# Мой бывший босс

Дина Данич

Мой бывший теперь мой босс.

Мало того, что три года назад Демид Ярцев предал меня, так еще и должность, которую должна была занять я, отдали ему.

В нашем противостоянии у меня слишком мало шансов на победу, но я не позволю разрушить мою жизнь и не дам снова разбить мне сердце. Даже если рядом с этим мужчиной оно бьется слишком быстро!

Ведь у него к тому же есть невеста…

## – 1 Юля -

– Слышала новость, Юль? У нас теперь новый босс! – радостно заявляет Катерина, коллега и моя подруга.

– Опять? – спрашиваю без особого энтузиазма.

Почему-то начальство в нашем отделе как-то не приживалось. Причём мне самой эту должность уже обещали не один раз, но снова и снова выяснялось, что есть более грамотный специалист.

Видимо, очередной протеже кого-то из знакомых гендиректора решил поиграть в большого начальника. Даже неинтересно. Опять, небось, хватит на пару месяцев.

– Ага. Красавчик такой, – мечтательно вздыхает Соломонова. – Ты бы его только видела – высокий, кареглазый, темноволосый. Брутальный такой – просто вау! Все, как мне нравится.

Подруга любит фактурных мужчин. Кажется, в этот раз экземпляр и правда ничего. Прошлый ей, что называется, совсем не зашёл. А вот она ему очень даже. Но щуплый стеснительный Марк не имел ни малейшего шанса. И в итоге у нас снова вакантное место начальника.

– Считай, что я его застолбила, – авторитетно заявляет она.

– Как скажешь, – соглашаюсь, продолжая просматривать отчет, который завтра сдавать.

– Нет, если тебе приглянется, то, конечно, уступлю, – заговорщически шепчет она. – Но только тебе и только потому, что люблю тебя, Юлечка.

Вздыхаю и все же поворачиваюсь к подруге. Она хорошая девчонка. Познакомились мы с ней уже здесь, в “Транскорп”. Так что про мое разбитое сердце она знает лишь в общих чертах.

Да и к чему? Я полностью сосредоточилась на карьере после предательства любимого человека. Не смогла найти замену. Не потому что до сих пор сохну по этому изменнику. Просто… Никто так и не смог вызвать во мне хотя бы часть тех эмоций, что я испытывала к Демиду.

Да и довериться кому-то после такого было слишком сложно. Поэтому я просто перевернула эту страницу и сосредоточилась на том, чтобы достичь высот в карьере. Что, кстати, дало очень хороший результат – я стала ведущим специалистом в топовой транспортно-логистической компании. И надеялась, что когда-нибудь начальство повыше наконец-то поймёт, кто достоин встать во главе нашего отдела.

– Оставь себе, – великодушно улыбаюсь.

– Ты просто его не видела, – нараспев говорит Катя. – Вот увидишь, и, я тебе точно говорю – твое сердечко проснётся наконец. Это тебе не Володарский из соседнего отдела.

Мне уже даже становится любопытно, что ж там за мужик такой, что Катя соловьем заливается. Ее впечатлить ещё нужно постараться.

– Ну, и когда твой Аполлон к нам пожалует?

– Говорят, сегодня. Придёт знакомиться с сотрудниками, – многозначительно улыбается она. – Знала бы, конечно, приоделась.

– Думаешь, он будет проверять дресс-код? – не удерживаюсь от ехидной усмешки. – Персонально.

– Хорошо бы, – мечтательно протянула Катя. – А знаешь, что ещё в отделе кадров сказали? Он не женат, Юля!

– Действительно, достижение.

– Не достижение, а достоинство.

– Если ты думаешь, что это что-то значит, ты заблуждаешься, – вздыхаю, невольно вспоминая свою сердечную драму.

– Не все мужики козлы, – уверенно возражает подруга.

Наверное, она права. И когда-нибудь я встречу того, кто сможет стать для меня надежным спутником и партнером.

Когда-нибудь.

– Слушай, пока наш новый босс не заявился, может, все же добьешь отчётные таблицы? Думаю, он не только дресс-код проверит, но и в дела нос сунет. По крайней мере, для первого показательного выступления так точно.

– И пусть сунет, – подмигивает Катя. – Я очень даже не против. Ведь у меня все готово, и я уж постараюсь ему тщательно все рассказать.

Не выходит у меня сдержать улыбку. Очень уж красочно я себе это представляю.

– Тогда удачи, Катюш, – искреннее желаю ей. – Но отчет все же доделай. Даже если твой Аполлон не попросит, то генеральный – точно будет ждать сводку за квартал.

Она едва успевает вернуться за свое рабочее место, а я – снова погрузиться в таблицу с данными, как дверь кабинета открывается.

К нам нередко заходят коллеги из соседних отделов, чтобы сверить некоторые данные или, наоборот, поправить что-то в отчетах. Поэтому даже не реагирую, продолжая вбивать цифры в таблицу. Но вот шорох за спиной, да еще и массовое перешептывание вынуждают все же отвлечься.

И не зря. Потому что к нам тут целая делегация в гости заявилась во главе с куратором всего направления – Арсением Павловичем.

– Коллеги, прошу минуточку внимания! – бодро заявляет тот. – Рад вам представить вашего нового начальника и руководителя – Ярцева Демида Игоревича!

В этот момент у меня что-то обрывается – таких совпадений просто не бывает… Вперед выходит тот самый мужчина, которого так ярко описывала Катя еще несколько минут назад. И теперь я вполне могу понять ее реакцию. Ведь он – мой бывший…

И только что моя жизнь сделала резкий поворот…

## – 2 Юля -

Я пытаюсь вдохнуть, но выходит так себе. Я словно в вакууме нахожусь – настолько новость про Демида шокирует меня. Пока мои коллеги приветствуют нового босса, я пытаюсь вспомнить, как это – дышать.

Уши словно закладывает, и я на автомате и дергаю головой, когда Арсений Павлович представляет меня новому начальнику, а тот… Он просто равнодушно кивает, даже не притормозив на мне взглядом. И сразу переключается на следующего сотрудника.

Будто и не было между нами целого года отношений.

Будто это не он стал моим первым и единственным мужчиной.

Будто это не он признавался мне в любви неоднократно, говорил о том, что у него большие планы на нас, что мы будем вместе, что хочет семью…

Будто это не он предал меня, разбив мое сердце на осколки…

– Рад познакомиться со всеми, – берет слово сам Ярцев, а я невольно вздрагиваю. Я так долго не слышала его голос, так долго училась жить без него… – Сегодня у нас будет вводный день, так сказать. Чтобы не тянуть кота за известное место, я сразу постараюсь войти в курс дел. Поэтому постараюсь до конца дня побеседовать с каждым из вас.

Раздается одобрительный гул. Надо же, как все воспряли духом. Прямо энтузиазм у всех зашкаливает.

– Поэтому попрошу по очереди заходить ко мне в кабинет.

– А по алфавиту, или самые смелые идут по желанию? – кокетливо спрашивает Катя. А я с ужасом осознаю, что все эти ее комплименты и восхищение относились к моему бывшему. Сопоставляю каждую ее фразу.

И против всякой логики, против всех разумных доводов я испытываю злость и раздражение. А ведь я считала, что переболела, что смогла пойти дальше и не оглядываться назад.

Я была уверена, что излечилась от этой болезни! Но стоило Демиду замаячить у меня перед носом, как внутри все болезненно отозвалось.

Украдкой оглядываю коллег – конечно же, все девушки с восторгом смотрят на нового босса. Оно и понятно – Катя же верно все описала. Он завидный жених. Уверена, сейчас все резко начнут носить и юбки покороче, и макияж повыразительнее. А он…

А что он? Демид, вероятно, получит с этого отличные дивиденды. Ведь моралью он, как оказалось, не отягощен впринципе. И это тоже ранит меня. Хотя не должно!

– В таком случае, Демид Игоревич, оставляю вас на попечение вашего отдела, – радостно вклинивается Арсений Павлович. – Надеюсь, у вас выйдет повысить продуктивность работы сотрудников. А то ваши предшественники как-то не справлялись.

Куратор отбывает, а я все жду, что Ярцев как-то даст понять, что узнал меня. Ну, неужели я так сильно изменилась? Неужели даже не дрогнет совсем?

– Я так понимаю, время обеденного перерыва прошло, так что можно приступить к работе, – добавляет Демид. – Поэтому прошу по одному ко мне в кабинет. Думаю, очередность нам неважна – сегодня будем просто знакомиться и обговаривать то, чем вы занимаетесь.

Ярцев уходит, а в комнате тут же поднимается гул – ясное дело, обсуждают начальство.

Катюха же подскакивает к своему столу, хватает папку с документами и, подмигнув мне, направляется к дверям, немного опережая Алину, которая тоже намылилась быть первой.

Я же на ватных ногах возвращаюсь на свое рабочее место.

Конечно же, ни о какой работе и речи не идет. В голове только мысли про бывшего.

Как так вышло, что он оказался здесь? Зачем? Почему?

Неужели из-за меня? Но я тут же осаживаю себя, что будь это так, Демид бы дал это понять. Но нет. Вместо этого он посмотрел на меня так же равнодушно, как и на остальных.

Словно мы чужие друг другу. Впрочем, ведь так и есть. Когда мы разошлись, я же так и сказала себе – для меня больше нет этого мужчины. Но если все так, то почему же мне сейчас так больно?

– Юль, ты идешь?

– Чего?

– Юлек, алло! – усмехается Вадим. – Спрашиваю, к шефу новому идешь? Или не будешь соревноваться с остальными нашими курочками?

Вечно у Мартынова странноватый юморок, конечно.

– А, нет. Мне добить таблицы надо. Так что я потом.

Я честно пытаюсь сосредоточиться на деле. Ведь именно работа в свое время помогла мне и моему разбитому сердцу. Но идет все слишком медленно. Хотя бы потому, что каждый раз, когда открывается дверь, я вздрагиваю.

Катя на удивление возвращается не сразу. А когда, наконец, приходит, то садится за свой стол и многозначительно стреляет в меня взглядом.

– Ну, и как все прошло? – максимально равнодушно спрашиваю я.

– Он будет моим, – торжественно шепчет она и улыбается с таким предвкушением и азартом, что я не сомневаюсь – очень скоро Ярцев окажется в постели с моей подругой. Она в этом плане как танк, если нашла себе цель.

Что я при этом чувствую? Да лучше бы ничего. Но вот ведь какое дело – я злюсь. Злюсь, что этот козел ворвался в мою размеренную жизнь и занял должность, которую я так долго жду. Так теперь еще и с подругой…

Еще пару часов уходит на то, чтобы закончить таблицу, с которой обычно я справляюсь за полчаса.

Коллеги вместо работы шепотом обсуждают, что у кого спрашивал новый босс, а я невольно прислушиваюсь, хотя понимаю, что глупо. Но сижу в надежде, что просто про меня забудут и не вызовут.

Вдруг его, например, Арсений Павлович пригласит или генеральный.

Однако мои надежды не сбываются, и Ярцев даже гонца за мной отправляет – того самого Вадика нашего:

– Юль, босс тебя зовет. Говорит, ты последняя осталась.

– Уже? – неискренне удивляюсь.

– Давай, на сладкое тебя, видимо, приберег, – гогочет этот придурок. Катя ободряюще мне улыбается. Знала бы она…

Вздыхаю и иду в кабинет к бывшему. Сердце колотится бешено. Медленно подхожу, собираюсь с мыслями и только после этого стучу в дверь.

– Заходите!

Открываю ее.

– Юлия Владимировна, заходите, – произносит босс. – И дверь за собой закройте.

Дорогие читатели! Рада приветствовать вас в новой книге!Книга основана на реальных событиях – спасибо моей подруге, которая поделилась своей историей и вдохновила меня (тут много много лучей добра)Нас ждет яркое противостояние, так как претензий у героев друг к другу накопилось прилично! Кто прав, а кто виноват – будем разбираться по ходу :)

## – 3 Юля -

Сердце у меня колотится так, что, кажется, вот-вот выпрыгнет. Медленно подхожу к креслу и сажусь, стараясь игнорировать пристальный взгляд Демида.

– Итак, – произносит он, опуская взгляд на какой-то лист. – Вы, можно сказать, ведущий аналитик в отделе.

Он выжидающе смотрит на меня, словно я должна либо доказывать это, либо опровергать. Но я молчу. Держусь из последних сил.

– Рекомендации по вам мне дали самые лестные, однако я бы хотел, чтобы вы сами охарактеризовали свой уровень.

– Уровень чего?

– Знаний. Возможностей. Работоспособности. Заинтересованности.

Мне все происходящее кажется каким-то кошмарным сном. Вот зачем он пришел именно в эту компанию и именно в наш отдел? Зачем? Почему мне так не повезло?

– Я достаточно хороша, чтобы сидеть в вашем кресле, – нагло заявляю, решив, что раз уж все обернулось вот так, то дрожать и блеять я точно не буду.

Откуда только у меня смелость берется? Я не знаю. Ведь сейчас под его внимательным взглядом я снова возвращаюсь в прошлое, когда он был для меня всем. Когда Демид казался мне таким фантастически потрясающим мужчиной, что я влюбилась без оглядки. Я пошла бы за ним на край света – так сильно его любила. И так сильно верила.

Как оказалось, зря.

– Вот, значит, как. То есть вам обещали кресло руководителя отдела?

Ярцев чуть наклоняет голову, и от этого знакомого жеста внутри тянет. А во рту появляется горький привкус.

Предатель. Вот он кто. И я не должна показывать, что еще как-то реагирую на него.

– Именно.

– Но почему же не дали?

– Очевидно, потому что у нашего генерального достаточно протеже, которых надо пристроить, но которые мало на что способны.

У меня даже получается равнодушно пожать плечами. Будто меня и правда это не трогает.

– Вот оно что, – задумчиво протягивает он. – То есть и меня вы причислили именно к ним? К бестолковым протеже Ульянова?

– Время покажет, Демид Игоревич.

– Насколько я мог убедиться, ваши показатели и правда хороши, – отвешивает он неожиданный комплимент, а затем еще и улыбается так, по-деловому, но в то же время с намеком.

Совсем как раньше… Вот только я больше не поведусь на такое. Даже если что-то во мне еще отзывается на него.

– К вашей работе у меня претензий нет, и весьма вероятно, что новые проекты, которые намечаются, будут в зоне именно вашей ответственности.

– Если вы так решите, то пожалуйста, – снова жму плечами.

– То есть возражений не будет? – зачем-то уточняет Ярцев.

– Вы – босс. Вам виднее, как выстраивать работу отдела.

Демид задумчиво кивает, постукивает ручкой по столу. Я помню, что так он делает, если решает, что выбрать.

– Назовите мне самого слабого и самого сильного сотрудника отдела по вашему мнению.

– Я должна заложить коллег? – недоумеваю в ответ.

– Разве я попросил об этом? – насмешливо фыркает бывший. – Я всего лишь поинтересовался вашим компетентным мнением.

Сейчас у меня возникает очень стойкое чувство, что Ярцев ведет какую-то свою игру. Что он задумал? Стравить нас между собой? Или наоборот, так рвется выслужиться перед генеральным, чтобы что? Получить премиальные?

– Это обязательно?

– Если ваш босс так решил, то очевидно, что да.

Стискиваю зубы, чтобы сдержать первый порыв вскочить и уйти. Я профессионал, а не та юная девочка, что заглядывала ему в рот и готова была на все. И если этот козел решил меня проверить на прочность – черт с ним. Я все выдержу. Пусть подавится!

– Вадим и Катя соответственно.

Ярцев удивленно вскидывает брови.

– Серьезно? По половому признаку?

– Если вас и правда ввели в курс дел и показали статистику по работникам, то для вас это не должно стать новостью, – чеканю в ответ. – Это мое личное мнение.

– И чем же, по-вашему, так слаб Вадим? – он откладывает верхний лист, что-то ищет взглядом на втором. – Он как раз таки укладывается по показателям в средние цифры.

– Ну, чем именно – это вам и выяснять – вы же тут босс. Значит, сможете распознать, кто правда работает, а кто ловко жонглирует фактами.

