вечные смешки, пропитанные ненавистью к другим, странные разговоры… Я решила ничего ему не отвечать и постаралась сохранить молчание.

– Ну ладно, – уже менее смешливо фыркнул он. – Не хотите разговаривать, молчите. Но помните, что я предупреждал… Не к добру это всё, не к добру. Ха-ха-ха.

Наконец, через некоторое время мы остановились.

– Эй, девушка! – Снова услышала я его голос. – Приехали. Прошу на выход. Пять крон, пожалуйста. Да, именно пять. Три – за доставку до места, ещё две за приятную и оживлённую беседу… Ха-ха-ха.

Я вышла из экипажа, протянула ему несколько монет, и он в тот же момент рванул с места так, что я даже не успела ничего ему сказать, обдав меня напоследок из большой лужи.

***

Я оглядывалась по сторонам. Бульвар Канареек был из тех мест, куда нас никогда не водили в Приюте. Всё здесь горело яркими огнями вывесок, возле дверей заведений стояли люди – они зазывали и приглашали посетить именно их, но ни в коем случае не своих соседей.

Здесь царило вечное оживление.

Периодически в некоторых зданиях под вывесками с изображёнными на них едой, бокалами с напитками, открывались двери и оттуда выходили, если можно так сказать, люди. Все выходили по-разному.

Кто-то выходил сам, лишь слегка покачиваясь из стороны в сторону и был очень весёлым. Кого-то вышвыривали из заведений так, что они пропахивали собой несколько десятков метров, прежде чем пойти самим. Впрочем, даже в этом случае они были довольными.

Была, однако и третья категория лиц, покидавших данные места. Их вышвыривали с хрустом и треском – по крайней мере потому что они отчаянно сопротивлялись, хватались за дверные косяки и периодически последние отрывались. Поэтому у многих заведений порой был такой вид, словно бы кто-то отчаянно боролся с дверями и самими зданиями.

Я осторожно прошла вдоль некоторых зданий, откуда раздавались странные возгласы, лились песни и вился приятный аромат пищи. Есть пока мне не хотелось, участвовать в каких-то сомнительных увеселениях тоже, поэтому я аккуратно, кое-где вдоль стен, кое-где пригибаясь под окнами, чтобы меня не дай Бог, кто-нибудь не увидел добралась до заветного дома под номером двадцать пять.

И сразу же я поняла, что это именно то место, куда мне надо.

Дом был небольшим, двухэтажным. С ярко-красной черепичной крышей. Сам фасад был оранжевого цвета, дверь же сияла чёрным пятном. И это полностью отличало данный дом от всех других. Не было здесь, на бульваре Канареек, больше ни одного такого яркого дома.

Я подошла вплотную к зданию и внимательно рассмотрела доску объявлений, на которую было прицеплено их огромное количество. Здесь было всё: и расценки на услуги мадам Люголь, и краткая информация о том, как долго она уже работает, перечень того, чем она может помочь всем желающим, а также и то, что недопустимо при обращении к ней за помощью…

Я еще порядка десяти минут читала все объявления, стараясь узнать о мадам Люголь больше, чтобы хотя бы понять, как и о чём с ней говорить, пока не почувствовала на себе чей-то любопытный взгляд, а затем услышала и усталый, добрый голос.

– Что тебя привело ко мне, деточка? Я могу помочь любому. Даже такому юному и наивному дитя, как ты…

Я оторвалась от объявлений и развернулась в сторону двери. На фоне открытого пространства дома, откуда доносились приятные ароматы благовоний, а ещё пахло удивительной смесью запахов корицы и свежескошенной травы, стояла старая женщина. Её взгляд светился добром и лаской, на больших мускулистых руках, выглядывавших из-под засученных рукавов старого, явно рабочего халата, виднелись многочисленные шрамы и ожоги, а сама она стояла, прислонившись к дверному косяку.

– Мадам Люголь?

Женщина кивнула:

– Да, это я. Мадам Виктория Ленуар Ора де Люголь, маг в пятом поколении. Целитель и просто человек. А ты кто такая и что тебя, такую милую и юную, привело в наш далеко не самый благополучный район?.. Мне кажется, что я тебя где-то видела… – Она напрягла зрение, пытаясь разглядеть меня тщательнее. – Но что это я. Тут же дождь льёт, давай зайдём внутрь, а то ещё простудимся обе. Ты-то ладно, выздоровеешь, а вот я могу и отбросить коньки…

Я улыбнулась и последовала за ней. Удивительно, но всё то напряжение и чувство опасности, которое буквально кричало во мне, пока я ехала сюда на экипаже, пока я кралась вдоль стен, будто бы растворилось и ушло. А ещё мне безумно нравились ароматы, что пропитывали весь дом старой колдуньи…

***

Мы вошли в какую-то из комнат, куда мадам Люголь любезно меня пригласила и сели на небольшой диван в углу. В центре комнаты был большой круглый стол со стеклянным шаром посередине, внутри которого клубился странный и пугающий серебристый туман. Под потолком комнаты, а также и в коридоре, через который мы прошли были развешаны какие-то травы. Какие-то перетянуты пучком, какие-то висели венком…

Наконец, мадам Люголь выжидательно на меня посмотрела.

– Я тебя точно откуда-то знаю… Вернее не тебя. Конечно же не тебя, но эти благородные черты лица… Ладно. Расскажи мне, что тебя ко мне привело? Не просто так столь молодая симпатичная девушка будет приходить к старой колдунье…

Я вздохнула.

– Меня зовут Анжелика Смит. Я выросла в Приюте на холме, а здесь, в городе оказалась практически случайно…

Дальше в течение получаса я уложила всё, что со мной случилось: встреча с големом, доставившим меня в отель на Центральной, то, что мне рассказал Томас де Майн о похожих точь-в-точь на меня предыдущих жертв неизвестного маньяка, терроризировавшего город в течение нескольких лет, то, как Томас пытался спасти меня, а в итоге его спасла я… И, в конце концов, я протянула ей письмо от Доброжелателя, где упоминалась сама мадам Люголь

В конец нашей беседы мадам Люголь улыбнулась и произнесла:

– Теперь я понимаю, кого ты мне напомнила. Впрочем, пока тебе это слишком рано знать, а Томас… – Она ненадолго задумалась. – Томас де Майн, это, пожалуй, единственный из всей полиции города, кому следует безоговорочно доверять. Он всегда поможет попавшему в беду, всегда сделает то, что от него зависит, чтобы помочь… Он…

В этот момент её речь прервало резко распахнувшееся порывом ветра окно и перед нами оказалась какая-то призрачная фигура. Она начинала увеличиваться в объёмах, с каждой минутой заполняя всё пространство комнаты. Стало страшно. Воздух наполнялся странным коктейлем ароматов, состоявшего из запаха гниения и свежести после дождя одновременно.

Наконец, фигура обрела черты человекоподобия и я увидела перед собой какого-то древнего старика. С бородой, одетого в старинную мантию, с посохом в руке. И если его одежда и борода, а также и вся фигура казались лишь призраком, миражом, то посох выглядел весьма реалистично и после каждого его движения оставлял на полу следы…

– ТЫ! – Он громко крикнул, указывая на меня иссохшимся пальцем древней костлявой, как у скелета руки. – ТЫ! ПОЙДЁШЬ СО МНОЙ!

– Ни за что! – Отчаянно пискнула я.

Я развернулась и ринулась было в сторону двери, но старик ударил посохом по моим ногам, и я упала на пол, запутавшись и в собственном платье и в ковре, устилавшем пол комнаты.

– ТЫ! – Снова громко крикнул старик. – ТЫ! НУЖНА МНЕ! Я ХОЧУ!

– А она нет! – Спокойно и тихо произнесла мадам Люголь. – Уходи, старый призрак.

Она что-то кинула в его сторону, какой-то порошок. После касания с призраком, в комнате резко зашипело, завоняло горелым мясом, старик резко заверещал, а потом исчез во вспышке яркого пламени…

Мадам Люголь вышла из комнаты и удалилась на некоторое время, а когда вернулась в её руках дымились две большие чашки с ароматным чаем.

– Выпей, девочка, – произнесла она, протягивая одну из чашек мне. – Выпей. Нужно успокоиться. И, кажется, я поняла с какой целью ты ко мне пришла.

– А кто это был? – Нервно спросила я, аккуратно делая глоток чая. – Что за старик?

– Об этом тебе пока рано знать. Но ты непременно всё узнаешь, Анжелика Смит. И сегодня мы с тобой начнём наше обучение. Я поняла, что в тебе есть задатки магии, так как только потенциальные маги могут видеть этих призраков и всё то, что ты описала… – Мадам Люголь замолчала. – В общем, Анжелика Смит, с сегодняшнего дня ты официально моя ученица. Я, конечно, зарекалась не брать учениц – старая я слишком, но ты – другое дело.

Я лишь улыбнулась, продолжая пить её тёплый и очень вкусный чай…

***

Томас де Майн внимательно изучал донесение, доставленное ему одним из его шпиков, поставленных караулить гостиницу, куда он поселил Анжелику.

– Значит, мисс Смит, вы решили попутешествовать по городу, – пробормотал комиссар. – Что ж. Надеюсь, что это Вам обойдётся не слишком дорого…

Он перевернул лист донесения, написанного мелким убористым почерком. И, когда он увидел, что в тексте упоминается мадам Люголь, он довольно улыбнулся, откинувшись в кресле. Если мадам Люголь возьмёт на себя заботу об Анжелике Смит, хотя бы временно, это будет лучше, и он сам сможет уделить больше времени расследованиям. А вернее, тому одному единственному расследованию, что сейчас занимало его больше всего…

Несколько километров к северу от города

Старый маг, который попытался вырвать Анжелику из рук мадам Люголь, медленно проплывал в туманном облике по своему замку, ставшему ему могилой и тюрьмой уже несколько сотен лет назад. Визит к Люголь не прошёл безболезненно.

Старая ведьма знала какие-то способы противодействовать ему и в результате этого, на его призрачном теле зияли пробоины. От этого он становился всё злее и злее… А взбешённый призрак, когда-то ещё бывший магом, опасен вдвойне для всех – для людей, животных…

– Ничего, – бормотал он. – Ничего. Скоро я вернусь. И тогда ни старые ведьмы, ни полиция, никто не сможет мне помешать… А Анжелику я буду очень долго превращать в ту, кем она должна быть по праву своего появления в этом мире…

Глава 4. Первая неделя обучения (и последняя)

– Нет! Нет! И ещё раз нет, Анжелика! – Мадам Люголь огорчённо мотала головой из стороны в сторону. – Я же тебе говорила, КАК надо делать пассы… Аккуратно, постепенно и…

В этот момент я снова сделала что-то не так, отчего на полках в шкафу, стоявшем рядом, взорвался очередной кувшин. Находившееся там зелье выплеснулось, частично пролившись на пол, а частично попав на мадам Люголь.

– Так дело не пойдёт, Анжелика.

– Но я же всё делаю так, как Вы меня учите…

– Видимо, слишком стара я для обучения… А, может, просто, тебе не нужна вся эта лирика. Бытовая магия. Ладно, пойдём во двор, пока ты вконец не расколошматила мой дом… Будем практиковаться в боевой магии.

Я оживилась.

В принципе, мадам Люголь была права – мне не особо нравилась эта бытовая магия. Призвать на помощь магические силы, чтобы просто убрать за собой мусор? Зачем? Проще всё сделать самой. Так и быстрее будет и вообще… Как там говорится?..

«Магию нужно использовать с умом. Иначе магия будет использовать тебя».

Я улыбнулась.

Память меня и раньше никогда не подводила, а с началом тренировок с мадам Люголь, она стала гораздо лучше. И я очень легко усваивала всю теорию, все эти пассы (вернее, как они ДОЛЖНЫ выглядеть), а вот в практике…

Мы вышли на задний двор дома мадам Люголь. Несмотря на то, что дом был практически в центре одного из самых оживлённых кварталов, здесь, на заднем дворе царила тишина. И тут было очень хорошо, спокойно…

– Молодец, что успокоилась, – ободряюще произнесла Люголь, подходя сзади и держа меня за плечи. – Закрой глаза и подумай.

– О чём?

– Обо всём, о чём хочешь… Но не о Томасе де Майне.

Я фыркнула. По правде сказать, я уже начала задумываться о Томасе. О том, где он и чем занимается… Но, послушав старую колдунью, я решила к ней прислушаться.

– Итак, – мои раздумья прервала мадам Люголь. – Смотри прямо перед собой. Сконцентрируйся. Скажи, что ты мне видишь?

Я открыла глаза. Передо мной было большое старое дерево.

– Дерево. – Я задумалась. – Старое. Большое.