Демид хмурится, сводит брови вместе. А я в очередной раз задаюсь вопросом – почему он так упорно делает вид, что мы незнакомы?

– Хорошо. Но почему Катерина?

– Ответ тот же.

– Я понял, – усмехаться Демид. И мне кажется, что он вот-вот скажет что-то такое, из нашего общего прошлого. Но, увы, нет. – Больше у меня вопросов нет, – добавляет таким же официально-деловым тоном.

Меня так и подмывает остаться, спросить в лоб, но вместо этого я киваю, встаю из кресла и гордо покидаю кабинет.

Первой ко мне подбегает Катюша.

– Ну что, как тебе он?

Жму плечами, из последних сил удерживая равнодушное выражение лица.

– Мужик как мужик. Непонятно, будет ли толк от него, или тожене шарит…

– Да ты опять про работу, – разочарованно фыркает подруга. – Нет, ты мне скажи – как он тебе? Фактурный?

Кто бы знал, чего мне сейчас стоит не психануть.

– Рада, что тебе нравится, Кать. А мне надо отчет доделать.

– Эх ты, Юлька, – раздосадованно хмыкает она. Но, правда, больше не пристает.

К счастью, до конца рабочего дня остается не так много, и уже вскоре коллеги начинают расходиться. Я же собираюсь поработать в тишине и не слышать из каждого угла фамилию Ярцев. В общем-то, я и не должна злиться на них – каждое назначение на пост начальника нашего отдела происходило именно так – несколько дней ажиотажа, а затем все приходило в норму.

Вот только как выдержать эти несколько дней?

– Юль, ты идешь?

– Нет, не успеваю доделать, а завтра надо отправить.

Соломонова вздыхает и уходит. Наконец-то я могу побыть в одиночестве. Дома меня ждет только Марик. Но он мальчик большой, справится. Кружка кофе помогает сосредоточиться, и за следующий час я добиваю все долги.

Домой я собираюсь с чувством удовлетворения. Не люблю, когда остаются какие-то недоделки. В каком-то смысле это плохо, но для трудоголика вроде меня, наверное, даже в плюс.

Стоя у лифтов, снова возвращаюсь в мыслях к новому боссу. Прокручиваю каждый взгляд, каждое слово в нашем разговоре. Ищу хоть какие-то зацепки, но все тщетно. И когда раздается сигнал, что лифт приехал, слышу за спиной:

– Юля…

## – 4 Юля -

Вот почему это все происходит именно со мной? Где я так накосячила, что Вселенная наказывает именно меня?

Стискиваю зубы и молча захожу в лифт. Ярцев следует за мной и встает чересчур близко.

Непозволительно.

– Что так поздно, Юль? – легко спрашивает, словно мы хорошие друзья или, как минимум, близкие знакомые.

– Юлия Владимировна, – сдержанно поправляю его.

– Так официально, – фыркает Демид. – Время-то давно нерабочее.

– Рабочее, или нет, я попрошу соблюдать субординацию, Демид Игоревич.

– Что такая колючая? Никак проблемы с удовлетворенностью от жизни? – ехидно подкалывает меня.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не огрызнуться. Понимаю, что бывший просто выводит меня на эмоции. Но ведусь же… Хоть и стараюсь не выдавать себя.

– Кстати, сверхурочные здесь, как я понял, не платят. Поэтому вопрос – ты остаешься потому что трудоголик, или потому что так плохо работаешь, что не успеваешь уложиться в рабочее время?

Мне кажется, лифт едет раз в десять медленнее, чем обычно. Иначе почему эта наша поездка в замкнутом пространстве растягивается настолько сильно?

Как перестать чувствовать аромат его туалетной воды? Как перестать реагировать и вспоминать?

– А это уж вам как боссу предстоит узнать, – упорно продолжаю смотреть прямо перед собой и принимаю равнодушный вид, даже когда Ярцев делает еще один шаг, и мы оказываемся совсем уж близко друг к другу. Сердце бьется так быстро, а в ушах начинает шуметь.

Его близость всегда действовала на меня вот так – я теряла себя. Дышала им. Любила.

Уверена, Демид чувствует это и специально пользуется, отчего во рту появляется горький привкус.

– А ты в курсе, Юля… хм… Владимировна, что в компании прописана не только целая сетка поощрений, но и штрафов для тех, кто не справляется со своими должностными обязанностями?

Голос Ярцева становится чуть ниже, появляется та самая хрипотца, что свела меня с ума в день нашего знакомства.

– Конечно, – отвечаю ледяным тоном. Пальцами впиваюсь в свою же руку, чтобы хоть как-то отрезвить себя. И напомнить, что он – предатель. Что вся эта обходительность лишь для того, чтобы посмеяться надо мной. Ярцев – двуличный человек. Вот и все.

– В таком случае ты представляешь, каким может быть штраф за то, что ты вроде как перерабатываешь, но на самом деле попросту не успеваешь?

Опускаю взгляд вниз. Отсчитываю секунды до того, как лифт спустится. И почему мы работаем едва ли не на самом верхнем этаже? Почему не на первом?!

– Вы, Демид Игоревич, – подчеркнуто вежливо отвечаю, – можете сколько угодно угрожать мне. Но я себе цену как специалисту знаю. Так что если у вас ко мне претензии по рабочим вопросам – в рабочее время я к вашим услугам. Если же нет – прошу отойти подальше, иначе я буду вынуждена доложить в соответствующий отдел о вашем неподобающем поведении в стенах офиса.

– Как ты заметила, – снисходительно фыркает он, – рабочее время закончилось. А значит, я не твой босс, Лазарева. Или ты боишься не устоять и, так сказать, показать себя не с лучшей стороны, признав, что по-прежнему хочешь меня?

До этого я и правда испытывала волнение. Воспоминания всколыхнулись, оголяя застарелую душевную боль. Но сейчас… О, сейчас я злюсь на этого напыщенного индюка настолько, что готова ему в лицо плюнуть! Единственное, что сдерживает – работу я свою терять не хочу. Ведь, возможно, именно этого он и добивается. А я слишком много вложила сил в то, чтобы дорасти до нужного уровня и, наконец, получить долгожданную должность.

– Мне есть кого хотеть, – равнодушно жму плечами. – И бросаться на объедки с чужого стола не имею привычки.

– А не слишком ли громкие слова? – цедит Ярцев. Резкая перемена в голосе удивляет меня. – То, что ты – девушка востребованная и без особых моральных принципов, я и так отлично помню. Но вот вешать ярлыки на других не стоит.

Дальше я не думаю, действую. Разворачиваюсь и, даже не задумываясь, замахиваюсь, но Демид ловко перехватывает мою руку.

– Зачем ты приехал?! Решил позабавиться и испортить мне жизнь?!

Слова вырываются помимо воли. Я тут же жалею, что дала слабину и позволила увидеть мои эмоции. Взгляд бывшего мгновенно темнеет, становится тем самым, когда он завораживает и пугает даже немного. Демид резко вытягивает руку и бьет по кнопке стоп. Лифт дергается, отчего я невольно отшатываюсь, а затем оказываюсь прижатой спиной к стене кабины.

А вот Ярцев медленно делает шаг ко мне, нависает, заключая меня в своеобразный капкан из рук. И смотрит. Да так, что сердце в пятки уходит. Неужели он и правда сейчас посмеет меня поцеловать?!

## – 5 Демид -

Это все похоже на сон. На такой, от которого вроде бы и хочешь проснуться, но никак не выходит. И ты лишь глубже увязаешь в происходящем.

Какой-то сюр, ну правда! Какова вероятность, что мы с Юлей окажемся не просто в одной компании, но еще и в одном отделе?

Когда смотрел списки сотрудников, невольно задержался на фамилии Лазарева. Ненужные воспоминания скребанули в груди, но я отлично научился глушить такое.

К черту.

Она предала, выбрала более перспективный вариант и ушла. А я просто жил дальше.

Едва увидел сегодня днем вживую, как снова вспомнил все. Словно и не было этих трех лет.

Она похорошела. Повзрослела. Я был удивлен, вообще увидев ее здесь. Почему? Неужели ее богатый любовник недостаточно обеспечивает, что Юля корячится здесь, да еще и вкалывает за троих?

Расклад по сотрудникам я понял довольно быстро. Опыт сказывался. Так что понятно, что мои слова в адрес бывшей были всего лишь… уколом. Злостью,которая до сих пор жила во мне.

И все же, несмотря на то, что я отлично помню, как и что она сделала, сейчас чувствую, что хочу ее. Снова. Опять.

Будто магия какая-то происходит рядом с ней, и вся моя уравновешенность растворяется. Надо сказать, это знатно выбешивает.

С какого, спрашивается, хрена эта девчонка будет выкручивать мне руки?!

Ее острый язычок вызывает ненужные воспоминания – применение ему можно найти куда более приятное. И теперь мое назначение сюда уже не выглядит настолько унылым, как мне представлялось изначально.

– Ты правда думаешь, что весь мир крутится вокруг тебя? – насмешливо ухмыляюсь, нависая над своей добычей. И ведь так и есть – теперь она сполна ответит за то, что накрутила в прошлом. В тот момент я был слишком шокирован подобным предательством. Но теперь… Никаких светлых чувств, кроме похоти, у меня к ней не осталось. И вероятно, это отлично шанс отыграться за то, что она тогда сделала.

– Отой… ди… – сдавленно шепчет Юля, глядя мне в глаза. Ее зрачки расширяются, и я уверен – она тоже реагирует на меня. Продажная шлюшка. Когда-то я стал ее первым мужчиной, и, дурак, поверил, что стану единственным. Я готов был положить к ее ногам все, что имел. А она легко перешагнула через меня и мои чувства.

– А если нет?

Близость ее тела будоражит. Моя нынешняя девушка уже две недели прохлаждается в отпуске, так что секса у меня не было давно. А тут такая возможность…

– Я буду кричать, – огрызается Лазарева. – И драться!

– Полагаешь, это тебе поможешь? Ты ведь помнишь, что я люблю, когда женщина кричит, – многозначительно добавляю, а Юля краснеет. Как будто и правда умеет смущаться. Актриса, мать твою!

– Я пожалуюсь на тебя, Ярцев! Скажу, что ты приставал! Если будет надо, до генерального дойду! – взвизгивает она слишком уж решительно. Я даже морщусь от громкости, которую неплохо бы снизить.

– Мне и приставать не надо, – фыркаю, все же отстраняясь. – Ты сама прибежишь и ноги раздвинешь.

Юля смотрит так возмущенно, а мне становится не по себе слегка. Когда-то я боготворил эту девушку. Боялся обидеть, слова подбирал, чтобы не нагрубить, а в ответ получил…

Да и к черту. Значит, все, чего она достойна – быстрый перепих, пока я не выполню свою задачу здесь, в компании.

Нажимаю на кнопку, и лифт снова начинает спускаться. Кошусь на Юлю, та нервно поправляет волосы, смотрит под ноги и тяжело дышит.

Наконец, первый этаж. Лазарева разве что не бегом покидает лифт. Но она на каблуках, причем высоких. Так что нагнать добычу в общем-то проблемы не составляет.

На улице весьма прохладно. Я едва успеваю схватить бывшую за локоть, когда она уже готова свернуть за угол.

– Отпусти! – тут же шипит, словно кошка.

– Идем, подвезу тебя.

– Мне не надо! – резко дергается она, и это выходит ей же боком – почти заваливается, если бы не подхватил вовремя. – Я и на автобусе доеду!

– Хорош ломаться, – усмехаюсь. – Обещаю, не трону.

Она недоверчиво смотрит, оглядывается в сторону остановки, где стоят трое мужиков, и больше никого. Время и правда позднее. Да еще и сумерки сгущаются.

– Пока не попросишь, – не сдерживаюсь и добавляю.

– Да пошел ты! – тут же огрызается Юля. Снова пытается сбежать, но я вовремя опять перехватываю ее.

– Это ты пойдешь, Юля… Владимировна. И ножками желательно. А то выйдет как-то неловко, если охрана увидит тебя кверху попкой.

– Да ты… ты…

– Потом придумаешь, что я. Идем, поздно уже.

– Никуда я с тобой…

– А ну хватит! – не выдерживаю и рявкаю на эту упрямицу. Лазарева вздрагивает, ошарашенно смотрит, но, к счастью, в итоге послушно идет за мной к машине. Даже не возникает, а молча садится, когда открываю ей дверь.

Только тут выдыхаю и задаюсь вопросом – на кой черт? Ну, поехала бы она сама. Зачем мне ее куда-то везти?

Думать над ответами банально некогда. Сажусь за руль и, пока выезжаю с парковки, интересуюсь адресом.

– Куда ехать?

– Все туда же, – равнодушно отвечает бывшая. Вообще становится какой-то совершенно неэмоциональной и безразличной.

Меня так и подмывает спросить – неужели ее хахаль не разщедрился на новую квартиру? Или она плохо старалась? Или он оказался не настолько перспективным, как она думала?

Но вместо этого молчу.

Юля тоже молчит. В мою сторону даже не смотрит. И только когда заезжаю во двор, позволяет, наконец, заговорить:

– Это был первый и последний раз, – чеканит так, словно отчитывает меня за хулиганство.

– А если ты сама попросишь? – ухмыляюсь в ответ.

Лазарева окатывает меня таким презрительным взглядом, словно я – букашка у ее ног.

– Мечтать не вредно, Демид Игоревич. Вы пришли руководить нашим отделом, вот этим и займитесь. Контролируйте своих сотрудников

– Ты тоже мой сотрудник…

– В рабочее время!

– А ты, кстати, почему-то домой совсем не торопишься, Юля. Неужели никто не ждет?

Судя по ее реакции, задеть у меня все же получается.

– Это моего начальника не касается. Но раз уж этот вопрос встал, то меня ждет мужчина. Поэтому впредь меня подвозить не стоит, – дерзко заявляет Юля и, пока я подбираю слова, буквально сбегает из машины.

Мужчина?! Ну-ну, если бы он был у нее, то вряд ли бы позволил сидеть в офисе допоздна. Так что все это просто слова.

Смотрю на дверь, за которой скрылась бывшая. Раздумываю, стоит ли взять реванш за то, как она обошлась со мной?

## – 6 Юля -

Только захлопнув за собой дверь, я наконец-то хоть немного расслабляюсь. По крайней мере, здесь Ярцев меня не достанет.

Обессилено опускаюсь на банкетку и зажмуриваюсь, пытаясь унять бушующие эмоции.

Мысленно повторяю, что сильная, что справлюсь. Но если честно, сейчас безумно хочется разрыдаться.

– Муррр, – доносится до меня, и я почти сразу чувствую, как Марик трется о мою ногу.

Всхлипнув, поднимаю его на руки и кладу себе на колени.

– Привет, разбойник. Снова нахулиганил?

Рыжая нахальная морда, кажется, даже смотрит снисходительно. Только мурчит, пока я чешу ему за ухом. Любимое занятие котофея моего.

– Вот и у меня день не задался, – тяжело вздыхаю. – Сложно это, Марь. Сложно.

Котейку я подобрала совсем крохой на улице. Возвращалась с работы вот точно так же поздно и услышала негромкий писк рядом с подъездом. Оказалось, кто-то выкинул ещё слепого котёнка. Поразительный цинизм. Конечно, я не смогла пройти мимо. И хотя вообще-то не любитель кошек, с того дня живу с этим рыжиком, которого полюбила всем сердцем.

Пока разогреваю остатки картофельной запеканки и заодно достаю корм для кота, снова возвращаюсь в мыслях к Демиду.

Его поведение ставит в тупик. Сначала игнорирует меня, потом – наоборот, всячески провоцирует. Зачем? Неужели я настолько сильно обманулась в нем тогда?

Впрочем, разве можно назвать “несильно”, если у твоего мужчины, с которым ты в отношениях почти целый год, оказывается, есть правильная невеста, а ты так, просто для удовольствия?

Обида вновь расцветает в груди. Я не хочу, но память услужливо подсовывает кусочки моего прошлого – как я застала Демида в постели с другой, как узнала правду. Как собрала гордость в кулак и ушла, бросив ему в лицо циничные слова.

Я не хотела быть слабой. Не хотела видеть жалость и насмешку. Я и так все отдала ему. Гордость – единственное, что у меня осталось, когда мое сердце было разбито.

И вот теперь Ярцев вновь ворвался в мою жизнь, туда, где я жила, по сути. Работа – то, что помогло мне выжить, не сдаться и пойти вперёд.

И теперь… Теперь он не успокоится, пока не разрушит все, я уверена. Иначе бы прошёл мимо и не стал бы цепляться, не повез меня домой, не делал бы эти гадкие намёки и оскорбления!

Что значит – продажная?!

Сама не замечаю, как слишком увлекаюсь и режу огурцы в салат мельче, чем хотела изначально. Буквально кромсаю.

– Мяу, – осуждающе выдаёт Марик. И только после этого я торможу себя. Откладываю нож. Глубоко вдыхаю.

– Да, мой хороший, ты прав. К черту Ярцева. Пусть делает что хочет, я не поддамся на его провокации больше. Мне будет все равно. Просто представлю, что он – противный начальник, и все.

Я обещаю себе быть сильной и не реагировать. Правда, несмотря на самовнушение, сплю я все равно очень плохо. То и дело просыпаюсь, проверяю, не отключился ли будильник. Под утро в итоге вообще голова начинает болеть.

Понятно, что все дело в стрессе. И лучше бы вообще взять отпуск и отдохнуть. Тем более что я уже и не помню, когда брала его.

В офис собираюсь как на войну. В чем-то, наверное, так и есть. Противостояния с Демидом не избежать. Вчера я была обескуражена и выбита из колеи. Но сегодня морально закрыта и готова к новым испытаниям. Которые, к слову, начинаются прямо на парковке. Как только перехожу дорогу, и до входа в здание остается каких-то тридцать метров, вижу бывшего. Он стоит возле своей машины, той самой, на которой отвозил меня вчера, и беседует с Катей.

Мне бы проскользнуть мимо и сделать вид, что я никого не заметила, но подруга, как назло, оборачивается и окликает меня:

– Юляш! – еще и рукой машет. Я лишь сухо киваю и иду к дверям.

Сердце, конечно, колотится, но надеюсь, внешне моя реакция никак не заметна окружающим.

По дороге сначала захожу в айти отдел, чтобы попросишь доработать форму отчетности. Уже три раза говорила, что там не так, но программисты такие программисты. Как будто из другой Вселенной.

В итоге поднимаюсь на свой этаж лишь спустя минут двадцать. Но зато стоит мне только открыть дверь, так первый кого я вижу – Ярцев. Больше того, он стоит возле моего рабочего места, которое почему-то ему дружно помогают передвинуть Вадик и Костик.

– О, Юляшка! А мы тебя тут чутка перенесли, – радостно объявляет первый.

– С чего это вдруг?! – возмущаюсь, оценивая масштаб бедствия – У нас что, новенькие?

Надо сказать, мое рабочее место – моя гордость отчасти. Самое удобное расположение в комнате. И которое только что просто…

– Так это… Ремонт будет в кабинете у Демида Игоревича же, – озадаченно включается Костик. – Поэтому теперь он рядом с тобой будет. Ты давай, как раз присаживайся, попробуем, как ваши кресла – вместятся или нет.

Перевожу обалдевший взгляд на бывшего, а тот настолько нахально улыбается, что я почему-то не сомневаюсь – это его рук дело…

## – 7 Юля -

– Просто шикарно, – говорю, а сама уже прикидываю, как выдержать новое испытание. – И как надолго все это затянется?

– Да ты не волнуйся, – подключается Катя. – Всего-то пару недель. Это же даже удобнее, когда Демид Игоревич, – она тут же кокетливо стреляет глазами в его сторону, – будет рядом. Все вопросы будут решаться максимально быстро.

– Вот видите, Юлия Владимировна, сплошные плюсы, – поддакивает Ярцев, явно наслаждаясь моей реакцией.

– И что же за внезапный ремонт случился в кабинете?

– Ночью сработала пожарная сигнализация. Теперь там невозможно работать. Так что… – он разводит руками, а я понимаю, что ни черта ему не жаль. Совсем наоборот. – Мы ведь все профессионалы. А значит, справимся с этим легким недоразумением всем нашим дружным коллективом.

Коллеги галдят, тут поддакивая и поддерживая нового босса. Неудивительно. Это ведь не им сидеть спина к спине с ним. А мне…

Киваю и пытаюсь как-то устроить свою сумку на привычное место. Но, естественно, все удобство нарушено.

Сотрудники потихоньку расходятся по местам. Я тоже пытаюсь сосредоточиться на работе. Но когда знаешь, что прямо у тебя за спиной твой бывший, сделать это очень сложно.

Я профессионал. Но к такому явно не была готова. Так что сводную таблицу по поставщикам переделываю три раза, прежде чем данные сходятся с тем, что есть в отчете.

– Демид Игоревич, может быть, вам кофе, – воркует совсем рядом подруга. Стискиваю зубы и продолжаю вбивать данные.

– Ну, что вы, Катюш, это не ваши обязанности, – отвечает этот гад. И я по голосу слышу, что тот улыбается. Флиртует. Я уверена.

– Да мне совсем не сложно. Тем более что я все равно собиралась себе пойти сделать.

– Если так, то не откажусь.

– А какой вы предпочитаете?

Я отлично знаю эту манеру Соломоновой. Она вот таким образом окручивает мужиков на раз-два. Другое дело, что не для каждого она готова вот так стараться. А вот Ярцеву повезло. Значит, скоро они окажутся в одной постели…

Эта мысль причиняет боль. Хотя не должна. Просто не должна!

Сосредоточиться удается, только когда Катя, наконец, уходит в комнату отдыха, где у нас организовано место для перекуса или обеда, если кто-то не любит идти в столовую.

И только я начинаю новый отчет, как мое кресло резко дергается.

– Ох, простите, Юлия Владимировна, – сокрушенно произносит Демид. Виновато улыбается, но я-то вижу, что все это не по-настоящему. – Маловато тут, конечно, места у нас. Ну да в тесноте да не в обиде, правда?

– Конечно, – киваю, игнорируя то, что он так и стоит возле моего стола.

– А когда вы мне отчетность свою сдадите?

– Как и положено – через неделю.

– Знаете, через неделю – это поздно. Ведь там уже надо будет проводить оценку активов. Надо бы на пару дней пораньше. Подготовим проект, сдадим генеральному заранее – он просил не затягивать с этим.

– Конечно, – снова киваю, подавляя желание высказаться.

В этот момент к нам подходит Катя.

– Вот ваш кофе, – мило улыбается она, подавая тот в счастливой кружке. Она одна такая у нас там в шкафу. Ее обычно используют те, у кого серьезное совещание или сдача проекта.

Похоже, у Соломоновой куда более грандиозные планы, чем я изначально оценила. Она весьма суеверна, и раз уж пошла на такое…

– Ой, Катюша, спасибо, – расплывается в довольной улыбке бывший. – Я как раз хотел пойти поискать, где тут можно выпить кофе.

Меня так и подмывает высказаться, что вообще-то десять минут назад эта самая Катя предложила ему сделать долбаный кофе. Но я молчу. Стискиваю зубы и смотрю строго в монитор.

– А пойдемте, я вам и покажу, – не теряется подруга и отводит босса в комнату отдыха.

У меня целых полчаса тишины и спокойствия. Мысли о том, что моя активная подруженька там окучивает мужика, который когда-то был моим идеалом, я старательно давлю на корню.

Что было, то прошло. Теперь главное – уберечь свое настоящее от него.

– Слушай, Юль, что-то я не понял – здесь как-то не сходятся итоги, – подходит ко мне Вадик.

– А ты перепроверь еще раз, – советую, даже не оглянувшись на него. Не первый раз уже такая тема. Так что реагировать сразу не тороплюсь.

– Ну, Юля! Ну, я уже два раза пересчитывал, – канючит тот. – Честное слово, там что-то не так.

Вздыхаю и забираю у него распечатку. Почему-то каждый раз Вадим считает своим долгом прийти со своей проблемой именно ко мне.

– Вот здесь и здесь, – обвожу показатели ручкой. – Вадь, сколько можно? Выучи уже, как они считаются! – раздраженно фыркаю.

– Что-то ты какая-то нервная, – замечает этот гаденыш. – Поди, расстроилась, что босс новый не тебя нахваливает, а подружку твою, да?

– Что ты сказал?

– Да ладно тебе, не кипятись, – тут же дает заднюю Воронков, заискивающе улыбается и уходит на свое рабочее место. Зато как раз Демид с Катей возвращаются в кабинет. Улыбаются, шутят. А я понимаю, что хватит. Мне тоже пора выпить кофе. И желательно покрепче.

Встаю до того, как Ярцев усядется, и мне придется выбираться, опять сталкиваясь с его креслом, и, проскользнув мимо сладкой парочки, иду в комнату отдыха.

На повороте нога подворачивается, вскрикнув, я уже готовлюсь распластаться на полу, как сзади меня подхватывают крепкие мужские руки. А затем прижимают к не менее крепкому телу…

## – 8 Юля -

В первый момент я очень пугаюсь, дергаюсь, пытаюсь освободиться. Но у меня ничего не выходит. Зато выходит обернуться и увидеть, кто удержал меня от падения.

– Надо же быть осторожнее, – усмехается незнакомый мужчина.

Я заторможенно киваю и все-таки освобождаюсь от его рук.

– Меня можно уже отпустить. Я крепко стою на ногах.

– Точно? – хитро улыбается незнакомец.

– Ага.

– Мне сказали, что здесь где-то есть кофемашина.

Обаятельный он, конечно.

– Да, здесь вот как раз. Сама туда же иду, – неловко поворачиваюсь и снова едва не падаю. И опять меня поддерживает мой спаситель.

– Простите, – бормочу, сгорая от стыда.

Наконец, мы все же доходим до комнаты отдыха.

– Ого, – присвистывает незнакомец. – Да у вас тут супер.

– А вы…

– А я Марат. Недавно устроился в ай-ти отдел.

Хмурюсь, пытаясь вспомнить, видела ли его утром. Но определенно нет. Марат же между тем внимательно смотрит на меня с явным ожиданием.

– Юля, – говорю, когда, наконец, доходит до меня, чего он ждет.

– Очень приятно. Так как управляться с этим творцом кофе?

– Здесь все просто.

Следующие пятнадцать минут учу его пользоваться нашей гордостью – режимов у кофемашины и правда многовато. Когда нам все-таки купили такую, первые несколько недель весь офис гудел от восторга.

– Действительно, очень недурно, – в итоге заявляет Марат.

– Недурно? – удивляюсь его оценке. – Да это лучший кофе, который в принципе можно получить от машинки.

– Согласен, – примиряюще улыбается он. – Но раз уж вы спасли меня, то я хотел бы отплатить тем же, – добавляет мужчина.

– В каком смысле?

– Приглашу на кофе. После работы, разумеется.

– Вероятно, вряд ли. Работы много, и в ближайшие дни мне придется задерживаться, – использую дежурную отмазку, даже не раздумывая.

– Разве ваше начальство поощряет подобное? – недоуменно спрашивает Марат. – Понимаю, всякое бывает, но постоянно?

– Мое начальство вообще не очень-то разбирается в том, чем занимается, – беспечно отмахиваюсь. Марат – человек новый, так что вряд ли он поймет, о ком я. А даже если и поймет – плевать мне на мнение Ярцева. Пусть бесится. Ему полезно.

Мы допиваем кофе. А дальше случается еще более идиотская ситуация – я снова подворачиваю ногу. И в этот раз гораздо больнее. Марат снова меня ловит. За что ему, конечно, спасибо – не хватало еще растянуться на полу.

– Это уже становится традицией, – шутит он, помогая мне встать. Отчего я тут же ойкаю – лодыжку простреливает неприятной болью. – Что? Совсем плохо?

– Похоже, эти каблуки меня доконают, – признаю свое поражение.

Вообще я уже подумываю о том, чтоб разуться и добрести до кабинета так, босиком. Но Марат решает по-своему – подхватывает меня на руки и вопросительно смотрит.

– Куда нести?

– Туда.

Обычно я соображаю быстрее, но тут ситуация просто вышла из-под контроля. Марат, к слову, не уточняет больше ни слова и спокойно выходит в коридор со мной на руках. И, конечно же, как назло, именно в этот момент там же появляются коллеги из соседнего отдела.

– Ого, Юлька!

– Новый транспорт?

– Сегодня у нас тимбилдинг?

Вопросы с разных сторон только сильнее вгоняют меня в краску. Поэтому я не выделываюсь и указываю комнату, в которую мне надо.

– Можно меня отпустить, – прошу тихо-тихо, когда мы уже возле моего кабинета.

Однако мужчина меня не слушает. Он ловко открывает дверь, при этом продолжая держать меня на руках – как только умудряется? И заносит меня прямо вот так.

Наверное, более эпично я еще ни разу не попадала на рабочее место.

Естественно, все взгляды тут же устремлены на меня.

– Куда? – второй раз спрашивает Марат, и теперь я, уже перенимая его невозмутимость, тут же показываю на свой стул.

Надо сказать, мои коллеги реагируют более сдержанно, что ли. Хотя когда мельком оглядываюсь на них – вижу, что на лицах у каждого попросту шок.

– Спасибо, что помог, – вежливо говорю Марату, намекая, что все, можно уходить. Но он как будто этого не понимает. Присаживается на край стола и с интересом рассматривает мое рабочее место. Скользит взглядом по монитору и хмыкает.

– А ты аналитик, да, Юль?

– Вроде того. И ты знаешь, у меня еще очень много работы…

– Не сомневаюсь, – кивает он. – Но насчет вечера и кофе – все в силе. Ты же не поскачешь домой сама?

– Вообще-то именно это я и сделаю, – тут же возражаю.

– С больной ногой? – вкрадчиво интересуется Марат. – Брось, Юль, у нас есть отличный повод сходить попробовать по-настоящему вкусный кофе.

– Может, в другой раз, – тактично отказываюсь, замечаю, как Вадик корчит забавные рожицы и крутит пальцем у виска. Видимо, считает меня совсем дурой, что отказываюсь от приглашения. Но дело в том, что я не вру – работы и правда много. А если учесть, что моя работоспособность после появления Демида резко упала, то это может стать проблемой.

– В другой раз мы тоже сходим, – согласно кивает Марат и широко улыбается. И я невольно улыбаюсь в ответ. Все-таки он очень обаятельный мужчина. Такому сложно отказывать.

– Да, но…

– Погоди, – вдруг хмурится он, – так твой начальник – это, получается…

– Да, это я, – раздается голос бывшего. И он выходит из-за спины Марата, сверля нас обоих весьма недовольным взглядом.

## – 9 Демид -

Демонстративный игнор от Юли забавляет. Особенно на фоне того, как ее подружка стремится мне угодить и обольстить. Впрочем, девушка она приятная. Почему бы и не ответить на ее флирт?

Вот только после кофе Соломонова решает устроить мне экскурсию по офису. Она довольно бойкая и активная, что мне вообще-то на руку, учитывая, зачем я здесь появился. Поэтому, конечно же, соглашаюсь, внедряюсь так сказать в коллектив, знакомясь едва ли не с каждым, кто попадается мне на пути.

Под конец хочется уже запереться где-то и перестать улыбаться и строить из себя рубаху-парня, с которым можно обсудить все последние новости компании. Или как минимум новости тех отделов, что находятся на этом этаже.

– В общем, скоро же годовщина – так сказать, день рождения нашей организации. И обычно устраивают либо корпоратив, либо вообще тимбилдинг. Сейчас это довольно модно… – продолжает щебетать Катя. Слушаю ее вполуха. Просто фиксирую по привычке полезные моменты, а все остальное тут же забываю.

Мы, наконец, возвращаемся обратно в кабинет. То, что утром выяснилось, что мой кабинет залило по ошибке – штука довольно странная. И определенно это нельзя назвать совпадением. Жесткий диск с компа вряд ли смогут восстановить. Так что, вероятнее всего, случилась эта оказия совершенно не просто так.