Мадам Люголь улыбнулась.

– Правильно. А теперь представь вместо дерева того, кого ты больше всего боишься… И направь в него всю свою силу…

Я мысленно задумалась, на секунду закрыла глаза. А затем, когда уже открыла снова, то была готова ко всему…

***

Томас де Майн всматривался в темные окна одного из домов по Юго-Западному проспекту. Он не хотел сюда приходить. Но был вынужден. Потому что только тот, кто здесь, так сказать, обитал, знал всю подноготную Города у Подножия Холмов. Всю его историю. От самых древних времён.

И поэтому только здесь Томас мог узнать истину о происходящем в городе, о многочисленных трупах одинаковых девушек… Как знать, возможно, что-то подобное уже случалось раньше?..

Томас де Майн подошёл к величественным дверям дома, явно выполненных из великолепного образчика старого дуба, сродни тем, что ещё остались нетронутыми в лесах, окружавших Город и под которыми он время от времени проводил свои выходные, предаваясь раздумьям о своём собственном прошлом, настоящем и будущем… Но в связи с ситуацией, связанной с поисками маньяка, он уже очень давно там не был…

Стоило Томасу только лишь коснуться кнопки звонка, как дверь, словно по мановению волшебства отворилась, и его глазам открылся длинный коридор, в конце которого маленьким квадратиком света ярко сияла дверь Главного архивариуса, Пьера-Майкла де Сен-Мишеля.

Томас осторожно двинулся прямо на свет. Когда-то давно, ещё до своей службы на благо города он, будучи маленьким мальчиком с окрестных улиц вместе с несколькими своими товарищами, проник в этот дом. Сейчас он уже не мог вспомнить, для чего это было. То ли шутки ради, то ли для самоутверждения… В любом случае, проникнуть в дом было легко, а вот выбраться… Прошло много лет. Но Томас де Майн всё ещё опасался этого здания…

Наконец, зайдя в кабинет, Томас де Майн почтительно поздоровался со старым архивариусом.

– О! – Воскликнул тот, вставая из-за стола и спуская очки (старые и громоздкие) себе на нос. – Юный Томми де Майн! Как же давно мы не виделись! Что на сей раз привело тебя ко мне? Снова что-то расследуешь?

– Да, господин де Сен-Мишель. Расследую. Вы наверняка слышали… – Томас огляделся по сторонам и увидел на одном из столов свежую подшивку ежедневной газеты Города. – …или читали об убийствах девушек…

– Да, к сожалению, – кивнул архивариус. – Но ничто не ново под луной. Всё это уже бывало и не раз. Даже с теми же самыми подробностями… – Он замолчал и сразу погрустнел. – Насколько я понимаю, ты хочешь узнать всю правду об этой истории?

Томас кивнул.

– Очень хорошо, – ответил старик. – Присаживайся. История будет долгой.

Томас де Майн вздохнул. Он прекрасно понимал, что с того самого момента, как ввязался в это всё «магическое», его жизнь никогда не будет прежней… Но ничего не поделаешь – раз взялся расследовать преступления, расследуй их до конца. И, по большому счёту, какая разница кто преступник – обычный человек или колдун. Отвечать за свои действия должны все. Соразмерно своей вине.

***

Я осторожно открыла сначала один глаз, а затем второй. На месте дерева не было ничего. Вернее, были какие-то дымящиеся обломки, кучка листьев и… всё. Всё, что осталось от некогда величественного дуба.

– Простите… – Проговорила я, откашливаясь от дыма. – Я… Я не хотела…

Мадам Люголь лишь улыбнулась.

– Ничего страшного, дорогая. Всё произошло ровно так, как я и думала, что произойдёт. Тем более, это дерево мне уже надоело… В общем, я полагаю, что наступил конец нашим занятиям.

– Как уже? – Удивилась я, поправляя рукава платья. – Так быстро…

– А много тебе учить и не надо. Смотри сама, – проговорила она, выставляя ладонь и начиная загибать пальцы. – Бытовая магия тебе не подвластна, ты лишь уничтожаешь всю кухонную утварь. Возможно, с годами тебе удастся её подчинить. Но пока что это невозможно. Боевая магия… Тебе удаётся отлично, нужно лишь научиться контролировать поток сознания и уметь спрятать эмоции, когда ты ею пользуешься. Посмотри на дерево. А представь, что будет с твоими врагами, когда они узнают, что ты можешь…

– У меня нет врагов, – пробормотала я, вновь бросая взгляд на останки дерева.

– Уверена? – Переспросила мадам Люголь. – Они есть у всех и у каждого. Другой вопрос, что не всегда об этом известно с самого начала… В любом случае, ты теперь умеешь сопротивляться и сможешь постоять за себя. – Она улыбнулась. – Прощай, Анжелика Смит и будь осторожна.

– Прощайте, мадам Люголь. Вы тоже.

Я вышла за территорию дома мадам Люголь, где практиковалась уже целую неделю. За это время Томас так ни разу и не показался. Конечно, мне было интересно, где он и чем занимается, но в то же время, какой-то частью себя я понимала, что, когда нужно будет – он придёт сам и всё расскажет.

Я села в экипаж и отправилась в гостиницу, которую снял для меня Томас де Майн…

***

Несколько километров к северу от города

Старый призрак блуждал по коридорам некогда своего бывшего замка. Его раны, нанесённые мадам Люголь, уже успели зажить, ведь будучи магом при жизни, он оставался таковым и после своей смерти.

Он понял то, что теперь подчинить своей воле Анжелику Смит, наследницу древней магии, будет крайне непросто. Призрак осознал, что девушка сумела научиться магии. Было бы странным предположить обратное, встретив её у старой ведьмы, которая уже давно раздражала его своим присутствием и мешала выполнить ритуал быстрее. Если бы не она, то он бы уже давным-давно вернулся бы. И тогда…

Впрочем, что «тогда» он пока сам не мог придумать. В любом случае, ритуал должен быть завершён до следующего полнолуния, которое будет через месяц.

Месяц.

У него есть целый месяц, чтобы как-то суметь воздействовать на Анжелику и заполучить её в свои руки.

У него есть всего лишь месяц, чтобы завершить подготовку всего необходимого для ритуала возвращения…

Глава 5. Томас де Майн и древняя тайна

Комиссар полиции Города у Подножия Холма, Томас де Майн сидел в удобном кресле, пил вкусный тёплый чай с травами, заваренный лично Майклом-Пьером де Сен-Мишелем и слушал историю, которая, возможно, позволит ему понять, как действовать дальше в сложившихся на данный момент, далеко не простых, обстоятельствах.