Но вот стоило увидеть лицо Юли, когда она узнала, что я буду ее соседом… Это было шедеврально.

И сейчас я предвкушаю, как вернусь и снова увижу ее недовольство.

Правда, меня ждет весьма неприятный сюрприз – Марат расселся на краю рабочего стола Лазаревой и… флиртует!

– В другой раз мы тоже сходим, – заявляет он Юле.

– Да, но…

– Погоди, – вдруг доходит до Гордеева кое-что важное, – так твой начальник – это, получается…

– Да, это я,– вмешиваюсь, хотя, может, и не стоило бы.

Марат резко оборачивается. Тормозит пару секунд, а потом широко улыбается.

– Так это ж просто отлично, – подмигивает мне. – Значит, проблем с боссом не будет. Так ведь? – и смотрит на меня с надеждой.

Ловлю настороженный взгляд бывшей – вероятно, просчитывает варианты. От этой мысли становится противно. А ведь когда-то я поверил, что она – чистая, честная девушка.

– У тебя, кажется, есть свои обязанности, нет?

– Эй, полегче, – усмехается Марат. – Понял, я понял.

– А вам, Юлия Владимировна, тоже есть чем заняться. Отчет сам себя не напишет, – жестко пресекаю любую возможность дальнейшего трепа без дела.

Лазарева недовольно поджимает губы, но не спорит. Молча утыкается взглядом в монитор, и я чувствую это ее настроение.

Гордеев же, проходя мимо меня, многозначительно усмехается и, наконец, уходит.

– Демид Игоревич, а… – начинает Катя, которая все это время стоит рядом.

– А у вас тоже, насколько я знаю, есть рабочие обязанности. Как и у каждого здесь, – добавляю строго, окидывая всех присутствующих взглядом.

Сотрудники тут же отворачиваются, и балаган наконец-то заканчивается.

Мое кресло снова задевает кресло Лазаревой, та тихо фыркает и пытается отодвинуться, но особо-то и некуда.

Спустя всего пару часов, за которые я едва успеваю разгрести треть от того, что осталось в документации от моего предшественника, получаю сообщение от Марата:

“Через полчаса у выхода”.

Бросаю взгляд на часы – время обеда. Значит, пора.

Мужики уже ждут меня, когда спускаюсь на подземную парковку. Марат с Ярославом, заметив меня, тут же замолкают.

– Идем, – кивает Ярик на неприметную дверь. Они заходят, а я оглядываюсь по сторонам и прикрываю ту за собой.

Мы оказываемся в небольшой каморке технического назначения. Освещение здесь не сказать что шикарное, но нам хватает.

– Ну что, какие новости? – спрашиваю сразу. Парни переглядываются между собой.

– У меня пока тихо. Айтишники если и в теме, то меня как новичка опасаются. Разговоры только на технические темы плюс всякие гиковские приколы, – говорит Марат.

– То же самое, – подтверждает Ярослав. – Я уверен, в юр отделе тоже кто-то в схеме. Иначе бы документация не была такой чистой. Но как ты понимаешь, за пару дней мало что можно разузнать.

– Да я и не надеялся, – соглашаюсь. – Но первое впечатление как? Ровно?

– Ага, – кивает Гордеев. – Твой компьютер, кстати, мне не дали даже глянуть. Хотя я-то такие штуки восстанавливать умею, ты знаешь.

– Да? И как объяснили?

– Так начальник себе и забрал. Сказал, нельзя накосячить – у нового босса, считай, поломался, – ехидно усмехается он. – Многие считают, что ты кто-то из родственников генерального или его друзей.

Вспоминаю фразы бывшей и ухмыляюсь.

– Пусть так думают. Нам это на руку. Но насчет жесткого диска – ты успел как-то дублировать его?

– Нет, – с досадой отвечает Марат. – Только запустил вчера программу удаленную, а спустя полчаса уже все – сработала сигналка.

– Мне кажется, это не совпадение, – замечает Арбатов. – Кто-то знал, что ты в первый день не станешь работать полноценно.

– К сожалению, этот круг лиц нам не отследить – понятия не имею, кому сообщили, что я приеду только после обеда и что начну проводить знакомство с коллективом.

– Но все же мне кажется, что времени нужно больше. Месяц – маловато, – качает головой друг.

– Яр, нет у нас больше времени, – раздраженно говорю. – Сам бы согласился с тобой, но если не найдем участников, придется признать поражение.

– Хрен им, – тут же начинает заводиться Марат. Он вообще чувак резкий и эмоциональный в этом смысле. – Мы их, сволочей, найдем!

– Найдем, – соглашаюсь, смотрю на часы. – Ладно. Больше здесь встречаться не будем. Засветимся – и все пойдет лесом.

– Лады, – соглашаются парни.

– И кстати, Демыч, а что у тебя с этой Юлей? – неожиданно спрашивает Марат. А я торможу у двери, обалдев от этого.

– Какой еще Юлей? – пытаюсь держать лицо.

– Той самой, что сидит с тобой рядом теперь. Хорошенькая такая. Ты ее еще застращал и завалил работой.

– Почему у меня должно с ней что-то быть?– огрызаюсь в ответ.

Ярослав вопросительно приподнимает брови. Черт, видимо, перегнул. Надо все-таки лучше держать эмоции под контролем.

– И вообще – если она ни черта не успевает сделать вовремя, это не мои проблемы.

– То есть ты к ней не подкатываешь? – уточняет Гордеев.

– Да почему должен-то? – равнодушно отвечаю, а у самого внутри аж скребет от мысли, что Марат и правда решит очаровать Юлю. Он это дело очень хорошо умеет. Бабы от него текут, мама не горюй. А бывшая… Она же и так в этом плане…

Стискиваю зубы, стараюсь не думать – не мое это дело. Все забыто уже не один год как. Хочет попробовать эту ушлую девушку – вперед.

– Отлично. Я просто уточнил – мало ли. Ты же знаешь, из-за баб дружбу рушить – последнее дело. Но если ты не в теме, то считай, я ее застолбил, – плотоядно ухмыляется Марат. И я уже понимаю, что это значит.

Очень скоро он уложит ее на лопатки. Проколов у друга не случается. Никогда.

– Я пойду первым, – говорю, а сам не узнаю голос. Будто осип. – Не будем привлекать лишний раз внимание.

Друзья кивают, а я выхожу из каморки и жадно хватаю ртом воздух.

Да что ж такое-то со мной?! А главное, из-за кого?!

## – 10 Юля -

То, как отчитывает меня Ярцев, больно бьет по самооценке. Но я держусь. Смотрю на свой монитор и мысленно считаю до ста и обратно.

Это не помогает успокоиться, но помогает ничего не ляпнуть. Ведь к моменту, когда я дохожу до единицы, все уже расходятся по местам.

Нога, кстати, ноет, и довольно ощутимо. Это расстраивает. Улучив момент, когда бывший уходит на обед, достаю балетки и переобуваюсь в них. В идеале, конечно же, кеды, но эту роскошь я смогу себе позволить только после окончания рабочего времени. Все-таки дресс-код у нас соблюдается неукоснительно.

Сегодня я бы и рада не задерживаться, но все равно приходится доделать все, что так ловко потребовал Ярцев вроде как по просьбе генерального.

Так что ухожу я из наших самая последняя. Даже босс – и тот уже куда-то укатил. Это и хорошо – мне так спокойнее. Плюс есть возможность переобуться уже в кеды. С офисным костюмом сочетается, конечно, сомнительно, но зато идти так гораздо легче.

По дороге мне даже никто не встречается, что уже хорошо. А я сама уже прикидываю, какую мазь купить в аптеке и какую еду заказать, ведь готовить сегодня вряд ли смогу.

– Юля! – раздается совсем рядом, когда я выхожу из здания.

Оборачиваюсь и вижу Марата. Да не одного, а с моим бывшим.

Меньше всего хочется сейчас выглядеть жалко, и я стараюсь идти так, будто нога и не болит. Но правда в том, что вообще-то болит!

– Юля! – догоняет меня мужчина. – Ну, куда ты!

– Мне домой надо, – вежливо отвечаю и собираюсь уйти. Но Марат останавливает меня, а я невольно поглядываю в сторону Ярцева, который сверлит нас колючим взглядом.

– Я подвезу. Идем. Ну, куда ты с больной ногой?

– Да все в порядке, уже и не болит.

– Мне-то не ври, – безапелляционным тоном заявляет он. – Или предпочитаешь на руках? – хитро улыбается, а я тут же представляю, как это будет выглядеть со стороны.

Сейчас хоть и нерабочее время давно, но некоторые сотрудники тоже подзадержались, как и я. И теперь вот этот финт может стать достоянием общественности.

– Марат, мы вообще-то собирались…

– В следующий раз, дружище, – легко перебивает Ярцева мой, очевидно, поклонник. – Идем, Юль. Давай, обопрись на мою руку. Лучше бы, конечно, как в прошлый раз, но ты ведь наверняка не хочешь под камерами такого?

– Гордеев! – вдруг возмущается Демид. – У нас вообще-то планы были! Давай завезем Юлию Владимировну, а потом…

– А на “потом” у нас теперь другие планы, – многозначительно заявляет тот и довольно настойчиво ведет за собой.

Спорить и отстаивать свою позицию, когда у тебя болит нога, сложновато. И откровенно говоря, я банально боюсь, что Марат наплюет на правила приличия и утащит меня на руках. Выглядит он довольно решительно. А это последнее, что мне нужно.

Поэтому я все же соглашаюсь. Хорошо, что идти до машины не так уж далеко.

– Вот так, давай, аккуратно, – помогает мне Марат.

Ярцев, кстати, так и стоит, прожигает нас недовольным взглядом. И только когда его друг садится за руль, наконец, отворачивается и уходит в противоположную сторону.

– Это было необязательно, – замечаю, когда мы выезжаем с парковки.

– То есть бросить тебя добираться общественным транспортом с больной ногой – так лучше? – искренне недоумевает Гордеев.

– Я имею в виду, ломать из-за меня планы, которые были у вас с другом, – сдержанно отвечаю, а сама гадаю – что же это за планы такие, что Ярцев чуть не позеленел от злости? Наверняка какие-то клубные тусовки. Ведь сегодня пятница. Интересно, куда смотрит его невеста? Неужели до сих пор не смогла захомутать за три года? Ведь Катя заверила, что Демид вроде как не женат.

– Если бы я не хотел, не ломал бы, – усмехается Марат. – Или я, по-твоему, не в состоянии сам решить, что выбрать?

– Да я не это имела в виду, – тушуюсь под его внимательным взглядом. И если честно, то после столь напряженного дня в эмоциональном плане ехать домой с комфортом – просто настоящий подарок. – Извини, если это прозвучало грубо.

– Ничего, я не обидчивый, – подмигивает Марат. – Так какой у тебя адрес, говоришь?

– Я и не говорила. В принципе можно просто…

– Так, Юль, давай без вот этих “я все могу сама”. Верю, что можешь. И доковыляешь на своих двоих. Но вообще-то не обязательно быть всегда сильной и держать оборону.

– Да ну прям, – бормочу, глядя в окно.

– Позволь о тебе позаботиться.

Звучит очень заманчиво. Очень-очень. Вот только я уже обожглась однажды. Да так, что до сих пор не могу переступить через свой страх и поверить другому мужчине. А ведь я так мечтала о семье, детях…

Адрес я, конечно, в итоге говорю. Но всю дорогу меня мучают ненужные мысли – а как близко они с Демидом дружат? А рассказывал ли Ярцев про меня? А в курсе ли Марат, почему тот не женился?

– Кстати, насчёт кофе, – наконец, заговаривает Гордеев.

– Извини, но не сегодня, – тут же мотаю головой.

– А мне нравится постановка вопроса, – тут же ухмыляется Марат. Я непонимающе на него смотрю. Он рад, что я не хочу с ним идти? Но тогда зачем? – Ты не откаталась в принципе. Ты сказала – не сегодня.

Удивлённо хлопаю глазами, понимая, что так и есть. А ведь даже не задумываясь, ответила. Мне везёт – мы как раз подъезжаем к моему дому. И когда я отстегиваю ремень безопасности и уже собираюсь поблагодарить Марата за помощь, тот вдруг резко загоняет меня в угол:

– А что между тобой и Ярцевым?

## – 11 Юля -

– А что между мной и Ярцевым?

Вроде бы говорю спокойно, но внутри все аж переворачивается, стоит услышать фамилию бывшего.

– Мне показалось, между вами какое-то напряжение.

Марат пристально смотрит, как будто чует подвох. И он, конечно, есть, но признаваться в этом я не стану.

– Он же мой новый босс. Такое случается.

– То есть он тебе не нравится? – пытливо спрашивает Гордеев.

– Почему он мне должен нравиться? Он здесь без году неделя, а уже свои порядки строчит.

Он кивает задумчиво.

– Неужели так лютует?

– А ты его, видимо, хорошо знаешь? – тут же огрызаюсь.

– Ну, так, общаемся иногда, – туманно отвечает Марат.

Ага, иногда. По вечерам пятницы.

– Тогда вот сам у него и спроси – какие у него ко мне претензии.

– Воу, тише! – улыбается Гордеев. – Я же просто уточнил, чтобы расставить точки.

– Какие ещё точки? – недоумеваю от его слов.

Вот только вместо ответа я получаю… поцелуй.

Наглый и напористый.

– Ты что творишь? – возмущаюсь, отталкивая нахала.

– Ты мне нравишься, Юль, – просто улыбается тот, пока я упираюсь ладонями в его грудь. – Это же очевидно.

– Если ты рассчитываешь, что я за твою помощь…

Вторая попытка поцелуя проваливается – я успеваю положить пальцы на его губы и тем самым удержать.

– Даже не думай, – качаю головой.

– Не целуешься на первом свидании? – лукаво улыбается Марат.

– А у нас свидание?

Он чуть отодвигается и согласно кивает.

– Ты права. Не свидание. Прости, – Гордеев вдруг теряет свою напускную самоуверенность, взъерошивает волосы рукой и добавляет: – Не удержался.

Мне очень непривычно слышать подобное от мужчины. Я ведь уже и забыла, как это – нравиться кому-то. Разрыв с Демидом я перенесла очень тяжело. Поначалу не могла ни на кого смотреть. А потом… Потом просто привыкла жить работой, строить карьеру. Тем более что у меня появился Марик, и мне казалось, что этого достаточно.

Пока не вернулся в мою жизнь Ярцев…

– У тебя, кстати, есть мазь для ноги? – неожиданно спрашивает Марат. А я только растерянно мотаю головой.

– Собиралась вот купить…

– Посиди пока, – практически приказывает он и выходит из машины, причём ещё и двери блокирует. А я только глазами хлопаю. Это что вообще сейчас было?

Аптека есть в соседнем доме. Так что отсутствует Марат недолго, но за это время я успеваю себя как следует накрутить.

С чего вдруг такие интерес и забота? А что если Ярцев решил подослать ко мне своего дружка, чтобы поиздеваться? Звучит, конечно, глупо, но ведь он вчера тоже начал говорить мне гадости. И я совсем не узнавала в нем прежнего Демида.

Когда возвращается Марат, я немного расслабляюсь. Клаустрофобией я не страдаю, но все равно сидеть взаперти не по себе.

– Вот, держи, – он кладёт мне на колени небольшой фирменный пакет. – Эта мазь очень хорошо помогает.

– Разбираешься? – удивляюсь тому, с какой уверенностью он говорит.

– Есть немного.

– Спасибо, а деньги я тебе…

– Даже не начинай, – резко перебивает Гордеев.

– Ладно… – я теряюсь от его напора, открываю дверь и снова повторяю: – Спасибо, что помог.

Вот только Марат успевает тоже выйти и даже ещё мне выбраться помогает.

– Дальше я сама, – категорично заявляю, оглядываясь на свой подъезд.

– Почему? – тут же напрягается он. – Тебя кто-то ждёт?

– Ждёт.

И ведь я даже не вру. Гордеев явно понимает это по-своему – недовольно хмурится и кивает.

Однако до самого подъезда чувствую его пристальный взгляд.

Хорошо, что лифт сегодня работает, и мне хотя бы по лестнице с моей ногой не придётся тащиться.

Дома, переодевшись, все же решаю сначала заняться ногой. И оказывается, что Марат купил мне дорогущую мазь, которую я бы точно вряд ли стала брать ради простого ушиба. Возвращать глупо, так что я все же мажу ею пострадавшую ногу.

Марик требовательно напоминает о себе, и хочешь не хочешь, а приходится сначала идти кормить мое рыжее чудовище.

Впереди выходные, и я собираюсь отдохнуть не только физически, но и морально. Однако с утра пораньше мне звонит Катя.

– Юлечка, какие планы?

– Ещё поспать, – недовольно ворчу. – Если на работе не случился потоп, то меня ни для кого нет.

– Нет-нет, ничего такого. Но у нас с тобой сегодня шопинг.

– Какой ещё шопинг?

– Тот самый, милая моя. Ты забыла! Мы давно собирались!

– Слушай, я вчера ногу подвернула и вряд ли смогу…

– Да-да, я уже наслышана о твоём новом поклоннике. Кстати, заодно и расскажешь.

– Кать, я правда не смогу долго ходить.

– Тогда давай недолго. Ну, или на крайний случай просто посидим в кафешке. Ты мне обещала, что будешь выходить в люди! – настойчиво давит подруга.

Остается только тяжело вздохнуть.

– Ладно. Приеду.

Что интересно, нога почти не болит. Видимо, мазь и правда хорошая. Но настроения бродить по магазинам у меня особо не прибавляется даже спустя пару часов. Однако раз уж пообещала, надо идти. Тем более что Катя ведь и правда переживает обо мне и заботится, как умеет.

– Что-то ты не выглядишь пострадавшей, – замечает она, когда мы встречаемся в большом торговом центре.

– Ага, мазь помогла, которую Марат купил, – рассеянно отвечаю, оглядываясь по сторонам и прикидывая, куда сначала пойти.

– Марат? Так-так, то есть ты не просто с ним уехала… – многозначительно протягивает она.

– А ты откуда знаешь?

Соломонова только загадочно улыбается.

– Пойдём, мне нужно идеальное платье!

– Ещё одно? – вяло спрашиваю, а сама кручу в голове, кто же успел меня сдать.

– Не ещё одно, а самое идеальное. Или ты забыла про мою новую цель?

– Ярцев?

– Ага, он самый. И я должна выглядеть по-настоящему шикарно рядом с ним.

– В смысле – рядом с ним?

– Ой, я тебе потом все расскажу, – широко улыбается подруга, – а пока давай сюда заглянем.

Конечно же, я не могу сосредоточиться на одежде. В отличие от Кати. Та здесь как рыба в воде. Болтает, выбирает, что-то снимает с вешалки, разглядывает. Что-то вешает обратно.

Попутно ещё и мне что-то буквально силой вкладывает в руки.

– Давай-давай, скоро корпоратив, – произносит тоном строгой учительницы. Я соглашаюсь, просто чтобы не спорить.

– Все, идём в примерочные.

Людей, что удивительно, здесь немного. Так что кабинки с плотными портьерами почти все свободны.

– Я буду в соседней. Примерь и обязательно покажи! – говорит Катя. – Мне кажется, это твоя модель, но там я видела ещё одно – как знать, может, лучше то.

Я послушно захожу в кабинку. Честно говоря, желания примерять платье нет. И я сначала даже просто на пуфик сажусь, думая, профилонить. Ведь если не подошло, то, значит, и ладно. Так и скажу.

Правда, тогда, скорее всего, подруга заставит ещё кучу всего перемерить. На день рождения компании все равно идти придется. В этом плане у нас все строго.

В итоге сдаюсь и все же примеряю платье. Вот только с молнией никак не получается справиться. То ли заело, то ли ещё что. И я захожу в соседнюю кабинку спиной.

– Помоги, а?

– Неожиданная просьба, – раздаётся за спиной знакомый до боли голос. Резко оборачиваюсь и вижу Ярцева. Обнаженного по пояс…

## – 12 Юля -

В первый момент у меня нет ни одной мысли в голове. Я настолько ошарашена тем, что вижу бывшего здесь, в примерочной, что все, на что способна – стоять и бестолково хлопать глазами.

Ведь, откровенно говоря, выглядит Демид привлекательно. Я и раньше бурно реагировала, когда он раздевался. Между нами была такая животная химия, что сопротивляться этому было просто невозможно. Вот и сейчас, глядя на его обнаженный торс, я будто возвращаюсь в наше общее прошлое.

Когда мы ещё были счастливы.

И Демид этим пользуется, безупречно считывая мое состояние. Нахально ухмыляется и демонстративно проходится по мне оценивающим взглядом.

– Неплохо, детка. Но советую придумать что-то поинтереснее, чтобы заинтересовать меня. Хотя… бэушный товар не интересует. Разве что на разок.

Эти слова действуют, как ушат холодной воды. Я мгновенно трезвею и, совершенно забыв, что платье не застегнуто, от души влепляю ему пощечину. Платье сползает, оголяя грудь, а я, подхватив его, сбегаю к себе в кабинку.

Так быстро я ещё ни разу не одевалась. Наверняка бью все мыслимые и немыслимые рекорды по скорости и в зале уже сталкиваюсь с Катей, которая задумчиво крутит в руках поясок.

– О, Юля, а ты чего не стала мерить?

– Я все померила! – тут же заверяю ее. – Давай брать.

Соломонова удивлённо вскидывает брови.

– Ну, если ты так уверена…

– Уверена-уверена, Кать. Только давай пошустрее.

– Да что с тобой?

Я осторожно оглядываюсь, но, к счастью, Ярцев, видимо, ещё в примерочной.

– Мне в туалет надо!

– Ну ладно…

Мысленно отсчитываю секунды до того, как мы выйдем из магазина. Не могу. Просто не выдержу, если он снова окажется рядом.

– Ты какая-то дерганая, – замечает Катя, когда в итоге заманиваю ее в кофейню в другом конце центра. – Ты же не любишь это заведение.

– А я… Решила дать им ещё один шанс. Последний.

Подруга, похоже, не очень верит в мой бред, но хотя бы не спорит. А я молюсь, чтобы больше мы с Ярцевым здесь не пересеклись.

К счастью, этого не происходит. Но с шопингом приходится завязать куда быстрее, чем Кате бы хотелось. Она ворчит, что я снова ее подвожу, а я малодушно отговариваюсь тем, что забыла покормить кота, и сбегаю, как только слышу странно брошенную фразу про Ярцева и какое-то мероприятие. Катя вся погружена в свой план по завоеванию нашего босса, и я совершенно не хочу знать детали.

Потому что это больно.

А вечером мне неожиданно звонит Марат.

– Привет, самая красивая девушка-аналитик.

– Эм… Привет?

– Слишком неуверенно. Попробуй ещё.

Слышу в его голосе улыбку, и это останавливает от того, чтобы бросить трубку.

– Привет.

– Уже лучше, – одобрительный смешок не звучит обидно. – Как твоя нога?

Я очень отвыкла от того, что кто-то посторонний захочет позаботиться обо мне, пусть и вот так, банально спросив о самочувствии.

Из родного города я уехала сразу после завершения школы. Хотела учиться в столице. Все сделала для этого – мне удалось поступить на бюджет. Первое время училась с утра до ночи, потому что боялась, что меня отчислят, и я разочарую родителей.

И хотя вряд ли они бы меня упрекнули хоть в чем-то, я училась как одержимая. Как-то незаметно привыкла справляться сама. Находила подработку, чтобы не просить денег у родителей. Ведь у них была ещё моя младшая сестренка – Марина. А когда наши с Демидом отношения вышли на серьезный уровень, я стала у него фактически жить, лишь изредка приезжая в общежитие. Мне пришлось долго привыкать к тому, что он заботился обо мне.

Точно так же, как пришлось потом отвыкать.

Теперь же я ловлю себя на странной неловкости от вопроса Марата.

– Да все нормально. Почти не болит.

– Точно?

– Хм… А если нет? Посоветуешь ещё одну волшебную мазь?

Только задав вопрос, понимаю, что он мог прозвучать как флирт.

– Или отвезу к хорошему врачу, – очень серьезно заявляет Гордеев.

– Думаю, в этом нет необходимости. Нога и правда гораздо лучше. Спасибо.

– Это отлично! – воодушевляется он. – Тогда приглашаю тебя завтра на одно очень интересное мероприятие.

– Какое мероприятие?

– Пусть это будет сюрприз, – загадочно отвечает Марат. – Но если тебе нужна подсказка, у меня два билета на это самое мероприятие. И куплены они специально для тебя.

– А если я откажусь?

– Тогда пойдём пить кофе.

– То есть, у меня нет выбора?

– Как же нет? – тихо смеётся он. – Попить кофе или сходить и посмотреть… Ах, коварная ты девушка, – осекается Марат на половине фразы. – В общем, выбирай.

– А если я откажусь от обоих вариантов?

– Я придумаю третий.

С одной стороны я опасаюсь Гордеева – непонятно, что связывает его с Демидом. А с другой… С другой мне так хочется позволить себе пусть небольшую, но слабость. И побыть девушкой, за которой ухаживают.

– Но это не будет свиданием, – выдвигаю своё условие.

– Как скажешь, – соглашается Марат. – Так что ты выбираешь. Кофе или…

– Давай или. Только намекни хоть, как стоит одеваться.

– Уверен, ты будешь отлично выглядеть, как в любой одежде, так и без неё… – я не успеваю возмутиться, как Гордеев добавляет: – но чтобы ты не чувствовала себя некомфортно, считай, что дресс-код – просто элегантный. Мы пойдём с тобой на премьеру.

– Премьеру чего?

– Завтра узнаешь. Будь готова к пяти.

Все-таки Марату удаётся меня заинтересовать. Учитывая нервную встряску от бывшего, появление и интерес от этого мужчины оказывается кстати. Хотя бы для того, чтобы немного отвлечься и переключить мысли.

В общем-то, и платье, которое выбрала мне Катя, тоже оказывается кстати.

К пяти вечера я уже готова и даже испытываю легкое волнение. Конечно, это не сравнится с тем, что я чувствовала, собираясь на свидания к Демиду. Но пусть хоть так.

– Очаровательно выглядишь, – тут же выдаёт Марат, едва я спускаюсь.

– Спасибо.

По дороге мы даже вполне себе мило болтаем, и нервозность моя понемногу начинает рассеиваться.

Премьера мюзикла – это, конечно, здорово. Я так сильно погружена в работу, что никуда не выбиралась уже очень давно.

– Слушай, спасибо, я очень рада, что мы здесь, – неожиданно даже для самой откровенничаю с Гордеевым.

– То есть это лучше, чем кофе? – довольным тоном спрашивает он.

– Безусловно, – улыбаюсь в ответ.

А затем взгляд цепляется за знакомый образ. Резко оборачиваюсь и понимаю, что не показалось.

Катя. В том самом платье, что выбирала вчера. И не одна, а с Ярцевым…

## – 13 Юля -

Наверное, я в прошлой жизни много натворила, раз снова и снова сталкиваюсь со своим бывшим, который до сих пор вызывает слишком много эмоций.

Резко отворачиваюсь, сделав вид, что никого не заметила. Марат друга своего вроде бы пока не видит. А я судорожно пытаюсь придумать, как объяснить свое желание уехать.

Но тут раздается первый звонок, и сбегать попросту уже поздно.

– Идем, у нас должны быть отличные места, – говорит Марат, кладя ладонь мне на поясницу. Жест этот у него выходит настолько естественным, будто мы уже пара в долгих отношениях. Это немного коробит. Все-таки я пока не готова пускать его в свое личное пространство.

Постановка оказывается и правда очень интересной. Я даже отвлекаюсь от мрачных мыслей о Ярцеве. А ведь поначалу пытаюсь ненавязчиво найти того взглядом, чтобы понять, в какую сторону не смотреть.

– Как тебе? – спрашивает Гордеев, когда во время антракта мы выходим прогуляться.

– Честно? Очень понравилось! – с восторгом отвечаю. – И декорации, и герои!

– Я очень рад, – улыбается Марат.

– А тебе? Или любовная история для мужчин не так интересна?

– Ну, почему же? Хотя мне и неясно, зачем было бодаться за эту недалекую Машу? Она же сама не знает, чего хочет.

– Ты ошибаешься, – тут же начинаю спорить. – Она просто в растерянности. Сам посуди – один ей пообещал много всего, и она поверила. Но что в итоге? Она с разбитым сердцем. Сложно доверять после такого, согласись.

– И что? Теперь она всех мужиков будет равнять по этому своему бывшему? – кривится Гордеев. – Это все равно, что обижаться на всех девушек за то, что тебе не дала королева школы.

Меня откровенно коробит от его реакции. Возможно, потому что в этой самой Маше я вижу себя, и ее проблема мне так близка?

– О, а вот, кстати, и твоя подружка тоже тут, – вдруг говорит Гордеев, и мое настроение мгновенно падает ниже нуля. Хорошо, что я стою вполоборота.

– Наверное, тоже с кем-то пришла на премьеру, – севшим голосом произношу, стараясь удержать лицо.

– Ага, со своим новым боссом, – ухмыляется Марат. – А она времени даром не теряет.

Вцепляюсь в сумочку до побелевших пальцев.

– Хочешь, подойдем? – внезапно спрашивает он и смотрит при этом на меня весьма пристально.

– Зачем? У людей, возможно, свидание, а ты предлагаешь его испортить?

Я горжусь собой, честное слово. Ведь говорю все это равнодушно, даже безразлично. И плевать, что внутри мое сердце кровоточит.

Плевать, что я ревную.

Я должна забыть его и жить дальше.

– Пожалуй, ты права, – медленно соглашается он, глянув мне за спину. Мы возвращаемся в зал, но настрой утрачен, естественно. Я внимательно слежу за развитием сюжета на сцене, но мыслями далеко отсюда. Единственное, что помогает держаться – не хочу выглядеть такой же жалкой в глазах Марата. Он, судя по всему, не настолько уж близко дружит с Демидом – иначе наверняка бы потащил меня к ним с Катей. Однако, несмотря на это, я решаю, что все-таки лучше держать с ним дистанцию и больше не соглашаться на какие-то предложения.

Несмотря на мое состояние, мюзикл в итоге мне все-таки понравился. Особенно счастливый финал, в котором выяснилось, что героя и героиню специально развели недоброжелатели, и на самом деле ни один из них не переставал любить другого.

Идеальный финал, которого в жизни не бывает.

– И все-таки, почему она вернулась к бывшему? – спрашивает Марат, когда мы покидаем зал. Я по-прежнему стараюсь не смотреть по сторонам, чтобы не столкнуться взглядами с Ярцевым.

– Может, потому что любит?

– Но он же ее предал.

– Ты же видел – его подставили, – удивляюсь его аргументу.

– Значит, он плохо ее добивался. Не был мотивирован слишком сильно, раз сдался сразу.

Я не знаю, что на это ответить. Может, в чем-то Марат и прав – однако как-то отстоять свою точку зрения не успеваю. Он берет меня за руку и довольно неожиданно затаскивает меня в какое-то помещение.

И там целует!

Как только я осознаю происходящее, то отталкиваю мужчину и пытаюсь отступить, но тут дверь открывается, и я вижу злое лицо Демида.

## – 14 Демид -

То, как Марат переключается на Юлю, меня бесит. Раздражает до чертиков в глазах.

Какого, спрашивается, он за ней увивается? Неужели мало баб?

Нет, однозначно надо будет объяснить ему, что мы тут делом занимаемся, а не шары подкатываем ко всяким там…

Вообще-то собирались ведь посидеть втроем в клубе, обсудить, что и как за неделю удалось выяснить. А теперь что?

Теперь остаюсь с Яриком вдвоем, выходит?

В итоге пишу Арбатову, что переносится наше мини-совещание, и собираюсь ехать домой.

Настрой ни к черту. А все из-за бывшей. Ну, вот как так оказалось, что она тут же работает?