– Итак, что Вам известно, мой дорогой Томас, о нашем чудесном городе? Начнём нашу историю издалека.

– Ну, – протянул Томас, делая маленький глоток. – Наш город был основан несколько веков назад… То ли колдунами, то ли ещё кем-то…

Архивариус улыбнулся.

– Не совсем так. Город у Подножия Холма был основан порядка десяти веков назад. У его истоков стояли семь магических существ, которых можно видеть на нашем старом гербе… – Он отошёл в сторону и указал Томасу на находившийся под самым потолком старый герб. – Единорог, дракон, русалка, вепрь, энт, грифон и сфинкс. Конечно, некоторые считают это всё сказками, что этих существ никогда не было. Но подумай, Томас. Существует ли магия?

– Да, я сам видел.

– А значит, мы можем предположить, что существовали и древние существа, которых сейчас днём с огнём не сыщешь?

– Почему бы и нет, – кивнул Томас. – Вполне может быть.

Де Сен-Мишель снова улыбнулся.

– Так вот, возвращаясь к истории города. Прошло несколько веков, в город пришли люди. Предки, так сказать, нынешнего населения. И, если поначалу они слушались во всём создателей города, старались причинять минимум разрушений, то потом им это надоело, и они стали действовать сами. Всё постепенно стало меняться. Город терял ту часть магии, которая делала его привлекательным для всех остальных… Существа стали меняться. Если сначала они были добрыми ко всем, то теперь людская природа их отравила. И многие из них стали отъявленными негодяями.

Он снова вздохнул, сделал глоток из чашки и опять улыбнулся с какой-то загадочной для Томаса улыбкой.

– Многие, но не все. Дракон покинул черты города и отправился в северные земли Континента, да так там и сгинул. Или просто больше не показывался людям. Единорог, энт и вепрь переселились в леса, окружающие город и поделили его между собой. Энт выбрал для себя наиболее глухой участок леса, сам понимаешь, где энт – там и деревья. Где деревья – там и энт. Вепрь стал отчаянным маньяком и поклялся убивать всех без разбору, кто войдёт на его территорию – именно поэтому юго-восточный сектор леса никто не трогает уже долгое время. Единорог как был чистым существом, таковым и остался… В любом случае, о них ничего уже давно не было слышно. Последние свидетельства встречи с ними датируются позапрошлым веком…

Он снова замолчал и внимательно посмотрел на Томаса де Майна.

– А русалка, грифон и сфинкс? – Спросил тот. – С ними что?

– Русалка уплыла в моря. Тоже ничего не слышно, лишь изредка пресса, – архивариус с ухмылкой указал на стопку газет. – Собирает то ли слухи, то ли реальные свидетельства встречи с, как они выражаются, морскими чудовищами. Грифон, судя по сказаниям, был безмозглым, но очень сильным и злым созданием. Хорошим охранником. Не более того. Возможно, он где-то что-то охраняет. Кто знает?

На секунду в комнате повисло молчание.

– А сфинкс? – Повторил вопрос Томас де Майн.

– Сфинксы всегда любили историю, любят загадки и тех, кто любит расследовать те или иные события. Так что, – внезапно у архивариуса поменялся голос на более глубокий, словно бы шедший из самых глубин земли. – Я никуда не уходил и уходить не собираюсь…

Томас де Майн бросил короткий взгляд на архивариуса, а вернее того, кто им прикидывался и обомлел. Ему стало казаться, что он видит одновременно двух существ – и телесную оболочку в виде старого служащего и нечто божественное, нечто фантастическое, нечто, никак не поддающееся описанию… Лишь глаза. Только глаза Томас де Майн смог запомнить – мудрые, карие и отливающие золотом…

– Боже… – Прошептал Томас де Майн и тут же отключился.

Пришёл в себя Томас де Майн спустя пару часов всё в том же кресле, где и был. Перед ним сидел старик. Почему-то комиссар сразу понял, что это был уже настоящий архивариус, а не внушавший ужас и благообразность одновременно сфинкс.

– О! – Прошелестел де Сен-Мишель своим обычным тихим голосом. – Вы очнулись! Замечательно! А теперь, господин комиссар, немедленно объяснитесь! Почему Вы заснули в моём доме, моём кабинете, даже не дождавшись меня! И… – Он обвёл руками стол. – Почему Вы заварили мой чай сами?!

Томас де Майн на секунду замешкался. А потом сообразил, что не стоит рассказывать архивариусу обо всём, что здесь произошло и о том, с кем он вёл беседу. Старый служака просто не поймёт и ещё чего доброго решит, что комиссар сошёл с ума.

– Да так, – проговорил Томас. – Вас дожидался, вас всё не было, и я решил чайку попить. Очень он у Вас замечательный, господин де Сен-Мишель…

Старик улыбнулся.

– Ладно, чего уж там… А с каким вопросом Вы ко мне пришли сегодня, господин комиссар?

Томас задумался. С одной стороны, ему хотелось найти подтверждение истории об основателях города. С другой стороны, нужно было разузнать что-то о таинственных призраках… Да и замок на окраине города, в нескольких километрах к северу тоже не внушал спокойствия.

– Расскажите мне про замок, – наконец выдохнул де Майн.

– Про какой замок? – Хмыкнул архивариус, поправляя очки. – Тот, что к северу?

– Да. Именно он.

– Я рассказывать о нём ничего не буду. Не хочу, – заартачился старик. – Возьмите книги по истории и прочитайте там. Всё написано. Чётко и хорошо.

Томас де Майн хмыкнул. Перед ним действительно был настоящий де Сен-Мишель – старый, брюзжащий и вечно недовольный всем вокруг.

– Спасибо, господин де Сен-Мишель. Выход я найду сам и провожать меня нет никакой необходимости.

Когда Томас де Майн вышел на улицу, он глубоко вдохнул вечерний осенний воздух. Скоро. Очень скоро всё должно проясниться… Он засунул руки в карманы и вдруг обнаружил там какой-то конверт, надпись на котором убористым почерком гласила: «Комиссару полиции Томасу де Майну от того, с кем он разговаривал и потерял нить повествования».

Аккуратно вскрыв конверт, Томас обнаружил несколько сложенных вчетверо листов, исписанных столь же мелким и аккуратным почерком. Найдя чуть поодаль небольшую скамейку, Томас сел и начал читать письмо, обращённое к нему.

Уважаемый господин комиссар!

Как Вы поняли, я не совсем человек. Вернее, совсем не человек и мне уже несколько тысяч лет, но я не могу оставаться в стороне от всего, что происходит вокруг. Ведь если тёмные силы добьются успеха, то пострадают все и всё – магический мир, обычный мир, люди, природа, технологии… Согласитесь, господин комиссар, веская причина для тех, кто хочет, чтобы всё оставалось так, как есть?

Я знаю, для чего Вы на самом деле приходили в Архив. Чтобы узнать правду о замке к северу от города, об Анжелике Смит, о призраке из замка, о котором ходят легенды и слухи…

Я расскажу Вам всё, господин комиссар. Или, по крайней мере, попытаюсь.

Первое. Замок к северу от города. Когда-то там жили мы все, основатели города. Но, постепенно, как я уже говорил город менялся. Менялись и все, кто в нём жил. И в один прекрасный (вообще-то нет) день, замок у нас был отнят колдуном. А нас как раз тогда и изгнали из города. Поселившийся в нашем доме маг практиковался чёрной магией и навсегда осквернил его. Правда, во время проведения очередного ритуала что-то пошло не так и он умер. Хоть и ненадолго. И вернулся уже в виде злобного призрака, всячески старающегося вернуть себе телесную оболочку. Есть некое поверье, в которое он, по всей видимости, верит. Если отнять жизни у десяти сирот, похожих друг на друга, то высвободится энергия, равной по силе которой нет и никогда не было и любое желание выполнившего сей ритуал, исполнится. Подчеркну, любое. Именно поэтому ты ни в коем случае, комиссар де Майн, не должен допустить, чтобы была убита мисс Смит…

Второе. Анжелика Смит. Под этим именем она известна тебе. Но её настоящее имя совсем иное. Я уже распорядился от лица того, чьё тело я периодически использую. В твой кабинет доставят материалы по Приюту на Холме, по его воспитанницам, которые считались пропавшими без вести… Я думаю, что ты с лёгкостью всё сопоставишь и сделаешь верные выводы.

Третье. Самое важное. Мисс Смит ты обязан защищать. Она – ключ ко всему мирозданию. Если она погибнет… Можно будет сказать, что погибнет и весь мир. Я умею ненадолго заглядывать в будущее и один из возможных вариантов связан с тобой и с ней прочными нитями. Сейчас ты поможешь ей справиться с навалившимися неприятностями, стрессом, отчаянием… Потом ты поможешь ей в её наиважнейшем поиске. Ближе к конкретным действиям, ты всё поймёшь. Ты поймёшь и то, как должен действовать и как должен говорить и, самое главное, ты узнаешь С КЕМ ты должен говорить.

Напоследок, хотелось бы пожелать, чтобы ты не воспринял всё это как блажь, помутнение рассудка, вызванного потреблением травяного чая… Чай, к слову, настоящий. Из личных запасов архивариуса и я ничего туда не подмешивал. Он умеет делать прекрасные напитки

С пожеланиями удачи и везения,

Сфинкс Маарг’хаал.

Томас де Майн внимательно прочитал письмо сфинкса и задумался. Впрочем, всё то, что он мог сегодня узнать, он уже узнал. И письмо лишь подсказывало ему дальнейший порядок действий.

Когда он вернулся в свой кабинет в Центральном полицейском управлении, на его столе стоял большой деревянный ящик с пометками о том, что данный предмет передан ему в пользование до завершения расследования. Заверялись пометки подписями архивариуса де Сен-Мишеля и ещё нескольких людей.

Томас де Майн открыл ящик, сдул пыль и обнаружил в нём несколько документов. Среди прочих и метрика на маленькую девочку.

– Имя: Ан-Же-Лик А-Сми, – прочитал де Майн. – Понятно, почему имя переиначили… Так, посмотрим, что ещё тут есть…

Через некоторое время де Майн обнаружил, что Анжелика Смит была оставлена в Приюте на Холме при загадочных обстоятельствах восемнадцать лет назад. В дверь Приюта позвонили, а когда служанки выглянули на улицу, то не обнаружили никого, кроме маленького тельца в розовом свёртке, крепко сжимавшего в неокрепших ручонках отчаянно мокнущее под грозовым дождём письмо.

К слову, само письмо тоже было здесь. Томас де Майн аккуратно, стараясь не порвать ветхую бумагу, вскрыл конверт, достал текст письма и наскоро пробежал его глазами. Впрочем, ничего нового здесь почти не было, разве что… Разве что подпись казалась знакомой и в то же время какой-то чужеродной, неземной. Примерно такие же чувства комиссар испытал после беседы со сфинксом…

Он присмотрелся в красивый вензель ярко-золотого цвета, с красной окантовкой по бокам. И внезапно он вспомнил, где мог видеть такую подпись.

– Не может быть! – Ахнул Томас. – Так значит, что она…

– Что она – кто? – Услышал Томас голос и поднял взгляд.

Перед ним стоял один из его подчинённых. Иногда выполнял всякую мелкую работу, иногда помогал в расследованиях.

– Вы ведь об Анжелике Смит? – Улыбнулся подчинённый. – Так она – кто? Из этих, эм-м… падших девок?

Томас резко вскочил и отвесил парню оплеуху, от чего он отлетел в сторону.

– Что за рукоприкладство, комиссар де Майн! – В этот момент в помещение вошёл начальник участка. – Бьём подчинённых? Тебе мало проблем с нераскрытыми делами? Хочешь ещё дисциплинарное взыскание? Я могу это устроить. Уж очень ты мне надоел…

– Никак нет, главный комиссар Блок. Не бьём. Воспитываем.

Главный комиссар переводил взгляд с Томаса на парня и обратно. Наконец, махнув рукой, сказал:

– Ладно. Ты не первый год уже работаешь. В целом нормально. Разбирайся сам. Но мусор хранить на столе не очень подобает комиссару полиции. Уберись.

– Есть, главный комиссар.

Когда начальник ушёл, Томас протянул руку парню.

– Ты уж меня извини, Энди. Сам понимаешь – навалилась куча всего и вообще…

– Да понимаю я, – произнёс он, поглаживая место удара. – Теперь синяк будет… Но ничего, – мигом оживился он. – Скажу своим, что получил его на задании от очень коварного бандита…

Томас де Майн улыбнулся. Он испытывал к этому парню странные чувства. С одной стороны, он его ужасно бесил своими выходками, излишней пытливостью и активностью, которые могли быть весьма опасными… С другой стороны, он сотню раз помогал Томасу и прикрывал именно тогда и именно там, где надо было.