– Демид Игоревич! – доносится мне в спину. Выдыхаю. Оборачиваюсь. Одна из моих нынешних подчиненных. Катерина, кажется. – Подождите, пожалуйста.

– Вы разве не ушли домой?

– Да я вот тут… задержалась, – мнется девушка. – А вы почему не уходите?

– Собираюсь вот, да.

Меня одолевает желание как можно скорее отделаться от надоедливой особы и, наконец, сесть в машину. Но тут приходит в голову одна интересная мысль.

– Катерина, а что вы делаете на выходных?

И точно. Она буквально тут же преображается – улыбается кокетливо, словно уверена, что это именно ее флюиды тут на меня подействовали.

– Пока планов не было. А что?

– Тогда у меня есть для вас предложение. Если, конечно, вы любите театр.

– Очень, – кивает она с готовностью.

– В таком случае… Может, вас подвезти до дома?

На лице девушки появляется победная улыбка. Кажется, наживка проглочена. Значит, все же не показалось сегодня.

– Если это вам нетрудно…

Приходится и правда везти ее. Судя по ее вполне однозначным сигналам, девушка явно намерена уложить меня на лопатки. И этот ее интерес определенно сыграет мне на руку – потому что те махинации, которые мы с парнями собираемся распутать, совершенно точно не провернуть без отдела аналитиков. Слишком уже все гладко выходит – не подкопаться прямо.

Поэтому по полной использую возможность втереться в доверие к этой дамочке.

Всю дорогу она трещит как сорока. У меня реально башка лопается от того потока информации, что она выдает.

– Демид Игоревич, вы не подумайте ничего, но, может, я могу вас угостить ужином?

– Пожалуй, в другой раз Катерина. Сегодня у меня, увы, дела.

Она явно расстроена, но я уезжаю, выдохнув с облегчением, едва девушка покидает машину.

А в субботу меня ждет неожиданный сюрприз – полуголая Юля во всей красе. В тот момент я думал, все, схвачу нахалку и…

Едва удержался. Напоминал себе, что она – не та девушка, которую я полюбил, и которой готов был звезду достать, только попроси она.

Но память… Память услужливо подкидывает образы прошлого. Поэтому тупо заставляю себя стоять в примерочной и не двигаться. Ведь стоит нам снова увидеться, пока я не успел успокоиться…

Везет, что больше с бывшей мы не сталкиваемся. Хотя, учитывая, как нам везет в последнее время на встречи, не удивился бы и этому.

А вечером, наконец, собираемся с парнями. Марат выглядит подозрительно довольным, тогда как у меня настроение ни к черту. Как, собственно, и у Ярослава.

По нашему делу особых подвижек нет. А время между тем идет.

– А ты уверен, что Юрий тебя не дурит? – вдруг спрашивает Гордеев. – Что деньги и правда уводят из фирмы?

– Конечно, уводят. Иначе на кой черт тащить нас и просить помочь?

– Может, подковерные игры в совете директоров? – вяло предполагает Яр.

– Да, но какой смысл? – все же не соглашаюсь. – Да и ставить такие сроки тоже… Нет. Юра реально может попасть на бабки, если продажа компании сорвется.

– Или кто-то его подставляет… – глубокомысленно изрекает Марат. – Но в любом случае пока все тихо.

Юра Голованов – наш общий друг. Когда-то мы познакомились при весьма забавных обстоятельствах – вместе отбивались от гопников в подворотне. А потом выяснилось, что наш невольный товарищ по несчастью – владелец весьма крупной транспортной компании. Правда, узнали мы об этом, когда уже неплохо скорешились.

– Тогда понаблюдаем.

– Кстати, ты же не против, если я приглашу Юлю на свидание? – вдруг меняет тему Марат.

Его вопрос вгоняет меня в ступор. Первая реакций – естественно, я, черт подери, против! Вторая…

– Меня это как касается?

– Ну, ты как-то резко отреагировал, когда я предложил ей вчера помочь.

Арбатов опять непонимающе смотрит на нас.

– Вы там что, юбку не поделилил? Серьезно, мужики?

– Я никого и не делю, – огрызаюсь тут же. А Гордеев… Друг улыбается подозрительно довольно.

– Ты просто ее не видел, Яр. Такая цыпочка… Ммм! Закачаешься!

Стискиваю зубы и отворачиваюсь, чтобы переждать злость, что клокочет в груди. Впервые я испытываю настолько сильные эмоции. Впрочем, нет. Не впервые. Все, что было связано с Юлей, всегда было у меня на максимум.

– И что в ней такого? – без особого энтузиазма в голосе спрашивает Ярик. – Сиськи большие или жопа красивая?

Мы с парнями дружим давно. И знаем друг друга очень и очень хорошо. Они мне как братья. Но вот конкретно в этот момент мне обоим им хочется втащить. Причем настолько, что прям кулаки чешутся.

– Ладно, про баб потом побазарите, – рублю довольно грубо их тему разговора. – Если будет что-то по делу – дайте знать. А я погнал. Дела.

Успеваю поймать весьма неоднозначный взгляд Марата, но наплевать. Сейчас я слишком раздражен их последним обсуждением. Вот вроде бы она предательница, та, что воткнула мне нож в спину, а все равно меня коробит, если кто-то другой говорит о ней вот так.

Гадство. Как есть, гадство!

В воскресенье мне предстоит пережить вечер в компании Катерины. Одна надежда – в театре у нее не будет возможности постоянно болтать. Впрочем, стоит признать, что я уже получил немало полезных деталей, просто слушая Катю.

Все идет довольно успешно, и я уже выстроил целый план, как вовремя соскочить и не оставить при этом девушку обиженной, когда замечаю среди посетителей Юлю. Да еще и в компании Марата.

Мне должно быть наплевать, но в этот момент я словно гончая, взявшая след.

– Демид, ты куда? – удивленно спрашивает моя спутница, но я лишь отмахиваюсь и иду за Гордеевым. Зная, какой тот бабник, я уверен, он попробует залезть под юбку к Юльке.

Мне должно быть плевать!

Но я иду. Возможно, чтобы в очередной раз убедиться, что моя бывшая – действительно настолько доступная и продажная.

А уж когда вижу, что друг ловко затаскивает свою добычу в какую-то подсобку, перестаю мыслить и действую на инстинктах.

Буквально за считанные секунды добираюсь туда же и дергаю дверь на себя.

## – 15 Демид -

В первый момент я лишь фиксирую то, что вижу – Юля в объятиях Марата. А тот – в ее помаде.

Они целовались.

Нет, не так – они, черт подери, целовались!

Стискиваю зубы, чтобы хоть немного унять злость, даже ярость, которая клокочет в груди.

Шлюшка продажная!

Гулящая, доступная девка!

– Демид? Ты чего здесь? – вроде как удивленно спрашивает Гордеев. Но что-то в его голосе кажется неправильным. Однако мне на это наплевать. Куда больше меня волнует Юля. Точнее, то, как она смотрит на меня.

Испуганно. Словно боится. Словно я ее застукал…

– Прошу прощения, ошибся дверью, – цежу сквозь зубы и, отступив назад, от души хлопаю дверью.

Разворачиваюсь и тут же натыкаюсь на Катю.

– Идем, – рявкаю и тащу ее за собой.

– А там были…

– Неважно.

Катя едва поспевает на своих огромных каблуках, но я это замечаю, только когда она уже дергает меня за рукав.

– Демид!

– Да, извини.

Всю дорогу Катерина молчит, то и дело ловлю ее настороженные взгляды, но, к счастью, она не задает больше никаких вопросов.

Я же пытаюсь взять под контроль эмоции и успокоиться.

Не должен так реагировать, не должен злиться, вообще не должен думать про эту предательницу. Но меня буквально выжигает мысль, что она там, в руках Марата.

А ведь когда-то…

– У тебя все нормально? – осторожно спрашивает Катя.

Даже жаль, что не дождалась всего каких-то десяти минут – до ее дома. Я ведь почти поверил, что ее женское любопытство промолчит.

– Вполне. Но нарисовались кое-какие срочные дела.

– Из-за Юли с Маратом?

Надо же, глазастая какая. Все-таки заметила, значит.

– Нет, конечно, – равнодушно отвечаю.

Судя по выражению лица моей спутницы, она мне не верит. Но, по крайней мере, не продолжает тему. Правда, уже возле своего дома все-таки делает попытку заманить меня к себе.

– Еще не очень поздно. А я приготовила лазанью. По новому рецепту.

– Я польщен, Катя. Правда. Но вынужден отказаться.

– Тогда до завтра, – с видом королевы говорит Катя напоследок и выходит из машины.

Едва она заходит в подъезд, как я выезжаю со двора. И вопреки своим же словам еду… к Юле.

Зачем?

Да черт его знает. Понимаю, что стою перед ее домом, только когда уже глушу мотор. Не зря же узнал адрес в отделе кадров. Только у ее квартиры снова задаюсь вопросом – зачем я здесь? Правда, ни после первого звонка, ни после второго дверь мне никто не открывает. И в итоге приходится признать – Юли дома нет…

Где она сейчас? По идее если бы Марат сразу повез ее домой, то она должна уже вернуться.

Понимание того, что друг сейчас, возможно, не просто клеит, а уже соблазнил мою бывшую, например, в своей же тачке, заставляет нутро гореть.

А ведь я думал, что справился. Что забыл эту лгунью.

Какого же черта меня так ломает от одного только ее вида? Почему ее взгляд до сих пор вызывает у меня эмоции, которых быть не должно?

Может, это приворот? Чушь, конечно. Не верю я во всякие эти штуки, но как еще объяснить то, что эта женщина до сих пор является для меня, по сути, единственной, которая способна вызвать настолько яркую реакцию?

По-хорошему надо просто брать и валить домой. Но я все еще торчу у ее дома. Выхожу на улицу в надежде, что вечерняя прохлада вернет мозги на место.

Курить хочется до чертей в глазах. Аж руки зудят. А ведь я давно бросил. Опять же – потому что Юля как-то между делом сделала замечание по этому поводу. Нет, не пыталась меня переделать или переубедить. Но… Но ради нее я тогда докурил последнюю, и все. Как отрезало.

А теперь вот снова тянет. Опять же из-за нее.

Черт знает, сколько я так стою. В итоге становится ясно, что домой Юля сегодня не вернется. Понимание, что, скорее всего, Гордеев затащил ее к себе, отравляет. Но я даю себе слово, что больше не позволю бывшей влезть мне в голову, и уже собираюсь сесть обратно в машину, как вдруг слышу женский крик. Оборачиваюсь и прислушиваюсь. Он повторяется.

Казалось бы – не мое это дело, но я все равно иду туда, в темную часть двора, где по нелепому стечению обстоятельств практически нет освещения.

И как только подхожу ближе к арке, вижу картину маслом – Юлька и двое каких-то утырков, которые явно не время у нее подошли спросить, а вполне себе совершить что-то противоправное.

Вся та злость, которую я так пытался усмирить, резко вырывается на свободу, меняя вектор направления…

## – 16 Юля -

Как только Демид закрывает дверь, да так, что у меня уши закладывает, резко делаю шаг от Марата и даже руки выставляю перед собой.

– Эй, ты чего?

– Даже не думай повторять свой трюк!

– Неужели я так плохо целуюсь? – пытается балагурить этот идиот. Я, естественно, молчу и выхожу обратно в коридор. С одной стороны, я даже отчасти рада, что бывший увидел это. Пусть не думает, что я помню его и страдаю. А с другой… Иррациональное чувство вины почему-то появляется в груди и гложет меня.

Вот только за что?

– Юля, ну, ты чего? Ну, я поторопился, прости дурака, – Гордеев продолжает меня успокаивать. – Ты куда? Машина в другой стороне.

– Вот и езжай на своей машине, а я пешочком пройдусь.

– Не дури, уже вечер. Куда ты пойдешь? Да и идти тебе прилично.

– Такси возьму, если что! – огрызаюсь и выдергиваю руку из его захвата.

– Ты совсем, что ли? Идем, хорош ломаться. Не трону я тебя больше.

Но я не слушаю и ухожу от него все дальше.

– Юля! – доносится мне в спину. Я же только ускоряюсь. Не хочу еще отбиваться от него потом. Неприятный осадок после этой сцены вынуждает едва ли не бежать. Все, на что меня хватает – не смотреть по сторонам, чтобы не натолкнуться взглядом еще и на Ярцева с Катей.

Марат, походу, решает меня все же отпустить – потому что сворачиваю за угол, а никто меня не догоняет. Не то чтобы я расстроена. Просто сам факт.

Впрочем, я уже неоднократно пожалела, что вообще согласилась на этот поход в театр. А ведь я сразу же сказала, что это не свидание!

Дура! Развесила уши, а стоило бы понять, что мужчины просто так подкатывать не будут. Тем более те, кто дружит с Демидом.

Я действительно иду домой пешком. Такси вызвать не проблема, но мне хочется именно погулять. Настроение не просто плохое – оно, кажется, впервые за долгое время совершенно отвратительное.

И я не понимаю, как мне вернуть равновесие, которого я добилась за последние два года, когда более или менее пришла в себя после предательства Ярцева.

Как? Уволиться? Да хрен ему! Я столько труда вложила в эту должность, столько сил и стараний, чтобы сбежать только из-за Демида?

Но и оставаться в отделе под его руководством будет непросто. К сожалению, вопреки всем разумным доводам, я все равно реагирую на него. Не должна, но эмоции оказываются сильнее, и контролировать их становится все сложнее.

Это очень большая проблема, решить которую я попросту не знаю как.

Когда до дома остается не так уж далеко, у меня звонит мобильный. Я опасаюсь, что это Марат, но нет. Оказывается, сестра моя младшая.

– Привет, Мариш, – отвечаю на звонок.

– Приветики! – голос ее звучит довольно бодро. – Ты как там? Уже готовишься к понедельнику? Трудоголик ты наш.

– Вроде того, – вяло соглашаюсь.

– Юля, вечер воскресенья. И ты дома?

– Ну, почти. Прогуляться вот вышла.

– Ясно,понятно, ага. А у меня для тебя отличная новость. Угадай, какая?

– Ты сдала наконец-таки на права?

– Да, то есть, нет. Там не все так просто, – путанно объясняет Марина. – Но суть не в этом. В общем, скоро мы к тебе приедем в гости. Жди!

– Мы – это ты и родители?

– Неа, Юляш. Мы – это я и мой жених. Боречка.

– Боречка? – глупо повторяю за ней, пытаясь вспомнить, как звали прошлого ухажера. Вообще у меня сестра не ветреная девочка. Просто очень общительная. А еще влюбчивая, да. Но как быстро загорается, так же быстро и гаснет. Правда, ко всему прочему она обладает потрясающей способностью – с каждым своим бывшим остается в чудесных отношениях. Просто загадка, как это выходит – ведь это она их бросает.

– Ага. С родителями я уже его познакомила. Теперь твоя очередь.

– Ну, если ты считаешь, что пора, – осторожно говорю. – Но ты уверена, что это он тот самый?

– Конечно. Не переживай, в этот раз – стопудово.

Я только вздыхаю. Не мне судить про чьи-то отношения. Поэтому все свои умозаключения я оставлю при себе.

– Хорошо. Конечно, жду. Когда приедете?

– Пока точную дату не назову. Еще обсуждаем. Но скоро. Ты ведь не собираешься в отпуск или куда-то уезжать?

– В ближайшее время точно нет.

– Ну, вот и ладушки, – радостно говорит сестра. – Все, Юляша, не скучай. И не зарабатывайся. Приедем – пойдем тусить!

Я даже слегка завидую ее легкости. Она умеет относиться к трудностям вот так, с улыбкой, и никогда я не видела, чтобы она долго из-за чего-то горевала.

Даже не успеваю убрать телефон обратно в сумочку, как слышу:

– Ой, какая чика у нас тут!

Торможу, нервно оглядываясь по сторонам. Замечаю, как справа появляется высокий парень в спортивном костюме и капюшоне, накинутом на голову. Он демонстративно присвистывает, а я тут же делаю шаг в сторону.