– Ладно, – произнёс Томас. – Посмотри на вензель. Он тебе ничего не напоминает?

Энди вгляделся в вензель и с каждой минутой его глаза расширялись всё больше.

– Так это значит, что Анжелика Смит на самом деле не человек, а…

– А кто? В смысле, «не человек»?

Томас де Майн поднял глаза и увидел, что перед ними стоит сама Анжелика Смит и буравит их обоих своим взглядом и благодушное настроение из них словно бы улетучивается, уступая место напряжению, взволнованности и некоему отчаянию…

– Я ещё раз спрашиваю, что значит, «на самом деле не человек»…

Томас де Майн переглянулся с Энди и сказал:

– Вот то, что было при тебе, Анжелика, когда ты поступила в Приют. Посмотри вещи, может быть что-то и узнаешь…

Глава 6. Я узнаю правду о себе

Томас де Майн указал мне на большой деревянный ящик, что стоял у него на столе. Я с любопытством и всё возраставшим интересом, заглянула внутрь. Среди всякого рода хлама (мягких игрушек, пелёнок, ткани), я обнаружила конверт. Вскрытый. Пустой. Письмо, что в нём было, по всей видимости, Томас и держал в руках.

– Можно? – Спросила я его, требовательно и в то же время ненавязчиво протягивая руку.

Томас вернул письмо мне, и я внимательно в него вчиталась. Оно было адресовано Директору Приюта на Холме. Казалось бы, ничего такого особенного, но, когда я держала его в руках я, словно бы, пропитывалась некой энергией. Неким чувством, которого была лишена годами… Было очень странно.

Наконец, отвлёкшись от эмоций, я стала читать письмо…

Госпожа Директор!

В силу определённых обстоятельств наша семья больше не может обеспечить безопасное и безбедное существование нашей дочери, Ан-Же-Ли-К А-См-И. Поэтому мы очень просим Вас не отказать в нашей просьбе и взять на воспитание нашу девочку.

Обещаем, что как только сможем, сразу же вернёмся и заберём её. Мы понимаем, что Приют существует на пожертвования и прикладываем нашу семейную реликвию. Если правильно ею распорядиться, то Ваше заведение сможет безбедно существовать ещё не один десяток людских лет…

Мне показалось весьма странным сочетание слов «людских лет». Но я стала читать дальше.

Если Вы согласитесь принять нашу дочь, мы будем очень Вам благодарны. Если же нет… То очень просим найти ей такое место, где она будет в безопасности. А то, что ей грозит опасность, мы думаем, что Вы всё это сами поняли, когда услышали про то, что случилось на Северном канале.

Заранее выражаем Вам нашу благодарность. А Вы знаете, что НАША благодарность очень весомая. И все всегда об этом знали…

В конце письма не было подписи – лишь красивый ярко-золотой вензель в красной окантовке. Он чем-то неуловимо напоминал огонь и чем дольше я на него смотрела, тем больше мне хотелось…

– Анжелика! – Меня наконец отвлёк голос Томаса. – С тобой всё в порядке?

– Да, – выдохнула я, быстро приходя в себя. – А почему со мной должно быть что-то не так?

– Ты что-нибудь увидела? – Спросил он. – Когда смотрела на вензель? Поверь мне, это очень важно…

– Нет. Я только лишь почувствовала что-то… Не знаю, как сказать и как описать…

Томас переглянулся со своим помощником, затем встал из-за стола и подошёл к шкафу, где, по всей видимости, хранил какие-то свои книги. Задумчиво пройдясь по ним взглядом, он достал одну из них, открыл примерно на середине и молча протянул мне.

Я взглянула на страницу. И увидела там знакомый мне из письма вензель. Слева от вензеля был нарисован дракон, а справа текст, вглядевшись в который я прочитала следующее:

Драконы. Древнейшие магические существа, ранее обитавшие в тех местах, где сейчас расположен Город у Подножия Холмов. Предполагаются одними из главных создателей Города, наряду с Единорогом, Русалкой, Энтом, Вепрем, Грифоном и Сфинксом.

При определённых обстоятельствах (грозящая опасность, нежелание вести скрытый образ жизни и т.д.) могут выглядеть как обычные люди. Драконью природу в них выдают золотистые глаза с янтарным блеском, светлые волосы и практически непобедимая боевая магия…

Чуть ниже под заголовком «Известные представители» были изображены вензели, ярко-оранжевые, огненные, золотые… Среди них я снова увидела и вензель из письма. Под ним была подпись: «Самый могущественный клан драконов. А-Сми».

Прочитав всё это мне стало дурно и, в тот же миг я потеряла сознание…

***

Когда я пришла в себя, Томас де Майн задумчиво листал многочисленные папки, явно принесённые сюда из архива и которых здесь не было раньше. Я же находилась на небольшом диванчике в углу помещения, с которого мне открывался отличный вид на всё полицейское управление. По всей видимости, я слишком шумно пришла в себя, потому что Томас тут же обернулся, встретился со мной взглядом и улыбнулся.

– Ну как ты? Всё в порядке?

Он встал из-за стола и двинулся ко мне.

– Да… – Охнула я, принимая его помощь и вставая с дивана. – Если не считать того факта, что я, оказывается, не человек. А дракон… дракониха… драконица…

Я задумалась. А как же, чёрт возьми, правильно меня называть?

– Не волнуйся ты так, всё в порядке. Для меня ты всё равно Анжелика Смит.

– Спасибо, – я улыбнулась, поправляя прядь волос. – А что за история с Северным каналом?

– Честно говоря, я пока и сам не знаю. Вот сижу, – он обвёл руками папки на столе. – И копаюсь. Пытаюсь выяснить.

– Хорошо, – кивнула она. – Я тогда поеду, а как всё выяснится, сообщишь?

Он лишь кивнул, снова погружаясь в бумаги.

***

Спустя несколько часов

Томас де Майн проснулся от сильного раската грома где-то вдалеке на улице. Раскрыв глаза, он не сразу понял, что так и заснул на папках с архивными материалами Полицейского управления Города у подножия холма. За все те часы, что он занимался с делами, он так и не нашёл ни единого упоминания о деле на Северном канале.

То немногое, что удалось ему выяснить, так это то, что ровно восемнадцать лет назад шли гонения на, так сказать, магические расы, обитавшие в городе. Тогда пострадали многие, часть была уничтожена, часть скрылась в неизвестном направлении… Вполне возможно, что загадочный Северный канал и был одним из этих дел…

Томас де Майн подошёл к окну, распахнул его настежь и глубоко вдохнул ночной предгрозовой воздух, а затем устремил свой взгляд вдаль. Когда-то давно (настолько давно, что он уже перестал верить в то, что это была правда) он встречался с драконами. Они его учили навыкам того, что впоследствии вылилось в его профессию. Он был тогда очень юн, практически школьник. А его учителя жили неподалёку, в соседней деревушке…

Томас вздохнул.

Как же давно он не был в своих родных краях. В деревне, окружённой густыми зелёными лесами. В деревне, по которой протекала небольшая речка, всегда дарившую столь необходимую прохладу в вечно жаркие летние деньки…

Томас снова вздохнул.

Когда он разберётся с этим делом маньяка-потрошителя, он непременно отправится отдохнуть в места детства. Не на день и не на два. Может быть даже он возьмёт отпуск на пару месяцев…

Томас де Майн затворил окно, сложил все дела в крепко и надёжно запиравшийся сейф, выключил свет и покинул свой кабинет. Следующий день был очень для него очень важен и во многом от него зависело, как пойдёт дальше следствие. Завтра ему предстояло выступить с еженедельным отчётом перед начальством…

***

Анжелика Смит.

Я раз за разом повторяла это имя, с которым жила все восемнадцать лет. За эти годы оно стало мне настолько родным, что я не представляла того, чтобы меня звали как-то иначе.

Анжелика Смит.

– Я – АНЖЕЛИКА СМИТ! – Громко выкрикнула я, слегка забываясь о том, что нахожусь на улице.

– Поздравляю Вас с этим, – услышала я за спиной вкрадчивый голос, от которого мне моментально стало не по себе. – А теперь, мисс Смит, не будете ли Вы столь любезны проследовать со мной в одно наичудеснейшее место… Обещаю Вам. Больно не будет.

В тот же миг я ощутила, как что-то очень острое и жутко ледяное упирается мне в спину, прямо между лопаток.

– А, – голос продолжил. – Не рекомендую применять магию или эти ваши штучки, которыми ваше племя любит пугать… Потому что, если Вы, мисс Смит, их примените – будет больно. Очень больно.

Я вздохнула и в тот же миг почувствовала, как во мне нарастает внутренний огонь. Именно такое описание пришло мне на ум, когда я его впервые почувствовала ещё у мадам Люголь. Но в ту же секунду, сталь придвинулась ближе к моей коже, и я почувствовала лёгкий укол остриём (ножа или кинжала?).

– Я настоятельно, – голос похолодел и чётко выделил слова. – Ещё раз. Я настоятельно не рекомендую Вам заниматься тем, чем Вы сейчас планировали. Давайте мы с Вами всё обсудим, а уже потом Вы примете решение…

Я лишь кивнула, сумев укротить свой огонь и последовала туда, куда мне показал таинственный незнакомец. Краем глаза я успела заметить, что у него в руках был не нож, а длинный и тонкий, изящный, словно бы сошедший с картин старых мастеров Эпохи Культурного Развития, стилет.

Пройдя вслед за ним в один из многочисленных тупиковых переулков, я оказалась лицом к лицу к стене. А обернувшись я встретилась с Кошмаром, наихудшим порождением сил мрака и тьмы. Тем, кем нас пугали в детстве в Приюте… Тем, кому не стоило попадаться никогда, а уж тем более мне. Сейчас. Ночью. В отчаянном положении, когда я сама не знала, как мне себя называть и…

Так. Стоп. Хватит истерить. Надо что-то решать и делать. И делать быстро, пока я ещё могу соображать…

Глава 7. Кошмар являет себя миру

Томас де Майн утром следующего дня обнаружил у себя на столе одиноко лежавшее письмо. Оно было написано тем же убористым почерком, что и все предыдущие заметки, которые Томас получал чуть ранее…

Господин де Майн!

Как я понимаю, Вы наконец-то нащупали нужную нить, которая, возможно, поможет Вам разобраться в этом деле маньяка.

Я решил немного Вам помочь и дать немного информации относительно прошлого. Тем более, насколько я понимаю, все материалы тех лет уничтожены уже давным-давно. Чтобы не поощрять ненужный интерес и не вызывать того, что вызывать нет никакой необходимости…

Итак.

Когда государство начало покорять земли, лежавшие к северо-востоку от основных территорий расселения общины, пришедшей на земли, где сейчас только-только разрастался город, впоследствии названный Городом у Подножия Холма, армия покорителей и исследователей столкнулись с небывалым сопротивлением.

Худо-бедно им удалось успешно отразить это. Где-то подкупом, где-то угрозами, а где-то и прямым физическим устранением тех, кто мог помешать распространению власти. Государство установило свою власть на всех территориях. Постепенно магические нации влились в состав элиты. Кто-то устроился во властные структуры, кто-то руководил на местах…

Так продолжалось ровно до того момента, пока к власти не пришёл Альф фон Тленри. Он сразу же высказался против магических наций. Многих из представителей элиты он уничтожил, отправив на каторжные работы. Туда, где надо работать физически. Кто-то, конечно, выжил. Но большая часть нет.

Самым главным проектом, по его словам, должен был стать так называемый Северный канал. Путь, который должен был открыть доступ из Города к отрогам гор. Туда, куда согласно многим свидетельствам и ушли Первые.

Первыми, как Вы, господин Томас де Майн, должны были уже понять, называли тех, кто собственно говоря, и основал наш город. Мы о них уже говорили раньше… Но, как это обычно и бывает у людей, что-то пошло не так.

Сначала начали бунтовать простые рабочие. Им казалось, что за ними следит что-то с гор. Что-то пугающее, что-то страшное, что-то, могущее нанести им урон гораздо страшнее того, что обещали обрушить на них стражники в случае невыполнения работ…

Позже взбунтовались уже и сами стражники. Они тоже стали ощущать что-то страшное. Они говорили, что слышали, как кто-то бродит по лагерю, что-то ищет, чем-то шумит, а на следующее утро всё вокруг выглядит как чужеродно изменённое…

Впоследствии, Альф фон Тленри не выдержал и приехал к месту строительства Северного канала лично. Ну и, собственно говоря, здесь и произошло то, что вошло в историю под названием «Случай на Северном канале». Он слился с тем, что не давало покоя остальным и Кошмар нашёл реальное воплощение…

К сожалению, большего я рассказать не могу в силу того, что связан со всем случившимся и скован древними обычаями не разглашать информацию сверх необходимой меры. Но, я думаю, что и этой информации вполне достаточно.