В общем-то, до дома мне не так уж далеко – пройти через арку и пересечь большой двор. Но я на каблуках. Пусть и невысоких. Ускоряюсь, надеясь, что игнор сработает правильно. Однако как только я дохожу до арки, навстречу мне появляется еще один такой же индивид.

– Слышь, Сем, а ты прав! – присвистывает и он, а я оказываюсь фактически между этими двумя.

Нервно сглатываю и пытаюсь оценить, как выйти с минимальными потерями. На улице уже сумерки. Народу здесь, кроме нас – никого.

– Ребят, дайте пройти, домой опаздываю.

– Да что ты? – скалится второй и идет ко мне. Я отступаю к стене, глядя то на одного, то на второго.

– А кто же ждет такую красотку?

– М-муж, – неуверенно отвечаю.

– Какой-то неправильный у тебя муж, – ржет первый. – Раз отпустил тебя одну ночью блукать. Или ты, может, врешь нам?

– Не вру!

– А мы сейчас и узнаем, – мерзко хихикает второй.

– Я буду кричать! – нервно дергаюсь от выпада одного из них и подворачиваю ногу.

Этим пользуется первый и оказывается довольно близко. Толкает меня к стене, я неприятно ударяюсь спиной и головой. Вскрикиваю.

– Тише, детка, а то набегут еще желающие, – подскакивает к нам второй и перехватывает у меня сумочку.

– Помогите! – что есть мочи кричу, хотя надежды на то, что кто-то рискнет ввязаться и заступиться за меня, нет.

– Я сказал – заткнулась! – злится первый. – Слышь, – пытается закрыть мне рот ладонью, пока второй перехватывает руки. Изо всей силы кусаю противные пальцы.

– Ах ты, тварь!

Честно, в этот момент мне так страшно, что я уже просто беззвучно плачу. Вспоминаю слова Марата и проклинаю свое упрямство. Потому что помощи мне ждать реально неоткуда. Вечер. На улице почти никого. Вряд ли кто-то из соседних домов решится выйти, чтобы разобраться, что тут происходит. Но и сдаваться без боя… Я же не смогу жить потом и помнить, как они…

– А ну отпустили девушку! – вдруг раздается совсем близко. И до боли знакомым голосом…

## – 17 Юля -

Я даже не могла представить, что буду рада слышать Демида. Но да, я действительно рада! Потому что оба тут же переключают внимание на него.

– Слышь, ты че, типа смелый? – храбрится тот, что держит меня за руку, а другой даже выходит чуть вперед.

– Я сказал – девушку отпустите, – повторяет Ярцев.

Его голос звучит так уверенно и спокойно, что мне становится пусть и чуть-чуть, но не так жутко.

– Сема, давай-ка проучим этого барана.

Освещение тут довольно плохое, так что я далеко не все разбираю, но даже того, что вижу, хватает, чтобы понять, что начинается драка. Сейчас, когда мужчины заняты друг другом, я вполне могу тихо слинять и добежать до дома.

И на краткий миг я действительно раздумываю над этим, но в итоге понимаю, что не смогу бросить Демида вот так. Даже после того, что он со мной сделал.

Он, конечно, вроде бы справляется с обоими, и довольно ловко. И возможно, будь я не столь напугана, даже могла бы гордиться – вот, мол, за мою честь дерутся. Но когда замечаю, как в руке у одного из нападающих вдруг блеснуло что-то, все идиотские мысли тут же пропадают.

– Демид, у него нож! – кричу, что есть мочи. И именно в этот момент тот козел нападает.

Я застываю, боясь пошевелиться. С самообороной у меня довольно плохо. Никогда не любила боевые искусства или драки. В детстве мне папа предлагал походить на секцию самбо, но я каждый раз рыдала навзрыд, и он бросил эту затею.

Поэтому не знаю, чем можно объяснить мой странный порыв вмешаться. Хотя даже в детстве, когда мальчишки в классе дрались, я ни разу не вступалась ни за кого. А тут вот вдруг бросаюсь лупить сумочкой одного из придурков.

– Сучка! – взвизгивает тот, поворачивается ко мне, и это дает Ярцеву возможность разобраться со вторым окончательно.

– Ну, ты напросилась!

Подвернутая нога не вовремя дает о себе знать, и я неловко заваливаюсь. Собственно, это играет против меня, и я теперь, фактически, в руках парня.

Но испугаться еще сильнее попросту не успеваю – Демид оказывается рядом и дергает этого ущербного на себя, а затем от души бьет тому под дых, после чего еще и повторяет несколько раз.

Как итог – оба нападавших валяются на земле и что-то скулят. Кажется, угрожают.

Меня потряхивает, и надо бы уходить. Но я все стою и пытаюсь научиться заново дышать, как полагается.

– Идем, Юль, – неожиданно мягко произносит Демид, обнимает меня за плечи и практически силой ведет к моему дому.

Я не в состоянии ничего сказать. Вроде все произошло очень быстро, но для меня растянулось, казалось, на час. А теперь… Теперь вот в голове неожиданно становится пусто, и все, что меня волнует – попытаться дышать. Дышать полной грудью.

Не замечаю, как мы оказываемся в подъезде. Затем в лифте. На моем этаже.

Возле двери мне надо достать ключи, но руки трясутся, и я никак не могу их найти. Тогда Ярцев забирает у меня сумочку и все делает сам. Дверь открыта, и можно уже просто войти в квартиру. Но я словно в толще воды. Словно задыхаюсь от той агрессии и страха, в которых выкупалась.

И снова Демид помогает мне – заводит в квартиру, закрывает дверь.

– Выпить есть?

Медленно киваю и оседаю на пол. А потом тихо плачу. Даже не плачу, а просто жмурюсь, а слезы текут по щекам.

– Тише, Юль. Все позади. Они не вернутся. Не тронут тебя, – тихо говорит бывший.

Сейчас его голос – единственная константа, за которую я держусь.

Он тянет меня наверх, вынуждает подняться. Ойкаю, едва наступаю на ногу, и Демид, проворчав что-то про каблуки-убийцы, помогает мне разуться. Вообще удивительно, что я как-то доковыляла в этих туфлях до дома.

Бывший отводит меня на кухню, усаживает на диванчик, а сам, как будто так и надо, наливает мне стакан воды.

– Легче? – спрашивает, когда я почти залпом выпиваю все.

– Да. Спасибо, – тихо говорю. – Что помог.

– Я думал, это довольно спокойный район, – отстраненно говорит он.

– Видимо, нет, – пожимаю плечами, глядя на свои колени. Почему-то все наши стычки до этого выглядят конкретно сейчас какими-то выцветшими, словно потускневшими.

Вероятнее всего, это просто эмоциональный откат после выброса адреналина в кровь. И вскоре я снова так же начну ненавидеть Ярцева.

Но это будет позже.

– Почему ты была одна? – вдруг спрашивает он. – Куда же подевался твой ухажер?

Естественно, я не горю желанием рассказывать про нашу ссору с Маратом.

– Это неважно.

Стоило бы ответить и более жестко. Но, во-первых, у меня нет моральных сил пикироваться с Демидом. А во-вторых, он мне все-таки помог. Ведь если бы не он…

Мотаю головой, пытаясь отогнать страшные образы, но плечо и шею простреливает болью, отчего я вскрикиваю.

– Что там? Болит?

– Ничего страшного, – отстраняюсь от Демида, стремясь выдержать дистанцию. Но он же упрямый – все решает по-своему.

– Давай, встань, Юль, не выкобенивайся. Дай посмотрю.

У него самого рассечена бровь и испачкана одежда кое-где. К сожалению, состояние у меня такое, что сопротивляться и спорить я не могу. Поэтому подчиняюсь, решив, что проще уступить, чтобы он в итоге поскорее ушел.

Ярцев внимательно оглядывает меня, проводит пальцами по шее, ощупывает.

– Тут больно?

– Нет.

– А здесь?

– Да… Я ударилась, видимо…

Наши взгляды встречаются, и это становится нашей общей ошибкой. Потому что мы оба проваливаемся в это мгновение. Застываем, растягивая странный миг едва ли не на час.

О чем я думаю? О том, что я соскучилась. Хотя не имею на это права. А еще , что он меня спас.

Да много о чем. Но все эти мысли проносятся где-то там, на задворках сознания. Я вся сосредоточена на том, что между нами сейчас.

Притяжение, которое невозможно объяснить или разорвать. И это взаимно. Я вижу это во взгляде Демида. В том, как он дышит, как жадно смотрит. Как расширяются его зрачки.

Мы настолько близко друг к другу, что стоит всего лишь качнуться, сделать маленький шаг навстречу, и будет поцелуй.

Как же давно это было…

И мне кажется, что это неизбежно. Предопределено за нас.

И, похоже, я готова перейти ту самую черту… Здесь и сейчас.

## – 18 Юля -

Но когда это уже практически случается, когда его ладони спускаются ниже, по моим плечам, переходят на спину, и я уже понимаю, что все, это черта, за которой…

За стеной раздается грохот, а затем отборная брань.

И момент ломается. Осыпается мелкими осколками, а я как будто даже слышу это.

Ярцев отшатывается. Нервно проводит пальцами по волосам и отводит взгляд.

– Просто ушиб, – хрипло говорит. – Но лучше сходи к врачу. Мало ли.

– Демид…

Мне малодушно хочется удержать его, заставить вернуться в этот краткий миг и снова почувствовать его, разделить на двоих. Как же я скучала по нашему притяжению, нашему единству.

Это неправильно. Нужно вспомнить о гордости. О том, что этот мужчина предал меня. Но мое бедное сердце все равно рвется к нему. Вопреки всему.

– Сходи к врачу, – рубит бывший и быстро покидает кухню, а спустя всего минуту я остаюсь одна в квартире.

Без сил опускаюсь на стул. Смотрю прямо перед собой, но, кажется, что ничего не вижу.

Рядом раздается тихое мурчание – ну, конечно, его котейшество соизволил выйти и посмотреть, что же тут происходит. Да только поздно уже. И все же мне не дает покоя вопрос – зачем тогда помог? Если…

Эмоционально я настолько выжата, что нет сил даже пытаться понять или как-то разложить по полочкам все мысли. Меня хватает на то, чтобы принять душ и отправиться спать.

Следующим утром я понятия не имею, как вести себя с новым боссом после вчерашнего. Будет ли он чуть менее придирчив? Перестанет ли провоцировать?

Однако все мои надежды превращаются в пепел – Ярцев демонстративно холоден со мной. Отчитывает за то, что я задержалась на пару минут – и то лишь потому, что заходила узнать по поводу отчета, который скоро надо сдать.

При этом с той же Катей любезен донельзя.

Я старательно держусь, игнорируя подобное поведение. Постоянно повторяю себе, что мне наплевать, что я не должна реагировать.

С каждым днем это дается все сложнее. Тем более что ремонт в кабинете Ярцева, как назло, затягивается. Так что мы продолжаем толкаться стульями каждый раз, когда кто-то из нас встает из-за стола. И каждый раз я слышу:

– Юлия Владимировна, осторожнее.

– Юлия Владимировна, ваши таблицы никуда не годятся.

– Юлия Владимировна, надо переделать.

К вечеру среды эмоционально я так измотана, что готова бросаться на людей. А вот Катя – напротив. Она с каждый днем буквально все больше расцветает. Никогда не видела ее настолько воодушевленной.

Конечно же, она каждый раз, когда есть возможность – пытается секретничать со мной и делиться своими достижениями в покорении Ярцева.

Я держусь. Стискиваю зубы, киваю. Совета, к счастью, она у меня не просит, как это бывало раньше. Впрочем, о том, что дело движется в нужном направлении, я и так в курсе. Понимаю, что довольно скоро эти двое окажутся в одной постели.

Мы уже не вместе, и это не должно меня задевать. Уж явно не больше, чем то, что я увидела три года назад.

Но моя реакция, моя боль – говорят об обратном. По какому-то нелепому стечению обстоятельств я все еще реагирую на Ярцева.

И я сдаюсь. Прихожу к неутешительному выводу, что впервые мне придется отступить, как бы больно это не ударило по моему самолюбию.

Поэтому на следующий день открываю папку с электронными бланками заявлений и заполняю один из них.

Я не привыкла сбегать. Но эти несколько дней я буквально задыхаюсь от того, что мы с Демидом так близко. Его колкие фразы, холодные взгляды, полные равнодушия, показательная критика – все это убивает мою самооценку. Я действительно начинаю сомневаться в себе. К тому же Демиду удается очаровать и наладить отличные отношение в нашем отделе со всеми. Кроме меня.

И теперь коллеги начинают воспринимать мои возражения и претензии совершенно иначе. Даже Катя, которая обычно меня поддерживает, переходит на сторону Ярцева.

И с меня, пожалуй, хватит этого. Распечатав и подписав документ, отправляюсь в отдел кадров.

Но по пути замечаю Арсения Павловича, который, увидев меня, тут же сворачивает в мою сторону.

– Юлия Владимировна, как продвигается дело с отчетом?

– Каким отчетом?

– Тем самым, о котором вам должен был сказать Ярцев. Или он не предупредил?

– Почему же, сказал. Но вы должны понимать, что времени…

– Вот этого не надо. Будете саботировать работу нового начальства – это не добавит вам баллов, Лазарева.

– Да я не…

– Очень даже да, – жестко возражает Арсений Павлович. – Такого специалиста, как Ярцев, еще поискать надо. Нам всем очень повезло, что генеральный сумел договориться с ним на эту должность. Знаю, вы считаете, что готовы занять его место, и я бы даже согласился, не будь здесь Демида.

К этому еще добавляется и снисходительный взгляд, от которого сводит зубы. Конечно, я понимаю, что опыта у Демида на порядок выше моего. И да, как специалист он гораздо профессиональнее меня. Но… Но как же это неприятно слышать.

– Хорошо – киваю. – Я поняла.

– Вот и ладненько. Отчет жду на следующей неделе.

Настроение и так было плохое, но после этого разговора становится совершенно отвратительным – ведь теперь очевидно, где я проведу свои выходные. Иначе с этим несчастным отчетом я не управлюсь.

– Зоя Михайловна, можно? – заглядываю в кабинет отдела кадров.

– Юля, проходи, конечно. Что у тебя? Документы сменила?

– Нет, вот, принесла, – протягиваю ей лист бумаги.

Работница отдела кадров забирает и, прочитав, удивленно смотрит на меня.

– Это что?

## – 19 Демид -

Неслучившийся поцелуй с Юлей вызвал много ненужных эмоций. Слишком много. В итоге я после почти до утра не мог заснуть и все пытался вытравить из себя то, чего не должно было во мне быть в принципе.

Удалась отчасти. Но чтобы окончательно закрепить успех, я принял за правило держать с ней дистанцию. И чем сильнее выдерживал ее, тем ближе сходился с той же Катей. Словно пытался укрепить свои позиции и доказать не только бывшей, но и самому себе – что прошлое для меня больше ничего не значит.

Я помог ей только потому, что так было правильно. Дело не в ней. Вот и все. А то, что почти произошло в ее квартире… Это просто мимолетная слабость, которую я больше не допущу.

Но все становится на порядок сложнее, когда в руки мне попадают доказательства того, что Юля может быть замешана в финансовых махинациях.

Это оборачивается настоящим шоком для меня. Хотя я вроде бы уже знаю, что она способна на предательство, все равно это оказывается для меня неприятным открытием.

Удивительно, но это становится для меня таким ударом, что я даже не в состоянии осознать и поверить до конца.

Идиот, конечно. Надо смотреть фактам в лицо, а я чего-то все жду, что вскроется, будто это ошибка.

– Ты уверен, что это правильные документы? – в третий раз спрашиваю у Гордеева.

Тот прищуривается.

– Все-таки что-то у тебя с ней есть, да?

Парни, что один, что второй, про Юлю не в курсе. Мы познакомились аккурат после нашего расставания. Да и не особенно-то мы обсуждали личную жизнь – в тот момент у меня ее по факту и не было. А Марат… Ну, он умеет получать от жизни удовольствие. Арбатов – тот иного покроя. С ним в этом плане комфортнее – он не лезет, куда не просят.