С пожеланиями удачи и везения,

Сфинкс Маарг’хаал

Томас де Майн задумчиво перечитал письмо ещё пару раз. Только этого ему и не хватало для пущей красоты.

– Что случилось, господин комиссар?

Томас обернулся. В помещение вошёл его помощник Энди. Комиссар обнаружил на лице Энди пару синяков и поморщился, вспоминая вчерашний день. Впрочем, Энди был виноват сам…

– Да так, – ответил он. – Думаю на счёт того, какое сложное всё-таки, получается у нас дело и как много в нём всего переплетено.

– Да?

– Именно. Смотри сам, – Томас начал загибать пальцы. – Первое. Таинственные убийства девушек, похожих друг на друга, как две капли воды. Второе. Магия. Третье. Одна из живых выпускниц Приюта, похожая на всех убитых. Четвёртое. Драконы. Сфинксы. Прочие магические расы. Пятое…

– Хватит! – Взмолился Энди. – У меня уже голова болит, а Вы только начали…

– Пятое, – терпеливо продолжил Томас. – Древние тайны. Шестое. Оживший Кошмар…

На секунду в помещении воцарилась тишина, а потом она словно бы взорвалась. Резкий треск от разорвавшихся ламп, грохот от вылетающих и приземляющихся на полу ящиков столов, отрывающиеся дверцы шкафов, взлетающие под самый потолок и резко летящие вниз сейфы… Впрочем, это всё продлилось несколько минут. А потом все также резко стихло, как и началось.

Томас де Майн аккуратно поднялся из-за перевёрнутого стола, за который успел нырнуть, когда начался хаос. В центре помещения, задумчиво и безучастно наблюдая за кружащимися листами каких-то дел, стояла фигура.

– Вы кто? – Спросил Томас, кладя руку на кобуру. – И как сюда проникли?

Фигура обернулась и улыбнулась Томасу. Томас узнал Энди, но в то же время это был не его слабохарактерный помощник.

– Я? О! Малыш Томми! Ты меня не узнаёшь? Хотя да, откуда тебе меня знать… Ты же тогда совсем маленький был. И тебя ещё так бесцеремонно вырвали из моих рук…

Томас замер и похолодел. Он сразу же узнал этот голос. Эти вкрадчивые манеры с подчёркнуто холодной вежливостью и в то же время пугающей опасностью. Все инстинкты Томаса не просто говорили ему уходить отсюда как можно быстрее, они просто орали ему изо всех сил.

– Ты, – лишь проговорил Томас. – Но как ты…

– Как я могу быть жив после того, что со мной сделали? – Он усмехнулся. – Ну же, малыш Томми, подумай. Ты же этот… кхм… комиссар полиции Томас де Майн и прочая чепуха… Как может умереть Кошмар?

Он засмеялся столь знакомым и пугающим Томаса де Майна хохотом.

– Нет, мой дорогой малыш Томми, Кошмар умереть не может. Он будет жить всегда. Ровно до тех пор, пока о нём помнят, как бы этого и не хотелось. Ровно до тех пор, пока о нём рассказывают истории. До тех пор, пока им пугают малолеток…

– Зачем ты здесь?

– О, малыш Томми! – Кошмар фыркнул. – Никогда ты вежливостью не отличался. Видимо, поэтому и пошёл в полицию…

– Зачем. Ты. Здесь. – Снова повторил Томас.

– О, совсем за малым. Мне помнится, в своё время ты дружил с драконами… Вижу, что дружил, – Кошмар улыбнулся, вглядываясь в лицо комиссара. – А как ты думаешь, малыш Томми, они расстроятся, если узнают, что ты не уберёг их дочурку от меня? Как ты думаешь, Томми, они сильно разгневаются, если поймут, что их бывший ученик, целый комиссар полиции позволит древнему призраку завершить свой ритуал, убив дочь драконов самого могущественного клана и высвободить такую энергию, что сможет сделать всё, что захочет?!

– Зачем ты мне это рассказываешь, Кошмар. Какова твоя цель?

Кошмар снова улыбнулся, слегка приоткрывая рот и облизывая раздвоенным розовым языком острые клыки.

– Видишь ли, малыш Томми, мне не нравится этот призрачный придурок. Слишком он, как бы это каламбурно ни звучало, мутный. Толком не объяснил, зачем ему дочь дракона, пришлось доходить до всего самому… А я не очень люблю делать что-то, если это могут сделать другие… И вообще.

Он замолчал, продолжая облизывать губы, словно бы страдая от жажды.

– И вообще что? – Первым не выдержал долгого молчания Томас. – Что ты хочешь?

– Я хочу, мой дорогой малыш Томми, – Кошмар снова улыбнулся. – Чтобы ты остановил этого маразматика. Он, конечно, призрак и на него не действуют твои простые человеческие методы… Но я-то знаю, – Кошмар постучал пальцем по голове. – Что в твоей маленькой черепушке столько всего интересного… Я же там бывал…

Томас вздрогнул. Он тут же вспомнил те кошмарные ночи из своего детства, пока не научился противостоять Кошмару и его методам…

– Вижу, что ты тоже помнишь, – он снова улыбнулся. – Но для начала, чтобы убедить меня в том, что я не ошибся и правильно сделал с точки зрения энергетического баланса мирового пространства, ты должен разгадать небольшой квест. Я его составил специально для тебя.

– Что ещё за глупые игры! Я не…

– Тише, Томми, тише! – Проговорил Кошмар, моментально оказываясь за спиной у комиссара и слегка поворачивая его голову в сторону. – Подумай. Посмотри. Ведь приз в этой игре будет очень важен и нужен. Верно?

Томас безвольно повернул голову в том направлении, что указывал ему Кошмар, своими тонкими, не лишёнными элегантности, но в то же время скользкими, ледяными и пугающе неправдоподобными пальцами. Вместо окна, он увидел словно бы в дымке какое-то помещение. Оно было застлано туманом, а на полу, полуобнажённая и привязанная к трубе отопления была Анжелика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.