– Я просто уточнил, – сдержанно отвечаю.

Полвечера пытаюсь как-то уложить в голове эту информацию. Кручу и так, и эдак, и не понимаю. Ну, какая выгода для Юли? Деньги? Но я что-то не заметил их наличие у нее. Тогда что?

Понимание, что придется ее сдать Голованову, оседает в груди неприятным осадком.

А от попыток понять логику и выгоду бывшей меня отвлекает звонок мамы.

– Привет, Демид, – чопорно произнесла она. – Ты совсем нас забыл.

– Здравствуй, мама. Да работы много.

– Так много, что нет времени позвонить родителям?

– Извини. Ты что-то хотела? Разгар рабочего дня.

– Да, Ирочка заходила на днях вместе с родителями. Сказала, видела тебя на премьере в театре, но ты ее проигнорировал…

Мысленно чертыхаюсь. Есть у мамы с отцом дурацкая черта – они уверены, что лучше меня знают, на ком я должен жениться. И эта их Ирочка у меня уже в зубах навязла. Последние года три как. Появилась она на горизонте незадолго до того, как Юля свалила от меня, доказав, что верить нельзя никому. И с тех пор периодически всплывает. Вероятно, я сам дурак, что в какой-то момент, когда едва не лез на стенку после предательства Юли, согласился на ужин с этой самой Ирой. Да еще и домой к себе после привёз. Судя по тому, как потом все закрутилось, девушка была довольно ушлой и циничной, но перед родителями ловко отыгрывала роль бедной овечки. И именно это в итоге сыграло против нее. Повторять опыт и поддаваться минутной слабости я желанием не горел, потому четко и ясно донес до нее, что нам не по пути.

Правда, вот родители мои с этим были не согласны. Особенно мама. И она никогда не упускала возможности сравнить Иру и Юлю, и сказать, что та вертихвостка и в подметки не годится этой ее Ирочке.

– То есть вариант, что я ее не видел, даже не рассматривается?

– Как ты мог ее не заметить? Может, потому что там была та самая паршивка, которая тебя бросила?

– Элементарно, мам. Так бывает – я мог и не увидеть блистательную Иру.

– Я так хотела, чтобы ты открыл глаза на эту шалашовку, а ты…

– Если это и был твой важный вопрос, то… – внаглую перебиваю мать, собираясь свернуть разговор, который все сильнее раздражает.

– Демид! Семейный ужин. В воскресенье. Мы тебя ждем.

А дальше она просто бросает трубку. Я же в очередной раз напоминаю себе, что родителей не выбирают, что эта женщина меня родила и вырастила. Что не стоит реагировать слишком уж ярко.

И только пройдя пару шагов, торможу, прокручивая странную фразу матери о желании открыть глаза на Юлю.

Что значит – хотела открыть глаза? Нет, то, что она не одобрила мой выбор, я увидел и понял сразу. Мне было плевать – ведь Юльку я любил до безумия. И не считал, что мнение родителей должно как-то влиять на мое решение. Подобные разговоры мать стала позволять себе только после того, как узнала, что мы не просто разошлись, а что это Юля решила уйти.

Черт знает, чем я думал, когда рассказал ей, как было дело. Может, ждал понимания и поддержки. А в результате…

Но тогда неясно, что именно она имела в виду?

На этой мысли я торможу и вижу, как аккурат посреди холла моя бывшая стоит с каким-то лощеным сусликом, который не просто пускает на нее слюни, он еще и откровенно лапает ее.

Ну, все, Юля, ты напросилась…

## – 20 Юля -

– Заявление, Зоя Михайловна.

– Твое? – недоверчиво уточняет она.

– Так ведь фамилия моя. Подпись тоже. Значит, мое, – киваю.

Ловлю ее ошарашенный взгляд, и это только усиливает и без того неприятное ощущение своей никчемности.

– Юль, так надо у начальника прописать. У вас же новый как раз. Ярцев который.

– Зачем?

Она удивленно смотрит.

– Так положено.

– По закону мне положен отпуск. Я черт знает сколько не брала его, – повышаю голос. – Вы обязаны…

– Ну-ка вот что, – резко меняется в лице Зоя Михайловна. – Иди-ка ты, деточка, к Ярцеву. Без его визы оформлять твой отпуск я не стану. По графику он у тебя через три месяца. Так что давай, иди. Почитай на досуге, что и куда подписывала.

Растерянно смотрю на нее. Остальные в отделе кадров, естественно, только делают вид, что заняты своими делами, а так – старательно греют уши.

– А если мне очень надо? Форс-мажор у меня, – тихо говорю, едва не плача.

Она тяжело вздыхает, сменяя гнев на милость.

– Юль, ну, не могу я, понимаешь? Вот подпишет тебе Ярцев, и все оформлю. Ты не тормози – иди к нему. Нормальный же мужик. Ваши все радуются. Катюша вон вся в восторге. А ей же не угодишь обычно.

– Ясно. Спасибо. Да, пойду.

Выхожу в коридор, чувствуя себя полной дурой. Ведь и правда было что-то такое – Катя вроде подписывала у начальников. Просто они менялись очень быстро, и порой нам в итоге разрешали оформлять отпуска в обход этой обязательной закорючки.

И теперь моя спонтанная идея больше не кажется мне спасением. Демид не подпишет. Да и унижаться перед ним и просить… Стоит только представить, как внутри все восстает.

Сминаю ненужное заявление и иду к лестнице. Мой гениальный план провалился, и теперь нужно решить, как быть дальше.

– Юля!

Оборачиваюсь, меня догоняет Володарский.

– Юляш, я тебя который день поймать не могу.

Слух царапает обращение от горе-поклонника. Хороший вроде парень, но вот не вызывает у меня ничего. Совершенно.

– Так чего ловить-то? Я вроде в том же кабинете сижу, – отвечаю, пока поднимаемся на наш этаж.

– Это да, – соглашается Вася. – Но я чего хотел-то? Тут скоро будет выставка одна. Очень ожидаемая. Так вот я купил пару билетов… А, Юль?

С тоской вспоминаю, как быстро и резво взял меня в оборот Демид когда-то. Совершенно не так. Он шел напролом, и у меня не осталось ни малейшего шанса на то, чтобы устоять перед его обаянием.

Взрослый. Красивый. Уверенный в себе. Галантный и с отличным чувством юмора – он покорил меня практически сразу и стал целым миром.

Вот и зачем я вспоминаю сейчас об этом?

– Юль?

Вздрагиваю, когда посреди холла Вася тормошит меня. Да так, что я фактически оказываюсь в его объятиях.

– Вась, ты чего?

– Юль, ты мне давно нравишься. Ты разве не видишь? – с изрядной долей претензии выдает он, чем окончательно вгоняет меня в ступор. Хотя бы потому, что вот такого напора я от него ни разу не видела.

– Слушай, я…

– Юлия Владимировна! – раздается рядом громкий голос. – С каких пор в ваших должностных инструкциях прописаны обжимания в коридоре вместо составления отчетов на рабочем месте?!

Вздрагиваю, понимая, что позади стоит злой Ярцев.

А дальше случается странное – Вася вдруг отпускает меня и встает так, что вроде как прикрывает собой от Демида.

– Сбавьте тон, – чопорно произносит мой вроде как защитник. – И побольше уважения к Юлии.

– Вась, – пытаюсь остановить его, но тот жестом показывает, чтобы я молчала.

– Уважения к кому?

– К Юлии. Она замечательный специалист и компетентный сотрудник.

– Который крутит романы на рабочем месте? – презрительно кривится Демид. – К тому же, имея уже отношения с другим мужчиной.

Последняя фраза становится неожиданностью не только для Васи, но и для меня.

– Да как ты…

– Юля, это правда? – перебивает меня Василий. – У тебя кто-то есть?

Замечаю, как довольно ухмыляется Ярцев. И такая злость во мне разгорается.

– Да пошли вы оба!

Обхожу их и буквально влетаю в кабинет, хорошенько шандарахнув дверью.

Коллеги обалдело смотрят на меня.

– Юль? – первой реагирует Катя.

Но я лишь мотаю головой и сажусь за свой стол. Не проходит и пары минут, как дверь открывается, и в кабинет заходит наш босс.

– Минуточку внимания, – Демид хлопает в ладоши. – Все вы знаете, какой бардак царит в вашем отделе. Поэтому, дорогие коллеги, нам необходимо провести генеральную уборку. Что это значит? Для начала подчистить все хвосты. Сегодня каждый из вас получит на почту список конкретно его недочетов, которые нужно исправить до конца недели.

– А если не успеешь? – подает голос Костик.

– А те, кто не успеют…. – при этом Ярцев выразительно смотрит на меня, – будут работать сверхурочно.

Стискиваю зубы, понимая его откровенный намек.

– Если вам интересна причина подобной спешки – то на следующей неделе начнется тщательный аудит деятельности всей компании.

После его слов воцаряется гробовая тишина. Судя по выражениям лиц коллег, все в шоке. На моей памяти такая проверка была лишь однажды, и тогда это превратилось в сущий кошмар. Даже неунывающая Катя нахмурилась и сосредоточенно что-то застрочила в телефоне.

Остаток дня все погружены в работу так, что даже остаются после того, как официально рабочий день закончен. Все долги, которые якобы числятся за мной, и которые мне прислал на почту Демид, мягко говоря, и за неделю не переделать. О том, что часть из них вообще не мои, я просто молчу. Понимаю, что он специально провоцирует меня. Поэтому терплю и делаю.

Конечно же, в итоге в субботу утром вместо того, чтобы заняться своими личными делами, я вынуждена ехать в офис. Во всем этом есть только один плюс – сегодня никто не будет толкать мой стул и выдавать язвительные комментарии.

Так что за следующие три часа я успеваю переделать львиную долю всего, что нужно. Пока дверь нашего кабинета вдруг не открывается, и на пороге не оказывается Демид…

Мы встречаемся взглядами, и все мое спокойствие мгновенно испаряется…

## – 21 Юля -

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю, как только первый шок проходит.

– Пришел поработать. Какие-то проблемы? – холодно усмехается бывший.

– Кроме того, что я бы предпочла тебя не видеть, никаких, – огрызаюсь в ответ и опускаю взгляд на монитор.

– Твои проблемы, – равнодушно роняет Ярцев. Конечно же, он своим креслом задевает мое кресло, а я не выдерживаю.

– А можно как-то поаккуратнее?

– Ровно то же могу адресовать и тебе. Ты ведь не одна здесь, Юля.

– А куда же делось Владимировна?

Демид насмешливо фыркает.

– Ты не одна здесь, Юля Владимировна, – нарочно коверкает мои имя-отчество. После чего усаживается в кресло. А я так и остаюсь кипеть от раздражения.

Как же хорошо начинался день. Стоит ли говорить, что моя работоспособность резко падает?

Одно только присутствие бывшего мешает сосредоточиться на деле. Так еще у него и телефон звонит, а он вместо того, чтобы выйти, решает поговорить прямо здесь.

– Да, мама. На работе.

Родительница у Демида – женщина очень непростая. Это я поняла с первого взгляда, когда он нас только познакомил. В целом Ярцев не производил впечатления маменькиного сынка, так-то я хоть и расстроилась, поняв, что родители его меня не одобрили, но не волновалась по этому поводу слишком сильно. Теперь же я зачем-то вспоминаю, с каким неодобрением эта жесткая, волевая женщина смотрела на меня, когда мы приехали к ним в гости на ее день рождения.

Ее голос слышен мне даже без громкой связи.

– Ты не забыл про семейный ужин?

– Конечно, не забыл.

– Хорошо, потому что Ирочка уже позвонила мне и сказала…

Эта фраза резонирует во мне так, что я тут же подрываюсь, и кресло мое снова ударяется о кресло Демида, а я буквально сбегаю в коридор.

Не могу я слышать про эту самую Иру. Воспоминания против воли всплывают – как пришла к нему, а там… Там она. В его рубашке. Сонная, с откровенными следами на шее, зацелованными губами. И это ее циничное:

– Мы с женихом перед свадьбой решили попробовать свободные отношения…

Я ведь, наивная дурочка, спустя пару недель после разрыва еще подумала, что вдруг все не так? Наш последний разговор вышел очень некрасивым, на повышенных тонах. Демид тогда почти не говорил, а я… Мне было так больно, что я решила ударить в ответ побольнее и сохранить хотя бы свою гордость.

Позже я почти решилась набрать его номер, спросить прямо – действительно ли это было так, но увидела их в ресторане вдвоем. И там уже не было сомнений ни в чем – Ира целовала Ярцева, а тот не был против. Значит, и правда они были вместе.

А вот сейчас, слыша про нее, я вспоминаю и проживаю свои эмоции снова. И это чертовски больно.

Чашка кофе не особенно помогает, но когда я возвращаюсь, разговор уже закончился, и мне не нужно выслушивать про его чудо-невесту.

Но стоит мне только подойти к креслу, как Ярцев резко откатывается назад и едва не попадет мне по ноге.

– Да сколько можно?! – взрываюсь я. – Неужели нельзя как-то соотнести габариты?!

Демид медленно поднимается и делает шаг ко мне, а я – от него.

– А что не так с моими габаритами? – обманчиво тихо спрашивает он.

– Пользоваться не умеешь, – нагло заявляю, делая еще один шаг, надеясь сохранить дистанцию. Но, увы, Демид тоже делает этот шаг, а я оказываюсь прижатой к стене, которую зачем-то дизайнеры установили таким образом, чтобы вроде как зонировать большое пространство нашей комнаты.

– Так вот что тебя привлекает, да, Юля Владимировна? Мастерство владения габаритами? В этом все дело?

– Меня привлекают профессионалы своего дела, а не те, кто не умеют держать себя в руках! – несу какую-то околесицу. Вроде и понимаю это, но в этот момент такое чувство, что мозг вообще отключился у меня. Все, на чем я сосредоточена – близость Демида. Опасная, очень опасная близость!

– Немудрено. Ведь сама-то ты явно на профессионала не тянешь, – ухмыляется Ярцев.

– Что?! Да пошел ты! – вскидываюсь тут же. – Да я разбираюсь в делах получше тебя!

– Видел я, как ты разбираешься. Хотя если считать делом умение крутить мужиками и вовремя раздвинуть ноги перед нужными, то…

Не соображаю, действую на инстинктах – ладонь горит от пощечины, что залепляю ему, а на глазах – слезы.

Как же он может вот так… Ведь знает же, что я бы никогда так не повела себя! Он же стал моим первым и единственным мужчиной. Почему он со мной вот так?!

Всхлипываю, как только Ярцев перехватывает обе мои руки, прижимает к стене. Мы оказываемся настолько близко, что теперь даже дыхание у нас одно на двоих.

У Демида потемневший взгляд, а в глазах – сплошная тьма. Зрачки расширены, словно он под кайфом, хотя я, наверное, выгляжу сейчас ненамного лучше.

– Как же ты меня достала, Юля, – хрипит он. – Постоянно перед носом крутишься. Строишь из себя святошу, а на деле сама та еще штучка.

– Я здесь работаю! – огрызаюсь шепотом, не позволяя ему оставить последнее слово за собой.

– Видел я твою работу! И с кем ты ее делаешь – тоже видел!

Он говорит с такой злостью, кажется, даже с ненавистью. От него фонит раздражением и… желанием. Когда до меня доходит эта мысль, то я мгновенно теряю свой запал, не понимая – показалось мне, или нет.

– Что молчишь? Нечего сказать в оправдание?

А я совершенно не к месту вспоминаю, как вот точно так же он припер меня к стенке, когда впервые серьезно приревновал к моему однокурснику. Тогда Олег помог мне с рефератом, а после мы пошли в кафе выпить кофе, пока ждали передсачу. И хотя я ясно дала понять, что нахожусь в отношениях, Олег все же позволил себе лишнего, и я попросту не успела его остановить.

Вот тогда Демид точно так же злился, притащил меня домой, а там… Там мы помирились. Вполне определенным образом.

– Я и не обязана…

Он не дает мне договорить – набрасывается на меня с жадным поцелуем, сжимая запястья еще крепче. Боже, неужели он хочет?..

## –